Проблемы становления личности Нового времени

Духовное обновление в Западной Европе XVII в., в эпоху

Нового времени, связано с именами Г. Галилея, И. Ньютона, Р. Бойля, Р. Декарта, Т. Гоббса, Б. Спинозы и др. Бурное развитие производства, науки, права, образования создает условия для становления "массовой личности" как продукта культуры нового времени. Но такую "массовую" личность важно отличать от личности "в высшем значении слова". Личность всегда демонстрирует, что человек ориентируется в ситуации и действует самостоятельно, но действия массовой личности заданы правом и другими культурными нормами, а уникальная личность выстраивает свое поведение, сознательно отвергая основные нормы культуры.

Развитие психологических представлений в XVII-XIX вв. в значительной мере определялось мотивами нарастания личностных амбиций и стремления человека реализовать себя в условиях научного и технического прогресса. Люди стали реализовывать свою духовную активность уже не в движении к Богу, направляемому церковью, а к утверждению своего богоподобного "Я" в творчестве, в личных жизненных успехах. "От творческих способностей Бога – к творчеству человека" – вот вектор европейской идеологии Нового времени.

Концентрация субъектных функций в образе человека ставила европейца в определенную конкуренцию с Творцом, которая предполагала создание области применения творческой энергии человека. Либо как творец человек должен создать что-то великое, уникальное и вечное, либо при полном напряжении духовных сил он обречен лишь на "нирвану", на гашение в самом себе творческой силы, не получающей применения в реальном физическом мире.

Произошли два существенных изменения в сфере душевной организации европейцев. Во-первых, в пространстве взаимоотношений с людьми душа заняла свое личное место, локализовавшись в индивидуальной психике каждого, "вытянувшись во времени узким лучом". Индивид теперь учился сам строить и ориентировать свою деятельность во времени, без опоры на церковь и окружающих людей. Это было связано с еще большим возрастанием агрессивности общества, с необходимостью стабилизировать личность без поддержки внешнего пространства. Душа европейца вытянулась в своей развернутости во времени.

Второе изменение связано с новым отношением человека к миру. Эгоцентризм мироощущения делал каждого индивида центром своих интересов и критериев оценок. Европеец интериоризировал функции субъекта-оценщика и субъекта-потребителя, став точкой отсчета своих интересов. В образе автономного творца своей судьбы человек стал относиться к окружающему миру не как к субъекту, создавшему его как личность, а как к объекту потребления или как к средству достижения других объектов, средству укрепления своей силы и власти.

Прогресс виделся Ф. Бэконом (1561 – 1626) именно в том, что человек подчиняет природу своим интересам, овладевает все новыми средствами достижения своих целей. Мир все более превращался в набор компонентов, ассимилируемых автономной личностью. Удивительно точно выразил основные мотивы своего времени Т. Гоббс (1588-1679): неудержимое стремление быть творцом, конструировать мир по своему желанию, возросшая амбиция собственной богоподобности. И в этом проявляется эгоцентризм, желание всем управлять и все подчинять, желание во всем увидеть что-то послушное, начавшее служить человеку. Прежде всего – представить внешний мир как большую машину, как послушную "колесницу".

Но, начав все упрощать до уровня конструируемой машины, мыслители XVII в. увидели в машине прообраз всего сущего, в том числе и самого человека. Машина фактически заместила собой Бога, с которым в прежние века соотносили образ личности человека. В. К. Шабельников отмечает, что в Повое время главным средством покорения природы стали механизмы. Природа безгранична, и ее покорение потребовало от людей безмерного расширения покоряющей ее силы. Это привело к беспрецедентному разрастанию роли орудий, орудия из простого средства покорения природы превратились в базис организации общества. Основой научных концепций о природе человека стали теории, технически объясняющие работу живых тел.

Механика XVII-XVIII вв. определила принципы и логику понимания личности человека. Однако и в это время можно проследить преемственность идеи личности Аристотеля и Б. Спинозы, а в дальнейшем и Г. Гегеля. Б. Спиноза (1632-1677), опираясь на представления о духовно-материальной целостности мира, раскрывает, что живет, мыслит, чувствует, обладает свободой не индивидный человек, а человек, черпающий модусы своего бытия из системы мира. По Б. Спинозе первично живет и мыслит Природа, а человеческие деяния и мысли лишь делегированы человеку суверенной, субъектной и живой системой природы, в которой и формируется его личность. Целостность мира была серьезным препятствием для покорения людьми природы, и материалистическая наука XVIII-XIX вв. отказалась от исследования детерминации жизни и личности.

Дж. Локк (1632-1704) выступал против теории врожденных идей и считал, что человек родится с душой чистой как доска (tabula rasa), на которой среда рисует свои узоры в зависимости от социальной категории. Единственным источником знаний и представлений человека выступает опыт. Представление об опытной природе познания утверждало равенство людей в возможностях индивидуального познания независимо от культуры человечества, выработанных обществом способов познания и форм деятельности. Д. Локк раскрыл, что целью развития личности является создание новой породы людей, джентльменов, наилучшим образом действующих в любой ситуации.

И. Кант (1724-1804) в "Основоположении к метафизике нравов" и "Критике практического разума" исходил из убеждения, что если человек будет критически относиться к себе и другим, а также размышлять, как действовать правильно, при этом, если он, следуя долгу и подчиняясь морали, будет выслушивать разум, то только в этом случае он будет свободен и станет личностью.

И. Кант стремился понять и объяснить, "что возвышает человека над самим собой (как частью чувственно воспринимаемого мира), что связывает его с порядком вещей, который может мыслить один разум и который вместе с тем охватывает весь чувственно воспринимаемый мир, а внутри него – эмпирически определяемое существование человека во времени и совокупность всех целей (что подобает только такому безусловному практическому закону, как моральный). Это не что иное, как личность, т.е. свобода и независимость от механизма всей природы, рассматриваемая вместе с тем как способность существа, которое подчинено особым, а именно, данным его же собственным разумом, чистым практическим законам... Моральный закон священен (ненарушим). Человек, правда, не так уж свят, но человечество в его лице должно быть для него священно".

По мнению И. Канта, "две вещи наполняют душу всегда новым, тем более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, – это звездное небо надо мной и моральный закон во мне. Первое начинается с моего невидимого Я, с моей личности, и представляет меня в мире... бесконечно возвышает мою ценность как интеллигенции через мою личность, в которой моральный закон открывает мне жизнь, независимую от животной природы...".

Как мы видим, И. Кант впервые формулирует понятие личности, которое не только связано со "свободой" и "независимостью от механизма всей природы", но и с ограничением, подчинением ее поведения разуму и морали, за которыми просматриваются европейская философия, право и благополучие европейского человечества. По человечество, разум и свободу И. Кант понимает как однозначные и единые.