Принцип причины и следствия

Когда Будда ещё пребывал в миру, царица Шримала обратилась к нему с несколькими вопросами и попросила Будду из милосердия рассеять некоторые её сомнения:
- Почему у красивых женщин нет денег?
Будда ответил:
- По внешности они красивы, а сердца их полны зла, жадности и несправедливости. Деньги как цветы, что не растут в дурной земле!
Царица Шримала вновь спросила:
- Почему богачи уродливы?
Будда ответил:
-Уродливые обладают высокими устремлениями, им присущи терпение и усердие - естественно, что они идут путём богатства. o Царица Шримала опять спросила:
- Почему есть люди уродливые и бедные?
Будда ответил:
- Если человек ленивый и отвратительный, как его лицо, то откуда взяться деньгам?

 

Пристально всматривайтесь в себя

Будда обратился к своим ученикам:

— В отношениях с мирскими людьми следует соблюдать величайшую осторожность. Как проходит по тернистому пути босой, осторожно ступая, так должен проходить по деревне мудрец. Как пчела не уничтожает ни краски, ни запаха цветка, но только снимает его нектар и улетает далее, точно так же должен проходить по деревне мудрый. Ученик должен размышлять сам про себя так: когда я шёл через деревню и собирал милостыню, возникли ли в моих помыслах от воспринятых глазами образов удовольствие, вожделение или ненависть, смущение или гнев?

Пристально всматривайтесь в себя, как молодая женщина рассматривает своё лицо в чистом зеркале. Заметив на нём нечистоту или пятно, она старается устранить их, а если не видит никакой нечистоты и никакого пятна, то и радуется: «Вот прекрасно! Как я чиста». Точно так же и ученик, убедившись, что он ещё не свободен от всех дурных побуждений, должен заботиться о том, чтобы стать свободным от них. Если же он увидит, что свободен от всех дурных и вредных побуждений, то должен быть доволен и весел. Блажен человек, приучивший свои помыслы к добру!

 

Пробудитесь!

Когда Будда стал просветлённым, он воскликнул:

— Это невероятно! Значит, я с самого начала был просветлённым, а все эти цепи и оковы были лишь сном!

Впоследствии, когда люди спрашивали его: «Что нам делать, чтобы избавиться от пороков?», Будда неизменно отвечал: «Будьте сознающими, внесите в свою жизнь осознанность».

Слушая его, Ананда, один из его учеников, спросил:

— Люди приходят к тебе с разными проблемами, а у тебя на все «недуги» один рецепт. Например, один человек спрашивает: «Как избавиться от гнева?», ты ему отвечаешь: «Будь осознанным!» Другой спрашивает: «Как избавиться от жадности?», ты ему отвечаешь: «Будь осознанным!» Третий спрашивает: «Как избавиться от обжорства?», ему ты тоже советуешь: «Проявляй осознанность». Как это понять?

Будда ответил:

— Их недуги отличаются друг от друга, как отличаются сны, которые снятся разным людям. Но если они все придут ко мне и спросят, я скажу им: «Начните осознавать! Пробудитесь!»

 

Проповедь

Однажды Будда находился в Козамби в лесу. И, взяв немного листьев дерева синсана, он спросил своих учеников:

— Как полагаете вы, где больше листьев — в моей руке или в лесу?

Ученики ответили:

— Конечно, Учитель, листьев в лесу несравнимо больше, чем в твоей руке.

— Точно так же, ученики, несравнимо больше то, что я познал и чего вам не возвестил. А почему я вам не возвестил? А потому, что это не принесло бы вам никакой пользы.

Оно не способствовало бы святости жизни, уничтожению всякой похоти и упразднению всего тленного, не привело бы к миру, к познанию и просветлению! Что же, ученики, я возвестил вам? Я возвестил вам страдание, происхождение страдания, прекращение страдания и путь прекращения страдания.

 

Просветление

Будда скитался шесть лет, он посетил всех мудрецов, святых, учёных, всевозможных гуру, но ничего не произошло. Аскетизм, пост, йога — всё напрасно.

