Понятие и классификация общностей и социальных институтов

 

В недалеком прошлом методология изучения общностей сводилась к следующему: при их исследовании обязательно исходили из классового, партийного подхода; психологизирование природы общностей считалось недопустимым; проблеме коллектива придавалось приоритетное значение, причем акцент ставился на роли больших социальных групп, т. е. классов.

История показала, что психологию общностей нельзя сводить только к классовой структуре общества, а все многообразие объединений - к коллективам. Тем не менее это не означает, что нужно полностью отрицать данное обстоятельство.

Понятие «общность» используется для обозначения сходства, единства элементов, составляющих целое.

Если более детально оценивать рассматриваемое социально-психологическое явление, то можно сказать, что под общностью понимается группа людей, объединенных устойчивыми социальными признаками, в качестве которых выступают общие цели, интересы, условия жизнедеятельности, возраст, пол, принадлежность группы к единой культуре, религии, образ, качество и стиль жизни, социальный статус, отношение к собственности.

Таким образом, социальная общность - это совокупность людей, которая характеризуется общими для данной группы условиями жизнедеятельности; принадлежностью к исторически сложившимся территориальным, культурным, религиозным, профессиональным образованиям, к тем или иным социальным организациям и институтам.

Социально-психологической основой общности являются понятия «мы» и «они». «Мы» - это универсальная психологическая форма самосознания всякой общности людей. «Мы» всегда противопоставляется понятию «они» [18]. Особенно рельефно разделение общества с позиций «мы» и «они» происходит в условиях социальной напряженности.

Раскрывая социально-психологическую сущность понятия «общность», нельзя обойти проблему общины. Последняя - типичный пример общности.

Признаками общины являются кровное родство, соседство и дружба. Вследствие ослабления общинных связей для современного общества характерны «более холодные» отношения между индивидами. В настоящее время дихотомия общины и общества воспроизводится в связи с различением традиционного и современного общества.

Интерес к проблеме общины имеет исторические корни. Дело в том, что в жизни древнерусской деревни большую роль играла община - мир, вервь (от слова «веревка», которой измеряли землю при разделах).

К моменту образования государства у восточных славян на смену родовой общине пришла территориальная (соседская). Каждая община владела определенной территорией, на которой жили несколько семей. Все владения общины делились на общественные и личные.

После 1861 г. община стала выполнять двоякую функцию: фискально-земельную и функцию демократического самоуправления, регулятора специфического уклада, образа жизни, так называемой «народной педагогики».

Сегодня дискуссия вокруг понятия «община» продолжается. Одни, развивая идеи П. А. Столыпина, утверждают, что община изжила себя, другие, напротив, предрекают ей большое будущее. Как бы там ни было, но в России возрождается, например, казачество. Во многих отношениях его образ жизни носит общинный характер. Более того, в ряде современных развитых стран элементы общины на уровне самоуправления не только сохраняются, но и с успехом развиваются.

Понятие «общность» неразрывно связано с понятием «группа», конкретным ее проявлением.

Выделяют следующие виды общностей (групп):

- малые неформальные;

- большие социальные: классы, нации, социальные организации, институты, профессиональные, организованные группы (политические партии);

- массы и массовые движения.

Такой подход к классификации групп характерен для западной социальной психологии. Однако он несколько схематичен и не учитывает промежуточные группы, реальную стратификацию общества, градацию социальных организаций. Каждая общность требует своей теории.

В отечественной социальной психологии группы ранжировались в ином порядке. На первом месте - массы, на последнем -малые группы. Детальный подход к классификации групп позволяет выделить более тонкий их спектр:

- с точки зрения социального положения и величины: большие, средние и малые группы;

- с позиции объективизации: условные (абстрагирование, например, в статистических целях) и реальные;

- с точки зрения официальной регламентации: официальные (т. е. те, в которых положение и поведение членов группы юридически строго определены) и неофициальные;

- с позиции авторитета: референтные (эталонные, реальные или воображаемые группы, на признание которых претендует личность и чьи нормы поведения она принимает в качестве образца поведения);

- с точки зрения уровня развития: диффузные группы, ассоциации, корпорации и коллективы.

Если в начале своего становления отечественная социальная психология изучала общность на всех уровнях, то в советский период в основном на микроуровне. При этом в качестве методологии исследования выступали два подхода: идеологический (классовый) и деятельностный.

Между тем реальный, а не надуманный теоретический подход к исследованию групп связан с определенной и конкретной концепцией социальных групп и с организованным подходом - строительством социальных организаций (некоторые элементы его использовались отечественными социальными психологами, но в измененной терминологической форме).

Ученые, исследующие социальные группы (А. В. Петровский и др.), разработали стратометрическую концепцию коллектива (иногда под термином «психологическая теория коллектива» имеют в виду только эту концепцию). В качестве критериев развития группы берутся, во-первых, степень опосредования межличностных отношений в группе содержанием совместной деятельности и, во-вторых, общественная значимость последней, т.е. уровень ее позитивности-негативности с точки зрения общественного прогресса. Исходя из данных критериев, развитие группы рассматривается как движение в своеобразном континууме (положительном или отрицательном), полюсами которого являются соответственно коллектив (высокие показатели по обоим критериям) и корпорация (высокий позитивный показатель по первому и высокий негативный показатель по второму критерию). В центральной точке располагается так называемая диффузная группа - общность, в которой отсутствует совместная деятельность, иными словами, группа с минимальным уровнем психологического развития. Промежуточное положение между диффузной группой и полюсами континуума занимают соответственно просоциальная и асоциальная ассоциации - группы с низкой степенью опосредования межличностных отношений совместной деятельностью.

