Кодификации уголовного права и судопроизводства

Уголовному законодательству и судопроизводству в кодификациях «просвещенного абсолютизма» уделялось приоритетное внимание. Эта сфера в наибольшей степени прямо касалась взаимоотношений подданных-граждан и государственной власти. Также в большинстве стран, где сформировался «просвещенный абсолютизм», уголовное законодательство было в наибольшей степени неупорядочено, восходя к памятникам права XIV–XVI вв. Уголовная юстиция характеризовалась судебным произволом, свободой судейского усмотрения в очень многих вопросах. Последнее не только вызывало обоснованную социальную оппозицию, но и не отвечало стремлениям монархии к всемерному урегулированию юстиции едиными законами.

Первым новым кодексом эпохи «просвещенного абсолютизма» стал «Свод баварских уголовных законов» (1751). Он был подготовлен с учетом новых требований к судопроизводству, следствию и к допустимым видам наказаний. Однако большее значение имели акты кодификации Австрийской монархии.

 

«Терезиана»

Подготовленный в итоге развернувшихся с 1753 г. в Австрии кодификационных работ кодекс – (Уголовное уложение Терезии)(Constitutio cruninalis Theresiana, 1768) – был одновременно сводом и процессуальных правил, и материальных норм. Уложение (в 104 ст.) состояло из 2 частей: 1) Об уголовном судопроизводстве, 2) О преступлениях, подлежащих уголовному рассмотрению, и их наказании. По своей структуре и систематике правонарушений «Терезиана» следовала традиции германского права, восходящей к «Каролине». Однако модернизация также была значительной, хотя и не во всем соответствовавшей декларированным началам политики «просвещенного абсолютизма».

Важнейшим мотивом кодификации уголовного права и судопроизводственных правил в «Терезиане» была централизация юстиции, повышение степени ее подзаконноcти. Поэтому правовые предписания были направлены на то, чтобы сколько возможно меньше оставить усмотрению судьи. Своеобразно было построение кодекса: помимо общих правоположений, содержащихся в первой части, каждая статья второй части, описывая отдельный вид преступления, конкретно определяла, по каким уликам можно возбуждать дело по данному обвинению, по каким прибегать к допросу и, особо, к следствию с использованием пытки, что считать смягчающими и отягчающими обстоятельствами. Причем перечни последних также были конкретны: то, что отягчало ответственность в одних преступлениях, иногда не играло такой роли при обвинениях в других.

В понятие и квалификацию преступлений вводилось точное требованиеих законности: преступлением считалось то, что направлено против конкретных запрещений законов (подразумевалось, ранее изданных). Все преступления подразделялись на направленные против (1) публичных и (2) частных интересов. Еще одной важной особенностью кодекса было сокращение объема уголовной репрессии: значительное число видов незначительных правонарушений, которые ранее подлежали уголовной ответственности, было исключено; отныне они должны были войти в число подлежащих полицейским мерам воздействия. Основными объектами преступлений были христианское вероучение, интересы короны и государства, должностные порядки. В числе частных преступлений наибольшего внимания удостоились убийство и воровство. Ограничивая церковную юрисдикцию, «Терезиана» неожиданно большое место уделила преступлениям сексуальным и против морали, семейных устоев. Едва ли не впервые в уголовном законе здесь были зафиксированы преступления, совершенные путем печати (пасквили, карикатуры и т. п.).

Система наказаний осталась достаточно жесткой. Хотя наиболее зверские (утопление, погребение заживо, разрывание животными) отменялись. Смертная казнь по-прежнему подразделялась на особо жестокую, назначавшуюся за сверхтяжелые преступления (в виде сожжения, четвертования, колесования) и обычную, полагавшуюся за просто тяжкие преступления (отсечение головы, повешение для женщин). На втором по значимости месте стояли отяготительные, или болезненные, наказания. Кним были отнесены и собственно телесные наказания (главным образом, путем прогнания сквозь строй), и публичные работы, и ссылка, и тюремное заключение. Ссылка регламентировалась по образцу римского права: или в какое-то определенное место, или с исключением каких-то мест. Третьим определенным видом наказаний были штрафы. Могли применяться еще и неопределенные наказания, налагавшиеся по усмотрению судьи. Закон оговаривал только, что запрещалось впредь в качестве уголовного наказания определять к военной службе. Здесь были и отстранение от должности, и лишение некоторых прав, и т. п. В качестве дополнительной меры могла применяться конфискация имущества – полностью или частично.

Кодекс предусматривал очень широкий круг допустимых обстоятельств смягчения или отягощения ответственности. Это было, пожалуй, самым важным новшеством в уголовном праве. Так, к обязательному увеличению наказания вело неоднократное совершение преступления, групповое. К смягчению ответственности – совершенное в юном возрасте, не в сознании происходящего и т. п. Весьма подробно регламентировалось освобождение от ответственности за преступления, совершенные в порядке необходимости. В случае убийств различались наказания за умышленные и неумышленные убийства, за совершенные случайно; освобождало от ответственности совершение убийства по необходимости или в силу предписания права.

«Терезиана» сохраняла розыскной порядок судопроизводства по уголовным делам, в котором немалую роль играла возможность применения судебно-следственной пытки. Законом точно устанавливались основания к применению пытки и, что было наиболее своеобразной частью «Терезианы», формы ее. В приложении к кодексу было дано несколько десятков официальных иллюстраций-гравюр, на которых детальнейше изображались допустимые приемы и орудия пыток (в основном, тиски для рук и ног, «испанские сапоги», подвешивание и растягивание на особой лестнице; допускалось также прижигание боков подследственного особыми пачками свечей; прочие произвольные методы исключались).

 

«Йозефина»

Сохранение архаичной, осуждаемой правовой мыслью Просвещения судебной процедуры, жестоких наказаний предопределило недолговечную жизнь «Терезианы». Вместо нее скоро было опубликовано «Уголовное уложение Йозефа II» (Constitutio criminalis Josephiniana, 1787). «Йозефина» была в полной мере плодом уголовной политики «просвещенного абсолютизма». Отменялись судебно-следственные пытки. Гарантировалось предоставление некоторых прав обвиняемому на защиту. Полностью отменялись возможности назначения не определенных в законе наказаний.

Радикально была изменена система наказаний. Специально было оговорено, что «смертное наказание не может быть дозволено, иначе как в случае, если покушавшийся субъект подлежит воинскому закону» (ст. 20). Единственным видом смертной казни в случае таких воинских преступлений определялось повешение. Прочими видами наказаний устанавливались: содержание в оковах, заключение в тюрьму с каторгой, простое тюремное заключение, порка кнутом или палками, выставление у позорного столба. Наиболее детализированным из наказаний было тюремное заключение. Сроки его могли быть значительными: от 30 до 100 (!) лет по т. н. наипродолжительной категории, от 1мес. до 5 лет по самой «мягкой». Впервые законом предусматривались и разные режимы отбывания наказания: от самого строгого до мягкого. Режим тюремного заключения выражался в разных степенях принудительных работ, заковывании в более тяжелые или легкие кандалы, ограничении питания. В отношении телесных наказаний также устанавливалось ограничение: не свыше ста ударов за раз.

Одним из самых важных новшеств «Йозефины» было ограничение наказания даже за самые тяжкие преступления только личностью преступника; семья освобождалась от соответственности, лишение дворянства касалось только самого преступника. Однако в случае государственной измены предполагалась, вместе с тюремным заключением, и общая конфискация имуществ, что объективно не могло не относиться к семье.