OLIVIA inspi REIRA — a little pain 11 страница

Звонок и вибрация в руке, мгновенно вселяют странную радость, но лишь до того момента, пока я не вглядываюсь дисплей. По спине пробегает ледяная дрожь, плавно огибая спинные позвонки на коже. Как в стакане коктейля, смешивается чувство горького разочарования и возбужденного удивления. Что ему вдруг стало нужно?

- Алло?
- Привет, Шо - голос бодрый и, судя по завывающему звуку, он тоже на улице.
- Аой-сан? Что-то случилось?
Стал бы вечно занятой Широяма вот так неожиданно звонить своему бывшему любовнику? Нет, наверняка причиной развала наших отношений послужила его всеобъемлющая гордость и мой отвратный эгоизм. Когда-то давно, подобного звонка я ожидал, как манны небесной. Но это ведь было много лет назад.

- Ты так мило выглядишь со спины - тихий, звонкий смех. Со спины?
Смех, доносимый ветром, оказался вовсе не из трубки. Гитарист одной из соперничающих с нашей групп, иронично заулыбался, закутываясь потеплее в своё длинное, черное пальто, когда я развернулся назад. Аой, не Аой, без эффектного появления.
- Надо же куда забрался - Широяма поправил сползающую на глаза, покрытую снегом шапку - Куда путь держишь?
Мне не хочется отвечать. Отчасти потому, что из-за сильного порыва ветра сбивается дыхание, но на самом деле, я ведь сам не знаю куда иду.
Его глаза полны спокойствия. Темные, как безлунная, зимняя ночь с серыми вкраплениями снежинок. А еще я кажется ощущаю слабый запах клубники.
- Он опять за своё?
Во все глаза смотрю на то, как Аой неодобрительно машет головой, будто уже всё на свете ему известно. Не верю я в это.
- Всё в порядке, Юу.
Широяма снова критично кивает в ответ, суживая глаза. Всегда было в нем что-то такое - сильное и пугающее.
Под ногами скрипит жгуче холодный снег - Аой делает всего лишь два шага вперед, затем, чтобы вновь ощутить, до боли знакомый, вкус моих губ. Так, словно и не было тех лет, до того, как я встретил Тору. Словно Торы не существовало в моей жизни.
- С...стой...да отпусти же! - его имя стало спасительной соломинкой, держась за которую, я еще не мог окончательно сорваться, чтобы не продолжать жадные и требовательные поцелуи Юу. В памяти снова проносились воспоминания душного лета, заполненного какими-то мелкими поражениями на сцене, обидами, которые я рассказывал Юу, пока он внимательно слушал меня, потягивая через трубочку шоколадное молоко с корицей. И точно таким же летним, последождевым поцелуем, когда я, весь вымокший как котенок, нарисовался на его пороге.
- Юу! - замерзшие пальцы прикоснулись к щеке, заставляя вспомнить, что сейчас уже середина зимы.
- Странный ты - Я ожидал, что он произнесет самый больной вопрос для меня, но видимо, Аой действительно многое знал, когда так понимающе и искренне улыбался. Тонкие пальцы, изрезанные гитарными струнами заботливо поправили мой клетчатый шарф.

"- Ты любишь его вообще?"

Наверное, да.

- Пойдем, упрямое создание, надо тебя домой проводить, пока ты ненароком не покинул границы Токио.

Не забудьте оставить свой отзыв: http://ficbook.net/readfic/96662

ToraxShou

http://ficbook.net/readfic/245173

Автор: Kirara (http://ficbook.net/authors/sirahime)
Бета: спасибо Mireille Alen
Фэндом: Alice Nine
Персонажи: Тора\Шо и вся компания
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Ангст, Флафф, Драма, Экшн (action), Повседневность, Даркфик, PWP, AU, Эксперимент
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, ОМП, Секс с использованием посторонних предметов
Размер: планируется Миди, написано 67 страниц
Кол-во частей: 6
Статус: в процессе написания

Описание:
Сборник небольших фиков по Тиграшосу. Нет, ну правда, надоело каждый по отдельности выкладывать.

