Индивид и масса: что первично? 3 страница


Глава 1.1. Массы и массовое сознание 19

лок ее возникновения все они, безусловно, могут выступать. Вот почему совершенно некорректно обсуждать «массы» и массовые явления в одном ряду с явлениями ино­го порядка — структурированными, закрепленными, формализованными, не стихий­ными.

Действительно, в отличие от социальных групп, больших и малых, всегда так или иначе организованных и структурированных, массы — это принципиально неорга­низованные и неструктурированные субъекты общественной жизни. В любой малой группе есть лидер и ведомые. В большой социальной группе есть партия, политиче­ское движение, профессиональный или корпоративный союз. Масса представляет со­бой нечто принципиально иное.

Роль масс в обществе становится заметной, когда рушатся групповые связи и меж­групповые границы, когда общество деструктурируется, переживая период своеоб­разного «социотрясения»1. Такое происходит в периоды крупных войн, социальных революций, политических переворотов, поспешных крупномасштабных социальных реформ. «Массы» — категория нестабильного, кризисного общества и «смутного» вре­мени. Для анализа стабильного общества наиболее адекватны, например, понятия «группы», «страты», «классы» или «слои» населения. Вот почему В. И. Ленин, ис­пользуя понятие «массы» для анализа революционного периода, применял совершен­но разные категории, рассматривая стабильное (царская монархия) или стабилизи­рующееся (после прихода большевиков к власти и окончания гражданской войны) общество.

В организованном, структурированном обществе, в сознании и поведении обра­зующих его людей существуют психологические границы, возникающие в связи с принадлежностью людей к тем или иным группам. Каждый знает свою «территорию» и редко может нарушить существующие границы. Однако стоит случиться какому-то крупному социально-политическому потрясению, как эти границы рушатся. Тогда люди образуют неструктурированную массу, а их психика и поведение приобретают дезорганизованный, стихийный, массовый характер.

Рассматривая примеры такого рода, Г. Лебон писал: «В морали, в религии, в по­литике нет уже признанных авторитетов... Отсюда происходит, что правительства вместо того, чтобы руководить общественным мнением, вынуждены считаться с ним и подчиняться непрестанным его колебаниям». В свою очередь, в подобных ситуаци­ях массовое сознание, которое Лебон и именовал «общественным мнением», «знает крайние чувства или глубокое равнодушие. Оно страшно женственно и, как всякая женщина, отличается полной неспособностью владеть своими рефлекторными дви­жениями. Оно беспрерывно колеблется по воле всех веяний внешних обстоятельств» (Лебон, 1898). В периоды таких «всплесков» и «колебаний» общественные институ­ты становятся напрямую зависимыми от определяемых психологией масс процессов.

Стержневым элементом психологии масс является массовое сознание. Вместе с массовыми настроениями и различными иррациональными формами стихийного поведения оно определяет то, что в целом определяется как психология масс. Признав, что массы — явление функциональное, базирующееся на временном психологическом единстве образующих массу людей, мы признаем тем самым, насколько трудно «по-

' Термин предложен Б. А. Грушиным для описания социологии российских реформ 90-х гг.


20 Часть 1. Массы

щупать» массу и определить ее морфологически. Значит, единственно верным будет рассмотреть массу со стороны ее внутренних, функциональных психологических ха­рактеристик.

Массовое сознание

Массовое сознание— один из видов общественного сознания, наиболее реальная форма его практического существования и воплощения. Это особый, специфический вид общественного сознания, свойственный значительным неструктурированным множествам людей («массам»). Массовое сознание определяется как совпадение в какой-то момент (совмещение или пересечение) основных и наиболее значимых ком­понентов сознания большого числа весьма разнообразных «классических» групп об­щества (больших и малых), однако оно несводимо к ним. Это новое качество, возни­кающее из совпадения отдельных фрагментов психологии деструктурированных по каким-то причинам «классических» групп. В силу недостаточной специфичности ис­точников своего появления и неопределенности самого своего носителя массовое со­знание в основном носит обыденный характер.