Однажды Сиддхартха пытался перейти вброд небольшую речку, течение было сильным, а он так ослаб от постоянных лишений и недоедания, что голова его закружилась, он упал в воду, и его понесло вниз по течению. Неизвестно, чем бы всё это кончилось, если бы он не ухватился за длинный корень. Его прибило к берегу.

В таком положении, не имея сил выбраться, он ясно осознал: «Жизнь подобна океану». И если жизнь — это океан, то тогда всё, что я делаю, — неверно. Если я довёл себя до такого состояния, что не могу перейти даже эту речку, то как же я собираюсь пересечь океан жизни? Мой путь не верен. Я стал слабым, а для того, чтобы подняться к Богу, нужна огромная энергия».

Ему удалось выбраться из реки, он лёг под деревом и расслабился. В тот вечер было полнолуние, и впервые за шесть лет скитаний он хорошо спал, ему больше не нужно было никуда спешить, нечего было достигать; никакой практики, никаких упражнений. Впервые он почувствовал полную свободу. Никуда не торопясь, лёжа под деревом, он наблюдал восход солнца. Он смотрел, как тает последняя утренняя звезда. Говорят, что когда она исчезла, исчез и Сиддхартха. В одно мгновение перед его мысленным взором пронеслись шесть лет скитаний, как ночной кошмар, но это уже стало прошлым. Будда стал просветлённым!

Просто идите своим путём

Один из учеников спросил Будду:

— Если меня кто-нибудь ударит, что я должен делать?

Будда ответил:

— Если на вас с дерева упадёт сухая ветка и ударит вас, что вы должны делать?

Ученик сказал:

— Что же я буду делать? Это же простая случайность, простое совпадение, что я оказался под деревом, когда с него упала ветка.

Будда сказал:

— Так делайте то же самое. Кто-то был безумен, был в гневе, и ударил вас. Это всё равно, что ветка с дерева упала на вас. Пусть это не тревожит вас, просто идите своим путём, будто ничего и не случилось.

 

Развяжите узлы

Однажды Будда пришёл к своим ученикам с носовым платком. Возможно, какой-то царь подарил ему этот платок. Обычно Будда не принимал таких вещей, и теперь все недоумённо смотрели и думали, почему это он несёт платок в руке, как бы говоря каждому: «Смотри, внимательно смотри!»

Все уставились на платок, но никто ничего не видел, кроме красивого шёлкового носового платка. Затем Будда начал завязывать на нём узлы. Завязав пять узлов, Будда спросил:

— Это тот же самый носовой платок, который я принёс с собой, или другой?

Сарипутта сказал:

—Это тот же самый платок.

— Сарипутта, подумай ещё раз. У того платка не было узлов, а на этом пять. Как же он может быть тем же самым?

Тут Сарипутта понял смысл и сказал:

— Я всё понял. Хотя это тот же самый носовой платок, но теперь он в узлах, подобно страдающему человеку.

— Совершенно верно! Всё, что я хочу показать вам, это то, что человек, который терзается, в основе своей не отличается от Будды. Я — всего лишь носовой платок без узлов! Ты — носовой платок с пятью узлами. Эти узлы — агрессивность, алчность, лживость, неосознанность и эгоизм.

Затем Будда спросил:

— Я попытаюсь развязать эти узлы. Посмотрите, это поможет мне развязать их?

Он потянул за оба конца носового платка, и узлы сделались ещё меньше и туже.

Кто-то воскликнул:

— Что же вы делаете? Так узлы никогда не развяжутся. Ведь шёлк такой тонкий, а вы так сильно тянете! Узлы стали маленькими, и теперь их почти невозможно развязать!

— О, вы можете так ясно понять всё относительно этого носового платка. Почему же вы не можете понять самих себя? Разве вы не в такой же ситуации? Вы тянете свои узлы, поэтому они продолжают становиться всё меньше и меньше, всё туже и туже.

Затем Будда спросил:

— Кто скажет, как развязать узлы?

Один ученик встал и предложил:

— Сначала нужно подойти поближе и посмотреть, как были завязаны узлы.

Он взглянул на носовой платок, и проговорил:

— Узлы были сделаны таким образом, что если мы ослабим их и позволим им стать более свободными, они развяжутся; это не трудно. Это простые узлы.

Ученик взял платок и осторожно развязал узлы один за другим. Будда сказал:

— Сегодняшняя проповедь закончена. Идите медитируйте!

