Адаптироваться / адаптация / адаптационный процесс 19 страница

Если бы прованская культура попала под экономическое давление и под влияние сиюминутной культуры, точно так же исчезли бы ри­туалы, которые оберегают привязанности ребенка: семейные трапе­зы, сборы-приветствия у школьных ворот, деревенские праздники и воскресные семейные прогулки. Вот почему современные родители должны взять дело в свои руки и создать свою собственную, эффек­тивную мини-культуру. Чтобы не волноваться за наши привязанно­сти ежесекундно, нам нужно разработать специальные ритуалы при­вязанности, которые бы охраняли самое святое для нас и работали на перспективу. Мы не можем позволить нашим отношениям с детьми разрушиться настолько, чтобы их, как Шалтая-Болтая, уже нельзя было собрать.

Мудрое решение - использовать силу привязанности, которой мы располагаем сегодня, чтобы установить правила, которые помогут нам сохранить нашу родительскую силу завтра. Необходимо создать правила, которые ограничат влияние факторов, способных отдалить наших детей от нас, и, в то же время, позволят нам привлекать к себе наших детей. Установите правила и ограничения на просмотр теле­визора, пользование компьютером, телефоном, интернетом, на .элек­тронные игры и на внеклассные занятия. Важнее всего ограничить доступ ребенка к средствам общения с ровесниками, особенно не­формального общения, не регулируемого ответственными за детей

взрослыми. Если родители не установят некоторые границы, потреб­ности детей в совместных играх, сборищах, ночевках и времени для общения в чате постепенно выйдут из-под контроля. Нужно совсем немного времени, чтобы стремление к контакту с ровесниками ста­ло приоритетным по сравнению с желанием близости с родителями. Без правил и ограничений бороться с этим влиянием будет край­не тяжело. Еще раз напоминаю, что в данном случае мы говорим о предотвращении. Если ваш ребенок ориентирован на ровесников, не пытайтесь устанавливать правила и границы насильно: вы рискуете еще больше испортить ваши с ним отношения. Эта ситуация требует иного подхода.

Мудрые родители не будут устанавливать больше ограничений, чем сможет выдержать сила привязанности. «Когда Лэнсу было одиннадцать, он из непопулярных детей вдруг перешел в круг из­бранных, - вспоминает мама одного тинэйджера. - Нам с его отцом очень не нравились два его новых лучших друга. Они не были при­вязаны к родителям и к своим семьям. Нам не нравилось, когда эти мальчики приходили к нам в дом. Мы интуитивно чувствовали, что это общение не пойдет на пользу. Наши нервы были на пределе.

Потом вдруг Лэнс начал слушать их диски - они показались мне отвратительными - и это притом, что я люблю рок. Много слов на букву «X», много насилия. Сегодня я бы сразу выбросила их, ни секунды не сомневаясь, но тогда, когда моему сыну было одиннад­цать... А этот мальчик, Джош, был как Крысолов. Он будто бы уво­дил своей волшебной мелодией нашего сына от нас. Лэнс изменился. У него появились от нас секреты, он все время рвался общаться с теми детьми.

Мы решили, что пора прекратить эти отношения - и жестоко ошиблись. Мы сели поговорить об этом с Лэнсом. «Мы с твоим па­пой больше не хотим, чтобы ты виделся с Джошем», - сказала я ему. Сначала он заплакал, все плакал и плакал. Стало очевидно, что он это воспринял, как будто мы предлагали ему выбирать между нами и Джошем, и что он выбрал Джоша. А плакал он потому, что будет но мне скучать.

Он не говорил с нами. Три с половиной месяца мы ничего не мог­ли от него добиться. Он продолжал видеться с Джошем в школе, по­сле школы и в выходные. В конце концов нам пришлось сдаться».

Родители Лэнса поняли, что нельзя бороться с проблемой ровесни­ков слишком прямолинейно. Им не хватало силы привязанности, и именно поэтому их попытка ограничить контакты сына с ровесника­ми была обречена на неудачу. Им пришлось возвращаться к основам и завладевать умом и сердцем своего сына, привлекать его в отноше­ния с ними.

