Предисловие

С момента вступления в силу Семейного кодекса РФ прошло достаточно времени для подведения некоторых итогов применения установленных им правовых норм.

За прошедшее время судебная практика по спорам, возникающим из семейных правоотношений, многократно подвергалась принципиальным изменениям.

Только Пленум Верховного Суда РФ принял четыре постановления по применению норм семейного законодательства: от 25.10.1996 № 9 "О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и взыскании алиментов"; от 27.05.1998 № 10 "О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей"; от 05.11.1998 № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака"; от 20.04.2006 № 8 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей".

По многим вопросам было достигнуто единообразное толкование. Вместе с тем большое количество правовых норм, регулирующих семейные правоотношения, еще не нашло согласованного понимания и применения.

За прошедший период изменились и сами общественные отношения, регулируемые Семейным кодексом РФ, что также осложнило процесс унификации судебного правоприменения.

Авторы настоящей работы — ученые, судьи, специализирующиеся в области гражданского и семейного права, — провели системный общетеоретический и практический анализ применения норм Семейного кодекса РФ судами, на основании чего сделали мотивированные выводы как о сложившейся практике применения отдельных правовых норм, так и о том, какие подходы судов к толкованию положений Семейного кодекса РФ не могут быть признаны обоснованными.

В работе изложены выявленные авторами проблемы правоприменения и на основе их всестороннего исследования предложены возможные пути их разрешения.

Сложившаяся судебная практика подвергнута анализу как исходя из содержания и буквального смысла правовых предписаний, установленных отечественным законодательством, так и с точки зрения правового регулирования семейных отношений международными договорами и нормами.

В комментарии анализируются гражданские дела, связанные с применением норм большинства разделов и глав Семейного кодекса РФ. При этом использована судебная практика применения семейно-правовых норм Верховным Судом РФ, федеральными судами и мировыми судьями города Москвы и Владимирской области, других судов РФ.

Настоящий комментарий окажется полезным судьям, работникам правоохранительных органов, федеральных органов власти и органов местного самоуправления, студентам, аспирантам, преподавателям высших учебных заведений и всем гражданам, интересующимся проблемами применения семейно-правовых норм.

Лекция I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Лекция 1. Семейное законодательство

Главой 1 СК РФ определены принципы правового регулирования семейных отношений в новых политических и социально-экономических условиях, установлен круг общественных отношений, регулируемых семейным законодательством, в соответствии с Конституцией РФ определена система нормативных правовых актов, содержащих нормы семейного права в Российской Федерации.

В ст. 1 СК РФ названы основные начала семейного законодательства.

Закреплено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо вдела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи.

Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности как при вступлении в брак, так и в семейных отношениях.

Права граждан в семье могут быть ограничены только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других членов семьи и иных граждан.

Можно выделить следующие основные начала семейного права:

— государственная защита семьи, материнства, отцовства и детства в Российской Федерации;

— укрепление семьи;

— взаимная любовь, уважение, взаимопомощь и ответственность членов семьи;

— недопустимость произвольного вмешательства кого-либо вдела семьи;

— беспрепятственное осуществление членами семьи своих прав;

— судебная защита семейных прав;

— признание брака, заключенного в органах ЗАГС;

— добровольность брачного союза мужчины и женщины;

— равенство супругов в семье;

— приоритет семейного воспитания детей;

— забота о благосостоянии и развитии детей, обеспечение приоритетной защиты их прав и интересов.

Отметим, что принципы семейного права содержатся и в других статьях СК РФ.

Указанные принципы лежат в основе всех правовых норм семейного законодательства. Исходя из них оцениваются действия каждого участника семейно-правовых отношений.

Судебная практика свидетельствует о том, что правильность применения названных принципов не всегда бесспорна.

Обратимся к рассмотрению некоторых из них.

