Страны Востока и факторы трансформации

Необходимо оговориться, что в распоряжении исследователей нет строгой шкалы отсчета или каких-либо надежных количественных данных. Разговор может идти только о сопоставлении с единственно нужной для анализа позиции: что именно содействует трансформации традиционной структуры и что препятствует этому процессу.

Первый блок. Здесь стоит выделить два несколько отличающихся варианта.

- Природные условия Индии, несмотря на субтропики и джунгли, в целом удовлетворительны, хотя ни особым количеством пряностей, ни слишком благоприятными условиями для выращивания товарной продукции эта страна не отличается. Уровень развития этого гигантского субконтинента, при всей пестроте его огромного населения, для Востока, безусловно, выше среднего. Роль религиозно-цивилизационного фундамента здесь мало сказать огромна, она практически неизмерима, а роль государства как института, напротив, весьма незначительна. В подобных условиях эффект колониализма в Индии оказался едва ли не наивысшим из возможных. Англичане сыграли невероятно важную роль в исторических судьбах этой страны, чему способствовали как благоприятные, так и неблагоприятные для субконтинента случайности и обстоятельства.

Резюмируя итоговый расклад всех факторов, заметим, что природные условия, хотя они и были импульсом, который вначале привлек колонизаторов, решающей роли в последующем не сыграли. Уровень развития здесь был благоприятным для возможной трансформации, традиционная слабость государства также этому способствовала, а об эффекте колониализма и говорить не приходится. Главной силой, противостоявшей трансформации, был религиозно-цивилизационный фактор. Вектор мощного религиозно-цивилизационного фундамента всегда был направлен в сторону, противоположную усилиям колонизаторов. Случайности явно не сыграли заметной роли, а вот благоприятное стечение обстоятельств, несомненно, присутствовало.

Примерно так же обстояло дело на Цейлоне, где к двум основным факторам следует добавить важную роль случайностей и обстоятельств, способствовавших усиленному вниманию колониальных держав (стремление к пряностям). Для обеих стран следствием стал ускоренный процесс эволюции и трансформации общества восточного типа в общество смешанного типа, которое было (в Индии с учетом специфики выделившихся из нее исламских анклавов) ориентировано в последующем на превращение в общество западного типа с определенными цивилизационными особенностями их идентичности.

- Индонезия и Индокитай (если исключить некоторые острова с их полупервобытным населением, а также близкие к ним по стандарту отсталые районы северной части Бирмы и Лаос), с оговорками Филиппины соответствуют среднему уровню развития и по большей части справедливо считаются богатыми природными ресурсами. Государство здесь, кроме Вьетнама, не слишком сильно, хотя сильнее, чем в Индии. Не очень велика мощь религиозно-цивилизационного фундамента, к тому же нередко многослойного, с разнородными элементами, которые гасят влияние друг друга. Случай и стечение обстоятельств здесь работали как в пользу колониализма, так и в пользу традиционного общества (исламизация, в частности, усилила его позиции). Если данный фактор вывести из анализа как нейтральный (он, однако, сыграл свою роль в Сиаме), а уровень развития считать средним, то расклад сил будет примерно таким: опирающийся на богатые ресурсы эффект колониализма против сравнительно слабых, но зато действующих воедино религиозно-цивилизационного фундамента и местной государственности. Не слишком воинственный ислам цементировал часть региона, не очень при этом препятствуя постепенной трансформации общества восточного типа в общество смешанного типа с перспективой эволюции в сторону общества западного типа.

Второй блок тоже подразделяется на два несходных варианта.

- Тропическая Африка богата ресурсами, о чем, впрочем, ни населявшие ее народы и примитивные общности, ни даже осваивавшие ее очень рано колонизаторы в свое время (исключая разве что проблему невольников, главный ее в то время очевидный ресурс) не знали и не догадывались. Неблагоприятные для жизни людей природные условия, равно как и очень низкий обусловленный ими уровень жизни здесь факторы резко отрицательные. Очень отсталый, несмотря на свою силу, примитивный религиозно-цивилизационный фундамент и слабая, преимущественно вовсе отсутствовавшая государственность могут считаться очевидным свидетельством тоже очень неблагоприятного стечения обстоятельств. В этих условиях об уровне развития и случае говорить не приходится, все ясно без слов. Остается эффект колониализма, которому здесь все пассивно, но необычайно энергично противостояло.

