Глава 3. АНТИЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ 6 страница

Аристотель выделяет три момента жизни: вегетативный (рождение, питание, рост), чувственно-моторный (ощущение, вожделение и движение) и интеллектуальный (познание, выбор). Этим моментам жизни соответствуют три души — вегетативная, чувственная и интеллектуальная. У растений есть только первая, у животных — первая и вторая, у людей — все три. Бог обладает только разумной душой.

Первые две души неотделимы от тела. «В большинстве случаев, очевидно, душа ничего не испы-тывает без тела и не действует без него, например, при гневе, отваге, желании, вообще при ощущениях. По-видимому, все состояния души связаны с телом: негодование, кротость, страх, сострадание, отвага, а также радость, любовь и отвращение; вместе с этими состояниями души испытывает нечто и тело». Но «ничто не мешает, чтобы некоторые части души были отделимы от тела». Аристотель говорит, что ум и способность к умозрению суть «иной род души и что только эти способности могут существовать отдельно, как вечное — отдельно от происходящего».

Разумная душа не возникает и не подлежит гибели. «Интеллект есть субстанциальная реальность и не подлежит порче... Старостью мы обязаны не душе, но субъекту, телу, в котором она находится, как это имеет место в случае опьянения или другой болезни. Мыслительная активность ослабевает, когда какая-либо внутренняя часть тела ослабевает или разрушается, но сама по себе она бесстрастна».

Гносеология. Аристотель — основатель науки логики. В гносеологии Аристотель исходит из того, что «все люди от природы стремятся к знанию». Любознательность — общее свойство людей и животных. Аристотель утверждает, что существуют объекты, которые вызывают в нас чувственные восприятия. «Чтобы не существовали те, лежащие в основе предметы, которые вызывают чувственное восприятие, хотя бы самого восприятия не было, это невозможно... Есть и что-то другое помимо вос-приятия, что должно существовать раньше его».

Аристотель является приверженцем концепции отражения. Он сравнивает знание (душу) с воском, на котором остается знак золотого кольца с печатью. Знание воспринимает формы ощущаемых предметов, но не их субстрат.

Аристотель видит трудность познания в том, что сущность вещей не лежит их поверхности. Само по себе чувственное восприятие является лишь начал познания общего. Чувственные восприятия «составляют самые главные наши знания об индивидуальных вещах». Восприятия — результат движения тел, влиящих на органы чувств. Далее идет опыт. Он формируется вследствие повторяемых чувственных восприятий и на основе памяти. Опыт — это «ряд восприятий одном и том же предмете», воспроизведение прежних восприятий.

Далее ступень познания — «искусство» (техне). «Опыт создал искусство». Если опыт — знание индивидуальных вещей, то искусство появляется тогда, «когда на основе приобретенных на опыте мыслей образуется один общий взгляд на сходные предметы... Опыт есть знание единичного, а искусство — знание общего... Имеющие опыт знают, «что», но не знают, «почему», владеющие же искусе вом знают, «почему», т. е. знают причину». За искусством следует наука. Филосфия является высшей из наук.

Аристотель стал основателем логики как науки о мышлении и его закона Логика Аристотеля возникла как результат исследования тех форм и правил логического мышления, которые используются в науке. В работах «Категории», «Об истолковании», «Первая аналитика», «Вторая аналитика», «Топика», «О софистических опровержениях» (поздние комментаторы назвали эти работы «Органон» (орудие)) формулируются основные законы мышления, разрабатываютс проблемы теории понятия, суждения, умозаключения, исследуется доказательство и т. д.

С точки зрения Аристотеля, истина и ложь возникают вместе с суждением - утверждением или отрицанием. Истина возникает, когда связь между субъектом предикатом суждения найдена верно, и в суждении связано то, что связано в ре альности. Исследовать истину — это задача философии и частных наук.

У риторики иная задача — выяснить средства и методы эффективного убеждения. Риторика указывает способы, с помощью которых люди советуют, обвиняют защищаются, похваляются, используя как аргументы распространенные убеждения.

