Арго» возвращается в Грецию 2 страница

e. Возвращение аргонавтов породило много рассказов. Но самый поучительный из них – это рассказ о кормчем Большом Анкее. Пройдя через множество невзгод и опасностей, он вернулся в свой дворец в Тегее, где прорицатель предсказал, что ему никогда не испить вина из того винограда, который родит ранее посаженная им лоза. В день возвращения Анкея его слуга уже собрал первые грозди и приготовил вино. Анкей наполнил этим вином кубок, поднес его к губам и призвал прорицателя, чтобы опровергнуть его за неверное предсказание. Прорицатель ответил: «Господин мой, вино не во рту, пока губ не утру!» В этот момент вбежал слуга Анкея с криком: «Господин, дикий вепрь портит твой виноградник!» Анкей отставил нетронутый кубок, схватил рогатину и побежал. Притаившийся в кустах вепрь напал на него и убил6.

 

1Диодор Сицилийский IV.54; Аполлодор I.9.28; Плутарх. Тесей 12; Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия VII.750.

2Диодор Сицилийский IV.55–66; Гигин. Мифы 26; Юстин XLII.2; Тацит. Анналы VI.34.

3Диодор Сицилийский IV.55; Схолии к краткому содержанию «Медеи» Еврипида; Гигин. Поэтическая астрономия II.XXXV.

4Схолии к «Медее» Еврипида 10 и к Аполлонию Родосскому IV.814.

5Геродот VII.197.

6Схолии к Аполлонию Родосскому I.188.

 

* * *

 

1. Аттический культ Деметры как земли-богини породил рассказ о пребывании Медеи в Афинах (см. 97.b). Аналогичные культы объясняют ее пребывание в Фивах, Фессалии и Малой Азии. Правда, марубы могли эмигрировать в Италию из Ливии, где псиллы хорошо владели искусством заклинания змей (Плиний. Естественная история VII.2). То, что Медея царствует на Островах Блаженных, вполне понятно: как богиня, владеющая «котлом омоложения», она может предоставить возможность героям прожить вторую жизнь (см. 31.c). Елена («луна») – это, возможно, одно из ее имен (см. 159.1).

2. Вероятно, в героическую эпоху царя Орхомена по окончании срока его правления вели на вершину горы Лафистий для принесения в жертву. Такой царь был одновременно жрецом Зевса Лафистия, причем эта должность передавалась по наследству в матрилинейном клане миниев. Согласно Геродоту (VII.197), во время Персидских войн предводитель клана все еще должен был находиться в пританее, когда его призывали присутствовать при жертвоприношениях. Правда, никто не настаивал, чтобы он следовал этим призывам и, судя по рассказу Геродота, вместо него всегда присутствовал его представитель, кроме тех случаев, когда случались бедствия, например чума или засуха, и он считал своим долгом присутствовать при обряде жертвоприношения лично.

Смерть Ясона и Анкея – это притчи, подчеркивавшие опасность излишней славы, процветания или гордости. Но Анкей умирает как царь в своем родном городе от клыков напавшего на него вепря (см. 18.7), тогда как Ясон, наподобие Беллерофонта (см. 75.f) и Эдипа (см.105.k), бродит от города к городу, ненавидимый всеми и в конце концов погибает от несчастного случая. В Истме, где правил Ясон, по обычаю, царствующего фармака сбрасывали со скалы в море, где его поджидала лодка, после чего его изгоняли, обрекая на жизнь безымянного нищего, уносившего из города все несчастья (см. 89.5 и 98.6).

3. Исаак Ньютон, насколько мне известно, был первым, кто указал на связь между знаками зодиака и плаванием «Арго». В Александрии на формирование легенды вполне могли оказать влияние знаки зодиака: Овен – Фрикс, Телец – Ээт, Диоскуры – небесные Близнецы, Лев – Рея, Весы – Алкиной, Водолей – Эгина, Геракл – Стрелец, Медея – Дева и Козерог – символ распутства, как напоминание о привольной жизни на Лемносе. Если использовать египетские знаки зодиака, то появятся недостающие элементы: змей – для Скорпиона и Скарабей, символ возрождения, – для Рака.