Посвящение:
тем, кто считает тиграшос отп :З

Публикация на других ресурсах:
ссылочку мне в личку.

Примечания автора:
1) О старых и новых старых друзьях.
2)Шо тонет, Тора хавает суши в больших количествах, Хару скрытно руководит парадом. А вообще, это ещё интерпретация знаменитой сказки.
3) Убивать проще, чем любить.
4) Странные коты повсюду.
5) Страсти на сцене.
6) Да ни о чем.

Город N

Не имеет значение, где мы живем, человек выбирает свою судьбу сам.

Саундтрек: Milen Farmer – Je Te Rends Ton Amour

1.

- Эй, что ты делаешь?
Казумаса топтался на мягком песке, с самым, что ни на есть, лисьим любопытством глядя на одинокого ребенка в песочнице. Нет, конечно в таком квадрате песка на нескольких метрах, в детстве кажущимся просто морем, были и другие дети. Кто-то строил неровные замки из уплотненного песка, другие возили по поверхности пластмассовые разноцветные машинки и грузовички.
Однако заинтересовал Казумасу именно этот малыш, которому на вид было около четырех-пяти лет, впрочем, как и самому Кохаре. Он не визжал и не комментировал свои игры, как это делали другие дети, а просто молча сидел на деревянном краю перегородки песочницы и листал книжку.
Черноволосый мальчишка оглянулся и натянуто улыбнулся в ответ, обнажив не самые ровные молочные зубы.
- Читаю.
- В этой книжке даже картинок нет - Казумаса по-детски бесцеремонно уселся рядом с мальчиком, слегка подтолкнув того бедром - Она разве интересная без картинок?
Малыш с отстраненным выражением лица, согласно кивнул и, ухватив ладонью пару страниц, перевернул их назад. На одной стороне, весь лист занимал большой, черно-белый как раскраска рисунок пузатого дракона и карикатурного рыцаря.
- Здесь есть картинки - ответил загадочный мальчик в ответ на удивленное оханье Казумасы - Но у меня есть только такие книжки. Мама не может купить других.
- Тогда пойдем ко мне и почитаем мои! - Кохара весело взмахнул маленькой ручкой в сторону светло-серого двухэтажного дома - Меня зовут Кохара Казамаса. А тебя?
Напористый и улыбчивый мальчишка немного смущал, но все-таки малыш тихо ответил.
- Амано Шинджи.

- Кто это?
Казумаса, задумчиво дергая себя за черные локоны, уставился на плакат, висевший на входной двери комнаты Шинджи. На нем изображалось большое и пушистое животное в оранжево-черную полоску и весьма похожее на их домашнюю кошку Чирори.
- Это тигр - проинформировал хозяин скромной отдельной комнатки, на минуту оторвавшись от цветной истории про гадкого утёнка - Мама говорит, что он хищник.
- А что такое "хищник", Шин-тян? - вопросительно уставился на него неугомонный мальчишка. Казумасе казалось, будто его новоиспеченный друг знает обо всем на свете, даже о том, чего не могут знать взрослые. Но в этот раз Амано разочаровал его ответом.
- Не знаю, Казу-тян. Может быть это тот, кем он работает.
- О! - вдруг воскликнул Казу, размахивая руками - Ты знаешь, мой папа сказал что его переместили с той работы, где он работал на новую. И теперь мама собирает коробки. И не разрешает на них залезать.
- Ох, Казу-тян, значит ты переезжаешь? - мирный разговор двоих детей прервала вошедшая в комнату мама Шинджи. Она была ещё молодой женщиной с симпатичными ямочками на щеках и несла в руках желтый пластиковый поднос со сладостями и чаем - Как жаль, Шин-тяну не с кем будет поиграть.
- Почему? А как же я? - недоуменно вопросил малыш Кохара, делая большие щенячьи глазки - Шин-тян будет рядом ведь?
В тот злополучный вечер, подружившиеся месяц назад мальчики впервые испытали ещё непонятную им самим горечь скорого расставания.

 

15 лет спустя.

