ПОЧЕМУ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД?

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ ГЛУБИННОГО ОБЩЕНИЯ

Уроки Джеймса Бюджентала

Москва: "Смысл", 2001

 

Аннотация
Предисловие
Введение

Часть Первая ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД: ИСТОРИЯ И ТЕОРИЯ

1. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ ПАРАДИГМЫ

2. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОГО ПОДХОДА

3. КЛЮЧЕВЫЕ ИДЕИ КОНЦЕПЦИИ ДЖЕЙМСА БЮДЖЕНТАЛА

Часть Вторая ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД: ГЛУБИННОЕ ОБЩЕНИЕ И ЕГО ИЗМЕРЕНИЯ

УРОВЕНЬ ОБЩЕНИЯ

ПРИСУТСТВИЕ И ОБЩНОСТЬ

МЕЖЛИЧНОСТНОЕ ДАВЛЕНИЕ

4. ПАРАЛЛЕЛИРОВАНИЕ

1. Тематическое Параллелирование

2. Эмоциональное Параллелирование

3. Параллелирование рамок

4. Параллелирование локуса

5. СООТНОШЕНИЕ СУБЪЕКТИВНОГО-ОБЪЕКТИВНОГО И СОПРОТИВЛЕНИЕ

6. ДРУГИЕ ИЗМЕРЕНИЯ ГЛУБИННОГО ОБЩЕНИЯ

7. ИСКУССТВО РАБОТЫ ПСИХОЛОГА

Часть Третья
ПРОГРАММА СЕМИНАРА-ТРЕНИНГА
ДЛЯ ПРАКТИЧЕСКИХ ПСИХОЛОГОВ
"ПСИХОЛОГИЯ ГЛУБИННОГО ОБЩЕНИЯ"
(опущена)

Заключение
Литература

СКАЧАТЬ ВЕСЬ ТЕКСТ

Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Сергей Леонидович Братченко
ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ
ГЛУБИННОГО ОБЩЕНИЯ

М: Смысл, 2001. – 197 с.

Аннотация

Это первая не только в отечественной, но и в мировой литературе книга, посвященная изложению и анализу одного из самых глубоких и перспективных подходов в современной мировой психологии и психотерапии – экзистенциально-гуманистического подхода Джеймса Бюдженталя. Подробно рассмотрены история возникновения этого направления, его философско-теоретические основы, а также психологическая концепция глубинного общения, на базе которой строится практика психологического консультирования.

Быть иль не быть,
вот в чем вопрос.
Достойно ль
Смиряться под ударами судьбы
Иль надо оказать сопротивленье?..

Вильям Шекспир

Мы не лечим болезни и
не исправляем нарушения,
мы освобождаем пленников...

Джеймс Бюджентал

Предисловие

Эта книга появилась не вдруг и не случайно. Она имеет свою, уже довольно большую, предысторию. Летом 1992 года на II Международной конференции по гуманистической психологии в Москве выступила Дэбора Рэхилли (Deborah Rahilly) из США с рассказом о концепции своего учителя – Джеймса Бюджентала* (James Bugental), одного из лидеров экзистенциально-гуманистического подхода (ЭГП). Ее сообщение вызвало большой интерес. И тогда же группа российских психологов (Елена Мазур, Дмитрий Леонтьев и автор этих строк, которые к тому времени уже давно и серьезно интересовались гуманистическим направлением) договорилась с Дэборой о проведении после конференции нескольких ознакомительных семинаров – в том числе в Москве и Санкт-Петербурге. Эти короткие, но очень насыщенные встречи прошли успешно, и в обоих городах образовались группы психологов и психотерапевтов, заинтересованных в более глубоком освоении этого подхода.

* Сразу следует оговорить "проблему имени": пожалуй, именно James Bugental имеет самую разнообразную форму написания своей фамилии на русском языке (я насчитал уже больше пяти вариантов!); не вступая в дискуссию о том, как будет правильно "на самом деле", я предпочитаю использовать ту транскрипцию, которую слышал от самого J.B.

В сентябре 1993 года в Москве и Петербурге состоялась Первая российско-американская конференция "Теория и практика экзистенциальной психотерапии", собравшая достаточно большое число участников. На конференции впервые в России экзистенциально-гуманистический подход Джеймса Бюджентала был представлен достаточно полно и с разных сторон. Прозвучали интересные доклады (как американских, так и наших специалистов), прошли заинтересованные дискуссии, яркие демонстрации.

В течение 1993-1995 годов Дэбора и ее коллеги – Роберт Нэйдер (Robert Nader), Ланир Кланси (Lanier Clance), Падма Кателл (Padma Catell), и др. – провели в России серию семинаров-тренингов по ЭГП, в промежутках между которыми московская и петербургская группы активно осваивали методические материалы, обсуждали полученный опыт, переводили первоисточники.

Это был очень значимый период для всех нас, и движение носило двусторонний характер. Американские коллеги знакомились с нами, нашими настроениями и возможностями, готовностью к серьезному постижению и освоению этого глубокого, в высшей степени непростого подхода. Мы сами, с одной стороны, активно включились в захватывающий процесс открытия экзистенциальных взглядов на человека, его развитие, личностный рост и условия психологической (психотерапевтической) помощи в решении жизненных проблем, а, с другой стороны, – мы пытались "прислушаться" к себе и понять, насколько серьезна наша готовность занять экзистенциальную позицию в психологии и в жизни.

В процессе такого взаимо- и самопознания постепенно происходило наше самоопределение – кто-то отходил в сторону, взяв из этого подхода только то, что было близко и понятно лично ему; кто-то решил строить на этом свою карьеру, делать себе "имя" и т.п.; кто-то осуществил вполне определенный и осознанный выбор в пользу экзистенциализма, а кто-то так и остался на распутье, продолжая сомневаться и искать.

На все это потребовалось немало сил и времени – почти пять лет! Это были прекрасные дни, я с большой теплотой вспоминаю наши встречи, споры, открытия и искренне горжусь той "командой", которую удалось объединить в этом трудном, но увлекательном процессе "взращивания" экзистенциализма на петербургской психологической почве (не самой, надо признать, благодатной для гуманистических и экзистенциальных идей). В эту группу на разных этапах входили такие известные санкт-петербургские специалисты, как психологиТатьяна Курбатова и Диана Тонконогая, Наталия Гришина и Андрей Замулин, Севиль Векилова и Леонид Куликов, Елена Кораблина и Наталья Паттурина, Ирина Искандарян и Сергей Рябченко, Людмила Коростылева и Валерий Ситников, помогавшие с переводом Маша Немичева и Мария Миронова и многие другие. Каждый внес свой уникальный вклад, проделал огромную работу – и всем вам, дорогие коллеги, я очень признателен.

