Семена подсолнечника и тыквы

Это исключительно ценные добавки к рациону целеб­ного питания. В ядре семян подсолнечника более 25% сухого остатка полноценного пищевого белка, более 35% жира и значительное количество углеводов. Кроме того, как и всякое семя, подсолнечник богат витаминами, кото­рые укрепляют кожный покров и слизистые оболочки человеческого организма, нормализуют кислотно-щелоч­ное равновесие. Кроме того, семена подсолнечника и тыквы богаты цинком—незаменимым элементом для функционирования вилочковой железы, которая, по всей видимости, имеет регуляторную функцию. Семена ис­ключительно украшают блюдо своеобразным вкусом. Их можно слегка обжаривать на сухой сковороде, но ни в коем случае нельзя покупать семечки поджаренными. Заранее приготовленная пища не приносит человеку пользы.

Молочко из отварных семян подсолнуха—это на­глядное подтверждение пословицы «нет худа без добра».

Если бы у нас в магазинах продавались очищенные семена, мне бы, пожалуй, и в голову не пришло, что множество блюд можно приготовить из неочищенных семечек. Больше того, оказалось возможным использо­вать семена арбуза, дыни, тыквы и перезревших кабач­ков. У меня, как у любой хозяйки, нет времени, чтобы удалить с них шелуху, поэтому я решила жарить семечки на сухой сковороде так, чтобы ядро оставалось холод­ным, а шелуха—раскалялась. После этого я перема­лываю горсть семян в кофемолке и варю получившуюся муку в кипятке 5 мин. Достаточно процедить полученный отвар через ситечко, сдобрить его ложкой меда, и вы получите не только очень полезный, но и исключительно вкусный напиток, который любят и взрослые, и дети. На полученном молочке можно приготовить деликатес­ные соусы и салаты. Молочко из свежесмолотых семян подсолнечника, тыквы, арбуза и т. д. позволяет норма­лизовать детское питание, которое у нас в стране не­вероятно запущено.

Бобовые

Содержат большое количество белков. Среди них из­вестен белок, который тормозит действие пищеваритель­ных фе.ментов и разрушается только при длительном нагревании. Вполне понятна и обоснована народная тра­диция разваривать все бобовые и особенно фасоль. Это единственный среди других продукт, который требует длительной термической обработки. Чечевица доводится до готовности при кипении в течение 30—40 мин, горох вдвое дольше, а фасоль—вдвое дольше гороха. Бобовые принято замачивать за сутки или даже за двое суток до приготовления. При этом нужно помнить о свойстве бобовых закисать и загнивать. Поэтому при их замачива­нии меняют воду каждые 5—6 ч, а в период варки — после первых 1,5 ч. Ингибиторы, тормозящие процесс пищеварения, прекращают свое действие после часового кипения. Поэтому принято первый бульон сливать, и только второй употреблять в пищу.

Всегда нужно помнить, что бобовые особенно богаты белком, поэтому много их есть не следует.

Фосфорные соединения, так называемые фитаты, ко­торыми наиболее богаты бобы и горох, обладают свойст­вом соединяться с токсичными и радиоактивными эле­ментами, которые выводятся через кишечник. Это делает бобовые исключительно ценным продуктом питания.

В литературе есть четкие указания на то, что примене­ние соевых бобов и других бобовых позволяло остано­вить рост раковых опухолей в организме лабораторных животных. Возможно, именно это свойство фитатов де­лает вегетарианцев более здоровыми, редко болеющими опухолевыми заболеваниями и другими хроническими болезнями. Этим может объясняться и активное долголе­тие вегетарианцев. Однако следует помнить, что фитаты образуют сложные соединения не только с токсичными веществами, но могут соединяться и с необходимыми организму элементами, такими, как цинк и кальций, уменьшая их содержание в организме.

Внимательно следует относиться к ингибиторам бобо­вых, которые снижают уровень поглощения вредных бел­ков, но могут уменьшать и общий уровень белков в ор­ганизме. При целительном питании человеческий орга­низм к этому приспосабливается, поэтому важно не нарушать правил питания.

Хочу еще раз напомнить читателям, что вегетариан­ство и целительное питание—отнюдь не одно и то же. И если я обращаюсь к опыту вегетарианцев, то пресле­дую при этом единственную цель—показать, что даже один только отказ от потребления животных белков, жиров и углеводов дает человеку возможность избежать многих болезней и несколько увеличить продолжитель­ность жизни.

