Список основной литературы 56 страница
Семь основных принципов П.-технологии.
1. Повсеместное движение. Основная цель массажа любого участка — создать движение по всему телу, именно поэтому первый принцип — «повсеместное движение» — является основным. Посредством повсеместного движения тела посылается сообщение о его целостности.
2. Расширение и удлинение. Растягивание не только расширяет грудную клетку, освобождает зажатые суставы и мышцы, оно также способствует установлению контакта с внутренним ребенком, освобождению сдерживаемых эмоций.
3. Соединение. Соединение различных полюсов и аспектов тела достигается двумя способами: через повсеместное движение в теле; при массаже границ и прилежащих областей. Соединение может быть также достигнуто через изменения ритма колебаний.
4. Единство. Поскольку действие массажа очень глубокое, пациент чрезвычайно чувствителен во время сеанса. Если во время сеанса терапевт отвлечется, задумается о чем-то своем, потеряет раппорт,то пациент почувствует себя покинутым.
5. Никакого принуждения. Принцип работы без усилий демонстрируется на протяжении всего процесса, как при физическом воздействии, так и при создании оптимальной психологической атмосферы, интерпретациях при разборе опыта пациента.
6. Исцеление, а не исправление. Впервые столкнувшись с блоком, не рекомендуется приступать сразу к работе с ним, поскольку знание какого-то конкретного момента не дает возможности судить о ситуации в целом. Вырывая отдельные моменты из контекста, можно упустить основную мысль, а с ней и возможность понять, что происходит в реальности с человеком.
7. Самоисцеление. Взаимодействие терапевта с пациентом заключается в том, чтобы помочь последнему вернуть внутреннюю силу через способность доверять своим ощущениям, чувствам. Следует приветствовать его право иметь свое мнение и выбор.
Работа с блоками. Во время массажа или после него можно использовать самые различные способы снятия блоков: дыхание, звуки или прямой массаж области, прилегающей к месту расположения блока. Холистический массаж — это открытый способ, здесь нет ограничений. Просто необходимо доверять своей интуиции и следовать за процессом, доверяя ему. Этому обучают и пациента: доверять собственным процессам, принимать и изучать их. Часто в тот момент, когда блоки разрушаются, тело отражает эти перемены неожиданно глубокими вздохами, повышенной подвижностью, слезами. В такие моменты пациент обычно испытывает огромное чувство облегчения, так как энергия, аккумулированная в теле, начинает движение. Все это сопровождается дрожанием отдельных участков тела и чувством расширения или свободы. Отмечается множество признаков, какими освобождение может проявлять себя — на физическом, эмоциональном, интеллектуальном уровнях. Все эти симптомы подтверждают, что при использовании этого метода начинает происходить процесс самоорганизации психосоматической системы.
ПАРАДОКСАЛЬНАЯ ИНТЕНЦИЯ ФРАНКЛА.Метод, предложенный Франклом (Frankl V. Е.), автором логотерапии, в 1929 г., описан им лишь в 1939 г., а опубликован под этим названием в 1947 г. Логотерапия включает два таких специфических человеческих проявления, как самотрансценденция и способность к самоотстранению.
Человек с ноогенным неврозом постоянно находится в поисках смысла. П. и. Ф. применяется при неврозах, когда имеются следующие патогенные паттерны реагирования:
1. Некий симптом вызывает у пациента опасение, что он может повториться; возникает фобия — страх ожидания повторения симптома, который приводит к тому, что симптом действительно появляется снова, и это лишь усиливает изначальные опасения пациента. Иногда сам страх может быть тем, повторения чего боится больной, но чаще боятся обморока, инфаркта, апоплексического удара. На свой страх больные реагируют бегством от действительности (жизни), например стараются не выходить из дома.
2. Пациент находится под гнетом овладевших им навязчивых представлений, пытается подавить их, противодействовать им, но это лишь усиливает первоначальное напряжение. Круг замыкается, и пациент оказывается внутри этого порочного круга.
В отличие от фобии, собственно обсессивные состояния характеризуются не бегством, а борьбой — борьбой с навязчивыми представлениями. Однако и фобии, и обсессивные состояния вызываются стремлением избежать ситуаций, обусловливающих тревогу. Невроз порождается не только первичными условиями (внешняя и внутренняя ситуация, ведущая к первому появлению симптома), но и вторичными (закреплением страха ожидания). Необходимо разорвать эти круговые механизмы. Сделать это можно, лишив подкрепления опасения больного. При этом следует учитывать, что пациент с фобией боится чего-то, что может с ним случиться, в то время как больной с обсессией боится и того, что может совершить сам.