С содержательной точки зрения,в массовом сознании запечатлены знания, пред­ставления, нормы, ценности и образцы поведения, разделяемые какой-либо возника­ющей по тем или иным обстоятельствам совокупностью индивидов — массой. Они вы­рабатываются в процессе общения людей между собой и совместного восприятия ими социально-политической информации (скажем, в ходе политического митинга). Со­гласно такому взгляду, массовое сознание отличает, во-первых, общесоциальная, а не только групповая типичность всех образующих его компонентов. Во-вторых, его отличает их общесоциальное признание, санкционированность той или иной доста­точно массовой общностью. В этом смысле массовое сознание представляет собой надындивидуальное и надгрупповое по содержанию, но индивидуальное по форме функционирования сознание. Хотя массовое сознание и реализуется в массе индиви­дуальных сознаний, но оно не совпадает, с точки зрения содержания, с каждым из них в отдельности, с индивидуальным сознанием как таковым. Для зарождения и функ­ционирования массового сознания совершенно не обязательна совместная деятель­ность членов общности («массы»), что традиционно принято считать обязательным для появления группового сознания.

Содержание массового сознания может быть определено практически как беско­нечное, если попытаться предвосхитить все возможные варианты возникновения тех или иных значительных масс людей в рамках как отдельного общества, так и челове­ческой истории в целом.

По структуре,массовое сознание включает основной (первичный), эмоциональ­но-действенный, и вторичный, рациональный уровни. В основе массового сознания обычно лежит яркое эмоциональное переживание некой социальной проблемы, вы­зывающей всеобщую озабоченность. Это может быть война, революция, масштабный экономический кризис и т. д. Крайняя степень переживания проблемы выступает как системообразующий фактор массового сознания. Такое переживание, проявляясь в


Глава 1.1. Массы и массовое сознание 21

сильных эмоциях или чувствах, заслоняет собой все другие, привычные правила жиз­ни — групповые нормы, ценности и образцы поведения. Оно порождает потребность в немедленных действиях — потому и определяется как эмоционально-чувственная основа (иногда — как «ядро») массового сознания. Когда объявляется война, напри­мер, у части людей (как раз и формирующей данную массу) возникает состояние свое­образной аномии, разрушения в сознании привычных норм поведения.

На основе «ядерного», базисного эмоционально-действенного уровня постепен­но образуется более рациональный уровень. Он включает различные когнитивные компоненты — прежде всего, общедоступные знания, массово обсуждаемую и разде­ляемую информацию.

По своему психологическому составу рациональный уровень массового сознания включает в себя более статичные (типа оценок и ожиданий, ценностей и «общих ори­ентации») и более динамичные (типа массовых мнений и настроений) компоненты.

Внутри рационального уровня различаются три основных блока. Во-первых, это блок социальных ожиданий людей и оценок ими своих возможностей влиять на об­щественную систему в целях реализации имеющихся ожиданий. Во-вторых, разли­чается блок быстро меняющихся мнений и, особенно, настроений людей — прежде всего, связанных с оценками ими текущего положения, правительства, лидеров, кон­кретных социально-политических акций и т. д. В-третьих, выделяется блок социаль­но-политических ценностей, лежащих уже в основе достаточно осознанного поли­тико-идеологического выбора (например, ценности справедливости, демократии, ра­венства, стабильности, порядка и т. д., или противоположные им). Эти ценности определяют итоговое отношение массового сознания к происходящему.

Рациональный уровень массового сознания, как правило, представляет собой от­ражение распространяемых через слухи или официальные средства массовой инфор­мации «массово необходимых» сведений.

Действенным проявлением массового сознанияявляется массовое поведение, однако не всякое, а в основном стихийное — неорганизованное, но одинаковое и от­носительно необычное внегрупповое поведение больших масс людей, ситуативное и временное, связанное с особыми обстоятельствами. Примерами стихийного массово­го поведения являются, например, стихийная массовая агрессия в периоды войн и по­литических потрясений или, напротив, стихийная массовая паника, связанная с по­ражениями в войнах и восстаниях.