 

 

Троянская война

 

Основание Трои

 

Одна из историй основания Трои гласит, что во время голода треть критян под предводительством царевича Скамандра отправилась основывать колонию. Приплыв во Фригию, они разбили лагерь на берегу моря неподалеку от города Гамаксита1, под высокой горой, которую они назвали Ида в честь критского дома Зевса. До этого Аполлон посоветовал им поселиться там, где под покровом темноты на них нападут «порождения земли». В ту же ночь несметное количество голодных полевых мышей перегрызло всю кожу на их оружии и утвари. Тогда Скамандр решил остаться здесь, построил храм Аполлону Сминфейскому, вокруг которого быстро вырос город Сминфий, а сам женился на нимфе Идее, которая родила ему сына Тевкра. С помощью Аполлона критяне победили их новых соседей бебриков, но во время битвы Скамандр бросился в реку Ксанф, которая с тех пор носит его имя. Ему наследовал Тевкр, по имени которого переселенцы стали называть себя тевкрами. Некоторые, правда, говорят, что Тевкр сам возглавлял критских колонистов и был приглашен во Фригию Дарданом, который дал ему в жены дочь и стал называть своих собственных подданных тевкрами2.

b. Афиняне рассказывают совсем иную историю. Они отрицают, что тевкры пришли с Крита, и говорят, что некий Тевкр, принадлежавший дому Троса, переселился из Афин во Фригию и что Дардан, сын Зевса и плеяды Электры, родившийся в аркадском Фенее, был приглашен во Фригию этим самым Тевкром, а не наоборот. О правдоподобии этой легенды, по их мнению, говорит тот факт, что Эрихтоний появляется в генеалогии и афинского, и тевкрского царских домов3. Дардан, продолжают афиняне, женился на Хрисе, дочери Палланта, которая родила ему двух сыновей – Идея и Дейма. Некоторое время они правили Аркадским царством, основанным Атлантом, но расстались из-за бед, причиненных Девкалионовым потопом. Дейм остался в Аркадии, а Идей со своим отцом Дарданом отправились в Самофракию, которую они заселили совместно, и остров стал называться Дарданией. Хриса принесла Дардану в качестве приданого священные изваяния великих божеств, жрицей которых она была. Дардан ввел их культ в Самофракии, но держал их истинные имена в тайне. Он основал также сообщество салийских жриц для отправления необходимых обрядов, которые были похожи на те, что совершались в честь критских куретов4.

c. Печаль, вызванная смертью брата Иасиона, привела Дардана за море в Троаду. Он прибыл один, управляя плотом из надутой шкуры, нагруженной четырьмя камнями. Тевкр принял его радушно и при условии, что Дардан поможет ему покорить некоторые соседние племена, дал ему часть царства и женил на своей дочери царевне Батии. Одни говорят, что Батия была теткой Тевкру, а другие считают, что она – его дочь5.

d. Дардан предложил основать город на небольшом холме Ата, возвышавшемся над долиной, где сейчас стоит Троя, или Илион. Но когда оракул Аполлона Фригийского предупредил его, что несчастья будут преследовать жителей города, Дардан выбрал место на нижних склонах горы Ида и назвал город Дарданией6. После смерти Тевкра Дардан унаследовал от него остальную часть царства, дал всему царству свое имя и распространил свою власть на многие азиатские народы. Он также выносил колонии во Фракию и дальше7.

e. Тем временем младший сын Дардана Идей отправился следом за ним в Троаду, неся с собой священные изваяния. Это позволило Дардану обучить свой народ самофракийским мистериям. Оракул убедил его, что город, который он хочет основать, будет неприступным ровно столько, сколько просуществует приданое его жены под покровительством Афины8. Его могила видна до сих пор в той части Трои, которая называлась Дардания до слияния с поселениями Илион и Трой, образовавшими единый город. Идей обосновался на Идейских горах, которые, по мнению некоторых, названы его именем. Там он ввел поклонение фригийской Матери богов и ее мистерии9.

