САНЖИРОВКИ -ВИТАМИННЫЙ КОНЦЕНТРАТ ТУРНИСТА 3 страница

При этом главное действие, бросок ногами, должно попадать на вто­рую половину подъема и выполняться так, чтобы общее перемеще­ние тела к моменту перехода в полет (к. 10) было направлено «на взлет», вверх-назад. Если это условие выполняется, то движение мо­жет быть совершенно великолепным: высоким, отлично «прокру­ченным», с большими возможностями дальнейшего усложнения. Надо подчеркнуть, что эта двигательная форма — одна из самых гар­моничных для турни ста, так как правильно построенный поздний бросок биомеханически идеально здесь работает, одновременно да­вая и высокий вылет в нужном направлении, и активное вращение по сальто.

...Прошло время. Невостребованный элемент (как и целый ряд других, включая те, что фигурировали на плакатах в гимнастическом зале Цахкадзора) был опубликован автором этих строк в одной из книг, в статьях. А в 1979 году появился и исполнитель — Петер Ко­вач, да не соскока, а — сальтового перелета в вис! Движение получило имя его реализатора и стало называться, увы, не именем Бойко или Марченко, а «перелетом Ковача». А еще позднее появились движе­ния типа «хоффманн» (2'/2 сальто в соскок), а также аналоги этих элементов, исполняемые на махе назад («гейлорд»-1 и II)... Но это уже другая история.


___________________________________ 28. На этажах мощности

НА ЭТАЖАХ МОЩНОСТИ

Класс исполнения гимнастического упражнения зависит от мно­гих причин, но одна из важнейших — физический потенциал движе­ния, о смысле которого — чуть позже. От него зависят многие другие показатели — легкость выполнения программного вращения, воз­можность варьировать позу (например — допустимая степень вып­рямления в полете), свобода управления двигательным действием и др. Рассмотрим в этой связи некоторые моменты.

На рис. 23 — матрица, в которой отражены два важнейших при­знака движений на перекладине (хотя всё здесь говорящееся в той же степени существенно вообще для любых гимнастических упражне­ний, носящих динамический характер). Первый из этих призна­ков — программное движение; здесь это — вращение тела, обозна­ченное буквой ф, «фи» (изменение программы вращения показано по горизонтали рисунка четвертями сальто, начиная с полного одинар­ного; каждый вид программы обозначен строчными буквами). Вто­рой признак — интересующий нас потенциал движения, обозначен­ный буквой «Т» (его изменение показано по вертикали в виде услов­ных этажей, помеченных римскими цифрами 8). На пересечении полученных «строчек» и «столбцов» — конкретные варианты движе­ний (в том числе чисто учебных), различающихся программой и (или) физическим потенциалом.

Погуляем немного по этим клеткам и вообразим себе ситуации с изменением техники, например, сальтовых движений в зависимости от фазы их освоения и совершенствования.

Под номером «1» показано самое примитивное сальто назад, какое только может быть: высота вылета и «крутка» настолько малы, что единственная задача исполнителя (не будем называть его «гимнас­том») — встать на ноги. Примерно так иногда делают сальто солдаты,

"Формально, физический потенциал движения наиболее естественно опреде­лять через полную величину кинетической энергии, включающую в себя энер­гию поступательного и вращательного движения тела гимнаста. Но в примене­нии к полетным гимнастическим движениям это не совсем показательно и порой может вводить в заблуждение. Например, резко «срывное» движение с низким, непродолжительным полетом и быстрым вращением, характеризуется значительной кинетической энергией, но продуктивно использовать ее невоз­можно. Поэтому весьма важно учитывать не только энергонасышение, но и время безопорного движения (определяемое высотой подлета относительно опо­ры). В нашем примере мы используем условный критерий потенциала движе­ния, который можно представить себе как произведение от кинетического мо­мента тела гимнаста и времени полета.


