ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНАЯ ОСНОВА ЛОГОПЕДИЧЕСКОЙ РИТМИКИ

Естественнонаучная основа логопедической ритмики складывается из комплекса биологических, психолого-педагогических и музыкальных дисциплин.

Важное место в этом комплексе занимают учения И.М. Сеченова, И.П. Павлова и современные исследования высшей нервной деятельности, позволяющие проникать в закономерности формирования двигательных навыков и правильно строить методику обучения и воспитания в случаях их нарушения или недоразвития.

Исследования И.М. Сеченовым, И.П. Павловым и их последователями высшей нервной деятельности позволяют использовать знания обусловно рефлекторных временных связях и образовании динамического стереотипа.

Вся деятельность человека в процессе двигательного воспитания находится в зависимости от высшей нервной деятельности и определяется как анатомическим дозреванием центрально-нервных субстратов, их миелинизацией, так и функциональным дозреванием и налаживанием работы координационных уровней.

Анатомическое дозревание центрально-нервных субстратов (новейших органов моторики — пирамидной моторной системы и надстроенных над ней фронтальных систем полушарий) заканчивается к 2 годам — 2 годам 6 месяцам. Сначала идет дозревание таких древних мозговых структур, как мозжечок, красное ядро — представитель экстрапирамидной системы в среднем мозгу, связанный с корой полушарий; рядом с ним «черное вещество», которое еще теснее связано с корой полушарий, самое крупное из ядер среднего мозга, пигментированное только у человека. «Черное вещество» соединено также с красным ядром и стриопаллидарной системой, которая к моменту рождения у человека еще недоразвита и созревает к 5—6-му месяцу жизни. Затем появляется полоса новых полей в лобной доле и премоторной зоне, примыкающей к лобной доле.

Учение И.П. Павлова о системности, динамическом стереотипе объясняет процесс образования и совершенствования двигательных навыков. Раннее развитие моторики грудного ребенка проявляется в первых движениях при крике и дыхании, в поворотах головы к груди матери, к пальцу, касающемуся его щеки, в рефлексах сосания. В первые дни после рождения щекотание спинки вызывает отодвигание позвоночника в сторону от раздражителя либо резкое распрямление спинки из-за сокращения длинных мышц позвоночника. До первого полугодия жизни ребенку присущи массовые недифференцированные движения автоматического и защитного характера паллидарного происхождения. Преобладают обхватывающие и хватательные рефлексы, примитивные двигательные реакции с элементами лазания и обхватывания, элементарные выразительные движения. С 4—5 месяцев появляются попытки схватывать предмет самостоятельно. Эта реакция сжатия кулачка протекает по типу спинального рефлекса: иррадиированные двигательные возбуждения приводят к тому, что ладонь сама сталкивается с предметом и удачно его захватывает. В 5 — 6 месяцев наступает переломный момент в моторике грудного ребенка: наблюдается переход от синкинезий к синергиям (синкинезии — одновременные движения, лишенные смысловой связи, у взрослого всегда патологические. Синергии — содружественные движения или их компоненты, направленные к совместному разрешению определенной двигательной задачи).

К 7 месяцам ребенок обретает позу. При вставании наблюдается четвероногий синдром: поворот со спины на живот, вставание на четвереньки, выпрямление колен на четвереньках, вставание на ноги. Созревание стриатума и системы красного ядра, а также прижизненное совершенствование моторики дают возможность ребенку сидеть, садиться, ложиться, поворачиваться на живот, а несколько позднее — вставать и стоять.

