Письма к одной из учениц святителя Д.М

 

Милость Божия буди с вами!

По всему, что вы написали о себе, видно, что Бог зовет вас к монашеству, - и весь уж ваш склад и все думки туда направляются; вы не найдете, как и не находите, покоя в другом образе жизни. Если же таково ваше призвание, то чем скорее его исполните, тем лучше. И о. Амвросий прямой вам дал совет. Ваши родные рассуждают по-житейски, а не по духовному. Если следовать их речам, то никому в монахи или монахини идти не приходится, и монашество выйдет некое заблуждение. А так рассуждать грешно. Господь его одобрил, Апостолы установили и Церковь признавала во все времена его богоугодность. Родные ваши были бы правы, если б им говорили, что только и спасения, что в монашестве. А этого никто не говорит. Говорят только, что лучший и удобнейший путь спасения - есть монашество, - жизнь в отречении от мира. Прочитайте 1Кор.7:25 и 9. Цель человека не на земле, а в другой жизни. Если б на земле была, мы бы не умирали, а как умираем, то значит, что жизнь наша настоящая не на земле. Земная жизнь есть только приготовление к другой жизни - а о той жизни Господь сказал, что там не женятся, не посягают, т.е. что там житейских, земных порядков не будет, а будет порядок Ангельский. К нему и приспособлена монашеская жизнь. Есть у вас книжка: "что есть духовная жизнь и как в ней установиться?" В ней добре объяснено, что у человека есть три жизни - духовная, душевная и телесная. Первая обращена к Богу и небу, вторая - к устроению земного быта, третья заботится о жизни тела. Редко бывает, чтоб все сии жизни раскрывались в одинаковой силе, но у одного преобладает одна, у другого другая, у третьего - третья. Выше всех духовная, п.ч. дух выше души и тела, и потому что через нее человек ставится ближе к своей цели, т.е. к небу и Богу. Избираются ли такие жизни? - Не видно. Они сами течением жизни раскрываются и потом нудят человека жить по той или другой жизни. Духовной жизни потребность Бог раскрывает и зовет к ней. Так это у вас. Бога же слушать подобает паче, нежели людей, вам - родных.