ПЕРЕКЛАДИНА_________________________________________________

никогда не занимавшиеся гимнастикой, но достаточно смелые и азартные, чтобы, не снимая сапог и гимнастерки, показать этакий «трюк». При серьезной работе над движением, гимнаст никогда не станет даже пробовать такое «солдатское сальто», а будет продвигать­ся к цели, опробовав хотя бы сальто прогнувшись «2» (но также не заучивая его) и сосредоточившись далее на освоении и совершенство­вании одинарного сальто выпрямившись «3». Это последнее движе­ние — не просто «бланш», но — «бланш» профилирующий (25). Он от­крывает пути к освоению многих других упражнений этого «профи­ля». Некоторые из них отражены и на нашем рис. 23.

Поднимемся еще на один этаж по вертикали «а». Это упражнение «4», представляющее собой одинарное сальто, скорее всего выпря­мившись, и по общей мощности превосходящее базовое сальто «3». Поразмышляем, чем случай «4» должен отличаться от случая «3». Если движение будет делаться на той же высоте, но быстрее (ведь его


На этажах мощности

потенциал выше), то гимнаста неизбежно ожидает «перекрут». Если же прирастут только высота и время в полете, исполнитель все равно получит избыточное вращение, отличающееся от программного. Что же нужно делать, чтобы после такого форсированного сальто все же оказаться на ногах, а не на спине или голове?

Решение такой задачи возможно только на основе введения в со­став основных действий этого сальто некоторого «контртемпа», по­добного описанному в связи с сальто сгибаясь-разгибаясь (23), и это серьезно меняет технику упражнения, которая будет существенно отличаться от базовой техники, присущей варианту «3». Так что саль­то «4» это вовсе не «улучшенный» вариант профилирующего «блан-ша» «3», это вообще структурно другое движение, могущее давать даже отрицательный перенос навыка!

Вернемся еще раз к профилирующему сальто «3». Его потенциал оказывается достаточным, чтобы, нисколько не прибавляя мощнос­ти движения и ничего не меняя в исходных параметрах полета (крут­ка, возможная высота вылета) освоить и выполнять двойное сальто в группировке. Можно, например, все больше и быстрее подгруппиро-вываясь после отхода в полет, сначала попробовать «перекрученное» сальто с четвертью на спину «5», затем, пропуская неприятный вари­ант полуторного сальто «6», сразу перейти к неполному двойному на живот «7», а после этого и «выкрутить» полное двойное «8».

Такой путь работы, действительно, возможен (соответствующее сальто разучивали и делали еще в 60-х годах, до эпохи поролоновых ям), но по нынешним меркам он бесперспективен, так как движение, получаемое в итоге, есть лишь простейший небазовый вариант, вы­полняемый в относительно плотной группировке, а значит плохо управляемый и совершенно непригодный для введения поворотов.

Более перспективен и естествен путь от профилирующего сальто «3» к двойному с увеличенным потенциалом «9». В этом случае гим­наст тоже использует для «подкрутки» группировку, но всё менее плотную, и все больше интенсифицирует действия на опоре включая «накат» и «курбет» (20). Результатом такой работы становится перс­пективное сальто в полугруппировке, о качествах которого мы уже говорили (25). Но и это, конечно, не идеал. Совершенствуя подобные Движения, гимнаст должен постоянно работать над повышением фи­зического потенциала упражнения. В нашем примере достойной целью такой работы является двойное сальто выпрямившись «10», которое — при правильной технике — может стать для гимнаста ос­новной множества самых удивительных достижений, включая перс­пективные тройные «11»,«12» и многое другое.


ПЕРЕКЛАДИНА


29. Одно равно д в у м , а два...


 


29. ОДНО РАВНО ДВУМ, А ДВА...

Обсуждая соотношение движений по их физическому потенциа­лу (28), мы уже имели возможность заметить, что в одном полноцен­ном одинарном сальто выпрямившись как бы содержится скромное двойное, для которого достаточно группировки в полете. Тем более это справедливо в отношении дополнительно «подкрученных», осо­бо мощных движений, на основе которых можно осваивать двойные сальто в полугруппировке и другие, еще более сложные элементы.

Но тогда естествен вопрос о том, что же гимнасту сулит освоение базового двойного сальто, а тем более — хорошего двойного выпря­мившись (26)?

Здравый смысл подсказывает, что, по всей вероятности, гимнаст может в этом случае подняться еще на ступень и делать уже тройное сальто, что, собственно говоря, давно уже произошло на практике.

