СОЦИАЛЬНАЯ ПОМОЩЬ НА КОЛОНИАЛЬНОМ ВОСТОКЕ

Следующим — после древности и Средневековья — пери­одом в истории стран Востока стал колониализм, обуслов­ленный потребностями развития капиталистической Евро­пы. Первые европейские колонии на азиатском, африкан­ском и американском континентах появились в XV-XVI вв., когда были совершены Великие географические открытия. Они принадлежали в основном Испании и Португалии, имев­шим тогда значительное превосходство на море, но в XVII в. большинство португальских колоний было захвачено Голлан­дией, которая первая из европейских стран вступила на путь капитализма. Проведя ряд успешных войн с Голландией, круп­нейшей колониальной державой во второй половине XVII в. стала Англия, которая после буржуазной революции 1640-1650 гг. выходила в мировые лидеры по уровню эконо­мического развития. Два следующих столетия прошли под зна­ком расширения ее колониальных владений, которые нахо­дились уже не только в Азии, Африке и Америке, но и в Австралии, присоединенной к ней в 1770 г., хотя она посто­янно испытывала противодействие со стороны Франции. К концу XIX в., когда создание колониальной системы было завершено, практически все страны Востока находились в той или иной степени зависимости — как политической, так и экономической — от западных держав.

Формы колониализма.Колониализм в широком смысле представлял собой хозяйственное освоение пустующих или слабозаселенных земель, а также оседание на заморских тер­риториях мигрантов из стран Европы, которые были носи­телями западной культуры, вступавшей в активное взаимо-

 

действие с восточной. Можно выделить четыре формы, в ко­торых он в основном протекал. Первая из этих форм заключа­лась в том, что пустующие или слабозаселенные земли осва­ивались европейскими колонистами, которые составляли значительную часть их населения. Что касается коренного населения этих земель, то оно оттеснялось в труднодоступ­ные места или вообще истреблялось. Так, в конце XVIII в. началась английская колонизация Австралии, в ходе кото­рой ее коренное население подвергалось массовому истреб­лению. Судьбу австралийских аборигенов разделили североа­мериканские индейцы и новозеландские маори, а также южноафриканские племена, на землях которых закрепились потомки голландских, немецких и французских колонистов, называвшиеся бурами. Страны, пережившие первую форму колониализма, — Северная Америка, Австралия, Новая Зе­ландия и Южная Африка — развивали свою государствен­ность по западному образцу, которому только и могли следо­вать выходцы из Европы. Созданные в них государства, выра­жавшие интересы частных собственников, не могли игнори­ровать социальные проблемы, которые особенно обостри­лись в связи с промышленным переворотом. Поэтому с пер­вых своих шагов они развивали социальное законодательство, основу которого составляли правовые нормы метрополий, приспособленные к условиям их бывших колоний. Среди або­ригенов, которых это законодательство практически не каса­лось, сохранялись традиционные формы помощи нуждаю­щимся, уходившие своими корнями во времена первобыт­ной общины.

Вторая форма колониализма имела место в тех странах, коренное население которых не только численно превосхо­дило европейских поселенцев, но и имело развитую государ­ственность. Представленная в истории культуры колонизаци­ей Центральной и Южной Америки, она имела своим ре­зультатом создание государств, сочетавших в себе западные и восточные черты. Социальная политика этих государств была не очень активной, а помощь нуждающимся в них принима­ла в основном традиционные формы, существовавшие уже не одно столетие. Что касается третьей формы колониализ­ма, то она существовала в тех странах, условия жизни кото-

 

рых — например, африканские джунгли— были неблагоп­риятны для европейцев. Используя систему форпостов, евро­пейские колонизаторы устанавливали сначала экономичес­кий, а затем и политический контроль над этими странами, население которых практически не имело государственности. Привычные для них модели поведения почти не распростра­нялись на коренное население их колоний, которое сохраня­ло верность традиционному образу жизни, включавшему в себя заботу общины о тех, кто находится в нужде. Наконец, четвертая —- наиболее распространенная — форма колониа­лизма встречалась в тех странах, которые противопоставляли европейской экспансии развитую культуру, включая государ­ственность. Колонизаторы в этих странах (например, в Ин­дии) составляли меньшинство населения, жившего в усло­виях развитого восточного общества, которое управлялось местными правителями на основе многовековых традиций. Верность этим традициям служила гарантом защиты корен­ного населения от социальных потрясений, которых восточ­ное общество практически не знало, пока в результате коло­ниальной экспансии в нем не стала набирать силу частная собственность.

