Алкогольная паранойя (бред ревности) 2 страница

Лечение. Легкое субпсихотическое опьянение лечения не требует. Вытрезвление ускоряет обильная еда, особенно сладкого. Можно использовать внутривенное вливание глю­козы. При тяжелом психотическом опьянении внутримы­шечно вводят реланиум (сибазон, седуксен) или аминазин. При явлениях абстиненции проводят дезинтоксикацию, при астении используют сиднокарб, при депрессии — амитрип-тилин, при дисфориях — карбамазепин (финлепсин).

Злоупотребление без зависимости лекарственного лече­ния не требует. Необходимо объяснить пациенту вред и опасность гашиша. При наркомании влечение пытаются подавить длительным применением психотропных средств (сонапакс, неулептил). Наиболее эффективна аверсионная терапия по В. С. Битенскому: в начале гашишного опьянения внутривенно вводят коразол (метразол), вызывающий силь­ный страх. За несколько сочетаний вырабатывается довольно стойкий отрицательный условный рефлекс — гашиш вызы­вает отвращение.


16.3.1.3. Эфедроновая и первитиновая наркомании

Используемые препараты. Эфедрой изготовляется в под­польных лабораториях из лекарств, содержащих эфедрин (глазные капли, мази от насморка, содержание эфедрин средства для лечения бронхиальной астмы). Производное первитина (гидрохлорид йодпервитин) входит в состав са­модельного препарата, на сленге наркоманов называемого “ширкой”.

Эфедроновое и первитиновое опьянение. Самодельные препараты вводят внутривенно. Сперва появляются озноб, ощущение покалывания в руках и ногах, шевеления волос на голове, сердцебиение. Затем развивается состояние, на­поминающее гипоманиакальное. Настроение повы­шено, ощущается душевный подъем, появляется уверенность в своих необычных способностях и талантах, в исполнении заманчивых, но нереальных планов. В отличие от опийной эйфории возрастает активность, тянет к общению и при­ключениям. Говорят без умолку, быстро, перескакивая с одной темы на другую, оживленно жестикулируя. Отмечают легкость в теле (“н е в е с о м о с т ь”). Обстановка вокруг становится необычно интересной. Появляется чувство без­граничной любви ко всем людям. Резко усиливается половое влечение, возникает длительное половое возбуждение. Аг­рессивность нехарактерна, но может быть спровоцирована попытками ограничить активность или недоброжелательным видом и тоном. Вегетативные нарушения сводятся к повы­шению артериального давления, тахикардии, экстрасисто-лии. Глаза блестят, губы сохнут.

Опьянение длится несколько часов и сменяется вялостью, быстрой утомляемостью, дурным самочувствием. В этом постинтоксикационном периоде возникает сильное влечение к наркотику.

Формирование наркоманий. Более половины среди тех, кто попробовал однажды ввести себе в вену эфедрой или первитин, начинают повторять вливания. Иногда бывает достаточно 2—3 вливаний, чтобы возникла зависимость — неудержимое желание еще раз испытать подобное опьяне­ние.

Тяжелая физическая зависимость может появиться в течение нескольких недель. Абстиненция проявляется дисфорией — мрачным и злобным по отношению к окружающим настроением. Сонливость сочетается с невоз­можностью уснуть, уснувшие пробуждаются от кошмарных


сновидений. Вегетативные нарушения во время абстиненции резко выражены: мышечный тремор, чередование озноба и проливного пота, сжимающие боли в области сердца, му­чительные задержки мочи, гиперакузия и светобоязнь удер­живаются несколько суток и сменяются тяжелой астенией.