Проблемы этики. В практических науках человек рассматривается как индивид (в этике) и как член общества (в политике).

В своих этических воззрениях Аристотель исходит из того, что «добродетель не дается нам от природы»; от природы нам дается лишь возможность приобрести ее. Многое зависит от человека, «в нашей власти быть нравственными или порочными людьми».

Поступки человека ориентированы на счастье. Но что такое счастье? Для многих это удовольствие и наслаждение. Но жизнь, растраченная в наслаждениях, - рабская жизнь, достойная животного. Для других счастье — почести, успех. Но они представляют собой нечто внешнее, зависящее от других. Третьи полагают, что счастье состоит в умножении богатства. Но это абсурдная цель, поскольку богатство — лишь средство для достижения чего-то другого; как цель оно смысла не имеет. Высшее благо и счастье, доступное человеку, — в совершенствовании себя как человека. Счастье предполагает, что человек не просто живет (ведь и растения живут), не просто чувствует (и животные чувствуют); счастье — в разумной деятельности, сообразной с добродетелью.

Нравственность тесно связана со свободным выбором. Аристотель подчеркивает, что «всякий в известном отношении виновник собственного характера». Человек становится справедливым, совершая справедливые дела, умеренным, поступая умеренно, мужественным — действуя в опасных ситуациях и привыкая не испытывать страха; трусами люди делаются, привыкнув бояться. Любого человека можно сделать храбрым, если с молодости учить его не бояться в опасной ситуации. Это лишь вопрос воспитания.

«Этическая добродетель», по мнению Аристотеля, состоит в господстве над чувственной душой. Импульсы страсти, чувства всегда тяготеют к излишествам. Разум дает нам возможность найти «точную меру», срединный путь между крайностями. Аристотель приводит ряд примеров — своеобразные комплексы, в которых среднее понятие представляет собой «меру», расположенную между крайностями:

♦ безрассудство — мужество — трусость,

♦ расточительность — щедрость — жадность,

♦ гневливость — кротость — смирение,

♦ хвастовство — правдивость — ирония,

♦ наглость — стыдливость — застенчивость,

♦ самоунижение — самоуважение — кичливость, т. д.

Активность разума — цель, достойная человека. «Благо человека состоит в активности души, согласной с добродетелью, а коли добродетелей души много, — то в согласии с лучшей и наисовершеннейшей из них. Но, следует добавить, — и в жизни исполненной».

Мало знать, что такое добродетели, нужно еще уметь на практике находить эту середину. Человек должен не только знать, что хорошо и что плохо, но и стремиться и уметь следовать благу.

Среди всех добродетелей выделяется одна, в которой синтезированы все прочие - справедливость. Важный аспект справедливости — равенство, но не для всех, а для равных; неравенство же справедливо для неравных.

Аристотель осуждает зависть. Зависть — это не стремление обладать чем-либо, а желание видеть ближнего лишенным этого. Это не благородное, а мелочное чувство, чувство низкого соперничества, которое может быть направлено только на подобных нам, но не на тех, кого мы считаем гораздо ниже или выше себя.

Рациональная душа имеет дело с изменяющейся реальностью, с одной стороны, и неизменными принципами, с другой. Отсюда две добродетели — рассудительность и мудрость. Рассудительность проявляется в определении того, что является благом и что злом. Рассудительность связана с практичностью. Практичен тот, кто способен трезво оценивать обстоятельства, верно рассчитывать средства для достижения целей, ведущих к благополучию. Практичность требует умеренности. Для практичности необходим опыт, и поэтому молодые люди не могут быть практичными. Практичные люди годны для управления домом и государством, а потому практичность тесно связана и с экономикой, и с политикой.

Мудрость заключается в познании принципов бытия (что изучается философией). Именно на пути этого познания человек способен достичь высшего счастья, коснуться божественного. Это познание не преследует каких-то конкретных жизненных целей. Однако, утверждает Аристотель, именно философия в конечн счете руководит практической и нравственно-политической деятельностью.

