Обстоятельства подлежащие доказыванию

Статья 73 УПК РФ определяет круг обстоятельств, подлежащих доказыванию. В ней дан перечень имеющих правовое значение обстоятельств, который предупреждает от одностороннего подхода к исследованию обстоятельств дела и обязывает установить обстоятельства, необходимые для правильного определения в обвинительном заключении фабулы обвинения, квалификации преступления, и вопросов, стоящих перед судом при вынесении решения по делу. Обстоятельства, указанные в ст.73 УПК, могут повлечь прекращение уголовного дела или преследования. Поэтому совершенно неосновательны упреки в том, что новый УПК, отказавшись от правила ст.20 УПК РСФСР о всестороннем и полном исследовании всех обстоятельств дела и отнеся следователя к стороне обвинения, тем самым предопределил его односторонний обвинительный подход к собиранию доказательств по делу. Вместо декларативной формулы ст.20 УПК РСФСР законодатель установил в ст.73 УПК РФ конкретные требования, обязывающие следователя к всестороннему выяснению всех обстоятельств дела.

Статья 73 УПК РФ определяет обстоятельства, подлежащие доказыванию на протяжении всего производства по делу, поэтому без их установления невозможны обоснованные решения в ходе досудебного производства и при его окончании, а также для разрешения вопросов, поставленных перед судьями или присяжными заседателями (ст.ст.299, 339 УПК).

Статья 74 УПК РФ дает определение доказательства и его признаки. В УПК РСФСР доказательства определялись как "любые фактические данные", где слово "фактические" давало основание считать, что речь идет о сведениях, достоверность которых уже установлена. В УПК РФ слова "фактические данные" заменены на "сведения". Это означает, что доказательствами являются не только те сведения, достоверность которых уже установлена, а все те сведения, которые собираются, проверяются и оцениваются как в досудебном производстве, так и в суде.

В новом УПК существенно расширены условия, которые делают собранные органами расследования или представленные сторонами доказательства недопустимыми. В нем приводятся правила, конкретизирующие конституционный запрет "использовать доказательства, полученные с нарушением федерального закона" (ч.2 ст.50 Конституции РФ).

Основания признания доказательств недопустимыми указаны в пп.1, 2 и 3 ч.2 ст.75 УПК. Они направлены на то, чтобы соблюдались предписанные правила, не производились следственные действия, которые порождают сомнения в достоверности полученных сведений ввиду получения их с применением угроз, насилия, других запрещенных способов (п.1 ч.2 ст.75 УПК) или исключающих возможность проверки достоверности сведений (п.2 ч.2 ст.75 УПК). К признанию доказательств недопустимыми приводят также и иные нарушения закона. К ним относятся получение доказательств не тем лицом, которое на это уполномочено, несоблюдение правил проведения следственного или судебного действия. Для безусловного исключения недопустимых доказательств в УПК РФ подробно указаны основания, условия и порядок проведения следственных действий, направленных на собирание и проверку доказательств, и закрепление хода и результатов этих следственных действий в протоколах. Этому служат и включенные в УПК РФ формы процессуальных документов[9] .

Следует обратить особое внимание на общие правила производства следственных действий (ст.164 УПК), порядок получения судебного разрешения на следственные действия, затрагивающие конституционные права и свободы человека (ст.165 УПК).

Признание недопустимыми показаний потерпевшего, свидетеля, основанных на догадке, предположении, слухе, а также показаний свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности, основано на том, что все показания должны быть доступны для проверки и оценки их достоверности. Такая проверка исключена, если в ее основе "догадка", предположение или если лицо, дающее показание, скрывает или не может назвать источник своей осведомленности.