f. По преданию латинян, отцом Иасиона был тирренский царевич Кориф, а его брат-близнец Дардан был сыном Зевса и жены Корифа Электры. Оба были выходцами из Этрурии и, поделив священные изваяния между собой, Иасион отправился в Самофракию, а Дардан в Троаду. Сражаясь с бебриками, которые хотели сбросить тирренцев в море, Дардан потерял свой шлем, и, хотя его войско отступало, он повел его вперед, чтобы вернуть себе шлем. На этот раз он победил и основал город, названный Кориф, прямо на поле боя: название города было выбрано в равной мере в память о шлеме (corys) и об отце10.

g. У Идея было два старших брата, Эрихтоний и Ил, или Закинф, и дочь Идея, которая стала второй женой Финея. Когда Эрихтоний унаследовал от Дардана царство, то женился на Астиохе, дочери Симоиса, родившей ему Троса11. Эрихтония называют также царем Крита, самым богатым человеком, владельцем трех тысяч кобыл, которые полюбились Борею. Трос наследовал своему отцу Эрихтонию, и не только Троя, но и вся Троада стала называться его именем. От жены Каллирои, дочери Скамандра, у него родились Клеопатра младшая, Ил младший, Ассарак и Ганимед12.

h. Тем временем Ил, брат Эрихтония, ушел во Фригию, где, вступив в уже начавшиеся игры, стал победителем в борьбе и получил в качестве награды пятьдесят юношей и пятьдесят девушек. Фригийский царь, чье имя уже забыто, также дал ему пятнистую корову и посоветовал основать город там, где корова первый раз ляжет на землю. Ил пошел за ней, и корова легла у холма Ата. Там он основал город Илион, но из-за предупреждения, полученного от оракула отцом Дарданом, не стал строить городские укрепления. Одни говорят, что Ил шел за своей собственной мисийской коровой по велениию Аполлона. Другие – что Илион основали переселенцы из Локриды и дали эолийскому городу Кима имя своей горы Фрикониды13.

і. Когда был обозначен круг, который должен был стать границей города, Ил обратился с молитвой к Зевсу Всемогущему, чтобы тот явил знамение, и на следующее утро увидел перед своим шатром полузакопанный деревянный предмет, поросший травой. Это был Палладий – фигура в три локтя высотой, которую Афина сделала в память о своей покойной ливийской подруге Палладе. Паллада, имя которой Афина добавила к своему собственному, держала в правой руке копье, готовое к бою, а в левой – прялку и веретено, на грудь была накинута эгида. Поначалу Афина установила изваяние на Олимпе рядом с троном Зевса, где Палладию воздавались большие почести. Но когда прабабка Ила, плеяда Электра, была обесчещена Зевсом и осквернила изваяние своим прикосновением, Афина в гневе сбросила на землю и ее, и изваяние14.

j. Аполлон Сминфейский дал Илу такой совет: «Сохрани богиню, падающую с небес, – и ты сохранишь свой город. Ведь куда бы ни пришла богиня, она несет с собой власть!» Согласно совету, Ил воздвиг в цитадели храм, куда поместил изваяние15.

k. Одни говорят, что храм уже строили, когда Палладий упал с небес как дар богини. Изваяние упало в храм через отверстие в недостроенной крыше как раз в то место, которое для него готовили16. Другие – что Электра вручила Палладий Дардану, своему сыну от Зевса, и после его смерти Палладий перенесли из Дардании в Илион17. Третьи считают, что оно упало с небес в Афинах и что афинянин Тевкр принес изваяние в Троаду. Четвертые утверждают, что было два палладия – афинский и троянский, причем последний был вырезан из костей Пелопа так же, как изваяние Зевса в Олимпии было вырезано из слоновой кости, или что было много палладиев, аналогичным образом упавших с небес, включая самофракийские изваяния, принесенные Идеем в Троаду18. Коллегия весталок в Риме теперь хранит то, что считается истинным Палладием. Ни один мужчина не может взглянуть на него безнаказанно. Однажды, когда Палладием еще владели троянцы, Ил бросился спасать его во время пожара и за все свои муки лишился зрения. Позднее, правда, ему удалось умилостивить Афину, и зрение вернулось к нему19.