Завершая краткую характеристику бобовых культур, хочу подчеркнуть, что многие из них могут употреблять­ся и в сыром виде. Это относится к стручковым культу­рам: чечевице, белой и цветной фасоли, зеленому горош­ку, бобам, соевым бобам. Употребляя их в зеленом виде вместе со створками, мы значительно улучшаем обмен веществ в своем организме. Витамин Е, белки и мине­ральные вещества, входящие в состав бобовых, позволя­ют считать их наиболее ценными овощами. Особо хочу остановиться на арахисе. Это южное однолетнее расте­ние, бобы которого как бы упакованы в жесткую коро­бочку. Многие ошибочно принимают его за орехи и едят сырыми. Это ошибка. Арахис обладает свойствами ин­гибитора, нарушающего процесс пищеварения в желудоч­но-кишечном тракте, поэтому потреблять его можно пос­ле термообработки да и то в небольших количествах. Несколько лет назад ко мне обратился мужчина средних лет—профессиональный физкультурник. Не желая те­рять спортивной формы, он самостоятельно перешел на потребление сырой пищи. Чтобы сохранить калорийность своего рациона на уровне, рекомендуемом теорети­ками сбалансированного питания, он за год съел около 12 кг арахиса. При этом состояние его желудочно-кишеч­ного тракта доставляло этому человеку жестокие страда­ния. Понадобилось не менее шести недель, чтобы восста­новить его здоровье. Поэтому я не рекомендую арахис как продукт питания, который можно употреблять в сы­ром виде.

В целительном питании бобовые, пожалуй, единствен­ный вид продуктов, которые в готовом виде можно хра­нить в холодильнике, не опасаясь за сохранность их питательных свойств. Из чечевицы проще всего варить хорошо известную чечевичную похлебку. Ее можно есть хоть каждый день. Она содержит как раз то количество бобовых, которое удовлетворит потребность в фитатах и вместе с тем не будет избыточным. Противопоказанием может быть плохое состояние желудочно-кишечного тракта и особенно толстого кишечника.

Зерновые культуры

Зимой, в самый трудный для человека период года, нас с незапамятных времен выручают зерновые культуры в сочетании с семенами и орехами. Зерна богаты белком и углеводами, а семена и орехи—белком и жиром. Что касается витамина С, необходимого человеку, его можно получить, потребляя плоды шиповника, немного сушеной зелени, немного свежей, которая всегда должна расти на подоконнике, отвар из хвои.

Проращенная пшеница

В технологии приготовления блюд по рецептам целеб­ного питания существует кулинарный прием, отсутствую­щий во всех других видах питания: проращивание зерен пшеницы.

Эта несложная операция позволяет за 1—2 дня увели­чить содержание в пшенице витамина Е в сотни раз, витаминов группы В—в 6 раз. Возрастает также концен­трация абсолютно необходимых нашему организму эле­ментов: железа, кальция, фосфора, магния и других. Пророщенная пшеница хорошо действует на иммунную систему.

Как же проращивать зерно? Прежде всего его не­обходимо перебрать, промыть и быстро высушить или протереть влажной салфеткой. Зерно насыпают в 3— 4 слоя в плоскую стеклянную, фарфоровую или в крайнем случае эмалированную посуду, увлажняют (но не заливают водой) и накрывают влажной салфеткой. Вода (лучше родниковая) должна быть комнатной темпе­ратуры.

Существует мнение, которого придерживаюсь и я, что ростки не должны превышать 1—2 мм, так как при даль­нейшем проращивании возрастают ингибиторные (т. е. тормозящие пищеварение) свойства зерна.

Употреблять проросшее зерно можно в различных видах. Дети, например, просто поедают разбухшие, раз­мягченные влагой зерна, называя их орешками.

Мужчины, особенно если они не избалованы женским вниманием, предпочитают поступать иначе: дважды про­кручивают в мясорубке разбухшие зерна, формируют из полученной массы большую лепешку толщиной 2—3 см и выпекают в духовке. Однако я считаю это нежелатель­ным, поскольку термическая обработка снижает целеб­ные свойства продукта.

Крем из проросшей пшеницы

У меня дома он стал традиционным. Зерно дробится в однообразную массу в миксере, кофемолке или мель-ничке, разводится водой или любым свежеприготовлен­ным овощным соком, лишь бы он не был сладким. Разведенная в чашке мука вливается тонкой струйкой при постоянном помешивании в воду, кипящую в чугунке или кастрюле с толстым дном.