Второе полугодие (с 7 месяцев) является прелокомоторным периодом: периодом подготовки к ходьбе и бегу. Двуногая локомоция развивается к началу 2-го года жизни. В 12—18 месяцев у ребенка имеются только два взаимообратных (реципрокных) импульса: один — прямого, другой — попятного направления. Полный комплект динамических волн ходьбы заполняется только к 5 годам. По мнению психолога М.О. Гуревича, дети 2 лет производят впечатление увальней, дети 3—7 лет отличаются подвижностью и грациозностью, двигательным богатством. Но оно проявляется лишь при свободных движениях. Стоит заставить ребенка производить точные движения, как он быстро утомляется и стремится уйти к своим играм, где движения свободны. Неспособность к точности зависит от недоразвития корковых механизмов и от недостаточно выработанных двигательных стереотипов. Таким образом, в возрасте 3—7 лет преобладает выразительная, изобразительная и обиходная моторика.

Между 7 и 10 годами, в связи с окончательным анатомическим созреванием двигательных механизмов, общее развитие моторики направлено на постепенное овладение возможностями координации и на упрочение динамического стереотипа движений. К 11 годам несколько уменьшается богатство движений, но совершенствуются мелкие, точные движения. Остается по-прежнему неспособность к длительной продуктивной работе. Известная гармония, достигнутая к 10 годам, снова нарушается в большей или меньшей степени в пубертатном периоде — происходит перестройка моторного аппарата: нарушается умение владеть движениями и соизмерять их, вследствие этого появляются неловкость, угловатость, избыточные гримасы, недостаточная координация движений, нарушается торможение.

Оформление моторного динамического стереотипа до степени развития, свойственного взрослому, завершается только после полового созревания, т.е. намного позже, чем заканчивается анатомическое формирование центральной нервной системы.

Таким образом, сущность развития моторики в онтогенезе заключается не в биологически обусловленном дозревании морфологических субстратов, а в накоплении на основе этих субстратов и с их помощью индивидуального опыта человека. В течение всей жизни индивид продолжает пополнять этот психомоторный опыт, приобретать новые навыки, умения и координационные комбинации.

В процессе выработки двигательного динамического стереотипа человеком совершаются различные по сложности движения, и в связи с совершенствованием движений в двигательном акте участвует Целая иерархия уровней. Уровень, берущий на себя реализацию основных смысловых коррекций, — ведущий. Подчиненные ему нижележащие уровни, обеспечивающие выполнение вспомогательных технических коррекций, — фоновые. В каждом двигательном акте поле сознания попадает содержание только ведущего уровня, коррекции фоновых уровней остаются за порогом сознания.

Для логопедической ритмики важны исследования, дающие знания о взаимозависимости общей и речевой моторики. Исследования по физиологии движений и физиологии активности Н.А. Бернштейна показали иерархическую уровневую систему регуляции двигательных функций, в том числе и речи. И.П. Павлов рассматривал речь как «прежде всего кинестезические раздражения, идущие в кору от речевых органов» и представляющие собой «вторые сигналы, сигналы сигналов». Н.А. Бернштейн отнес речь к высшему уровню организации движений — кортикальному речедвигательному уровню символических координации и психологической организации движений.

Исследователи указывали на связь речи и выразительных движений (М.О. Гуревич; А.А. Леонтьев), двигательных и речевых анализаторов (А.Г. Иванов-Смоленский; А.Р. Лурия; Н.П. Тяпугин), на связь формы произношения с характером движений (В.А. Куршев).

Исследования Л.А. Квинта, М.И. Доценко свидетельствуют о положительных корреляциях общего психического развития с развитием произвольной лицевой моторики. О подобных связях при заикании говорили И.Н. Мураховская и В.М. Аристов.

Особенно важны для логоритмического воспитания данные о корреляции между степенью развития тонкой моторики кисти руки и уровнем развития речи у детей. М.М. Кольцова считает, что «есть все основания рассматривать кисть руки как орган речи — такой же, как артикуляционный аппарат. С этой точки зрения, проекция руки есть еще одна речевая зона мозга»2.

Формирование движений у человека происходит при участии речи, под влиянием абстрагирующей и обобщающей функции второй сигнальной системы. Поскольку человек совершает движения, различающиеся по степени произвольности, по участию в двигательном акте речи, то и степень управления этими движениями различна.

