Падение Константинополя. Отношение Турецкого правительства к Церкви при Мехмете II

 

Падение Константинополя

 

С прекращением крестовых походов испытания для восточных христиан не кончились. Надорванная и ослабленная империя в XIII веке столкнулась лицом к лицу с новыми завоевателями– турками-османами. Овладев всеми бывшими частями Византийской империи в Азии, османы проникли на ее европейскую территорию и овладели Македонией, Фессалией и Элладой. К концу XIV века Византийская империя заключалась уже в одном Константинополе с его предместьями и должна была платить дань туркам.

Наконец, султан Мехмед II Фатих осадил Константинополь. Столица могла выставить для защиты около пяти тысяч человек, в числе которых были воины, а также добровольцы из гражданского населения и монахов. Эта кучка людей, вооруженная кое-каким оружием, найденным в арсеналах, не могла, разумеется, защитить город. Единственная надежда была на Запад, туда и обратился последний византийский император Константин XI Палеолог (1449-1453 гг.). Он готов был ценой свободы своей Церкви спасти остатки своей империи. В расчете получить помощь с Запада он вступил в сношения с папой Николаем V, но это обращение к папе не дало никаких результатов. Время, когда по мановению папы шли крестовые ополчения на Восток, теперь миновало. Из западных государей никто не протянул руку помощи погибающей Византии. Более того, вместо материальной поддержки империи папа воспользовался бедственным положением греков, чтобы добиться введения унии с Римом, заключенной всеми неправдами еще в 1439 году, но не принятой на Востоке.

Однако и уния не спасла Византию. 29 мая 1453 года Константинополь был взят приступом войсками Мехмеда. Константин Палеолог погиб в общей битве. Его труп был настолько обезображен, что только по туфлям с императорской эмблемой можно было узнать

последнего императора Византии. Страшной картиной разгрома и религиозного изуверства сопровождалось падение столицы Восточной империи. Фанатизм торжествующих победителей– турок был подогрет еще и алчностью, в результате чего столица подверглась масштабному

разграблению. Тут повторились те же сцены насилия, грабежа и издевательства над христианской святыней, которые были пережиты уже столицей Востока, с той только разницей, что теперь этот погром производили враги Креста Господня– турки, а в прошлый раз– его

почитатели– западные христиане– католики. Часть населения столицы разбежалась, часть была захвачена в плен и продана в рабство, имущество расхищено.

Особенно тяжело было видеть гибель святынь и памятников письменности и просвещения. Софийский храм лишился всех своих драгоценностей; его золотые и серебряные украшения, сосуды и церковные облачения были взяты для житейского употребления. Иконы, лишенные своих ценных украшений, разламывались, сжигались, бросались под ноги или в конюшнях и кухнях шли на самое низкое употребление. Великолепнейший памятник христианского зодчества – Софийский собор – был превращен в мечеть. Кресты с него были сняты и разбиты, а стены, покрытые живописью и мозаикой, были вымыты, замазаны и оставлены без украшений. Погибла и Константинопольская библиотека. Совершенно исчезли, как рассказывают, 120 тысяч манускриптов.

В первый же день после падения Константинополя в город въехал МехмедII и объявил войскам, что все здания города должны составлять его собственность. Благодаря этому вмешательству султана спаслись от поджога и полного разрушения святая София и множество храмов и монастырей. Разрушены были только стены, окружавшие Константинополь.

С покорением Константинополя Мехмед в ходе нескольких походов покорил и все другие государства– греческие и славянские, которые ранее выделились из Византийской империи и пользовались политической самостоятельностью. Покорение всех этих стран сопровождалось такими же сценами насилия и грабежа, какими ознаменовано было и взятие столицы Восточной империи. Таким образом, вместо христианской империи на Востоке возникла могущественная Османская империя, охватившая всю ту территорию, которая входила в состав Византии в лучшую пору её существования. А вместе с тем и господство креста на Востоке сменилось властью полумесяца.

 

 

Отношение турецкого правительства к Церкви вXVI-XVIII веках

Турки-османы по своему религиозному настроению не были похожи ни на арабов, современников ислама, ни на турок-сельджуков. Не были они и непримиримыми врагами христианства подобно иудеям. Они с уважением относились ко Христу, верили в Его чудесное рождение от Девы, Которую считали одной из величайших жен всемирной истории.

Они допускали непорочное зачатие не только Христа, но и Богоматери, в чем отказывали даже своему пророку Магомету. Они признавали Христа за великого пророка, Который принес Евангелие с небес. По верованию турок, Христос вознесся на небо и воссел с Богом Отцом, но не так близко к Нему, как Магомет, который молится за них, турок, и молитва которого всегда бывает услышана. Но они не признавали Иисуса Христа как Сына Божия. Однако за оскорбление Христа турки применяли даже наказания по отношению к иудеям и своим собратьям. Ко многим христианским предметам и обычаям они относились не только с уважением, но и с чувством религиозного почитания. Они верили в святость воды, освящаемой в греческих храмах, приписывали ей чудесную силу. С ревностью христиан они посещали священные источники греков, ходили к гробам христианских святых, брали от них елей и веровали, что он окажет им помощь и врачевание. Во время общественных бедствий они обращались к Константинопольскому патриарху и просили его совершать общественные молитвы в надежде, что этими молитвами государство будет освобождено от той или другой беды.