Аристотель полагает, что нравственный человек является мерой для других людей. Он всегда находится в гармонии с самим собой и «не знает укоров совести».

В этике Аристотель довольно много внимания уделяет дружбе в отношениях между людьми. Совершенная дружба возможна между достойными, и нельзя дружить со многими. Не следует вступать в дружеские отношения с человеком, занимающим более высокое положение, чем ты сам, если только он не выше и по своей добродетели. Друзья являются утешением в несчастье, но не надо делать их несча ными, ища их сочувствия, как поступают женщины и женоподобные мужчиг Счастливый человек нуждается в друзьях, чтобы разделить с ними свое счастье.

Политические взгляды. В своих политических взглядах Аристотель исходит того, что человек по своей сути есть существо общественное и, обладая языком, живет в общении. «Что человек есть существо общественное в большей степени, нежели пчелы и всякого рода стадные животные, ясно из следующего: природа, согласно нашему утверждению, ничего не делает напрасно; между тем один только человек из всех живых существ одарен речью. Голос выражает печаль и радость, поэтому он свойственен и остальным живым существам (поскольку их природные свойства развиты до такой степени, чтобы ощущать радость и печаль передавать эти ощущения друг другу). Но речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо... Это свойство людей отличает их от остальных живых существ: только человек способен восприятию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедливое и т. п.». Далее Аристотель говорит: «Тот, кто не может войти и составить часть некоего сообщества, кто не нуждается ни в чем, ни в ком, достаточен самому себе, то, не являясь частью государства, он — либо зверь, либо бог».

Сочинение Аристотеля «Политика» начинается словами: «Всякое государство представляет собой некоторую форму общежития». Государство состоит из граждан. Аристотель определяет гражданина как человека, участвующего в суде и управлении, выполняющего воинскую и жреческую функции.

Государство имеет политическое устройство — «порядок, который лежит в основании распределения государственных властей». Политическое устройство предполагает власть закона. Политическое устройство включает три составляющие: законодательную, административную и судебную.

Аристотель считает, что главная цель политики — достижение общего блага. Достичь этой цели нелегко. Политик всегда должен помнить, что человек подвержен страстям и что человеческая природа вообще испорчена, а также то, что этические добродетели хотя и свойственны всем людям, но не в равной степени. Одна добродетель характерна для мужчин, другая — для женщин, одна — для свободного человека, а другая — для раба. Необходимо придать гражданам хорошие качеств и сделать их людьми, поступающими прекрасно. Поэтому политик должен стремиться найти наилучшее политическое устройство. Для этого нужно исследоват существующие формы политического устройства и изучать проекты философов.

Аристотель считал, что при исследовании политической жизни «наилучший способ теоретического построения состоял бы в рассмотрении первичного образования предметов». Необходимой предпосылкой государственного устройства является естественное стремление людей к совместной жизни; человек рождается политическим существом.

Первый результат проявления политической сущности человека — образование семьи. «Первые и самомалейшие части семьи суть: господин и раб, муж и жена, отец и дети»; соответственно «в семье имеют место отношения троякого рода: господские, супружеские и родительские». Власть жены в семье противоестественна. «Где природные отношения не извращены, там преимущество власти принадлежит мужчине, а не женщине». В связи с этим Аристотель цитирует Софокла: «Молчание придает женщине красоту».

Аристотель рассматривает рабство как необходимое и вечное явление. С самого рождения одни существа предназначены к подчинению, другие — к властвованию. «Природа устроила так, что и физическая организация свободных людей отлична от физической организации рабов; у последних тело мощное, пригодное для выполнения необходимых физических трудов, свободные же люди держатся прямо и неспособны для выполнения подобного рода работ; зато они пригодны для политической жизни». У раба на первом месте тело, у свободного — душа, а душа — начало властвующее.