- Казу-тян.
- Ши-и-ин-тян! - маленький Казумаса неистово стучал кулачками по заднему стеклу автомобиля, которое отдаляло всё дальше и дальше его единственного друга замершего на обочине дороги. Он даже не успел толком попрощаться с ним, но серые силуэты родителей были непреклонны и очень торопились. Он вдруг понял, что там осталась частичка его самого. Что ему не хочется оставлять того мальчика, топчущегося на едва выпавшем снегу, укутанного по самый нос в шарф и тихо произносящего его короткое имя.
- Казу-тян.
Кохара хотел бы навсегда остаться там, в его светлой просторной комнате. Но оказался здесь - посреди утреннего снегопада, в машине направляющейся в аэропорт и оставляя позади себя своего лучшего друга, молча проливающего слезы...
- Агррххх!! - проснуться от того, что тебя снесло в сторону и теперь ты тычешься носом в спинку заднего сидения машины, было не самым лучшим началом дня. Казумаса сердито фыркнул, видя перед собой только свою темно-рыжую челку.
- Тётя Киоко, можно же водить поосторожней! - юноша поднялся со своего места, скидывая с плеч теплый плед. Спать на заднем сидении автомобиля и так всю ночь было неудобно - в области таза кололо что-то острое, тряска из-за плохой дороги и грохот издаваемый старенькой машиной и того были невыносимее.
После смерти отца решение вернуться в родной город Казумаса принял самостоятельно. Помогала ему в этом разве что старшая тётя, сестра его отца, которая и сама была ненамного старше Кохары.
- С добрым утром Казу-ча-а-ан! - жмурясь от солнца и удовольствия свободной дороги блондинка улыбнулась ему с водительского сидения - Как спалось? Ты выглядишь слишком растрепанным, ах да, мы уже почти приехали - на одном дыхании весело выпалила Киоко. Её руки плавно поворачивали руль и машина двигалась в такт. Кохара заинтересованно уставился в окно, за коим проплывали прекрасные новенькие строения. Город, из которого он уехал когда-то очень давно, преобразился до неузнаваемости. Вместо привычных крохотных магазинчиков теперь стояли внушительные супермаркеты, в центре города было яблоку негде упасть от толпы людей спешащих на работу. Даже старые общежития подвергли косметическому ремонту.
Город сиял приятными красками лета.
- Почему мы не могли сесть на скоростной поезд - сонно промычал рыжеволосый племянник, вновь утыкаясь в пушистую подушку - Тоннгда быы ...
Но спать уже расхотелось, Казумаса начал ерзать от нетерпеливого возбуждения.
Он никак не мог вспомнить лицо того мальчишки из сна, только сжатый от обиды рот поверх шерстяного шарфа и блестящую мокрую дорожку на щеке. И всё?
Мать рассказывала ему о друге детства, которого сейчас он и припомнить не мог.
Интересно - подумал Кохара, невольно всматриваясь в лица прохожих - Живет ли он ещё здесь?
Конечно этим Амано Шинджи мог быть каждый из бегущих человек на улице - Шинджи был точно таким же японцем как и все. Черные волосы, невысокий рост в отличии от стандартно-европейского, худая фигура (хотя вполне могло быть и не так) и, наверняка, очки. Когда Казумаса первый раз ходил к окулисту, врач рассказал ему что этой болезни подвержены практически больше половины жителей Японии. Хотя сейчас вполне могло бы быть, что он носит какую-нибудь, как и у Казу, цветастую шевелюру и линзы.
- Да-а уж, за столько лет этот город изменился до неузнаваемости - вслух пропела тетка, и Кохара согласно кивнул. Но не успели они как следует насладиться ностальгией, как столкнулись с ещё одной проблемой больших городов - застряли в пробке.