И. обратился в суд с иском к В. о расторжении брака, ссылаясь на то, что в течение года не проживает совместно с В., семейные отношения между ними прекращены, на двоих несовершеннолетних детей он добровольно выплачивает алименты. В. иск не признала, считая, что семья может быть сохранена. Суд рассмотрение дела отложил, предоставив супругам три месяца для примирения. По истечении этого срока И. настаивал на расторжении брака, а В. просила в удовлетворении иска отказать, полагая, что И. вернется в семью и будет заниматься воспитанием детей. Суд иск удовлетворил. В кассационной жалобе В. просила судебную коллегию по гражданским делам Московского городского суда решение суда отменить и вынести новое решение об отказе И. в удовлетворении иска. По ее мнению, суд обязан принимать меры для сохранения семьи, т.е. действовать в соответствии с названными выше принципами, а не разрушать семью. Кассационная инстанция оставила жалобу В. без удовлетворения, исходя из правил, предусмотренных п. 2 ст. 22 СК РФ, согласно которым расторжение брака производится, если меры по примирению супругов оказались безрезультатными и один из них настаивает на расторжении брака. Данное правило позволило коллегии согласиться с выводами районного суда. После оглашения кассационного определения В. заявила, что суды грубо нарушают основные начала семейного права1.

Возник вопрос, правомерно ли действовали суд первой инстанции и судебная коллегия; обоснованно ли суждение В. о неприменении судом принципа укрепления семьи?

В рассматриваемом примере возникает конкуренция принципов семейного законодательства: укрепление семьи и добровольность брачного союза, который, как представляется, реализуется не только при заключении брака, но и при его прекращении.

Вместе с тем надо полагать, суд не должен формально подходить к реализации принципа укрепления семьи, ограничиваясь предоставлением супругам срока для примирения. Суду следует не только устанавливать мнения супругов о возможности сохранения брачного союза, но и исследовать другие обстоятельства, свидетельствующие о такой возможности. И только когда суд приходит к основанному на всестороннем исследовании обстоятельств дела выводу о невозможности сохранения семьи, должно быть вынесено решение о расторжении брака, юридически оформляющее фактический распад семьи.

В приведенном примере суд необоснованно ограничился предоставлением супругам срока для примирения и положил в основу решения, по существу, лишь мнение одного из супругов.

В другом случае К., в лице его представителя Б., обратился в суд с иском к Ж. о расторжении брака, ссылаясь на то, что совместная жизнь не сложилась, семья распалась. Ж. в суд не явилась. Суд иск удовлетворил. Ж. просила данное решение отменить.

Судебная коллегия по гражданским делам нашла решение суда первой инстанции подлежащим отмене, указав следующее.

Разрешая спор, суд признал установленным, что дальнейшее сохранение семьи является нецелесообразным, а потому брак должен быть расторгнут.

Однако этот вывод суда сделан с нарушением норм материального и процессуального права и не основан на материалах дела.

В нарушение ст. 22 СК РФ, ст. 12, 57, 18 ГПК РФ суд не выяснил обстоятельства, являющиеся юридически значимыми для разрешения спора

О расторжении брака. Не выяснено, возможна ли дальнейшая совместная жизнь и сохранение семьи. Между тем, именно это обстоятельство является основанием для разрешения спора о расторжении брака.

Целесообразность дальнейшего сохранения семьи не есть предмет судебного доказывания. Кроме того, в решении не названо ни одного обстоятельства, свидетельствующего о целесообразности или нецелесообразности сохранения семьи. Не ясен и сам термин "нецелесообразность", употребленный судом в своем решении как основание для расторжения брака.

Супруги своего мнения по делу не выразили, объяснений не давали ни в одном судебном заседании. Объяснялись их представители.

Суд не привел в решении обстоятельств, которые препятствовали бы предоставлению предусмотренного законом трехмесячного срока для примирения, а ограничился месячным сроком.

При таких обстоятельствах судебная коллегия нашла решение не соответствующим принципу семейного права, состоящему в укреплении семьи, предусмотренному ст. 1 СК РФ1.

