Судьба психологии сознания

Что же произошло с психологией сознания? Психологию отныне определяли не как науку о сознании, а как науку о поведении. Следовательно, может возникнуть впечатление, что психология сознания умерла где-то в XX в. С теоретической точки зрения, это в достаточной степени справедливо. Психологические теории В. Вундта, Э. Б. Титченера и О. Кюльпе более не преподают. Хотя в ослабленной форме, но до сих пор живы традиции гештальта. С другой стороны, если мы рассмотрим психологию сознания как область исследований внутри психологии — как психологию ощущений и чувств, а не как универсальное определение психологии, то психология сознания живет и здравствует. За последние десять лет вышло в свет множество книг о природе сознания, а когнитивистика и когнитивная нейрология сделали гигантские шаги в объяснении того, как человек познает мир. Наша дисциплина сегодня включает в себя настолько больше, чем исследования ощущений и перцепции, что она затерялась среди изобилия предметов изучения современной психологии. Дальнейшая история ранних этапов психологии как отдельного института — это история двух разных народов.

Медленное развитие в Германии.В Германии развитие психологии сильно тормозила культура философского Bildung мандаринов. До тех пор пока психология оставалась на тех рубежах философии, куда ее привел Вундт, психологи были вынуждены конкурировать с философами за профессорские должности и ресурсы. То, что психология становилась все более экспериментальной, воспринималось философами как вторжение в их исконную область, и они объединялись, чтобы противостоять развитию этого подхода в рамках психологии. Даже Эдмунд Гуссерль, симпатизировавший К. Стумпфу и гештальт-психологии, осуждал психологов с позитивистским уклоном, называя их «фанатиками эксперимента», поклоняющимися «культу фактов» (цит. по: М. G. Ash, 1995, р. 44). Но некоторые философы соглашались, что психологам следует объединяться с химиками и физиками,


126 Часть II. Основание психологии

а не с философами. Тем не менее все усилия двинуться в каком-либо одном направлении, например, как предлагал О. Кюльпе, в сторону физиологии и медицины, были безуспешны.

Положение еще ухудшилось в 1933 г., когда к власти пришли нацисты. Они разрушили старую систему «мандаринов» и выгнали из Германии ее лучшие умы. Германию покидали евреи и другие лица, страдавшие от преследований. Огромная волна эмиграции включала и интеллектуалов, представлявших самые разные области: от писателей (например, Томас Манн) и кинорежиссеров (например, Фриц Ланг) до крупнейших ученых (например, Альберт Эйнштейн). Среди них были и выдающиеся психологи, в том числе все крупнейшие гештальт-психологи, перебравшиеся в США, и Зигмунд Фрейд, проведший последние месяцы своей жизни в Англии. Ужасает тот факт, что многие психологи, оставшиеся в Германии, очень скоро перешли на сторону нацистов, в некоторых случаях снабжая «научными» обоснованиями их расовую политику, в том числе и с использованием концепции гештальта. В 1935 г. Феликс Крюгер выступил в защиту авторитарной политики нацистского государства: «Защита государственных интересов и правосудия не может осуществляться без жесткости. Она неизбежно приносит в жертву желания отдельных людей и даже их жизни во имя Целого, что должно продолжаться и впредь... Люди должны жертвовать своим несовершенством, повинуясь государству и добровольно признавая упорядочивающую власть, стоящую над ними» (цит. по: A. Harrington, 1996, р. 185).

Фридрих Сандер, бывший ученик В. Вундта и последователь Ф. Крюгера, связывал психологию с идеологией нацизма. В публичной лекции 1937 г. он заявил:

Тот, кто с верующим сердцем и глубоким чувством проследит истоки движущей идеи национал-социализма, везде откроет для себя два основных мотива, стоящих за колоссальной борьбой немецкого движения: желание целостности и волю к гешталь-ту... Целостность и гештальт, главенствующие идеи немецкого движения, стали центральными концепциями немецкой психологии... Современная немецкая психология и национал-социалистическое мировоззрение преследуют одни и те же цели: преодоление атомистических и механистических форм мышления... Следуя по этому пути, научная психология подошла к тому, чтобы стать полезным орудием для осуществления целей национал-социализма (цит. по: A. Harrington, 1996, р. 178).