- Ну, за переезд! Кампаай!
- Кмпаай!
После пятой бутылки сакэ, Кохара почувствовал, что его начинает подташнивать. Голова кружилась, а сознание медленно, но верно отключало все функции мышления, требуя лишь ощущений и приключений. Поскольку прежний дом был продан, Казумаса с Киоко сняли небольшую квартиру неподалеку. Многоквартирный дом тянулся прямоугольником от небольшого сквера с лавочками и до дороги с выездом на шоссе. Даже в этом районе он в детстве умудрялся всё обрыскать и облазить.
- Мне надо освежиться, - полупьяный, шатающийся парень с рыжими короткими волосами натянул на себя черную накидку и отсалютовал девушке - Не беспокойся, я взял телефон, в нём есть навигатор.
- Шо - с заботливой нежностью произнесла Киоко, поднимаясь с места - Ты же на первом повороте уснешь, не стоит лучше...
Но она и так прекрасно знала, что если её племянник вобьет себе что-то в голову, то его не остановить.
- Шо, пожалуйста, не надо в твоём состоянии...
- Киоко, ты слишком волнуешься - нагло проигнорировав девушку, парень все-таки вышел и закрыл за собой дверь.

На улице стояла чудесная, теплая летняя ночь. Неяркие фонари освещали аллею, а в прохладном воздухе, напоенном влагой, тихо шелестели темно-зеленые листочки деревьев. Шо даже не мог предположить где находиться ближайший клуб, а ехать в центр города было уже слишком поздно, даже для такси. В голове слегка прояснилось, но ещё не настолько, чтобы мудро пойти обратно домой и Казумаса, присев на лавочку под фонарем, достал телефон и вошел с него в сеть. Как оказалось совсем рядом, в соседнем здании находиться подпольный рок-клуб и это было как нельзя лучшим вариантом для Кохары, любившего музыку как воздух. Посему он направил свои нетвердые стопы прямо туда, время от времени взмахивая руками, чтобы удержать равновесие.

Рок-клуб оказался типичным из типичных - пропахшее потом и куревом темное помещение. Сцена была освещена парой белых прожекторов, а танцпол перед ней мелькал в осколках разноцветных лучей от вращающихся фонарей в стене. Все помещение было забито людьми, отчего Шо поначалу казалось, что он просто задохнется от духоты. Но вскоре парень даже привык и разглядев стойку бара в дальнем углу, шаткой поступью направился к ней. На сцене в очередной раз поменялись музыканты - от одних начинающих к другим.
Сейчас к выступлению готовилась странноватая группа, с самыми аляпистыми участниками, каких только Шо видел. Вокалист и гитарист понаделали нечто вроде красно-огненного гнезда на голове, а тела словно мумифицировали обгорелыми тряпками. Барабанщика парень не видел, но почему-то думал, что оно к лучшему. Единственным относительно нормальным казался только басист с черными волосами и торчащими из-под шевелюры белыми искусственными локонами. Напялив что-то вроде черной пижамы с широкими штанинами, он самозабвенно бренчал на потрепанном инструменте - видимо на нем он и учился играть, этак со средней школы.
Шо слушал их вполуха, устроившись за стойкой, он искоса наблюдал за ними и большими глотками хлестал коктейль дико-зеленого цвета. Мир вокруг плавно вращался по кругу, и вскоре Кохара сам осознал что дошел до нужной консистенции и если сейчас не свернуться, то ему грозит ночевка на столе клуба или в подворотне. Однако алкоголь смягчал даже страх такой альтернативы.
Под, последовавший за группой некий мягкий транс, Казумаса сложил руки на столике и уткнулся в них носом. От полированного дерева нестерпимо несло старым пролитым пивом, и легким флером моющего средства.
- Эй, приятель, не стоит тут засыпать - внезапно посоветовал сверху низкий голос бармена, а почти сразу за этим кто-то хлопнул Казумасу по плечу. Новосел лениво поднял голову, отмечая что на него наваливается тяжелое послепохмелье.
- Да ладно тебе, Тора - это бодро прошествовал на соседний стул тот самый басист, только теперь в обычной одежде и без локонов. И выглядел так он значительно красивее, хотя на его лице по прежнему оставался легкий макияж.
Бармен в ответ шутливо насупился, продолжая механически протирать сверкающие от чистоты бокалы.
- Сага, я не собираюсь выносить его и оставлять на улице - грозно сведя брови, Тора мастерски взмахнул в руках бутылкой из темно-зеленого стекла. Блестнув в, расколотой на светотени темноте, стекло поймало несколько блик и после незамысловатых действий, крепкий напиток уже был подан клиенту в другом конце стойки. Судя по уверенным движениям бармен здесь работал уже значительно давно.
- Да ты посмотри только какой милый котёнок - теплая ладонь Саги вновь прошлась по рыжим мягким волосам и на минуту Шо даже показалось, что опустилась недозволенно ниже, погладив кончиками пальцев его шейные позвонки.
Но голова была тяжелее наверное земного шара и по вискам будто стучали молотком - Казумаса решил заказать ещё полстакана чего-нибудь не сильно крепкого, чтобы успокоить стреляющую боль и отправиться обратно к Киоко
- Эй, кажется он все-таки заснул - прокомментировал странный басист уже где-то на периферии сознания. Голос его казался совсем далеким, а потом и вовсе пропал, сменившись тяжелым бесформенным сном.
- Такаши-и, - с выдохом попросил Тора - Оставь его в покое. Клуб работает до четырех утра, так что если он не проснется сам, я разбужу в его конце смены.
- Тебе бы лучше посадить его на такси - вполне уже серьезным тоном покачал головой басист - Ты посмотри, он же домашний котенок. Явно, не такой, как мы с тобой.
Казумаса уже не видел и не знал, как бармен над ним недовольно поджал губы и громко поставил бокал на столешницу, приковав случайные рассеянные взгляды редких выпивающих.
- Иди-ка ты домой, а?