В приведенном примере суд первой инстанции в нарушение принципа укрепления семьи не исследовал возможность сохранения семьи, указав на "нецелесообразность" ее сохранения. Кроме того, судом нарушен и принцип добровольности брачного союза, так как мнения супругов относительно возможности существования брачного союза не выяснены.

Другой основополагающий принцип семейного законодательства — признание брака, заключенного в органе ЗАГС.

Ш. обратилась к М. с иском о разделе имущества, ссылаясь на то, что в период совместной жизни приобрели трехкомнатную квартиру и земельный участок, оформленные на имя М. Истец Ш. полагала, что ей принадлежат доли в праве общей собственности на квартиру и земельный участок. М. иск не признал, указывая на то, что в зарегистрированном браке с Ш. не состоял. Лишь несколько месяцев встречался с ней по его месту жительства, поскольку она нравилась ему. Имущество он приобретал на собственные средства, а Ш. какого-либо участия в приобретении имущества не принимала. Суд постановил решение, которым в удовлетворении иска отказал. В решении суд указал следующее.

Названный Ш. законный режим имущества супругов, в основе которого лежит принцип равенства долей, действует лишь в отношении супругов, состоящих в зарегистрированном в органах ЗАГС браке. Ш. и М. в таком браке не состояли. На имущество лиц, состоящих в фактических брачных отношениях, этот принцип не распространяется. Каждый из таких лиц обязан доказать степень личного и (или) имущественного участия в приобретении спорного имущества, и в зависимости от этих обстоятельств определяется размер доли каждого в праве собственности на имущество. Ш. не представила суду доказательств об участии в приобретении квартиры и земельного участка1.

Представляется, что в рассмотренном гражданском деле суд действовал правомерно, исходя из положений гл. 7 СК РФ, которые применяются к имуществу лиц, состоящих в зарегистрированном браке. Приобретение имущества совместно лицами, не состоящими в зарегистрированном браке, не исключает возникновения общей собственности. На имущество таких лиц распространяются нормы гл. 14, 16 ГК РФ, предусматривающие иные основания возникновения права собственности и определения долей в этом праве.

А. обратилась в суд с жалобой на действия органа ЗАГС, который отказал ей во внесении в актовую запись о рождении дочери И. сведений об отце — лице, с которым она состояла в фактических брачных отношениях без регистрации брака. Суд в удовлетворении жалобы отказал исходя из следующего. Нормы гл. 10 СК РФ, предусматривающие установление происхождений детей в административном порядке (т.е. органами ЗАГС), связывают внесение соответствующих записей о матери и отце в актовую запись о рождении ребенка с наличием брака, зарегистрированного в органе ЗАГС. На лиц, состоящих в фактических брачных отношениях, распространяются иные правила: в административном порядке внесение сведений об отце в актовую запись о рождении ребенка производится лишь по заявлению отца и матери; в судебном порядке возможно принудительное установление отцовства по другим правилам, в частности, требуется доказать происхождение ребенка от предполагаемого отца2.

Одним из принципов семейного права является судебная защита семейных прав. Отметим, что с принятием Конституции РФ и СК РФ судебная защита семейных прав рассматривается как принцип семейного права и означает, что в настоящее время любой спор, связанный с реализацией семейных прав и законных интересов, по иску заинтересованных лиц подлежит рассмотрению судом.

Супруги А. и В. длительное время состояли в браке и не имели детей. По истечении 10 лет совместной жизни у них родился сын. Отец решил назвать его именем своего деда — Федор, а мать, обвинив отца в неправильном подходе к избранию имени единственному долгожданному сыну, предложила назвать его Егором. Для разрешения спора супруги обратились в орган опеки и попечительства, который предложил им подумать и прийти к единому мнению. Отец оспорил действия органа опеки и попечительства в суд. Судом данный спор был разрешен. Суд согласился с мнением отца, поскольку учел семейные традиции по отцовской линии, на которые ссылается истец1.