Немногочисленные исключения типа Эфиопии, увы, лишь подтверждают общее правило. Даже сегодня, после деколонизации, Тропическая Африка являет собой заповедник обществ или, правильней, общностей первобытно-восточного типа со слабо выраженной перспективой трансформации в общества смешанного типа, не более того. Это обстоятельство, учитывая опирающиеся на инстинкт неслыханные темпы роста численности населения (в сложившихся условиях на приостановку прироста не приходится надеяться), весьма тревожно. Континент уже сегодня (а далее будет в еще большей степени) не в состоянии прокормить себя, что тяжким грузом ляжет на остальное человечество.

- Страны Магриба (без Египта и Туниса), в меньшей степени Сомали и Судан на фоне положения государств Тропической Африки в выигрыше. Природный фактор и уровень развития здесь можно считать средними, хотя на юге (Судан, Сомали) они много ниже среднего. Религиозно-цивилизационный фундамент (ислам) исключителен по силе и устойчивости, консервативной стабильности и сопротивляемости. Государственность, сила власти, выше средней, хотя и ослаблена случайностями и обстоятельствами, которые оказались против нее и соответственно в пользу колониализма. Общий расклад сил примерно таков: эффект колониализма, в прошлом опиравшийся на благоприятные случайности и обстоятельства, а ныне сталкивающийся с возрастающим противодействием, против исламской традиции и государственности.

Здесь не очень заметен сдвиг в процессе трансформации общества восточного типа в общество смешанного типа, тем более с перспективой эволюции в общество западного типа. Общества Магриба (кроме Ливии) прошли было через начальную стадию указанного процесса (в Судане и Сомали не было и этого), но затем общества восточного типа под влиянием ислама начали энергично сопротивляться такого рода эволюции.

Третий блок, мир ислама, тоже демонстрирует по меньшей мере два варианта, хотя можно выделить и три.

- Турцию, Египет, Пакистан, Иран, в меньшей степени Бангладеш стоит включить в число стран, которые в недавнем прошлом были готовы к трансформации. По природным условиям, уровню развития и, что очень важно, учитывая эффект колониализма, эти страны были подготовлены к постепенной трансформации государственности и общества в сторону Запада. За исключением Ирана, эти страны не отличаются богатством ценных ресурсов. Стечение обстоятельств сыграло здесь чрезвычайно важную роль в том смысле, что прежде ослабленный было исламский фундамент и соответственно государство неожиданно оказались фактором, сила которого с течением времени возросла. При общем раскладе, который можно описать как эффект колониализма против ислама и его государственности, изменение в соотношении сил привело к заметному замедлению процесса трансформации обществ восточного типа в общества смешанного, а кое-где, как в Египте, Пакистане и более всего в Турции, даже начавшегося движения в сторону общества западного типа. Сегодня в кемалистской Турции, не говоря уже о Египте и тем более Пакистане и Иране, ислам энергично теснит нормы западного образа жизни. Похоже на то, что некоторые из этих стран, более всего Иран, готовы застыть на уровне все более воинственного общества смешанного типа, причем вполне осознанно.

- Богатые нефтедолларами небольшие страны Персидского залива, включая Саудовскую Аравию, а также многострадальный Ирак, могут составить другой вариант эволюции исламских стран. Отличие их в меньшем уровне развития и, главное, в потенциях, необходимых для сохранения такого уровня без постоянного притока нефтедолларов, который помогает им в этом. Эффект колониализма вначале был весьма заметным, подчас почти без участия самих колонизаторов (в случае со странами Залива и Аравии он был очень действенным). Но влияние противостоящего Западу ислама ощущается и здесь, включая Ирак. Мало того, противостояние исламскому фундаменту и исламскому государству, усиленным за счет богатых ресурсов, которым помогли случай и стечение обстоятельств, в еще большей степени, чем в предыдущем варианте, не помогает. Запад оказывается фактически бессильным в попытках содействовать трансформации восточно-смешанных богатых обществ в этих странах в общества западного типа.