В последнем случае сторона, заинтересованная в проверке показаний, лишена возможности задавать вопросы, допросить в суде лицо, являвшееся "источником" сведений, которые сообщает суду свидетель. Это нарушает равенство сторон и право на состязательность судебного разбирательства, а тем самым и обеспечение справедливого судебного разбирательства (ст.6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Особое внимание в УПК РФ уделено порядку получения показаний подозреваемого, обвиняемого с тем, чтобы при этом строго соблюдалась ст.51 Конституции РФ и правила ч.2 ст.46, п.6 ч.4 ст.47 УПК. Все эти нормы направлены на ограждение допрашиваемого от самооговора, признания вины в результате применения к нему физического или психического насилия. Эти нормы предупреждают от нарушения свидетельского иммунитета, предусмотренного Конституцией РФ. Сопоставление ст.51 и ст.75 УПК показывает некоторое расхождение между п.1 ч.1 ст.51 и п.1 ч.2 ст.75 УПК. В самом деле, ст.51 УПК не предусматривает обязательного участия защитника при допросе подозреваемого, обвиняемого, тем более в случаях, если они от защитника отказались. Между тем показание подозреваемого, обвиняемого, данное в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, признается недопустимым доказательством, в случаях, когда имеются существенные противоречия между показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в суде. Показания подсудимого, данные в отсутствие защитника, оглашению в суде не подлежат (п.1 ч.1 ст.276 УПК) и не могут быть рассмотрены и оценены в совокупности со всеми доказательствами[10] .

Очевидно, что правило, предусмотренное в п.1 ч.2 ст.75 УПК, направлено на то, чтобы пресекать достаточно распространенную практику получения показаний (особенно при первом допросе) подозреваемого, обвиняемого в отсутствие защитника, что открывает возможность применения недопустимых мер для получения таких показаний, которые помогают раскрытию преступления, но противоречат конституционному праву не свидетельствовать против себя самого. Поэтому отказ подсудимого от показаний, данных на предварительном следствии в отсутствии защитника, исключает возможность использовать их в суде.

В связи с приведенными доводами, объясняющими содержание и значение п.1 ч.2 ст.75 УПК, возникает вопрос о возможности суда использовать другие доказательства, полученные на основе сведений, сообщенных обвиняемым на допросе, в отсутствие адвоката (равно как и в случаях, когда он не был поставлен в известность о его праве, записанном в ст.51 Конституции РФ). Например, при допросе в отсутствие адвоката обвиняемый признал свою вину и указал место, где спрятаны похищенные вещи. При проверке показаний на месте вещи были обнаружены, изъяты и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств. В судебном заседании обвиняемый существенно изменил свои показания, данные в отсутствие адвоката, и следовательно, показания его на предварительном следствии не могут быть оглашены. Возникает вопрос, теряют ли доказательственное значение протокол проверки показаний на месте и вещественные доказательства, которые были там обнаружены? Если исходить из того, что показания обвиняемого, данные в отсутствие защитника, недопустимы, так как они ставят под сомнение их добровольность, а следовательно, дают основание считать, что обвиняемый под принуждением давал показания против себя самого, указав место, где спрятаны похищенные вещи, то недопустимым доказательством являются и протокол проверки показаний на месте, и обнаруженные там вещественные доказательства. Правило об условии исключения в суде показаний обвиняемого, данных на предварительном следствии, является специальным и твердо определенным правилом, относящимся именно к показаниям подозреваемого и обвиняемого, поэтому правило о распределении бремени доказывания при рассмотрении судом ходатайства об исключении доказательства (ч.4 ст.235 УПК) к этим показаниям неприменимо.

Из ч.4 ст.236 УПК следует, что если судья в предварительном слушании выносит решение об исключении доказательства, то одновременно в нем указывается, какие материалы уголовного дела, обосновывающие исключение данного доказательства, не могут использоваться и оглашаться в судебном заседании и использоваться в процессе доказывания. Это означает, что, например, если будет признано, что подлежит исключению из совокупности доказательств вещественное доказательство - пистолет, обнаруженный при обыске, поскольку были нарушены правила производства обыска, то не может быть оглашен в судебном заседании протокол обыска, в ходе которого пистолет был обнаружен, а также заключение эксперта о том, что на пистолете обнаружены отпечатки пальцев подозреваемого. Очевидно, что правила, сформулированные в законе применительно к судебному производству, применимы и к досудебному производству, поскольку признать доказательство недопустимым может и следователь, и дознаватель, и прокурор, и они не могут использовать недопустимые доказательства для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК.

Доказыванию посвящена гл.11 УПК, в которой даны основные правила собирания, проверки и оценки доказательств. Эти правила раскрываются и конкретизируются в отдельных нормах применительно к производству конкретных процессуальных и следственных действий и принятию решений на том или ином этапе судопроизводства.

В ч.1 ст.86 УПК указано, что собирают доказательства дознаватель, следователь, прокурор и суд путем производства следственных и иных процессуальных действий.