При разрешении спора суд поступил правомерно, в соответствии со ст. 56, 58 СК РФ, согласно которым в Российской Федерации имя ребенку определяется по соглашению родителей, а в случае спора — органом опеки и попечительства и судом. В Российской Федерации отсутствует перечень нормативно определенных имен. Это позволяет при определении имени учитывать семейные традиции, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в частности произношение имени, интересы ребенка, исключающие причинение ему вреда от присвоенного имени.

Согласно ч. 2 и 3 ст. 19 Конституции РФ все граждане имеют равные права и обязанности, в том числе в семейных отношениях. При этом гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона, когда установлено, что это необходимо для защиты прав и законных интересов других членов семьи, например, лишение родительских прав кого-либо из супругов в интересах детей.

В соответствии с п. 4 ст. 1 СК РФ запрещаются любые формы ограничения прав граждан при вступлении в брак и в семейных отношениях по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Права граждан в семье могут быть ограничены только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других членов семьи и иных граждан.

Так, например, А. обратился с иском к Б. о расторжении брака. Ответчик Б. с иском в части расторжения брака не согласилась, ссылаясь на то, что муж не вправе без ее согласия предъявить иск о расторжении брака, так как у них общий сын, которому пять месяцев.

Определением мирового судьи от 14.05.2004 производство по делу прекращено со ссылкой на ст. 17 СК РФ, запрещающую мужу без согласия жены в период ее беременности и в течение года со дня рождения ребенка обратиться в суд с иском о расторжении брака.

Теперь рассмотрим семейное законодательство.

Семейное законодательство состоит из СК РФ и принимаемых в соответствии с ним других федеральных законов, а также законов субъектов РФ.

В ст. 3 СК РФ определено, что семейное законодательство находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов РФ и состоит из СК РФ, принимаемых в соответствии с ним других федеральных законов, законов субъектов РФ, нормативных правовых актов Президента РФ и Правительства РФ, международных договоров РФ.

Анализ названной нормы позволяет сделать вывод, что к источникам семейного права относятся отечественное семейное законодательство, международные нормы и принципы, а также национальные обычаи.

Законами субъектов РФ могут быть урегулированы: порядок и условия, при наличии которых вступление в брак может быть разрешено в виде исключения до достижения возраста 16 лет (п. 2 ст. 13 СК РФ); выбор супругами фамилии при заключении брака (п. 1 ст. 32 СК РФ); установление фамилии ребенку (п. 3 ст. 58 СК РФ); вопросы организации и деятельности по осуществлению опеки и попечительства над детьми, оставшимися без попечения родителей (п. 2 ст. 121 СК РФ); определение дополнительных форм устройства детей, оставшихся без попечения родителей (п. 1 ст. 123 СК РФ); установление размера оплаты труда приемных родителей и льгот, предоставляемых приемной семье (п. 1 ст. 152 СК РФ).

В судебной практике возникают проблемы с определением правомерности принятия норм семейного права субъектами РФ, связанных с установлением рамок их компетенции.

Так, Верховный Суд РФ в определении от 20.04.2005 по делу № 86-Г05-6 указал, что родители (законные представители) вправе самостоятельно, с учетом мнения детей, решать вопросы их воспитания, в том числе их пребывания на улицах и в общественных местах, поэтому областной законодатель, ограничив п. 1 ст. 12.1 Закона Владимирской области от 14.02.2003 № 11-03 "Об административных правонарушениях во Владимирской области" пребывание определенной категории граждан — несовершеннолетних в возрасте до 16 лет — на улицах и в других общественных местах в период с 23 до 6 часов без сопровождения родителей или иных законных представителей, вышел за пределы своей компетенции1.

Законы субъектов РФ в области семейных отношений могут приниматься и по вопросам, не урегулированным непосредственно СК РФ. Это вытекает из принципа единства семейной политики, что предполагает дополнение и развитие на уровне субъектов РФ и органов местного самоуправления минимальных социальных гарантий и льгот, предоставленных семье на федеральном уровне.