В первую очередь массовое поведение зависит от того, какой из двух основных уровней (эмоционально-действенный или рациональный) возобладает в массовом со­знании. В зависимости от этого оно будет более или менее стихийным или управляе­мым. Во вторую очередь оно зависит от эффективности (объема и качества) самого внешнего воздействия, оказываемого на массовое сознание. В принципе, до опреде­ленных моментов массовое сознание (и, соответственно, поведение массы) обычно по­датливо по отношению к внешним воздействиям.

Основные характеристики(свойства) массового сознания уже описаны в лите­ратуре. Оно эмоционально, заразительно, мозаично, подвижно и изменчиво. Оно все­гда конкретно. Как правило, оно неоднородно, аморфно, противоречиво, лабильно и размыто. Когда единичный субъект, как полагал X. Ортега-и-Гассет, становится час­тью массы, он неизменно подпадает под власть определенных, а именно инстинктив-


22 Часть 1. Массы

ных, иррациональных страстей, темных импульсных реакций. Интеллекту, разуму, логической аргументации вовсе нет места в массовой психологии. 3. Фрейд утверж­дал: «Масса импульсивна, изменчива и возбудима. Ею почти исключительно руково­дит бессознательное» (Фрейд, 1969).

Эти свойства связаны со свойствами самого субъекта массового сознания. Реаль­ная диалектика взаимосвязи «массы» и ее сознания такова, что возникающие обычно основы массового сознания сами формируют свою массу, которая, в свою очередь, в дальнейшем формирует свое сознание. Как верно писал Б. А. Грушин, «нет недостат­ка в эмпирических доказательствах того ежедневно и повсеместно наблюдаемого фак­та, что массовое сознание обнаруживает безусловную способность к «самопорожде­нию», к спонтанному возникновению и изменению в процессе и результате непосред­ственно-практического освоения массами их «ближайшего» общественного бытия» (Грушин, 1987).

Так, американские исследователи убеждены: «вслед за изменениями объективных условий социальной жизни происходит смещение очагов наибольшего беспокойства в сознании людей, в общественной психологии» («Американское общественное мнение и политика», 1978). И, соответственно, наоборот: сознание реконструирует бытие.

Проблема формирования и функционирования массового сознания до недавне­го времени рассматривалась в рамках жесткой дихотомии «или-или»». Массовое со­знание либо трактовалось как подчиняющееся собственным законам возникновения и развития, либо представлялось как управляемое извне, прежде всего идеологичес­кими средствами. Подобная абсолютизация была явно непродуктивной в отличие от более диалектического подхода. Последний предполагает, что массовое сознание воз­никает не просто в силу сходства условий, в которых живут и действуют многочис­ленные «массовые индивиды», не в силу одной лишь «одинаковости» их индивиду­ального опыта. Согласно этому подходу, оно возникает в силу того, что люди всегда, тем или иным образом, непосредственно или опосредованно, даже в отсутствие непо­средственно совместной деятельности, все-таки взаимодействуют друг с другом в про­странстве и времени. В ходе такого взаимодействия они совместно вырабатывают общие представления, чувства, мнения, фантазии и т. д. — компоненты общего для них массового сознания. С этой точки зрения, процесс образования, возникновения мас­сового сознания точнее всего передается терминами «порождение», «производство», «продуцирование», охватывающими обе стороны взаимосвязи — и внешние условия, и закономерности саморазвития массового сознания. В данной трактовке массовое сознание рассматривается как результат попытки масс осмыслить реалии собствен­ной жизни и тех условий, в которых эта жизнь протекает.

Развитие массового сознания зависит от масштаба охвата людей общими психи­ческими состояниями. Созревая первоначально в рамках традиционно выделяемых групп, отдельные компоненты массового сознания могут распространяться, захваты­вая представителей других групп и слоев общества и увеличивая тем самым массу, а могут, напротив, и сокращаться, сужая размеры субъекта массового сознания и пове­дения.

