Лекция 15. ПОНЯТИЕ И ОСНОВАНИЕ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

Уголовная ответственность является одной из фундаментальных проблем уголовно-правовой науки: каждый, работающий в области уголовного права, исследует, в конечном итоге, тот или иной аспект, сторону, элемент уголовной ответственности. В то же время однозначных толкований этому феномену не дается.

Методологические трудности связаны, прежде всего, с тем, что уголовный закон не дает ответа на вопрос: что такое уголовная ответственность? Вместе с тем уголовная ответственность является категорией права, а потому ее специфику можно постичь через установление генетической связи уголовной ответственности с уголовно-правовыми отношениями. Кроме того, несомненный научный и практический интерес представляет вопрос соотношения уголовной ответственности с уголовно-правовыми отношениями.

Проблема уголовно-правовых отношений (или уголовных правоотношений – эти понятия употребляются как равнозначные, синонимы) не является новой для науки уголовного права. Впервые на уровне монографии проблему уголовно-правовых отношений в российской уголовно-правовой науке поставил и достойно разрешил большинство ее спорных моментов профессор Н. А. Огурцов. Вместе с тем, несмотря на более чем 35-летний "возраст" теории уголовно-правовых отношений, не все ее положения толкуются однозначно и бесспорно.

Спорные моменты проблемы касаются, в первую очередь, самого понятия уголовно-правовых отношений, момента их возникновения, их сущности, содержания и форм реализации.

Под уголовно-правовыми отношениями традиционно понимают социальные связи, возникающие между субъектами, урегулированные нормами уголовного права, иными словами, "это фактические общественные отношения... урегулированные нормами... уголовного права".

Материальное ОГЛАВЛЕНИЕ уголовно-правовых отношений составляет поведение, деятельность субъектов правового отношения, а юридическую

форму образуют права и обязанности субъектов. Таким образом, ОГЛАВЛЕНИЕ уголовно-правового отношения определяется социальной практикой, а его форма – нормативно-правовыми указаниями.

Наличие социального содержания в любом уголовно-правовом отношении означает, что уголовно-правовое отношение представляет собой разновидность социального, общественного отношения.

Отношение в самом общем виде – это одна из форм единства предметов. В основе ее лежит определенная общность двух и более предметов, явлений, между которыми устанавливается связь. Они могут быть связаны между собой различными по типу отношениями. Таковы, например, отношения между причиной и следствием, генетические отношения (связи по происхождению), отношения функциональной зависимости (отношения между аргументом и функцией) и т.п.

Основная атрибутика уголовно-правового отношения проявляется, во-первых, в том, что в нем наличествуют, как минимум, две конкретные стороны, каждую из которых могут представлять как один, так и несколько субъектов.

Во-вторых, субъектный состав уголовно-правового отношения не настолько широк, как в общественных связях или фактических отношениях. Например, в уголовном законе указаны признаки субъектов, которые могут быть сторонами уголовно-правового отношения (суд, вменяемое, достигшее установленного возраста лицо, контролирующий орган и т.п.). Кроме того, государство в уголовно-правовом отношении выступает как носитель права возложить на виновного ответственность за совершенное преступление и применить наказание, установленное законом. При этом лицо, совершившее преступное деяние, обязывается нести ответственность и имеет право быть осужденным только при установлении факта совершения им преступления и быть наказанным в пределах, установленных законом. Такое разрешение вопроса проистекает из того непреложного факта, что любое право государственного органа но отношению к преступнику есть вместе с тем и право преступника по отношению к государству.

Необходимо исходить из следующего: если верно положение, что без свободы нет ответственности, то является и абсолютно верным утверждение, что без права нет и ответственности, т.е. уголовно-правовые отношения нельзя рассматривать только с позиции права государства но отношению к лицу, совершившему преступное деяние. Это определяющий, но никак не единственный аспект. Уголовно-правовые отношения включают в себя и обязанность лица, совершившего преступление, понести уголовную ответственность, реально претерпеть негативные последствия, предусмотренные на этот случай уголовным законом, и его право требования на привлечение к уголовной ответственности в точном соответствии с законом, и право на требование своего осуждения только при доказанности факта совершения им преступления, а при назначении наказания – чтобы оно было в пределах, установленных законом.

Любое уголовно-правовое отношение немыслимо без взаимосвязи прав и обязанностей сторон этого отношения. Если государство обязано применить к лицу, совершившему преступное деяние, меры уголовно-правового характера, то лицо, совершившее преступление, имея обязанность претерпеть эти меры воздействия, получает право требовать, чтобы ущемление его правового статуса производилось в том объеме, который определяется уголовным законом.