В данных случаях следует обратиться к столь характерной для человека способности к самоотстранению, которая особенно ярко отражается в юморе. Юмор — важное свойство человеческой личности; он дает возможность занять дистанцию по отношению к чему угодно, в том числе и к самому себе, и тем самым обрести над собой полный контроль. Мобилизация этой способности человека к дистанцированию и достигается с помощью метода П. и. Ф.
П. и. Ф. построена на том, что пациент должен захотеть, чтобы осуществили то (при фобии) или чтобы он сам осуществил то (при обсессии), чего он так опасается. При этом парадоксальное предложение должно быть сформулировано по возможности в юмористической форме.
Очевидно сходство П. и. Ф. с вошедшими позже в обиход методами поведенческой психотерапии.Однако, хотя в обоих случаях используется понятие подкрепления,не следует забывать о различиях, что иллюстрируется, например, сравнением с техникой «жетонов», где позитивно подкрепляется желаемое, правильное поведение. 9-летний мальчик регулярно, каждую ночь, мочился в постель. Родители и били сына, и стыдили его, и уговаривали, и игнорировали — все было безуспешно, становилось только хуже. Человек, к которому они обратились за советом, сказал мальчику, что за каждую ночь, когда он намочит постель, он получит по 5 центов. Мальчик немедленно пообещал сводить его в кино и пригласить «на чашку шоколада» — настолько он был уверен, что скоро разбогатеет. К моменту следующей встречи пациент заработал всего 10 центов. Он сказал, что делал все возможное, чтобы мочиться в постель каждую ночь и заработать таким образом как можно больше денег, однако, к сожалению, ничего не получалось. Он просто не мог понять этого, ведь прежде с этим у него все «было в порядке».
Логотерапия предвосхитила многое, что позднее поведенческой психотерапией было поставлено на солидную экспериментальную основу. Так, исследуя эффективность П. и. Ф., поведенческие психотерапевты подбирали пары больных неврозом навязчивых состояний с одинаково выраженными симптомами и одного из них лечили методом П. и. Ф., а другого оставляли без лечения в качестве контрольного пациента. Было установлено, что в течение нескольких недель симптомы исчезали только у больных, подвергшихся лечению, при этом ни в одном случае не возникли новые симптомы вместо прежних.
П. и. Ф. помогает даже в тяжелых и хронических случаях, причем и тогда, когда лечение длится недолго. Страх является биологической реакцией, позволяющей избегать тех ситуаций, которые страх представляет как опасные. Если больной будет сам искать эти ситуации, научится действовать «мимо» страха, то последний постепенно исчезнет, как бы «атрофируется» от бездействия.
ПАТОГЕНЕТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ МЯСИЩЕВА.На становление психотерапии в нашей стране существенное влияние оказала концепция патогенетической психотерапии. Основные положения ее как системы личностно-ориентированной психотерапии были сформулированы на основе «психологии отношений» В. Н. Мясищева (1893-1973) еще в 30-40-х гг. Одним из фундаментальных положений последней явилось понимание личности как системы отношений индивида с окружающей социальной средой. Начало исследования личности как системы отношений связано с именами основателей русской медицинской психологии В. М. Бехтерева и А. Ф. Лазурского. В дальнейшем эти исследования были продолжены и развиты их учеником В. Н. Мясищевым, которому и принадлежит более детальная разработка указанной концепции личности как в общепсихологическом плане, так и применительно к теории и практике медицины и в особенности — к учению о неврозах и психотерапии.
Подход к проблеме личности неразрывно связан с вопросом о соотношении биологического и социального в человеке. Задавая себе вопрос, является ли личность биосоциальным или социальным образованием, В. Н. Мясищев (1971) отвечает на него так: «Считая, что личность представляет собой высшее психическое образование, обусловленное общественным опытом человека, подчеркивая необходимость разграничения понятий "условия личности" и "сама личность", я полагал, что в понимании личности биологически-органическое неразрывно связано с социальным, но не является ни личностью, ни ее частью, а только условием личности».
Главная характеристика личности, по В. Н. Мясищеву (1960), — система ее отношений, прежде всего отношений с людьми, формирующихся в онтогенезе в определенных социально-исторических, экономических и бытовых условиях на базе физиологической деятельности мозга. Эти отношения представляют преимущественно сознательную, основанную на опыте избирательную психологическую связь человека с различными сторонами жизни, которая выражается в его действиях, реакциях и переживаниях. Отношения характеризуют степень интереса, интенсивность эмоций, желания и потребности, поэтому они и являются движущей силой личности. Выступающим в качестве важнейшего структурообразующего компонента во взаимосвязи с другими психическими явлениями — психическими процессами, свойствами и состояниями — отношениям личности присущи следующие особенности: уровень активности, соотношение рационального и иррационального, адекватного и неадекватного, сознательного и бессознательного, устойчивость или неустойчивость, широта или узость, рациональная или эмоциональная обусловленность и др. Личность проявляется в разных областях, и прежде всего в социальных отношениях и взаимоотношениях, отношениях в семье, на производстве, к труду и др. В структуре отношений особенно важным является отношение человека к самому себе. Значимость последнего определяется тем, что отношение к себе — один из компонентов самосознания (самосознание: самопонимание, самооценка, саморегуляция). Именно отношение к себе, будучи наиболее поздним и зависимым от всех остальных, завершает становление системы отношений личности и обеспечивает ее целостность. В условиях, когда отношения личности приобретают особую устойчивость, они становятся типичными для личности и в этом смысле превращаются в черты характера, оставаясь отношениями.