Уполномоченный по правам ребенка в г. Москве обратился в суд с иском к И. о лишении родительских прав в отношении малолетнего ребенка. Определением судьи районного суда в принятии искового заявления отказано по п. 1 ст. 134 ГПК РФ, т.е. суд посчитал, что заявление предъявлено в защиту прав другого лица лицом, которому законом не предоставлено такое право. В частной жалобе Уполномоченный по правам ребенка в г. Москве просил судебную коллегию Московского городского суда об отмене определения суда, ссылаясь на то, что ст. 70 СК РФ, Закон г. Москвы "Об Уполномоченном по правам ребенка в городе Москве" возложили на него обязанность по защите прав ребенка.

Судебная коллегия жалобу удовлетворила исходя из следующего.

Семейное законодательство согласно ст. 3 СК РФ отнесено к ведению Российской Федерации и субъектов РФ, а гражданское процессуальное законодательство — к ведению Российской Федерации. Право на судебную защиту, полномочия лица на предъявление иска в защиту прав других лиц есть категории процессуального права. Субъекты РФ, в том числе г. Москва, не вправе принимать нормы процессуального права. Вместе с тем Федеральный закон "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации", ст. 70 СК РФ предусматривают право на обращение в суд за защитой прав ребенка органов, на которые законом возложена такая обязанность. Статьи 3, 46 ГПК РФ наделяют такой возможностью органы государственной власти, местного самоуправления. Уполномоченный по правам ребенка в г. Москве отнесен к числу лиц, в компетенцию которого входит обязанность обеспечить судебную защиту прав ребенка. Уполномоченный по правам ребенка имеет государственный интерес в защите прав ребенка.

Нам представляется, что Уполномоченный по правам ребенка действовал правомерно.

Однако следует отметить, что Верховный Суд РФ высказал иную точку зрения, согласно которой гражданское процессуальное законодательство находится в исключительном ведении Российской Федерации (п. "о" ст. 71 Конституции РФ), и согласно смыслу ч. 1 ст. 1 ГПК РФ порядок гражданского судопроизводства устанавливается только федеральным законом. Право на обращение в суд с заявлением в защиту прав и свобод, законных интересов других лиц, будучи по своему содержанию гражданско-процессуальным правом, может быть предоставлено лишь федеральным законом2.

В соответствии со ст. 4 СК РФ к семейным отношениям, не урегулированным семейным законодательством, применяется гражданское законодательство, поскольку это не противоречит существу семейных отношений, в связи с чем в некоторых статьях СК РФ содержится прямая отсылка к нормам гражданского законодательства.

Семейный кодекс РФ предусматривает также возможность его применения по аналогии.

Взаимосвязь семейной и гражданской отраслей права прослеживается также на примере исчисления сроков исковой давности при защите семейных прав по правилам гражданского законодательства (п. 2 ст. 9 СК РФ).

Кроме того, при определении совместной собственности супругов, порядка осуществления прав собственника (владение, пользование и распоряжение имуществом) применяются как положения ст. 244, 256 ГК РФ, так и общие нормы о собственности.

Помимо норм СК РФ, положениями ГК РФ о сделках регулируются отношения относительно порядка заключения брачного договора, изменения его условий, расторжения, прекращения или признания брачного договора недействительным (ст. 43,44 СК РФ). В ст. 46 СК РФ специально оговорено, что кредитор (кредиторы) супруга-должника вправе требовать изменения условий или расторжения заключенного между ними договора в связи с существенно изменившимися обстоятельствами в порядке, установленном ст. 451—453 ГК РФ.