С развитием семей, с ростом их потребностей возникает товарообмен и разделение труда. Несколько семей образуют селение. Государство возникает из нескольких селений. Тот, кто основал государство, — величайший благодетель человечества. Живя без закона, человек оказывается ниже зверя, а закон в своем существовании опирается на государство. Государство существует, чтобы пресекать обман и преступления.

Власть в государстве — это продолжение и развитие власти главы семьи. Поэтому первой формой политического устройства была патриархальная монархия. В последующем появились и другие формы политического устройства.

Аристотель прежде всего разделяет государства на правильные и неправильные. В первых правительство заботится об общем благополучии, во вторых — лишь о собственном благополучии. Существуют три вида правильных государств: монархия, аристократия и полития, и три вида неправильных государств: тирания, олигархия и демократия. Кроме того, существует множество переходных форм.

Хотя монархия — древнейшая, «первая и самая божественная» форма политического устройства, аристократия все же лучше ее. При аристократии власть находится в руках немногих, обладающих личными достоинствами; аристократия возможна лишь там, где личное достоинство ценится народом. Полития (республика) — власть большинства. Большинству присуща единственная общая им всем добродетель — воинская, поэтому «республиканское общество состоит из таких людей, которые по природе своей воинственны, способны к подчинению и власти, основанной на законе, по силе которого правительственные должности достаются и бедным, лишь бы они были достойны».

Среди неправильных форм государства прежде всего выделяется тирания. «Тираническая власть не согласна с природой человека». К ней Аристотель относится резко отрицательно. «Чести больше не тому, кто убьет вора, а тому, кто убьет тирана». Вторая неправильная форма — олигархия. Это власть немногих, но не достойных (как при аристократии), а богатых. Далее следует демократия. Существуют два варианта этой формы государства: демократия, которая основана на законе, и демократия, при которой власть находится в руках толпы, а не закона; фактически же власть находится в руках народных льстецов-демагогов.

Аристотель довольного много внимания уделяет характеристикам тирании в отличие от монархии. Тиран стремится к богатству и окружает себя продажной охраной. В ироничном тоне Аристотель поясняет, что должен делать тиран, чтобы удержаться у власти. Он должен предотвращать возвышение любого человека, обладающего исключительными достоинствами, предавая его казни, если это необходимо. Он должен запретить всякие совместные беседы, любое образование, способное вызвать оппозиционные мысли. Тиран должен помешать людям близко сходиться друг с другом и взять их под надзор своих шпионов. Он должен сеять раздоры, держать своих подданных все время занятыми: например, занимать их значительными и серьезными работами, как это делали цари Египта, строя пирамиды, или вести войны. Есть и другой метод сохранения тирании — умеренность и притворная религиозность. Нельзя уверенно сказать, какой из этих методов успешнее.

В том случае, когда богатые, игнорируя интересы бедных, осуществляют правление в своих интересах, мы имеем дело с олигархией; когда же бедные осуществляют правление, игнорируя интере-сы богатых, мы имеем дело с демократией. Под демократией Аристотель понимает такой способ правления, при котором власти, пренебрегая общим благом, потакают интересам нищих (в материаль-ном и духовном смысле). Аристотель иногда называет демократию охлократией — правлением не настоящего народа, а необразованной массы.

Лучшая из форм государства — полития, сочетающая достоинства аристократии и демократии; полития — правление зажиточного образованного среднего класса.

Аристотель — сторонник частной собственности. Он выделяет в обществе три основных класса граждан: «очень зажиточных», «крайне неимущих» и «средних». С точки зрения Аристотеля, в идеальном государстве не должно быть ни чрезмерно богатых, ни чрезмерно бедных. Опору общества он видит в рабовладельцах «среднего достатка». Наилучшая форма собственности — «собственность средней величины». При этом Аристотель подразумевает, что в государстве должны быть рабы. «Для хорошего политического устройства граждане должны быть свободны от забот о делах первой необходимости». В совершенном государстве граждане не должны заниматься физическим трудом.