В-третьих, уголовно-правовое отношение представляет собой устоявшийся, типичный образец взаимодействия сторон, т.е. в рамках уголовноправовых отношений можно говорить об определенном единообразии поведения субъектов отношения.

В-четвертых, форма уголовно-правового отношения для его социального содержания является не просто рамкой закрепления существования нужного государству и обществу типа поведения, а детерминантой формирования и упорядочивания его содержания, т.е. форма уголовно-правового отношения устанавливает, каким образом должно быть развернуто ОГЛАВЛЕНИЕ отношения субъектов, их взаимодействия.

Назовем основные признаки уголовно-правового отношения:

1. Уголовно-правовое отношение есть разновидность социального отношения, механизм возникновения и функционирования которого подчиняется общим законам появления и реализации социальных отношений. В связи с этим вполне правомерна постановка вопроса о том, что если в рамках социальных общественных отношений существует социальная ответственность, то, следовательно, в рамках уголовно-правовых отношений – уголовная ответственность.

2. Сторонами уголовно-правового отношения являются, с одной стороны, физические лица, совершившие деяния, предусмотренные УК РФ (это могут быть не только преступления), с другой – государство в лице управомоченных органов уголовной юстиции. В силу того, что обе стороны обладают признаками правовой активности, они являются субъектами уголовно-правового отношения. В рамках взаимодействия на уровне уголовной ответственности одна из сторон всегда выступает в качестве активной, другая – в качестве пассивной стороны. Активной стороной представляется тот из субъектов правового отношения, кто реализует свою обязанность. И в этом смысле он может в одном случае выступать как субъект уголовной ответственности, а в другом, в рамках этого же правового отношения, как участник. Следует согласиться с мнением профессора И. Я. Козаченко, что субъектом уголовной ответственности выступает лицо, совершившее преступление (носитель правового статуса), и государство в лице соответствующих органов. Эти субъекты обладают не только различным объемом обязанностей и прав, но и находятся в различных правовых исходных позициях.

Прежде всего, государство вправе принудить лицо, совершившее преступление, претерпеть лишения и неблагоприятные для него последствия в целях восстановления нарушенной этим лицом социальной справедливости, а само это лицо обязано подвергнуться такому принуждению. Однако э го лишь одна сторона взаимоотношений государства с виновным в совершении преступления (взаимоотношений по нисходящей линии).

Другая сторона проблемы состоит в том, что лицо, обвиняемое в совершении преступления, имеет право требовать, чтобы ущемление его прав и интересов происходило в законных пределах и на законной основе, а государство обязано эти требования неукоснительно соблюдать (взаимоотношения по восходящей линии).

3. ОГЛАВЛЕНИЕм уголовно-правового отношения является взаимодействие его сторон. Форма взаимодействия строго определяется уголовным, уголовно-процессуальным и уголовно-исполнительным законодательством. Взаимодействие сторон в уголовно-правовых отношениях представляет собой одну из разновидностей социальной практики – это деятельность специальных государственных органов, с одной стороны, и деятельность лиц-адресатов уголовно-правовых требований – с другой, т.е. ОГЛАВЛЕНИЕ уголовно-правового отношения представляет собой социальное взаимодействие субъектов отношения.

4. Цель уголовно-правового отношения состоит в достижении сторонами преследуемого и законного результата – не допустить совершения преступлений и общественно опасных деяний, обеспечить безопасность человека, общества и государства.

5. В рамках уголовно-правовых отношений происходят использование, защита субъективных прав и свобод человека и гражданина, а также исполнение уголовно-правовых обязанностей. Обязанности могут исполняться как добровольно, так и принудительно.

6. Уголовно-правовые отношения представляют собой одно из легитимных направлений достижения субъектом общества цели реализации интересов и намерений в рамках существующего правового порядка и законности. Хотя ОГЛАВЛЕНИЕм уголовно-правовых отношений являются фактические социальные отношения, однако деятельность субъектов происходит в рамках строгого и неукоснительного следования уголовно-правовым, уголовно-процессуальным и уголовно-исполнительным требованиям.

7. В отличие от основных разновидностей социальных и правовых отношений уголовно-правовые отношения отличаются тесной интеграцией с уголовно-правовыми нормами, которые содержат не только общую модель уголовно-правового взаимодействия, но и указывают способы и меры защиты от деяний, нарушающих предписываемую модель. Именно правовая норма предопределяет форму уголовно-правового отношения.