Вас смущают суждения родных. Но в этих суждениях нет основательности. Вот смотрите. "Что особенно можете вы сделать в монастыре, чего не могли бы сделать в мире?" Дела не главное в жизни; главное - настроение сердца, к Богу обращенное. Где это удобнее соблюсти - в мире живя, или устранившись от мира? Апостол пишет: "Ктому не аз живу, но живет во мне Христос; живот наш сокровен есть со Христом в Боге. Сыне, даждь Ми сердце. Непрестанно молитеся. Не о чимже пецытеся". И множество есть таких указаний, в коих возвещается превосходство жизни, когда, подобно Марии, избирают единое на потребу. Обратите вопрос и скажите: "что есть в житейской жизни, чего я не могла бы сделать, живя в монастыре?" Все, что можете делать для ближних, пребывая в сожительстве с мирянами, касается 5-ти, 10, редко 15 человек. А в монастыре всегда есть больше 100, а есть до 1000. Таким образом для ближних в монастыре в 10 и 100 раз больше можно делать, чем в мирянской жизни; и то, что духовная жизнь там раскрывается в недосягаемой для мирян жизни, есть придаток новый, незаменимый. "Спаситель никогда не расторгал семейные отношения, напротив проповедывал любовь к ближним и мир". Не расторгал?! А это что: "иже любит отца или матерь паче Меня, несть Мене достоин"? - И даже сильнее: "иже не возненавидит отца, матерь", и проч. - Общее заключение из слов Господа таково, что по нему семейные отношения должны быть подчиняемы духовным потребностям. Марфа о семейных отношениях хлопотала, когда просила Господа: "рцы ей, Марии, да ми поможет". А Господь что? - "печешися о мнозе. Мария же благую часть избра". И вообще тон учений Господа совсем неблагоприятен семейным и житейским отношениям. А что любовь проповедывал и мир, то из предыдущих моих слов видно, что упражнению сих добродетелей больше простора в монастыре, чем в мире. "Не по силам, будто, вам монастырская жизнь, п.ч. вы слабы здоровьем". Но ведь вы же слабы, живя в мирянской жизни, - стало быть мирянская жизнь не дает крепкого здоровья. А отсюда скорее вот что следует: так как ты, мирянская жизнь, не даешь мне крепкого здоровья, то я бросаю тебя, как негожую для укрепления моего здоровья. Возьмите еще во внимание и то, что здоровье не от одной пищи зависит, а наиболее от душевного спокойствия. Жизнь в Боге, отрешая от волн мирянских, миром осеняет сердце, а чрез то и в теле держит все в здравом строе. И из яств не одна мясная благоприятна здоровью. Постная бывает более благоприятна для сего. Потрудитесь достать и прочитать книгу Гуфланда о долголетней жизни. Он рекомендуете постную пищу, как более способствующую долголетию. "Не найду там (в монастыре) того, чего желаю, монастыри утратили свое значение и не то совсем, чем должны быть, и живут там совсем не так, как должно; мир лучше уже теперь, чем был, а потому монастырь потерял свое значение и упал". Говорящие так бывали ль в монастыре, и долго ли там проживали? Многие говорят так, совсем не видавши монастырей, а по слухам:, слухи же такие распространяются большей частью лицами, не знающими монастырей и жизни монастырской. Мало ли таких, которые побывши день-другой в монастырях и встретив там - что-либо, приписывают то монастырю, а далее - всем монастырям и всем монахам. Можете и не наводя справок видеть, сколько правды в таких речах. Далее, что говорящие это считают монашеским и не монашеским? Монастырским и немонастырским? Одна красавица поехала побыть в монастырь, и пишет: "что же это такое? Тут все то же, что и в семье: хлопоты о столе, об одежде, о продаже и покупке, выходы в семейства и принимание семейных?" (монастырь попался не общежительный). Мирянки думают, что в монастыре только и думать следует, что молиться?! И забывают, что вступающие в монастырь не оставляют желудка за оградой монастыря, а берут с собою. А где желудок, там и забота о пище, где кожа - там требуется прикрытие ее одеждою, и хата для жилья; где трудом добывают потребное, там надо работать, продавать и покупать. Все такое не есть монашеское по духу, но как без этого жить нельзя, а без жизни и монашествовать, то все такое необходимо и для монахов. Но можно все это делать по-монашески и таким образом и это вовлекать в круг монашеских дел по духу. В общежительных монастырях часть эта житейская лежит на некоторых, сильнейших, прочие же только работают для общества своего монашеского. В Египетских монастырях в самом начале разделено было так, что одни трудились, а некие распоряжались и доставляли все потребное всем, даже отшельники продавали и покупали, иногда сами, а больше через кого-либо из мирян. Ваши порицательницы монастырей может быть разумеют не житейскую сторону монастырской жизни, жизнь нравственную, или настроение сердца? Но это скрытное дело. Подите в какой угодно в монастырь. По внешнему виду там все чинно, а так ли изнутри, - про это кто может говорить? Один Бог и совесть живущих в монастыре. Сторонние судители о сем не избегают греха неправедного осуждения и клеветы. Я полагаю, что ни одной монахини и ни одного монаха не найдете, который совсем не имел бы заботы о внутреннем добром настроении и не старался изгнать из сердца всякую худобу. Но успех не у всех одинаков. Оттого, иной раз, худое прорывается и наружу. Однако же о том, у кого прорвется что-либо, говорить, что он и всегда таков, будет грешно. Прорвалось, покаялся, перестал и продолжает исправно держать себя и внутри. Монастырь - общество борющихся с собою царствия ради небесного. Возьмите вы пригоршню сору и бросьте в воду. Что мало-мало тяжелее, опустится на дно и скроется. Наверху останутся только перушки, щепочки, пыль. Так в монастыре. Которые живут духом и сильны нравом, не видны и бегают показности, а которые полегче нравом - всегда видны и держатся наружи. Новые монашенки всегда встречаются с этими последними на первый раз, и бывает, что у иных от этого помутится голова, и когда-то - когда придется им познакомиться с настоящими монахинями. Но таковые во всяком монастыре есть в большей или меньшей силе. Потому говорить, что монастыри потеряли свое значение - грешно. Это - ложь. А что мир лучше стал - сущая нелепость. "Погрешу против родных, бросив их и принесу им огорчение этим, когда они мне не препятствуют молиться Богу; и Спаситель велит бросать только, когда они мешают. А уходя из мира я все-таки буду жить среди людей, еще в большем кружке, чем дома; только то чужие, а тут свои". Если вы выйдете замуж и должны будете жить в Казани, Перми или в Иркутске, будет ли грех, что бросите родных? И это для человека, мужа. А тут, когда оставляете родных для Господа, сочетаваясь с Ним духовно, грех будет?! Как же это?! Родные ваши живут безнуждно. Если б поддержка их совершенно от вас зависела, тогда можно бы говорить так, а при таком порядке никакого нет греха. Притом - зачем вы оставляете их? Спасения ради души и повинуясь зову Господа, нудящего вас идти в монастырь. А родные зачем удерживают вас? Затем, что им приятно видеть вас близ себя. У них нет мысли о спасении вашем, а только есть забота или жаление потерять услаждение вашим присутствием. Самолюбивое чувство. Если вы послушаете их, в основе послушания что будет лежать? Инстинктивное чувство родства. А это чувство родства. А это чувство какой цены и какого ранга? Оно есть душевно-животное чувство, назначенное только для земного быта и за пределами его не имеющее места. Ищущим лучшего, духовного не следует его слушаться, а надлежит подчинять его духовным своим видам, соображаясь с ожидающими вас порядками в другой жизни. Там что будет? - Не будут там жениться и посягать. Следовательно и родственных отношений здешних там не будет. Ибо они все исходят из брака. Будут и там отцы, матери, сестры и братья, но все духовные. Это духовное родство уже и здесь обрящется у отвергающих себя, и духовный чин жизни предпочитающих душевному и животному. Как вы избираете духовный чин, то вам следует родственные чувства отодвинуть в сторону. Спаситель, когда сказали Ему, что Мать и братья ждут Его вне, что сделал? Бросился к ним?! Напротив, сидя спокойно сказал, что для Него родные только те, кои исполняют волю Божию. Не явно ли, что по указу Спасителя, для следующих Ему родства плотского не должно быть, а должно быть другое - духовное. И извольте с этим указом соображаться. "Не препятствуют молиться" - т.е. терпят, что вы ходите в церковь и дома исполняете положенные молитвословия. Но ведь молитва - не это одно. Это чин молитвенный, а молитва есть ума и сердца возношение к Богу по духовным потребам. Этому же способствуют ли родные? Не только не способствуют, но главною тому бывают помехою через возбуждаемые ими мысли. А Спаситель сказал, что если рука или нога или глаз соблазняют, т.е. мешают доброму строю, надо их отсечь, разумеются тут и родные. "Уходя из мира, все же буду жить среди людей". Конечно, и там в обители - люди, да не такие, совсем другого духа, тут житейские или мирянские, а там отрешенные от себя и всего земного - для Господа и неба. И в монастырях бывают также мирянские, но есть и не такие же. Надо в их круг вступить, и дело будет совсем другое. "В мире свои, а в монастыре чужие". Напротив, для вас там свои, а здесь чужие. Вы и теперь другого духа от своих и, следовательно, чужие им наполовину. А там совсем отчуждитесь. - "Порок сердца у сестры от вашего будто намерения поступить в монастырь". Какие басни! Он бывает от органических состояний; душевные чувства только косвенно влиять могут и то не всегда. К тому же с пороком сердца живут по сто лет. Будто умрет сестра, когда вы уйдете, тоже пустая тревога, умереть, да и вы и она каждое мгновение можете умереть. Если это иметь во внимании, то никакого движения не придется сделать. О. Амвросий хорошо советует поспешить. Потому что Господь зовет, зовет, да и замолчит, и от этого не только желание в монастырь погаснет, но само желание душу спасать - испарится, - и будете мирянкою до мозга костей. "Будто вас хотят обобрать". В женские обители вступающие делают вклад в обитель по силам - иногда порядочный, но за то они пользуются какими-то льготами, кажется - работают по произволу, хотя послушание проходят все. Это не должно вас останавливать. Кроме этого вклада, все прочее ваше можете удерживать в своем распоряжении. И никому до этого дела нет. Наши монастыри так поставлены, что без этой поддержки монахини простые проживать могут.