Циклический характер наркотизации характерен для данных видов наркоманий и обусловлен тем, что явления абстиненции начинаются еще в постинтоксикационном пе­риоде — уже через 2—4 ч после вливания наркотика по­является желание его повторить. В результате вливания делают по нескольку раз в день. Возникают состояния, напоминающие алкогольные запои. Суточная доза возра­стает в 20—30 раз по сравнению с первоначальной. Разовая доза возрастает не более чем в 2—3 раза из-за сильных сердцебиений при передозировке. Принявшие наркотик по­добную интоксикацию выдерживают 2—5 сут: они не спят, почти не едят, доводят себя до полного истощения сил. Тогда влечение к наркотику временно ослабевает. Больные принимают снотворные или транквилизаторы (обычно в больших дозах), отсыпаются, отъедаются и через несколько дней влечение к наркотику вспыхивает с новой силой. По мере развития наркомании интервалы между циклами уменьшаются.

Социальная деградация наступает быстро: больные ведут паразитический образ жизни, обирая близких, попрошайни­чая и воруя. Прежние интересы и привязанности утрачива­ются. Они становятся неряшливыми и нечистоплотными.

Со временем нарастает истощение, развиваются миокар-диодистрофия, хронический гастрит и спастический энте­роколит, у мужчин — импотенция, у женщин — аменорея. При кустарном изготовлении эфедрона используется калий перманганат, в результате при длительном злоупотреблении присоединяются симптомы хронического отравления мар­ганцем: хореиформные гиперкинезы, парез мягкого неба, языка, лицевых мышц.

Лечение. При эфедроновом и первитиновом опьянении возбуждение лучше всего устранять инъекциями сибазона (седуксен, реланиум) и дезинтоксикационными средствами. Выраженную экстрасистолию купируют новокаинамидрм. Мучительную бессонницу лучше устранять эуноктином (ра-дедорм), но не барбитуратами из-за опасности полинарко­мании. Галоперидол способен провоцировать приступы ака-тизии, аминазин и тизерцин — коллапсы.

При абстиненции используют те же средства, добавляя


при дисфории неулептил (перициазин) или сонапакс (мел-лерил) или карбамазепин (финлепсин), при тревоге — хлор-протиксен (труксал), при выраженных вегетативных нару­шениях — грандаксин (тофизопам), при бессоннице — феназепам. С самого начала необходима интенсивная дез­интоксикация с использованием капельных внутривенных вливаний гемодеза, глюкозы и др.

Подавление влечения по миновании абстиненции пыта­ются осуществить с помощью сонапакса (меллирил) и фе-назепама. Предложен метод аверсионной терапии по В. С. Битенскому: во время наркотического опьянения внутривенно вводят дитилин, вызывающий кратковремен­ную остановку дыхания, удушье и страх. От нескольких сочетаний вырабатывается довольно стойкий условный ре­флекс — отвращение к наркотику. Успех лечения подкреп­ляется психотерапией.

16.3.1.4, Кокаиновая наркомания

Используемые препараты. Препараты приготовляются из листьев кустарника кока, растущего в Южной и Цент­ральной Америке. Туземные племена индейцев жевали его листья, из которых еще в XIX в. был выделен алкалоид — кокаин. Его гидрохлорид стал использоваться для местной анестезии. Кокаиномания распространилась в Европе и США во время первой мировой войны. Кокаин курить было нельзя. Порошок кокаина закладывали в нос (через слизи­стую он быстро всасывался), он быстро разлагался при нагревании. В 70-х годах в США появился “крэк” — ус­тойчивый к высокой температуре препарат кокаина, его стали курить, и кокаиновая наркомания распространилась среди молодежи.

Распространение в нашей стране было довольно значительным с 1915 г. до конца 20-х годов. Затем кока­иновая наркомания исчезла, но с 1986 г. появились сооб­щения о новых единичных случаях.

Картина опьянения. Характеризуется как маниакально-подобное опьянение с выраженной эйфорией, повышенной активностью, самоуверенностью, ощущением раскрытия своих творческих возможностей. Собственные мысли ка­жутся необыкновенно глубокими и проникновенными. Воз­никает половое возбуждение. Вегетативные нарушения уме­ренны, проявляются сердцебиением, расширением зрачков, повышением артериального давления.