Но кроме житейской логики есть еще и более точные выкладки, которые позволяют заглянуть несколько дальше.

Напомним, что успех исполнения вращательных движений в по­лете в физическом смысле зависит, прежде всего, от суммы двух ком­понентов, о которых мы уже говорили в предыдущем сюжете. Эти компоненты — кинетический момент тела гимнаста, то есть общее количество вращательного движения, полученного спортсменом на снаряде перед переходом в безопорное положение, и — время, в тече­ние которого гимнаст может этим вращением распоряжаться. Проще говоря, физический потенциал гимнаста в полете тем больше, чем сильнее у него начальная «крутка» и чем выше он вылетел после отхо­да с опоры.

Какова же энергетика двойного сальто? Вопрос, впрочем, не вполне корректный: ведь мы уже знаем (см. предыдущий сюжет), что движение может существовать на разных «этажах» мощности. Сальто может называться во всех случаях одинаково («двойное в группиров­ке»), а его реальный потенциал будет совершенно разный. Действи­тельно, элементарное двойное назад можно «превратить» только в то движение, от которого оно и произошло — в одинарное прогнувшись или выпрямившись и им подобное. Совершенное двойное, взятое в базовой форме («10» нарис. 23), то есть — на хорошей высоте, в полу­группировке и с ранним раскрытием перед приземлением, дает не только возможность уверенного исполнения самого этого соскока, но и открывает возможности для его усложнений (двойное согнув­шись, «цукахара», двойное согнувшись с полувинтами и проч.). Од­нако, главный скачок в усложнении, который позволяет сделать та -


кое базовое сальто, будь оно освоено, это выход на уровень тройного сальто.

Но есть еще мощностной уровень двойного сальто прогнувшись или выпрямившись. Сразу оговоримся, что, конечно, мы имеем в виду не абы какое движение с таким названием, а полноценное двой­ное выпрямившись (26), потенциал которого еще выше, чем в базо­вом двойном сальто.

Что же сулит гимнасту освоение и дальнейшее развитие такого соскока?

Во-первых, как мы уже отмечали, это — высшая базовая форма для подобных движений, то есть она открывает самые широкие воз­можности для успешного разучивания и исполнения многих других, еще более сложных и эффектных упражнений профиля. Каких?

Ну, все движения мы здесь просто не назовем, ибо их — десятки. Но прежде всего отметим, что по своим характеристикам базовое двойное выпрямившись — идеальная основа для исполнения самых сложных пируэтных вращений; хорошо «обкрученный» гимнаст мог бы делать на этой основе аж до пяти «пируэтов». Далее: хорошая вы­сота полета и полноценное вращение тела дают в этом случае возмож­ность свободного исполнения тройного сальто, надежность которого обеспечивается неполным группированием (25) либо в форме полу­группировки, либо движением согнувшись, что тоже возможно (см. движения «11—12» на рис. 23). Тройные сальто могут, в свою очередь, насыщаться многочисленными вариантами усложняющих действий (подробнее об этом — в сюжете 30).

Однако, приведенные примеры развития двойного выпрямив­шись и тройного сальто, как ни парадоксально, движения более сложные и, пожалуй, менее доступные, чем... четверное сальто, кото­рое можно делать на той же основе, так как энергетика двойного «бланша» вполне позволяет это сделать.

Здесь автор слыши,т голос своих оппонентов, которые качают го­ловой и говорят что-то вроде: это сальто неуправляемое, никому не захочется ломать шею, пусть «ученые сами делают» и проч. Но ведь скептики были всегда, и если не наука (к которой они всегда относят­ся пренебрежительно), то сама жизнь всегда их посрамляла. Автор прекрасно помнит как кое-кто из тренеров сборной СССР яростно твердил когда-то, что «тройное сальто невозможно», а по поводу предложенных нами оригинальных элементов на перекладине и дру­гих снарядах (в числе которых были «ткачевский», «перелет Ковача» идр.), иронически говорилось, что это, мол, «элементы для манеке­нов, а не для живых людей»... Где эти скептики теперь?