Прелесть приготовляемого блюда зависит от доба­вок. Это может быть слегка спассированный лук, кваше­ная капуста, нарезанная мелкими кусочками, помидор­ный сок или даже паста, чесночное масло, мой любимый соус с кунжутом или другие специальные заготовки, о ко­торых я скажу ниже.

Крем может быть смягчен небольшим количеством масла, желательно растительного, но не имеющего спе­цифического запаха,—соевого, кунжутного, кукурузного, оливкового. Не возбраняются, напротив, приветствуются природные пряности. Это прежде всего ароматная зе­лень—петрушка, укроп, сельдерей, кинза, базилик и дру­гие. Хорошо применять восточные пряности: корицу, гвоздику, душистый горошек, имбирь.

Хлеб

Об этом вкусном, душистом творении рук человечес­ких мне говорить непросто. Хлеб не раз спасал миллионы людей от голодной смерти, с ним исстари связывали достаток в доме. И я сама с детства воспитана не просто в уважении, а в почтении к этому дару природы.

Но чем старше я становилась, чем глубже проникала в сферу взаимоотношений человека и окружающего его мира, тем чаще возникал вопрос: почему это добрые от природы люди не задумываются, что творят, лишая хлеб его животворной силы. Как можно, взяв полноценное зерно, вырвать из него с помощью совершеннейших ма­шин живой зародыш, ободрать с поверхности зерен все пять слоев белковых оболочек, которые созданы приро­дой для преобразования содержащегося в пшенице крах­мала, и лишать его тем самым важнейших питательных свойств.

Читатель уже знает, что речь, по существу, идет об уничтожении механизма самопереваривания, который по­могает нашему организму лучше усваивать питательные вещества, содержащиеся в пшеничных зернах. И что же остается в тонкой, белоснежной муке, которую мы получа­ем после того, как размолотое хлебное зерно преодолеет все километры труб в недрах мукомольных агрегатов? Голый крахмал, лишенный каких-либо свойств живого. Но на этом злоключения пшеничного зерна не кончаются. Муку обогащают всевозможными искусственными вита­минами, вводят другие химические добавки. В пекарнях с механической обработкой теста в него добавляют хими­ческие рыхлители, вкусовые отдушки, а иной раз и сахар, хотя специалистам должно быть хорошо известно, что крахмал и сахар несовместимы. В первой книге «Выбор пути» я описывала известный опыт, свидетельствующий о том, что сладкий вкус во рту является для нашей саморегулирующей системы сигналом: крахмал в сахар преобразован и вводить в слюну крахмалпреобразующий фермент птиалин нет смысла. В результате процесс фер­ментативной обработки хлеба нарушается в самом начале.

В тесто добавляется также поваренная соль, которая оказывает на организм отрицательное воздействие.

И меня вовсе не удивляет тот факт, что в своей врачебной практике я сплошь и рядом сталкиваюсь с не­гативными последствиями употребления хлеба. Да вы и сами можете убедиться в этом, взглянув на наших располневших, со вздутыми животами женщин из низко­оплачиваемых слоев населения, для которых хлеб—пре­обладающий продукт питания.

Я немало размышляла над тем, как приготовить такой хлеб, который был бы лишен недостатков фаб­ричного. Мои многочисленные ученики и последователи хорошо помнят один из рекомендованных мною рецеп­тов: прорастить пшеницу, высушить ее, перемолоть на домашней мельгачке или кофемолке и выпекать лепешки на хмелевых дрожжах, без тех десятков химических доба­вок, которыми «славен» наш «Бородинский», «Рижский» и другие сорта хлеба. В организуемых мною школах здоровья и на семинарах всегда находились умельцы, выпекавшие вкусные, ароматные лепешки.

И все же в результате тщательной проработки этого вопроса, многочисленных экспериментов я пришла к твердому выводу, что и такие лепешки—не более чем средство, позволяющее прийти в конце концов к полному отказу от хлеба.

Не буду лукавить, ломтик хлеба для меня по-преж­нему наилучшее лакомство, и все же я вынуждена была отказаться от него. Потребление хлеба, особенно в пре­клонные годы, создает, в буквальном смысле этого слова, невыносимые условия для нашего организма. Впрочем, вам самим решать, будете ли вы по-прежнему есть хлеб. Но чтобы привычки не взяли верх над разумом, дам вам некоторую информацию к размышлению.