Сегодня очевидно – наши усилия не пропали даром: еще совсем недавно это направление современной психологии было практически незнакомо у нас даже специалистам; сейчас же подход Дж.Бюджентала достаточно известен и уважаем, о нем знают и по семинарам-тренингам, и по лекциям, и по многочисленным уже публикациям (см., например, Бугенталь, 1995; Бьюдженталь, 1998; Братченко, 1997, 1998, 2000;Братченко, Курбатова, 1997; Миронова, Братченко, 1997 и др.). В 1996 году в Санкт-Петербургской Ассоциации Тренинга и Психотерапии была создана секция "экзистенциально-гуманистической терапии". В общем – процесс пошел и достаточно активно. Теперь наступает самый важный, решающий момент – подготовка настоящих профессионалов-практиков.

Следующим этапом работы стала поездка в Америку и знакомство с практикой ЭГП на его родине*. Причем, нам удалось не только соприкоснуться, но и вступить в интенсивный двухнедельный диалог с целым созвездием представителей этого направления во главе с одним из его вдохновителей и создателейДжеймсом Бюдженталом. Произошло это на российско-американской конференции "Экзистенциально-гуманистическая психотерапия", состоявшейся 20 января – 3 февраля 1997 года в Сан-Франциско – в эпицентре развития экзистенциально-гуманистического подхода. (Подробнее об увлекательнейшем "путешествии в экзистенциализм" см. Миронова, Братченко, 1997; Братченко, Курбатова, 1997;Братченко, 1997.)

* Экзистенциальный подход в психологии появился в первой половине XX века в Европе, но данное его направление было создано усилиями в первую очередь американцев: Ролло Мэя (Rollo May), Дж.Бюджентала, Ирвина Ялома (Irving Yalom) и др. – подробнее см. параграфы 1.1. и 1.2.

Мои впечатления от общения с американскими коллегами очень яркие и разнообразные. С одной стороны, я еще раз убедился, что при всех очевидных различиях, "по большому счету" – они такие же, как и мы. Мы довольно хорошо понимали друг друга (несмотря на имевшиеся кое у кого языковые трудности), и у нас оказалось много общего – не столько даже в профессиональном смысле, сколько в человеческом. Несколько раз я вспоминал знаменитую "формулу" Карла Роджерса: самое глубинное в людях – самое общее.

Особенно ценными для меня и запомнившимися были, конечно, встречи и общение с Джеймсом Бюдженталом, а также – с Грэггом Ричардсоном, Молли Стерлинг, Виктором Яломом, Ричардом Вайсманом, Томасом Гринингом, Стэнли Крипнером и многими другими.

С другой стороны – в общении с американскими психологами и психотерапевтами я открыл для себя массу нового, получил уникальный опыт. В частности, стало отчетливо ясно: да, в теоретическом плане наши психологи, как правило, здорово "подкованы", с удовольствием включаются в научные дискуссии по самым сложным вопросам... Но вот в практическом отношении, в способности вступить в непосредственный глубокий контакт с клиентом и вести интенсивную, эффективную и при этом недирективную терапевтическую работу – тут большинству из нас еще расти и расти (во всяком случае в отношении себя лично могу утверждать это вполне определенно). Впрочем, само по себе это не стоит расценивать как недостаток: с точки зрения ЭГП, страшно не то, что еще "есть что менять", а как раз наоборот – что уже нечего (или – незачем...). Для себя я увидел очень богатую и перспективную "зону ближайшего развития" именно в экзистенциально-гуманистическом направлении. Для большинства моих коллег, насколько я могу судить, эта поездка также оказалась весьма значимой и полезной.

Итак – экзистенциализм медленно, но верно прорастает на почве российской психологии и психотерапии. Мне посчастливилось быть участником этого процесса зарождения экзистенциально-гуманистического подхода в России с самых первых его шагов. Данная работа – это попытка обобщить полученный мною опыт, который условно можно сгруппировать в три основные источника.

Первый источник – это очень насыщенный, глубокий и богатый опыт общения и участия в семинарах и тренингах, которые проводили профессиональные психологи и психотерапевты из США, специализирующиеся в экзистенциально-гуманистическом направлении. Особенно хочется отметить встречу с Джеймсом Бюдженталом – основателем этого направления. Эта Встреча и уроки Мастера оказали (и продолжают оказывать) на меня очень сильное и глубокое, поистине экзистенциальное влияние!

Я увидел перед собой не только (и не столько!) крупнейшего теоретика и авторитетного исследователя, уникального психотерапевта, лидера целого направления в психологии (Бюджентал, как известно, был соратником А.Маслоу, К.Роджерса, Р.Мэя и других по осуществлению "гуманистической революции" в психологии, его избрали первым президентом "Ассоциации за Гуманистическую Психологию", он был редактором знаменитой книги, своего рода "гуманистического манифеста" – "The Challenges of Humanistic psychology" (1967) и т.д. и т.п.), но прежде всего – человека, Личность. Человека мудрого, обладающего колоссальным опытом – но готового удивляться и открывать снова и снова. Человека опытного, тонко чувствующего и глубоко понимающего – но уважающего тайну внутреннего мира личности и отказывающегося давать однозначные, окончательные ответы. Человека, мыслящего ясно, логично, удивительно легко раскладывающего сложнейшие темы и проблемы "по полочкам" (но осознающего при этом принципиальную незавершенность любого рассуждения на экзистенциальные темы), – и виртуозно владеющего метафорами, образами, юмором. Человека, который всю жизнь имел дело с людскими проблемами, страданиями, болью – и сохранил оптимизм, веру в позитивную сущность человеческой природы...

И еще. Для меня принципиально важно было убедиться в том, что в данном случае Человек и его Концепция(теоретическая и практическая) – это единое целое: Бюджентал полноценно живет, "присутствует" в своей теории и в своей практической работе; а его концепция – очень жизненная и очень личная. И он сам и его подход – удивительно естественные и гармоничные.

Весьма значимым оказались для меня и беседы, учебное взаимодействие и личное общение с учениками и последователями Дж.Бюджентала: Дэборой Рэхили и Робертом Нэйдером, Грэггом Ричардсоном и Орой Круг. Благодаря их яркой и глубокой работе, готовности поделиться профессиональными "секретами", открытости, искренности и терпению я не только лучше понял многие сложные вопросы ЭГП, но и прочувствовал, "прожил" их в совместном общении на "сессиях". Я многому научился у этих блестящих профессионалов и прекрасных людей.

