Четыре стадии развития греческой культуры

 

Таким образом мы можем выделить четыре историческихстадии развития греческой культуры: 1) до Александра -- классический этап национальной культуры; 2) послеАлександра -- эллинизм как космополитическая светскаякультура; 3) поздний эллинизм как языческая религиознаякультура; 4) византизм как греческая христианская культура.Переход от первого ко второму этапу -- самыйзначительный отрезок, который рассматривается какавтономное развитие греческой культуры. На втором этапе(330 г. до н.э. -- первый век нашей эры) греческий духпредставлен великими соперничающими философскими школами:академистами, эпикурейцами и, прежде всего, стоиками,наряду с развитием в то же самое время греко-восточногосинтеза. Переход к третьему этапу, изменение религии ицивилизации в целом, а вместе с ней и греческого мышления,был в основном делом негреческих факторов, восточных попроисхождению, которые вступили на историческую сцену какновая сила. Между господством эллинистической, светскойкультуры и конечной оборонительной позицией позднегоэллинизма, обратившегося к религии, лежат три столетияреволюционных духовных движений, влиявших на этутрансформацию, среди которых гностицизм занимает видноеместо. Но к этому мы обратимся позже.

 

B) ВКЛАД ВОСТОКА

 

До сих пор мы обсуждали роль греческой стороны всочетании Востока и Запада и таким образом начали свнутренних предпосылок, отличивших становление эллинскойкультуры, последовавшее за завоеваниями Александра. Этипредпосылки, разумеется, соответствовали предпосылкам свосточной стороны, которые объясняли роль Востока в данномобъединении, его мнимую или реальную пассивность,покорность и готовность к ассимиляции. Одной военной иполитической зависимости недостаточно, чтобы объяснить ходсобытий, так как сравнение с другими случаями завоеванийобластей с высокоразвитой культурой на всем протяженииистории показывает, что достаточно часто в культурномотношении победитель становился жертвой побежденных.

 

Мы можем даже поставить вопрос острее -- определенновпервые проявилось недвусмысленное доминирование греческойстороны, это и обусловило, по крайней мере, форму всегобудущего культурного облика. Каковы в таком случае былиусловия на Востоке накануне завоеваний Александра,объясняющие то, почему мир уступил экспансии греческойкультуры? И в какой форме местные силы выжили и выразилисебя в новых условиях эллинизма? Естественно, великийВосток с его древней и величавой цивилизацией не был простокопией греческой формы. На эти вопросы, касающиесяобстоятельств и способа сохранения жизнеспособностикультур, несравненно сложнее ответить относительновосточной стороны, чем на соответствующие вопросыотносительно эллинизма. Причины этого следующие.

 

Во-первых, во времена до Александра, в противоположностьизобилию греческих письменных источников, мы сталкиваемся сабсолютной недостаточностью восточных, за исключением развечто иудейской литературы. Если же этот негативный факт мыпримем за признак литературного бесплодия, то мы можемсделать выводы, сходные с теми, которые мы встречаем вгреческих свидетельствах о современном состоянии восточныхнародов.

 

Кроме того, безбрежный Восток, объединенный в Персидскуюимперию одной только силой, был далек от того культурногоединства, которое существовало в греческом мире. Элладабыла одинакова повсюду; Восток разнился от региона крегиону. Следовательно, ответ на вопрос о культурныхпредпосылках разделился на столько же частей, сколькообособленных культурных традиций участвовало и этомпроцессе. Этот факт тоже осложняет отношения эллинизма иего восточной составляющей. Действительно, Густав Дройзен,создатель термина "эллинизм" для посталександровскогогреко-восточного синтеза, определил данный термин,утверждая, что в действительности эллинизм включает в себястолько же различных подвидов, скольких отдельныхнациональных культурных традиций он касается. Во многихслучаях, однако, эти местные факторы в своей первозданнойформе нам неизвестны. Несмотря на это, всеобщаяоднородность, вытекающая из эллинистического развития,предполагала некоторое общее сходство условий. На самомделе, исключив Египет, мы можем распознать вдо-эллинистическом Востоке определенные универсалистскиетенденции начала духовного синкретизма, которые могут бытьпротивопоставлены космополитическому складу греческого ума.Об этом мы еще поговорим подробнее.

 

Наконец, в период после Александра превосходствоэллинской цивилизации означало, что Восток, если он вообщестремится к литературному самовыражению, должен это делатьна греческом языке и в греческой манере. В результатеобнаружение в подобных случаях "голоса с Востока" в рамкахвсей эллинистической литературы часто представляется намделом весьма щепетильным и неявно обнажающим различия: тоесть ситуация, созданная эллинизмом, является сама по себедвусмысленной. Эту несомненно представляющую интересметодологическую проблему мы рассмотрим позднее.

 

Некоторые трудности встречаются при попытке внестиясность в образ восточной половины двойственного явления,называемого нами эллинизмом. Мы можем только проследитьобщую, даже отчасти предположительную тенденцию и краткопоказать столько, сколько необходимо для нашей цели. Сперванесколько слов о положении Восточного мира наканунегреческого завоевания, что, возможно, объяснит еголетаргический сон вначале и крайне медленное пробуждениепотом.