После расторжения брака А. и Б. продолжали в течение двух лет совместную жизнь. В этот период они приобрели автомашину "Ауди-80", которая была зарегистрирована на имя А. Впоследствии отношения между ними ухудшились, и они расстались. Б. предъявила в суд иск о разделе совместно нажитого имущества, включая в его состав и автомашину. А. возражал против раздела автомашины, указывая, что она приобретена после расторжения брака и является его собственностью. Суд разрешил данный спор с учетом норм гл. 14 и 16 ГК РФ, и признал за Б. право на 1/4 доли в праве общей собственности на автомашину, ссылаясь на то, что представленные сторонами доказательства подтверждают имущественное участие Б. в приобретении автомашины в размере 90 тыс. руб. (автомашина приобретена за 360 тыс.руб.) — в размере части. Нормы СК РФ суд не применил правомерно, поскольку брак между супругами был расторгнут, спор разрешен по нормам гражданского законодательства, что соответствует положениям ст. 4 СК РФ1.

В соответствии со ст. 5 СК РФ в случае, если отношения между членами семьи не урегулированы семейным законодательством или соглашением сторон, и при отсутствии норм гражданского права, прямо регулирующих указанные отношения, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяются нормы семейного и (или) гражданского законодательства, регулирующие сходные отношения (аналогия закона). При отсутствии таких норм права и обязанности членов семьи определяются исходя из общих начал и принципов семейного или гражданского права (аналогия права), а также принципов гуманности, разумности и справедливости.

Аналогия закона подразумевает выбор в применении норм семейного или гражданского права, регулирующих сходные отношения. От аналогии закона следует отличать возможность применения к семейным отношениям норм гражданского законодательства.

Прежде чем применять аналогию закона необходимо удостовериться в том, что спорное отношение между субъектами не урегулировано нормами семейного и гражданского законодательства, и возникший спор не может быть разрешен путем толкования семейно-правовых и гражданско-правовых норм.

В случае, если гражданским законодательством прямо регулируются семейные отношения, об аналогии закона речь не идет. Нормы гражданского права применяются в этом случае не к схожим общественным отношениям, а именно к тем, которые призваны регулировать.

Отметим, что в судебной практике аналогия закона и права в семейных правоотношениях встречается крайне редко.

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотрены законом, то применяются правила международного договора.

Данная норма определена и ст. 6 СК РФ: если международным договором РФ установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены семейным законодательством, применяются правила международного договора.

Международные договоры и нормы подлежат непосредственному применению к семейно-правовым отношениям с иностранным элементом, а в отдельных случаях и к отношениям между российскими субъектами права. Исключение составляют случаи, когда в международном договоре содержится указание на внутригосударственный акт.

Нормы международного права содержатся в Уставе ООН; Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в Риме 4 ноября 1950 г.); Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (заключена в Минске 22 января 1993 г. государствами — членами СНГ; ратифицирована в Российской Федерации 4 августа 1994 г. и вступила в силу для России с 10 декабря 1994 г.); Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (заключена 7 октября 2002 г. в Кишиневе; на 1 июня 2009 г. для Российской Федерации не вступила в силу); Конвенции о защите детей и сотрудничестве в отношении иностранного усыновления (заключена в Гааге 29 мая 1993 г., вступила в силу 1 мая 1995 г., Россия подписала Конвенцию 7 сентября 2000 г., распоряжение Президента РФ от 26.06.2000 № 241-рп; на 14 мая 2003 г. Конвенция не вступила в силу для России); Европейской конвенции об осуществлении прав детей (ЕТБ № 160) (заключена в Страсбурге 25 января 1996 г., вступила в силу 1 июля 2000 г., Россия подписала Конвенцию 10 мая 2001 г., распоряжение Правительства РФ от 22.02.2001 № 91-рп; на 24 марта 2008 г. Конвенция не вступила в силу для России).