Второй источник – это опыт изучения разнообразной теоретической и методической литературы по гуманистической и экзистенциальной философии, психологии и психотерапии, а также – ее обсуждение с коллегами. Для меня лично наиболее значимыми оказались работы М.М.Бахтина, Дж. и Р.Байярдов, М.Бубера, Ф.Е.Василюка, С.Джурарда, А.Ф.Копьева, Дж.Корэя, Д.А.Леонтьева, Р. Лэнга, Г.Лэндрета, А.Маслоу, Р.Мэя, К.Роджерса, С.Л.Рубинштейна, Ж.-П.Сартра, М. и Р.Снайдеров, В.Франкла, А.У.Хараша и, конечно, Дж.Бюджентала.

Из произведений Джеймса Бюджентала наиболее сильное впечатление на меня произвели три книги: "The Search for Existential Identity" (1976), "Psychotherapy and Process" (l978), "The Art of the Psychotherapist"(1987). (Последняя работа и легла в основу разработки программы семинара-тренинга "Психология глубинного общения" – см. третью часть данного пособия).

Все тексты Дж. Бюджентала отличаются фундаментальностью теоретических основ, обилием разнообразного конкретного, жизненного "материала", ясностью изложения и личной значимостью, пристрастностью. Автор не просто излагает некие абстрактные идеи и "случаи из практики"; он ярко, зримо и очень личностно раскрывает опыт собственного экзистенциального поиска – личного и профессионального, – а также опыт помощи в осуществлении такого поиска другим людям, своим клиентам. Эти книги представляют, на мой взгляд, своеобразный слепок с жизни, реальной, многообразной и бесконечной, и образуют увлекательную "смесь" научного трактата, автобиографии, методического пособия и художественного произведения.

Третий источник – это чрезвычайно важный (хотя и очень разный, неоднозначный и явно недостаточный)опыт самостоятельного проведения семинаров-тренингов по ЭГП для практических психологов. Всего на данный момент таких семинаров прошло около двадцати в ряде городов России, Украины, Белоруссии. О главных итогах этой работы будет сказано далее (см. §3.4). Здесь же подчеркну, что именно попытки самому реализовать на практике экзистенциально-гуманистический подход (точнее будет, конечно, сказать – его отдельные элементы) позволили мне прочувствовать ключевые ценности и установки ЭГП, понять гораздо глубже его смысл и для профессии, и для жизни. Каждый такой семинар – как более удачный, так и (в еще большей мере!) менее удачный – был наполнен активными, подчас драматическими поисками, открытиями и интенсивным продвижением не только для его участников, но и для меня самого.

Все "три источника, три составные части" моего опыта постижения экзистенциально-гуманистического подхода для меня очень дороги и ценны и я искренне признателен всем, кто этому способствовал!

С.Б.
Санкт-Петербург, 1997-2001

P.S.

Когда первый вариант этой книги уже был написан, пришло известие, что "The Art of the Psychotherapist" Джеймса Бюджентала наконец-то готовится к выходу на русском языке! Это будет, безусловно, большим праздником для всех интересующихся гуманистическими и экзистенциальными направлениями в психологии, а для меня в особенности – я мечтал об этом уже много лет. Но, с другой стороны, перевод "первоисточника" ставит под сомнение замысел моей собственной работы. То, что я считал своей главной целью, и что, как мне казалось, является достоинством моей книги – максимально полное и точное представление основного содержания концепции ЭГП с минимальными комментариями и добавлениями – теперь меняет свой смысл. Возникло даже желание полностью переделать данную работу. Однако, не без колебаний, я все же решил сохранить первоначальный замысел – дополнительное представление идей Бюджентала будет только на пользу (тем более, что перевод "Искусства психотерапевта" оставляет, на мой взгляд, желать лучшего и для читателей будет полезно иметь возможность сравнить хотя бы наиболее важные положения и самим выбрать русскоязычную версию). В любом случае, две книги об экзистенциально-гуманистическом подходе – лучше, чем ни одной.

 

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Сергей Леонидович Братченко
ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ
ГЛУБИННОГО ОБЩЕНИЯ

М: Смысл, 2001. – 197 с.

Аннотация

Это первая не только в отечественной, но и в мировой литературе книга, посвященная изложению и анализу одного из самых глубоких и перспективных подходов в современной мировой психологии и психотерапии – экзистенциально-гуманистического подхода Джеймса Бюдженталя. Подробно рассмотрены история возникновения этого направления, его философско-теоретические основы, а также психологическая концепция глубинного общения, на базе которой строится практика психологического консультирования.

Быть иль не быть,
вот в чем вопрос.
Достойно ль
Смиряться под ударами судьбы
Иль надо оказать сопротивленье?..

Вильям Шекспир

Мы не лечим болезни и
не исправляем нарушения,
мы освобождаем пленников...

Джеймс Бюджентал

Предисловие

Эта книга появилась не вдруг и не случайно. Она имеет свою, уже довольно большую, предысторию. Летом 1992 года на II Международной конференции по гуманистической психологии в Москве выступила Дэбора Рэхилли (Deborah Rahilly) из США с рассказом о концепции своего учителя – Джеймса Бюджентала* (James Bugental), одного из лидеров экзистенциально-гуманистического подхода (ЭГП). Ее сообщение вызвало большой интерес. И тогда же группа российских психологов (Елена Мазур, Дмитрий Леонтьев и автор этих строк, которые к тому времени уже давно и серьезно интересовались гуманистическим направлением) договорилась с Дэборой о проведении после конференции нескольких ознакомительных семинаров – в том числе в Москве и Санкт-Петербурге. Эти короткие, но очень насыщенные встречи прошли успешно, и в обоих городах образовались группы психологов и психотерапевтов, заинтересованных в более глубоком освоении этого подхода.

* Сразу следует оговорить "проблему имени": пожалуй, именно James Bugental имеет самую разнообразную форму написания своей фамилии на русском языке (я насчитал уже больше пяти вариантов!); не вступая в дискуссию о том, как будет правильно "на самом деле", я предпочитаю использовать ту транскрипцию, которую слышал от самого J.B.

В сентябре 1993 года в Москве и Петербурге состоялась Первая российско-американская конференция "Теория и практика экзистенциальной психотерапии", собравшая достаточно большое число участников. На конференции впервые в России экзистенциально-гуманистический подход Джеймса Бюджентала был представлен достаточно полно и с разных сторон. Прозвучали интересные доклады (как американских, так и наших специалистов), прошли заинтересованные дискуссии, яркие демонстрации.