- Значит это его профессия - быть хищником?
Кто-то, кого Кохара знал очень давно, улыбнулся и кивнул в знак согласия. Черные волосы были короткими, но лица всё равно не было видно. И вспомнить никак не удавалось, однако почему-то чудилось будто это кто-то давно потерянный. Хищник с темно-зелеными глазами, соскочил с постаревшего, обтрепанного и выцветшего плаката на двери.

Казумаса резко распахнул глаза. Сердце испуганно билось, словно сейчас ему действительно грозила смертельная опасность, так что он даже протянул руку и сжал пальцы на груди. Судя по сонному течению крови это был всего лишь сон...который каким-то образом перетек в реальность.
Шо, сжав кулаками мягкий плед, ошеломленно уставился на деревянную дверь с таким же самым плакатом, который видел во сне. Неужели это продолжение сна?
Но на этот раз тигр действительно был лишь напечатан на бумаге и выходить в реальность не собирался. Комната отдаленно что-то напоминала Казумасе, и спустя секунду он все-таки осознал, что и комната-то вообще не знакомая. Не его и не Киоко.
Импульсивно оглядевшись и осмотрев себя самого, Казумаса сделал вывод что кто-то принес его сюда, предположительно из клуба, но его самого не трогал и не раздевал. Стены комнаты были чистыми и светлыми от скользящих по ним солнечных лучей, а над письменным столом в углу, кусок стены был завешен черно-белыми манга-рисунками. На самом столе творился самый творческий бардак, килограммы связок бумаги стояли рядом, а по полу распластались десятки карандашей, фломастеров и засохших перьев. Заправленная постель была примята, из чего можно было сделать вывод, что это пристанище ярого мангаки, который не спит ночами.
И все-таки Казумасе казалось, что в этом месте он уже был.
Пока он решал, как собственно выбраться отсюда и не может ли это быть дежавю, разгадка сама приоткрыла дверь.
- О, - тот самый бармен в домашней потрепанной футболке осторожно нес чашку с кофе - С добрым утром. Ты не представляешь сколько проблем доставил мне этим утром.
Действительно - вспомнил Шо, ощущая как скулы горят краской смущения - он ведь напился и вырубился ещё в клубе.
- Простите...
- Да ладно - парень, на вид немногим старше его поставил чашку на свой стол и привычным жестом вытащил из кармана пачку сигарет - Просто имей ввиду, что пить лучше всего дома. Иначе в следующий раз окажешься на улице обворованным и возможно даже изнасилованным.
- Извините... - ещё тише прошептал Казумаса, чувствуя, что готов провалиться сквозь землю.
- Забей - парень совершенно спокойно вытянул сигарету с зажигалкой и прикурил прямо в комнате. Судя по его поведению он не впервой курил с собственной комнате, что весьма удивляло Казумасу, проповедовавшего здоровый образ жизни - Лучше иди домой, твоя девушка будет волноваться.
- Девушка? - не понял Шо, на что Тора даже удивленно приподнял бровь и отвел глаза к окну.
- Ну-у-у... Ты звал во сне какую-то Киоко.