Н.А. Бернштейн разработал и выдвинул теорию уровневой организации движений, включающей субкортикальные и кортикальные уровни:

А — уровень палеокинетических регуляций, он же руброспинальный уровень центральной нервной системы.

Обеспечивает бессознательную регуляцию тонуса мускулатуры тела с помощью проприоцепции, статическую выносливость и координацию (катание ладонью шариков, хватание предмета, принятие и удержание позы, обмахивание).

В — уровень синергии и штампов, он же таламопаллидарный.

Обеспечивает коррекцию, внутреннюю увязку целостного движения, согласование его составных частей, выразительные движения, мимику, пантомимику, пластику (одевание, умение бороться, танцы, гимнастику и т.п.).

С — уровень пространственного поля, он же пирамидно-стриарный.

Обеспечивает согласование двигательного акта с внешним пространством при ведущей роли зрительной афферентации, движения целевого характера, имеющие начало и конец.

Уровень С распадается на два подуровня.

С1 — стриарный, принадлежащий к экстрапирамидной системе, нижний подуровень пространственного поля.

Осуществляет оценку направления движения и дозирование силы по ходу движения (шнурование, причесывание, перелистывание, слежение за движущимся пальцем, обведение фигуры на бумаге).

С2 — пирамидный, относящийся к группе кортикальных уровней, верхний подуровень пространственного поля, представляющий из себя сложную афферентационную систему зрительно-пространственного поля.

Обеспечивает максимальную целевую точность(закатывание шариков в лунки, вдевание нитки в иголку, прыгание до черты, рисование круга).

D — уровень действий, практический, он же теменно-премоторный, кортикальный.

Ведущей афферентной системой является представление о предмете. Афферентация опирается на смысловую сторону действия с предметом. Пространственное поле приобретает новые топологические качественные категории (верх, низ, между, над, прежде, потом). Смысловая логика действия с предметами часто не соответствует логике геометрического пространства (открывание через отвинчивание). Сфера движений — самообслуживание в широком смысле, все предметные, трудовые и производственные действия, спортивные игры. Осознание правой и левой сторон тела.

Е — высший кортикальный уровень символических координации и психологической организации движений, основанный на образном мышлении. Обеспечивает содержание и смысл решаемой задачи, понимание чужой и собственной речи, письменное и устное выражение своих мыслей; музыкальное, хореографическое исполнение — импровизации.

Каждая двигательная задача находит себе, в зависимости от своего содержания и смысловой структуры, тот или иной уровень, или сенсорный синтез, который наиболее адекватен по качеству и составу образующих его афферентации и по принципу их синтетического объединения для решения задачи. Следовательно, уровни построения движения определяются сенсорными полями, или синтезами. Принцип сенсорных коррекций заключается в том, что с периферии непрерывно течет поток сигналов, что позволяет центральной нервной

системе при любом отклонении внести в эффекторный процесс адекватные поправки. Сенсорные коррекции ведутся целыми синтезированными комплексами, усложняющимися от периферии к центру.

В центральной нервной системе существуют точные формулы движений, или энграммы (запечатления) движений, которые охватывают в какой-то из мозговых инстанций весь процесс движения во временном протяжении. В тот момент, когда движение началось, в центральной нервной системе имеется уже вся совокупность энграмм, необходимых для доведения этого движения до конца. Энграммы хранятся в долговременной памяти. Процесс извлечения энграммы из долговременной памяти называется экфорией. Термины «энграмма» и «эйфория» введены Семон в 1912 г.

Почему энграммы экфорируют не все сразу и почему не нарушается порядок их экфории, а соблюдаются между ними определенные временные длительности (темп) и количественные соотношения этих длительностей (ритм)?