Семейные выезды и совместные каникулы должны оставаться не­прикосновенными. Если ваша цель в таких поездках - привлечь к себе детей и укрепить ваши узы, вы не добьетесь этого, взяв с собой друзей ваших детей. Точно так же нельзя допускать, чтобы каждый член семьи проводил каникулы отдельно, хоть эта мода и распро­странилась сегодня повсюду, от лыжных склонов до приморских курортов. Показателем нашей зацикленности на ровесниках стало то, что даже семейный отпуск подчиняется сегодня идее, что дети должны отдыхать с детьми, а взрослые - со взрослыми, или - что ка­никулы позволяют родителям отдохнуть от своих детей. Чем больше вы отдыхаете от детей, тем слабее их привязанность к вам. Ирония в том, что, когда дети меньше привязаны к взрослым, они сложнее поддаются воспитанию, а значит - вам еще больше захочется от них отдохнуть!

Устанавливать ограничения для подростков, конечно, гораздо сложнее, особенно когда они уже серьезно ориентированы на ровес­ников. Они требуют свободы поддерживать отношения друг с дру­гом, и не дай бог кому-то попытаться им помешать. Подростки, сле­дующие за своими искаженными инстинктами, абсолютно уверены в том, что они принадлежат друг другу, а их родители только стоят на пути отношений, которые для них действительно много значат. Что же до родителей и учителей, с теми из них, кто этого не понимает, и разговаривать нечего.

Вот почему так важно создать опоры привязанности, пока сделать это еще в нашей власти. Если оставить это на волю случая, наши семьи будут разорваны на части индивидуальными стремлениями, требованиями общества, экономическим давлением и, наконец, ис­каженными инстинктами наших отпрысков. Опоры, которые облег­чают взаимоотношения ребенка с родителем - это семейные поезд­ки, семейные праздники, семейные игры, семейные занятия. Пока время и место для семейных ритуалов не определены, более важные обязательства будут неизбежно превалировать. Для матерей и от­цов-одиночек это еще более неотложная задача, потому что давление конкурирующих сил в их случае значительно интенсивнее. Культур­ные традиции, хоть и не такие крепкие, как в прошлые времена, пока еще существуют в рамках брака, но при распаде семьи о них очень часто совершенно забывают.

После нашего пребывания в Провансе я пришел к выводу, что семейная трапеза является одним из важнейших ритуалов. При­вязанность и еда тесно связаны. Одно облегчает другое. Семейная трапеза - это время полной зависимости: в ней все еще соблюдается иерархия привязанности, где тот, от кого зависят, берет на себя за­боту о зависимых, где все еще важен опыт, где присутствует радость вскармливания и насыщения, а путь к сердцу по-прежнему лежит через желудок. Исследования других млекопитающих показали, что даже пищеварение лучше работает в контексте привязанности. На­рушением привязанности, видимо, объясняется высокая частота бо­лей в животе у детей в школах и их нежелание нормально обедать. Именно из-за нарушения привязанности многие ориентированные на ровесников дети сопротивляются тому, чтобы их кормили роди­тели и не хотят сидеть за общим столом, не желая участвовать в се­мейной трапезе.

Уже сам факт совместного принятия пищи стимулирует развитие базовых связей, но еще больше шансов создать истинную привязан­ность, общаясь с ребенком во время еды. Семейные трапезы могут стать мощным ритуалом завладения. Какие еще занятия дают нам возможность ненавязчиво наладить контакт с нашими детьми, пред­ложить им что-то, на что они могут опереться, и пригласить наших детей к зависимости от нас? Какое другое дело дает нам такую воз­можность посмотреть ребенку в глаза, добиться его улыбки и от­ветной реакции? Не удивительно, что совместная трапеза на протя­жении всей истории человечества оставалась главным экспонатом в коллекции ритуалов ухаживания. По этой же причине семейные трапезы стали краеугольным камнем прованской культуры: стол на­крывают со всей тщательностью, блюда подают по одному за раз, на трапезу не жалеют времени, ее не прерывают, неукоснительно сле­дуя традициям. Семейные трапезы уважают все, включая булочни­ка, мясника и продавцов на деревенском рынке. Во время дневных и вечерних приемов пищи все дела останавливаются, а магазины за­крывают свои двери. Там почти не встретишь ресторанов быстрого питания и не увидишь людей, принимающих пищу в одиночестве или стоя. В прованской культуре еде отведено особое место. Но речь здесь не просто о принятии пищи. Более глубокой целью является привязанность. Семейные трапезы стали центральным элементом нашей собственной семейной жизни, пока мы оставались в Прован­се. Именно по ним наши дети скучали больше всего после нашего возвращения.