По форме можно различать и классифицировать различные виды уголовно-правовых отношений.

Один из крупнейших специалистов, занимающихся проблемами правовых отношений, профессор Ю. И. Гревцов, указывает на возможностьразделения правовых отношений на абсолютные, относительные и общие (общерегулятивные).

Под абсолютными правоотношениями понимаются те из них, в которых управомоченному носителю права противостоит неопределенное множество пассивно обязанных субъектов права. Классическим примером могут служить правовые отношения по поводу жизни человека и всех лиц, обязанных не посягать на это право.

Относительными правовыми отношениями называются те, в которых управомоченному субъекту противостоит конкретное обязанное лицо. В этих отношениях субъекты определены конкретно. До сравнительно недавнего времени и специалисты в области теории права, и специалисты, исследовавшие фундаментальные проблемы в конкретных отраслях правового знания, признавали факт существования только такого рода правовых отношений, так как исходили из постулата о том, что любое правовое отношение должно носить конкретно-определенный характер. Все иные взаимодействия, отрегулированные нормами права, предлагалось именовать правовыми связями. Но если согласиться с этим мнением (а понятие любого правового отношения трактуется через связь), то становится не совсем ясна онтологическая трактовка самого понятия "правовое отношение".

Общерегулятивные правовые отношения – это отношения, в которых носителями прав и обязанностей являются все. Эти отношения не имеют точной персонифицированной индивидуализации по субъектам правовых отношений. Из системы общерегулятивных отношений невозможно выделить отдельно взятое правовое отношение, оно является общим достоянием, всех и для всех. Для возникновения подобных отношений, их реализации не требуется наличия правообразующего юридического факта, кроме наличия самих субъектов права. К этим отношениям обычно относят те социальные связи, которые имеют декларативно-провозглашающий характер, но не предполагают возможности наличия реальной деятельности на основе этих норм. Примером в уголовном праве могут служить нормы, содержащиеся в ст. 3–7 УК РФ. Провозглашенные в них принципы определяют условия появления и реализации негативной уголовной ответственности, качество уголовно-правовых отношений, условия, на которых лица подлежат действию уголовного закона.

Конструкция абсолютных и в особенности общерегулятивные правовых отношений не получила полного одобрения и признания научной общественности. И если так называемые абсолютные правовые отношения еще каким-то образом вписываются в рамки общих признаков правового отношения, то общерегулятивные правоотношения иллюстрируют положение о переносе на правовое отношение характеристик правовой нормы. Ведь правовое отношение как реальное взаимодействие сторон приводит при обычных условиях к каким-то последствиям. Качество результата, достигнутого сторонами правового отношения, во многом зависит от качества взаимодействия сторон в юридическом отношении. Абсолютно очевидно, что конструкция общерегулятивного правового отношения не позволяет установить саму зависимость между взаимодействием сторон и наступившим результатом.

Учитывая, что в государстве есть специальные органы, в задачи которых входит установление реальности существования тех или иных правоотношений и последствий их реализации, представляется сомнительным попадание в поле подобной деятельности общерегулятивных правоотношений. По крайней мере, в практике судов и административных органов нами не было выявлено ни одного случая обращения к общерегулятивным правовым отношениям на предмет доказывания реальности их существования и наступления каких-либо последствий их реализации.

В уголовном праве наиболее типичными правоотношениями являются тс, которые складываются в результате совершения лицом деяния, содержащего все признаки состава преступления, выступают следствием совершения преступления.

При совершении лицом преступного деяния, которое служит основанием для возникновения охранительных уголовно-правовых отношений, связи возникают между преступником, с одной стороны, и государством в лице специальных органов уголовной юстиции – с другой. Анализ юридической литературы, посвященной проблеме уголовно-правовых отношений, позволяет с достаточной степенью уверенности констатировать, что именно данная разновидность уголовно-правовых отношений разработана наиболее полно и глубоко.

Охранительные уголовно-правовые отношения носят конкретный характер, так как уголовным и уголовно-процессуальным законами четко очерчен круг участников этих отношений, указаны их права и обязанности, типы поведенческого взаимодействия. Именно поэтому данные уголовно-правовые отношения называются конкретными охранительными уголовно-правовыми отношениями.