l. Евридика, дочь Адраста, родила Илу Лаомедонта и Фемисту, которая вышла замуж за фригийца Каписа и, как говорят некоторые, стала матерью Анхиса20. Стримона, дочь Скамандра и Левкиппы, Зевксиппы или Тоосы, родила Лаомедонту пять сыновей, а именно: Тифона, Лампа, Клития, Гикетаона и Подарка, и трех дочерей: Гесиону, Киллу и Астиоху. Кроме того, у него появились незаконнорожденные близнецы, рожденные нимфой-пастушкой Калибой. Именно он решил построить знаменитые стены вокруг Трои. Ему повезло: Зевс, разгневанный тем, что Аполлон и Посейдон восстали против него, заставил богов служить простыми поденщиками, и Лаомедонт воспользовался их службой. Посейдон строил, а Аполлон играл на лире и кормил овец Лаомедонта. Лелег Эак помогал Посейдону. Но Лаомедонт обманул богов и не заплатил им положенного, чем вызвал их ужасное негодование. Вот почему он и все его сыновья, кроме Подарка, переименованного в Приама, пали, когда Геракл разграбил Трою21.

m. Приам, которому Геракл великодушно оставил троянский трон, подумал, что несчастья, которые обрушивались на Трою, объясняются ее несчастливым местоположением, а не гневом богов, и поэтому отправил своего племянника к пифии в Дельфы, чтобы узнать, лежит ли еще проклятье на холме Ата. Но жрец Аполлона Панфой, сын Офрия, оказался таким красивым, что племянник Приама забыл о данном ему поручении, влюбился в жреца и увел его в Трою. Разгневанный Приам не нашел в себе силы наказать племянника. Чтобы загладить его вину, он назначил Панфоя жрецом Аполлона, а сам постеснялся второй раз обратиться к пифии и отстроил Трою заново на прежнем месте. Первой женой Приама была Арисба, дочь прорицателя Меропа. Когда она родила ему Эсака, он выдал ее замуж за Гиртака, от которого она стала матерью Гиртакидов: Асия и Ниса22.

n. Этот Эсак, усвоивший искусство толкования снов от своего деда Меропа, знаменит большой любовью к Астеропе, дочери бога реки Кебрен. Когда она умерла, он несколько раз пытался покончить с собой, бросаясь со скалы в море, и боги наконец сжалились над ним. Они превратили его в нырка, чтобы придать охватившему его желанию благопристойность23.

o. Гекаба – вторая жена Приама, которую латиняне называют Гекуба, была дочерью Диманта и нимфы Евнои или, как говорят некоторые, Киссея и Телеклеи, бога реки Сангария и Метопы. Еще ее матерью называют дочь Ксанфа Главкиппу24. Она родила Приаму девятнадцать из его пятидесяти сыновей, а остальные были сыновьями «других любезных жен». Все пятьдесят имели расположенные рядом опочивальни из полированного камня. Двенадцать дочерей Приама спали со своими мужьями в дальнем конце того же двора25. Старшего сына Гекабы звали Гектор, отцом которого некоторые считают Аполлона. После Гектора она родила Париса, затем Креусу, Лаодику и Поликсену, затем Деифоба, Гелена, Кассандру, Паммона, Полита, Антифа, Гиппоноя и Полидора. Но Троила она, конечно, зачала от Аполлона26.

p. Среди младших детей Гекабы Кассандра и Гелен были близнецами. Во время праздника по случаю их дня рождения, который был устроен в святилище Аполлона Фимбрейского, они устали от игр и уснули в уголке, а их выпившие слишком много вина родители забыли про них и, пошатываясь, пошли домой. Когда Гекаба вернулась в храм, то увидела, что священные змеи лижут уши ее детей, и закричала от ужаса. Змеи тут же скрылись в куче лавровых ветвей, но с этого мгновенья Кассандра и Гелен стали обладать даром пророчества27.