Мы, жители Нового Света, попали в сложную ситуацию. Семей­ные трапезы у нас находятся под угрозой исчезновения. Если они существуют, они обычно поверхностны, являются лишь «подзаправ­кой». У нас слишком много других дел: мест, куда нужно попасть, работы, которую нужно выполнить, спорта, которым нужно позани­маться, компьютеров, за которыми нужно посидеть, вещей, которые необходимо купить, фильмов и телепрограмм, которые непременно хочется посмотреть. Еда становится промежуточным делом, подго­товкой к чему-то действительно важному. Но другие наши занятия очень редко позволяют нам привлекать наших детей. Именно сейчас, когда семейные трапезы необходимы, как никогда раньше, мы чаще едим в одиночестве и позволяем детям делать то же самое. Конечно, совместные трапезы, которые проходят в напряжении, заканчивают­ся ссорами или становятся площадкой для споров по поводу того, кто как себя ведет или кому убирать со стола, ие пойдут на пользу Нужно научиться использовать это время, чтобы завязать дружеское общение со своими детьми.

Не менее важными для привлечения детей и поддержания связи становятся межличностные опоры. Нам необходимо найти время и место для таких занятий с нашими детьми, в которых нашей ис­тинной целью будет установление контакта. Цели построения отно­шений и поддержания привязанностей гораздо легче достичь один на один, чем в группе. Есть множество занятий, призванных помочь нам это обеспечить: работа над совместными проектами, прогулки, спортивные игры, совместное приготовление пищи, чтение. Ритуалы «на сон грядущий», такие как сказки и песни, становятся благослове­нием для поддержания привязанности маленьких детей. Повторюсь: в основном, родители более чем способны самостоятельно дойти до этого. Чего им не хватает - так это понимания того, что привязан­ности наших детей нуждаются в подпитке, иначе мы рискуем их по­терять. Даже совместные занятия раз в неделю могут в долгосрочной перспективе способствовать поддержанию привязанности.

Ограничение контактов со сверстниками

Хотя ограничения и правила более эффективны, если использовать их в качестве превентивных мер, они порой помогают уменьшить зацикленность на сверстниках. Всегда лучше стараться делать это как можно менее прямолинейно. Если вы скажете ребенку, что его друзья значат для него слишком много, он лишь решит, что вы - странные и ничего не понимаете. Создавайте лучше события и опоры, которые вы­полняют задачу, не раскрывая ваших истинных целей. Если основное общение ребенка со сверстниками приходится на время обеда, родите­лям или другим воспитателям стоит подумать, как по-другому его за­нять. Если главное время для общения со сверстниками - после шко­лы, именно на это время планируйте конкурирующие занятия. Если проблема в ночевках, чтобы исправить ситуацию, можно попробовать лимитировать их. Наша собственная политика ночевок раз в месяц порой встречала серьезное сопротивление со стороны нашей дочери Бриа. Однажды, совсем расстроившись, она возмутилась: «Но это не справедливо - это же время для укрепления нашей связи». Нельзя и представить более лаконичного и убедительного довода в пользу на­шей правоты. Если технологии привязанности в наших домах - мо­бильные телефоны, интернет, ICQ - служат укреплению связи наших детей с нашими соперниками, мы должны найти способ сократить до­ступ к этим технологиям или создать конкурирующие структуры. Тем не менее, если ребенок уже полностью ориентирован на ровесников, инстинкт поиска близости со сверстниками может быть столь мощ­ным, что правил будет уже недостаточно для контроля поведения. В таких случаях, наверное, стоит пожертвовать технологическими сред­ствами, служащими для поддержания привязанности к ровесникам, точно так же, как вы бы выбросили алкоголь из своего дома, если бы кто-то из членов вашей семьи страдал алкогольной зависимостью, или отключили от антенны телевизор, если бы дети игнорировали установленные ограничения на его просмотр.

