Вопрос 1. Многообразие правовых систем и необходимость их классификации

Лекция №6

КЛАССИФИКАЦИЯ ПРАВОВЫХ СИСТЕМ

(2 часа)

План

1. Многообразие правовых систем и необходимость их классификации

2. Обзор классификаций правовых систем

3. Критерии классификации правовых систем

4. Основные правовые семьи

Литература:

Алексеев С.С. Право на пороге третьего тысячелетия: Некоторые тенденции миро­вого правового развития — надежда и драма современной эпохи. —; М.: Статут, 2000.

Берман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. — М.: Инфра-Норма, 1998.

Васильев Л.С. История Востока: Учебник: В 2 т. Т. 1. — М.: Высш. шк., 1998.

Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. — М.: Международ, отн., 1998.

Осакве К. Размышление о природе сравнительного правоведения: некоторые теоретические вопросы // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. — 2006. — № 3.

Тихомиров Ю.А. Сравнительное правоведение: развитие концепций и общественной практики // Журнал российского права. — 2006. — № 6. — С. 11.

Цвайгерт К., Кётц X. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2 т. Т. 1: Основы. — М.: Международ. отн., 1998.

Вопрос 1. Многообразие правовых систем и необходимость их классификации

Как отмечает С.С. Алексеев, в своем развитии право прошло долгую, тысячелетнюю, многоплановую историю. Нередко — причудливую, самобытную в различных регионах мира, порой с дерзкими рывками в будущее или с «поворотами назад» и зигзагами, зависящую от многообразных условий и обстоятельств, по большей части — основополагающих, глобальных, глубинных в том или ином регионе, а подчас — имеющих характер случая, личных свершений великих умов, умудренных профессионалов или просто прихотей отдельных властвующих персон. Право подошло к третьему тысячелетию христианской эры в состоянии поразительного многообразия существующих правовых систем[1].

На сегодняшний день в мире сосуществует большое количе­ство национальных правовых систем. Официальными членами ООН на сегодняшний день являются около 200 государств, и каждое государство имеет свою собственную национальную правовую систему, которая является нормативным отражением исторических, политических, культурных, религиозных и других особенностей каждого народа и общества.

Причины многообразия правовых систем заключаются прежде всего в том, что на форму и содержание правовой системы самым непосредственным образом влияют исторические традиции и условия возникновения и становления исторически конкретного государства и права. Например, причины многообразия правовых систем в Западной Европе заключаются в том, что начиная с XV в., становление европейских государств было связано с раз­витием рыночных отношений и формированием средних городских сословий, которые длительное время являлись опорой централизации. Образование национальных государств и правовых систем представляло собой не просто очередной этап существования определенных этносов, а акт заключения общественного договора о новом социальном порядке. При этом границы территории, на которой устанавливался этот порядок, зависели от ряда факторов, среди которых этническому составу населения и его четко выраженной воле далеко не всегда принадлежало определяющее место. Каждая из этих систем имеет свои исторические корни и традиции. Несмотря на то, что французская и английская правовые системы уходят своими корнями в средние века, возникновение основных правовых систем связано именно с историческими традициями этих обществ.

Влияние исторических условий и традиций также наглядно проявляется в возникновении традиционных и религиозных правовых систем. В частности, формирование исламской правовой системы обусловлено появлением исламской религии и исламской цивилизации.

Причины многообразия правовых систем также предопределяются спецификой их эволюции и развития. Правовые системы могут формироваться под влиянием одних исторических факто­ров, однако они могут трансформироваться под влиянием других факторов, повлиявших на ход их развития и функционирования. Например, правовая система Японии формировалась и долгое время развивалась под влиянием китайских правовых традиций. Во второй половине XIX в., в период правления династии Мэйдзи, правовая система Японии подверглась вестернизации, в результате чего изменился облик японского права. После Второй мировой войны японское право, особенно японское законодательство, подвергаются дальнейшим изменениям в сторону его американизации, т.е. заимствованию японским правом многих правовых положений у правовой системы США.

