Сентября, четверг, кабинет медсестры

Ладно, в этом нет ничего постыдного. Да, мне стало плохо на уроке физкультуры, когда мы бегали по кругу. Ну и что?

Сейчас мне полагается дышать в бумажный пакет, опустив голову между коленей. Но это я уже делала, и мне не помогло. Дышать я вро­де могу, но я все равно еще не в себе. Мне до сих пор не верится, что я на самом деле соби­раюсь ЭТО СДЕЛАТЬ.

А вдруг что‑нибудь пойдет не так, и об этом деле как‑нибудь узнают мама с папой? К примеру, если окажется, что у меня все еще есть дев­ственная плева (хотя на уроках здоровья и бе­зопасности нам говорили, что большинство девочек ее теряют в процессе обычной физиче­ской активности вроде верховой езды или ка­тания на велосипеде)? И у меня начнется кро­вотечение, и Майклу придется срочно везти меня в больницу, и какой‑нибудь врач типа док­тора Ковача сделает что‑нибудь не так, и я впа­ду в кому, как в сериале «Скорая помощь»?

И ВСЕ УЗНАЮТ, ЧТО Я ОТДАЛА СВОЕ ДРАГОЦЕННОЕ] СОКРОВИЩЕ.

Ну да, яникогда не слышала, чтобы с ка­кой‑нибудь девушкой такое случилось на самом деле, но в исторических любовных романах, которые читает Тика, у девушки иногда бывает кровотечение, хотя она вроде ничего не имеет против и все равно достигает головокружитель­ного оргазма.

Сомневаюсь, что я достигла бы оргазма при этих конкретных обстоятельствах. Особенно с человеком, который находится в одной ком­нате со мной. Я имею в виду, с кем‑нибудь кро­ме Джеймса Франко в рыцарских доспехах.

Этого только не хватало, сюда идет медсест­ра...

Ладно, хорошо, медсестра Ллойд сказала, что маловероятно, чтобы от разрыва девствен­ной плевы у кого‑нибудь началось такое силь­ное кровотечение, чтобы человека пришлось госпитализировать, если только он не страдает гемофилией. А еще она сказала, что у большинства женщин девственная плева уже прорвана, иначе у них не могли бы идти менструации.

Так что все эти разговоры насчет Драгоцен­ного Сокровища – ерунда порядочная.

А еще она сказала, что любовные романы не самый надежный источник информации о здо­ровье, и дала мне почитать брошюрку под на­званием «Итак, вы думаете, что готовы к сек­су». На обложке была нарисована растерянная пара, а в самой книжке рассказывалось о не­обходимости предохранения. Там не было ни слова о том, что девственность – Драгоценное Сокровище, и ее надо сберечь для человека, с которым вы поженитесь. Но там говорилось, что не стоит заниматься с человеком сексом, пока не узнаешь его как следует и не поймешь, что любишь его. Про это я уже знала из объяс­нений про окситоцин.

А еще там немного говорилось про возраст­ной предел (ох, какая ерунда, можно подумать, мой папа станет подавать в суд. Неужели он за­хочет, чтобы весь мир узнал о том, что его дочь занималась сексом до брака? Очень сомневаюсь) и про то, что не должно быть никакого принуж­дения.

Потом там был раздел о воздержании и го­ворилось, что не заниматься Этим Делом – вполне нормально. Как будто я это без них не знала. Я прекрасно знаю, что не заниматься Этим Делом – это нормально. Для других де­вушек очень даже неплохо не заниматься Этим Делом.

Но парни других девушек не изобрели ро­бота‑манипулятора для кардиохирургии и не уезжают завтра в Японию на целый год.

Медсестре Ллойд я ничего такого не сказа­ла. Во всяком случае про секс. Хотя про Майк­ла я ей рассказала, и про то, что он уезжает в Японию, и что я из‑за этого очень пережи­ваю – уверена, если он на самом деле уедет, я этого просто не переживу.