При передозировке наступает психотическое опьянение с тревогой, страхом, растерянностью. Кажется, что окру­жающие что-то замышляют, хотят расправиться, убить. Особенно характерны тактильные галлюцинации: ощущение ползания насекомых по телу (симптом Маньяна), которых ищут, ловят, а кожу расчесывают до крови. Реже слышатся оклики по имени и звон в ушах. Сердечные аритмии со­четаются с приступами стенокардии, случаются обмороки, коллапсы, судорожные припадки. Смерть может наступить от внезапной остановки сердца.

Относительно редко вслед за интоксикацией или во время нее появляются страх, тревога и растерянность или возни­кают кокаиновый делирий (наплыв ярких зрительных, слу­ховых и тактильных галлюцинаций, обычно устрашающих, которые больной принимает за реальность), кокаиновый онейроид (пассивное созерцание сценоподобных картин), кокаиновый параноид (внезапно, “как озарение”, вспыхи­вает бред преследования или ревности при сохраняющемся упорядоченном поведении, отчего поначалу окружающие могут верить высказываниям больного).

Опьянение длится несколько часов и сменяется тяжелой астенией. Кокаиновые психозы могут продолжаться по не­скольку дней, а параноид даже затягиваться на недели и месяцы. В последних случаях кокаин может выступать в качестве провокатора параноидной шизофрении.

Эпизодическое злоупотребление кокаином. Оно может длиться довольно долго, не приводя к формированию зави­симости. Перерывы переносятся легко, без явлений абсти­ненции. Однако эпизодическое злоупотребление может стать злокачественным, напоминая алкогольные запои — в тече­ние одних-двух суток потребляется в виде курения и внут­ривенных вливаний до 1 г кокаина. Лица, доведшие себя до изнеможения, прибегают к алкоголю, снотворным, тран­квилизаторам.

Хроническое злоупотребление. Даже почти ежедневное употребление кокаина приводит к развитию наркомании с разной скоростью в зависимости от способа введения кока­ина. При внутривенном введении или курении крэка тре­буется несколько недель, при закладывании порошка в нос — многие месяцы, при жевании листьев кока — даже годы.

Признаки наркомании. Ими являются выраженная пси­хическая зависимость (постоянное влечение к кокаину), а при вынужденном перерыве — тяжелые дисфории со вспыш-


ками гнева, направленными на других и на себя, когда больные могут совершать суицидальные поступки. Изменя­ется картина кокаинового опьянения: эйфории уже не бы­вает, кокаин служит для того, чтобы предотвратить тяжелую дисфорию. Отчетливых признаков физической зависимое! и не появляется. Постепенно нарастают истощение, апатия, бездеятельность, ослабевает память.

Лечение. Во время опьянения лечение сводится к дез­интоксикации и транквилизаторам, при передозировке — к назначению симптоматических средств, при психозах — к применению различных нейролептиков в зависимости от синдрома. Абстиненцию и напоминающее запой периоди­ческое злоупотребление прерывают капельными вливаниями амитриптилина·и сибазона (седуксена). Психическая зави­симость исчезает при длительном перерыве наркотизации. Кокаиновая наркомания в прошлом, за исключением далеко зашедших случаев, считалась наиболее поддающейся изле­чению.

16.3.1.5. Барбитуромания

Используемые препараты. Применяются аптечные снот­ворные — производные барбитуровой кислоты. Барбамил (амитал-натрий) использовался чаще всего. Сходную кар­тину развития наркомании вызывало также снотворное — производное пиперидина — ноксирон, в настоящее время в нашей стране изъятый из употребления.