Н.А. Бернштейн считает, что ответ могут дать две гипотезы: «цепочка» и «гребенка». Следуя гипотезе «цепочка», каждая предыдущая экфорированная энграмма служит сигналом для последующей. По гипотезе «гребенка» экфорирующий механизм лежит вне самих энграмм и управляет ими в порядке главенствования. Гипотеза «цепочка» основана на проприоцептивном моменте, что и объясняет сохраняемость точного порядка следования и невозможность пропуска отдельных звеньев экфории. Эта концепция напоминает понятие П.К. Анохина о механизме санкционирующей афферентации. Гипотеза «гребенка» основана на том, что в центральной нервной системе имеется где-то руководящая энграмма, охватывающая весь процесс движения. Здесь на первый план выступает ведущая деятельность центральной нервной системы, а проприоцептивные влияния выполняют лишь роль коррективов к общему целому.

Для логопедической ритмики имеют значение данные физиологии и неврологии о том, что протекание двигательного нервного процесса осуществляется по рефлекторному кольцу. Первоначально в мышце возникают эффекторный нервный и возбудительный процессы, в силу этих процессов нарастают динамическое напряжение в мышце и силовое поле на периферии и осуществляется движение органа. Выполненное движение отображается в афферентной импульсации, которая несет информацию о движении с периферии в центральную нервную систему, где реализуются сенсорные коррекции, и на периферию вновь поступает по эфферентным путям команда о движении.

В каждом двигательном акте различают смысловую структуру и двигательный состав. Смысловая структура целиком вытекает из существа двигательной задачи и определяет ведущий уровень построения. Двигательный состав определяется не одной только задачей, а ее столкновением с двигательными возможностями индивида, устройством кинематических цепей этого индивида, наличием того или иного орудия, содержанием накопленного психомоторного опыта и т.п.

Психофизиологическая структура движения сложна. Вначале составляется проект движения, где главная роль отводится лобным кортикальным системам, связанным с пирамидными и экстрапирамидными эффекторами и мозжечком. Далее наступают процессы выработки и последующей экфории двигательных фонов. В этих процессах главенствующую роль играют премоторные поля коры. Они осуществляют функциональную связь между кортикальной системой и низовыми уровнями, в которых вырабатываются фоновые автоматизмы. Это посредничество обеспечивает как первоначальное формирование автоматизмов, так и их побуждение к действию (экфорию) при каждом выполнении уже разученного действия. Далее движение выполняется, но при осуществлении даже совершенного координированного движения всегда присутствует предварительная коррекция. Поэтому решающую роль для осуществления управления движением играет та афферентация, которая определяет физиологическую проводимость периферических синапсов, и та, которая держит мозговой центр в курсе текущего механического и физиологического состояния двигательного аппарата.

Для реализации двигательного акта имеет значение антиципация — (предвосхищение) упреждение требующегося результата и средств, которые понадобятся для получения результата. Для выполнения микропрограммных элементов движения необходимо, чтобы импульсы требуемого движения шли впереди фактического, опережая его на малые отрезки времени. Но эти малые отрезки времени достаточны для того, чтобы разница между фактическим достигнутым движением и влекущим его требуемым движением обеспечивала динамику стремления к конечному результату.

Результат совершившегося действия немедленно воспринимается рецептором и сообщается им по обратной связи в центр. Если движение выполнено неправильно, тогда немедленно реагирует центр: соответственно усиливает или уменьшает свою импульсацию, посылает корригирующие импульсы и т.д., пока не поступит сообщение с периферии о полном выравнивании нарушения. С новым нарушением процесс выравнивания возобновится.