q. Вот как еще рассказывают об этом. Однажды Кассандра уснула в храме, ей явился Аполлон и обещал научить ее искусству ясновидения, если она разделит с ним ложе. Кассандра, приняв от него дар, в остальном отказала. Аполлон уговорил ее на один поцелуй, и, когда она поцеловала его, он плюнул ей в рот и тем самым сделал так, что никто никогда не верил ее пророчествам28.

r. Когда несколько лет спустя Приаму удалось благодаря разумному правлению вернуть Трое былое богатство и могущество, он созвал совет, чтобы решить, как быть с Гесионой, которую Эакид Теламон увез в Грецию. Хотя сам он был сторонником применения силы, совет решил, что сначала нужно воспользоваться убеждением. Зять Приама Антенор и его двоюродный брат Анхис отправились в Грецию и предъявили требования троянцев перед толпой греков, собравшихся во дворце Теламона, но их с позором изгнали. Этот случай и стал главной причиной Троянской войны29, печальный конец которой уже предсказывала Кассандра. Чтобы избежать неприятностей, Приам запер ее в троянской цитадели, стоящей на высоком холме, а служанке, которая ходила за ней, наказал сообщать обо всех ее пророчествах30.

 

1Страбон XІІІ.1.48.

2Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия III.108; Страбон. Цит. соч.; Цец. Схолии к Ликофрону 1302.

3Аполлодор III.12.1; Сервий. Цит. соч. III.167; Страбон. Цит. соч.

4Дионисий Галикарнасский. Римские древности I.61 и II.70–71; Евстафий. Схолии к «Илиаде» Гомера с. 1204; Конон. Повествования 21; Сервий. Цит. соч. VII.285.

5Аполлодор III.12.1; Ликофрон 72 и сл. и схолии Цеца; Схолии к «Илиаде» Гомера XX.215; Сервий. Цит. соч. III.167; Цец. Схолии к Ликофрону 29.

6Цец. Цит. соч.; Диодор Сицилийский V.48; Гомер. Илиада XX.215 и сл.

7Аполлодор. Цит соч.; Сервий. Цит. соч.; Диодор Сицилийский. Цит. соч.

8Дионисий Галикарнасский I.61; Евстафий. Схолии к «Илиаде» Гомера с. 1204; Конон. Повествования 21; Сервий. Цит. соч.

9Цец. Схолии к Ликофрону 72; Дионисий Галикарнасский. Цит. соч.

10Сервий. Цит. соч. VII.207 и III.15.

11Аполлодор III.12.2 и III.15.3; Дионисий Галикарнасский I.50.3.

12Гомер. Цит. соч. XX.220 и сл.; Дионисий Галикарнасский I.62; Аполлодор III.12.2.

13Аполлодор III.12.3; Цец. Цит. соч. 29; Лесс Лампсакский. Цит. по: Цец. Цит. соч.; Страбон XІІІ.1.3 и 3.3.

14Овидий. Фасты VI.420 и сл.; Аполлодор. Цит соч.

15Овидий. Цит. соч.; Аполлодор. Цит. соч.

16Диктис Критский V.5.

17Схолии к «Финикиянкам» Еврипида 1136; Дионисий Галикарнасский I.61; Сервий. Цит. соч. II.166.

18Климент Александрийский. Увещание IV.47; Сервий. Цит. соч.; Ферекид. Цит. по: Цец. Цит. соч. 355; Большой Этимологик под словом Palladium 649–650.

19Деркилл. Основания городов I; Цит. по: Плутарх. Малые сравнительные повествования, 17.

20Аполлодор III.12.2 и 3.

21Аполлодор II.59; ІІ.6.4 и III.12.3; Схолии к «Илиаде» Гомера ІІІ.250; Гомер. Цит. соч. VI.23–26; XXІ.446 и VII.452; Гораций. Оды III.3.21; Пиндар. Олимпийские оды VIII.41 и схолии; Диодор Сицилийский IV.32.

22Сервий. Цит. соч. II.319; Аполлодор III.12.5; Гомер. Цит. соч. II.831 и 837; Вергилий. Энеида ІX.176–177.

23Сервий. Цит. соч. V.128; Аполлодор. Цит. соч.; Овидий. Метаморфозы XI.755–795.