- Страны Средней Азии, Азербайджан и Афганистан, за исключением сравнительно отсталой Туркмении, природными ресурсами (если не считать недавно открытых запасов) не избалованы и пока что, кроме разве Азербайджана, не в состоянии их эффективно использовать. Уровень развития и сила государства средние, иногда заметно ниже среднего. Сила ислама и исламского государства различны, особенно при сравнении Афганистана с его талибами и почти что не знакомого с активным исламом недавно еще советского Азербайджана. Случай и стечение обстоятельств подчас (как в Афганистане) оказываются решающими, но обычно, если не иметь в виду пережитки советской власти, не превышают среднего уровня. Эффект колониализма заметен, но не одинаков. Общий расклад сил тот же: колониализм против ислама и исламского государства.

Четвертый блок имеет два основных варианта.

- Китай, где природные условия средние или даже выше средних. Уровень развития также выше среднего, возможно, наивысший на фоне всех остальных стран Востока. Китай очень быстро растет за счет гигантской силы цивилизационной традиции и мощи государства. Эффект колониализма ниже среднего, а случай и стечение обстоятельств оказались значительными. Общий итог: сравнительно слабый эффект колониализма в условиях высокой цивилизации и сильной империи при различных меняющихся обстоятельствах сыграл позитивную роль. Сегодня Китай уверенно, хотя и не торопясь, движется в сторону общества западного типа.

- Япония и ряд близких к ней по типу развития небольших стран. Природный фактор и уровень развития средние (в самой Японии с ресурсами и вовсе плохо, хотя с уровнем развития много лучше среднего), сила государства не слишком велика. Роль цивилизационного фундамента, напротив, огромна, причем в его пользу были и случай, и стечение обстоятельств. Эффект колониализма уникален по характеру: сила его крайне незначительна, а влияние колоссально. Здесь фактически совсем нет противостояния. Общий вектор примерно таков: динамичная традиция, опирающаяся на способствующий эволюции фундамент и использующая благоприятные для нее случайности и обстоятельства, активно впитывает все полезное и усваиваемое из того, что выше было названо эффектом колониализма. Причем в данном случае этот эффект предстает в наиболее выгодной для страны модификации.

Итак, девять вариантов. Соединив некоторые близкие друг к другу, в первую очередь исламские и южно-азиатские, получаем пять основных моделей.

1. Исламская модель: эффект колониализма или, иначе говоря, Запад против ислама, его мощной религиозной традиции и сильного государства, давление которых постоянно нарастает.

2. Африканская модель: колониальный Запад против первобытности и полупервобытности, опирающихся на примитивную традицию и крайне слабую государственность.

3. Южно-азиатская модель: мощный эффект колониализма против и отчасти во взаимодействии с мощной цивилизационной традицией при ослабленной государственности.

4. Китайская модель: слабый эффект колониализма против необычайно мощной традиции, цивилизации, государственности.

5. Японская модель: динамичная традиция, обогащаемая за счет Запада.

Из этих пяти моделей для последующего разбора можно исключить, коль скоро речь идет о реальных потенциях к трансформации, модель вторую, африканскую. Совершенно очевидно, что здесь внутренних потенций практически почти нет, что только силовое воздействие извне и в буквальном смысле слова навязывание Тропической Африке европейских капиталистических стандартов оказались импульсом, кое-как способствовавшим трансформации. Попытки изменить что-либо за счет усиления роли государства и огосударствленной по марксистско-социалистическому стандарту экономики объективно вели лишь к выходу на авансцену той самой первобытной общинной традиции, о которой уже упоминалось, и потому позорно провалились. Можно также исключить из анализа и японскую модель, уже убедительно продемонстрировавшую принципиальную возможность успешной трансформации общества восточного типа в общество полноценного западного типа с ненавязчивой цивилизационной спецификой и идентичностью.

Остаются три модели - исламская, южно-азиатская и китайская. Собственно, именно они и охватывают собой практически весь современный Восток, будущее которого в процесс трансформации еще не определилось. Именно они соответствуют трем великим цивилизациям Востока:

o исламской;

o индо-буддийской;

o дальневосточной, конфуцианской.

Это означает, что основные факторы и потенции трансформации в конце концов логично сводятся к трем цивилизационным в своей глубинной основе моделям. Рассмотрим каждую из них особо.