Н.А. Бернштейном определены этапы выполнения произвольного движения, которые необходимо учитывать в логоритмическом воздействии на лиц с речевой патологией. На первом этапе осуществляется восприятие и оценка ситуации, самого индивида, включенного в данную ситуацию. На втором этапе индивид выявляет двигательную задачу, определяет, во что ему нужно превратить ситуацию, т.е. создает образ того, что должно быть. Уяснение индивидом образа будущего движения служит основанием для программирования решения задачи. Модель будущего носит вероятностный характер, так как мозг в состоянии только наметить дляпредстоящегодвижениятаблицувероятностейвозможных исходов. В то же время двигательная задача формирует с категоричностью единственный исход из текущей ситуации, какова бы ни была его априорная вероятность. Следовательно, по ходу выполнения движения центральная нервная система должна осуществлять ряд непрерывных коррекций с тем, чтобы выявленная двигательная задача и модель будущего движения совпали. На третьем этапе происходит программирование решения определившейся задачи, т.е. индивид намечает цельисодержание движенияитесредства, с помощью которых он решит двигательную задачу. На четвертом этапе осуществляется фактическое выполнение движения: человек преодолевает все избыточные степени своих двигательных органов, превращает их в управляемые системы и выполняет нужное целенаправленное движение. Это происходит в том случае, если индивид овладел координацией движений,поскольку центральным звеном движенияявляетсякоординация.Онаобеспечиваетточность, соразмерность и плавность выполнения движения. Нарушение одного изкомпонентовкоординацииведетикнарушению движения. Например, нарушение соразмерности движения вызывает дизметрию, нарушение плавности выполнения движения — атаксию и т.д.

Координация движения развивается постепенно, на основе опыта и упражнения, поскольку это сложный сенсомоторный акт, начинающийся с афферентного потока и кончающийся точно адекватным, центральным ответом. Исходная трудность для индивида заключаются в -том, что у него имеется обилие степеней свободы, которыми он, без достаточной подготовки, не в состоянии управлять. Овладеть движением и координирование выполнить его — значит свести число степеней свободы к минимуму. Когда человек начинает овладевать движением, он жестко фиксирует конечность, тело, чтобы погасить ряд кинематических степеней свободы и уменьшить число тех, которыми он должен управлять. По мере овладения координированным движением напряжение заменяется освобождением. Можно выделить две ступени освобождения:

1) снятие фиксации, т.е. включение всех кинематических степеней свободы. Они уже не мешают организму двигаться;

2) построение движения таким образом, чтобы максимально использовать возникающие реактивные явления.

По Н.А. Бернштейну, «координация движении есть преодоление избыточных степеней свободы движущегося органа, иными словами, превращение его в управляемую систему. Или координация есть организация управляемости двигательного аппарата»

Для объяснения явлений координации можно привлечь понятие тонуса: наличие состояния упругости и вязкости мышечного пучка, или подготовительная настройка двигательной периферии, в первую очередь шейно-туловищной мускулатуры, к осуществлению позы или движения. Следовательно, тонус означает состояние готовности всего нервно-мышечного аппарата к осуществлению движения. С этой точки зрения тонус относится к координации как состояние к действию или как предпосылка к эффекту. Гибкие и отзывчивые тонические реакции организма представляют собой решающие и координационные предпосылки к осуществлению движения или позы. И у тонуса, и у координации один анатомический субстрат — низовой этаж экстрапирамидной системы: группа красного ядра. Перерезка ствола на этом уровне приводит к расстройству координации и к картине де-церебрационной ригидности.

Исследования сигнальных систем человека, типологических свойств нервной системы также обогащают логопедическую ритмику знаниями о том, насколько темп движений зависит от индивидуальных особенностей человека. Показано1, что возможность быстро образовывать рефлексы на время, а следовательно, и выполнять равномерные движения в значительной степени зависит от уравновешенности нервных процессов. Умение же быстро переходить от одного темпа к другому связано с подвижностью нервных процессов. Люди сангвинического темперамента легко меняют темп движения. Лица с инертностью процесса возбуждения, с неуравновешенностью нервных процессов (холерики) с трудом переходят от быстрого темпа к медленному и с трудом выполняют (или вообще не могут выполнить) равномерные движения. Лица с инертным процессом торможения затрудняются в переходе от медленного темпа к более быстрому. Флегматики и меланхолики легко приспосабливаются к движениям в более медленном темпе. Внешние раздражители часто вызывают у людей, преимущественно холериков, ускорение темпа движений вследствие растормаживания рефлекса на время. Если внешние раздражители предъявляются равномерно, то лица со слабой нервной системой приспосабливают свои движения к их темпу.