В течение 1993-1995 годов Дэбора и ее коллеги – Роберт Нэйдер (Robert Nader), Ланир Кланси (Lanier Clance), Падма Кателл (Padma Catell), и др. – провели в России серию семинаров-тренингов по ЭГП, в промежутках между которыми московская и петербургская группы активно осваивали методические материалы, обсуждали полученный опыт, переводили первоисточники.

Это был очень значимый период для всех нас, и движение носило двусторонний характер. Американские коллеги знакомились с нами, нашими настроениями и возможностями, готовностью к серьезному постижению и освоению этого глубокого, в высшей степени непростого подхода. Мы сами, с одной стороны, активно включились в захватывающий процесс открытия экзистенциальных взглядов на человека, его развитие, личностный рост и условия психологической (психотерапевтической) помощи в решении жизненных проблем, а, с другой стороны, – мы пытались "прислушаться" к себе и понять, насколько серьезна наша готовность занять экзистенциальную позицию в психологии и в жизни.

В процессе такого взаимо- и самопознания постепенно происходило наше самоопределение – кто-то отходил в сторону, взяв из этого подхода только то, что было близко и понятно лично ему; кто-то решил строить на этом свою карьеру, делать себе "имя" и т.п.; кто-то осуществил вполне определенный и осознанный выбор в пользу экзистенциализма, а кто-то так и остался на распутье, продолжая сомневаться и искать.

На все это потребовалось немало сил и времени – почти пять лет! Это были прекрасные дни, я с большой теплотой вспоминаю наши встречи, споры, открытия и искренне горжусь той "командой", которую удалось объединить в этом трудном, но увлекательном процессе "взращивания" экзистенциализма на петербургской психологической почве (не самой, надо признать, благодатной для гуманистических и экзистенциальных идей). В эту группу на разных этапах входили такие известные санкт-петербургские специалисты, как психологиТатьяна Курбатова и Диана Тонконогая, Наталия Гришина и Андрей Замулин, Севиль Векилова и Леонид Куликов, Елена Кораблина и Наталья Паттурина, Ирина Искандарян и Сергей Рябченко, Людмила Коростылева и Валерий Ситников, помогавшие с переводом Маша Немичева и Мария Миронова и многие другие. Каждый внес свой уникальный вклад, проделал огромную работу – и всем вам, дорогие коллеги, я очень признателен.

Сегодня очевидно – наши усилия не пропали даром: еще совсем недавно это направление современной психологии было практически незнакомо у нас даже специалистам; сейчас же подход Дж.Бюджентала достаточно известен и уважаем, о нем знают и по семинарам-тренингам, и по лекциям, и по многочисленным уже публикациям (см., например, Бугенталь, 1995; Бьюдженталь, 1998; Братченко, 1997, 1998, 2000;Братченко, Курбатова, 1997; Миронова, Братченко, 1997 и др.). В 1996 году в Санкт-Петербургской Ассоциации Тренинга и Психотерапии была создана секция "экзистенциально-гуманистической терапии". В общем – процесс пошел и достаточно активно. Теперь наступает самый важный, решающий момент – подготовка настоящих профессионалов-практиков.

Следующим этапом работы стала поездка в Америку и знакомство с практикой ЭГП на его родине*. Причем, нам удалось не только соприкоснуться, но и вступить в интенсивный двухнедельный диалог с целым созвездием представителей этого направления во главе с одним из его вдохновителей и создателейДжеймсом Бюдженталом. Произошло это на российско-американской конференции "Экзистенциально-гуманистическая психотерапия", состоявшейся 20 января – 3 февраля 1997 года в Сан-Франциско – в эпицентре развития экзистенциально-гуманистического подхода. (Подробнее об увлекательнейшем "путешествии в экзистенциализм" см. Миронова, Братченко, 1997; Братченко, Курбатова, 1997;Братченко, 1997.)

* Экзистенциальный подход в психологии появился в первой половине XX века в Европе, но данное его направление было создано усилиями в первую очередь американцев: Ролло Мэя (Rollo May), Дж.Бюджентала, Ирвина Ялома (Irving Yalom) и др. – подробнее см. параграфы 1.1. и 1.2.

Мои впечатления от общения с американскими коллегами очень яркие и разнообразные. С одной стороны, я еще раз убедился, что при всех очевидных различиях, "по большому счету" – они такие же, как и мы. Мы довольно хорошо понимали друг друга (несмотря на имевшиеся кое у кого языковые трудности), и у нас оказалось много общего – не столько даже в профессиональном смысле, сколько в человеческом. Несколько раз я вспоминал знаменитую "формулу" Карла Роджерса: самое глубинное в людях – самое общее.

Особенно ценными для меня и запомнившимися были, конечно, встречи и общение с Джеймсом Бюдженталом, а также – с Грэггом Ричардсоном, Молли Стерлинг, Виктором Яломом, Ричардом Вайсманом, Томасом Гринингом, Стэнли Крипнером и многими другими.

С другой стороны – в общении с американскими психологами и психотерапевтами я открыл для себя массу нового, получил уникальный опыт. В частности, стало отчетливо ясно: да, в теоретическом плане наши психологи, как правило, здорово "подкованы", с удовольствием включаются в научные дискуссии по самым сложным вопросам... Но вот в практическом отношении, в способности вступить в непосредственный глубокий контакт с клиентом и вести интенсивную, эффективную и при этом недирективную терапевтическую работу – тут большинству из нас еще расти и расти (во всяком случае в отношении себя лично могу утверждать это вполне определенно). Впрочем, само по себе это не стоит расценивать как недостаток: с точки зрения ЭГП, страшно не то, что еще "есть что менять", а как раз наоборот – что уже нечего (или – незачем...). Для себя я увидел очень богатую и перспективную "зону ближайшего развития" именно в экзистенциально-гуманистическом направлении. Для большинства моих коллег, насколько я могу судить, эта поездка также оказалась весьма значимой и полезной.

Итак – экзистенциализм медленно, но верно прорастает на почве российской психологии и психотерапии. Мне посчастливилось быть участником этого процесса зарождения экзистенциально-гуманистического подхода в России с самых первых его шагов. Данная работа – это попытка обобщить полученный мною опыт, который условно можно сгруппировать в три основные источника.

Первый источник – это очень насыщенный, глубокий и богатый опыт общения и участия в семинарах и тренингах, которые проводили профессиональные психологи и психотерапевты из США, специализирующиеся в экзистенциально-гуманистическом направлении. Особенно хочется отметить встречу с Джеймсом Бюдженталом – основателем этого направления. Эта Встреча и уроки Мастера оказали (и продолжают оказывать) на меня очень сильное и глубокое, поистине экзистенциальное влияние!