Что, казалось бы, общего между абхазцами и якутами? Одни живут на Кавказе, другие—в студеной Якутии. Правда, представители и одного и другого народа отличают­ся завидным долголетием. Тот, кто хотя бы раз присутство­вал на выступлениях ансамбля танца 100-летних абхазцев, не забудет ошеломляющего впечатления, которое оставляют эти энергичные, грациозные люди. Назвать их стариками у меня просто не поворачивается язык: полет, ветер, вихрь!

Общее между двумя народами—отсутствие в их ра­ционах питания хлеба. А как же чуреки, лаваш, другие не менее известные на Кавказе сорта хлебных изделий? Раз­ве абхазцы не потребляют их? Может быть, это покажет­ся вам странным, но нет, не потребляют. Точнее, в горо­дах потребляют, хотя ни лаваш, ни чурек, ни просто привычный нам хлеб никогда не входили в рацион пита­ния абхазцев. Все это пришло в быт абхазских горцев от представителей других народов. Поднимитесь повыше в горы, и ни в одном абхазском селении вы хлеба и хлеб­ных изделий не найдете. Его заменяет мамалыга. Абхаз­ские женщины перемалывают на ручных мельницах из кованого железа кукурузу и из полученной муки варят нечто вроде очень плотной каши. Ее нарезают ломтями и едят с сыром, зеленью. Кстати, мяса в рационе абхазцев в 5 раз меньше, чем у москвичей. Барашка режут лишь по случаю праздника или приезда гостя.

Еще одна особенность питания абхазцев: пищу они едят только свежеприготовленную. Остатки никогда не разогревают, а сметают со стола и отдают скоту.

Что касается якутов, то об особенностях их быта я впервые услышала в Доме ученых новосибирского Ака­демгородка, где я частая гостья. Но в тот самый первый раз меня привез туда академик А. Г. Аганбегян для уча­стия в клубе интересных встреч. Среди вопросов, которые мне там задавали, был и такой: почему средняя продол­жительность жизни якутов составляет 133 года? При­знаться, для меня это было новостью. И я, не откла­дывая дела в долгий ящик, поехала в Якутию, чтобы познакомиться с бытом коренных жителей.

Там я узнала, что хлеба они тоже не едят, за исключением городских жителей. Основное блюдо в рационе их пита­ния—строганина из свежезамороженного мяса или рыбы, которую присыпают перетертым в порошок сухим оленьим мхом—ягелем или порошком из сушеного хвоста сентябрь­ского изюбра. Как видите, в пищу идут продукты, не подвергшиеся термической обработке, и потому сохраняю­щие свои естественные биологические свойства, в том числе и свойство самопереваривания. Отвлекаясь от темы о хлебе, приведу еще две особенности быта якутов, которые объясня­ют, на мой взгляд, их долголетие. Одну из них я упоминала в первой книге, вошедшей в это издание,— обычай закалива­ния с младенческого возраста, когда голенького ребенка периодически кладут в выкопанную в снегу ямку и держат там некоторое время. Взрослые якуты шапок как таковых не признают, ограничиваясь наушниками, а в пургу набрасыва­ют на голову кагаошоны. И еще. Как мне показалось, всем видам передвижения они предпочитают бег.

Но что было особенно близким и понятным мне с позиций моей Системы Естественного Оздоровления, так это привычка якута петь во время длительных поез­док на оленьих упряжках, описывая все, что он видит в пути. Как выражаются некоторые шутники: «Что вижу» то пою». Это сразу же ассоциировалось у меня с явля­ющейся частью моей Системы динамической аутогенной тренировкой. В чем ее особенность, читатель уже знает: сознание переключается на восприятие природы, чтобы исключить его влияние на подсознательную саморегуля­цию организма. То же самое происходит с человеком, когда он выражает свое восприятие природы в форме песни. И что особенно важно: человек поет, не напрягая голоса, практически на одной ноте. А с физиологической точки зрения это не что иное, как продолжительный выдох, превышающий по длительности вдох. Как чита­тель увидит чуть ниже, на таком принципе построены все восточные дыхательные упражнения.

