ИНОСТРАННЫЕ ТЕРМИНЫ И ВЫРАЖЕНИЯ 77 страница

ЛЕВИ-СТРОС (Levi-Strauss) Клод (р. 28.11.1908, Брюс­сель), франц. этнограф и социолог, один из гл. предс­тавителей франц. структурализма. Чл. Франц. акаде­мии (1973). Испытал влияние франц. социологич. шко­лы Дюркгейма, а также амер. школы культурной ант­ропологии. Методологич. основа структурной антро­пологии Л.-С. — использование нек-рых приёмов струк­турной лингвистики и теории информации в анализе культуры и социального устройства первобытных пле­мён, а также интерпретация правил брака, термино­логии родства, тотемизма, ритуалов, масок, мифов как особого рода языков. Отвергая европоцентризм и ра­сизм, Л.-С. стремится выявить своеобразие и силу «дикарского» мышления, заложившего уже в эпоху неолита основу технич. и интеллектуального прог­ресса. Л.-С. присуща идеализация нравств. устоев пер­вобытного общества в духе Руссо. Полемизируя с экзис­тенциализмом, феноменологией, опровергая сам прин­цип филос. субъективизма в трактовке человека и об­щества, Л.-С. развивает концепцию «сверхрациона­лизма», смысл к-рой — в восстановлении единства чувственного и рационального начал, утраченного совр. европ. цивилизацией. Гармонию этих начал Л.-С. усматривает в первобытном мифологич. мышлении, к-рое стремится не к снятию, а к опосредствованию фунда­ментальных противоречий человеч. бытия (напр., про­тиворечия жизни и смерти) и восходит от оперирова­ния отд. предметами к своеобразной логике чувств. качеств. оставаясь в то же время конкретным, метафо-рич. мышлением. Л.-С. рассматривает мифологич. мыш­ление как коллективное бессознательное, относитель­но независимое от др. аспектов жизни племени, при­знавая его наиболее удобным объектом для выявления «анатомии» человеч. ума и тех его структур, к-рые, по Л.-С., едины для древнего и совр. человека. Гносеоло-гич. аспект «сверхрационализма» Л.-С. состоит в при­знании науч. ценности и принципиальной умопостигае-мости широкого круга явлений, ранее игнорировав­шихся наукой (мысль о разумности любого продукта человеч. деятельности легла в основу др. концепций франц. структурализма). Онтологич. аспект концепции Л.-С. заключается в признании разумности свойством самого мира, самих вещей, а не свойством, привноси­мым субъектом. Методу Л.-С., плодотворному в ана­лизе устойчивых структур и культур, свойственна существ.

методологич. ограниченность, состоящая, в част­ности, в отвлечении от исследования динамики обществ. развития.

• Anthropologie structurale, P., 1958; Le totemisme aujourd'-hui, P., 1962; La pensee sauvage, P., 1962; Mythologiques, v. 1—4, P., 1984—7); Les structures ilementaires de la parente, P.— La Haye, 19672; Anthropologie structurale deux, P., 1973; La voie des

mascfues, t. 1—2, Geneve, 1375; L'identit«, Siminair? interdis-cipliuaire dirign par Claude Levi-Strauss, 1974—l!)7f>, P., 1977· в p-yi·. пер.— Структура мифом, «ВФ», 1970, Λ"<> 7; Колдун и его магия, «Природа», 1974, № 7.

• М е л е т и н с к и й Е. М., Поэтика мифа, М., (976; А в т о-н о м о в а Н. С., Филос. проблемы структурного анализа в гуманитарных науках, М., 1977; Charbonnier G., Entretiens avec С. Levi-Strauss, P., 1969; Leach E. Levi-Strauss, L., 1970; С. Levi-Strauss; the anthropologist as hero Camh. (Mass.)—L., 1970; Lapointe F. H., L a p o-inte С. С., С. Loyi-Strauss and his critics. An international bibliography of criticism (1950—1976), N. Y.— L., 1977· Jen-kins A., The social theory of C. Levi-Strauss, L., 1979.

