Какова была роль церкви в Московском государстве?

Русская православная церковь занимает видное место в истории Московского государства. Библиография работ, по­священных взаимоотношениям светской и духовной власти в России, церковному расколу — огромна. Различные точ­ки зрения на роль православия и церкви в Московском го­сударстве можно свести к двум направлениям — историко-религиозному и социально-политическому. Для западной историографии характерно непонимание и неприятие пра­вославия и православной церкви, что приводит к утвержде­нию об их тоталитарном характере, о том, что церковь была служанкой государства.

Православие определяло этническое самосознание рус­ского народа в период борьбы с татаро-монгольским жом, что вместе с общерусской церковной организацией (метро­полией) и наряду с социально-экономическими факторами способствовало политическому объединению земель и созда­нию единого Московского государства.

Взаимоотношения церкви и государства в XVI—XVII вв. богаты переменами, которые детерминируются внутренним развитием церкви и государства, социально-экономически­ми и внешнеполитическими причинами. Большей частью ис­торическая литература рассматривает эти взаимоотношения в духе европейского опыта борьбы королевской власти и церкви за политическое господство. При этом не учитывает­ся значение византийско-православной теории «симфонии власти», предполагавшей двуединство независимо существу­ющих светской и духовной властей, ко совместно отстаи­вавших православные ценности. Эта доктрина во многом определяла строительство самодержавной власти в России и равнодушие русской православной церкви, ее высших иерархов к собственно государственному управлению, что зачастую трактуется как зависимость церкви от царя. «Сим­фония власти» была идеалом государственного устройства едва ли когда достигнутым в истории Московского государ­ства. Со времен Ивана IV власть царя — помазанника Божь­его носила сакральный характер, так как ее источником был только Бог, и ограничивалась она только христианскими за­поведями, церковно-каноническими уложениями и традици­ями. Православная церковь, не посягая на светское управ­ление, выступала нравственным противовесом русскому самодержавию. Эта ее роль проявлялась в открытом осуж­дении высшими церковными иерархами опричных казней.

Определенное значение в этом плане имел освященный цер­ковью институт юродивых, которые обладали неограничен­ной возможностью обличать власть и пользовались всеоб­щим уважением.

В XVI—XVII вв. церковь, опираясь на государство, по­давила многочисленные ереси, проникшие в высшие слои административного аппарата и имевшие достаточно широ­кую социальную базу. Либеральная и марксистская истори­ографии рассматривали эту борьбу как подавление свободо­мыслия, течений общественной мысли, аналогичных западной реформации. Церковная история трактует разгром ересей как защиту веры, православной самобытности русского на­рода и российской государственности, причем, размах и жес­токость борьбы с ересями в России не шли ни в какое срав­нение с деятельностью инквизиции или протестантских церквей.

Церковь и монастыри обладали значительной экономи­ческой мощью, развитым и эффективным хозяйством, были культурными центрами. Монастыри строились часто в стра­тегически важных местах и имели огромное значение в обо­роне страны. Церковь была в состоянии выставлять до 20 тыс. ратников. Эти обстоятельства определяли материаль­ную базу авторитета церкви (своего рода государства в го­сударстве), которая, тем не менее, не использовалась в про­тивостоянии светской власти.

Освященный Собор, как орган церковного управления, принимал активное участие в работе Земских Соборов, В годы Смуты патриаршество (учреждено в 1589 г.), несмот­ря на некоторые колебания, сыграло большую роль в борь­бе с самозванцами и польско-шведской интервенцией (тра­гическая судьба патриарха Гермогена, гибель монахов при защите православных святынь, материальная поддержка ополчения и т. п.). Патриарх Филарет, отец Михаила Ро­манова, фактически управлял Россией, являясь соправите­лем царя в течение 14 лет, укрепил самодержавие и новую династию, с одной стороны, и роль церкви, с другой,

В середине XVII в. начинается переориентация в отно­шениях между церковью и государством. Ее причины ис­следователями оцениваются по-разному В советской лите­ратуре преобладает точка зрения, согласно которой процесс становления абсолютизма вел с неизбежностью к лишению церкви ее феодальных привилегий и подчинению государст­ву. Поводом для этого стала попытка патриарха Никона поставить духовную власть выше светской. Церковные ис­торики отрицают такую позицию патриарха, считая Никона последовательным идеологом «симфонии власти». Инициа­тиву в отказе от этой теории они усматривают в деятельности царской администрации и влиянии протестантских идей о подчинений церкви государству. Собор 1667 г., низло­живший патриарха Никона, постановил: «У царя власть пра­вить превыше патриаршей и всех иерархов». Однако госу­дарство в качестве компромисса подтвердило автономные хозяйственные, административные и судебные права церк­ви и даже закрыло Монастырский приказ.

До этих решений Собора Россия вступила в этап глубо­кого духовного кризиса, вызванного расколом в ответ на реформу Никона по исправлению религиозных книг в соот­ветствии с греческими оригиналами. Причины неприятия ре­формы, приведшей к расколу, советские историки сводили к социальному протесту против роста тяжести государствен­ных налогов, крепостничества, централизации, устранявшей самобытное местное управление. В религиозном плане это был протест против греческой и украинской инфильтрации русского православия, боязнь утраты духовной индивиду­альности России. Сказывались также негибкие методы про­ведения реформы. Последовательная борьба со старообряд­цами, однако, не привела в России к религиозным войнам.

Коренные изменения во взаимоотношениях церкви и го­сударства произошли в связи с реформами Петра I в XVIII столетии.

Литература

1. Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капи­тализм, XV — XVIII вв., т. 1-3. М., 1987-1992.

2. Вернадский Г. В. Замечания о юридической природе кре­постного права // Родина, 1993. № 3.

3. Головатенко А. Два кризиса русской государственности: опричнина и Смутное время // Преподавание истории в школе, 1993, № 2.

4. Гумилев Л. Н. От Руси к России. М., 1992.

5. Дюби Ж. Европа в средние века. Смоленск, 1994.

6. Кристенсен С. О. История России XVII в. М., 1939.

7. Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. М., 1992.

8. Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб, 1992.

9. Скрынников Р. Г. Россия накануне «Смутного времени». М., 1980.

10. Станиславский А. Л. Гражданская война в России XVII в. М., 1990. Часть I.

Раздел 7. XVIII в. европейской и северо­американской истории. Проблемы перехода в «царство разума». Особенности российской модернизации. Духовный мир человека на пороге индустриального общества.