Колониализм в собственном (или узком) смысле включал в себя две последние формы, для которых было характерно стремление европейских стран навязать всему остальному миру привычный им образ жизни, определявшийся господством частной собственности. Начало ему было положено в XVI в. торговой экспансией на Востоке, которая стала возможной благодаря разграблению Америки, осуществленному испан­скими и португальскими конквистадорами. Золото и сереб­ро, хлынувшие из Нового света в Старый, использовались европейцами для торговли со странами Востока, которые славились производившимися в них пряностями, а также из­делиями своих мастеров. В XVII в. тон в этой торговле задава­ли уже голландцы, а в следующем столетии — англичане и французы. Хотя торговая экспансия в страны Востока осуще­ствлялась частными европейскими компаниями, она всегда поощрялась государством, пытавшимся создать для нее наи­более благоприятные условия. К середине XIX в. наиболее крупные из этих компаний (например, Ост-Индская в Анг-

 

лии) перешли под контроль государства, а торговая экспан­сия уступила место политической, в результате которой на Востоке образовалась колониальная система.

Взаимосвязь колониализма и капитализма.Если под коло­ниями иметь в виду оторванные от первоначального центра поселения, вызванные к жизни потребностями его экономи­ческого развития и сохранявшие свойственную ему социальную структуру, то первенство в их изобретении следует отдать финикийцам, которые в начале 1 тысячелетия до н.э. не зна­ли себе равных в морской торговле. Крупнейшей финикий­ской колонией был Карфаген, основанный в VIIIв. до н.э. и превратившийся впоследствии в могущественную державу Средневековья, для сокрушения которой Риму понадобилось сто лет. Традиции основания колоний, заложенные фини­кийцами, развивались древними греками, а затем и самим Римом В средние века они были подхвачены Венецией и Ге­нуей, которые представляли собой торговые республики, служившие посредниками между Западной Европой и Вос­током. Создание колоний как в древности, так и в средние века имело в своей основе частнособственническую инициа­тиву, которая на Западе всегда поддерживалась государством, а на Востоке в лучшем случае вызывала его настороженность. Развитие этой инициативы сделало актуальной проблему пер­воначального накопления капитала, необходимость решения которой привела к новой волне колониализма, превосходив­шей по своей мощи все прежние.

То, что колониализм стал одним из факторов, способ­ствовавших первоначальному накоплению капитала, не вы­зывает сомнений. Хотя разграбление Америки было осуще­ствлено португальцами и испанцами, они не сумели вос­пользоваться его результатами для перехода в своих странах к буржуазным отношениям, духу которых Макс Вебер ставил в соответствие этику протестантизма, а не католицизма. По­этому капитализм начал развиваться в Голландии и Англии, сумевших извлечь пользу из торговли со странами Востока, которая стала возможной благодаря награбленным в Амери­ке драгоценным металлам. Пока в странах Европы не произо­шел промышленный переворот, их затраты в этой торговле на одну пятую покрывались производившимися в них това-

 

рами, прежде всего оружием, а на четыре пятых— золотом и серебром. С переходом этих стран к машинному производ­ству Восток стал рынком сбыта дешевых европейских това­ров, поток которых расшатывал основы хозяйствования, став­шие для него традиционными. Таким образом, колониализм не только способствовал развитию буржуазных отношений на Западе, но и готовил почву для их становления на Вос­токе.