ЛЕВКИПП (Λεύκιππος), др.-греч. философ. Основопо­ложник атомистики, учитель и друг Демокрита. О жизни Л. ничего неизвестно; местом его рождения различные источники называют Милет, Элею, Абдеру. Упоминаются его соч. «Большой диакосмос» и «О ра­зуме», от второго до нас дошла одна фраза. Согласно Аристотелю, Л. создал своё учение, пытаясь прими­рить аргументы элейской школы о невозможности движения с данными чувств. опыта. В отличие от Пар-менида, допускал существование небытия, т. е. пустоты, разделяющей мельчайшие частицы бытия (атомы). Ато­мы, будучи неделимыми, неизменными и бескачествен­ными, отличаются друг от друга лишь величиной и формой; они находятся в состоянии вечного движения. Сталкиваясь и сцепляясь друг с другом, атомы обра­зуют многообразные вещи.

Детали космогонич. концепции Л. сообщает Диоген Лаэртий. Носясь в пустоте, бесчисл. множества ато­мов порождают вихри, из к-рых возникают миры. Каж­дый вихрь окружает себя как бы оболочкой, препятст­вующей отд. атомам вырываться наружу. Кружась в таком вихре, атомы разделяются по принципу «по­добное стремится к подобному»: более крупные из них собираются в середине и образуют плоскую Землю, более мелкие устремляются к периферии. Нек-рые скопления атомов воспламеняются из-за скорости движения — так возникают видимые нами небесные светила. Процесс космообразования, как и всё, что совершается в мире, закономерен и подчинён необхо­димости. В остальном взгляды Л. практически неот­делимы от дальнейшего развития атомистики в тру­дах Демокрита.

Уже в древности ставился вопрос о реальности Л. По свидетельству Диогена Лаэртия, Эпикур утверждал, что никакого философа Л. вообще не было. В силу этого нем. филолог Э. Роде выдвинул в 1879 тезис о том, что Л. был фиктивным литературным персонажем, придуманным Демокритом. Гипотезу Роде поддержа­ли П. Наторп, П. Таннери, позднее В. Нестле, яро­стным противником её был Г. Дильс; в настоящее время эта гипотеза отвергается большинством исследо­вателей. * Φ р а г м е н т ы: DK II, 70—81.

• Рожанский И. Д., Анаксагор, М., 1972, с. 161—64; Bokovnev P., Die Leukipp-Frage. Ein Beitrag zur For­schung nach der historischen Stellung der Atomistik, Dorpat, 1911.

ЛЕГАЛЬНОСТЬ И МОРАЛЬНОСТЬ, одно из осн. понятий этики Канта, вытекающее из его концепции автономии морали. Согласно Канту, действие мораль­но лишь в том случае, если при его свершении воля руководится только нравств. законом — категоричес­ким императивом, т. е. если действие совершается исключительно ради него. Если же действие соответст­вует нравств. закону, но мотивом его свершения выс­тупает не он сам, а к.-л. чувств. склонность, то дейст­вие не морально, а только легально.

«ЛЕГАЛЬНЫЙ МАРКСИЗМ», идейно-политич. тече­ние, представители к-рого (П. Б. Струве, М. И. Туган-Барановский, С. Н. Булгаков, Н. А. Бердяев и др.) выступили в легальной печати (отсюда назв.) в 90-х гг. 19 в. против народничества, используя отд. марксист­ские идеи, к-рые извращали в духе буржуазно-либе-

ЛЕГАЛЬНЫЙ 303

рального мировоззрения. «Это были буржуазные де­мократы, для которых разрыв с народничеством озна­чал переход от мещанского (или крестьянского) социализма не к пролетарскому социализму, ... а к буржуазному либерализму» (Ленин В. И. , ПСС, т. 16, с. 96).