Совершенное государство должно жить в мире. Для граждан очень важно уметь хорошо работать и искусно вести войну, но еще более важно уметь жить в мире, отдыхать и создавать прекрасное.

Аристотелю принадлежат серьезные разработки экономических категорий. Он впервые исследовал такие явления общественной жизни, как разделение труда, товарное хозяйство, обмен, деньги, распределение и т. д.

Эстетические взгляды. Что касается эстетических взглядов Аристотеля, он рассматривает искусство в широком смысле как деятельность человека. «Через искусство возникает то, формы чего находятся в душе». Искусство отчасти завершает то, что природа завершить не в состоянии, отчасти подражает ей. Важная особенность искусства — подражание (мимесис). В основе удовольствия, доставляемого нам художественным произведением, лежит радость узнавания.

Мимесис — это не простое натуралистическое воспроизведение действительности, а такая форма активности, которая создает образ должного, отталкиваясь от действительности. В этом плане интересным представляется сопоставление историка и поэта. «Разница между историком и поэтом не в том, что один выражается в прозе, другой — в стихах (сочинение Геродота и в стихах не перестало бы быть историческим). Разница в том, что первый говорит о бывшем, поэт — о том, что должно быть. Именно поэтому поэзия более благородна и более философична, ибо она трактует об универсальном, история же погружена в частное, неповторяющееся».

Искусство должно обобщать, оставляя в единичном то, что служит существенному. Предметом художественного творчества Аристотель считает людей. Искусство может изображать людей, улучшая их, ухудшая или оставляя такими, как они есть. В трагедии мы видим подражание лучшим, в комедии — худшим, в драме - обыкновенным людям. Цель искусства заключается в «очищении от страстей». Здесь особую роль Аристотель отводит трагедии. Трагедия, возбуждая в публике сочувствие и ужас, сострадание к герою, страдающему незаслуженно, способствует выходу страстей и очищает душу. Аналогичную роль могут выполнять и другие виды искусства, особенно музыка. Очищение (катарсис), освобождая чувства человека от всего безобразного и низменного, культивирует такие эмоции, которые оздоровляют рациональную душу.

IV в. до н. э. — время наивысшего подъема античной философии. Основанные Платоном и Аристотелем школы впоследствии стали центрами античной философии и науки.

В период эллинизма (начало — 338 г. до. н. э. — победа Македонии над Грецией; конец — 30 г. до н. э. — последнее эллинистическое государство, Египет, было за­воевано Римом), особенно после того, как в 146 г. до н. э. на территории Греции была образована римская провинция Ахея (Ахайя), происходит экономический и политический упадок Греции. Интерес к философии снижается; самих филосо­фов все больше начинает интересовать не то, что собою представляет мир, а то, как надо жить в этом мире, чтобы избежать угрожающих со всех сторон бедствий и опасностей. На первый план выходит этическая проблематика.

Наиболее оригинальными школами позднего периода античности были кинизм, скептицизм, эпикуреизм и стоицизм.

 

Киники

Антисфен (ок. 445-360 гг. до н. э.). был основателем кинизма. Антисфен — последователь Сократа. Перед тем как примкнуть к Сократу, Антисфен учился у софиста Горгия. Софистика оказала существенное влияние на философию раннего Антисфена; следы этого влияния исследователи находят в сохранившихся трудах. В зрелом возрасте Антисфен становится последователем Сократа. Антисфен присутствовал при предсмертной беседе Сократа, зафиксированной в произведениях Платона.

После смерти Сократа Антисфен открыл в Афинах собственную школу, на холме «Киносарг» (в переводе - «Зоркий пес), где преподавал в гимнасии для неполноправных граждан (по названию «Киносарг» последователи Антисфена стали именоваться киниками). Хотя в теории Антисфена отчетливо влияние учителей, он противоречит софистам, далеко отходит от прочих учеников Сократа (Ксенофонта, Платона, Евклида, Федона, Аристиппа).