Близким к предыдущему оказывается параметрический подход к исследованию группы, предложенный Л. И. Уманским. В основе этой концептуальной схемы лежит представление о социально-психологических параметрах группы, являющихся своеобразными критериями (отличительными признаками) ее развития как коллектива. К числу таких параметров, в частности, относятся: нравственная направленность группы - интегративное единство ее целей, мотивов, ценностных ориентации; организационное единство группы; групповая подготовленность к той или иной сфере деятельности; психологическое единство - интеллектуальная, эмоциональная, волевая коммуникативность, характеризующая соответственно процесс межличностного познания и взаимопонимания в группе, межличностные контакты эмоционального характера, стрессоустойчивость и надежность группы в экстремальных ситуациях.

В целом описанные модели коллективообразования базируются на непсихологической, по сути, посылке о существовании коллектива как группы высшего уровня развития, в первую очередь связанной с социальным статусом, социальной оценкой данной группы. Это обусловливает заведомо положительную оценку всех процессов, протекающих в коллективах. Такая серьезная ограниченность данных концепций привела к содержательному их обеднению при решении вопроса о связи социальной позиции, социального статуса группы и специфики протекания социально-психологических процессов.

Во многом названные подходы явились «жертвоприношением» господствующей идеологии. Они уводили от исследования реальных общностей: этнических, религиозных и др. В результате в отечественной социальной психологии образовались «белые пятна» отсутствие исследований профессиональных, криминальных групп, бездомных, безработных, эмигрантов, беженцев и иных общностей.

Классификация общностей не будет полной, если не выделить сообщества по принципу конспиративности целей и деятельности. Это движения типа сопротивления (партизанские, национальные, антифашистские, городское подполье и т.д.); криминальные типы мафии, террористических организаций; так называемые тайные движения.

Последние еще не были объектом изучения отечественной социальной психологии, хотя интерес к ним чрезвычайно высок. История подобных движений - тема для отдельного разговора.

Понятие «общность» является близким по своему содержанию к понятию «социальный институт». Однако, несмотря на схожесть, они все же различаются между собой.

Социальный институт - это устойчивый комплекс формальных и неформальных правил, ценностей, норм, установок, регулирующих функционирование официальных организаций и социальных групп и образующих социальную систему.

По форме социальный институт выглядит как совокупность лиц, учреждений, снабженных определенными средствами и осуществляющих конкретную социальную функцию. С содержательной стороны это набор целесообразно ориентированных стандартов поведения определенных лиц в конкретных условиях. Данные стандарты поведения воплощаются в социальных ролях, характерных для какой-либо социальной системы. Иначе говоря, это совокупность ролей и статусов, предназначенных для удовлетворения социальных потребностей [19].

Осуществляя свои функции, социальные институты поощряют действия входящих в них лиц, согласующиеся с соответствующими стандартами поведения, и подавляют отклонения от требований этих стандартов, т. е. осуществляют социальный контроль.

Среди социальных институтов выделяют:

- регуляционные, определяющие ролевую структуру общества по самым разным основаниям - от пола и возраста до конкретных видов занятий;

- регулятивные, устанавливающие допустимые рамки поведения и санкции, карающие за выход из этих рамок;

- культурные, связанные с искусством, и др.;

- интегративные, сопряженные с ответственностью за обеспечение социальной общности как целого.

Более конкретная классификация социальных институтов выглядит таким образом:

- политические, обеспечивающие установление и поддерживание политической власти;

- экономические, содействующие развитию производства;

- социально-культурные;

- институты науки и др.

Социальные институты осуществляют следующие функции: воспроизводство членов общества; социализацию; производство и распределение; соблюдение порядка, поддержание стабильности, согласия. При возникновении определенных условий социальные институты могут выполнять не позитивные функции, а негативные.

Общности и социальные институты нельзя рассматривать только в статике, поскольку типичным их признаком является мобильность. Трансформация общностей происходит по всем направлениям: в определенных ситуациях меняются количественный состав групп, структура, цели, психологические состояния, статус, характер деятельности. Преобразования затрагивают практически все общности: малые группы, этнические и религиозные общности, различные виды толпы, участников митингов и демонстраций, социальные слои (предпринимателей, безработных и т.п.).

Таким образом, миф о статичности общностей должен быть нарушен: одни общности возникают, другие возрождаются (например, казачество, предприниматель), третьи стихийно или под силовым воздействием уходят с политической или общественной сцены (отдельные партии, конкретные движения, элитарные группы и даже целые этносы).

Выделяются следующие виды социальной мобильности:

- вертикальная - изменение социального положения индивида, сопровождающееся повышением или понижением его статуса;

- горизонтальная - изменение социального положения индивида, которое не приводит к повышению или понижению его статуса; -реорганизация социальной структуры;

- новая система стратификации.

Результатом мобильности могут быть миграционные процессы и появление нового вида общностей - беженцев. Острой становится проблема эмигрантов. За пределами России остались русскоязычные общности, чьи проблемы носят не только политико-экономический, но и социально-психологический характер.

В связи с мобильностью общества меняется его стратификация; изменчива и классификация общностей. Вместе с тем для каждого типа государства, экономики и общества характерны типичная стратификация, следовательно, и структура общностей и социальных институтов.