Естественнонаучная литература

Своеобразной естественнонаучной энциклопедией Средневековья, с которой через переводы рано познакомился древнерусский человек, был "Физиолог". Этот сборник возник во II–III вв. и восходил к греческой эллинистической традиции. Его источниками являлись античные мифы, библейские сказания, апокрифы. "Физиолог" содержал сведения о растительном и животном мире, подчас экзотического, а нередко и фантастического характера. Согласно его рассказам крокодилы плачут, пожирая жертву, львы спят с открытыми глазами, а птица феникс, якобы обитающая в Индии, обладает способностью возрождаться из пепла. "Физиолог" символически истолковывал повадки и свойства животных, соотнося их с состоянием души человека. Так, образ горлицы, на сухом дереве оплакивающей "мужа", выступал в нем как символ супружеской верности. Рассказ о льве, который, дунув в ноздри своему мертвому детенышу, мог оживить его, иллюстрировал мысль о необходимости принятия христианской веры: люди "прежде бо крещения мьртви суть, по крещении же просвѣщаються от Святаго Духа" и воскресают. Два рога антилопы, которая согласно "Физиологу" живет "близь рѣкы акиана на крайны земли", символизировали Ветхий и Новый Заветы, данные человеку, дабы он не запутался в сетях житейских наслаждений, подобно антилопе, продирающейся сквозь прутья, спасаясь от охотника.

В "Физиолог" входило около 50 статей, имеющих двучастную композицию: сначала описание животного, затем его символико-аллегорическое толкование. Рассказ о хитрой лисице, которая, когда голодна, притворяется мертвой и неожиданно нападает на обманутых таким образом птиц, завершает уподобление ее дьяволу, прельщающему человека. Помимо рассказов о животных, книга включает описания деревьев (дуба, смоковницы) и камней (алмаза, магнита, жемчуга и др.), которым тоже дается религиозносимволическое толкование. Сближение мужчины и женщины согласно "Физиологу" подобно действию кремней: огонь, рожденный от их соприкосновения, сжигает все, как любовная страсть – душу человека.

Общее представление об устройстве Вселенной формировала "Христианская топография" Козьмы Индикоплова (VI в.), александрийского купца-путешественника, в конце жизни ставшего монахом и почившего на Синае. Он много плавал по Средиземному и Красному морям, но в Индии, скорее всего, не бывал, а обрисовал ее с чужих слов. Несомненный интерес в книге представляли описания экзотических стран, редких животных и растений. Например, носорог в изображении Козьмы Индикоплова – животное, которое имеет "рога на губе" и может "древа искорсняти има", "ноги же и кожа приближна суть слоновю".

Однако главная задача автора "Христианской топографии" – создание общей картины мироздания, где в центре находится плоская и неподвижная Земля, со всех сторон омываемая океаном; на сфере видимого неба располагаются светила, управляемые ангелами, благодаря чему происходит смена дня и ночи. За видимой небесной твердью простирается невидимая, где на седьмом небе пребывает Бог. Учение Птолемея о шарообразности Земли Козьма Индикоплов считал "бабьими баснями": если Земля – шар, то тогда одни люди стоят вниз, а другие вверх ногами. В отличие от греческих философов автор "Христианской топографии" полагал, что землетрясения происходят по воле Бога, а не по причинам, связанным с особым строением Земли. Дождь, по его мнению, производят ангелы, превращая морскую воду в тучи, и делают это по повелению Творца. Тем самым доказывалось, что истинное знание о мире даст лишь Священное Писание.

Считая "вечным одно лишь слово", автор "Христианской топографии" ставил себе в заслугу то, что не стремился, как другие, "добыть себе насилием землю" или богатство, "но красоту мира мудро, достойно и божественно описал". Книга Козьмы Индикоплова, щедро иллюстрированная, сохранилась в огромном количестве списков. В средневековой Руси она оказала определяющее влияние на народные представления об устройстве мироздания, послужила источником сведений и поэтических образов для создателей Толковой палеи, Кормчей книги, хронографов и азбуковников.