Такая размытость границ субъекта весьма осложняет создание типологии массо­вого сознания. В качестве оснований для его дифференциации на какие-то самостоя­тельно существующие типы в свое время предлагались следующие свойства:


Глава 1.1. Массы и массовое сознание 23

1) «общий и актуальный мыслительный потенциал» (объем всевозможных позитив­
ных знаний, которыми в принципе располагают те или иные массы и которые они
практически используют в своей жизнедеятельности);

2) «пространственная распространенность» (формат захватываемой им массы);

3) темпоральность (устойчивость или неустойчивость во времени);

4) степень связности (противоречивости или непротиворечивости);

5) управляемость («удельный вес» и пропорции, соотношение входящих в массовое
сознание стихийных и институционализированных форм);

6) уровень развития (высокий — низкий, развитое — неразвитое и т. д.);

7) характер выраженности (сильный, средний, слабый);

8) особенности используемых языковых средств (более или менее экспрессивных,
включающих сугубо литературные или, также, и нелитературные компоненты).
В качестве возможных критериев для более практической типологии массового

сознания исследователями предлагались не только содержательно-аналитические, но и оценочно-политические критерии. Например, как уже отмечалось, российскими политиками в начале XX века выделялись такие разновидности массового политичес­кого сознания, как сознание «просвещенное» и «темное», «прогрессивное» и «реак­ционное», «удовлетворенное» и «неудовлетворенное». Позднее учеными и политика­ми подразделялись варианты, находящиеся в различных отношениях к официальным позициям, структурам власти и символам пропаганды (скажем, «критическое» или, напротив, «конформистское» массовое сознание).

Однако все такие попытки создания типологии затрагивали лишь частные аспек­ты тех или иных проявлений конкретных вариантов массового сознания, тогда как в действительности оно представляет собой не плоскостное, а объемное, многомерное образование. В связи с этим оно может быть описано лишь в пространственной сис­теме координат, т. е. путем одновременного построения нескольких взаимодополня­ющих типологий и использования не одного, а нескольких коррелятивных парамет­ров, позволяющих в совокупности высветить моделируемое массовое сознание под разными углами и построить, за счет этого, его наиболее адекватную, в частности,

сферическую модель.

Примером создания такой типологии является опыт исследования массового по­литического сознания в США 70-х гг. XX в., в котором было выделено 12 «матрич­ных» параметров. С их помощью одновременно учитывались различные признаки со­держания, строения и функционирования такого массового сознания. В соответствии с этими параметрами были выделены либерал-технократический, либерал-рефор­мистский, либертаристский, традиционалистский, неоконсеровативный, радикал-ли-бертаристский, радикал-эскапистский, правопопулистский, радикал-демократический, радикал-бунтарский, радикал-романтический и радикал-социалистический типы массового политического сознания1.

Оценка и дифференциация содержания массового сознания, в обобщенном виде, возможна на основе совокупности трех основных характеристик. Во-первых, налич­ный (средний) уровень развития сознания масс в обществе. Он включает не только когнитивные элементы (объем знаний и суждений, способности суждения масс о тех

' Подробнее см.: Современное политическое сознание в США. М., 1980.


24 Часть 1. Массы

или иных социально-политических явлениях и процессах), но и направленность чувств и фантазий, способности эмоционально реагировать на окружающую действи­тельность. Во-вторых, диапазон и направленность потребностей, интересов, а также запросов, отличающих условия жизни масс в обществе. Наконец, в-третьих, диапазон информации, в массовом масштабе циркулирующей в обществе, в том числе специ­ально направляемой на массовое сознание через многочисленные каналы воспита­тельных и образовательных институтов и средства массовой информации.