24Ферекид. Цит. по: Схолии к «Илиаде» Гомера XVI.718 и к «Гекубе» Еврипида 32; Афенион. Цит. по: Схолии к «Илиаде» Гомера XVI.718; Аполлодор. Цит. соч.

25Гомер. Илиада XXIV.495–497 и VI.242–250.

26Стесихор. Цит. по: Цец. Цит. соч. 266; Аполлодор. Цит. соч.

27Антиклид. Цит. по: Схолии к «Илиаде» Гомера VII.44.

28Гигин. Мифы 93; Аполлодор III.12.5; Сервий. Цит. соч. II.247.

29Бенуа де Сен-Мор. Роман о Трое 385 и 3187 и сл.; Осада или Баталия Тройская 349 и сл. и 385; Цец. Цит. соч. 340; Дарес 5; Сервий. Цит. соч. III.80.

30Эсхил. Агамемнон 1210; Цец. Краткое изложение «Александры» Ликофрона; Цец. Цит. соч. 29 и 350.

 

* * *

 

1. Хотя расположение Трои на хорошо увлажненной равнине у входа в Геллеспонт и позволило городу стать крупнейшим центром торговли между Востоком и Западом в эпоху бронзы, оно же провоцировало нападения со всех сторон. Утверждения греков, критян и фригийцев, будто все они основали город, не впадают в непримиримое противоречие: до классической эпохи город разрушался и восстанавливался довольно часто. На месте Трои стояло семь городов, причем гомеровская Троя была шестой. Троя, о которой рассказывает Гомер, скорее всего была населена федерацией трех племен: троянцев, илионцев и дарданцев, что весьма характерно для эпохи бронзы.

2. «Аполлон Сминфейский» указывает на Крит, поскольку sminthos по-критски означало «мышь», которая считалась священным животным не только в Кноссе (см. 90.2), но и в Филистии (4 Цар. 6.4) и Фокиде (Павсаний X.12.5). Оплодотворяющему северному ветру Эрихтонию одинаково поклонялись и пеласги в Афинах, и фракийцы (см. 48.3). Но притязания афинян как основателей Трои можно отвергнуть, считая их не более чем политической пропагандой. Белые мыши, которых содержали в храмах Аполлона, считались предупредительным средством против чумы и нашествия мышей, о которых упоминают Элиан («О происхождении животных» XII.5 и 41) и Аристотель («О происхождении животных» VI.370). Дардан мог быть тирренцем из Лидии (см. 136.g) или Самофракии. Сервий ошибается, когда пишет, что он выходец из Этрурии – там тирренцы поселились много позже окончания Троянской войны. «Закинф» – критское слово, фигурирующее в троянских царских списках. Кроме того, так назывался остров, входивший в царство Одиссея. Это говорит о том, что под Троей Одиссей отстаивал свои наследственные права.

3. Палладий, который весталки хранили в Риме как залог благополучия города, имел огромное значение для римских мифографов. Они утверждали, что из Трои его вывез Эней (Павсаний II.23.5) и доставил в Италию. Вполне возможно, что он был вырезан из кости морской свиньи (см. 108.5). «Палладий» означает каменный или другой культовый объект, вокруг которого танцуют девочки из определенного клана, как в Феспиях (см. 120.a), или прыгают юноши, причем pallas мог принадлежать и тому, и другому полу. Римская коллегия жрецов-салиев была сообществом пляшущих жрецов. Когда такие культовые объекты начинают отождествляться с процветанием племени и тщательно охраняться, то palladia можно воспринимать в значении palta, т.е. «предметы, упавшие с небес». Palta можно было не хранить под крышей. Так, священный «громовой камень» Термина в Риме стоял напротив отверстия в крыше храма Юпитера. Можно предположить наличие аналогичного отверстия в троянском храме.