В ряде современных государств Азии и Африки под воздействием новых исторических условий сочетаются элементы различных правовых семей с присущими им особенностями, в частности, в сфере источников права. Так, в настоящее время в правовой системе Индии, наряду с источниками государственного, административного, торгового права, базирующимися не только на законодательстве, но и на прецедентах, действуют религиозные

по своей сути источники права (индусского и исламского права), В африканских государствах традиционные источники (обычаи) различных племен также сочетаются с законодательством и судебным прецедентом, заимствованными у правовых систем бывших метрополий, по мнению Ю.А.Тихомирова, правовые различия могут быть:

а) сущностными — например, некоторые догматы исламского права, в частности, принцип Конституции Ирана «признание Страшного суда»; б) теоретическими, например, преобладание во срранцузском публичном праве понятия публичных услуг; в) разными по построению отраслей права — например, в Германии среди источников трудового права нет трудового кодекса, а в США преобладают процессуальные нормы в административном праве; г) неодинаковыми формами кодификации — например, во Франции кодексы включают и незаконодательные нормы, в Украине сосуществуют Гражданский и Хозяйственный кодексы; д) отражением специфики конкретных правовых институтов и норм, правовых решений — например, в экологическом праве Германии делается акцент на стимулирование, в Уголовном кодексе Швеции предусмотрен электронный контроль за осужденным не строже чем на два месяца тюремного заключения; е) выраженными в особенностях юридической техники и построения законов; ж) разноскоростными нововведениями — например, в Украине уже принят Кодекс административного судопроизводства, в Казахстане действует Закон «Об административных процедурах», в Белоруссии развивается административная юстиция, Госсия лишь планирует новшества; з) контрастными государственными институтами[2].

Как справедливо отмечал Р. Давид, различия между правом разных стран значительно уменьшаются, если исходить не из содержания их конкретных норм, а из более постоянных элементов, используемых для создания, толкования, оценки норм. Сами нормы могут быть бесконечно разнообразными, но способы их выработки, систематизации, толкования показывают наличие некоторых типов, которых не так уж и много. Поэтому, как отмечает Р. Давид, возможна группировка правовых систем в семьи, подобно тому, как это делают и другие науки, оставляя в стороне второстепенные различия и выделяя семьи, как, например, в лингвистике — романские, славянские, семитские языки, в религии— христианство, ислам и т.д., в естественных науках — млекопитающие, пресмыкающиеся, птицы, земноводные и т.д.

Классификация правовых систем имеет как теоретическое, так и практическое значение. Ее теоретическая значимость заключается в возможности познания и изучения правовой панорамы мира с тем, чтобы выявить содержательные аспекты правовых систем, обеспечивающих их функционирование. Практическая же ее значимость объясняется необходимостью сближения правовых систем и взаимодействия в правовой сфере.

Для классификации правовых систем используются различные критерии — этнические, расовые, географические, религиозные, а также юридическая техника, стиль права и др., что в свою очередь объясняет существование множества классификаций.

Таким образом, в рамках сравнительного правоведения стано­вится возможной классификация национальных правовых систем по различным группам или семьям. При этом критерии классификации могут быть самыми разнообразными.

 

Вопрос 2. Обзор классификаций правовых систем

Проблема классификации правовых систем находится в центре изучения сравнительного правоведения с момента его возникновения.

Одной из первых классификаций правовых систем считается классификация, предложенная в начале XX в. А. Эсмайном, основным критерием которой служили история развития правовых систем, их структуры и их отличительных особенностей. На этой основе им были выделены следующие правовые семьи: романская, германская, англо-саксонская, славянская и исламская. Несмотря на то, что эту классификацию упрекали в отсутствии четких критериев, однако она, по словам К- Цвайгерта и X. Кётца, является «счастливой находкой» для сравнительного правоведе­ния[3].

Автором следующей классификации был А. Леви-Ульман. В основу его классификации был положен критерий, являющийся одним из важнейших компонентов правовой системы, а именно, правовые источники. На основе роли правовых источников в правовой системе он выделил континентально-европейскую, англо-американскую и мусульманскую правовые семьи.

В сравнительно-правовой литературе встречается и классификация правовых систем, в основу которой положен расовый и языковой критерий. В частности, Н. Созер-Холл на основе этих критериев выделил: индоевропейскую (подразделяющуюся на греко-римскую, германскую, англосаксонскую, славянскую, иранскую и другие подгруппы), семитскую и монголоидную, а также право нецивилизованных народов[4].

Очередной этап в истории классификации правовых систем связывается с именами известных компаративистов А. Арминджона, Б. Нольде и М. Вольфа. В качестве критерия классификации правовых систем они выдвинули такой содержательный принцип, как соотношение общего и особенного, и выделили следующие правовые семьи: французскую, германскую, скандинавскую, английскую, российскую, исламскую и индусскую.