Главная трудность анализа генезиса и процессов функционирования массового сознания заключается в том, что описать эти явления можно только на достаточно конкретном уровне, постоянно имея в виду конкретные особенности субъекта мас­сового сознания, его содержание, условия возникновения, испытываемые влияния и т. д. Одновременно описание должно быть основано на достаточно фундаменталь­ном аналитическом уровне. Решение данной задачи связывается с рассмотрением раз­личных макроформ, в которых существует, функционирует и развивается массовое сознание — типа массовых настроений и, отчасти, общественного мнения. Такие мак­роформы служат своеобразными «ядрами» тех или иных «полей» массового сознания. «Поля» же эти состоят из широких совокупностей разнообразных образов, знаний, мнений, волевых импульсов, чувств, верований и т. п. Такие «ядра» связывают раз­личные компоненты массового сознания в некое единое, относительно самостоя­тельное целое и тем самым обеспечивают его социально-политическое функциониро­вание.

В качестве макроформ массового сознания в определенные периоды развития выступают общественное мнение и массовые настроения. Общественное мнение — со­стояние массового сознания, заключающее в себе скрытое или явное отношение той или иной общности, или совокупности общностей, к происходящим событиям и бы­тующим явлениям. Общественное мнение выступает в экспрессивной, контрольной, консультативной и директивной функциях. То есть оно занимает определенную позицию, дает совет или выносит решение по тем или иным проблемам. В зависимо­сти от содержания высказываний общественное мнение выражается в оценочных, аналитических, конструктивных или подчас деструктивных суждениях. Обычно об­щественное мнение регулирует поведение людей, социальных групп и политических институтов в обществе, вырабатывая или ассимилируя (заимствуя из сферы науки, идеологии, религии и т. п.) и насаждая определенные нормы общественных отноше­ний. В зависимости от знака высказываний общественное мнение выступает в виде позитивных или негативных суждений.

Общественное мнение действует практически во всех сферах жизни общества. Вместе с тем границы его суждений достаточно определенны. В качестве объекта вы­сказываний выступают лишь те факты и события действительности, которые вызы­вают общественный интерес, отличаются значимостью и актуальностью. Если в ста­бильные периоды развития субъект общественного мнения обычно четко ограничен рамками принадлежности к тем или иным группам, то кризисное политическое раз­витие разрушает эти рамки.

Тогда общественное мнение способно обобщить те или иные индивидуальные и групповые мнения, нивелировать характерные для них специфические различия и образовать тем самым массу людей, придерживающихся единого, теперь уже в широ-


Глава 1.1. Массы и массовое сознание 25

ком смысле, общественного мнения. Такое массовое общественное мнение и стано­вится макроформой массового сознания. В качестве более или менее стихийного пове­дения оно проявляется в более легитимных (выборы органов власти, референдумы, средства массовой информации, социологические опросы и т. д.) или менее легитим­ных (митинги, манифестации, акции протеста, восстания и т. д.) формах.

История изучения массового сознаниядостаточно сложна и противоречива. Как уже говорилось, проблема реального «массового сознания» и его особого носителя, «массового человека», возникает в жизни, а затем и в науке на рубеже XVIII — XIX веков. До XVIII века включительно господствовали концепции, согласно которым об­щество представляет собой скопление автономных индивидов, действующих самосто­ятельно, руководствуясь собственным разумом и чувствами.

Хотя подспудно массовизация общественного сознания начиналась и раньше, до определенного времени она носила локальный характер. Это было связано с недоста­точной плотностью расселения людей. Невозможно наблюдать действительное «мас­совое» сознание в обществе, население которого расселено исключительно по неболь­шим деревням и феодам. Отдельные вспышки относительно массовой психологии стали наблюдаться по мере разрастания средневековых городов. «Из-за постоянных контрастов, пестроты форм всего, что затрагивало ум и чувства, средневековая жизнь возбуждала и разжигала страсти, проявляющиеся то в неожиданных взрывах грубой необузданности и звериной жестокости, то в порывах душевной отзывчивости, в пе­ременчивой атмосфере которых протекала жизнь средневекового города» (Хейзинга, 1988). В городах такие проявления обыденного сознания неизбежно носили уже до­статочно массовый характер.