В статьях в нем. печати Струве выступил с обосно­ванием прогрессивной миссии капитализма в России, оптимистически оценивая развитие капиталистич. эконо­мики и выдвинув агр. программу в интересах круп­ного крест. х-ва. Ф. Энгельс в письме к Η. Φ. Дани-эльсону от 17.10.1893 (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 39, с. 128) дал критическую оценку этих взглядов. Наиболее полным выражением идейной сущ­ности «Л. м.» в начальный период его существования стала книга Струве «Критич. заметки к вопросу об экономич. развитии России» (в. 1, 1894). Опираясь в политэкономии на идеи Э. Бём-Баверка и В. Зомбар-та, в философии противопоставив Марксу Канта и Фих­те, а в социологии — А. Риля и Г. Зиммеля, «Л. м.» выступил с широкой программой ревизии марксиз­ма. Материалистич. понимание истории рассматрива­лось Струве в качестве «объективной теории», не имею­щей никакого отношения к классовой борьбе. «Л. м.» отрицал также реальность социализма, а лозунг Стру­ве «пойдём на выучку к капитализму» необходимо вы­текал из всей его политич. и экономич. позиции. Аполо-гетич. характер взглядов Струве нашёл своё отражение и в отрицании им неравномерности развития, антаго-нистич. противоречий и кризисов, обострения клас­совой борьбы в условиях капитализма. Считая на этом основании, что капитализм в своём развитии безграни­чен, представители «Л. м.» отвергали марксистскую те­орию социальной революции. Т. о., «Л. м.» имел целью «...взять из марксизма все, что приемлемо для либе­ральной буржуазии... и отбросить "только" живую душу марксизма, "только" его революционность» (Л е-н и н В. И., ПСС, т. 26, с. 227).

Революц. с.-д. пошли на временный союз с «Л. м.», используя его для пропаганды идей марксизма и борь­бы с народнич. идеологией. «Благодаря этому союзу была достигнута поразительно быстрая победа над на­родничеством и громадное распространение вширь идей марксизма (хотя и в вульгаризированном виде)» (там же, т. 6, с. 16).

В 1898—1900 происходила перестройка теоретич. взглядов «Л. м.» в сторону полного отказа от маркси­стских положений. Основой эволюции «Л. м.» были реальные процессы классовой борьбы, выступление в России на историч. арену рабочего класса в качестве гегемона и успехи революц. с.-д. К кон. 1900 «Л. м.» как идейное течение перестал существовать. В 1902 Стру­ве стал редактором либерально-бурж. журн. «Осво­бождение». Во время Революции 1905—07 рус. либера­лизм оформился в бурж. партию кадетов. Ряд предста­вителей «Л. м.» выступил впоследствии в качестве идеологов веховства (см. «Вехи»).

В работе «Экономич. содержание народничества и критика его в книге г. Струве» В. И. Ленин разобла­чил методологич. приёмы «критики» легальными марк­систами теории марксизма. Бурж. объективизму Струве Ленин противопоставил воинствующую партийность марксизма, классовый подход к анализу обществ. яв­лений, диалектич. решение вопроса о соотношении революции и реформ. Он опроверг апологетич. взгля­ды «Л. м.» о «пропорциональности» и «равномерности» развития капитализма. Позже с критикой «Л. м.» выс­тупил также Г. В. Плеханов. Борьба Ленина, Плеха­нова и др. революц. марксистов против «Л. м.» имела междунар. значение, т. к. она была направлена про­тив либерализма и реформизма, получивших распрост­ранение в странах Зап. Европы.

ЛЕГИЗМ

• Ленин В. И., Что делать?, ПГ.С, т. R; « г о ж е, Предисло­вие к сборнику «За 12 лет», там же, т. 16; его же, Крах II Интернационала, там же, т. 26; Плеханов Г. В., Статьи против П. Струве, Соч., т. 11, М.—Л., 1928; История КПСС, т. 1, М., 1964; Чагин Б. А,, Борьба марксизма-ленинизма против филос. ревизионизма в кон. 19 —нач. 20 вв., Л-, 1959; его же, Из истории борьбы В. И. Ленина за развитие марк­систской философии, М., 1960; Шириков Л. В., Разоблаче­ние В. И. Лениным струвизма (1894—1901), в сб.; В. И. Ле­нин — основатель и вождь КПСС, М., 1960; Социологии, мысль в России, Л., 1978. Б. А. Чагин.