Злоупотребление снотворными. Встречается нередко, но наркомания развивается далеко не у всех. Некоторые люди, страдающие бессонницей (чаще всего как одним из прояв­лений невроза), без снотворных не могут заснуть и при­нимают их годами. У них также развивается зависимость, но не наркоманическая, а истинная обсессивная. Нередко со временем они вынуждены увеличивать дозу снотворного в 2—3 раза. В этих случаях может обнаружиться эйфори-зирующий эффект некоторых барбитуратов и создаться уг­роза для развития наркомании. Другую группу барбитуро-манов составляют те, кто нарочно прибегал к большим дозам барбамила не для того чтобы уснуть, а чтобы испы­тывать его эйфоризирующее и опьяняющее действие. С этой целью раствор барбамила мог вводиться внутривенно.

Картина опьянения. Барбитуровое опьянение напоми­нает алкогольное. Беспричинное веселье, беспорядочная ак­тивность, бесцеремонность, развязность легко сменяются


гневом и драчливостью. Раньше и сильнее, чем при алко­гольном опьянении, нарушаются двигательные координации (шаткая походка, неустойчивость позы, несоразмерность движений). Характерны брадикардия, понижение артери­ального давления и температуры тела, расширение зрачков. Через 1—3 ч наступает глубокий сон, затем слабость и вялость. При передозировке легко развивается сопор и кома, опасные для жизни из-за возможности паралича дыхатель­ного центра.

Формирование наркомании. Развитие наркомании на­чинается с психической зависимости. Сроки ее появления различны. У тех, кто употреблял снотворное для борьбы с бессонницей, она может сформироваться через несколько лет, тем, кто старался достичь эйфории, достаточно бывает нескольких недель. Проявлением психической зависимости служит дневной прием барбитурата не для засыпания, а чтобы “успокоиться” или повеселиться. Возрастает толеран­тность: дозу увеличивают в 2—4 раза. Прием снотворного часто чередуют с алкоголем (одно способно заменить дру­гое). Длительность первой стадии — от нескольких недель до нескольких месяцев.

При присоединении физической зависимости доза бар-бамила достигает 1 г и более в сутки. Изменяется картина опьянения: оно становится дисфорическим со злобной аг­рессией, стремлением к дракам, нанесению тяжких повреж­дений, разрушительным действиям. На этой стадии двига­тельные координации во время опьянения страдают мало. Барбитуроманы в состоянии опьянения становятся опасными для окружающих.

Абстинентный синдром при вынужденном перерыве в приеме барбамила бывает тяжелым. Озноб чередуется с проливным потом. Бессонница сочетается с беспокойством. Наблюдаются судорожное сведение мышц, мелкий тремор, подъем артериального давления, тахикардия. Далее присо­единяются боли в желудке, рвота, а также боли в крупных суставах (симптом И. Н. Пятницкой). На 3—5-е сутки не­редко возникают эпилептические припадки, а к концу не­дели — делирий. Далее в течение 1—2 нед удерживается депрессия с дисфорией и тревогой. При появлении судо­рожных припадков и при развитии делирия абстиненция становится опасным для жизни состоянием.

Течение наркомании отличается довольно быстрым (на протяжении месяцев) развитием энцефалопатии и пси­хоорганического синдрома. Резко снижается сообразитель-


ность, грубо нарушается память, особенно на недавние со­бытия. Речь делается смазанной (дизартрия), движения — плохо координированными (атаксия), рефлексы снижаются. Лицо становится маскообразным, бледным, с землистым оттенком. Кожа покрывается гнойничковыми сыпями, раны долго не заживают. Настроение постоянно угнетенное и злобное. Нередко суицидальные мысли.

Прогноз весьма неблагоприятный из-за суицидов, смер­тельных передозировок барбитуратов, несчастных случаев, тяжелых абстиненции.

Лечение. Терапия барбитуромании существенно отлича­ется от лечения других наркоманий тем, что дозу барби­туратов необходимо уменьшать постепенно на протяжении 1—2 нед из-за опасности эпилептических припадков и де-лириев при внезапной отмене. Интенсивная дезинтоксика­ция показана после полной отмены наркотика. Рецидивы после лечения возникают очень часто.