Однако это были лишь предварительные формы, начало массовизации. Прав А. Я. Гуревич, когда пишет: «Конечно, если мы станем искать в высказываниях веду­щих теологов и философов Средневековья непосредственное выражение массового сознания и вознамеримся по ним судить о настроениях и воззрениях «среднего чело­века», мы впадем в глубочайшее заблуждение» (Гуревич, 1981). Ни само общество, ни его тогдашние «теоретические представители» не могли осознать и сформулиро­вать реальное состояние психологии населения. Хотя именно тогда массовое созна­ние, отличавшееся особым доминированием иррациональных форм, с большой силой уже проявлялось даже в политике.

«Без сомнения, — пишет Хейзинга, — тот или иной элемент страсти присущ и со­временной политике, но, за исключением периодов переворотов и гражданских войн, непосредственные проявления страсти встречают ныне гораздо больше препятствий: сложный механизм общественной жизни сотнями способов удерживает страсть в жестких границах. В XV веке внезапные эффекты вторгаются в... жизнь в таких мас­штабах, что польза и разум все время отодвигаются в сторону» (Хейзинга, 1988). Однако вплоть до конца XVIII века все эти эффекты все-таки носили достаточно ча­стный, локальный характер.

На рубеже XVIII-XIX веков ситуация кардинально изменилась. Промышленная революция и начавшаяся урбанизация привели к появлению массовых профессий и, соответственно, к массовому распространению ограниченного числа укладов жизни. Снижение доли ремесленничества и нарастающее укрупнение производства неизбеж­но вели к деиндивидуализации человека, к типизации его психики, сознания и пове-


26 Часть 1. Массы

дения. Разрастание крупных городов и усиление миграции в них людей из аграрных провинций с разных концов той или иной страны, а подчас и сопредельных стран, вели к смешению национально-этнических групп, постепенно размывая психологические границы между ними. В то же время большие социально-профессиональные группы еще только формировались. Соответственно, шла стихийная крупномасштабная со­циальная реформа, первоначальный этап которой как раз и характеризовался де-структуризацией привычных психологических типов и появлением новых, еще не­структурированных и потому размытых «неклассических» форм общественного со­знания. Так стало очевидным появление принципиально нового явления, которым и занялась наука.

Формально словосочетание «массовое сознание» стало встречаться в научной ли­тературе начиная с середины XIX века.Оно особенно распространилось к концу дан­ного столетия, хотя носило еще описательный, скорее образный характер, в основном лишь подчеркивая масштабы проявлявшихся психологических явлений. До этого вообще преобладало обобщенное понятие «психология масс». Считающиеся класси­ческими труды Г. Тарда, Г. Лебона, Ш. Сигеле и У. Макдауголла, появившиеся на рубеже XIX-XX веков и посвященные отдельным конкретным проявлениям психо­логии масс (прежде всего, психологии толпы), носили лишь отчасти психологичес­кий, а больше общесоциологический и даже научно-публицистический, чем аналити­ческий характер.

Более или менее определенное употребление понятия «массовое сознание» в ка­честве специального научного термина началось лишь в 20-30-е гг. XX столетия, хотя и тогда это долгое время оставалось на уровне беглых упоминаний и несопоставимых между собой, крайне многообразных трактовок. Затем наступила продолжительная пауза в исследованиях. В западной науке это определялось тем, что массовая психо­логия как таковая стала исчезать: общество структурировалось, а культ «свободного индивида» предопределял доминирование индивидуальной психологии. Прежние массы как бы «рассыпались», превращаясь, по Д. Рисмену, в «толпы одиноких». С ис­чезновением же феномена минимизировались и попытки его изучения. В итоге, за­падные исследователи так и не смогли договориться о смысле понятия «массы», ле­жащего в основе исследования массового сознания.

В отечественной науке сложилось иное, хотя и во многом аналогичное положе­ние. Структурирование общества по социально-классовому признаку привело к аб­солютизации роли классовой психологии. Она подменила собой и массовое, и инди­видуальное сознание. Соответственно, и здесь массовая психология как таковая ис­чезла из поля зрения исследователей.