Развитие буржуазных отношений на Востоке, ставшем объектом колониальной экспансии европейских стран, ока­залось не столь значительным, как можно было бы ожидать. Во многих восточных странах капитализм пустил корни, но ни в одной из них, за исключением Японии, он не утвер­дился полностью. Утверждению его в качестве господствую­щего типа отношений в этих странах препятствовали как го­сударственная собственность, которая подчиняла себе все ее остальные формы, так и традиционная социальная структу­ра, отличавшаяся необычайной прочностью. Сопротивление становлению буржуазных отношений на Востоке проявлялось в усилении народных восстании, а также росте недовольства местной аристократии, традиционные права которой часто ущемлялись колониальной властью. Так, в 1857-1859 гг. Ин­дию потрясало одно из таких восстаний, начавшееся с выс­тупления сипаев, которые были возмущены попранием ко­лонизаторами их религиозных чувств. Англичане его жестоко подавили, но были вынуждены отказаться от резкой ломки традиционного образа жизни, которому оставалась привер­женной подавляющая часть индийцев.

Уникальное положение среди стран Востока занимала Япония, которая в период колониализма сумела синтезиро­вать привычный ей образ жизни с принципами хозяйствова­ния, заимствованными на Западе. Как и соседний Китай, она была ослаблена колониальной торговлей, которая вела к усилению экономической мощи западных стран. Но если в Китае протест против политики колониализма выразился в восстании тайпинов, провозгласивших в 1853 г. Небесное го­сударство великого благоденствия, то в Японии — в револю­ционном перевороте, который устранил власть сегунов и за­ложил основы ее капиталистического развития. В результате

 

 

этого переворота, осуществленного в 1868 г., к власти при­шел император Муцухито, политика которого имела анти­феодальную направленность. Его деятельность— аграрная реформа, замена ежегодных выплат княжеских пенсий еди­новременной компенсацией и передача в частные руки не­эффективных промышленных предприятий, находившихся в государственной собственности, способствовала становлению капитализма в Японии. Социально-экономические преобра­зования в японском обществе были закреплены в конститу­ции, принятой в 1889 г. Согласно этой конституции, в Япо­нии провозглашались демократические свободы и граждан­ские права, без которых развитие капитализма в ней оказа­лось бы невозможным.

Трансформация системы социальной помощи.Колониализ­му в целом не удалось навязать странам Востока чуждый им образ жизни, хотя во многих из них возник капиталистичес­кий сектор экономики, а в Японии он даже стал решающим. Наиболее заметным этот сектор стал в Индии и Египте, ко­торые находились под влиянием Англии, превосходившей многие страны Запада по уровню экономического развития. Так, после ликвидации в 1856 г. Ост-Индской компании Ин­дия стала английской колонией, для управления которой было создано специальное министерство, осуществлявшее контроль за проводившимися в ней реформами. Эти рефор­мы, касавшиеся образования, местного самоуправления и других сторон жизни общества, способствовали укоренению на индийской почве западных идей, основу которых состав­ляло представление о приоритете частной собственности. В сфере экономики они были направлены на поощрение част­ного предпринимательства, в рамках которого складывалась национальная буржуазия. К концу XIX в. в Индии уже сло­жился рабочий класс, который заявлял о себе стихийными выступлениями, направленными на улучшение условий тру­да. Несмотря на сопротивление сторонников традиционного пути развития, капитализм развивался и в Египте, который привлекал внимание англичан своим выгодным географи­ческим положением, дававшим возможность контролировать торговлю между странами Запада и Востока. Развитие буржу­азных отношений на Востоке привело к трансформации сие-

 

темы социальной помощи, которая в предшествовавшие ему времена не претерпевала существенных изменений.

Буржуазные отношения, развивавшиеся в странах Восто­ка, затрагивали незначительную часть их населения. Основ­ная масса людей в этих странах оставалась приверженной тра­диционному образу жизни, который она унаследовала от сво­их отцов и дедов. Гарантом социальной помощи по-прежне­му служила для нее община, испытавшая негативное влия­ние капитализма, но не разрушенная им. Это влияние было обусловлено переходом к плантационной форме выращива­ния сельскохозяйственных культур, а также изменениями в формах собственности на землю, часть которой оказывалась в руках торговцев и ростовщиков. Потребность в социальной помощи особенно возрастала в годы неурожаев, приводив­ших к массовому голоду людей, а зачастую и к их смерти. Понимая свою зависимость от благосостояния общинников, традиционная власть освобождала их в такие годы от уплаты налогов.