Также в правоприменительной практике необходимо руководствоваться положениями Федерального закона от 15.07.1995 № 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" (в ред. от 01.12.2007), регламентирующего порядок заключения, прекращения и приостановления действия международных договоров России; Всеобщей декларацией прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.); Декларацией прав ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1959 г.)6; Международным пактом "Об экономических, социальных и культурных правах" от 16 декабря 1966 г. (СССР подписал Пакт 18 марта 1968 г. с заявлением; Пакт ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18.09.1973 № 4812-УІІІ; Пакт вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.) и Международным пактом "О гражданских и политических правах" от 16 декабря 1966 г. (СССР подписал Пакт 18 марта 1968 г. с заявлением; Пакт ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18.09.1973 № 4812-УШ; Пакт вступил в силу для СССР с 23 марта 1976 г.); Конвенцией о правах ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г.;

СССР подписал Конвенцию 26 января 1990 г., ратифицировал постановлением Верховного Совета СССР от 13.06.1990 № 1559-1; Конвенция вступила в силу для СССР 15 сентября 1990 г.)1.

Отметим, что приняты Европейская конвенция о контактах, связанных с детьми (Страсбург, 15 мая 2003 г.); Конвенция о согласии на вступление в брак, брачном возрасте и регистрации браков (Нью-Йорк, 10 декабря 1962 г.)2; Европейская конвенция об усыновлении детей (Страсбург, 24 апреля 1967 г.); Конвенция о признании разводов и решений о раздельном жительстве супругов (Гаага, 1 июля 1970 г.)3; Конвенция о праве, применимом к алиментным обязательствам (Гаага, 2 октября 1973 г.)4; Конвенция о заключении и признании действительности браков (Гаага, 14 марта 1978 г.)5 и др., в которых Российская Федерация не участвует.

Рассмотрим на примере возможность применения в российском судопроизводстве иностранного права.

Супруги Р., являясь гражданами США, обратились в суд на территории РФ с заявлением об усыновлении несовершеннолетнего А. — гражданина Российской Федерации. Удовлетворив заявленное требование, суд установил также по просьбе заявителей двойное имя ребенку. В кассационной жалобе орган опеки и попечительства просил об отмене решения суда в части установления двойного имени ребенка. Судебная коллегия по гражданским делам в удовлетворении жалобы отказала, ссылаясь на то, что нормы гл. 19 (ст. 166) СК РФ предусматривают солидарное применение законодательства государства, гражданами которого являются заявители. Законодательством США предусматривается присвоение двойного имени ребенку6.

Надо полагать, что решение суда является законным и обоснованным. Применение правовых норм другого государства не должно нарушать основополагающие принципы отечественного законодательства и не должно идти в разрез с интересами ребенка.

В рассматриваемом примере двойная фамилия права ребенка не нарушает, поскольку в государстве, в котором ребенок предположительно будет проживать, наличие двойной фамилии допустимо и поэтому интересов ребенка, связанных с необычностью фамилии, нарушить не может.

Другой пример. Гражданка Российской Федерации Д. О. обратилась в суд с иском к Д. С, гражданину Объединенных Арабских Эмиратов, о расторжении брака. В обоснование иска пояснила, что супружеские отношения не сложились. Ответчик иск не признал, пояснил, что желает сохранения семьи, заявил в суде ходатайство о предоставлении срока для примирения супругов, предусмотренный законодательством государства, гражданином которого он является, пояснил, что пределы такого срока законодательством государства его гражданства не ограничены. Данное положение соответствует принципу укрепления семьи, воспринятому семейным законодательством РФ, поэтому суд не должен ограничиваться сроком в три месяца, установленным п. 2 ст. 33 СК РФ.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства, мотивировав тем, что в соответствии со ст. 160 СК РФ расторжение брака между гражданами Российской Федерации и иностранными гражданами или лицами без гражданства, а также брака между иностранными гражданами на территории РФ производится в соответствии с законодательством РФ.

Семейным кодексом РФ не предусмотрено продление или восстановление трехмесячного срока, предоставленного для примирения супругов, а законодательство иностранного государства не подлежит применению.

Представляется, что решение суда является законным и обоснованным, поскольку СК РФ закрепляет не только принцип укрепления семьи, но и принцип добровольности брачного союза. Кроме того, законодательством не предусмотрено применение норм права иностранного государства, даже если положения иностранного права устанавливают более льготные нормы и правила, чем те которые предусмотрены законодательством РФ.