Кстати, привычка петь в пути свойственна представи­телям многих народов. И подшучивать, а тем более смеяться над ней, как теперь видите, по меньшей мере глупо. Не лучше ли будет, если мы научимся видеть в обычаях других народов, пусть даже представляющихся нам на первый взгляд странными, непривычными, прояв­ления их глубинной, органичной связи с природой, чего человеку искусственному, порожденному современной де­формированной цивилизацией, так не хватает.

Однако вернемся к разговору о хлебе. Я вспоминаю одного из моих самых первых больных Николая Терен­тьевича, страдавшего тяжелой формой гормонально за­висимой астмы. Избыток лекарств, принятых им за годы лечения, превратил Николая Терентьевича в трясущуюся развалину. Я приложила невероятные усилия, чтобы выр­вать его из лап грозной болезни. Сняла все лекарства, которыми его так усердно пичкали, заставила двигаться, выполнять дыхательные упражнения, закаливающие про­цедуры. Вскоре он превратился в видного мужчину с шап­кой густых белоснежных волос и черными выразитель­ными глазами. Дыхание его стало свободным, легким.

Почувствовав себя здоровым, Николай Терентьевич допустил типичную для некоторых излеченных мною пациентов ошибку: он решил, что теперь может позво­лить себе отступления от естественного образа жизни. Как будто бы речь идет о какой-то таблетке: болен— глотаешь ее, поправился—глотать перестаешь. Но, под­черкиваю еще раз, предписанный нам природой образ жизни—не горькое лекарство. Это единственно возмож­ное состояние, в котором только и может нормально функционировать организм. Как, например, рыба в воде.

Так вот, мой Николай Терентьевич вернулся к своему любимому черному хлебу, стал съедать его не менее 1 кг в день. Я уж и стыдила его, и уговаривала:

— Николай Терентьевич, ведь умрете же.

— Лучше умру, а хлеб есть буду,— отвечал он. И ел.

В результате через какое-то время его не стало. Прав­да, умер он не от астмы, а при явлениях обширного инфаркта. Но это ничего не значит, точнее, означает одно—если вы создаете своему организму противоесте­ственные условия существования, его саморегуляция на­рушается, и болезни, самые разные, не заставят себя ждать. А вот жена Николая Терентьевича, страдавшая раком сигмовидной кишки, прожила в Системе Есте­ственного Оздоровления до глубокой старости и пережи­ла мужа на 15 лет.

Весной 1991 г. я решила провести на себе еще один эксперимент, чтобы проверить, не отказ ли от хлеба является причиной моего хорошего самочувствия. Я вспомнила, что в прежние годы, когда отдыхала в Кис­ловодске в санатории кардиологического профиля, по настоянию врачей должна была в течение нескольких дней проходить период адаптации и избегать прогулок с подъемами в гору. Правда, впоследствии обо всех этих запретах я забыла и по приезде в санаторий первым делом поднималась на Большое седло, даже не ставя врачей в известность.

Но на этот раз, в январе 1991 г., попросила их прокон­тролировать мое состояние перед подъемом на Большое седло и после возвращения. Все физиологические пара­метры—прежде всего дыхание и пульс, оказались в нор­ме. После этого я начала есть хлеб и делала это в течение трех месяцев. Приехав снова в Кисловодск, попросила врачей зафиксировать результаты эксперимента. Но еще до их заключения мне стало ясно, что потребление хлеба не прошло даром. Поднимаясь на Большое седло, я ощу­щала нехватку воздуха, дискомфорт. Данные обследова­ния подтвердили мои субъективные ощущения. Я приба­вила в весе, организм работал с перегрузками, в напря­женном адаптационном режиме, частота дыхания и пульс заметно превышали показатели, зафиксированные три месяца назад.

Тогда у меня отпали последние сомнения в том, что хлеб, несмотря на его древнее происхождение, не прибав­ляет человеку здоровья, а напротив, вызывает нарушения саморегуляции человеческого организма и связанные с ними хронические заболевания.

Очевидно, это объясняется тем, что при выпекании в духовке при температуре около 300° С или на сковоро­де, где нагрев доходит до 250° С, происходят необрати­мые разрушения структуры воды, входящей в состав теста, и белков, что делает их плохоусвояемыми. Здесь, по-видимому, и кроется разгадка негативного отношения многих ученых к хлебу. Так, один из наиболее известных гигиенистов в области питания Г. Шелтон пишет, что самое большое несчастье человека—изобретение хлеба. Очевидно, именно поэтому он считает все зерновые куль­туры неполноценным продуктом питания.