В рамках этих отношений возникает уголовная ответственность за совершенное преступное деяние, ответственность за прошлое, ответственность как обязанность претерпеть неблагоприятные для преступника последствия государственно-правового плана в связи с совершенным им деянием.

Таким образом, при совершении преступления возникают конкретные уголовно-правовые отношения, в рамках которых появляется, существует и реализуется негативная (ретроспективная) уголовная ответственность.

В связи с тем, что основная функциональная особенность конкретных уголовно-правовых отношений приведенного рода состоит в покарании виновного, а наличие кары осуществляется при охране, эти уголовно-правовые отношения и именуются охранительными, хотя более точно было бы называть их конкретными охранительными уголовными правоотношениями. Данное утверждение справедливо потому, что не для всех уголовно-правовых отношений форма "санкция – наказание" является верной.

В социальной практике встречаются случаи, когда общественные отношения регулируются нормами уголовного права, но при этом нормы не предусматривают возможности наказания лиц, совершивших деяния, предусмотренные УК РФ. Например, при причинении вреда в состоянии необходимой обороны между лицом, причинившим вред, и государством, безусловно, возникают общественные отношения особого рода, и они регулируются нормами уголовного закона (ст. 37 УК РФ). Следовательно, перед нами типичный случай уголовно-правового отношения – социальной связи, урегулированной нормой уголовного права. Субъекты этого отношения – государство в лице специального органа и лицо, причинившее охраняемому уголовным законом интересу вред в состоянии необходимой обороны. Уголовно-правовые отношения в этом случае возникают по поводу деяния, которое не признается уголовным законом преступлением.

В чем особенность содержательной стороны такого уголовно-правового отношения? Во-первых, на лицо не возлагаются обязанности претерпевать неблагоприятные последствия, а у государства отсутствует право налагать их. Во-вторых, государство и лицо, причинившее вред в состоянии необходимой обороны, – не противники, не антагонисты. Являясь противоположными сторонами уголовно-правового отношения, они находятся по одну сторону "баррикады". Лицо, совершившее причинение вреда в состоянии необходимой обороны, проявило уголовно-правовую активность, защищая правоохраняемые интересы. А государство обязано не осуждать его за это, а, если и не одобрять, то терпимо относиться к нему, считая его поведение если и не одобряемым, то, по крайней мере, допустимым.

Какова основная цель подобных уголовно-правовых отношений? Она не охранительная, но регулятивная. Поэтому уголовно-правовые отношения рассмотренного вида вполне можно именовать конкретными регулятивными уголовно-правовыми отношениями.

Нельзя отрицать того очевидного факта, что уже одним наличием уголовно-правового запрета, предусматривающего наказание, нормы уголовного закона оказывают регулирующее воздействие на поведение человека. Для того чтобы общественное отношение можно было именовать уголовно-правовым, необходимо иметь в наличии уголовно-правовую норму, которая бы предопределяла необходимое и должное, права и обязанности человека, которому она адресована.

Естественно, нормы не могут существовать сами по себе. Их основное предназначение – воздействовать на социальные связи, поведение членов социума. Следовательно, мы вновь сталкиваемся с таким положением, когда общественные отношения испытывают воздействие со стороны норм уголовного права. Значит, перед нами опять уголовно-правовые отношения.

Субъектами этих отношений выступают, с одной стороны, государство, с другой – члены социума. Данным утверждением мы не собираемся подвергать ревизии положение о том, что любое правовое отношение носит конкретный характер. В чем проявляется конкретность данного вида уголовно-правовых отношений? Государство – это конкретный субъект правового отношения. От него и через него идет волеизъявление общества не нарушать уголовно-правовых запретов. Второй стороной выступают члены общества – адресаты уголовно-правовых запретов. Уголовно-правовые запреты адресованы всем членам. Но конкретность выражается в том, что они обращены ко всем вообще, и, что самое главное – к каждому.

Эти отношения носят явно регулятивный характер ("регулируя – охраняю, охраняя – регулирую"). В их рамках уголовная ответственность существует как обязанность не нарушать уголовно-правовых запретов под угрозой применения уголовного наказания. Это позитивная уголовная ответственность, которая реализуется в нормопослушном поведении лица – адресата уголовно-правового запрета.

Результатом действия общих уголовно-правовых отношений является нормопослушное поведение. Именно в силу данного обстоятельства подобные субъекты и остаются за рамками контролирующей и правоприменительной деятельности органов уголовной юстиции. Именно поэтому в уголовно-правовой доктрине бытует мнение, что данные уголовно-правовые отношения находятся за рамками уголовного права и составляют предмет исследования наук неправового цикла.