 

Рецепт врача

Некий человек заболел и отправляется к врачу за помощью. Доктор осматривает его, затем выписывает рецепт. Больной твёрдо верит своему врачу. Он возвращается домой и в комнате, в красном углу, помещает красивый портрет или статую доктора. Затем садится и выражает почтение портрету или статуе: отвешивает три раза поклоны, возлагает у подножия цветы, возжигает благовония; далее он вынимает прописанный ему доктором рецепт и очень торжественно читает его вслух:

— Две пилюли утром! Две пилюли вечером!

Целый день он продолжает читать рецепт — и так продолжается всю жизнь, потому что он твёрдо верит в доктора. Но всё же рецепт ему не помогает.

Больной решает, что ему надо узнать об этом рецепте побольше; и вот он бежит к врачу и спрашивает его:

— Зачем вы прописали мне это лекарство? Как оно мне поможет?

Будучи умным человеком, доктор разъясняет:

— Вот, слушайте: это — ваша болезнь, а это — её причина. Если вы будете принимать лекарство, которое я вам прописал, оно с корнем устранит главную причину болезни. Когда же причина будет удалена, болезнь сама собой исчезнет.

Больной думает: «Ах, как чудесно! Как мой врач умён! Его рецепты так полезны!» И он отправляется домой, а там начинает ссориться со своими соседями и знакомыми, настаивая:

— Мой врач лучше всех! Все другие врачи бесполезны!

Ну и что он приобретает такими доводами? Он может продолжать сражаться всю свою жизнь, но всё же это совсем ему не поможет. А если он станет принимать лекарство, только тогда этот человек сможет освободиться от своей болезни, от своего несчастья. И лишь тогда лекарство поможет ему.

Каждый освободившийся человек подобен врачу. Из сострадания он прописывает рецепт, даёт людям советы, рассказывает, как можно избавиться от страдания. Если у людей вырабатывается слепая вера в этого человека, они превращают его рецепт в священное писание и начинают ссориться с другими верами, утверждая, что учение основателя их религии является высшим. Но никто не беспокоится о том, чтобы практиковать учение, принять лекарство, прописанное для того, чтобы устранить болезнь. Иметь веру в доктора полезно, если эта вера поощряет следовать его советам. Понимание действия лекарства тоже благотворно, если это понимание поощряет больного к приёму лекарства. Но без действительного приёма лекарства нельзя излечиться от болезни. Вы сами должны принять лекарство.

 

Рис в грязи

Двое странствующих монахов услышали крик за холмом. Один из них побежал узнать, что там случилось. Оказалось, что гружёная повозка, видимо направлявшаяся на рынок, съехала в канаву. Несколько мешков упали в грязь. Женщина ползала по земле, пытаясь собрать руками рассыпавшееся зерно, а на неё в гневе кричал муж.

— Ты что, совсем рехнулась? Хочешь забить мешки грязью? — он бил её кнутом.

Увидев монаха, мужчина неохотно опустил кнут.

— Животное не пострадало? — спросил путник, видя, что у старого больного быка подогнулись передние ноги.

Не ответив, мужчина принялся яростно бить несчастное животное. Бык дёрнулся то в одну, то в другую сторону, повозка ещё больше накренилась, на землю упало ещё несколько мешков. Женщина заорала пуще прежнего. Мужчина замер, словно гадая кому ещё врезать кнутом.

— Подожди, — сказал монах. — Я помогу вам.

— Как? — прорычал тот. — Потом потребуешь мешок риса.

— Не думай об оплате, просто успокойся, — терпеливо сказал монах.

Путник помог крестьянину выпрячь быка, разгрузить повозку. Затем они вместе подпёрли воз, с большим трудом вытащили его и поставили на дорогу. Погрузили все мешки в телегу. Не говоря ни слова, мужчина забрался в телегу, и приказал жене садиться. Та с усмешкой над мужем уселась на мешки. Всё это время она сидела, обмахиваясь пальмовым листом в тени. Телега тронулась. Через плечо мужчина бросил уставшему добровольному помощнику:

— Весь рис, что соберёшь с дороги, твой.

