Не хватает 2 страницы, их просто не удалось отсканить- физическое повреждения.

 

 

… … …

ВТОРАЯ СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ:

РЕФЕРЕНТНЫЕ СТРУКТУРЫ

Одна из особенностей нашего опыта, позволившая нам разработать эксплицитную Метамодель для языка, упот­ребляемого в психиатрии, состоит в том, что каждый из нас, будучи прирожденным носителем родного языка, рас­полагает устойчивыми и непротиворечивыми иитуициями в том, что представляет собой полные языковые репрезен­тации — Глубинные Структуры — каждого предложения, или воспринимаемые нами Поверхностные Структуры. Выступая в роли психотерапевта, мы можем точно опреде­лить, что именно отсутствует в Поверхностной Структуре, для этого достаточно сравнить се с Глубинной Структурой, из которой, как нам известно, она выведена. Вот таким образом задавая вопросы о том, чего недостает, мы начи­наем процесс восстановления и расширения модели паци­ента — процесс изменения.

Глубинную Структуру мы будем называть референт­ной Структурой предложения, или Поверхностной Струк­туры, высказанной нам пациентом. Она является референ­тной структурой в том смысле, что представляет собой ис­точник, из которого выведена Поверхностная Структура. Глубинная Структура — это самая полная языковая ре­презентация мира, но это не сам мир. Но Глубинная Структура сама производна от еще более полного и богато­го источника. Референтной Структурой Глубинной Струк­туры является суммарный опыт пациента. Процессы, кон­кретизирующие, что именно происходит между Глубинной Структурой и опытом, — это три универсальных процесса моделирования, сами правила репрезентации. Генерали­зация, Опущение и Искажение. Мота-модель, которую мы создали, воспользовавшись понятиями и механизмами, подсказанными нам трансформационной грамматикой языка, эти общие процессы обозначены конкретными на­званиями и существуют в конкретных формах. Например, референтные индексы, трансформация опущения и усло­вия семантической правильности. Эти же три общих про­цесса моделирования Определяют и то, каким образом Глу­бинные Структуры выводятся из своего источника — опы­та пациента и его взаимодействия с миром.

Мы полагаем, что тот же комплекс конкретных поня­тий и механизмов окажется полезен нам и при восстанов­лении референтной структуры Глубинной Структуры:1

Метамодель психотерапии, разработанная нами и пред­ставленная в данной книге, представляет собой, как мы уже неоднократно говорили, формальную модель. Конкретно Метамодель формальна в двух смыслах этого слова:

1. Это эксплицитная модель, то есть структура процес­са психотерапии описывается в ней поэтапно.

2. Это модель, в которой речь идет о форме, а не о содер­жании. Другими словами. Метамодель нейтральна по отно­шению к тому, что представляет собой тот или иной психоте­рапевтический сеанс в содержательном отношении.

Первый смысл, в котором наша Метамодель формаль­на, дает гарантию того, что она доступна любому, кто по­желает обучиться ей — то есть, представляя собой экспли­цитное, то есть точное и (яркое), ясное описание опреде­ленного процесса, она поддается усвоению. Второй смысл, в котором Метамодель формальна, обеспечивает ее уни­версальное применение:2 каким бы ни был конкретный предмет, или содержание того или иного конкретного пси­хотерапевтического сеанса, взаимодействие между психо­терапевтом не обойдется без Поверхностных Структур.

Эти Поверхностные Структуры представляют собой ма­териал, подлежащий обработке посредством Метамодели.

Отметим, что, поскольку Метамодель не зависит от содержания, она не содержит в себе ничего, что могло бы позволить отличить Поверхностную Структуру, выведен­ную пациентом, рассказывающим о своей последней поездке в штат Аризона, от Поверхностной Структуры пациен­та, поделившегося своими впечатлениями о каком-либо насыщенном эмоциями радостном или болезненном опыте, связанном с близким другом. Именно в этом пункте содер­жания конкретного психотерапевтического взаимодействия подсказывается выбором конкретной формы психотерапии. В нашем случае, например, если кто-то приходит к ; нам за терапевтической помощью, мы чувствуем, что этот : приход связан с какой-то болью, какой-то неудовлетворенностью нынешним положением, в котором находится обратившийся человек: поэтому мы начинаем с вопроса о том, что они надеются получить, обратившись к нам, дру­гими словами: чего они хотят. Из их ответа неважно, что 'он собой представляет (даже если это: я не знаю), который дан в форме Поверхностной Структуры, позволяет нам приступить к процессу психотерапии с применением тех­ник Метамодели.