На что медсестра Ллойд ответила:

– Моему брату в прошлом году после инфарк­та сделали тройное шунтирование. Ему при­шлось вскрывать грудную клетку. Он сказал, что никогда в жизни не испытывал такой боли, и в течение шести недель после операции он хотел только одного – умереть.

Это, конечно, очень плохо для брата медсес­тры Ллойд, но никак не помогает мне решить МОЮ проблему.

 

Сентября, четверг, химия

Миа, ты не заболела? Я слышал, ты прове­ла урок физкультуры в кабинете медсестры.

 

Господи, как же быстро в этой школе рас­пространяются слухи.

 

Спасибо, Джей Пи, я в порядке. У меня просто немного закружилась голова от бега по кругу.

 

Понял. Рад, что ты в порядке. Хотя ты немножко бледная.

 

Наверное, потому что у меня на уме много забот.

 

Это точно! Майкл завтра уезжает.

 

Ну да. Вроде бы так.

 

Вроде бы так? Что ты хочешь этим ска­зать? Я думал, он точно уезжает.

 

Ну да, возможно. Посмотрим.

 

Жалко будет, если он из‑за чего‑нибудь не поедет. Это же такая редкостная возможность!

 

Я знаю. Для него. Но как насчет МЕНЯ? Это же я останусь ни с чем и буду торчать здесь.

 

Как это ни с чем? У тебя есть Я!

 

Ха‑ха. Ты знаешь, что я имею в виду.

 

Ну, вообще‑то я немного задумывался над тем, что Борис говорил тогда за ланчем, все‑таки в его словах что‑то есть. Ты будешь встречаться с другими людьми, пока Майк­ла нет? Вы с ним это обсуждали? Потому что с его стороны было бы в некотором роде несправедливо рассчитывать, что ты все время, покаего нет, ты не будешь ни с кем встречаться. Ну, с другими парнями. Конечно, если ты захочешь.

 

Но я не хочу!!! Я люблю Майкла!

 

Конечно, любишь. Но тебе всего шестнад­цать лет. Ты что, правда собираешься, пока он не вернется, каждый субботний вечер сидеть дома?

 

Мне не обязательно сидеть дома каждый суб­ботний вечер. У меня же есть подруги. И моя ЛЮБОВЬ.

 

У всех твоих подружек есть парни. Я не говорю, что они не захотят проводить с тобой время, но когда они все уйдут куда‑нибудь каждая со своим парнем, а ты оста­нешься дома, тебе может быть немножко одиноко.

 

Это правда. Но зато у меня появится время работать над романом. И над сценарием! А тог­да, возможно, – если Майкл правда уедет – к его возвращению я закончу и то, и другое. И тогда я тоже чего‑то достигну! Может, мое до­стижение будет не такое сногсшибательное, как его, но все же.

 

По‑моему, мы уже вчера выяснили, что просто быть собой– само по себе достаточ­ное достижение.

 

Да, но ты просто был снисходителен ко мне. СОБОЙ может быть кто угодно. Я хочу сделать что‑нибудь действительно особенное.

 

Миа, если ты не собираешься обращать внимание на учителя, не представляю, как ты сдашь этот предмет. Не рассчитывай, что в этом году я снова буду тебя тянуть. У меня есть другие дела. Кенни.

 

Честное слово, этот парень действует мне на нервы.

 

Но он прав, нам надо заканчивать, это непра­вильно.

 

Зато гораздо интереснее.

 

Джей Пи, прекрати! Ты меня смешишь!

 

Это хорошо. Я подозреваю, что смех тебе не помешает.

 

Ох, Джей Пи, как мило с твоей стороны!!! Лилли повезло, что у нее такой отличный парень.

 

Ладно, вернемся к химии. Минуточку... тут СТОЛЬКО химический соединений! И нам надо их ВСЕ знать?????