Молодой монах обернулся и обнаружил, что неподалёку стоит смеющийся его попутчик:

— Давно стоишь?

— С самого начала, — ответил второй монах.— Я всё видел, боюсь, они не воспылали к тебе любовью за то, что ты сделал. Рассуди сам и укажи мне, где я неправ. Мужчина рано или поздно успокоился бы и сообразил бы снять с быка ярмо, разгрузить повозку. У них с женой хватило бы сил вытащить её из канавы, а если даже и нет, то вернулись бы в деревню за подмогой. Так что, оказав услугу, ты не дал им помочь себе самим. Если ты думаешь, что предотвратил насилие, то тоже ошибаешься, так как он сегодня побьёт жену сильнее обычного, чтобы как следует проучить за ухмылку. Почему ты решил, что именно ты должен ему объяснять как себя вести? Ты не его духовный наставник. Кроме того у него есть домочадцы и друзья, чтобы научить его отличать хорошее от плохого.

 

Рождение Будды

Будда родился в царской семье (623–544 гг. до н.э.). Его мать умерла при родах. Отец назвал ребёнка Сиддхартха, что означает «Приносящий добро».

На следующий день после его рождения во дворец пришёл известный в те времена святой. Отец Будды любил его и всегда при встрече касался его ног. Святой попросил показать ему новорождённое дитя. Увидев мальчика, он заплакал и прикоснулся к его ногам.

Отец спросил:

— Зачем Вы это сделали?

Святой ответил:

— Я прикоснулся к ногам ребёнка потому, что могу видеть будущее. Сейчас он — бутон, но когда вырастет, будет прекрасным лотосом!

— Почему же вы плачете? — спросил отец Будды.

— Я плачу потому, что тогда меня уже не будет на свете, и я не смогу увидеть это чудо.

В то время новорождённым принято было составлять гороскоп. Астрологи предсказали ему великое будущее: «Этот мальчик будет или царём всего мира, или саньясином».

Отец сказал:

— Как это так? Вы говорите о двух крайностях, как это возможно?

Астрологи ответили:

— Это всегда так. Когда бы ни родился человек, способный стать властелином мира, он способен отречься от этого мира.

Отец не мог понять. Он попросил: «Расскажите подробней». И астрологи ответили:

— Мы не знаем многого о феномене саньясы, но вот что говорится в писаниях: когда человек имеет всё, то в нём вдруг расцветает понимание, что всё бесполезно. Чтобы отбросить мирскую жизнь, нужно иметь её в полном объёме, нужно иметь то, что отбрасывать. Чашу может отбросить лишь тот, кто испил её до дна.

Отец Будды очень обеспокоился и спросил:

— Что делать? Как воспитывать его? Он единственный мой сын. Я уже не молод, и моя жена умерла сразу после родов. Я не могу надеяться, что у меня ещё будут сыновья. Моё царство может разрушиться.

Дайте мне рекомендации: как воспитывать такого ребёнка?

И астрологи посоветовали:

— Чтобы он не отвернулся от этого мира, спрячьте от него негативные стороны, такие, как старость, болезни, смерть. Окружите его жизнь только красивыми вещами: цветами, произведениями искусства. Запретите при нём говорить о смерти.

Говорят, что в саду дворца Будды даже цветку не давали завянуть. Ночью садовники обрезали их и сухие ветки, чтобы это не наводило мальчика на мысль о смерти. Будда знал только прекрасные вещи, только сны, он жил в этих снах. Но реальность слишком сильна, она проникает в каждый сон. Никто не может избежать реальности. Она ударяет в нас, подобно свежему ветру, постоянно.

 

Рука Будды

Один ученик попросил Будду:

— Вырази кратко, с чем сравнимо твоё учение?

Будда ответил:

— Смотри на этот лес. Как он открыт! Ничего не спрятано. Я так же открыт, как этот лес.

Он показал кулак и сказал:

— Сейчас мой кулак закрыт, ты не сможешь увидеть листья, которые в нём.

Потом Будда открыл свою руку, листья упали, и он сказал:

— Но рука Будды не похожа на кулак, она открыта, и если ты чего-то не понимаешь, то причина — в тебе.