16.3.2. Токсикомании

16.3.2.1. Ингалянтные токсикомании

Используемые средства. Эти средства относятся в ос­новном к технической и бытовой химии. Еще в конце XIX в. появились случаи эфиромании, так как для ингаляций при­менялся эфир, предназначенный для наркоза. В настоящее время наиболее распространены бензин, ацетон, некоторые сорта клея, пятновыводители, реже толуол, растворители нитрокрасок и др. Действующими началами этих средств являются ароматические и алифатические углеводороды: бензол, ксилолы, кетоны, этиловый и метиловый эфиры, метиловый и изопропиловый спирты, а также галогенизи-рованные (например, трихлорэтилен) и фторированные (ди-и трифторметан) углеводороды.

Опьянение парами бензина. Наступает в течение 5— 10 мин ингаляции. Краснеет лицо, раздражаются верхние дыхательные пути. Затем возникает эйфория (лицо расплы­вается в блаженной улыбке) без стремления к двигательной активности. Если ингаляция прекращается, то опьянение проходит за 15—20 мин и сменяется вялостью и головной болью. Если же вдыхание бензина продолжается, то раз­вивается делирий. Яркие зрительные галлюцинации носят обычно устрашающий характер (дикие и чудовищные звери, бандиты и террористы и т. д.), реже — сексуальный. Слу-


ховые галлюцинации бывают не всегда, они элементарны (акоазмы — шумы, гудки, звон, неразборчивая речь) или тематически связаны со зрительными (слышатся угрозы, рычение зверей). Токсикоманы как бы отключаются от окружающего, галлюцинации принимают за реальность, но отношение к ним может быть двойственным: страх сочета­ется с любопытством. При прекращении ингаляции галлю­цинации быстро проходят и к ним появляется критическое отношение. Делирий редко длится более получаса и сме­няется астенией, апатией, головной болью. Запах бензина в выдыхаемом воздухе может сохраняться до нескольких часов.

Опьянение парами пятновыводителей. Встречается обычно у подростков, которые ингалируют группой. Быстро наступает эйфория: смех одного заражает других. Появля­ется визуализация представлений (“о чем подумаю, то и увижу”). Подростки обычно фантазируют на приключенче­ские или сексуальные темы. При продолжительных инга­ляциях (по нескольку часов с перерывами) развивается онейроид. Видения уже не возникают по желанию. Перед взором развертываются сцены, напоминающие увлекатель­ный фильм. От окружающего отключены, но сохраняется сознание того, что видения вызваны, а не реальны. При прекращении ингаляции протрезвление наступает быстро. Даже запах в выдыхаемом воздухе скоро исчезает.

Опьянение ацетоном, толуолом, парами растворителей нитрокрасок. Опьянение этими веществами сходно с оней-роидрм, вызванным продолжительным вдыханием пятновы­водителей. Онейроид протекает тяжелее — с оглушением. Участники сидят оцепеневшие, с опущенной головой, на лице застывшая улыбка, при обращении отмахиваются, что-то бормочут. При передозировке наступают сопор и кома. Сильный запах ацетона изо рта позволяет распознать при­роду этих состояний.

Опьянение парами некоторых сортов клея. Это опья­нение также проявляется эйфорией и онейроидом. Видения часто напоминают мультипликационные фильмы развлека­ющего содержания (“мультики”). Подобные “лилипутские галлюцинации” в виде ярко окрашенных маленьких чело­вечков и зверюшек, быстро двигающихся, с утрированной мимикой и жестами, иногда говорящих писклявыми голо­сами, были описаны французским психиатром Лероем еще в начале XX века (до появления мультипликационных филь­мов) при инфекционных и интоксикационных психозах. При передозировке могут наступить сопор и кома. Описаны


случаи смерти от асфиксии при вдыхании паров клея из целофанового мешка, натянутого на голову, так как, потеряв сознание, дышавшие не в силах были его снять.