Я увидел перед собой не только (и не столько!) крупнейшего теоретика и авторитетного исследователя, уникального психотерапевта, лидера целого направления в психологии (Бюджентал, как известно, был соратником А.Маслоу, К.Роджерса, Р.Мэя и других по осуществлению "гуманистической революции" в психологии, его избрали первым президентом "Ассоциации за Гуманистическую Психологию", он был редактором знаменитой книги, своего рода "гуманистического манифеста" – "The Challenges of Humanistic psychology" (1967) и т.д. и т.п.), но прежде всего – человека, Личность. Человека мудрого, обладающего колоссальным опытом – но готового удивляться и открывать снова и снова. Человека опытного, тонко чувствующего и глубоко понимающего – но уважающего тайну внутреннего мира личности и отказывающегося давать однозначные, окончательные ответы. Человека, мыслящего ясно, логично, удивительно легко раскладывающего сложнейшие темы и проблемы "по полочкам" (но осознающего при этом принципиальную незавершенность любого рассуждения на экзистенциальные темы), – и виртуозно владеющего метафорами, образами, юмором. Человека, который всю жизнь имел дело с людскими проблемами, страданиями, болью – и сохранил оптимизм, веру в позитивную сущность человеческой природы...

И еще. Для меня принципиально важно было убедиться в том, что в данном случае Человек и его Концепция(теоретическая и практическая) – это единое целое: Бюджентал полноценно живет, "присутствует" в своей теории и в своей практической работе; а его концепция – очень жизненная и очень личная. И он сам и его подход – удивительно естественные и гармоничные.

Весьма значимым оказались для меня и беседы, учебное взаимодействие и личное общение с учениками и последователями Дж.Бюджентала: Дэборой Рэхили и Робертом Нэйдером, Грэггом Ричардсоном и Орой Круг. Благодаря их яркой и глубокой работе, готовности поделиться профессиональными "секретами", открытости, искренности и терпению я не только лучше понял многие сложные вопросы ЭГП, но и прочувствовал, "прожил" их в совместном общении на "сессиях". Я многому научился у этих блестящих профессионалов и прекрасных людей.

Второй источник – это опыт изучения разнообразной теоретической и методической литературы по гуманистической и экзистенциальной философии, психологии и психотерапии, а также – ее обсуждение с коллегами. Для меня лично наиболее значимыми оказались работы М.М.Бахтина, Дж. и Р.Байярдов, М.Бубера, Ф.Е.Василюка, С.Джурарда, А.Ф.Копьева, Дж.Корэя, Д.А.Леонтьева, Р. Лэнга, Г.Лэндрета, А.Маслоу, Р.Мэя, К.Роджерса, С.Л.Рубинштейна, Ж.-П.Сартра, М. и Р.Снайдеров, В.Франкла, А.У.Хараша и, конечно, Дж.Бюджентала.

Из произведений Джеймса Бюджентала наиболее сильное впечатление на меня произвели три книги: "The Search for Existential Identity" (1976), "Psychotherapy and Process" (l978), "The Art of the Psychotherapist"(1987). (Последняя работа и легла в основу разработки программы семинара-тренинга "Психология глубинного общения" – см. третью часть данного пособия).

Все тексты Дж. Бюджентала отличаются фундаментальностью теоретических основ, обилием разнообразного конкретного, жизненного "материала", ясностью изложения и личной значимостью, пристрастностью. Автор не просто излагает некие абстрактные идеи и "случаи из практики"; он ярко, зримо и очень личностно раскрывает опыт собственного экзистенциального поиска – личного и профессионального, – а также опыт помощи в осуществлении такого поиска другим людям, своим клиентам. Эти книги представляют, на мой взгляд, своеобразный слепок с жизни, реальной, многообразной и бесконечной, и образуют увлекательную "смесь" научного трактата, автобиографии, методического пособия и художественного произведения.

Третий источник – это чрезвычайно важный (хотя и очень разный, неоднозначный и явно недостаточный)опыт самостоятельного проведения семинаров-тренингов по ЭГП для практических психологов. Всего на данный момент таких семинаров прошло около двадцати в ряде городов России, Украины, Белоруссии. О главных итогах этой работы будет сказано далее (см. §3.4). Здесь же подчеркну, что именно попытки самому реализовать на практике экзистенциально-гуманистический подход (точнее будет, конечно, сказать – его отдельные элементы) позволили мне прочувствовать ключевые ценности и установки ЭГП, понять гораздо глубже его смысл и для профессии, и для жизни. Каждый такой семинар – как более удачный, так и (в еще большей мере!) менее удачный – был наполнен активными, подчас драматическими поисками, открытиями и интенсивным продвижением не только для его участников, но и для меня самого.

Все "три источника, три составные части" моего опыта постижения экзистенциально-гуманистического подхода для меня очень дороги и ценны и я искренне признателен всем, кто этому способствовал!

С.Б.
Санкт-Петербург, 1997-2001

P.S.

Когда первый вариант этой книги уже был написан, пришло известие, что "The Art of the Psychotherapist" Джеймса Бюджентала наконец-то готовится к выходу на русском языке! Это будет, безусловно, большим праздником для всех интересующихся гуманистическими и экзистенциальными направлениями в психологии, а для меня в особенности – я мечтал об этом уже много лет. Но, с другой стороны, перевод "первоисточника" ставит под сомнение замысел моей собственной работы. То, что я считал своей главной целью, и что, как мне казалось, является достоинством моей книги – максимально полное и точное представление основного содержания концепции ЭГП с минимальными комментариями и добавлениями – теперь меняет свой смысл. Возникло даже желание полностью переделать данную работу. Однако, не без колебаний, я все же решил сохранить первоначальный замысел – дополнительное представление идей Бюджентала будет только на пользу (тем более, что перевод "Искусства психотерапевта" оставляет, на мой взгляд, желать лучшего и для читателей будет полезно иметь возможность сравнить хотя бы наиболее важные положения и самим выбрать русскоязычную версию). В любом случае, две книги об экзистенциально-гуманистическом подходе – лучше, чем ни одной.

 

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

ВВЕДЕНИЕ

ПРО ЧТО ЭТА КНИГА?

Она посвящена, на мой взгляд, самому главному в подготовке практического психолога – тому, что занимает центральное место в его обучении и профессиональной работе – раскрытию и описанию Мира межличностного общения во всем его многообразии и глубине.

Для практического психолога (равно как и для педагога, родителя, руководителя) это и есть мир, где он живет и действует, и от качества бытия в котором в первую очередь зависят главные результаты его деятельности. Более того, можно с уверенностью утверждать, что качество общения человека во многом определяеткачество его жизни; причем, я убежден, что это справедливо не только для представителей "коммуникативно-насыщенных" профессий, но и для любого человека.