 

Сахарный тростник


Однажды два человека одновременно посадили сахарный тростник и договорились: тот, у кого вырастет хороший тростник, получит награду, а тот, у кого тростник будет плохим, понесёт наказание.
Тогда один из договорившихся подумал: "Сам сахарный тростник очень сладкий. Если я выжму из него сок и этим соком полью посевы, то мой тростник будет, несомненно, лучше, и я одержу победу".
Так он выжал сок из сахарного тростника и полил посевы. Семена погибли, а весь сахарный тростник, который у него был, начисто пропал.

 

Святая истина

В Бенаресе Будда начинает учить Святой истине о срединном пути и о страдании: «Есть две крайности, избегать которых обязан тот, кто ведёт духовный образ жизни. Какие же это крайности? Одна — жизнь среди сладострастия, похотей, наслаждений: это низко, неблагородно, не духовно, недостойно, ничтожно. Другая — жизнь среди самоистязания: это грустно, недостойно, ничтожно. Совершенный, монахи, избёг двух крайностей и вступил на тот совершенный путь, где ум и взор его просветляются, на тот путь, который ведёт к покою, познанию, просвещению, к Нирване.

Вот, монахи, святая истина о страдании: рождение — страдание, старость — страдание, болезнь — страдание, смерть — страдание, быть в союзе с нелюбимым — страдание, быть в разлуке с любимым — страдание, не достигнуть желаемого — страдание; одним словом — всё пятеричное (чувственное) стремление к земному — страдание.

Вот, монахи, Святая истина о происхождении страдания: это есть жажда земной жизни, ведущая от рождения к рождению, жажда наслаждений, жажда существования, жажда могущества. Вот, монахи, Святая истина об упразднении страдания: прекращение этой жажды полным уничтожением вожделений, отказом от них, стремление воздерживаться, не доставлять им ни малейшей пищи.

Вот, монахи, Святая истина о пути к упразднению страданий — это есть святая восьмеричная стезя: истинная вера, истинная решимость, истинное слово, истинное дело, истинная жизнь, истинное стремление, истинные помыслы, истинное погружение в самого себя!»

Далее Будда поучал о тленности всего земного, о том, что сквозь пелену счастья и юности просматривается страдание, в которое счастье и юность неизбежно обратятся. Будда говорил, что телесное не есть истинное Я, ибо оно подвержено болезням и смерти. Поэтому ощущения, представления и сознание — также не истинны. Отсюда — неведение, как основа страдания. Человечеству, вращающемуся среди земных забот, в них находящему удовлетворение и радость, трудно уразуметь такую вещь, как закон причинности, связь причин и действий.

 

Семя и плод

Какова причина, таков результат. Каково семя, таков будет и плод. Каков поступок, таков будет итог.
Крестьянин сажает два семени в одну и ту же почву. Одно семя - семя сахарного тростника, другое - семя нима, тропического дерева с древесиной и листьями очень горького вкуса. Два семени в одной и той же почве получают одну и ту же воду, тот же солнечный свет, тот же воздух; природа даёт им одно и то же питание. Два крошечных ростка выходят наружу и начинают расти. Что же произошло с семенем нима? Оно развилось в растение с горечью в каждой жилке, тогда как каждая жилка сахарного тростника оказывается сладкой. Почему природа так добра к одному растению и так сурова к другому?
Да нет, природа не добра и не жестока. Она работает по неизменным законам. Природа только помогает проявлению качеств различных семян. Всё питание лишь способствует семени в раскрытии качества, дремлющего в его глубине. Семя сахарного тростника обладает качеством сладости, поэтому растение не будет обладать ничем иным, кроме сладости. Семя нима обладает качеством горечи; и растение не будет обладать никаким иным свойством, а только горечью. Каково семя, таков будет и плод.
А крестьянин идёт к дереву Нима, три раза кланяется ему, обходит дерево сто восемь раз, а потом подносит ему цветы, благовония, свечи, фрукты, сладости. После этого он начинает молиться: "О дух дерева нима, будь милостив, дай мне сладкие плоды манго; я хочу сладких плодов манго!" Бедный дух дерева нима: да не в состоянии он их дать, нет у него власти сделать это. Если кому-то хочется сладких плодов манго, тому следует сажать семена дерева манго - и тогда ему не нужно будет просить кого-то о помощи, тогда все плоды, которые он получит, будут сладкими плодами манго. Каково семя, таков будет и плод.
Наша трудность, наше неведение состоят в том, что, сажая семена, мы остаёмся невнимательными. Мы продолжаем сажать семена нима, а когда наступает время сбора плодов, мы вдруг спохватываемся, что нам хочется сладких плодов манго; и давай мы плакать, молиться и уповать на плоды манго. А толку-то нет.