Иногда родители успешно конкурируют с ровесниками ребенка каждый раз опережая их на один шаг. Ориентированным на ровес­ников детям, как правило, тяжело дается планирование. Им очень хочется общаться, но они боятся, что, если будут навязываться, свер­стники посчитают их слишком зависимыми и отвергнут их. Они на­учились идти в обход: «Хай, че делать будешь?» «Без понятия, а ты че?» «И я без понятия» «Слуш, может потусуемся или типа того?» «Да мне пофиг, давай» - и так далее, и тому подобное. Ориентиро­ванные на ровесников дети каким-то образом «дрейфуют» в компа­нии друг друга, избегая ставить себя в уязвимую позицию. Привя­занность заставляет их желать совместного времяпрепровождения, но страх уязвимости не дает слишком открыто к этому стремиться. В такой ситуации лучом надежды для родителей становится возмож­ность борьбы на опережение. Планируя что-то за день, а иногда даже всего за несколько часов до предполагаемого времени общения ро­весников - особенный ужин, поход по магазинам, семейный выход, любимое занятие ребенка - вы можете уберечь его от опасного обще­ния со сверстниками. Гораздо легче проявить сообразительность и занять время, которое иначе было бы отдано ровесникам, чем потом реагировать на симптомы искаженной ориентации.

Замедлив развитие ориентации на ровесников, вы обнаружите, что начался процесс самостоятельного выбора. Самые зависимые от ровесников дети перестанут дружить с вашим ребенком, переклю­чившись на сверстников с такой же первичной привязанностью. И поскольку все мы стремимся формировать отношения с людьми, разделяющими наши интересы и ценности, ребенок, крепко привя­занный к своим родителям, будет искать друзей, для которых семья так же много значит. Именно это произошло с нашей Бриа в шестом и седьмом классах. Ее более ориентированные на ровесников дру­зья покинули круг ее общения, чтобы искать себе подобных, а новые были из семей, где привязанность очень сильна и где стремятся со­хранить близость друг к другу. Друзья, которые не конкурируют с семьей - это именно то, чего мы желаем своим детям и самим себе.

Конечно, процесс достижения этой цели может принести нашим детям немало потрясений, если они уже ориентированы на ровесни­ков. Сложно делать то, что заставляет страдать наших детей, даже зная, что это спасение для их будущего. Ограничивая наших детей в их желании общаться с ровесниками, мы поставим их в крайне опас­ное положение. Их способность сохранять близость друг с другом зависит от того, используют ли они каждую возможность для кон­такта и связи. Не поболтать в ICQ с приятелем, пропустить встречу в интернет-чате, телефонный звонок, тусовку, ночевку или вечерин­ку - значит поставить отношения под угрозу. Эта навязчивая неуве­ренность зачастую очень глубоко укоренена. Наиболее зависимые от ровесников дети не потерпят тех, кто не стремится к близости так же настойчиво, как они, или чьи родители встают у них на пути. Как бы жестоко это ни звучало, тем не менее, очень часто мы должны поме­шать отношениям ребенка с ровесниками в его же интересах. Никто из нас не хочет видеть страдающего ребенка, но, если отношения с ровесниками препятствуют близости с родителями, это будет мень­шим из зол. Не существует способа спасти ориентированного на ро­весников ребенка от потрясений. Они в любом случае будут - сейчас или позже. Потрясение, которое создаем мы сегодня, защитит ребен­ка от намного более серьезных травм в будущем.

Мы должны быть готовы к тому, что потрясение, которое наши ограничения спровоцируют у ребенка, серьезно усложнит ситуацию. Поняв, что контакт со сверстниками невозможен, ребенок будет очень подавлен. Если у вас к этому моменту еще будут оставаться сомнения в том, что он увяз по самую макушку, эти грубые и громкие выражения протеста их устранят. Мой соавтор Габор, который в на­стоящее время занимается реабилитацией наркоманов, часто стано­вится свидетелем подобных взрывов отчаяния и неконтролируемой ярости, когда он, например, отказывается выписать наркотик, кото­рого от него требует страдающий от зависимости человек. Не сто­ит воспринимать подобные нападки на свой счет. Всегда помните, что для ориентированного на ровесников ребенка, смыслом жизни становится близость со сверстниками. Препятствовать этим стрем­лениям - значит вызвать серьезную фрустрацию привязанности, так что родителям лучше быть готовыми к встрече с враждебностью и агрессией. Более того, помните, что ориентированные на ровесни­ков дети зациклены на своих планах и им тяжело отпускать. Пока в их сознании не утвердится тщетность попыток изменить ситуацию, они будут настойчивы до крайности. Не путайте эту настойчивость с проявлениями упрямства или твердой воли; на самом деле это лишь зацикленность и отчаяние. Самые сильно ориентированные на ро­весников дети не представляют себе жизнь вне их привязанности. Следовательно, вы должны быть готовы к тому, чтобы сдерживать­ся самим и сдерживать реакции ребенка, которые ваши правила и ограничения будут провоцировать. Вашей задачей будет придер­живаться своей линии - это значит, не проявлять свои собственные эмоции бесконтрольно. Это поможет вам удержать вашего ребенка в подобных ситуациях до тех пор, пока вы не сможете пробраться на его сторону.