ЛЕГИЗМ (от лат. lex, род. падеж legis — закон), уче­ние школы законников фацзя, др.-кит. этико-иоли-тич. учение об управлении человеком, обществом и гос-вом. Возникло и оформилось в 6—3 вв. до н. э. Активное участие в разработке Л. приняли Гуань Чжун, Цзы Чань, Ли Куй и особенно Шан Ян, а так­же Шэнь Бухай и Ханъ Фай, завершивший построение его теоретич. системы.

Л. развивался в напряжённой борьбе с ранним кон­фуцианством, вместе с к-рым стремился к созданию мощного, хорошо управляемого гос-ва, расходясь, однако, в филос. обосновании и методах его построе­ния. Если конфуцианство на первый план выдвигало нравств. качества людей, то Л. исходил из законов и доказывал, что политика несовместима с моралью. Правителю необходимо хорошо разбираться в психоло­гии людей, дабы успешно управлять ими. Осн. метод воздействия — награды и наказания, причём вторые должны превалировать над первыми. Центр. место в программе Л. занимало стремление к укреплению гос-ва путём развития земледелия, построения силь­ной армии, способной расширять границы страны, и оглупления народа.

Легисты создали концепцию деспотич. гос-ва, ос­нованную на равенстве всех перед законом. Исключе­нием являлся лишь сам правитель — единств. творец законов. Л. сыграл решающую роль в формировании императорско-бюрократич. системы управления, просу­ществовавшей без принципиальных изменений до нач. 20 в. Осн. идеи Л.: гос. регулирование зкономич. про­цессов в стране; систематич. обновление гос. аппарата путём назначения чиновников (вместо традиц. прин­ципа наследования должностей); введение единого принципа присвоения рангов знатности, должностей, привилегий и жалований за службу в армии и воен. заслуги; равные возможности при выдвижении на адм. посты; чёткая градация внутри правящего сословия; унификация мышления чиновничества; личная от­ветственность чиновника; цензорский надзор над дея­тельностью работников гос. аппарата.

Начиная с 3 в. до н. э. происходит процесс слияния Л. и раннего конфуцианства в единое учение (Сюнъ-цзы, Дун Чжуншу). Начиная с эпохи Хань, когда кон­фуцианство, ассимилировавшее идеи Л., стало офиц. идеологией, Л. прекратил своё существование как самостоят. учение.

• Ян Ю н - г о, История др.-кит. идеологии, М., 1957, с. 400—09; Др.-кит. философия, т.2, М., 1973, с. 14—57, 210—83; Переломов Л. С., Конфуцианство и Л. в политич. истории Китая, М., 1981; Vandermeersch L., La formation du Legisme, P., 1965; W Ing-t sl t Chan, A source book in Chinese philosophy, Princeton, 1963, p. 251—61.

ЛЕЙБНИЦ(Leibniz) Готфрид Вильгельм (1.7.1646, Лейпциг,— 14.11.1716, Ганновер), нем. философ-идеа­лист, математик, физик и изобретатель, юрист, историк, языковед. Изучал юриспруденцию и философию в Лей-пцигском и Йенском ун-тах. В 1672—76 в Париже. С 1676 состоял на службе у ганноверских герцогов, сна­чала в качестве придворного библиотекаря, затем гер­цогского историографа и тайного советника юстиции. Осн. филос. соч.: «Рассуждение о метафизике» (1685, изд. 1846, рус. пер. 1890), «Новая система природы» (1695, рус. пер. 1890), «Новые опыты о человеческом разуме» (1704, изд. 1765, рус. пер. 1936), «Теодицея» (1710, рус. пер. 1887—92), «Монадология» (1714, изд. 1720. рус. пер. 1890).

Л. явился завершителем философии 17 в., предше­ственником нем. классич. философии. Его филос, си-