Антисфен, в отличие от Сократа, утверждал, что в мире существует только единичное, а общее не существует. «Лошадь я вижу, лошадности же не вижу». Поэтому истинное знание возможно только применительно к единичному. Антисфен утверждал, что души (психеи) материальны и имеют форму, аналогичную заключающим их телам.

В центре внимания Антисфена, как и всей школы в целом, этические вопросы. Он полагал, что счастье человека не зависит от окружающего мира; добродетель — автаркия, предполагает автономию личности. Было бы неправильным считать удовольствие благом, так как получая удовольствие, человек попадает в зависимость от другого. «Лучше сойти с ума, чем наслаждаться». Чувственные влечения (голод, жажду, сексуальные потребности) в принципе нужно удовлетворять. Но если превратить их в цель, в удовольствие, в наслаждение, то человек лишится своей независимости. В этом случае наносит-ся ущерб добродетели и торжествует зло.

Киники негативно относились к существующим законам, морали, искусству, семье и т. д. Идеал Антисфена — возврат к природе, «естественному человеку», к существованию вне стесняющих рамок общества. Нужно возвратиться к «золотому веку», когда труд был «как благо», когда существовала свободная любовь и не было золота, возбуждавшего жадность; нужно вернуться к обществу без классов, наций и т. п. Антисфен прославляет честную бедность и трудолюбие. Добродетель, по его мнению, заключается не в хитросплетениях слов, а в поступках.

Наиболее известным киником был Диоген из Синопа (ок. 412-323 гг. до н. э.).. Его высказыва ния и образ жизни пропагандировали пренебрежение к культуре, возврат к «естественному» состоянию.

Приведем одну историю из жизни Диогена. «Однажды среди бела дня он зажег фонарь и стал бродить повсюду. Его спрашивали, зачем. Он ответил: «Человека ищу!» (Антоний и Максим). Он имел в виду человека, живущего в соответствии со своим предназначением. Человека, который выше всего внешнего, выше общественных предубеждений, который знает и умеет найти свою собственную и неповторимую природу. Свою задачу Диоген видел в том, чтобы показать, что человек всегда имеет в своем распоряжении все необходимое для того, чтобы быть счастливым, если он понимает требования своей натуры.

Диоген утверждал бесполезность математики, физики, астрономии, музыки, абсурдность метафизических построений, пропагандировал отказ от комфорта. По его мнению, свободен лишь тот, кто свободен от наибольшего числа потребностей.

Высказывания и поучения Диогена передавались из поколения в поколения, часто становясь афористическими. Приведем некоторые их них.

«Как-то раз он закричал: "Эй, вы, люди!" Сбежался народ. Он набросился на них с палкой со сло­вами: "Я звал людей, а не дерьмо"» (Диоген Лаэртский).

«Жить, никого не боясь, ничего не стыдясь, — это доставляет радость и делает жизнь полной».

«Он хвалил тех, кто собирался жениться и не женился, кто хотел отправиться в путешествие и не отправлялся, кто собирался посвятить себя государственной деятельности и не посвящал, кто наме-ревался воспитывать детей и не делал этого, кто был готов пойти в услужение к вельможам, но избегал даже общения с ними» (Диоген Лаэртский.)

«Диоген говорил, что ни в богатом государстве, ни в богатом доме не может жить добродетель» (Стобей).

«Диоген пришел к Олимпию. Там, среди праздничной толпы он заметил нарядно одетых юношей с Родоса, рассмеялся и сказал: "Все это гордыня". Потом он повстречал молодых людей из Спарты, одетых в грубые и грязные плащи. "И это гордыня, — сказал он, — только на другой манер"» (Элиан).

«Увидев судачащих женщин, Диоген сказал: "Одна гадюка у другой берет яд взаймы"» (Антоний и Максим).

«Обратившемуся к нему с вопросом, в какое время следует завтракать, Диоген ответил: "Если ты богат — когда хочешь, если беден — когда можешь"» (Диоген Лаэртский).