Что касается меня, то я в лечебном питании достаточно широко использую зерновые, хотя и варьирую их примене­ние в зависимости от состояния больного и особенностей его организма. Одним назначаю блюда из овса, другим—из пшеницы, третьим—из риса. Для здоровых же людей никаких ограничений на потребление пшеницы, ячменя, риса, ржи, кукурузы, гречихи, проса и других семян травянистых зерновых растений нет. Их можно проращивать, измельчать, готовить густые или жидкие каши, отваривать клецки, галушки, лапшу, любые другие блюда, какие только придут вам в голову (соусы, например, кремы и т. д.). Главное— соблюдать правила их приготовления, существующие в кух­не целебного питания и приведенные в этой книге. Основные из этих правил—при тепловой обработке исходных продук­тов никогда не превышать температуру кипения воды, а саму термообработку ограничивать несколькими минутами.

Рис

Изучая материалы двух международных конферен­ций, посвященных работам выдающегося ученого и вра­чевателя Дж. Озавы, я заметила, какое исключительное внимание было уделено на них рису. Испытав эту культу­ру в целебном питании, я убедилась в исключительных свойствах риса, свойствах, ставящих его в некоторых отношениях даже выше милой нашему сердцу пшеницы.

Следует сказать, что сортов риса, которым питается половина мира, около двухсот. Однако мы не избалованы подобным разнообразием. У нас в стране мы пользуемся тем подобием настоящего риса, которое кто-то где-то купил по дешевой цене, сэкономив на нашем здоровье. В магазине можно купить рис шлифованный или сечку. Что касается последней, то ее следует рассматривать просто как брак производства.

Шлифованный рис требует особого разговора. Наде­юсь, читая мою книгу, вы прониклись мыслью о необ­ходимости сохранять целостность продукта и его биоло­гические свойства, главное из которых—способность воспроизводить жизнь. Что касается риса, то у него при шлифовании не то что зародыша, но и кожицы вместе с белково-преобразующими ферментами не остается.

Рис в оболочке можно приобрести в комиссионных магазинах или у частников-производителей. Нам чаще всего привозят с юга обдирный рис, у которого с зерна снята кожура, но белково-преобразующий слой оставлен вместе с зародышем. Биологические свойства продукта ослаблены, но в незначительной степени. Шлифованный же рис, поступающий в торговлю,—это неполноценный продукт. Он не может в полной мере усваиваться нашим организмом, потому что лишен естественных ферментов, преобразующих крахмал в усвояемые сахара. Почему же наша торговая сеть так охотно идет на то, чтобы торго­вать неполноценными продуктами питания? Ответ один—это удобно. Дело в том, что рис в оболочке, как и шлифованный, не поражается паразитами. Но нужный нам нешлифованный рис без грубой оболочки охотно поедает шашель (шлифованный рис, как и нам, шашели не нужен). Думаю, что можно было бы найти и другой выход, скажем, удалять оболочку непосредственно перед продажей риса. Тем более, что срок хранения полноцен­ного продукта достаточно длителен. Узбеки, таджики, киргизы—все те, кто производят рис и знают в нем толк, никогда не готовят свой плов из шлифованного риса.

Приступая к приготовлению блюд из риса, имейте в виду, что если вы хотите сварить плов, где рисинки отделяются друг от друга, нужно брать воды примерно вдвое больше по объему, чем риса. Если вы любите разварной рис, то пропорция риса и воды должна состав­лять 1:4. Возможны и промежуточные варианты.

Для густой каши следует использовать чугунную эма­лированную кастрюлю, но в идеале следует готовить в глиняном горшке, пользуясь русской печкой.

Кукуруза

Это очень полезная культура с большим содержанием белка, углеводов и жира в зернах. Белок зерна имеет почти все незаменимые аминокислоты, в зернах содер­жатся также витамины группы В, витамин Е, соли калия, магния и фосфора.

Самое вкусное блюдо из кукурузы—это отварные початки молочной спелости. Они очень полезны, ими одними можно питаться в течение 10—12 дней, что хоро­шо очищает организм.

Пусть вас не смущает то, что в набор продуктов, необходимых для питания по рецептам целебного питания, входят некоторые ингредиенты, которые не всегда бывают в продаже, а если и бывают, то стоят очень дорого. Вы всегда можете заменить их другими, более дешевыми и доступны­ми, но не менее целебными. Важно, чтобы они были свежими и сохраняли все свои естественные биологические свойства.