Поэтому понять общение таким образом, чтобы разобраться в главном и не упустить детали, да еще уметь все это учитывать и реализовывать в практике реальных контактов с людьми – очень важно. Но это еще и очень сложно. И если важность общения мало у кого вызывает сомнение, то его сложность, на мой взгляд, многими явно недооценивается.

Количество издаваемой сейчас литературы по "проблемам общения" огромно. Однако в подавляющем большинстве случаев это либо поверхностно-наивные советы и рецепты ("как читать человека, как книгу"), либо явно (или более завуалировано) манипулятивные наставления ("как завоевывать друзей"), либо научные исследования и основанные на них абстрактные рекомендации ("как правильно общаться").

При всем разнообразии названные подходы объединяет один принципиальный момент – упрощенный и потому во многом искаженный взгляд на сложный и противоречивый мир общения. Соответственно, и программы обучения общению, которые основываются на таких, мягко говоря, простых и незамысловатых, но, несмотря на это (а может быть – именно поэтому?!), весьма популярных взглядах, страдают теми же недостатками. Эти и подобные им подходы можно было бы определить как психологию поверхностного общения (или, в более крайних случаях – как упрощенную психологию общения), которая, видимо, тоже нужна, но для профессионала (да и не только) совершенно недостаточна.

Ощущается явный дефицит более тонкого, глубокого и адекватного взгляда на межличностное общение как навстречу Личностей, суверенных и полноценных "Я", как на Мир специфически человеческих отношений. Так же очевидна и нехватка опирающихся на психологию глубинного общения программ эффективного развития соответствующих коммуникативных способностей. Попытка хотя бы в некоторой степени восполнить этот дефицит и представлена в данной работе. Из возможных подходов к рассмотрению глубинных аспектов общения я выбираю концепцию Джеймса Бюджентала, которая и составляет фундаментэкзистенциальной психологии глубинного общения. В дальнейшем, говоря о психологии глубинного общения, я буду иметь в виду именно экзистенциальный его уровень.

ДЛЯ КОГО ЭТА КНИГА?

В первую очередь, она адресована практическим психологам (точнее – психологам-консультантам)* – тем, кто уже имеет опыт самостоятельной работы, а также – тем, кто только готовится к этой в высшей степени благородной и в такой же степени трудной деятельности.

* В дальнейшем я буду в основном использовать термин "фасилитатор" – как обобщенное название позиций практического психолога, консультанта, психотерапевта, которое одновременно указывает на принадлежность к гуманистической традиции; сам Бюджентал предпочитает говорить "психотерапевт", хотя и отмечает, что этот термин не вполне его устраивает.

Для психолога теория и практика общения – один из краеугольных камней его работы как профессионала. Я убежден, что профессиональная компетентность психолога зависит от его коммуникативной компетентности в первую очередь. И поэтому психологу совершенно недостаточно знакомства с общением только на уровне популярной и научно-исследовательской литературы. Необходимо постижение живой реальности психологии глубинного общения – причем, во всем многообразии, во всех тонкостях и нюансах, во всех вариантах и противоречиях, которые необходимо учитывать при решении психологических проблем. Можно рассматривать излагаемую в данной работе концепцию как рассчитанную на тех, кто уже овладел азами общения, основу для более высокого (и одновременно более глубокого) уровня коммуникативной компетентности.

В то же время – не все психологи могут принять ценностную и теоретическую ориентацию предлагаемой концепции. И это естественно: многие положения экзистенциально-гуманистического подхода явно не согласуются с идеями, например, классического психоанализа или бихевиоризма, да и советская психология в целом стояла на существенно иных позициях. Однако, большим достоинством концепции Дж.Бюджентала (на которую я в основном и буду опираться в первую очередь) можно считать то, что развиваемый им

взгляд на общение и особенно предложенный им подход к развитию базовых коммуникативных способностей и становлению искусства консультирования является, по-моему, универсальным и одним из наиболее тщательно разработанных и практически выверенных среди основных подходов в мировой психологии и психотерапии. Уверен – каждый психолог, к какой бы психологической школе он ни принадлежал, найдет здесь для себя много ценного.

Хочется также надеяться, что такой глубокий профессиональный взгляд на общение с экзистенциально-гуманистических позиций в известной мере будет интересен и полезен также и любому не-психологу, желающему действительно разобраться и повысить свою компетентность в вопросах межличностного общения. Особенно важно будет увидеть мир общения под таким углом зрения тем, кто имеет отношение к развитию и личностному росту ребенка, – педагогам и родителям.

ПОЧЕМУ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД?

Этот вопрос для данной работы – ключевой; поэтому остановимся на нем подробнее. Начать стоит с самого названия подхода: "экзистенциально-гуманистический".

Экзистенциальный, т.к. опирается на экзистенциальные взгляды, то есть исходит из того, что каждый человек существует, осуществляя человеческий способ бытия. Жизнь человека насыщена множеством различных событий, на него влияют природные, социокультурные факторы и иные силы, но все это – лишь исходные обстоятельства и материал, "сырье", из которых каждый человек строит свою жизнь, свое бытие, и результаты этого строительства зависят в первую очередь от его усилий.

Собственно, если и можно определить "главное дело" жизни человека, то с экзистенциальной точки зрения состоит оно в том, чтобы прожить жизнь именно по-человечески, выбирая в каждый момент свой собственный, аутентичный путь. И поэтому, чтобы по-настоящему понять человека как человека, в "человеческом измерении", следует прежде всего понять главное: как именно и в какой мере он участвует в созидании своей жизни, как он "бытийствует" – переживает тот или иной момент своего существования, отвечает на фундаментальные вопросы бытия, делает жизненные выборы, осуществляет решения, принимает за них ответственность и т.д.

Иными словами, экзистенциальная психология стремится сквозь внешний фасад жизни ("оптический Мир") разглядеть глубинные, собственно человеческие ее основы ("онтологический Мир"). Только опираясь на такое экзистенциальное видение, возможно понять, что мешает полноценному существованию человека, помочь осознать это ему самому и способствовать экзистенциальным изменениям в его жизни (не случайно еще одно название концепции Дж.Бюджентала – "жизнеизменяющая терапия"). Без этого любые перестройки в оптическом мире будут иметь лишь временный, косметический эффект.