Устанавливая ограничения, мы должны совмещать оптимистичное знание того, что требуется нашим детям, с реалистичным видением того, что возможно - то есть, какова сила привязанности, которой мы располагаем. Избегая прямолинейности в ограничениях и проявляя дальновидность в установлении опор, мы получим хорошие шансы избежать лобовых столкновений. Пытаясь навязать ребенку правила в отсутствие крепкой привязанности, мы лишь демонстрируем наше бессилие. Но именно его мы показывать не должны. Как только ста­нет понятно, что нам недостает власти, даже самые серьезные наши угрозы будут выглядеть блефом - если только мы не поднимем став­ки и не начнем использовать насилие, тем самым продолжив разру­шать взаимоотношения с ребенком. Отсутствие силы привязанности полностью лишает нас какой бы то ни было власти.

Сокращая время общения с ровесниками, помните, что это толь­ко полдела. С ориентированными на ровесников детьми, задача не в том, чтобы просто разлучить их со сверстниками, но чтобы по­вернуть вспять процесс, который лишил нас права первенства в их жизнях. Нам необходимо самим занять место ровесников. Создав пробел привязаиности путем наложения ограничений, заполняйте его собой. Я уже говорил (в главе 14), что домашний арест должен использоваться не в качестве наказания, а как возможность. На­стоящую пользу принесет не полученный урок - как мы увидим в следующей главе, наказания, направленные на то, чтобы «преподать урок», редко достигают своей цели. Создавая препятствия для общения со сверстниками с помощью домашнего ареста, мы освобождаем пространство для того, чтобы ребенок общался с нами, а не с ними.

Как родителям, нам необходима огромная уверенность, чтобы идти против преобладающего течения, ограничивать контакты с ровесниками и создавать опоры для поддержания привязанности наших детей к нам. Необходимо мужество, чтобы выдержать недоверчивые и полные критики комментарии наших друзей, которые не понимают, почему мы не ценим контакты со сверстниками, как это делают они, и почему мы стремимся удерживать их в узких границах. «Даже в общении с близкими друзьями, замечательными и очень по­рядочными людьми, нам все равно приходится выслушивать все те же страшилки, сталкиваться с теми же советами позволить нашим детям проводить неограниченное время в компании сверстников, разрешить регулярные ночевки и так далее, - рассказывает один мо­лодой отец. - Каждый раз, отвечая на вопрос, почему мы все это не поощряем, мы ненамеренно оскорбляем их, потому что они сделали противоположный выбор».

Нам нужно быть сильными, чтобы устоять перед отчаянными мольбами ориентированных на ровесников детей, пережить их не­избежные огорчения и шквал протестов. Прежде всего, нам необхо­дима вера в то, что мы - лучшее для наших детей. Очень помогает наличие теоретической базы, на которую может опереться родитель­ская интуиция - и наша книга создана в том числе с этой целью - но все-таки важнее всего обладать мужеством пойти против течения. Мы не рекомендуем родителям принимать наши советы, пока они не почувствуют, что у них достаточно уверенности, терпения и тепла, чтобы следовать им. Нельзя воспитывать ребенка по книгам - и по этой книге в том числе!

Наши действия и решения должны основываться на твердой уве­ренности, что все, что мы делаем, мы делаем в интересах своих детей, а это требует безусловного доверия собственной интуиции и твердой приверженности собственным убеждениям.