Одной из самых распространенных и обоснованных классифи­каций правовых систем является классификация, предложенная Р. Давидом. В ее основе лежит идея, согласно которой классификация правовых систем должна быть основана на сочетании двух критериев: идеологического фактора, включающего религиозные, философские особенности, экономические и социальные структуры, и юридической техники, включающей в качестве основной составляющей источники права. На этой основе выделяются три основных правовых семьи, а именно: романо-германская, англо-саксонская и социалистическая, к которым примыкают остальные правовые семьи, а именно: религиозные

и традиционные правовые системы, в частности, мусульманское и индусское право, право стран Дальнего Востока, а также правовые системы стран Африки[5].

Другая распространенная классификация правовых систем принадлежит К. Цвайгерту и X. Кётцу, в основу которой положен критерий «стиля права». Суть этой классификации заключается в том, что отдельные правопорядки и целые группы правопорядков обладают своим определенным стилем, поэтому сравнивая правопорядки, необходимо стремиться выявить этот правовой стиль и провести их группировку в правовые системы. Стиль права складывается, по мнению авторов, из пяти факторов: происхождения и эволюции правовой системы; своеобразия юридического мышления; специфических правовых институтов; природы источников права и способов их толкования; идеологических факторов.

На данной основе К. Цвайгерт и X. Кётц попытались определить, с одной стороны, критерии, лежащие в основе различия правовых семей, а с другой — критерии стиля и его научного толкования, с тем, чтобы выявить характерные черты изучаемых правопорядков, позволяющие установить их принадлежность к той или иной правовой семье. Согласно этой классификации, все национальные правовые системы сгруппированы в восемь правовых семей: романскую, германскую, скандинавскую, общего права; социалистического права; права стран Дальнего Востока; исламского права; индусского права[6].

По мнению С.С. Алексеева, теория «стилей» нуждается в известной корректировке. Он считает, что в порядке развития указанной идеи было бы оправданным сделать акцент на трех ранее указанных правовых семьях — группах качественно своеобразных, контрастных правовых систем, отличающихся особым юридическим строем и имеющих характер основных, «базовых» юридических типов. В качестве критериев основных «базовых» юридических типов правовых систем С.С. Алексеев предлагает «общий фон» или «климат» правовой жизни данной страны, господствующую правовую идеологию и реальную структуру позитивного права, комплекс присущих ему специфических правовых институтов. На этой основе он выделяет классические, базовые семьи права, а именно: романо-германское право, общее, прецедентное право и традиционные неотдифференцированные системы: китайское право, традиционное японское право, традиционное индусское право, исламское право. Сюда же относится и социалистическое право[7].

Заслуживает внимания классификация правовых систем, предложенная К. Осакве, построенная на принципах множества критериев и совокупности объективных и субъективных факторов. Данная классификация правовых систем отражает американскую теорию права, в соответствии с которой классификация должна проводиться на трех уровнях, т.е. на двух уровнях макроклассификации по правовым традициям, и на одном уровне микроклассификации по правовым семьям. На первом уровне макроклассификации по критерию религиозной ориентации религиозные правовые системы отграничиваются от нерелигиозных. К основным религиозным правовым системам относятся мусульманское (исламское) право, еврейское (иудейское) право, каноническое право католической церкви и индусское право. На втором уровне макроклассификации нерелигиозные правовые системы по критерию правопонимания и роли права в обществе подразделяются на две основные традиции: западную и внезападную. На уровне микроклассификации западная правовая традиция (т.е. западное право), в свою очередь, делится на три правовые семьи, а именно: романо-германскую, англо-американскую и скандинавскую (северо­европейскую). Понятием внезападной правовой традиции объединены юго-восточное азиатское право, африканское обычное право и племенное право американских индейцев.

Более узкая классификация правовых систем, входящих в за­падную правовую традицию, относится к микроклассификации. На этом уровне, по мнению К. Осакве, критерии для классификации правовых систем сводятся к пяти факторам, таким как правовая идеология, правовой стиль, философия процессуального права, архитектура судебной системы и инфраструктура права. Под правовой идеологией понимаются те основополагающие философские принципы права, которые регулируют политические, экономические и социальные отношения в обществе. Понятие правового стиля включает такие факторы, как историческое наследие и развитие, структуру права, форму правового мышления, формы и иерархию источников права, юридические фикции, юридическую технику. К вопросу о философии процессуального права в современной компаративистике существует два подхода. Первый построен на принципе состязательности, второй — на принципе инквизиции. Таким образом, можно выделить два вида судебных процессов — состязательный и инквизиционный. В инфраструктуру права К. Осакве включает такие факторы, как систему юридического образования, структуру юридической профессии и отношение к кодификации права[8].