Во второй половине 60-х гг. XX столетия понятие «массовое сознание» пережило своеобразное второе рождение в отечественном обществознании, хотя это был крат­ковременный период. Лишь начиная со второй половины 80-х гг. можно отметить но­вый прилив исследовательского интереса к данному феномену. Но до сих пор недо­статочное внимание к нему объясняется, как минимум, двумя причинами. Во-первых, объективные трудности изучения массового сознания. Они связаны с самой его при­родой и свойствами, плохо поддающимися фиксации и описанию, что делает их трудноуловимыми с точки зрения строгих операциональных определений. Во-вто­рых, трудности субъективного характера, прежде всего в отечественной науке, все еще связанные с доминированием догматизированных социально-классовых представле-


Глава 1.1. Массы и массовое сознание 27

ний, а также недостаточной разработанностью терминологического аппарата, что про­должает сказываться до сих пор.

В итоге, как в зарубежной, так и отечественной научной литературе, посвящен­ной различным сторонам явления массовизации психики и массовой психологии в це­лом, до сих пор нет крупных работ, в которых специально рассматривалась бы психо­логия массового сознания. Бытующие ныне в науке взгляды можно объединить в два основных варианта.

С одной стороны, массовое сознание — это форма общественного сознания, замет­но проявляющаяся лишь в бурные, динамичные периоды развития общества. В такие периоды у общества обычно нет интереса к научным исследованиям. В обычные же, стабильные периоды развития массовое сознание функционирует на малозаметном, обыденном уровне. При этом существенно, что оно может одновременно включать в себя отдельные компоненты разных типов сознания. Например, сознание класси­ческих групп социально-профессионального характера, составляющих собой со­циальную структуру общества (что обычно имеет приоритетный характер, и в первую очередь фиксируется теоретиками). Оно может включать и некоторые иные типы сознания, присущие специфическим множествам индивидов, объединяющим пред­ставителей различных групп, но в то же время не имеющим отчетливо группового характера. Обычно это обыденное сознание, не имеющее четкой социальной специ­фики, например «сознание» очереди за дефицитным товаром в условиях «развитого социалистического общества». Согласно данной точке зрения, проявления массово­го сознания носят в значительной мере случайный, побочный характер и выступают в качестве признаков временного, несущественного стихийного варианта развития.

С другой стороны, массовое сознание рассматривается как достаточно самостоя­тельный феномен. Тогда это сознание вполне определенного социального носителя («массы»). Оно сосуществует в обществе наряду с сознанием классических групп. Возникает оно как отражение, переживание и осознание действующих в значитель­ных социальных масштабах обстоятельств, в том или ином отношении общих для членов разных социальных групп, оказывающихся тем самым в сходных жизненных условиях и уравнивающих их в том или ином плане. Согласно данной логике, массо­вое сознание оказывается более глубинным образованием, отражением действитель­ности «первичного порядка», которое лишь потом обретает необходимые психологи­ческие признаки социальной определенности.

О тотальном, в рамках всего общества, массовом сознании можно говорить, лишь подразумевая какое-то конкретное явление, всеобъемлюще захватывающее практи­чески всех членов общества и приводящее их в том или ином измерении сознания к некоему «общему знаменателю». Пример такого рода демонстрирует проведенный в свое время К. Марксом анализ массовизации производительных сил, а вместе с этим и производственных отношений, и всей психики людей в ходе промышленной рево­люции Аналогичные реакции и последствия вызывают подчас глобальные катастро­фы, прямо или косвенно вовлекающие подавляющее большинство членов общества. Специфическими примерами формирования массового сознания является также дей­ствие средств массовой коммуникации и пропаганды. Совершенно особое явление по­добного рода — массовая мода, могущая за предельно короткое время захватывать огромные массы людей. Пример из иной сферы, однако также демонстрирующий спе­цифические механизмы массовизации психики, — психология религии. В целом,