Злоупотребление ингалянтами распространено среди подростков. “Мода” на разные вещества постоянно сменя­лась, иногда охватывая лишь отдельные регионы, сообще­ства, группировки. Ингалируются чаще всего в компании сверстников, связанных между собой местом жительства или учебой. Начинают злоупотреблять ингаляциями в воз­расте 9—14 лет. Большинство подростков вскоре бросают ингаляции. Лишь у 5—10 % развивается токсикомания. Взрослые чаще используют ацетон, и тогда токсикомания формируется чаще.

Диагностика. Диагноз токсимании устанавливается на основании выявления психической зависимости от ингалян-та. Ее косвенными признаками служат переход от ингаля­ций, начатых в компании, ко вдыханию паров в одиночку, увеличение дозы вдыхаемого вещества, повторные ингаля­ции в течение дня и даже ежедневные длительные по нескольку часов подряд с перерывами. Перестают скрывать злоупотребление от посторонних и близких. Злобно оттал­кивают тех, кто пытается прервать ингаляцию. При вы­нужденном перерыве появляется депрессия и дисфория. Раз­витие физической зависимости ставится под сомнение. На­блюдаемые при перерыве ингаляций вегетативные расстройства (головная боль, сердечные аритмии), а также бессонница, мышечный тремор, шаткость походки могут быть следствием токсической энцефалопатии, вызванной хронической интоксикацией.

Последствия хронической интоксика­ции в виде психоорганического синдрома и токсической энцефалопатии наступают через несколько недель после частых и продолжительных ингаляций или через многие месяцы при редких (1—2 раза в неделю) ингаляциях. Пси­хоорганический синдром проявляется ослаблением памяти, трудностью сосредоточения, плохой сообразительностью, за­медленной ориентировкой в меняющейся обстановке. У под­ростков резко падает способность усваивать новый учебный материал. Пассивность и склонность к безделью могут че­редоваться со злобностью и агрессивностью. Токсическая энцефалопатия сопровождается вегетативными и невроло­гическими нарушениями. Жалуются на постоянные голо­вные боли, плохой сон, головокружения, во время езды на транспорте укачивает. При неврологическом осмотре можно


видеть спонтанный нистагм, легкий мышечный тремор, по­шатывание в позе Ромберга, повышение сухожильных ре­флексов. На ЭЭГ регистрируют умеренные диффузные из­менения, а иногда выявляется судорожная активность.

Для хронической интоксикации бензином характерны поражения печени и почек, пятновыводителями — хрони­ческие бронхиты. Если злоупотреблявшие ингалянтами на­чинают пьянствовать, то алкоголизм обычно развивается злокачественно.

Лечение. При сформировавшейся токсикомании лечение необходимо проводить в стационарных условиях прежде всего для того, чтобы строго контролировать поведение, исключить возможность тайных ингаляций. Проводится дез­интоксикация (лучше всего в виде капельных внутривенных вливаний глюкозы, тиосульфата натрия, мочегонных и др.). Депрессию и дисфорию устраняют амитриптилином, пира-зидолом и карбамазепином (финлепсином). Для подавления влечения к ингалянтам пытаются использовать некоторые нейролептики — неулептил (перициазин), сонапакс (тио-ридазин, меллерил). Аверсионная терапия в виде выработки условного отрицательного рефлекса на сочетание запаха ингалянта с действием рвотных средств (апоморфин, эме­тин) оказалась малоэффективной. При психоорганическом синдроме используют длительное лечение ноотропами (пи-рацетам, ноотропил) и общеукрепляющие средства. Целью психотерапии является раскрытие пациенту вреда для здо­ровья, особенно психического, злоупотребления ингалянтами.