Сандер с энтузиазмом поддерживал изгнание евреев, которые для многих немцев были символом лишенного корней атомистического Хаоса:

Кто бы ни повел Немецкий Народ... назад к его собственному гештальту, кто бы ни хотел помочь душе Народа достичь той цели, которой она жаждет: выразить свое собственное бытие — этот человек должен устранить все чужеродное из гештальта: прежде всего он должен аннулировать власть всех деструктивных чужеродных расовых влияний. Уничтожение паразитически размножающихся евреев имеет свою глубокую этическую справедливость в этом желании немецкой сущности очистить гештальт, ничуть не меньше, чем проводить стерилизацию своего собственного народа от носителей низшего генетического материала (р. 184-185).

При нацистском режиме психология завоевала самостоятельность. Поколение основоположников психологии сопротивлялось ее превращению в простые психотехники. Тем не менее в 1941 г. немецкая психотехническая психология получила


Глава 3. Психология сознания ^ 27

признание чиновников как независимое поле исследовании, «поскольку вермахт нуждался в обученных психологах, оказывающих помощь при отборе офицеров» (М. G. Ash, 1981, р. 286). Конечно, это оказалось сделкой Фауста, когда нацистский режим привел Германию к поражению во Второй мировой войне и последующему делению страны на Восток и Запад. Психология в Германии снова встала на ноги не раньше чем в 1950-х гг. (М. G. Ash, 1981), и это произошло уже в совершенно новых условиях доминирования американских идей.

Пересадка в Америку. С одной стороны, психология, «пришедшая» в США из Германии, получила здесь бурное развитие. В Америке она развивалась быстрее, чем в какой-либо другой стране. Например, Американская психологическая ассоциация была учреждена на десять лет раньше Немецкого общества экспериментальной психологии. С другой стороны, психология сознания в своем немецком виде не могла существовать за пределами Германии «мандаринов». Дж. Стэнли Холл (G. Stanley Hall) в 1912 г. писал: «Нам нужна психология полезная, диетическая, эффективная для мышления, жизни и работы, и, хотя в настоящее время мысли Вундта успешно культивируют в академических садах, они никогда не акклиматизируются здесь, поскольку чужды американскому духу и характеру» (цит. по: A. L. Blumental, 1986b).

Будущее психологии было связано, в основном, с США, но здесь ей было суждено существенно измениться по сравнению со своими немецкими корнями.

Библиография

Существует несколько работ, знакомящих с начальным периодом развития психологической науки: Wolfgang Bringmann and Ryan D. Tweney, eds., Wundt Studies (Toronto: Hogrefe, 1980); Josef Brozek and Ludwig Pongratz, eds., Historiography of Modem Psychology (Toronto: Hogrefe, 1980); C. Buxton, ed., Points of View in the History of Psychology (New York: Academic Press, 1986); Eliot Hearst, ed., The First Century of Experimental Psychology (Hillsdale, NJ: Erlbaum, 1979); Sigmund Koch and David Leary, eds., A Century of Psychology as Science (New York: McGraw-Hill, 1985); R. W. Rieber, ed., Wilhelm Wundt and the Making of a Scientific Psychology (New York: Plenum, 1980); и William W. Woodward and Mitchell G. Ash, eds., The Problematic Science: Psychology in Nineteenth Century Thought (NewYork: Praeger, 1982). Множество фотографий первых психологов, их лабораторий и их работы можно найти в книге: W. G. Bringmann et al. (1997).