 




ПЕРЕКЛАДИНА


Уплотненное сальто


 


30. УПЛОТНЕННОЕ САЛЬТО

В гимнастическом (акробатическом, батутном) обиходе принято связывать усложняющие действия, выполняемые в полете (поворо­ты, изменения позы и др.), с фазами вращения вокруг фронтальной оси. Особенно это характерно для двойных сальто. Говорят, допус­тим, так: «пируэт — сальто» (то есть—двойное сальто с поворотом на 360° «в первом» и без поворота «во втором»), или: «полпируэта — сальто вперед» (значит, в двойном сальто первое из них делается с поворотом кругом, а второе — просто «гладкое» вперед). Так или ина­че, всегда выходит, что усложняющие действия в полете «закрепле­ны» за конкретным сальто. Так ли это?

И да, и нет.

Да, потому что гимнасты, акробаты, действительно, очень часто строят полетное движение «посальтово». Это вполне естественно, привычно и, до известной степени, связано с особенностями ориен­тировки в пространстве. Да и логически это убедительно: первое сальто — такое, а второе — вот такое...

Но и — нет. Поскольку, чем сложнее становятся соскоки, прыж» ки, тем условнее становятся и эти связи между вращениями «по саль­то» и сопутствующими им дополнениями. Достаточно сказать, что и повороты и любые другие усложняющие действия в полете могут со­вершенно независимо от вращения в сальто смещаться из одной фазы полета в другую (35), попадая при этом, например, на окончание од­ного и начало другого сальто-мортале. И тут уж вообще невозможно сказать куда относится поворот — «к первому»? «ко второму»?

Наш недремлющий критик уже готов возразить. Не в этом дело! — Воскликнет он. Суть в том, чтобы как-то уточнить структуру движе­ния, отметить его сложность, уметь его правильно называть, отличая от других вариантов упражнения. Что ж, с этим можно бы и согла­ситься, но нельзя не видеть, что эти определения движений все равно очень не точны, да и в принципе не могут быть точными, так как на самом деле усложняющие действия, строго говоря, вообще никак не привязаны к вращению «по сальто». Полетная стадия в упражнениях гимнастического типа — независимо от числа и углового пути саль-товых вращений — представляет собой как бы единое свободное про­странство, которое может заполняться как угодно (187). Оно подоб­но кузову грузовой машины: его можно загрузить, а можно про­ехаться порожняком; можно забить до отказа или оставить пустое место; маленький груз можно приткнуть к кабине водителя, а можно передвинуть к заднему бортику...


Какое отношение это имеет к вопросу о соскоках или перелетах, исполняемых на перекладине? Да самое прямое!

Дело в том, что сложные полеты на перекладине (особенно, конечно, соскоки, поскольку они имеют наибольшие ресурсы движения в безопорном положении) на нынешнем этапе развития гимнастики могут и должны строиться по принципу независимо­сти вращения по сальто и их усложнений. Следуя этому принципу, можно выполнять интереснейшие каскады движений, могущие решительно изменить наше представление о полетных упражне­ниях. Поясним сказанное примером. Представим себе некое двойное сальто, которое можно усложнить введением дополнительных дей­ствий в полете. Если мыслить по-старому, то в каждом сальто этого воображаемого соскока должно быть по одной усложняющей добав­ке, как в приводившихся выше примерах. Но в действительности это совсем не обязательно, и картина усложнений может быть более интересной и прихотливой! Так, соскок, начинающийся по факту отхода как профилирующее двойное назад, может, к примеру, получить такой вид: полпируэта назад прогнувшись — сальто вперед согнувшись с полпируэтом на разгибании сальто назад прогну­вшись. Каждая из этих частей полета не займет полного сальто, но будет просматриваться как самостоятельная фаза, притом, что на базе двойного сальто будет показано как бы три формы движе­ния, составляющих каскад. Аналогичный пример с соскоком по сальто вперед: полпируэта вперед прогнувшись — сальто назад прогнувшись сгиб-разгиб и — пируэт назад. Здесь на двойное сальто приходится даже четыре формы движения. Нечто подобное может быть проделано и в тройных сальто при условии, что гим­наст владеет полетом на уровне базовых требований, в против­ном случае ни о какой «свободе маневра» не может быть, конечно, и речи.