Пока Кохара недоуменно отвечал, бармен ночного клуба наконец додумался, что раз этот мальчишка такой домашний, то вежливость просто не позволит ему попросить не дымить, а курить сейчас Торе хотелось ужасно. Он ухватил за спинку свой стул и с грохотом придвинул его к окну, намереваясь открыть форточку.
- А! Она моя тетя, мы с ней только вчера приехали обратно в город, а до этого жили в другом.
- Ооо - безлично протянул брюнет, оттаскивая на себя пластиковую ручку - А отсюда когда уехали?
- Пятнадцать лет назад.
Фигура бармена на секунду замерла и дернулась - видно тот хотел резко обернуться, но потеряв координацию, Тора замотал руками в воздухе, пытаясь ухватиться за что-нибудь. Ничего из этих действий не получилось и с громким буханьем парень свалился спиной на что-то мягкое, закопавшись в слое собственных черновиков.
- Ооох... - вяло простонал рыжий, когда Тора резко соскочил с него, поняв что едва придавил своего гостя. Присев и потирая руками свой ушибленный затылок, Шо зажмурился.
Теперь в комнате был непроходимый бардак, а резкий ветер, врывающийся в форточку только больше сдувал листы на пол.
- Как тебя зовут? - вдруг спросил Тора. Его взгляд выражал смесь удивления и любопытства, даже мурашки по коже пошли. Шо с сожалением понял, что в первую очередь надо было бы хоть представиться своему спасителю.
- Кохара Казумаса.
- Амано Шинджи.
Двое парней смотрели друг на друга с замершим сердцем. Всё-таки прошло столько лет и как реагировать на подобные внезапные встречи не знал ни один из них. Тора был неуверен, что его любопытный друг детства не изменился и не стал каким-нибудь снобом, а Шо не был уверен что Амано по-прежнему не злится на него за такой внезапный отъезд.
- Значит ты...
- Шин-тян - вдруг по детски пискнул Шо и, позабыв на время о своей неловкой натуре, крепко обнял Шинджи за плечи. Как настоящего старого друга. Ладони Амано неуверенно вздрогнули, когда соприкоснулись с рубашкой юноши - его кожа была такой горячей на ощупь.
- Столько лет прошло - тихо сказал Шинджи, когда они уже поднялись на ноги, но по-прежнему всматривались в лица друг друга. Удивительно было наблюдать столько новых черт.
Амано видел, что из худощавого малыша с вечными синяками на коленках и перепачканной мордашкой, Шо вырос в высокого стройного парня с потрясающими карими глазами и женственными чертами лица.
- Так, а как ты меня вчера приволок сюда? - наконец спохватился главными вопросами рыжий - Не на спине ведь тащил?
Амано растянул уголки губ в робкой улыбке, согласно кивая.
- На такси. Хотел позвонить с твоего телефона, но очевидно там села зарядка. Так и пришлось тащить тебя к себе, не оставлять же на улице.
- Прости... - завел старую песню Шо - ...Мы с тётей отмечал наш приезд. Теперь мы будем кантоваться в этом городе.
Затушив дымящуюся на полу сигарету, Шинджи помотал головой в поисках пепельницы.
- Значит ты сюда насовсем?
- Думаю, да.
- Тогда я провожу тебя до дома - заключил новый старый друг.