4. Поклонение метеоритам легко переходило в поклонение древним монолитам, погребальный смысл которых забывался. Монолиты постепенно замещались каменными изваяниями, а те в свою очередь – изваяниями из дерева, кости. Однако падение с небес щитов, из которых самый известный – ancile Марса (Овидий. Фасты III.259–273), требует специального объяснения. Поначалу метеориты, как единственные настоящие palta, воспринимались как первопричина молний, ударявших в деревья. Далее, неолитические каменные топоры, наподобие того, который был обнаружен в микенском святилище Асины, а также долота и пестики эпохи ранней бронзы, например пестик Кибелы в Эфесе («Деяния» 19.35), ошибочно принимались за перуны. Инструментом, воспроизводящим гром, был щит. Доэллинские вызыватели дождя вращали на шнурке большие раковины, имитируя с их помощью звук усиливающегося ветра, а гром возникал от ударов барабанными палками с двумя головками (похожими на те, что изображены в руках у жрецов-салиев на рельефе в Ананьи) по огромным щитам с плотно натянутой бычьей шкурой. Единственный способ заставить раковину непрерывно звучать – вращать ее восьмеркой так, как поступают дети, играя вертушками, и поскольку факелы, имитировавшие молнии, вероятно, вращали аналогичным образом, то и щит, который использовали в церемонии вызывания дождя, разрезался так, чтобы получилась фигура, по форме напоминающая цифру восемь, и по обеим ее половинам наносили удары двуглавыми палками. Вот почему на сохранившихся критских изображениях дух грома спускается в образе похожего на восьмерку щита, а сами щиты почитались как palta.

5. Кассандра и змеи напоминают миф о Мелампе (см. 122.c), а плевок Аполлона похож на миф о Главке (см. 90.f). Ее темница, вероятно, была сооружена в виде пчельника, из которого Кассандра оглашала свои пророчества от имени героя, погребенного на этом месте (см. 43.2 и 154.1).

6. Эсак (так звали ясновидящего сына Приама) значит «миртовая ветвь», которую на греческих пирах передавали друг другу, вызывая на соревнование в пении или стихосложении. Мирт – это дерево смерти (см. 101.1 и 109.4), поэтому такими стихами первоначально были пророчества, оглашавшиеся на пире, посвященном герою. Нырок был священной птицей Афины в Аттике и связывался с тонущим царем-фармаком (см. 94.1). Скамандр (утонувший в реке Ксанф) должен указывать на троянский обычай топить прежнего царя (см. 108.3).

7. У Приама было пятьдесят сыновей, из которых только девятнадцать законных. Это говорит о том, что в Трое правление царя определялось девятнадцатигодичным циклом Метона, а не циклом из ста лунных месяцев, во время которых по очереди правил царь и его танист, как на Крите (см. 138.5) и в Аркадии (см. 38.2). Его двенадцать дочерей были, возможно, хранительницами месяцев.

8. Роль Эака в строительстве стен вокруг Трои нельзя преуменьшать: Аполлон предсказал, что потомки Эака будут присутствовать при захвате города. Это относилось к потомкам в первом и четвертом поколениях (см. 66.i), причем только ту часть стены, которую построил Эак, можно будет разрушить (Пиндар. Пифийские оды VIII.31–46). Андромаха напомнила Гектору, что построенная Эаком часть – это западная стена твердыни, «у смоковницы: там наипаче город приступен врагам и восход на твердыню удобен. Трижды туда приступая, на град покушались герои, оба Аякса могучие, Идоменей знаменитый, оба Атрея сыны и Тидид, дерзновеннейший воин. Верно, о том им сказал прорицатель какой-либо мудрый или, быть может, самих устремляло их вещее сердце» (Гомер. Илиада VI.433–439). Раскопки Дерпфельда в Трое подтвердили, что стена в этой точке действительно была наиболее слабой по непонятным причинам. Правда, Аяксу или Эакидам не нужен был прорицатель, чтобы узнать об этом, поскольку, как предполагает Полибий, Эак был родом из города, где жил Аякс Малый, т.е. Опунтской Локриды, которой гомеровская Троя обязана илионским элементом и которая пользовалась правом назначать троянскую жрицу (см. 168.2). Это был район расселения доэллинских лелегов, имевших матрилинейные и даже матриархальные институты (см. 136.4). Еще одно племя лелегов, возможно происходивших из Локриды, жило в Педасе, что в Троаде. Одна из их царевен, Лаофоя, пришла в Трою и даже родила ребенка от Приама (Гомер. Илиада XXI.86). Не исключено, что именно готовность локридских жриц похитить Палладий для Локриды помогла грекам захватить город (см. 168.4).