Интеллектуальная атмосфера Германии XIX столетия великолепно описана в работе F. К. Ringer (1969), более современные данные приведены в: A. Harrington (1996). Условия, в которых создавалась психология, обсуждаются в трех статьях. Ричард Литтман (Richard Littman,1979) приводит общий отчет о возникновении психологии как дисциплины. М. Дж. Эш (М. G. Ash, 1981) описывает Германию в 1879-1941 гг. Курт Данцигер (Kurt Danziger, 1990) использует социологические методы для того, чтобы проанализировать появление психологических опытов на людях и сравнить несколько ранних моделей психологических исследований. Наконец, более старый, но все еще полезный отчет о самом становлении психологии, написанный сразу же после того, как оно произошло, можно найти


■J28 Часть II. Основание психологии

в статье: J. Mark Baldwin, «Sketch of the History of Psychology», Psychological Review, 12 (1905): 144-165.

Огромная часть работ посвящена Вундту и его психологии. Кроме трудов самого Вундта (W. Wundt, 1896), на английском языке опубликованы следующие работы: Outlines of Psychology (1897; reprint, St. Clair Shores: Michigan Scholarly Press, 1969); Principles of Physiological Psychology, Vol. 1, 5th ed. (New York: Macmillan, 1910); An Introduction to Psychology (1912; reprint, New York: Arno, 1973); Elements of Folk Psychology (London: Allien & Unwin, 1916); и The Language of Gestures, отрывок из его работы Volkerpsychologie of 1900-1920 (The Hague, The Netherlands: Mouton, 1973). Биографию Вундта можно найти в книге: Wolfgang Bringmann, William Balance, and Rand Evans, «Wilhelm Wundt, 1832-1920: A Brief Biographical Sketch» Journal of the History of the Behavioral Sciences, 11 (1975): 287-297; Wolfgang Bringmann, Norma J. Bringmann, and William Balance, «Wilhelm Maximilian Wundt 1832-74: The Formative Years», in Bringmann and Tweney (1980, цит. выше); и Diamond (1980).

Другие источники сведений о Вундте — Joseph Jastrow, «Experimental Psychology in Leipzig», Science, 7 (1886, [198, Supplement]): 459-462, эта работа включает детальное описание нескольких экспериментов Вундта, некоторые из них изначально весьма походили на современные исследования по когнитивной психологии. Эти параллели обсуждаются в моей собственной статье: «Something Old, Something New: Attention in Wundt and Modern Cognitive Psychology»,Journal of the History of the Behavioral Sciences, 15 (1979): 242-252. Теодор Мишель (Theodore Mischel) посвящает Вундту свою работу «Wundt and the Conceptual Foundations of Psychology», Philosophical and Phenomenological Research, 31 (1970): 1-26. Уильям Вудворд (William R. Woodward) в книге «Wundt's Program for the New Psychology: Vicissitudes of Experiment, Theory, and System» (in Woodward and Ash, 1982, цит. выше), представляет Вундта типичным немецким интеллектуалом, жаждущим Системы. Две статьи К. Данцигера (Kurt Danziger, 1979,1980а) исправляют ошибки в старом изображении Вундта и изучают его судьбу в Германии. А. Блюменталь (Arthur Blumenthal, 1986а) посвятил свою работу общей ориентации психологии Вундта.

Э. Б. Титченер (Е. В. Titchener) был очень плодовитым автором. В дополнение к его важным работам, уже процитированным в данной главе, следует упомянуть «The Past Decade in Experimental Psychology», American Journal of Psychology, 21 (1910): 404-421; «The Scheme of Introspection», American Journal of Psychology, 23 (1912): 485-508; «Experimental Psychology: ARetrospect», American Journal of Psychology, 36 (1925): 3i3-323; и A Text-Book of Psychology (New York: Macmilhn, 1913). В моей статье «The Mistaken Mirror: On Wundt's and Titchener's Psychologies»,^!/?^/ of the History of the Behavioral Sciences, 17 (1981): 273-282, я показываю, что Титченер не был, как его часто изображают, простым последователем В. Вундта, добросовестно разделявшим все взгляды учителя.