Разумеется, все сказанное относится к гимнастике высшего класса и, быть может, не самого ближайшего дня. Но нет никакого сомнения в том, что все это доступно, что бы об этом ни говорили скептики. Именно на пути освоения таких каскадов — будущее гимнастики, так как их выполнение не требует невозможного — ни нечеловеческих усилий, ни фантастических полетов, ни «супер­менских» двигательных качеств. Основные требования к исполните­лям подобных движений хоть и не просты, но обычны и понятны. Это — высококачественная функциональная подготовка, интен­сивная разносторонняя «обкрутка», быстрая реакция и — ясная голова...


 




ПЕРЕКЛАДИНА_____________________________________

НИЗКОЕ НАЧАЛО - НЕ ПОМЕХА

Мы знаем, что в принципе самые высокие и длительные по време­ни вылеты достигаются при вертикальной траектории движения. На перекладине такие движения возможны. Они, действительно, могут дать и высокий вылет, и очень активную «крутку» в упражнениях типа сальто, но... малосимпатичны по причинам, о которых мы уже говорили: даже при сальто в группировке вертикальный вылет не­приятен для гимнаста и даже для зрителя, так как протекает в угрожа­ющей близости от опоры. Тем более это относится к сальто прогнув­шись (26), которые требуют более растянутой траектории; она хоть и пониже вертикальной, но обеспечивает безопасность и, к слову ска­зать, более зрелищна.

Однако, проблема более высокого вылета, особенно при соско­ках, где предельно мощное движение наиболее доступно, всегда су­ществовала и тем более существует теперь.

Тогда естествен вопрос: как построить сальто, в котором доста­точно удачно сочетались бы признаки высокого, хорошо «прокру­ченного», эффектного и безопасного движения?

Сразу скажем: приобрести всё, ни в чем не теряя, трудно. Почти невозможно. Но, однако, существуют некоторые рациональные тех­нические схемы, в которых все необходимые признаки наиболее удачно сбалансированы. Прокомментируем одно из таких решений.

На.рис. 24схематически показан отход на двойное или тройное сальто, отличающийся рядом особенностей.

Движение должно делаться, конечно, на полной мощности, чтобы обеспечить хороший накат (к.к. 1—5, см. также 20—21). Как при сальто в группировке (или согнувшись), так и выпрямившись, важную роль играет здесь хорошо организованное бросковое движе­ние в форме активного курбета при отходе (20), дающее дополни­тельную крутку в сальто (к.к. 4—7). Впрочем, все это —очень важ­ные, но обычные элементы техники. Особенности данного отхода в другом.

Выполняя отход на «пробросе», то есть в данном случае — в про­цессе броскового движения со сгибанием тела, гимнаст будет неиз­бежно притягиват ься к опоре (19), и если отход будет нормальным по времени, то есть на уровне грифа, то неизбежно движение с вылетом к перекладине, а это здесь совсем-совсем ни к чему... Как быть?

Выход существует. Гимнаст может технически обрабатывать все подготовительные и основные, бросковые действия так, чтобы пере­ход в полет происходил несколько раньше, чем у горизонтали, что


Низкое начало — не помеха

обеспечивает вылет по крутой, но все же растянутой в передне-зад­нем направлении траектории (к.к. 7—8).

Анализ показывает, что при верном сочетании всех признаков описываемая работа может дать отличный эффект в виде высокого сальто с очень активным вращением. Особое свойство этого отхода в том, что гимнаст выигрывает на нем не только, а в известном смысле даже не столько за счет максимальной высоты подлета (хотя она очень недурна!), сколько благодаря великолепному общему времени безопорного движения, которое заметно возрастает здесь за счет вос­ходящей части траектории («п» на рис. 24). Более всего подходяща данная техника для исполнения, например, тройного сальто согнув­шись или его комбинированных форм, до сих пор не освоенных. На­пример: первое сальто в группировке (гимнаст будет спокоен за уход от снаряда), второе — с раскрыванием — прогнувшись, третье — в группировке или, по возможности, согнувшись (см. предыдущий сюжет).