стема сложилась к 1685 как итог двадцатилетней эво­люции, в процессе к-рой Л. критически переработал осн. идеи Демокрита, Платона, Августина, Декарта, Гоббса, Спинозы и др. Л. стремился синтезировать всё рациональное в предшествующей философии с но­вейшим науч. знанием на основе предложенной им ме­тодологии, важнейшими требованиями к-рой были уни­версальность и строгость филос. рассуждений. Вы­полнимость этих требований обеспечивается, по Л., наличием не зависящих от опыта «априорных» прин­ципов бытия, к к-рым Л. относил: 1) непротиворечивость всякого возможного, или мыслимого, бытия (закон противоречия); 2) логич. примат возможного перед действительным (существующим); возможность бес­численного множества непротиворечивых «миров»; 3) дос­таточную обоснованность того факта, что существует именно данный мир, а не к.-л. другой из возможных, что происходит именно данное событие, а не другое (закон достаточного основания); 4) оптимальность (совершенство) данного мира как достаточное основа­ние его существования. Совершенство действит. мира Л. понимал как «гармонию сущности и существования»: оптимальность отношений между разнообразием су­ществующих вещей и действий природы и их упоря­доченностью; минимум средств при максимуме резуль­тата. Следствиями последнего онтологич. принципа является ряд др. принципов: принцип единообразия законов природы, или всеобщей взаимосвязи, закон не­прерывности, принцип тождества неразличимых, а так­же принципы всеобщего изменения и развития, просто­ты, полноты и др.

В духе рационализма 17 в. Л. различал мир умопос­тигаемый, или мир истинно сущего (метафизич. ре­альность), и мир чувственный, или только являющийся (феноменальный) физич. мир. Реальный мир, по Л., состо­ит из бесчисленных психич. деятельных субстанций, неделимых первоэлементов бытия — монад, к-рые на­ходятся между собой в отношении предустановленной гармонии. Гармония (взаимно однозначное соответствие) между монадами была изначально установлена богом, когда тот избрал для существования данный «наи­лучший из возможных миров». В силу этой гармонии, хотя ни одна монада не может влиять на другие (мо­нады как субстанции не зависят друг от друга), тем не менее развитие каждой из них находится в полном соответствии с развитием других и всего мира в целом. Это происходит благодаря заложенной богом способ­ности монад представлять, воспринимать или выражать и отражать все др. монады и весь мир («монада — зер­кало Вселенной»). Деятельность монад состоит в смене восприятий (перцепций) и определяется индивидуаль­ным «стремлением» (аппетицией) монады к новым вос­приятиям. Хотя вся эта деятельность исходит имма­нентно из самой монады, она в то же время есть раз­вёртывание изначально заложенной в монаде индиви­дуальной программы, «полного индивидуального по­нятия», к-рое во всех подробностях бог мыслил, преж­де чем сотворил данный мир. Т. о., все действия монад полностью взаимосвязаны и предопределены. Монады образуют восходящую иерархию сообразно тому, нас­колько ясно и отчётливо они представляют мир. В этой иерархии особое место занимают монады, к-рые способ­ны не только к восприятию, перцепции, но и к самосозна­нию, апперцепции, и к к-рым Л. относил души людей.

Мир физический, как считал Л., существует только как несовершенное чувств. выражение истинного ми­ра монад, как феномен познающего объективный мир человека. Однако поскольку физич. феномены в кон­це концов порождаются стоящими за ними реальными монадами, Л. считал их «хорошо обоснованными», оп­равдывая тем самым значимость физич. наук. В каче­стве таких «хорошо обоснованных» феноменов Л. рас­сматривал пространство, материю, время, массу, дви­жение, причинность, взаимодействие, как они пони­мались в физике и механике его времени.

В теории познания Л. пытался найти компромис­сную позицию между декартовским рационализмом и локковским эмпиризмом и сенсуализмом. Считая, что без чувств. опыта никакая интеллектуальная деятель­ность не была возможна, Л. в то Hie время резко выс­тупал против учения Локка о душе как «чистой доске» (tabula rasa) и формулу сенсуализма: «Нет ничего в разуме, чего прежде не было бы в чувствах» — прини­мал лишь с поправкой: «кроме самого разума». Л. учил о прирождённой способности ума к познанию ряда идей и истин: из идей к ним относятся высшие катего­рии бытия, такие, как «Я», «тождество», «бытие», «вос­приятие», а из истин — всеобщие и необходимые ис­тины логики и математики. Однако эта прирождённая способность дана не в готовом виде, но лишь как «пред­расположенность», задаток. В отличие от Локка, Л. придавал гораздо большее значение вероятностному знанию, указывая на необходимость разработки тео­рии вероятностей и теории игр. Л. ввёл разделение всех истин по их источнику и особой роли в познании на истины разума и истины фактора, закрепляя за пер­выми свойства необходимости, а за вторыми — свойст­ва случайности.