Ученик Диогена Кратет (вершина его творчества пришлась на 328-325 гг. до н. э.) утверждал, что богатство и слава — не ценности, а для мудрого они — зло; блага — «бедность» и «невежество». Он не ограничивался словами: продав свою часть наследства, он раздал согражданам 200 талантов. Другие известные киники — Менипп (середина III в. до н. э.), Бион (III в. до н. э.), Керкид (около 290-220 гг. до н. э.). Киники постоянно призывали к презрению к наслаждениям; считали не­обходимой тренировку души и тела, чтобы противостоять невзгодам, вызываемым внешними силами.

 

Скептицизм

Основателем скептицизма был Пиррон (ок. 360-275/ 270 гг. до н. э.). В эту философскую школу входили ученики Пиррона: Тимон (ок. 320-230 гг. до н. э.), Аркесилад, Карнеад, Энезидем, Агриппа, Секст Эмпирик и др.

Для скептицизма в целом характерно воздержание от категорических суждений. Пиррон учил, что тот, кто желает достичь счастья, должен ответить на следующие вопросы: 1) из чего состоят вещи, 2) как мы должны к ним относиться, 3) ка­кую выгоду получим мы от этого отношения к вещам. Однако на первый вопрос мы не можем дать никакого определенного ответа, поскольку любому утверждению о вещах можно сопоставить противоречащее. Отсюда следует, что единственно достойное отношение к вещам — воздержание от суждений о них (принцип «эпохе»). Выгода же, проистекающая от воздержания от всяких суждений, — невозмутимость и безмятежность, в которых скептицизм видит высшую степень блаженства. «Посидоний рассказывает о нем вот такой случай. На корабле во время бури, когда спутники его впали в уныние, он оставался спокоен и ободрял их, показывая на корабельного поросенка, который ел себе и ел, и говоря, что такой бестревожности и должен держаться мудрец» (Диоген Лаэртский). Пиррон проповедовал также моральный скептицизм. Он утверждал, что в принципе не может быть рационального основания для того, чтобы предпочитать один порядок действий другому. Поэтому безразлично, какой путь изберет человек в своих поступках. Что же касается будущего, то над ним бессмысленно ломать голову, ибо оно неопределенно. Нужно просто наслаждаться настоящим. Пиррон был убежден, что можно жить вполне счастливо даже в отсутствии истины и ценностей.

Тимон утверждал, что ничто не может быть доказано, ибо каждое положение приходится до-казывать с помощью другого положения, и всякое умозаключение либо идет по кругу, либо напоми-нает бесконечную цепь, протянувшуюся в пустоту. В обоих случаях ничего доказать нельзя.

Карнеад говорил, что не существует абсолютного критерия истины и приходится довольство-ваться лишь «похожим на истинное», вероятным.

Скептики сформулировали 10 «тропов» (доводов), в которых нашли выражение их сомнения в возможности достижения истины. Наиболее полную характеристику этих тропов дал Энезидем, представитель так называемой новой школы скептиков (I в. до н. э.).

1. Разные живые существа имеют различную организацию чувств, потому их ощущения различны.

2. Даже если ограничиться только людьми, то между их телами и душами заметны такие различия, которые не могут не означать разные ощущения, мысли, поведение.

3. Даже в отдельном индивиде есть различные структуры, способствующие контрастным восприятиям.

4. И в одном человеке постоянно меняются душевные состояния и соответствующие им представления.

5. В зависимости от того, к какому народу принадлежит человек и какой тип воспитания он получил, мнения людей об одном и том же будут совершенно различными.

6. Ничто не существует в девственной чистоте, но всегда в смешении, и это влияет на наше представление об окружающем мире.

7. Расстояния, отделяющие от нас объекты, также определяют наши представление.

8. Действия, производимые объектами на нас, зависят от частоты.

9. Все вещи, попадающие в сферу нашего внимания, всегда связаны с другими и никогда не существуют сами по себе.