Возможно использование описанного отхода и для исполнения двойных сальто выпрямившись. В этом случае также обязательно используется бросок ногами, но необходимое при этом сгибание тела


                   
   
     
 
 
   
   
 
 
 
     
 

ПЕРЕКЛАДИНА_________________________________________________

(к.к. 5—8на рис. 24) должно быть небольшим, «сухим» (1), а раскры­вание производится тут же, после перехода в полет (но не раньше!). В зависимости от нюансов индивидуальной техники, а также от длины тела гимнаста, описанный отход на двойной бланш будет более или менее вариативен, в том числе по времени перехода в полет.

ДЛЯ ЧЕГО НУЖНА ЛЮФТПАУЗА

Мы знаем, что действия так называемой «основной стадии» гим­настического движения, то есть наиболее ответственные, энерго-обеспечивающие, а также управляющие действия, всегда исполняе­мые гимнастом на опоре, в известном смысле неприкосновенны и при любых обстоятельствах не должны страдать, не должны подми­наться никакими другими действиями. Последними, в частности, могут быть действия «стадии реализации», связанные с выходом в конечное положение (например, в подъемах, оборотах), с вращением по сальто и, что довольно типично, с поворотами.

Сказанное весьма актуально в отношении соскоков с поворотами и сложными сальтовыми вращениями. Одна из характерных и очешг неприятных ошибок, возникающих порой при освоении пируэтных


соскоков, это разного рода сбои во вращении, сбросы тела, перекосы в движении, возникающие из-за того, что гимнаст, торопясь успеть сделать поворот, особенно слож­ный и быстрый, начинает «рабо­тать по винту» раньше, чем долж­ным образом будут выполнены бросок и отход. При этом действия «основной стадии» и «стадии реа­лизации» перекрывают друг друга, в результате чего ни те, ни другие не бывают полноцен­ными. Так, при исполнении двойного пируэта назад всег­да есть соблазн начать поворот пораньше, поспешным темпом {рис. 25-а). Гимнаст начинает по­ворот до перехода в полет: руки еще удерживают гриф, а ноги, на­чиная со стоп, уже скручиваются


__________________________ 32. Для чего нужна люфтп а у з а

по продольной оси, провоцируя при этом выход тела из основной плоскости движения. Еще хуже, если в той же фазе упражнения гим­наст не просто сохраняет опору о гриф, но специально отталкивается от нее руками, стремясь форсировать поворот. Такие действия преж­де всего чреваты последующими перекосами в полетном движении и непредсказуемыми осложнениями в доскоке.

Как этого избежать?

В принципе ответ уже понятен: не следует торопиться с началом поворота; начинать его следует только после полного окончания дей­ствий на опоре.

Но этот верный принцип не так легко воплотить в жизнь. Легче всего, если необходимый поворот несложен, а гимнаст хорошо владе­ет техникой. Тогда можно без труда выждать необходимое время и затем сделать быстрый, компактный поворот (как это и нужно уметь делать в профилирующем пируэте!). Но даже и в этом случае не все­гда удается преодолеть психологический барьер, заставляющий гим­наста торопиться с началом поворота. Тем более это трудно в случае со сложными «винтами», которые в любом варианте будут требовать больше времени, чем простые повороты.

Как практически работать над такими движениями, не рискуя попасть в ситуацию, связанную с поворотами от опоры?

Исследования и широкая практика показывают, что наиболее ра­зумный и грамотный путь здесь таков.

1. В любом случае гимнаст, ориентированный на высокие дости­жения, должен в совершенстве владеть пируэтной техникой, осно­ванной на механизме безопорного поворота. Это, в частности, озна­чает основательную и постоянную батутную «обкрутку».

2. Гимнаст должен безупречно владеть «профилирующим пируэ­том», в котором поворот выполняется быстрым, точным движением в высшей точке полетной траектории, именно это является нормой для поворота (рис. 25-в). При этом до и после него должны быть люф-тпаузы (33,150) — то есть хорошо выраженные, а главное — ощущае­мые, осознаваемые и контролируемые гимнастом фазы «гладкого» вращения по сальто без всякого поворота;