 

Дисциплина, которая не разделяет

 

Научить ребёнка хорошо себя вести – одна из самых сложных родительских задач. Как мы можем контролировать ребёнка, если он сам себя не контролирует? Как не позволять ребёнку обижать своих брата или сестру? Как справляться с ребёнком, который сопротивляется нашему влиянию?

В нашей культуре рецептов на скорую руку, зацикленной на получение результатов в кратчайшие сроки, поведение становится альфой и омегой. Если мы добились послушания, даже на время, мы считаем, что достигли цели. Тем не менее, начав принимать во внимание привязанность и уязвимость, вы поймёте, что что методы поведенческого подхода – введение санкций и искусственно созданных следствий, лишение привилегий – обречены на провал. Наказание ведёт к враждебности и активирует механизмы эмоциональной защиты. Тайм-ауты для усвоения урока, «жестокость из милосердия» для улучшения поведения и метод «считаю до трёх», используемый, чтобы заставить подчиниться, делают наши отношения с ребен­ком натянутыми. Когда мы игнорируем ребенка в ответ на вспышку гнева, изолируем его за плохое поведение или лишаем нашего рас­положения, мы подрываем его чувство безопасности. Командуя ре­бенком, мы вызываем его противление - точно так же, как если мы пытаемся его «подкупить». Все подобные техники могут толкнуть ребенка в пучину зависимости от ровесников.

Тогда какие же методы остаются родителям?

Есть множество безопасных, естественных и эффективных спосо­бов изменения поведения. Некоторые из них мы используем спон­танно, когда наше беспокойство о том, что делать, сменяется стрем­лением понять, что важно в процессе воспитания - другими словами, когда мы вспоминаем о привязанности. Если же, вместо этого, мы фокусируемся на поведении, мы ставим под угрозу саму основу на­шей родительской власти: наши отношения с детьми.

Эта глава не является исчерпывающим руководством по решению поведенческих проблем. Тем не менее, в ней я предлагаю альтерна­тивы методам, которые заставляют нас идти напролом, разрушая отношения и вызывая негативные эмоции, и знакомлю читателей с основами дисциплины, которая не разделяет. Эти основные прин­ципы означают поворот на сто восемьдесят градусов по сравнению с превалирующими практиками. Вам понадобится какое-то время, чтобы усвоить их и внедрить. От некоторых родителей такой подход потребует существенного изменения мышления и смещения фокуса, а для других он станет лишь еще одним подтверждением правиль­ности выбранного пути.

 

Что такое настоящая дисциплина?

Давайте начнем с того, что расширим наше представление о дисци­плине. В контексте воспитания, под дисциплиной, как правило, по­нимают наказание. Тем не менее, слово «дисциплина» имеет множе­ство значений. Под ней может пониматься обучение, область знаний, система правил и самоконтроль. В этом смысле, дисциплинирован­ным должен стать прежде всего сам родитель. Что касается детей, мы используем термин «дисциплина» не только в узком смысле наказания, но и в его более глубоком значении - обучение, послушание, установление порядка. Нет сомнений в том, что детям необходима дисциплина. Нам нужно обеспечить дисциплину такими способами, которые не повредят нашим с ними отношениям, не запустят меха­низмы эмоциональной защиты и не вызовут ориентацию на ровес­ников.

За многие годы консультирования родителей, я постепенно си­стематизировал свои мысли по этому вопросу, сформулировав семь принципов естественной дисциплины. Под «естественностью» я по­нимаю безопасность для развития ребенка и для наших с ним от­ношений привязанности - такая дисциплина должна базироваться на уважении детско-родительских отношений и долгосрочных пер­спектив взросления ребенка. Это принципы, а не формулы. Их пре­творение в жизнь будет зависеть от особенностей ситуации, ребенка, родителя, личностей, а также от потребностей и планов, как ребенка, так и родителя.

Большая часть современной литературы по воспитанию посвя­щена навыкам и стратегиям родительства. Но родители нуждаются сегодня не в этом. Стратегии, как правило, слишком узки и ограни­ченны, чтобы обеспечить выполнение столь сложной и деликатной задачи, как воспитание ребенка. Они ставят под сомнение умствен­ные способности родителя, а очень часто и ребенка. Стратегии де­лают нас зависимыми от экспертов, которые их предлагают. Родительство - это прежде всего отношения, а отношения не сводятся к простым стратегиям. Они базируются на интуиции. Эти семь прин­ципов созданы, чтобы пробудить и поддержать родительскую инту­ицию, которой все мы обладаем. Нам нужны не навыки и стратегии, а способность к сопереживанию, верность собственным принципам и проницательность. Все остальное придет само собой - хотя я и не утверждаю, что это будет легко.