Исходный вопрос, заданный нами пациенту, не явля­ется, как мы показали, вопросом, постановки которого требует Метамодель. Скорее, это вопрос, который мы сформулировали в результате практического опыта, при­обретенного нами в ходе занятий психотерапией. Наш опыт подсказывает нам, что наше знание о том, что имен­но привело нашего пациента к нам, является одним из не­обходимых компонентов психотерапевтического опыта.

Референтной Структурой полной языковой репрезен­тации Глубинной Структуры является опыт данного чело­века во всей его полноте. Будучи людьми, мы можем с уверенностью констатировать, что каждый испытанный нами опыт будет содержать в себе некоторые определен­ные элементы или составные части. Чтобы лучше понять эти составные части референтной структуры Глубинной Структуры, мы можем распределить их по двум категори­ям: это ощущения, источник которых находится в мире, а также некий вклад, совершаемый нашей нервной системой в эти ощущения в процессе нашего восприятия и обработ­ки, направленного на то, чтобы организовать их в референтные структуры Глубинных Структур нашего языка. Точную природу ощущений, возникающих в мире, прямо узнать нельзя, потому что для моделирования мира мы применяем собственную нервную систему. Наши рецепторные системы, устремленные к миру, сами настроены и откалиброваны в соответствии с ожиданиями, производны­ми от имеющейся у нас в настоящее время модели мира (см. понятие опережающей обратной связи — если моя мо­дель слишком далеко отходит от мира, она не может слу­жить мне в качестве адекватного средства, направляющего мое поведение в этом мире. При этом применяемые нами способы формирования модели будут отличаться от мира благодаря тем выборам (обычно неосознаваемым), кото­рые мы совершаем, применяя три названных принципа мо­делирования. Это позволяет нам всем придерживаться раз­личных моделей мира и жить, тем не менее, в одном и том же действительном мире. Подобно тому, как в Глубинной Структуре имеются некоторые необходимые элементы, имеются такие элементы также и в референтной структуре Глубинных Структур. Например, мы воспринимаем ощу­щение через пять (как минимум) чувств: зрение, слух, осязание, вкус, обоняние.

Таким образом, один из компонентов референтной структуры, наличие которого мы, в качестве психотера­певтов, можем проверить, — это то, что содержится в Глу­бинных Структурах описания ощущений, поступающих по каждому из пяти органов чувств, то есть содержатся в пол­

ной языковой репрезентации описания, репрезентирую­щие способность пациента видеть, слышать, осязать, обо­нять и иметь вкусовые ощущения. Если одно из этих чувств не репрезентировано, мы можем поставить репре­зентацию под вопрос и потребовать от пациента, чтобы тот восстановил связь своей Глубинной Структуры со своей референтной структурой и восстановил в итоге (пропу­щенные) опущенные ощущения, расширив и обогатив па­циента.

Хотя эксплицитная структура для всего объема чело­веческого опыта у нас не разработана, мы можем выска­зать некоторые мысли о том, какие компоненты референт­ной структуры являются необходимыми. Целесообразно применять набор категорий, разработанных Вирджинией Сейтер в ее исследованиях семейных систем и коммуника­ции. В референтной структуре Сейтер выделяет три со­ставные части:

1. Контекст — это то, что происходит в мире (то есть в репрезентации мира пациентом);

2. Чувства пациента относительно происходящего в ми­ре (согласно имеющейся у пациента репрезентации мира);

3. Восприятия пациента, относящиеся к тому, что чувствуют другие люди относительно происходящего в ми­ре (согласно репрезентации мира пациентом).

Мы признаем, что, хотя сообщения пациента о чувст­вах, относящихся к происходящему, будут оформлены в Поверхностные Структуры, которые можно исследовать с помощью техник Метамодели, мы не выделяли их в каче­стве необходимого компонента правильной Глубинной Структуры. Между тем чувства пациента относительно происходящего в мире представляют собой необходимый компонент любой референтной структуры. Другими слова­ми, если чувства пациента не репрезентированы в рефе­рентной структуре, психотерапевт может быть уверен, что эта референтная структура неполна, или, пользуясь тер­минами, принятыми в данной книге, неправильна- Все это равносильно утверждению, что человеческие эмоции представляют собой необходимый компонент человеческо­го опыта.