 

Сколько листьев в руке?

Однажды, когда Будда сидел под деревом, к нему пришёл великий философ. Будда был тогда уже очень старым, и в течение нескольких месяцев он должен был уйти.
Великий философ спросил у Будды: "Сказали ли вы уже всё, что знали?"
Будда взял в руку несколько сухих листьев и спросил философа: "Как вы думаете, сколько листьев у меня в руке? Больше ли их, чем сухих листьев в этом лесу?"
Весь лес был полон сухих листьев; ветер дул повсюду, и сухие листья создавали много шума и много музыки. Философ посмотрел и сказал: "Что за вопрос вы задаёте? Как вы можете иметь больше листьев в руке? У вас их несколько, самое большое -- дюжина, а в лесу их - миллионы". И Будда ответил: "То, что я сказал, это только несколько листьев в моей руке. А то, что я не сказал, это все сухие листья в этом лесу".
Философ воскликнул: "Тогда ещё один вопрос! Почему вы не сказали всего этого?" Будда ответил: "Потому что это не поможет Вам. Даже если бы я хотел сказать это, оно не может быть сказано. Вы должны пережить и тогда узнаете это. Оно идёт через переживание, через существование".

 

Слезливая старуха

Одна старая женщина всё время плакала. Причина состояла в том, что её старшая дочь вышла замуж за торговца зонтами, а младшая - за торговца лапшой. Когда старуха видела, что погода хорошая и день будет солнечным, она начинала плакать и думала: "Ужасно! Солнце такое огромное, и погода такая хорошая, у моей дочки в лавке никто не купит зонтик от дождя! Как же быть?" Так она думала и поневоле начинала стенать и сокрушаться. Если погода была плохая и шёл дождь, то она опять плакала, на этот раз из-за младшей дочери: "Моя дочь торгует лапшой, если лапша не высохнет на солнце, её будет не продать. Как же быть?"
И так она горевала каждый день при любой погоде: то из-за старшей дочери, то из-за младшей. Соседи ни как не могли её утешить и в насмешку прозвали "слезливой старухой".
Однажды ей встретился монах, который спросил её, почему она плачет. Тут женщина выложила все свои горести, а монах громко рассмеялся и сказал:
- Госпожа, не убивайся так! Я преподам тебе Путь Освобождения, и ты не будешь больше плакать.
"Слезливая старуха" необычайно обрадовалась и стала спрашивать, что это за способ. Монах сказал:
- Всё очень просто. Ты только измени свой образ мыслей - когда хорошая погода и светит солнце, ты не думай о зонтиках старшей дочери, а думай о лапше младшей: "Как светит солнце! У младшей дочки лапша хорошо подсохнет, и торговля будет успешной". Когда идёт дождь, думай о зонтиках старшей дочери: "Вот и дождь пошёл! Зонтики у дочки наверняка продадутся очень хорошо".
Выслушав монаха, старуха вдруг прозрела и стала поступать так, как сказал монах. С той поры она не только больше не плакала, но всё время была весела, так что из "слезливой" старухи она превратилась в "веселую".

 

Слепая вера

Будда разрушал авторитеты, с горькой иронией бичевал он книжную премудрость, как пустой вздор или же дерзкое сумасбродство; к кастовому высокомерию брахманов он относился с не меньшей строгостью: «Кто, повторяя песни и изречения древних мудрецов, вообразит себя таким же, как они, мудрым, тот уподобляется простолюдину или рабу. Ученик верит в то, во что верит учитель; учитель верит в то, что он узнал от предшествующих учителей. Речь брахмана похожа на вереницу слепых: стоящий впереди ничего не видит, стоящий посредине ничего не видит, стоящий позади ничего не видит. Как же тут быть? Разве при таких условиях вера брахманов чего-нибудь стоит?»