Когда мы учимся применять на практике ценности привязанности, большинству из нас приходится бороться с собственной импульсив­ностью и незрелостью, с собственными внутренними конфликтами. В первую очередь, мы вынуждены бороться с ощущением тщетности. Очень мало родителей с самого начала знают, что и как делать. Му­дрость дают нам привязанность и адаптация. Под привязанностью я, конечно, понимаю привязанность ребенка к нам, которая наделяет нас правом и силой его воспитывать. Адаптация связана с непрерыв­ным личностным ростом, происходящим по мере того, как в нас про­никает осознание тщетности, когда у нас что-то не получается. Не существует способов сократить этот путь проб и ошибок. Тем не ме­нее, мы должны позволить себе испытывать печаль и разочарование, когда понимаем, что ошиблись. Эмоциональная черствость только затормозит наше развитие как родителей, сделает нас негибкими, а наше воздействие на детей - неэффективным.

По большому счету, эти семь принципов естественной дисципли­ны можно было бы с таким же успехом назвать «семью дисципли­нами для родителей». Они включают в себя самоконтроль и систе­матическую работу на результат. Способность человека эффективно управлять детьми напрямую зависит от его умения справляться с самим собой. Проявляйте к себе не меньше милосердия, чем к своим детям. Если вам не хватает самоконтроля, не пытайтесь заниматься самобичеванием и наставлять себя «на путь истинный». Такие мето­ды сработают с вами не лучше, чем с вашим ребенком. Просто при­мите тот факт, что всем людям свойственно ошибаться и что наши самые темные эмоции способны перечеркнуть все хорошее, что в нас есть. Временами все мы впадаем в ярость, несмотря на то, что лю­бим своих детей и желаем им добра. В некоторых ситуациях, если это возможно сделать без риска, вы, как родитель, можете «перейти в режим ожидания» до тех пор, пока ваша любовь к ребенку снова не выйдет на первый план. Например, вы можете попросить побыть с ребенком своего супруга/супругу или другого доверенного взросло­го и взять тайм-аут - не для того, чтобы наказать ребенка, но чтобы разобраться в собственных смешанных чувствах и найти в себе силы снова принимать своего ребенка и общаться с ним. Среди этих про­тиворечий вы вновь отыщете самообладание, равновесие, перспек­тиву и мудрость.

Дисциплина не должна быть враждебной. То, что наши дети рож­даются нецивилизованными и незрелыми - вовсе не их вина; как и то, что их импульсы управляют ими, или - что они не способны со­ответствовать нашим ожиданиям. Дисциплина эффективна только в контексте связи. Порой, когда в стенах моего кабинета расстроенный родитель поливает грязью своего ребенка, я предлагаю ему на ми­нуту остановиться и попробовать ощутить эмоциональную связь с ребенком, и только после этого снова продолжать рассказывать мне о своих опасениях. Удивительно, насколько иначе люди начинают смотреть на вещи, если встают на сторону своего ребенка.

Точно так же, как и в случае с созреванием, нашим союзником здесь выступает природа. Нам не придется делать слишком много: дисциплина уже встроена в структуру развития. Существуют есте­ственные процессы, автоматически корректирующие поведение ре­бенка. Частью родительской миссии является действовать в согла­сии с природой, а не против нее. Наиболее значительная из ее сил - это, конечно, привязанность, но есть еще и процесс становления - врожденное стремление ребенка к самосовершенствованию; адап­тационный процесс - способность учиться на собственных ошибках; и интегративный процесс - умение справляться со смешанными чувствами и мыслями. Каждый из этих механизмов естественного развития корректирует поведение и помогает ребенку вписываться в общество. Трудности возникают, когда эти процессы встречают со­противление или искажаются - и, по причинам, о которых я особен­но подробно говорил в главах 9 и 13, это действительно происходит, если ребенок ориентирован на ровесников. Очень сложно справлять­ся с ребенком, если движущие силы, которые должны естественно и спонтанно взращивать дисциплину, ослаблены или деформированы.