В логике Л. развил учение об анализе и синтезе, впервые сформулировал закон достаточного основа­ния, ему принадлежит также принятая в совр. логи­ке формулировка закона тождества. Л. создал наибо­лее полную для того времени классификацию опре­делений. В работе Л. «Об искусстве комбинаторики» предвосхищены нек-рые моменты совр. математич. ло­гики.

Распространению идей Л. в Германии, где он до Канта был крупнейшим филос. авторитетом, способст­вовал ученик Л. и систематизатор его философии Вольф и его школа. Многие идеи Л. были восприняты нем. классич. философией. В 20 в. идеи «монадологии» раз­вивали представители персонализма и др. идеалистич. школ (Гуссерль, Уайтхед и др.).

* Die philosophischen Schriften, hrsg. v. G. J. Gerhardt, Bd l—7, B., 1875—90; Sämtliche Schriften und Briefe, Reihe 1—6, B.—Lpz., 1950—75; в рус. пер.— Избр. филос. соч., М., 1908; Элементы сокровенной философии о совокупности вещей, Каз., 1913; Неизданное соч. Л. Исповедь философа, Каз., 1915; Полемика Г. В. Л. и С. Кларка по вопросам философии и естествознания (1715—1716), Л., 1960.

• Герь е В. И., Л. и его век, т. 1— 2.СПБ, 1868—71; Сереб­реников В. С., Л. и его учение о душе человека, СПБ, 1908; Ягодинский И. И., Философия Л., Каз., 1914; Беляев В. А., Л. и Спиноза, СПБ, 1914; Π о г p е б ы с-с к и и И. Б., Г. В. Л., 1646—1716, М., 1971 (библ.); Майо­ров Г. Г., Теоретич. философия Г. В. Л., М., 1973; Leibniz. Sein Leben, sein Wirken, seine Welt, hrsg. v. W. Totok und C. Haase, Hannover, 1966; Müller K.., Leibniz-Bibliographie, Pr./M., 1967; Müller K., K r ö n e r t G., Leben und Werk v. G. W. Leibniz, Fr./M., 1969; Studia Leibnitiana, hrsg. v. K. Müller und W. Totok, Bd 1—18, Wiesbaden, 1969—78; R a v i e r E., Bibliographie des Oeuvres de Leibniz, Hildesheim, 1970. Г. Г. Майоров.

ЛЕНИН(Ульянов) Владимир Ильич [10(22).4. 1870, Симбирск, ныне Ульяновск, — 21.1.1924, пос. Горки, ныне Горки Ленинские, Моск. обл.], гениальный мыслитель, теоретик марксизма, организатор и вождь КПСС и междунар. коммунистич. движения, основатель Сов. гос-ва.

Ленинизм вырос в борьбе против ревизионистских и догматич. извращений теории К. Маркса, явился пря­мым продолжением и новой фазой в истории марксизма, органич. развитием всех его составных частей — фило­софии, политэкономии, науч. коммунизма, достижением не только русской, но мировой культуры (см. Марк­сизм-ленинизм) .

На формирование взглядов юного Л. оказало влия­ние демократич. воспитание в семье, раннее знаком­ство с тяжёлым положением народа, с экономич., по-литич. и нац. гнётом царизма. В Казанском ун-те, на юридич. ф-т к-рого в 1887 поступил Л., он принял

ЛЕНИН 305

участие в студенч. движении. В дек. 1887 за участие в студенч. беспорядках Л. был арестован и выслан под надзор полиции в дер. Кокушкино, где начал си­стематически изучать обществ.-политич. лит-ру, в ча­стности произведения рус. революц. демократов, в пер­вую очередь Чернышевского. Значительно позже Л. вспоминал: «Моим любимейшим автором был Черны­шевский. Все напечатанное в "Современнике" я про­читал до последней строчки и не один раз. Благодаря Чернышевскому произошло мое первое знакомство с фи­лософским материализмом. Он же первый указал мне на роль Гегеля в развитии философской мысли и от него пришло понятие о диалектическом методе, после чего уже было много легче усвоить диалектику Марк­са» («Вопросы лит-ры», 1957, № 8, с. 133).