Упоминая об этом совершенно очевидном факте, мы вовсе не хотим сказать, будто вы, будучи психотерапев­том, без нашей подсказки, не знали бы, что у людей есть чувства; просто мы надеемся, что теперь вы будете четко осознавать, что, когда вы спрашиваете пациента: “Какие чувства возникают у вас по отношению к этому?” (что бы собой не представляло “это”), вы фактически просите его сообщить вам более полную репрезентацию (чем даже Глубинная Структура) своего опыта взаимодействия с ми­ром. Причем, задавая этот вопрос, вы спрашиваете о том, что, как вам известно, представляет необходимый компо­нент референтной структуры пациента. Этот конкретный компонент референтной структуры выделяется в большей части различных психотерапевтических подходов, ибо он представляет собой очень полезную для вас информацию, когда мы выступаем в роли психотерапевта. Чего, однако, не принимают во внимание в большинстве психотерапий и что может придавать этому вопросу дополнительный по­тенциал, — это то, что ответ пациента представляет собой Поверхностную Структуру, которую можно рассматри­вать с точки зрения ее соответствия условиям психотера­певтической правильности. Это обстоятельство дает вам возможность глубже познакомиться с моделью пациента, восстановив один из необходимых компонентов референт­ной структуры, одновременно подвергнув эту модель па­циента сомнению и расширив ее. Если взглянуть на этот общий вопрос с точки зрения Метамодели, то возникает еще один вопрос, причем очень действенный вопрос. Это дополнительный вопрос, характерный для работы Сейтер:

“Какие чувства возникают у вас относительно чувств, от­носящихся к происходящему?” Взглянем на этот вопрос в свете Метамодели. По сути дела он представляет собой просьбу со стороны психотерапевта, обращенную к паци­енту, высказаться о своих чувствах по отношению к собст­венной референтной структуре — своей модели мира, — просьба, которая сфокусирована конкретно на его чувст­вах относительно того образа, который он составил в своей модели о самом себе. Это следовательно, ясный и четкий способ приблизиться к тому, что в большинстве психотера­певтических направлений известно как самооценка паци­ента — чрезвычайно весомая область референтной струк­туры пациента, которая тесно связана с возможностями изменения данного человека.

В следующем отрывке из диалога между пациентом и психотерапевтом виден тот способ, посредством которого психотерапевт доходит до этого аспекта референтной структуры пациента:

(1) С.: Пола совершенно не заботит уборка в доме.

В Поверхностной Структуре имеется заявление о зна­нии ею внутреннего состояния другого человека, причем

не сообщается, каким образом она приобрела это знание:

нарушение семантической терапевтической правильности типа “чтение мыслей”.

(2) В.: Как вы знаете, что его это не заботит?

Психотерапевт ставит это семантическое нарушение под вопрос, обращаясь к пациентке с просьбой более конк­ретизировать этот процесс.

(3) С.: Он сказал мне.

Пациентка сообщает запрошенную информацию. В ее Поверхностной Структуре имеется, однако, опущение, связанное с предикатом “сказать что?”

(4) В.: Что конкретно он сказал вам?

Психотерапевт просит сообщить отсутствующий ма­териал.

(5) С.: Он сказал: “Меня не заботит, чисто в доме или нет”.

Пациентка сообщает запрошенный материал.

(б) В.: Какие вы испытываете чувства из-за того, что он сказал, что его не заботит, чисто в доме или нет?

Основываясь на знании, что референтная структура пациентки должна содержать в себе чувства, относящиеся к поведению Пола, в качестве необходимой составной час­ти психотерапевтических правильностей референтной структуры психотерапевт просит пациентку сообщить ему эту составную часть.

(7) С.: Я злюсь, фактически это просто бесит меня... из-за этого у нас происходят все время сильные ссоры.

Пациентка сообщает свои чувства, относящиеся к поведению Пола. В ее новой Поверхностной Структуре имеется -квантор общности “все”, указывающий на генерализации, которую психотерапевт может поставить под сомнение.

(8) В.: Какое чувство вы испытываете к собственному чувству злости?

Психотерапевт игнорирует нарушение психотерапевтической правильности, касающееся генерализации; вместо этого он решает осуществить сдвиг уровней и обращается ic ней с вопросом об ее чувствах, относящихся к ее образу самой себя в ее модели мира (ее референтной структуре).

(9) С.: Какое чувство я испытываю по отношению к чувству злости?

Пациентка, по-видимому, несколько растерялась сна­чала, услышав вопрос, требующий от нее перехода на дру­гой уровень. Согласно нашему опыту, это обычная реак­ция на подобные переходы на другой уровень. Тем не ме­нее, пациенты располагают ресурсами, необходимыми для подобного маневра.

(10) В.: Да, какое чувство вы испытываете по отношению к собственному чувству злости?

Психотерапевт повторяет вопрос.

(11) С.: Н-да, не очень хорошее чувство у меня к этому.

Пациентка сообщает свои чувства, относящиеся к соб­ственным чувствам — собственную самооценку.

Психотерапевт начинает исследовать модель пациент­ки уже на новом уровне, обращаясь к ней с просьбой более полно конкретизировать употребленный ею глагол. Изме­нения на этом уровне — условие самооценки — чрезвы­чайно важны, потому что представление пациентки о са­мой себе оказывает действие на то, каким образом индивид организует весь свой опыт, или референтную структуру. Следовательно, изменения на этом уровне структуры рас­пространяются и на всю модель пациентки.