Вопрос о праве суда собирать доказательства не понимается однозначно. Бесспорно, что освобождение суда от несвойственной ему обязанности "принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию" (ст.3 УПК РСФСР), решительно меняет формы и пределы участия суда в доказательственной деятельности. Суд не обязан собирать доказательства и к нему нельзя обратить упрек в том, что обстоятельства дела не выяснены полно и всесторонне. В судебном разбирательстве, построенном на принципе равенства сторон и состязательности, решение по делу зависит от использования сторонами в суде их равных процессуальных возможностей. Вместе с тем в нашем уголовном судопроизводстве не воспринята модель англосаксонского судебного разбирательства, где суд полностью пассивен, обеспечивая только такой ход процесса, который дает возможность сторонам использовать свои права в состязательном процессе[11] .

По УПК РФ суд вправе на предварительном слушании допросить свидетеля и приобщить к уголовному делу документы, указанные в ходатайстве (ч.3 ст.235). Здесь допрос свидетеля производится для решения вопроса об исключении доказательства, признании его недопустимым.

В судебном разбирательстве суд собирает интересующие его сведения для проверки и оценки доказательств, используя свое право задавать вопросы подсудимому, свидетелю, потерпевшему, эксперту (ч.3 ст.275, ч. 3 ст.278, ст.282 УПК), по собственной инициативе назначает судебную экспертизу (ч.1 ст.283 УПК), участвует в осмотре вещественных доказательств (ст.284 УПК).

В законе нет прямого указания на право суда по собственной инициативе (как это сделано применительно к судебной экспертизе) проводить осмотр местности и помещения, следственный эксперимент, освидетельствование, предъявлять для опознания (ст.ст.287-290 УПК), однако нет и оснований лишить суд этого права, поскольку все указанные действия направлены на проверку имеющихся в деле или представленных в суд доказательств, без чего суд не сможет оценить их достоверность.

В ст.86 УПК субъектом собирания доказательств назван и защитник подозреваемого, обвиняемого. Известно, что после многочисленных дискуссий в основу концепции нового УПК не была положена идея введения параллельного расследования, проводимого стороной защиты. Предварительное расследование осталось розыскным, но с усилением контрольных и разрешительных полномочий суда. Поэтому право собирания доказательств путем производства следственных и иных процессуальных действий, в том числе с применением мер принуждения, предоставлено только должностным лицам, ведущим судопроизводство и ответственным за его ход и результат. Вместе с тем УПК РФ вовсе не исключает право субъектов процесса на стороне защиты собирать доказательства, о чем прямо сказано в ч.2 ст.86. Применительно к праву защитника указаны и пути собирания им доказательств: опросы лиц с их согласия, истребование документов от органов государственной власти, общественных объединений и организаций (ч.3 ст.86 УПК), которые обязаны представить запрашиваемые документы. Все собранные защитником, равно как и другим субъектом на стороне защиты, материалы могут ими передаваться лицу, ведущему досудебное производство, или в суд с ходатайством о приобщении их к делу в качестве доказательств или о вызове для допроса лиц, ранее опрошенных защитником.

В УПК РФ предусмотрен ряд гарантий обеспечения прав защитника на собирание и представление доказательств и равенство его прав с правами обвинителя на исследование доказательств в суде.

Ходатайство обвиняемого или его защитника о вызове в суд дополнительных свидетелей, проведении экспертизы может быть заявлено в досудебном производстве, в ходе предварительного слушания (ч.8 ст.234 УПК), в ходе судебного разбирательства (ст.244 УПК) вплоть до окончания судебного следствия (ст.291 УПК). Закон предусматривает удовлетворение ходатайств, если они имеют значение для дела (ч.7 ст.234 УПК), полагаясь в этом случае на понимание следователем или судом норм закона об относимости и допустимости доказательств и значения правильного решения по заявленному ходатайству для обеспечения справедливого судебного разбирательства. В законе невозможно предусмотреть перечень оснований, по которым ходатайство о приобщении или исследовании доказательства может быть отклонено. Вместе с тем очевидно, что такое решение не может быть принято судом ввиду того, что он считает обстоятельства дела достаточно выясненными. Во всяком случае, УПК требует, чтобы отклонение ходатайства в каждом случае было мотивированным. Правило об отказе стороне защиты в ходатайстве о проверке алиби обвиняемого (ч.6 ст.234 УПК) представляется формальным и необоснованным[12] .