Осенью 1888 Л. (ему было разрешено вернуться в Ка­зань без права поступления в ун-т) вступил в революц. кружок II. Е. Федосеева. Л. изучает осн. произв. К. Маркса (особенно «Капитал»), Ф. Энгельса, работы Г. В. Плеханова, становится убеждённым марксистом. В Самаре, куда семья Ульяновых переехала в мае 1889, Л. продолжает изучать и пропагандировать марк­систскую теорию. В 1891 он сдал экстерном экзамены за юридич. ф-т Петерб. ун-та. В Самаре Л. определя­ется как проф. революционер. Вскоре, переехав в Пе­тербург (1893), он становится руководителем маркси­стов столицы. В 90-х гг. Л. в ряде работ исследовал обществ. строй России и роль различных классов в на­двигавшейся революции. Анализ Л. обществ. отношений сопровождался критикой их искажённого отражения в народнич. лит-ре, критикой всей системы субъек-тивно-идеалистич. взглядов либеральных народников. Исключит, значение в этой критике имела книга Л. «Что такое "друзья народа" и как они воюют против социал-демократов» (1894), к-рая знаменовала собой начало нового, ленинского этапа в развитии марксизма вообще, в развитии марксистской философии в частно­сти; в ней нашла выражение одна из осн. особенностей Л. как философа-марксиста — блестящее умение при­менить общие теоретич. положения к анализу историч. действительности, к политич. задачам пролетариата. Марксизм, указывал Л., в самой теории внутренне и неразрывно «...соединяет строгую и высшую науч­ность (являясь последним словом общественной науки) с революционностью...» (ПСС, т. 1, с. 341). Метафизич. методу мышления и субъективной социологии народни­ков Л. противопоставил марксистскую диалектику, в частности учение о конкретности истины, и материа-листич. понимание закономерностей развития общест­ва, роли нар. масс, классов и личности в истории. Раскрывая существо революц. переворота, совершённо­го Марксом и Энгельсом в философии, Л. особо подчерк­нул методологич. значение материалистич. понима­ния историч. процесса (см. там же, с. 136). В книге рассмотрены такие категории историч. материализма, как обществ.-экономич. формация, способ произ-ва и др. В ст. «Экономич. содержание народничества и кри­тика его в кн. г. Струве» (1894—95), «Некритич. кри­тика» (1900) и др. Л. показал несостоятельность попыток «легальных марксистов» навязать марксизму нео­кантианскую философию, «надклассовую» «общечело-веч.» этику. Бурж. объективизму «легальных маркси­стов» Л. противопоставил партийность марксизма.

Методологич. порок «легального марксизма» и на­родничества, обусловленный классовой природой этих идейных течений, Л. видел в идеализме и «абстракт­ном догматизме», неспособности конкретно анализиро­вать явления действительности. Выступая против дог­матизма, Л. писал: «Мы вовсе не смотрим на теорию Маркса, как на нечто законченное и неприкосновен­ное; мы убеждены, напротив, что она положила только краеугольные камни той науки, которую социалисты

ЛЕНИН

должны двигать дальше во всех направлениях, ес­ли они не хотят отстать от жизни» (там же, т. 4, с. 184). В 1895 для установления связи с группой «Освобож­дение труда» Л, выезжает за границу; здесь он изучает марксистскую лит-ру, в частности конспектирует кни­гу Маркса и Энгельса «Святое семейство».