Обобщая данные исследований, посвященных структуре двигательного анализатора, следует сказать о том, что любой двигательный акт обеспечивается суммарной деятельностью анализаторов, представленных в сложном сплетении в коре головного мозга. В полианализаторном обеспечении двигательных функций роль и удельное значение каждого анализатора различны в стадиях становления и проявления двигательных актов. Например, на начальном этапе обучения игре на музыкальном инструменте осуществляется зрительный контроль, не только при чтении нот, но и при движении руки и пальцев. После заучивания музыкального произведения зрительный контроль уступает место слуховому к проприоцептивному.

Следует различать понятия «локализация анализатора» и «локализация функций». Двигательный анализатор представлен нервными приборами, наделенными свойствами трансформировать специализированные виды энергии в нервный процесс для анализа и синтеза. Анализатор имеет неизменную анатомически очерченную структуру в центральной нервной системе, а двигательная функция является следствием целостной деятельности мозга, продуктом динамического объединения функций комплекса анализаторов и не приурочена, к какому-либо одному пункту мозговой коры. Двигательная функция является многоэтапной (симультанно и сукцессивно), и соответствующие аппараты для ее осуществления распределены в центральной нервной системе как по вертикали, так и по горизонтали.

Помимо знаний биологических, медицинских наук, логопедическая ритмика использует данные гуманитарного цикла: психолого-педагогического и музыкального. Она связана с общей теорией физического воспитания, общей и дошкольной педагогикой, общей и детской психологией, дефектологией (коррекционной педагогикой), которые изучают закономерности развития взрослых и детей, влияние двигательных упражнений на психику человека (ребенка), а также законы применения средств, форм и методов педагогического воздействия в норме и при патологии. Знание возрастных и индивидуальных психологических особенностей человека (представлений, памяти, мышления и др.) позволяет правильно подбирать приемы обучения и воспитания и достигать эффективных результатов в процессе логоритмических занятий. При решении задач логоритмического воспитания используются методы и приемы обучения и воспитания, разработанные педагогикой.

В процессе коррекционной работы логопедическая ритмика опирается на закономерности возникновения и развития патологического процесса, на те специфические методы воздействия, которые разрабатываются дефектологией в отношении лиц с психическими и речевыми расстройствами.

Логопедическая ритмика тесно связана с методикой музыкального воспитания, поскольку музыка оказывает влияние на качество исполнения движений: улучшаются их выразительность, ритмичность, четкость, координация, плавность, слитность, переключаемость. Эмоциональная окрашенность движений музыкой придает движениям энергию или мягкость, размах или сдержанность и в тоже время содействует их непринужденности. Движения под музыкальное сопровождение положительно влияют на развитие слуха, внимания, памяти, воспитывают временную ориентировку, т.е. способность уложить свои движения во времени, согласно метроритмическому рисунку музыкального произведения. Метрическая пульсация, с которой связаны движения, вызывает у человека согласованную реакцию всего организма (дыхательной, сердечной, мышечной систем), а также оказывает эмоционально-положительное влияние на психику, что содействует общему оздоровлению организма.

Вопросы и задания

1. Как можно определить логопедическую ритмику?

2. Каковы цель и задачи логопедической ритмики?

3. Каковы основные понятия логопедической ритмики?

4. С какими науками биологического и гуманитарного циклов связана логопедическая ритмика?

5. Из каких фаз складывается онтогенез моторной функции?

6. Каковы уровни построения и этапы выполнения произвольного

движения?

7. Назовите методы исследования, используемые в логопедической

ритмике. Приведите пример исследования двигательных возможностей лиц с речевой патологией.