Влияние культурных параметров на межнациональные различия в суждениях, касающихся эмоций

Большая часть кросс-культурной научно-исследовательской работы в этой и в дру­гих областях рассматривает культуру как фактор, действующий в масштабах стра­ны. Хотя это и стандартный подход, он ограничивает наши возможности интерпре­тации наблюдаемых различий. То есть когда культура рассматривается как не­который фактор, действующий в масштабах страны, и в процессе исследования обнаруживаются определенные различия, они могут объясняться лишь различи­ем культур разных стран, поскольку культура как таковая не подвергается ника­кому анализу. Однако недавно ряд авторов стал призывать к отказу от такой прак­тики и к переходу к исследованиям, которые позволяют «раскрыть» воздействие культуры на психологические переменные (например, Bond & Tedeschi, глава 16 наст, изд.; Poortinga, van de Vijver, Joe & van de Koppel, 1987; van de Vijver & Leung, 1997). Под таким раскрытием понимается идентификация специфических психо­логических параметров культуры, которые могут приводить к различиям между странами в отношении представляющих интерес переменных, учет и оценка этих параметров, включая статистическую оценку степени, в которой они влияют на различия между странами. Таким образом, конкретные, поддающиеся оценке па­раметры культуры на психологическом уровне заменяют общий неспецифический конструкт, известный нам как культура.

Когда такие параметры включаются в исследование и оцениваются в его про­цессе, то это позволяет эмпирически доказать, что участники отличаются (или нет) по отношению к данным конструктам, снимая необходимость строить догадки. У исследователей в таком случае нет необходимости опираться на впечатления, рассказы или стереотипы при интерпретации различий, поскольку оценка данных параметров обеспечивает методологический контроль характера воздействия куль­туры. Эта оценка позволяет уточнить связь культуры и зависимых переменных на основе количественного определения степени, в которой культура влияет на раз­личия между странами. Таким образом, исследователи могут не только ставить вопрос о том, влияют ли такие конструкты, как индивидуализм-коллективизм, на межнациональные различия, но и какова глубина этого влияния. Включение критериев такого рода в будущие кросс-культурные исследования является необ­ходимым условием эволюции в данной области, если исследователи действитель­но намерены понять, какие моменты культуры ведут к появлению кросс-культур­ных различий и почему это происходит.

Исследование, проведенное Мацумото и соавторами (Matsumoto, Consolacion et al., 1999), было уникальным не только благодаря данным, которые касались суж­дений, связанных с мимическим выражением эмоций, но также в связи с оценкой данных, полученных от респондентов в отношении двух важнейших культурных конструктов — индивидуализма-коллективизма (ИК) и статусной дифференциа­ции. Индивидуализм-коллективизм использовался для объяснения многих меж­национальных и кросс-культурных различий в поведении и, безусловно, является наиболее известным, хорошо изученным и значимым параметром культуры, суще­ствующим на сегодняшний день (Triandis, 1994, 1995). Индивидуалистические

культуры обычно делают акцент на уникальных особенностях личности, поощряя ее автономию и независимость. В коллективистских культурах принадлежность к группе ценится выше, чем индивидуальность, поощряется согласие, сплочен­ность и сотрудничество. Под статусной дифференциацией понимается степень, в которой в рамках определенной культуры поведение по отношению к окружающим меняется в зависимости от различий в общественном положении между взаимо­действующими субъектами. Некоторые культуры делают эти различия весьма зна­чительными, давая в руки людей, занимающих более высокое общественное поло­жение, большую власть; в других культурах уровень этой дифференциации не столь значителен, взаимодействие людей друг с другом происходит более-менее независимо от различий, связанных со статусом. Так же как индивидуализм-кол­лективизм, дифференциация, связанная со статусом и властью, является одним из важнейших параметров культурной изменчивости (Hofstede, 1983, 1984).

Чтобы определить влияние индивидуализма-коллективизма и дифференциа­ции в зависимости от статуса на межнациональные различия в оценке эмоциональ­ных состояний, о которых говорилось выше, Мацумото с коллегами (Matsumoto, Consolacion et al., 1999) отдельно сравнивали оценки внешнего и внутреннего про­явления эмоций, которые были даны американцами и японцами, с учетом и без учета оценок переменных индивидуализма-коллективизма и дифференциации в зависимости от статуса (та же самая методика использовалась при оценке воздей­ствия индивидуализма-коллективизма на межнациональные различия в куль­турных нормах проявления эмоций, которой посвящена работа Мацумото и соав­торов (Matsumoto et al., 1998)). Проведенный анализ показал, что приблизитель­но 90 % колебаний в оценках объяснялось этими двумя культурными переменными. Последующий анализ выявил, что фактор индивидуализма-коллективизма сам по себе достаточен, чтобы внести различия в оценки. Таким образом, данное ис­следование впервые эмпирически доказало, что различия между американцами и японцами, касающиеся суждений в отношении внутренней и внешней интен­сивности эмоций, могут почти всецело объясняться культурными различиями, связанными с индивидуализмом-коллективизмом и дифференциацией в зави­симости от статуса.

Выводы

Данные, которые имеются в нашем распоряжении на сегодняшний день, говорят о том, что восприятие эмоций содержит как универсальные, так и культуро-специ­фичные элементы. В другом месте (Matsumoto, 1996) я предложил схему, подоб­ную нейрокультурной теории выражения эмоций Экмана и Фризена, которая по­зволяет описать, откуда берутся черты культурного сходства и различия при вос­приятии или оценке эмоций. Данная модель предполагает, что оценка эмоций осуществляется под влиянием а) программы распознавания мимики, которая но­сит врожденный и универсальный характер (подобно программе восприятия ми­мики Экмана и Фризена) и б) обладающих культурной спецификой норм декоди­рования, которые интенсифицируют, ослабляют, маскируют или определенным образом направляют восприятие (ср. Buck, 1984). Когда мы воспринимаем эмо­ции других людей, процесс распознавания аналогичен процессу сопоставления

с универсальным прототипом мимического выражения определенных эмоций. Однако перед вынесением окончательного суждения на стимул накладываются усвоенные в процессе научения нормы, касающиеся восприятия выражения эмо­ций такого рода у окружающих. Самые последние исследования говорят о том, что эти нормы могут различаться в зависимости от устойчивых социокультурных па­раметров, таких как индивидуализм-коллективизм или дифференциация в зави­симости от статуса. Данный механизм можно считать такой же основой эмоцио­нальной коммуникации в разных культурах, как и нейрокультурную теорию вы­ражения эмоций Экмана и Фризена.