Гуманистическим этот подход является, по мнению Дж.Бюджентала, потому, что, во-первых, признает главной ценностью специфику человеческого существования. Следствие этого – принципиальный отказ от редукционистских взглядов (увы – так распространенных в психологии), объективирующих человека (часто вполне наукообразными способами) и игнорирующих субъективно-личностную основу его бытия – во всей ее сложности, противоречивости и неисчерпаемости. А во-вторых – признает в человеке мощный (хотя зачастую скрытый и нереализованный) потенциал в способности овладеть собственной жизнью, приняв на себя ответственность за нее. Эта вера в человека и оптимистический взгляд на его возможности объединяет ЭГП со всеми гуманистически-ориентированными концепциями.

Таким образом, экзистенциально-гуманистический подход – это попытка построения новой психологии: психологии с "человеческим лицом" по сути и по форме своего осуществления; психологии, которая не пасует перед неоднозначной, трудно постижимой и весьма драматичной сущностью человека, а последовательно и осознанно выбирает экзистенциальную философско-методологическую основу и гуманистические ценности.

Важно отметить и то, что для нашей страны ЭГП – новая психология в буквальном смысле, т.к. до самого последнего времени она была почти незнакома отечественным специалистам, и потому актуальность изложения этих идей очевидна. В то же время распространение ЭГП у нас сейчас – совсем не такой простой процесс и связан с целым рядом противоречий и парадоксов.

1. Если известная формула Г.Эббингауза: "Психология имеет очень большое прошлое и очень маленькую историю", – верна для психологии в целом, то к ЭГП это относится более, чем к какому бы то ни было другому подходу. Парадокс состоит в том, что хотя экзистенциальное направление оформилось в психологии позже других базовых подходов (психоанализа, бихевиоризма, гештальт-психологии, когнитивной психологии и других) и часто считается "молодым", но при этом именно ЭГП имеет самую древнюю и самую солидную предысторию среди всех психологических концепций. Экзистенциальный взгляд имеет многовековую традицию, и его корни можно найти в философских трудах еще за три тысячи лет до нашей эры! (См. подробнее Schneider, May, 1995, p. 11.) Однако в современной психологии экзистенциальные мотивы начали звучать действительно не так давно – примерно с середины нашего столетия.

2. Сейчас этот подход приходит к нам как "зарубежный", и потому многим представляется как "иностранное влияние". Но парадокс в том, что в отечественной культуре очень сильна экзистенциальная традиция – достаточно вспомнить Николая Александровича Бердяева илиМихаила Михайловича Бахтина. Более того, сами западные теоретики ЭГП среди основных его идеологов-предшественников одним из первых обязательно называют Федора Михайловича Достоевского.

Правда, как раз в нашей психологии отечественная экзистенциальная традиция до последнего времени проявлялась в весьма ослабленном виде, как сказал бы тот же М.М.Бахтин, – в "гомеопатических дозах". Особенно это касается практической сферы. На теоретическом уровне эта позиция представлена в большей мере (хотя и явно недостаточно). Среди советских психологов были экзистенциально мыслящие авторы – прежде всего следует отметить Сергея Леонидовича Рубинштейна и его до сих пор не оцененную по достоинству замечательную работу "Человек и мир" (Рубинштейн, 1976, с. 253-381), а также концепцию "личностного смысла" Алексея Николаевича Леонтьева и его единомышленников (Асмолов и др., 1979; Д.А.Леонтьев, 1999) (см. подробнее §1.1).

В очередной раз мы "открываем Америку", не замечая пророков в своем отечестве... Да и "открывать" особенно не торопимся – ЭГП в отечественную психологию приходит позже других концепций, в числе самых последних.

Впрочем, справедливости ради следует признать, что развернутой экзистенциальной концепции психологии общения в отечественной психологии пока не создано и, тем более, нет эффективных программ развития соответствующих способностей. В этом плане обращение к разработкам и опыту зарубежных коллег вполне оправдано.

3. Еще один парадокс состоит в том, что ЭГП, имея фундаментальную теоретическую основу (ни одно другое направление в психологии не имеет такой мощной философской и методологической базы!), –принципиально отказывается от жестких и однозначных теоретических схем психологического анализа, от абстрактных "структур" психики, личности, от исследования бесконечных "факторов", "систем", "компонентов" и т.д., и т.п. Предложенное экзистенциалистами "новое понимание человека"основывается на том, что "человек более не трактуется в терминах какой бы то ни было теории – будь то механистической, биологической или психологической" (Binswanger, 1956, р. 144), а рассматривается в "человеческом измерении".

Но это парадокс только кажущийся – ведь именно глубокий экзистенциальный взгляд на человека с неизбежностью ведет к признанию приоритета живой реальности внутреннего мира конкретного человека, его субъективного опыта перед любыми объективированными "продуктами" теоретического анализа. И чем глубже наше постижение "человеческого в человеке", тем яснее становится понимание того, что человек многократно сложнее любых наших теорий и абстрактных рассуждений о нем.

4. Однако приоритет субъективности и феноменологическая ориентация ЭГП не ведет к обесцениванию "процедурной", методической стороны деятельности практического психолога, а скорее наоборот (что также может показаться парадоксом) – усиливает внимание к методам работы. Не часто концепция включает в себя такое многообразие форм и способов работы и столь подробный и тщательный их разбор, как ЭГП.

К тому же и методы рассматриваются здесь не формально-технологически, а как условия и средстваактуализации и поддержания "жизнеизменяющих процессов". То есть дело не в самих методиках и приемах, а в искусстве приблизиться с их помощью к тому глубинному, экзистенциальному уровню общения с клиентом, на котором только и возможно оказать ему полноценную, эффективную помощь.

5. Наконец, еще один парадокс – возможно, самый главный. С одной стороны, хотя экзистенциализм достаточно хорошо известен и даже моден (так сказать, на "вербальном уровне"), его отнюдь нельзя назвать широко распространенным подходом и он не страдает от излишней популярности – как среди клиентов, так и среди самих психологов и психотерапевтов. А ведь, с другой стороны, именно этот подход затрагивает важнейшие стороны человеческой жизни, нацелен на решение самых острых жизненных проблем. И если согласиться с тем, что все "мы являемся живущими существами и потому в определенной степени все мы – экзистенциалисты" (Bugental, Kleiner, 1993), то следует признать, что ЭГП обращен ко всем, к каждому из нас. А если еще учесть, что центральная проблема экзистенциальной психологии – это "человек в кризисе", то именно этот подход, казалось бы, должен прийтись как нельзя более кстати именно в нынешней России, переполненной кризисами во всех отношениях. Но пока (?!), увы, – не пришелся...

У этого парадокса неполной востребованности есть, видимо, много причин; пока ограничусь лишь одной: экзистенциально-гуманистический взгляд на человека – это взгляд глубокий, мудрый, можно даже сказать красивый, но очень непростой. А сложное, увы, не может быть массовым – спросом и популярностью пользуется простое.