16.3.2.2. Злоупотребление галлюциногенами и холинолитическая токсикомания

Используемые средства. Употребление галлюциногенов известно с древних времен. Индейские племена в Америке во время религиозных ритуалов использовали высушенные верхушки одного из видов кактуса — пейота, действующим началом которого является мескалин — вещество, химиче­ски сходное с адреналином, но отличное по действию. У ац­теков тем же целям служил “божественный гриб” — пси-лоцибе. Его действующее вещество было названо псилоци-бином. В 1943 г. в лаборатории швейцарской фармацевти­ческой фирмы “Сандоо А. Гоффманн и А. Штол синтези­ровали вещество, галлюциногенная активность которого в сотни раз превышала силу действия мескалина и псилоци-бина. Это вещество не обладает ни вкусом, ни цветом, ни


запахом. Его назвали диэтиламидом лизергиновой кислоты (ЛСД). Его ничтожное количество способно вызвать яркие зрительные галлюцинации на протяжении нескольких часов. В' 60—70-х годах злоупотребление ЛСД распространилось среди молодежи и подростков в США.

В нашей стране использование ЛСД запрещено законом. С целью вызвать у себя галлюцинации применялись в ос­новном холинолитические средства: астматол (содержащий белладонну, белену, дурман), циклодол, а также обладаю­щий холинолитическим действием димедрол.

Циклодоловый делирий. Циклодол (артан, паркопан) — средство для лечения паркинсонизма и экстрапирамидных нарушений моторики при лечении психотропными препа­ратами. После приема большой дозы (до нескольких десят­ков таблеток по 0,002 г) сперва наступает эйфория, иногда перемежающаяся с чувством страха. Затем, часто после сна, возникает делирий. Содержание зрительных галлюци­наций зависит от предшествующей ситуации. Если циклодол был принят во время беззаботного веселья с приятелями, то больному видятся развлекательные сцены, смешные про­исшествия. Если интоксикации предшествовали ссоры, стол­кновения, драки, устрашающие события, то в галлюцина­циях фигурируют бандиты, преследователи, сцены нападе­ний. Характерна калейдоскопичность галлюцинаций — быстрая смена картин и вместе с тем повторение одних и тех же видений по нескольку раз. Слуховые галлюцинации всегда тематически связаны со зрительными.

Характерен симптом исчезающей сигареты: когда боль­ной не видит своей руки, то чувствует зажатую между пальцами сигарету, но когда пытается поднести ее ко рту — сигарета “исчезает”.

Циклодоловый делирий протекает со светлыми проме­жутками — от нескольких минут до нескольких часов, во время которых сознание больных проясняется, они хорошо помнят и критически оценивают галлюцинации. Длитель­ность всего делирия около суток.

Вегетативные расстройства выражены нерезко: зрачки широкие, лицо гиперемировано, умеренная тахикардия.

Делирии при других галлюциногенах. Астматоловый делирий, вызванный питьем настоя, приготовленного из астматола (часто в смеси с вином), протекает тяжелее циклодолового, отличается глубоким помрачением созна­ния, дезориентировкой в окружающем, беспомощностью одурманенных и последующей амнезией (о галлюцинациях


сохраняются лишь отрывочные смутные воспоминания, а происходившее в действительности выпадает из памяти).

Димедроловый делирий (несколько таблеток димедрола обычно принимают со спиртным) более сходен с циклодо-ловым, но на высоте делирия критическое отношение к галлюцинациям может утрачиваться и больной может ока­заться опасным для других.

Галлюциноз, вызванный ЛСД, отличается наличием си­нестезий: звуки вызывают цветовые ощущения (“цветому­зыка”). Видения яркие и сочетаются с деперсонализацией и дереализацией. Поведение бывает различным — от пас­сивного созерцания с критическим отношением к пережи­ваниям до агрессивных и аутоагрессивных действий с полной утратой критики.