Комментарии к библейскому рассказу о том, как Бог в течение шести дней создал небо, светила и землю, животных, растения и человека, содержали "Шестодневы" – книги, появившиеся на рубеже поздней Античности и раннего Средневековья. Цель "Шестоднева" – прославить мудрость Творца, выразить восхищение перед гармонией и красотой созданного им мира. Книги подобного типа составлялись многими известными византийскими писателями, однако на Руси распространение получил "Шестоднев" Иоанна экзарха Болгарского, славянского просветителя конца IX – начала X в. В основу своего произведения Иоанн положил "Шестоднев" Василия Великого, который он дополнил материалом из других книг на эту тему, отрывками из творений отцов церкви и знаменитых христианских проповедников (Иоанна Златоуста, Иоанна Дамаскина, Григория Богослова), а также сочинений античных философов (Аристотеля, Демокрита, Платона), ибо книга была обращена против "еллинских мудрецов". Хотя "Шестоднев" – труд богословского порядка, он вобрал в себя и различные сведения естественнонаучного толка: о строении Земли и Вселенной, происхождении человека, многообразии животного и растительного мира.

В "Прологе" к "Шестодневу" Иоанн разграничивает человеческий и божественный акты творения. Если люди, строящие здания и корабли, изготавливающие золотые изделия, шерсть или кожу, нуждаются в материале и работают по готовым образцам, прибегая к помощи друг друга, то Богу для созидания ничего не нужно и силы его безграничны: "Богу творцю все мощьно иже хощетъ". Он является создателем всего, что "нами видимо и знается", всего небесного и земного, "бессмысленного" и наделенного разумом и языком, как человек – вершина творения. Гимн Богу перерастает в "Слове шестого дня" в гимн человеку, "в малѣ тѣлѣ" которого заключена высокая мысль, способная "обыидущи всю землю и выше небесъ възыдущи".

"Шестоднев" – не только книга, предназначенная для познавательного чтения. Своим высоким поэтическим стилем она воздействовала на чувства читателей, будила их фантазию, развивала эстетический вкус. Она учила видеть прекрасное в жизни, будь то восходящее светило или покрывающиеся зеленью дубравы, сгибающиеся под тяжестью зерна колосья пшеницы или причудливо вьющаяся виноградная лоза. Учила среди птичьего многоголосья различать пение соловьев и дроздов, иволг и жаворонков. Человек должен радоваться жизни и славить Творца всего сущего – такова основная философская мысль "Шестоднева".

* * *

Переводная литература Древней Руси претерпела эволюцию. Ее начало связано с переводами богослужебных книг, интересом к творениям отцов церкви и житиям святых. По подсчетам А. И. Соболевского, в русской литературе домонгольского периода переводы составляли до 99% книжной продукции. С течением времени в репертуаре древнерусской литературы увеличилась доля оригинальных сочинений, а в составе переводов – светских произведений легендарно-исторического и апокрифического характера, к которым принадлежат, например, эсхатологическое "Сказание о двенадцати снах царя Шахаиши" или утопическое "Сказание об Индии богатой". В дальнейшем переводная литература оказала большое влияние на становление оригинальной русской беллетристики и публицистики, книжного стихотворства и драматургии.

Граница между оригинальными и переводными произведениями в литературе Древней Руси была часто условной: творения русских авторов могли включаться в сборники сочинений классиков христианской литературы и приписываться им; переводы легко внедрялись в своды летописного, хронографического, агиографического характера, созданные книжниками Древней Руси. Переводные памятники продолжали свое существование в недрах древнерусской литературы, подобно тому как, по словам Д. С. Лихачева, "пересаженное растение начинает жить и расти в повой обстановке". Создавались их новые русские переводы и редакции; они становились органической частью национальной культуры, стимулировали ее развитие, "подсказывая" новые темы и формы, "подпитывая" опытом художественного творчества других стран и народов.