Первый властитель Востока Мехмед II был чужд мусульманского религиозного фанатизма. После завоевания Константинополя он окружил себя христианами. Но помимо религиозной терпимости Мехмед II по политическим соображениям находил нужным поставить христиан в своей империи в такое положение, чтобы они примирились с совершившимся фактом – потерей своей самостоятельности. Он понимал, что полудикая орда без содействия образованных греков не сможет создать государства.

Хорошо при этом зная, какое значение Православная Церковь имела в исторических судьбах греческого народа, он прежде всего постарался определить ее положение в своем государстве. К Православной Церкви и ее учреждениям он отнесся с полной терпимостью. Он приказал вместо пропавшего без вести патриарха Иосифа избрать нового патриарха. Им был избран Геннадий Схоларий, известный ученый и благочестивый монах. Нового патриарха султан принял с полным вниманием и соблюдением того церемониала, который сложился еще при византийских императорах. Махмед подарил патриарху омофор, мантию, серебряный жезл и богато убранного коня.

Вскоре на имя патриарха он издал особый высочайший указ или фирман, которым определялось положение Православной Церкви в турецкой империи. В соответствии с указом религия и религиозные учреждения греков сохранялись. Патриарх, епископы и священники получили статус своего рода дипломатической неприкосновенности. Во всех делах, касавшихся внутреннего церковного управления, каноны сохраняли свою полноту: самостоятельность церковного управления ни в чем не нарушалась Портой. При патриархе по-прежнему существовал Синод. Все религиозные действия и обряды совершались беспрепятственно и свободно. Позволялось торжественное празднование праздника Пасхи во всех городах и деревнях, а в Константинополе ворота квартала Фанар, где находилась патриархия, должны оставаться незапертыми в течение трех пасхальных ночей. Христианские храмы запрещалось обращать в мечети. Запрещено было насильственное обращение христиан в мусульманство.

Имущественные права Церкви также были ограждены от захвата. Было запрещено обращение в казну даже имущества тех духовных лиц, после смерти которых не оставалось наследников. Все духовенство освобождалось от всякого рода податей и повинностей в пользу государства. Однако относительно исполнения некоторых внешних церковных обрядов ограничения все же были: христианам запрещалось совершать погребальные процессии и крестные ходы. С христианских храмов были сняты кресты, и запрещен колокольный звон. Разрешалось ежегодно, как обычно, в неделю Православия, совершать известный чин Православия, в котором, между прочим, провозглашалась анафема и против агарян. И это совершалось в самом Константинополе и в присутствии самих турок. Правда, некоторые турки об этом доносили пашам (губернаторам), но они оставляли доносы без внимания.

Согласно турецким законам, христиане могли соблюдать устав в храме, но если кто-либо дерзал назвать турка нечестивым вне храма, это лицо подлежало судебной ответственности. Таковы чисто религиозные права и свободы, которые получили греки со времен МехмедаII. Но помимо общего попечения о Церкви султаны выдавали новым патриархам и иерархам(митрополитам, епископам) особые грамоты – бераты. В силу этих бератов патриарх становился главой христианского народа, об-леченный гражданской и светской властью.

Патриарх имел право ездить верхом на коне(чего лишены были прочие иерархи), иметь свиту, впереди ему предносился крест, жезл и светильники. Он по своей воле мог поставлять и назначать митрополитов и епископов и ходатайствовал перед Портой о выдаче назначенным

епископам бератов. Он мог высылать из столицы любого митрополита или епископа по епархиям, за исключением четырех главных членов Синода.

Патриарх мог налагать наказания на клирика из любой епархии. Он один мог без согласования с архиереями причислять к лику святых прославившихся своей жизнью угодников Божиих, правда, при наличии свидетельств от 1000 человек о чудесных явлениях при гробе почившего.

В силу этих обстоятельств случаи канонизации святых встречались редко.

Но при деспотическом режиме в государственном строе Турции личный произвол турецкой администрации часто заменял собой существующие законы. А потому юридический статус Православной Церкви на Востоке не всегда соответствовал ее фактическому положению. История турецкого владычества на Востоке представляет немало примеров грубого насилия

над религиозной свободой христиан.

Первый турецкий султан Мехмед II, предоставивший христианам свободу в делах веры, явился и первым нарушителем им же изданного закона. Запретив вторгаться в церковные распоряжения патриарха, он сам же грубо оскорбил патриарха Иоасафа Кокку, приказав отрезать ему бороду за то, что он не благословил вторично жениться одному греку, любимцу султана, при жизни законной жены. Запретив обращать христианские церкви в мечети, он уже после изданного им закона обратил в мечеть патриарший храм Святых апостолов. Он же нарушил и запрещение относительно насильственного обращения христиан в мусульманство.

Кроме обычных государственных податей, какие должно было нести христианское население, Мехмед II ввел в некоторых частях своей империи особую подать душ. Через каждые пять лет из христианских семей забирались дети семилетнего возраста и моложе в размере десятой части населения. Эти мальчики готовились к разным государственным должностям и в основном зачислялись в полки янычар, или султанской гвардии. Они воспитывались в мусульманстве, в результате чего из них выходили самые жестокие враги и своей веры, и своего народа.