Русская геополитическая мысль начала 20 века. Роль трех больших океанических бухт и работах В.П. Семенова – Тян-Шанского. Трактовка начала истории Д.И. Менделеева

Геоп.Мысль: Если в работах Милютина и Данилевского геополитические идеи были похожи на вкрапления в военную географию и статистику, в теорию социальных общностей, то в начале XX в. появились оригинальные геополитические работы. К их числу можно смело отнести солидный труд А. Вандама “Наше положение”, вышедший в 1912 г. Давая характеристику местоположения России, он, в частности, пишет: “Несмотря на большие размеры своей территории, русский народ, по сравнению с другими народами белой расы, находится в наименее благоприятных для жизни условиях”. Ученый констатирует: “Страшные зимние холода и свойственные только северному климату распутицы накладывают на его деятельность такие оковы, тяжесть которых совершенно незнакома жителям умеренного Запада. Затем, не имея доступа к теплым наружным морям, служащим продолжением внутренних дорог, он испытывает серьезные затруднения в вывозе за границу своих изделий, что сильно тормозит развитие его промышленности и внешней торговли и, таким образом, отнимает у него главнейший источник народного богатства” Вандам полностью разделяет точку зрения Милютина, что главным геополитическим, геостратегическим противником нашей страны является Англия. Если пользоваться понятиями геополитики, то он говорит о противостоянии морской и континентальной держав. По этому поводу он пишет: “Главным противником англосаксов на пути к мировому господству является русский народ”. И главные цели их – оттеснить русских “от Тихого океана вглубь Сибири”, вытеснить Россию из Азии на Север от зоны между 30-м и 40-м градусами северной широты”. Геополитические работы Вениамина Петровича Семенова-Тян-Шанского считают классическими. Семенов-Тян-Шанский выделял на земной поверхности обширную зону между экватором и 45° северной широты, где расположены три большие океанические бухты: Европейское Средиземное море с Черным, Китайское (Южное и Восточное) море с Японским и Желтым, Карибское море с Мексиканским заливом Географ пишет, что здесь, у трех средиземных морей и двух полуостровов между ними – Индостанского и Малоазийско-Аравийского, выросли наиболее сильные и оригинальные человеческие цивилизации и государственности – арийцев-семитов, монголов-малайцев и ацтеков-инков, “в то время как остальные слабые племена и расы рода человеческого большею частью застыли в неолитическом веке”. В этой зоне, по его мнению, сформировались наиболее сильные цивилизации и религиозные системы. “Господином мира”, полагал он, будет тот, кто “сможет владеть одновременно всеми тремя морями”, тремя “господами мира” будут те три нации, “каждая из которых в отдельности завладеет одним из этих морей”. Семенов-Тян-Шанский описывает три исторически сложившиеся системы геополитического контроля над пространством. Первая система – кольцеобразная. Появилась она на Средиземноморье в незапамятные времена. Сухопутные владения державы-метрополии представляли собой кольцо, позволявшее контролировать внутреннее морское пространство. Замыкали в кольцо свои владения греки, карфагеняне, римляне, венецианцы, генуэзцы. Вторая система – клочкообразная, или точечная. Она применяется европейцами начиная с эпохи Великих географических открытий. Порты, пункты, военные базы построены по морям и океанам в стратегически важных географических точках планеты. Третья система – континентальная. Таковой система является, если владения господствующей державы охватывают территорию “от моря до моря”. Наибольшего успеха в ее создании добились русские и американцы. Менделеев: В работе, написанной на склоне лет, он анализирует геополитические проблемы, которые видны его “угасающему взгляду”. Этот “угасающий взгляд” проник в сущность геополитических концепций начала XX в. и предсказал суть процессов, которые в третьем тысячелетии называют мобилизационными. Дмитрий Иванович дал оригинальную трактовку начала истории, которая “могла начаться, по его мнению, только после сложения сельского хозяйства у народов или пастушеских, или земледельческих, в особенности у последних, всего же сильнее и выразительнее у тех оседлых народов, которые сумели сочетать скотоводство с земледелием” Менделеев приводит точные расчеты:

“Когда в умеренных климатах Европы приходится примерно около 3–4 десятин на среднего жителя, тогда становится уже тесно и является надобность в переселении... сокрытая цель войн состоит в занятии земли... Войны чаще всего начинают вести пастушеские племена, кочевые народы, потому что им нужны большие площади земли, для прокормления своих умноженных стад”. Лекарством от подобного рода войн он называет усиленное развитие промышленности, которая дает возможность получать населению более высокие доходы.

