Врожденное поведение

Перед психологией, как и перед другими науками, встает задача объяснить эту физическую активность субъекта, понять, "зачем это поведение" и "как оно осуществляется". Естественно, первые ответы на эти вопросы давались в рамках философии как матери всех наук.

Понятие инстинкта

В античной философии поведение человека объяснялось на основе разума и воли как важных частей души. Наделять животных этими способностями души не хотелось, но надо было объяснять внешнюю целесообразность поведения животных. И тогда в школе стоиков было предложено понятие "инстинкт" (термин появился позже), рассматриваемое как заложенные в душу животных непреодолимые стремления к определенным объектам или к совершению некоторых поведенческих актов (аналогично рассматривалось и стремление к уходу, к избеганию некоторых объектов). Такое стремление эмоционально переживалось и инициировало имеющиеся у животных готовые поведенческие акты (преследование добычи и ее поедание, уход от врага, вскармливание потомства и т.д.), т.е. причина инстинктивного поведения животных находилась внутри животных, в их переживаниях, которые возникали в силу устройства их души.

Напомним, что понятие "инстинкт" было введено как понятие объяснительное, как теоретический конструкт, призванный объяснить поведение животных. Но сформировавшиеся позже зоология и психология стали рассматривать инстинкты как реальность, подлежащую изучению, и исследования инстинктивного поведения продолжались до средины XX в., когда было осознано, что понятие "инстинкт" не в состоянии объяснить поведение животных в свободных природных условиях. Естественно, что при этом сама задача объяснения врожденной способности животных правильно реагировать на ряд жизненных ситуаций осталась.

Понятие рефлекса

В XVII в. Р. Декарт, в соответствии со своим мировоззрением, предложил новую модель устройства животных и их поведения. Он ввел понятие "рефлекс" (отраженная реакция), объясняющее причины и механизм поведения животных, которые понимались им как живые машины, действующие на основе законов механики. В это понятие были заложены три большие идеи:

1) внешняя причинность поведения;

2) наличие морфологического механизма поведения;

3) объяснение сложного поведения комбинацией простых рефлексов как элементов, из которых можно собрать любую комбинацию (т.е. идея рефлекса как "кирпичика" поведения).

Эти три идеи с разной степенью успешности разрабатывались учеными разных специальностей (философами, биологами, физиологами, психологами) опять же до средины XX в., когда стало ясно, что данное понятие не может выполнить свою объяснительную функцию. Термин "рефлекс" остался в науке, но как обозначение врожденных простых реакций живых существ, осуществляющихся на уровне физиологических регуляций. Понятие "рефлекс" постигла судьба понятия "атом", который из неделимой мельчайшей частицы (кирпичика) стал одним из элементов, способным делиться на более мелкие самостоятельные частицы.

Поведение животных, как и движение любого физического тела, Р. Декарт объяснял физическим воздействием (толчком) извне. Наличие внешней регистрируемой причины позволяло укрепить позиции детерминизма в науке о поведении. Правда, этот детерминизм был механическим, само животное понималось как живая машина, а поведение было реактивным – в ответ на внешнее физическое воздействие с последующим бездействием до следующего толчка. Но то, что поведение теперь сообразовывалось с событиями среды, было прогрессивным и верным.

Наибольший интерес вызвала и получила дальнейшее развитие идея "механизма поведения". Декарт считал, что поведение животных определяется устройством их тела. По его мнению, ответная реакция начиналась после воздействия физического раздражителя на органы чувств, от которых отходили в мозг полые трубочки с "животными духами".

Получив внешний толчок, духи устремлялись в мозг, а затем к мышцам, вследствие чего и происходило нужное движение животного. Этот механизм работал так, как работало бы любое механическое устройство.

С тех пор изменились представления об устройстве механизма: вместо духов по нервам "бегут" биоэлектрические импульсы, которые обрабатываются в мозге и, прихода к мышцам, вызывают сокращение мышечных волокон и соответственно нужное движение. Эта идея поддерживалась всеми физиологами, в том числе И. П. Павловым, который долгое время считал, что поведение определяется конфигурацией возбуждений и торможений в коре и подкорке головного мозга.

В предложенной Декартом схеме поведение подчинялось не только требованиям среды, но, главное – законам работы мозга. Получалось, что идея механизма поведения, с одной стороны, помогала понять, как строится поведение, а с другой – вопреки здравому смыслу, подчиняла поведение не условиям среды и требуемому результату, а особенностям работы мозга. Мозг из средства управления становился демиургом поведения, что заводило исследование поведения в тупик. Ложность этой идеи афористично выразил А. Н. Леонтьев: "От жизни – к мозгу, а никогда от мозга к жизни".

Третья идея рефлекторной теории тоже дожила до XX в., хотя больших успехов здесь достигнуто не было. Представление о рефлексах как о кирпичиках, из которых можно построить любой сложности поведение, все время оставалось абстрактным, а сам процесс порождения поведения – непонятным, потому что рефлексы были врожденными неизменяемыми реакциями, определяемыми устройством тела. Механизм сборки их в единое сложное поведение оставался неясным, и чаще всего сложное поведение представлялось простой последовательностью отдельных рефлексов, определяемых изменениями среды.

Идея рефлекса вследствие своей простоты и очевидности внешней детерминации поведения оказалась очень живучей и на три века определила искания физиологов и психологов. Первым, кто выступил против механического понимания рефлекторного поведения, был И. М. Сеченов, который, повторив опыты немецкого исследователя Э. Пфлюгера (1829–1910), пришел к выводу, что рефлекс не является машинообразной стандартной реакцией, определяемой устройством нервно-мышечного аппарата, и должен пониматься как результат решения поведенческой задачи.

Сами опыты были очень простыми. Обезглавленная лягушка подвешивалась на крючке, а затем экспериментатор раздражал кожу в разных местах брюшка лягушки (слева и справа). В ответ на раздражение слева лягушка поднимает левую лапку и пытается избавиться от раздражителя (например, бумажки, смоченной в кислоте). Если раздражается правая половина тела, лягушка реагирует правой лапкой. Но если одну лапку лягушки привязать, то через несколько попыток лягушка начинает реагировать свободной лапкой на раздражение и справа, и слева.

Это означало, что шаблонного ответа, определяемого устройством тела, нет, рефлекторная дуга оказалась частным случаем ответа. Однозначно связанными оказались не внешнее воздействие и ответ (рис. 4.1), а ситуация, в которой оказалось животное, и конечный результат ответной реакции. Сама реакция оказалась вариативной (рис. 4.2).

Рис. 4.2. Схема рефлекса по Сеченову

Рефлекс в понимании И. М. Сеченова перестал быть только механизмом передачи энергии внешнего толчка к исполнительным органам, он стал проявлением способа решения задачи достижения нужного в этой ситуации результата. Этот вывод был сделан в третьей четверти XIX в., но оценили его только в 1930-х гг. в России.