Надо признать, сама психология много сделала для того, чтобы широкое распространение получил простой и "удобный в употреблении" образ человека – заголовок известной книги "Психология – это просто" (Фолкэн, 1997) можно было бы использовать в качестве эпиграфа к работам очень многих психологов.

Впрочем, и с простыми (а особенно упрощенными) представлениями – не все так просто. Как точно подметил Д.А.Леонтьев, "простые объяснения сложных явлений... не требуют от человека размышлений, поэтому они так привлекательны. Единственный их недостаток – они имеют мало общего с действительностью.

Подобно пародиям и шарфам, они выхватывают одну черту из картины реальности и раздувают ее... а остальное игнорируют" (Д.А.Леонтьев, 1993, с. 6).

Не будем же упрощать и карикатуризировать сложную и драматичную реальность внутреннего мира человека. И чтобы по-настоящему понять предлагаемый в ЭГП путь постижения этой реальности в непосредственном глубинном общении, – начнем с раскрытия самой экзистенциально-гуманистической концепции, ее теоретических основ. Затем рассмотрим экзистенциальнуюконцепцию глубинного общения, после чего имеет смысл перейти к описанию семинара-тренинга, – только так, через призму осмысления ключевых идей, концептуальных положений и теории может быть адекватно понято и освоено все богатство практических возможностей ЭГП.

ВВЕДЕНИЕ

ПРО ЧТО ЭТА КНИГА?

Она посвящена, на мой взгляд, самому главному в подготовке практического психолога – тому, что занимает центральное место в его обучении и профессиональной работе – раскрытию и описанию Мира межличностного общения во всем его многообразии и глубине.

Для практического психолога (равно как и для педагога, родителя, руководителя) это и есть мир, где он живет и действует, и от качества бытия в котором в первую очередь зависят главные результаты его деятельности. Более того, можно с уверенностью утверждать, что качество общения человека во многом определяеткачество его жизни; причем, я убежден, что это справедливо не только для представителей "коммуникативно-насыщенных" профессий, но и для любого человека.

Поэтому понять общение таким образом, чтобы разобраться в главном и не упустить детали, да еще уметь все это учитывать и реализовывать в практике реальных контактов с людьми – очень важно. Но это еще и очень сложно. И если важность общения мало у кого вызывает сомнение, то его сложность, на мой взгляд, многими явно недооценивается.

Количество издаваемой сейчас литературы по "проблемам общения" огромно. Однако в подавляющем большинстве случаев это либо поверхностно-наивные советы и рецепты ("как читать человека, как книгу"), либо явно (или более завуалировано) манипулятивные наставления ("как завоевывать друзей"), либо научные исследования и основанные на них абстрактные рекомендации ("как правильно общаться").

При всем разнообразии названные подходы объединяет один принципиальный момент – упрощенный и потому во многом искаженный взгляд на сложный и противоречивый мир общения. Соответственно, и программы обучения общению, которые основываются на таких, мягко говоря, простых и незамысловатых, но, несмотря на это (а может быть – именно поэтому?!), весьма популярных взглядах, страдают теми же недостатками. Эти и подобные им подходы можно было бы определить как психологию поверхностного общения (или, в более крайних случаях – как упрощенную психологию общения), которая, видимо, тоже нужна, но для профессионала (да и не только) совершенно недостаточна.

Ощущается явный дефицит более тонкого, глубокого и адекватного взгляда на межличностное общение как навстречу Личностей, суверенных и полноценных "Я", как на Мир специфически человеческих отношений. Так же очевидна и нехватка опирающихся на психологию глубинного общения программ эффективного развития соответствующих коммуникативных способностей. Попытка хотя бы в некоторой степени восполнить этот дефицит и представлена в данной работе. Из возможных подходов к рассмотрению глубинных аспектов общения я выбираю концепцию Джеймса Бюджентала, которая и составляет фундаментэкзистенциальной психологии глубинного общения. В дальнейшем, говоря о психологии глубинного общения, я буду иметь в виду именно экзистенциальный его уровень.

ДЛЯ КОГО ЭТА КНИГА?

В первую очередь, она адресована практическим психологам (точнее – психологам-консультантам)* – тем, кто уже имеет опыт самостоятельной работы, а также – тем, кто только готовится к этой в высшей степени благородной и в такой же степени трудной деятельности.

* В дальнейшем я буду в основном использовать термин "фасилитатор" – как обобщенное название позиций практического психолога, консультанта, психотерапевта, которое одновременно указывает на принадлежность к гуманистической традиции; сам Бюджентал предпочитает говорить "психотерапевт", хотя и отмечает, что этот термин не вполне его устраивает.

Для психолога теория и практика общения – один из краеугольных камней его работы как профессионала. Я убежден, что профессиональная компетентность психолога зависит от его коммуникативной компетентности в первую очередь. И поэтому психологу совершенно недостаточно знакомства с общением только на уровне популярной и научно-исследовательской литературы. Необходимо постижение живой реальности психологии глубинного общения – причем, во всем многообразии, во всех тонкостях и нюансах, во всех вариантах и противоречиях, которые необходимо учитывать при решении психологических проблем. Можно рассматривать излагаемую в данной работе концепцию как рассчитанную на тех, кто уже овладел азами общения, основу для более высокого (и одновременно более глубокого) уровня коммуникативной компетентности.

В то же время – не все психологи могут принять ценностную и теоретическую ориентацию предлагаемой концепции. И это естественно: многие положения экзистенциально-гуманистического подхода явно не согласуются с идеями, например, классического психоанализа или бихевиоризма, да и советская психология в целом стояла на существенно иных позициях. Однако, большим достоинством концепции Дж.Бюджентала (на которую я в основном и буду опираться в первую очередь) можно считать то, что развиваемый им

взгляд на общение и особенно предложенный им подход к развитию базовых коммуникативных способностей и становлению искусства консультирования является, по-моему, универсальным и одним из наиболее тщательно разработанных и практически выверенных среди основных подходов в мировой психологии и психотерапии. Уверен – каждый психолог, к какой бы психологической школе он ни принадлежал, найдет здесь для себя много ценного.

Хочется также надеяться, что такой глубокий профессиональный взгляд на общение с экзистенциально-гуманистических позиций в известной мере будет интересен и полезен также и любому не-психологу, желающему действительно разобраться и повысить свою компетентность в вопросах межличностного общения. Особенно важно будет увидеть мир общения под таким углом зрения тем, кто имеет отношение к развитию и личностному росту ребенка, – педагогам и родителям.