Молодой пролетариат в странах Востока формировался за счет разорившихся крестьян, которые уходили в город в по­исках заработка, порывая всякие связи с общиной. Хотя чис­ленно он был еще невелик, его возникновение означало из­менение в социальной структуре этих стран, которая всегда отличалась стабильностью. Поскольку система социальной помощи, основу которой составляла деятельность общин по защите своих членов, не распространялась уже на все насе­ление стран Востока, ее необходимо было дополнить новы­ми формами, опиравшимися не на традицию, а на законо­дательство. Так, стихийные выступления индийского проле­тариата в конце XIX в. подтолкнули колониальную власть к выработке фабричного законодательства. С 1891 г. в Индии за­прещалось использовать на фабриках труд детей до девяти лет, а длительность рабочего дня стала понемногу сокра­щаться, хотя в начале XX в. она была еще — по европейским меркам — очень велика (12-14 часов). Как Индия, так и дру­гие страны Востока, испытавшие влияние европейского ко­лониализма, распадались на две части — капиталистическую и традиционную. В первой из этих частей, включавшей в себя прежде всего крупные города с европейскими кварталами,

 

шел более или менее интенсивный процесс развития буржу­азных отношений, тогда как во второй, которая охватывала преимущественно сельские районы, он был почти неощу­тим. Развитие капитализма на Востоке влекло за собой обо­стрение социальных проблем, которые не могли уже быть смягчены традиционными методами. Поэтому там, где оно протекало особенно интенсивно, возникала социальная ра­бота, доказавшая уже свою эффективность в странах Запада. Первые школы, осуществлявшие на Востоке подготовку спе­циалистов в области профессиональной помощи нуждающим­ся, были открыты еще в 30-х годах в Индии и Египте.

В отличие от других стран Востока, Япония после револю­ции 1868 г. сама избрала капитализм в качестве пути своего развития, а не привязывалась к нему насильно западными державами. Тем не менее становление в ней буржуазных от­ношений также сопровождалось обострением социальных проблем, затрагивавших прежде всего представителей низ­ших слоев общества. Согласно аграрной реформе, осуществ­ленной императором Муцухито, крестьяне не получали зем­лю безвозмездно, а выкупали ее за небольшую плату. Те из них, кто не могли выкупить свой участок, становились арен­даторами или батраками, а часто просто уезжали в город, где они попадали на промышленные предприятия. Рабочие этих предприятий жили в нищенских условиях, а трудиться им приходилось по 12-14 часов в сутки.

Специфика раннекапиталистического пути Японии заклю­чалась в том, что он был пройден ею сравнительно быстро. Специалисты объясняют ее действием двух факторов, одним из которых является раннее развитие японского профсоюз­ного движения, а другим — «культивирование патерналистс­ких традиций, стремление предпринимателей наладить пря­мой контакт со своими рабочими на началах гармонии труда и капитала»1. К особенностям общественной жизни Японии Д.П. Пендюрина относит группизм, корни которого следует искать в организации традиционной семьи. Японская семья традиционно строилась таким образом, что старший сын наследовал имущество отца, а остальные шли в ученики к

1 Васильев Л.С. История Востока: В 2 т. М, 1994. Т. 2. С. 221.

 

мастеру, который передавал им секреты своего искусства в обмен на их преданность ему. Поэтому «японцы ориентиру­ются и ментально, и эмоционально на внутреннее простран­ство своей группы, на ее микромир, на существующие в ней иерархические и патерналистские отношения»1. Выбор па­тернализма в качестве основного принципа социальной по­мощи позволил Японии избежать тех потрясений, которыми сопровождалось развитие капитализма в странах Запада.

1 Пендюрина Л.П. Семья в структуре общественных отношений в Японии // Научно-теоретическая конференция «Первые межрегиональные научные чте­ния по актуальным проблемам социальной истории и социальной работы». Те­зисы докладов и сообщений 25-26 мая 2000 г. Новочеркасск, 2000. С. 90.