Далее многоуровневая классификация правовых систем предложена Е.О. Харитоновым и Е.И. Харитоновой. К критериям классификации первого уровня (макроуровня) относится тип цивилизации, обуславливающий соответствующие традиции права. Критерием классификации второго уровня является особенность мировоззрения в рамках традиции, следовательно, концепции взаимоотношений государства и частного лица, чем, в первую очередь, определяется тип правовой семьи.

Идея биполярности человеческой истории, развивающейся между двумя полюсами, в качестве которых выступают коллективизм и индивидуализм общества, получает все большее признание. Значение коллективистских и индивидуалистских начал в истории развития человеческого общества, признаваемых в качестве определяющего фактора, вывело к разделению всех цивилизаций, существовавших после архаических (первобытных) обществ, на коллективистические и индивидуалистические цивилизации в зависимости от стиля мышления, стиля чувств и своеобразия коллективных действий[9].

Эта идея имеет принципиальное значение и при классификации правовых систем. В сравнительно-правовой литературе распространено выделение отдифференцированных и неотдифференцированных правовых систем (С.С. Алексеев), которое имеет прямой выход на разные типы правопонимания, обусловленные разными правовыми традициями.

В неотдифференцированных правовых системах функциони­рование права реализуется не просто в тесной связи с религией, моралью, политикой, обычаями, но и под их прямым воздействием. А в рамках отдифференцированных правовых систем право функционирует относительно независимо от политики, религии, морали, традиций.

В рамках отдифференцированных правовых систем выделяются романо-германское и общее право, сформировавшиеся на основе западной традиции права. Как известно, западная традиция права была заложена в конце XI—XII вв. революцией, начатой в 1075 г. Папой римским Григорием VII, сопровождавшейся гражданскими войнами, которая называлась в то время григорианской Реформацией, а позже получила название Папской революции.

Под словом «западный» Г. Дж. Берман понимает исторически развивающуюся культуру народов Западной Европы, разделявших с конца XI до начала XVI веков общую преданность римско-католической папской иерархии, а затем — с XVI по XX в. — переживших ряд национальных революций, каждая из которых имела последствия для всей Европы[10].

Неотдифференцированные правовые системы сформировались не на основе западной правовой традиции. Иногда их объединяют в группу восточных правовых традиций. Восток в данном случае — это не географическое понятие, а скорее историко-культурное, социополитическое, цивилизационное... Речь идет о гигантской всечеловеческой ценности, пусть в чем-то весьма неоднородной и противоречивой, но все же почти монолитно цельной в своей глу­бинной основе — той самой основе, которая, собственно, и поро­дила в свое время дихотомию Восток—Запад[11].

Нельзя противопоставлять различные правовые традиции, считать одни более совершенными, чем другие. Каждая из них относительно самостоятельна и обладает уникальными свойствами, переходящими из поколения в поколение. Эти свойства создают многообразие правовых систем на правовой панораме мира.

При классификации правовых систем некоторые исследователи выделяли и выделяют социалистическую правовую семью как самостоятельную. По мнению К. Осакве, в настоящее время, социалистическая правовая семья объединяет Китай, Лаос, КНДР, Камбоджу, Анголу, Кубу, Эфиопию, Мозамбик и т.д.[12]

Причины существования социалистической правовой семьи обуславливаются не особенностями юридического мышления, правовой доктрины, источников и структуры права, а господствующей марксистско-ленинской идеологией, принципами политического устройства общества.

Как отмечает Р. Давид, возможна группировка правовых систем современности и по другим критериям, но отсутствует единое мнение о том, каким путем должна быть произведена эта группировка и какие «семьи права» будут выделены в итоге. Только при таком подходе каждая из классификаций имеет свою ценность. Все зависит от того, что хотят изучить, и какие при этом постав­лены цели. Нельзя прибегать к одной и той же классификации и тогда, когда изучение идет в общемировом масштабе, и тогда, когда оно ограничено европейскими рамками. Различными окажутся классификации и в зависимости от того, берется за основу частное или публичное право[13].

Стоит отметить, что существующий плюрализм концепций обусловлен прежде всего плюрализмом концепций правопонимания.