9. Поскольку один Тевкр был сыном Скамандра, а второй – внуком Эака и сыном сестры Приама Гесионы, то тевкрский элемент в Трое можно отождествить с лелегами, эаками или илионцами. Остальными двумя элементами были лидийский, или дарданский, или тирренский, а также троянский, или фригийский.

 

Парис и Елена

 

Когда Елена, прекрасная дочь Леды, достигла брачного возраста и жила в Спарте во дворце своего приемного отца Тиндарея, все цари Греции пришли свататься к ней с богатыми дарами или отправили сватами своих родственников. Только что одержавший под Фивами победу Диомед был здесь вместе с Аяксом, Тевкром, Филоктетом, Идоменеем, Патроклом, Менесфеем и многими другими. Пришел туда и Одиссей, но не принес ничего, так как у него не было никакой надежды на успех. По его сведениям, братья Елены Диоскуры хотели, чтобы она вышла замуж за афинца Менесфея, но Елене все равно пришлось бы стать женой Менелая, самого богатого ахейца, сватом которого был зять Тиндарея могущественный Агамемнон1.

b. Тиндарей никого из женихов не отсылал, но и не брал ни у кого даров, боясь, что любой его выбор неизбежно вызовет ссору. Однажды Одиссей спросил его: «Если я скажу тебе, как избежать ссоры, поможешь ли ты мне жениться на дочери Икария Пенелопе?» «Договорились!» – обрадовался Тиндарей. «Тогда, – продолжал Одиссей, – мой совет таков: заставь всех женихов Елены поклясться в том, что они будут защищать избранника Елены, кем бы он ни был». Тиндарей нашел совет вполне разумным. Принеся в жертву лошадь и расчленив ее, он поставил всех женихов на кровоточащие куски мяса и заставил их произнести клятву, сочиненную Одиссеем. После чего все мослы были зарыты в месте, которое до сих пор называется «Лошадиная могила».

c. Неизвестно, сам ли Тиндарей выбрал для Елены мужа или же она сама объявила о своем выборе, возложив на своего супруга венок2. В любом случае она вышла замуж за Менелая, который после смерти Тиндарея и обожествления Диоскуров стал царем Спарты. Однако их брак был обречен: за много лет до этого, принося жертвы богам, Тиндарей случайно забыл об Афродите, которая поклялась в отместку сделать так, что все три его дочери – Клитемнестра, Тимандра и Елена – печально прославятся своими любовными изменами3.

d. От Елены у Менелая была одна дочь, которую он назвал Гермиона, и сыновья Этиол, Марафий (от которого происходит персидская семья Марафионов) и Плисфен. Этолийская рабыня по имени Пиерида позднее родила Менелаю двух внебрачных сыновей – Никострата и Мегапента4.

e. Почему, спрашивается, Зевс и Фемида устроили Троянскую войну? Уж не для того ли, чтобы прославить Елену как причину ссоры между Европой и Азией? Или чтобы возвеличить род полубогов и одновременно истребить многочисленные племена, под тяжестью которых изнывала мать-земля? Какой бы ни была причина, но решение о войне было принято, когда Эрида бросила золотое яблоко с надписью «Прекраснейшей» во время свадьбы Пелея и Фетиды. Всемогущий Зевс отказался решить спор, возникший между Герой, Афиной и Афродитой, но разрешил Гермесу отвести богинь на гору Ида, где их должен был рассудить сын Приама Парис, выросший вне родительского дома5.

f. Как раз накануне рождения Париса Гекаба увидела сон, будто она родила пылающий факел, грозивший уничтожить Трою. Проснувшись, она рассказала свой сон мужу. Приам тут же обратился к своему ясновидящему сыну Эсаку, который изрек: «Ребенок, который вот-вот родится, станет погибелью для своей страны! Заклинаю вас избавиться от него»6.