- И я ему тогда и говорю - захлопнись и не суй свои грязные лапы к моей детке!
Оглушительный пьяный хохот разразился на весь ресторан. Сакамото постоянно рассказывал интересные истории, сопровождая их всевозможными жестами, вот только эти истории, всё как одна касались его веселых блудных похождений или его возлюбленного баса. Казумаса уже давно так не веселившийся, поддакивал ему в ответ и спорил что-то о музыке. Тора со смехом внимал всем этим историям, в половине которых он и сам поучаствовал, однако иногда его взгляд казался совершенно отчужденным и бесцельным. В такие моменты он пытался отыскать глазами фигурку Кохары, чтобы невзначай улыбнуться ему и отвернуться обратно к процессу поглощению алкоголя.
Местный ресторан суши отвечал почти всем потребностям - недорогая, но вкусная пища и полузакрытые бежевыми ширмами с рисунками драконов кабинки. Самое то для посиделок с пивом и сакэ.
Компания собралась совсем небольшая - только Сакамото, который дружил с Торой со средней школы, принакрашенная Киоко в простой футболке и джинсах, и сами Тора с Шо.
- Такаши, хватит пить.
- Да ладно, Сакамото-сан весьма интересно рассказывает - тетя Киоко, судя по всему тоже уже хорошо набравшаяся, развеселилась и подливала всем парням каждый раз, как чашка становилась пустой.
- Действтельн, - невнятно пролопотал басист - Пора уже по домам. Твой переезд... - он протянул руку и с удовольствием растрепал мягкую рыжую макушку Казумасы - ...мы уже обмыли, котёнок. Кто вызовет такси?
Если бы шатающийся Кохара и обернулся на Амано, он бы смог заметить промелькнувшую на его лице хмурую гримасу. Заказывать такси вызвалась Киоко. Позвякивая камушками на фенечках-браслетах и мелкими брелками на телефоне, девушке пришлось с минуту вспоминать только название ресторана, адрес в их состоянии все дружно забыли.
- Сейчас будут - заверила девушка, собирая посуду на один поднос - Собирайтесь мальчики.
- Такси это дорогое удовольствие, так что плачу я - вскинул руку в воздух черноволосый басист, щедрым жестом едва не задев Казумасу.

Такси подъехало действительно очень быстро. Компания из трех парней и девушки едва успела собраться и заплатить за счет, когда у дверей их уже ждала желтая иномарка с линией шахматных квадратиков на боку.
- Эй, только салон мне не замарайте - недовольно проворчал водитель открывая переднюю дверь девушке, оставившей своих троих пассажиров на заднем сидении. Девушка прощебетала о том, что всё будет в порядке, хотя сам Шо не ощущал себя настолько в порядке. Так получилось, что он оказался между Сагой и Торой, которые по обычаю уставились в окна автомобиля, провожая взглядами темные громады уже спящих домов и яркие пятна круглосуточных магазинов с их светодиодными вывесками. Как только началось движение машины, его желудок протестующе поджался, грозясь вывергнуть все лишнее наружу. Но Шо не подавал виду, молча глядя вперед и зажимая грудную клетку одной ладонью - лишь бы только дотерпеть. Совсем чуть-чуть.
- Тебе плохо, котёнок? - ладонь Сакамото внезапно коснулась его щеки - Ты весь побледнел.
- Могу предложить вам бумажный пакет, молодые люди - тяжко вздохнув, отозвался грузный водитель, и Тора, вежливо поблагодарив его, попросил дать один на всякий случай.
- Все... нормально...укачало просто... - отрывисто помотал челкой Казумаса. Пить он, так или иначе никогда не умел, и понял, что начинать не стоило.
Чтобы таксист не останавливался сразу на двух точках, находящихся в разных районах, компания, в лице более-менее отрезвевшей Киоко, решила ехать в новый съемный дом и заночевать там. И к счастью водителя, когда они подъехали к многоквартирному дому, Казумасу так и не стошнило.
Стошнило его чуть позже в ванной, когда почти все улеглись спать кто где попало. Сакамото растянулся прямо на мягком ковре в прихожей, Амано на диване гостиной, ну а Киоко спокойно дошла до собственной спальни и на всякий случай закрыла дверь.
Наконец очистив желудок, почистив зубы и как следует умывшись, Кохара ощутил себя трезвым и даже почти бодрым. Заранее приняв пару таблеток от ноющей головной боли, он принялся за самую важную последнюю миссию - найти, где он будет спать. Можно было бы конечно расстелить футон, но это грозилось создать много шума. Спать на полу не хотелось, и он не завидовал Сакамото, у которого поутру наверняка будет ломить спину.
Выход виделся один - незаметно лечь на диван, спиной к спине Шинджи, который уже явно спал. Места там бы точно хватило.
Казумаса удовлетворенно хмыкнул, откладывая почти пустой стакан с водой и обернулся к окну, за которыми сияли холодные звезды. Такие далекие на самом деле, хотя и кажется протяни руку - соберешь горстку маленьких светлячков.