Мы не можем согласиться с этим мнением потому, что как раз соблюдение уголовно-правовых запретов является главной социальной потребностью и задачей уголовного права, которая обозначена в ч. 1 ст. 2 УК РФ.

В процессе правоприменения возможны случаи, когда уголовная ответственность не возникает в силу прямого указания на данное обстоятельство в уголовном законе. Но при этом законодатель констатирует наличие особого рода связей и пытается урегулировать их посредством норм уголовного закона, превращая их тем самым в уголовно-правовые отношения. Речь идет о связях, урегулированных нормами, содержащимися в ч. 2 ст. 30, ч. 2–4 ст. 31, п. "а" ч. 1 ст. 97 УК РФ.

В первых двух статьях речь прямо идет о лицах, совершивших приготовление к преступлениям небольшой или средней тяжести, а равно лицах, совершивших добровольный отказ от преступления, и в силу этого не подлежащих уголовной ответственности. То есть в рамках этих уголовно-правовых отношений, которые имеют конкретный характер и возникают после совершения неоконченных преступных действий, уголовная ответственность негативного плана отсутствует вследствие прямого указания на это обстоятельство уголовного закона. Поэтому обязанность у лица, осуществившего предварительную преступную деятельность, претерпеть неблагоприятные последствия в связи с совершением этих действий не возникает.

Третья категория лиц не подлежит уголовной ответственности в силу того, что в момент совершения общественно опасного деяния они были невменяемы, т.е. у них отсутствовала свобода воли, что является обязательным условием социальной ответственности вообще и уголовной, в частности. Но отношения между государством и лицом возникают, они урегулированы нормами уголовного права и поэтому их следует считать уголовно-правовыми отношениями. В рамках такого рода уголовно-правовых отношений уголовная ответственность отсутствует. Данное обстоятельство позволяет нам утверждать, что отождествление уголовной ответственности с уголовно-правовыми отношениями представляется не совсем правомерным.

Если конкретно-охранитсльные уголовно-правовые отношения являются, условно говоря, типичными (их типичность проистекает не из того, что речь идет о преступлениях как о правообразующих юридических фактах, ведь преступление в любом случае – категория асоциальная, нетипичная, просто традиционно сфера действия уголовного права связывается с преступлением и наказанием – отсюда и избранное нами наименование "типичные"), то иные виды уголовно-правовых отношений можно с полным правом именовать нетипичными, или специфическими.

Кроме того, к сожалению, в судебной практике возможны и судебные ошибки, когда осуждается лицо, не совершавшее преступного деяния. Эти случаи редки, но они существуют. Возникают ли при этом уголовно-правовые отношения? Да, они возникают, но в их рамках уголовная ответственность не существует, так как в этом случае у лица отсутствует обязанность претерпевать неблагоприятное для него воздействие государственных органов. Однако наказание в этих случаях назначается, а оно, как известно, является одной из форм реализации уголовной ответственности. Получается замкнутый круг.

При осуждении лица, не совершавшего преступления, на наш взгляд, возникают нетипичные уголовно-правовые отношения, в рамках которых уголовная ответственность отсутствует, но присутствует форма ее реализации, чего с философской точки зрения вообще не должно быть: уголовной ответственности нет, а наказание – существует.

Для разрешения возникшего противоречия обратимся к ст. 6 УК РФ: "Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного" (принцип справедливости).

Применяя положения формально-логического способа толкования права к вышеприведенному постулату, можно прийти к выводу, что если наказание несправедливо, следовательно, это уже не наказание – во-первых. Во-вторых, наказание должно применяться только к лицу, совершившему преступление. Если же лицо не совершало преступления, то, следовательно, к нему применено не наказание, а что-то иное, похожее на наказание по своему внешне-формальному виду.

По нашему глубокому убеждению, наказание без вины – это не наказание, не кара, а репрессия. Именно правовая репрессия, обладая всеми внешними карательными признаками наказания и качествами кары, отличается от наказания по своей сути тем, что применяется не за совершение преступления.

А. А. Чистяков предложил именовать уголовно-правовые отношения конкретного характера, в рамках которых отсутствует уголовная ответственность, но присутствует наказание, которое таковым не является (соблюдается только его внешне-объективная форма с присущими ему атрибутами), репрессивно-уголовными правоотношениями.