- Чья эта премудрость - влечение к пьянству поставили на одну линию с вашим влечением к монашеству? Ваше влечение явно есть от Господа. Видно сие из его постоянства и из того, что вы и покоя не видите от неудовлетворения его и не будете иметь его. И удовлетворив, вы можете встретить трудности. - Но это уж неразлучно со всяким добром. И вступив в монастырь, не ищите, что будете почивать. Таков путь сей, путь тесноты и борений, и это будет настоящий путь. А покойный - не настоящий. Припомните, что сказал Господь о пути широком и узком. Господь избирает вас, и если встретите крутости, то они будут от Господа во благо вам. Все, что прописали вы в конце о ваших чувствах, расположениях, решениях и ожиданиях - все совершенно в порядке вещей. А что вы приложили: "не гордость ли желать так много?" - Это неуместная мысль. Господь сказал: "будьте совершенны, как Отец ваш небесный совершен есть". Это - заповедь созданным по образу Божию и воссозданным в Господе Спасителе опять по образу создавшего их. Придумайте-ка после этого какое-либо желание выше этого, чтоб можно было сказать о нем: это гордость? Кажется, все ваши смущения оговорены. Даруй вам Господи успокоиться и с спокойным духом вступить в обитель.

Благослови Господи! Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан.

И еще у вас одно обстоятельство в P.S. "Беспокойство, что до сих пор не исполнили совет о. Амвросия". Оно тотчас пройдет, как только решитесь исполнить его и особенно когда исполните. И это беспокойство к Божию призванию отнести должно.

21 августа 1890 г.