Некоторые из работ ученых вюрцбургской школы переведены на английский язык, и их отрывки приводятся в труде: George and Jean Mandler, eds., The Psychology of Thinking: From Association to Gestalt (New York: Wiley, 1964). Помимо работ, упомянутых в тексте, существуют два важных современных обзора безобразного мыш-1ения: J. R. Angell (1911) и Robert S. Woodworth, «Imageless Thought»,/cmma/o/ Philosophy, Psychology, and Scientific Methods, 3 (1906): 701-708. Недавно вышла pa-


Глава 3. Психология сознания "| 29

бота: David Lindenfield, «Oswald Kulpe and the Wurzburg School» Journal of the History of the Behavioral Sciences, 74(1978): 132-141. Джордж Хамфри (George Humphrey) в отдельных местах своей книги «Мышление» {Thinking, New York: Science Editions, 1963), обсуждает открытия вюрцбургцев, хотя и переоценивает урон, который они нанесли психологии Вундта. Противоречия безобразного мышления с точки зрения социологии рассмотрены в работе Куша (Kusch, 1995).

К важным работам В. Кёлера относятся: The Mentality of Apes (New York: Liveright, 1938); The Place of Value in a World of Facts (New York: Liveright, 1938); Dynamics in Psychology (New York: Liveright, 1940); Gestalt Psychology (New York: Mentor, 1947); и Selected Papers of Wolfgang KohlerQiew York: Liveright, 1971). Рекомендуется прочитать работу M. Вертхаймера (М. Wertheimer Productive Thinking (New York: Harper & Row, 1959). Мэри Хенли выступила редактором избранных статей гештальтистов: Documents of Gestalt Psychology (Berkeley: University of California Press, 1961). Наибольшим авторитетом среди гештальт-психологов в США пользовался Курт Левин (Kurt Lewin), который длительное время оказывал влияние на социальную психологию, психологию личности и, в меньшей степени, психологию обучения, см., например: Principles of Topological Psychology (New York: McGraw-Hill, 1936). Влияние гештальта на перцепцию обсуждается в работе: Julian Hochberg, «Organization and the Gestalt Tradition», in E. Carterette and M. Fried-man, eds., Handbook of Perception, Vol. 1: Historical and Philosophical Roots of Perception (New York: Academic Press, 1974. Мэри Хенли (Mary Henle) пытается найти объяснение изоморфизма в статье: «Isomorphism: Setting the Record Straight», Psychological Research, 46 (1984): 317-327. Корни идей М. Вертхаймера обсуждаются в: Abraham S. and Edith H. Luchins, «An Introduction to the Origins of Wertheimer's Gestalt Psychologic», Gestalt Theory, 4/(1982); 145-171. В пространной докторской диссертации М. Аш (Mitchell Graham Ash) тщательно изучает документы и обсуждает происхождение и развитие гештальт-психологии в Германии в работе: The Emergence of Gestalt Theory: Experimental Psychology in Germany 1890-1920, неопубликованная докторская диссертация (Cambridge, MA: Harvard University, 1982), и М. G. Ash (1995). Принятие гештальт-психологии в США рассмотрено в статье: Michael Sokal, «The Gestalt Psychologists in Behaviorist America», American Historical Review, 89 (1984): 1240-1263. О связи гештальт-психологии и философии говорится в книге: Т. Н. Leahey, «Gestalt Psychology and Phenomenology», в Т. Baldwin, ed., The Cambridge History of Philosophy, 1870-1945 (Cambridge, England: Cambridge University Press, в печати).

Основная работа Ф. Брентано (F. Brentano) — Psychology from an Empirical Standpoint (New York: Humanities Press, 1973). Работы Брентано обсуждаются в книге: L. McAlister, ed., The Philosophy ofBrentano (Atlantic Highlands, NJ: Humanities Press, 1976). О развитии феноменологии после Брентано см.: Н. Philipse, «From Idealism and Naturalism to Phenomenology and Existentialism», in T. Baldwin, ed. (в печати, цит. выше).