В дек. 1895 Ленин был арестован и после 14 месяцев тюремного заключения выслан на 3 года под гласный надзор полиции в Вост. Сибирь (с. Шушенское). Он не прекращает теоретич. работу, пишет ряд статей и ре­цензий, заканчивает кн. «Развитие капитализма в Рос­сии», внимательно следит за развернувшейся на стра­ницах иностр. и рус. журналов борьбой марксистов с ревизионистами, выступает против бернштейнианства и «экономизма». В связи с борьбой против неокантиан­ства Л. начинает систематически изучать историю фи­лософии. Летом 1899 Л. изучает произв. Гольбаха, Гельвеция, Гегеля, Канта, читает «Очерки по истории материализма» Плеханова, знакомится с неокантиан­ской лит-рой (Ф. А. Ланге, Р. Штаммлер и др.). Во время встреч с ссыльными товарищами Л. обсуждал «Науку логики» Гегеля; в 1898—99 он переписывался по филос. вопросам с Н. Е. Федосеевым и с Ф. В. Ленг-ником, критикуя в своих письмах юмизм и кантианство (письма Ленина не сохранились). В направленной про­тив Струве ст. «Еще к вопросу о теории реализации» (март 1899) Л. указал на бесплодность подмены неокан­тианством диалектич. материализма, к-рый «...пред­ставляет из себя законный и неизбежный продукт всего новейшего развития философии и общественной науки» (ПСС, т. 4, с. 75, прим.).

Вскоре после окончания срока ссылки (яяв. 1900) Л. выехал за границу (июль 1900); началась первая эмиграция Л. В дек. 1900 вышел первый номер газ. «Искра», сыгравшей решающую роль в создании (1903) марксистской партии в России.

Накануне 1-й рус. революции в центре теоретич. деятельности Л. была разработка марксистского уче­ния о политич. партии пролетариата. В работах 1901 — 1904 («С чего начать?», «Что делать?», «Шаг вперед, два шага назад» и др.) Л. исследует процесс формиро­вания социалистич. идеологии и её влияние на историч. развитие, разрабатывает учение о партии нового типа как высшей форме классовой организации пролетариа­та, его передовом отряде, анализирует формы классовой борьбы пролетариата, формулирует принципы органи-зац. строения партии, действующей гл. обр. в нелегаль­ных условиях. Именно марксистская партия, показы­вает Л., призвана осуществить соединение социализма с рабочим движением; возникающее в результате вы­работки классового сознания духовное единство проле­тариата должно быть закреплено «...материальным единством организации, сплачивающей миллионы тру­дящихся в армию рабочего класса» (там же, т. 8, с. 404). В работах периода Революции 1905—07 Л. гл. вни­мание уделяет теории революции, тактике пролетариа­та и его партии («Две тактики социал-демократии в де­мократической революции»). В революц. периоды, пи­сал Л., неизмеримо возрастает роль субъективного фак­тора историч. процесса, роль нар. масс, продуктивность «организаторского творчества народа» (см. там же, т. 12, с. 335). Анализируя революц. процесс, Л., рас­крывает диалектику общего и отдельного, абстрактного и конкретного, части и целого, формы и содержания в обществ. развитии. Он указывает на многообразие форм и методов классовой борьбы пролетариата, под­чёркивает, что «...марксизм требует безусловно исто­рического рассмотрения вопроса о формах борь­бы» (там же, т. 14, с. 2).

Л. показывает политич. непоследовательность, абст­рактный, формально-логич. метод мышления меньше­виков, их социальный фатализм, отказ от анализа своеобразия революции в России, в результате чего ортодоксальность превращалась в теории в догматизм, а в политике — в оппортунизм. Меньшевики, писал

Л., «...принижают материалистическое понимание ис­тории своим игнорированием действенной, руководя­щей и направляющей роли, которую могут и должны играть в истории партии, сознавшие материальные условия переворота и ставшие во главе передовых клас­сов» (там же, т. И, с. 31). В нояб. 1905 Л. приехал в Петербург и непосредственно возглавил борьбу партии.

В февр. 1907 Л. пишет предисловие к рус. пер. писем Маркса к Л. Кугельману, в к-ром, отмечая важнейшие в теоретич. отношении места писем, уделяет гл. внима­ние революц. политике Маркса, указывает на необходи­мость рассматривать историю «...с точки зрения тех, кто ее т в о p и т...», ценить выше всего «историче­скую инициативу масс». Здесь же Л. раскры­вает соотношение теории и практики в марксизме, под­чёркивая, что «...тот не марксист, кто теорию, трезво констатирующую объективное положение, извращает в оправдание существующего...» (там же, т. 14, с. 379, 377, 375).