Злоупотребление и формирование токсикомании. Обыч­но галлюциногены употребляются эпизодически. Реже под­бираются дозы циклодола, которые вызывают только эйфо­рию — тогда может наступить психическая зависимость. Еще реже появляется устойчивое влечение к повторным галлюцинаторным переживаниям. Этим отличается ЛСД, способное вызвать сильное влечение к его повторным при­емам: переживание галлюциноза становится основным смыс­лом жизни, т. е. развивается явная психическая зависи­мость. В США распространился галлюциноген с коротким действием (около получаса) — диэтилтриптамин. К нему, например, прибегают тайком во время обеденного перерыва.

Лечение. Вызванные галлюциногенами делирии преры­ваются .внутримышечной инъекцией аминазина (хлорпро-мазин) или сибазона (седуксен). В дальнейшем проводится дезинтоксикация.

16.3.2.3. Другие виды злоупотреблений и токсикомании

Злоупотребление траквилизаторами. Транквилизаторы могут служить для усиления алкогольного опьянения или к ним регулярно прибегают, чтобы “успокоиться”, “отвлечься от неприятностей”. К ним обращаются, чтобы заменить нар­котики, когда невозможно их достать и нужно облегчить аб­стиненцию. Наиболее привлекателен в этих целях сибазон (седуксен), в меньшей степени — эуноктин (радедорм, нит-разепам) и мепробамат. Большие дозы транквилизаторов, в несколько раз превышающие терапевтические, способны вы­зывать своеобразное опьянение. Вначале наступает чувство


необычного приятного покоя, затем нарастает оглушение (от­вечают с задержкой, переспрашивая, речь делается смазан­ной, походка — неустойчивой), которое переходит в глубо­кий продолжительный сон, а иногда и в сопор. Но впослед­ствии пробуждаются обычно даже без специальной помощи.

Токсикомания может развиться при длительном регу­лярном приеме. Постепенно возрастает доза, требуемая для “успокоения” и нормального сна. Вынужденный перерыв после длительного злоупотребления приводит к бессоннице, кошмарным сновидениям, постоянному чувству тревоги и беспокойства. Описаны редкие случаи физической зависи­мости после продолжительного злоупотребления транкви­лизаторами в больших дозах. В абстиненции появляются судорожные подергивания мышц, случаются эпилептические припадки и острые психозы со спутанностью.

Кофеинизм. Несмотря на широкое распространение кофе как повседневного напитка во многих регионах, кофеинизм как токсикомания встречается редко. В этих случаях в течение дня выпивают много чашек крепкого кофе или даже поедают “кофейный кисель”. В других случаях зло­употребляют чифиром — отваром очень крепкого чая (50 г на один стакан воды). Очередной допинг повышает рабо­тоспособность, дает ощущение бодрости, прилива сил, по­вышения творческих способностей. На ночь обычно прини­мают снотворное. Лишение привычного стимулятора ведет к тяжелой астении и перепадам настроения.

Физическая зависимость нехарактерна. Длительное зло­употребление сопровождается истощением, сердечными аритмиями, тяжелым хроническим гастритом, а также вы­раженной эмоциональной неустойчивостью.

Никотинизм. Злоупотребление курением табака можно рассматривать как токсикоманию всегда, когда курение та­бака становится постоянной насущной потребностью, что свидетельствует об очевидной психической зависимости. Прекращение курения в этих случаях вызывает дискомфорт, беспокойство, резкое усиление влечения. Тяготение усили­вается после еды, выпивки, при пробуждении от ночного сна, во время напряженной умственной работы и при вол­нении, а также при виде других курильщиков и при запахе табачного дыма. Следствием длительного курения бывают хронические бронхиты, гиперацидные гастриты. Среди ку­рильщиков значительно выше заболеваемость ишемической болезнью сердца, инфарктом миокарда, раком легких, яз­венной болезнью желудка и двенадцатиперстной кишки,