 

17. Иван Александрович Ильин его взгляд на Россию, как «живой организм».Иван Александрович Ильин (1882–1954). Его взгляды перекликаются с “органической теорией” отца термина “геополитика” – шведского ученого Рудольфа Челлена. Как и последний, Ильин считал, что государство, страна с ее населением является “живым организмом”. Россия как “живой организм” складывалась веками не как “механическая сумма территорий”, а как “органическое единство”. В формировании этого единства решающую роль, считал он, играет земля, географическая среда. По этому поводу он пишет: “С первых же веков своего существования русский народ оказался на отовсюду открытой и лишь условно делимой равнине. Ограждающих рубежей не было; был издревне великий “проходной двор”, через который валили “переселяющиеся народы”,– с востока и юго-востока на запад. Поэтому Россия была организмом, вечно вынужденным к самообороне”. Ильин особо подчеркивает, что расчленение организма на составные части всегда было болезненным распадом, процессом разложения, брожения, гниения и всеобщего заражения. В нашу эпоху, по его мнению, в этот процесс будет втянута вся Вселенная, распри и гражданские войны в России будут постоянно перерастать в мировые столкновения, державы всего мира будут вкладывать свои деньги, интересы, стратегические расчеты во вновь возникшие малые государства и станут соперничать друг с другом, добиваясь преобладания “опорных пунктов”, будут покушаться на прямое или скрытое “аннексирование” неустроенных и незащищенных новообразований.Как видим, Ильин пророчески предсказал, куда будут направлены взгляды Германии, Англии, Японии, США, Канады при условии расчленения России, и тогда она превратится в вечный источник войн.

 

18. Евразийское движение Л.Н. Гумилев, его теория основанная на идее пассионарных толчков.Русская геополитическая школа, как мы отмечали, имела несколько течений, и наиболее мощное из них – евразийское. Главная тема евразийского движения – это утверждение самобытных основ российской истории и культуры. Для этого движения характерна также разработка своих собственных, порой весьма оригинальных взглядов на мировую и русскую историю.В концепции евразийцев Россия является особым этногеографическим и культурным миром, занимающим срединное положение (“Хартленд”) между Западом и Востоком, Европой и Азией. Идеи евразийства были возрождены Львом Николаевичем Гумилёвым, которого судьба свела с Савицким, оказавшим на него огромное влияние. Гумилёв исследовал биоэнергетическую доминанту этногенеза и назвал ее пассионарностью. Их евразийская концепция была синтезом истории и географии (геополитики), а доктрина Гумилёва опиралась на выводы истории, географии и естествознания. Именно пассионарные толчки определили ритмы Евразии, полагал Гумилёв. Они обусловили приоритет тех или иных сил в разные периоды формирования единого мегаконтинента – Евразии. Особенно четко сформулированы эти идеи в его статье “Горе от иллюзий”, где автор утверждает:“Можно, конечно, продолжать считать, будто история определяется асоциально-экономическими интересами и сознательными решениями. Но... в жизни человеческой нет ничего более нестабильного, чем социальное положение... Но никакими усилиями и желаниями не может человек сменить свою этническую принадлежность... Не заставляет ли это предположить, что в недрах многообразной этнической стихии человечества сокрыты глобальные и объективные закономерности исторических процессов?”. Итак, Гумилёв считает, что отличия одного этноса от другого определяются не “способом производства”, “культурой” или “уровнем образования”. Этносы отличаются друг от друга стереотипами поведения, которые человек усваивает в первые годы жизни от родителей, сверстников, а затем использует всю жизнь. В этносе в отличие от общества работают не сознательные решения, а ощущения и условные рефлексы. Этнос, каждый человек приспосабливается к географической и этнической среде. Гумилёв утверждает, что, стремясь к своему идеалу, люди пассионарные часто жертвуют своей жизнью ради других, но для достижения своих практических целей они перестраивают саму этническую систему, меняют ее стереотипы поведения и цели развития. Но самыми тяжелыми моментами в жизни этноса (в жизни людей) бывают смены фаз этногенеза, фазовые переходы. Фазовый переход – это кризис, связанный с изменением уровня пассионарности, с психологической ломкой стереотипов поведения ради приспособления к новой фазе. Необходимо знать, что любой процесс этногенеза может быть насильственно оборван извне (агрессии, эпидемии и т. д.). Гумилёв выделяет три основных формы контактов этносов: Симбиоз – сочетание этносов, при котором каждый занимает свою экологическую нишу, свой ландшафт, полностью сохраняя свое национальное своеобразие. Ксения – сочетание, при котором один этнос – “гость”, вкрапление в теле другого. Химера – соединение несоединимого.