Эти конкретные категории и методики Сейтер задают исходный пункт для определения множества минимально не­обходимых компонентов, обеспечивающих полноту психоте­рапевтически правильных референтных структур. Наблюдая работу других психотерапевтов, добивающихся в своей прак­тике поразительно эффективных результатов, мы установи­ли и другие типы категорий, которые предлагаем в качестве частей минимально необходимого набора, наличие которых необходимо для того, чтобы референтная структура была правильной в аспекте полноты, что представляют собой еще один способ проверки референтных структур пациента на полноту. В число этих категорий входят:

(а) Способ, которым пациент репрезентирует свой, прошлый опыт в настоящем: он описывается обычно в виде правил, направляющих его поведение;

(б) Способ, каким пациент репрезентирует свой насто­ящий сиюминутный опыт, то есть “здесь и сейчас” — это и есть гештальт;

(в) Способ, каким пациент репрезентирует свой воз­можный будущий опыт — то есть его ожидания, касающи­еся возможных исходов его поведения.

Заметим, что четыре исходных компонента, представ­ленных в работе Сейтер (чувства пациента, чувства дру­гих, контекст, чувства пациента по поводу собственных чувств) будут встречаться в качестве компонентов в каж­дой из трех вышеперечисленных репрезентаций — про­шлого, настоящего и будущего — как они репрезентирова­ны сейчас. Опыт показывает, что эти категории чрезвы­чайно полезны для организации моделей, наших моделей и поведения в ходе психотерапевтического взаимодействия, когда мы стремимся помочь нашим пациентам выработать полные референтные структуры. Как вы, должно быть, уже заметили по эксплицитным техникам Метамодели, представленным нами в главах 3, 4 и 5, Метамодель со­держит в себе техники восстановления и изменения опи­санных здесь категорий референтной структуры. Правило, основанное на опыте в том виде, как он представлен в на­стоящем, — это всего лишь иное название для генерализа­ций, основывающихся на опыте пациента, точно также, как и его ожидания. В каждом случае материал, запрошен­ный психотерапевтом, когда он ставит модель пациента под сомнение и обогащает ее, предъявляется пациентом в форме Поверхностных Структур, подчиненных условиям психотерапевтической правильности, конкретизирован­ных в Метамодели. Описывая эти категории, мы хотим предложить вам ряд четких идей относительно того, что может входить в число необходимых компонентов полной правильной референтной структуры для языковой Глубин­ной Структуры. Дополнительные мысли относительно то­го, что должно было бы входить в качестве необходимых компонент в полную референтную структуру, содержатся , в работах различных философов (любого из известных западных философов, работающих над проблемой познания;

- например, в эмпирической традиции это Локк Беркли-Юм, а в идеалистической — Кант, Гегель, Вайхнгер и .т.д.), а также семантика, логика лингвистов (например, Кожибского, Гумбольта, Карнапа, Тарского, Хомского,

Катца и т.д.). В оставшейся части данной главы мы обсу­дим ряд техник, разработанных в различных школах пси­хиатрии. В наши намерения не входит обучение читателя этим техникам. Скорее, в каждом из рассматриваемых случаев мы покажем, как та или иная техника в том виде, как она в настоящее время применяется, неявно ставит под сомнение репрезентацию мира пациента, и как каждая их этих техник может быть интегрирована с Метамоделью. Мы выбрали для обсуждения именно эти техники только потому, что мы хорошо знаем их по собственному опыту и знаем, что они представляют собой мощные психотерапев­тические инструменты. Мы сразу же хотели подчеркнуть, что никоим образом не утверждаем, будто бы они сколько-нибудь сильнее, чем другие, или, что их легче интегриро­вать с Метамоделью. Просто мы хотим представить неко­торый срез различных техник, выбирая при этом те, что нам хорошо известны.

ИНСЦЕНИРОВКА:

НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ ПРОИГРЫВАНИЕ ОПЫТА

Под инсценировкой мы имеем в виду такие техники, которые вовлекают пациента в проигрывание действитель­ного или вымышленного опыта драматического материала, драматургического материала. В инсценировке могут уча­ствовать либо один пациент, либо группа.

“Воспринимая слово как некий абсолют, без исследо­вания его личного значения, мы приходим к тому резуль­тату, что слово начинает жить своей собственной жизнью. В итоге подобного овеществления слова оно отрывается от практической функции выступать в качестве более или менее эффективного способа связи с процессом, который остается живым и референты которого постоянно изменя­ются. Техника инсценировки представляет собой один из способов поддержания жизни в словах, которыми человек пользуется, чтобы охарактеризовать самого себя или кого-либо другого.

Сохраняя связь своего языка с действием, мы претен­дуем на сохранение ощущения изменения и роста”.