- Ты ещё не спишь? - почти задремавший Кохара широко раскрыл глаза, которые уже привыкнув к темноте, различили пустую гостиную. Но ещё более странным ощущением было тепло и тяжесть рук, крепко обнимающих его талию.
- То...Тора?
Щеки запылали и Шо поблагодарил темноту за то, что сейчас это не так заметно. Дыхание Шинджи оказалось у самой его шеи, отрывистое и едва сдерживаемое.
- Ммм?
- Эй...ты...чего делаешь? - жгучее желание дать сейчас ему по наглеющим пальцам, резко сменилось дрожащим возбуждением, когда его сосед по дивану бесстыдно погладил его худые бедра. Шинджи, совершенно не стесняясь, что сейчас их может засечь кто угодно, даже, как не прозаично, Сага с коврика, ухватил большим пальцем край хлопчатых ночных шорт и потянул вниз.
- Ради бога, ты с ума сошел?! - ошеломленно, но стараясь не повысить голоса, вопросил Казумаса, дергаясь вперед. Но едва оказавшись на самом краю дивана, сильные руки молча развернули его и теперь с Шинджи он оказался лицом к лицу. Брюнет, не говоря ни слова, быстро впился поцелуем в его губы, настойчиво и требовательно, словно ненасытный зверь.
- Постой...Тора-а... - когда теплые пальцы бармена коснулись его, Шо просто не смог сдержать стон - Перестань...
И неожиданно Амано послушался. Руки перестали касаться его, отчего Казу ощутил новое для него чувство что он сделал что-то неправильно. Шинджи опустил взгляд отстраненно глядя в одну точку.
- Тебе нравится Сага, верно?
Кохара ничего ровным счетом не понимая, удивленно захлопал ресницами.
- При чем здесь Сага? Я не понимаю...
Амано довольно забавно для этой ситуации фыркнул и совершенно спокойно сказал:
- Ты мне нравишься.
Сначала Кохара подумал что это ему все просто снится - ну мало ли, бывает всякое от огненной воды. Но вновь нахлынувшие ощущения были слишком осязаемы и реальны - чуткие пальцы Торы на щеках, его мокрый язык и невыветрившийся до конца запах сакэ. Может быть - подумал Казумаса - он просто ещё слишком пьян? А утром выяснится, что это было лишь случайностью и бредом. Но сердце, пропустившее удар, трепетало как бабочка, от каждого прикосновения, которое он позволил этому парню.
Тора умело и волнующе прикасался там, куда раньше не было позволительно никому. Одной ладонью он провел вдоль стройного изгиба талии, вызывая дрожь по всему телу. Шо импульсивно зажмуривался, когда его губы касались лба, когда дыхание сдувало краску со щек или когда он дразняще проводил кончиком языка вдоль нижней пухлой губы.
Это возбуждало даже больше, чем последовавшие ощущения умелых пальцев на члене.
Амано единственно желал обладать им, доставить как можно больше ласки и нежности, и это проявлялось в немного грубоватом собственническом сжимании чувствительной кожи. Но когда сдавшийся и побежденный Казумаса потянулся к его брюкам, Тора аккуратно остановил их свободной рукой, до этого прижимавшей Шо за шею, и отрицательно помотал головой.
- Не в этот раз. Не в такой обстановке.
Рыжий парень улыбнулся и положил ладони на грудь своего партнера.
- Не романтично?
- Просто смазки нет.
Кохара не успел ничего ответить. Вжавшись лицом в ключицу Шинджи, он глубоко вдохнул его терпкий запах, прежде чем тихо вскрикнуть, надеясь, что этого больше никто в сей квартире не услышит.