Обширную информацию о гештальт-психологии содержат следующие книги: W. D. Ellis, ed., A Sourcebook of Gestalt Psychology (London: Routledge & Kegan Paul, 1938); и М. Henle, Ed., Documents of Gestalt psychology (Berkeley: University of California Press, 1961).

5 Зак. 79


ГЛАВА 4

Психология бессознательного

Значение психоанализа

Психология бессознательного значительно отличалась от психологии сознания. В. Вундт и другие психологи сознания фокусировали свое внимание на нормальном разуме, исследуя его посредством интроспекции и пытаясь создать экспериментальную науку вне традиционных вопросов и теорий философов. Сферы ощущения/восприятия и когнитивной психологии в большой степени определяли эту область, хотя некоторое внимание уделялось и социальной психологии, и психологии развития, и психологии животных. Напротив, психология Фрейда была направлена на аномальный разум и стремилась разоблачить сознание, в том числе и нормальное, как склонную к самообману марионетку, управляемую первичными импульсами, которые она не осмеливается признать. Вместо того чтобы проводить эксперименты, Фрейд исследовал разум методом клинических испытаний, стараясь найти скрытые источники человеческого поведения в бессознательном, примитивных пережитках детства и эволюции.

Характер Фрейда также сильно отличался от характера других немецких основоположников психологии. В. Вундт, его ученики и гештальт-психологи были, при всех своих различиях, продуктом Германии «мандаринов», осторожными и осмотрительными теоретиками и учеными. Фрейд же отверг подход «мандаринов», «презрев различия культуры и цивилизации» (S. Freud, 1930/1961). Фрейд был евреем и атеистом, он гордился своим происхождением и помнил о веках притеснения со стороны «мандаринов». Фрейд создал психоанализ как часть политического вызова, брошенного правителям Австро-Венгрии (W. J. McGrath, 1986; С. Е. Schorske, 1980).

Фрейд хотел стать героем-завоевателем, подобным Моисею, который принес неприятные заповеди неверующему народу. Возможно, под влиянием кокаина, который он регулярно употреблял в конце 1880-х и в 1890-х гг. (F. Crews, 1986), Фрейд так описывал себя своей невесте, Марте Бернес (2 февраля 1886 г.):

«Брейер [возможно, друг и сотрудник] говорил мне, что обнаружил, будто за поверхностной застенчивостью во мне таится чрезвычайно дерзкая и бесстрашная личность. Я всегда так думал, но никому не осмеливался сказать об этом. Я часто чувствовал, что унаследовал все то неповиновение и страстность, с какой наши предки защищали свой храм, и мог бы с радостью пожертвовать своей жизнью за один великий момент в истории» (S. Freud, 1960, р. 202).

Первого февраля 1899 г., в ожидании того, как примут его книгу «Толкование сновидений», Фрейд писал своему близкому другу Вильгельму Флиссу.


Глава 4. Психология бессознательного -| 31

«Я отнюдь не человек науки, я не наблюдатель, не экспериментатор и не мыслитель. По характеру я не кто иной, как конкистадор — авантюрист, если тебе хочется перевести, с любопытством, дерзостью и упорством, присущим людям такого сорта. Обычно такие люди получают признание, лишь когда добиваются успеха, действительно открывают что-то; в других случаях они пропадают в неизвестности. И это, в общем, справедливо» (S. Freud, 1985, p. 398)1.

Фрейд представил миру, который он намеревался завоевать, психоанализ как революцию. Психоанализ, как он говаривал, наносит третий крупный удар по человеческой самооценке (P. Gay, 1989). Первый удар был нанесен Н. Коперником, когда он продемонстрировал, что люди отнюдь не живут в центре Вселенной. Второй удар был сделан Дарвином, который показал, что люди являются частью природы, как и все остальные животные. Третьим ударом, по заявлению Фрейда, была проведенная им демонстрация того, что человеческое Эго отнюдь не является хозяином в своем собственном доме.