Особое значение категории отношения («психологического отношения») для разработки проблемы личности в отечественной, в том числе в медицинской, психологии, отмечали Б. Г. Ананьев (1968), Б.Ф. Ломов (1984) и др.
Психология отношений, являясь специфической концепцией личности, имеет существенное значение при исследовании проблем нормального и патологического формирования личности, происхождения болезней и механизмов их развития, особенностей их клинических проявлений, лечения и предупреждения.
Патогенной основой различных форм неврозов, согласно представлениям В. Н. Мясищева, являются противоречия в тенденциях и возможностях личности, с одной стороны, в требованиях и возможностях, которые ей предъявляет действительность, — с другой. Невротические расстройства могут возникать в тех случаях, когда жизненные обстоятельства затрагивают обобщенные, особо значимые, эмоционально насыщенные отношения личности, занимающие центральное место в системе ее отношений к действительности. Индивидуальные особенности таких отношений обусловливают ее невыносливость в той или иной ситуации. В. Н. Мясищевым и его сотрудниками (Яковлева Е. К., 1958; Зачепицкий Р. А., 1959; Страумит А. Я., 1969; Карвасарский Б. Д., 1967; Тупицин Ю. Я., 1970; Котяева Т. В., 1973; Либих С. С., 1974; Карандашева Э. А., 1975; Малкова Л. Д., 1978; Мягер В. К., 1976, и др.) были уточнены типичные черты личности, предрасполагающие к различным формам неврозов: почвой для истерии служит столкновение стремлений эгоцентрической личности с требованиями действительности; неврастения развивается при непосильных требованиях личности к себе, не противоречащих общественным нормам; невроз навязчивых состояний возникает у личности, не способной разрешить свои внутренние противоречия, обычно в ситуации, требующей выбора в вопросах этики. В каждом конкретном случае патогенное противоречие имеет индивидуальное, конкретное содержание, выявление которого очень важно для психотерапии.
В соответствии с концепцией неврозов В. Н. Мясищева была разработана их патогенетическая психотерапия. Основной задачей системы П. п. М. является выяснение жизненных отношений, сыгравших патогенную роль, лишивших данную личность способности адекватно переработать сложившуюся ситуацию и вызвавших перенапряжение и дезорганизацию нервной деятельности.
Важнейшее значение для успеха П. п. М. имеют взаимоотношения врача и больного, но не в смысле фрейдовского переноса.Основную положительную роль играют авторитет врача, его социальная направленность, широта кругозора, знание жизни, такт, умение слушать пациента (Шерешевский А. М., 1977), сочувственно-благожелательное к нему отношение, не исключающее в необходимых случаях противодействия социально-неприемлемым тенденциям больного. Роль врача в психотерапевтическом процессе не пассивная. Психотерапия — эмоционально насыщенное воздействие психотерапевта, в котором участвуют, наряду с его словом, и выразительность его мимики, и манера обращения с больным, и влияние всего режима лечебного учреждения.
Хотя в общении с врачом находит известное отражение система жизненных отношений больного, но далеко не полное. Их выяснение происходит в процессе умело проводимых психотерапевтических бесед.П. п. М. предполагает уточнение особенностей жизненного опыта больного в различные возрастные периоды, отношения его к себе и окружающим, его тягостных и радостных переживаний, интересов, системы оценок, мотивации своего поведения, понимания жизни и мира в целом и своего места в нем, его мечтаний и ожиданий, симпатий и антипатий — всего того, что образует внутренний мир человека, — и сопоставление этих данных с реальными условиями его жизни в настоящем и прошлом. Внимание пациента привлекается не только к его субъективным тенденциям и тем внешним обстоятельствам, с которыми они пришли в противоречие. Основная задача заключается в том, чтобы в процессе психотерапии сам больной неврозом уловил взаимосвязи между историей его жизни, сформированными ею отношениями, вытекающими из них неадекватными реакциями на сложившуюся ситуацию и проявлениями болезни — все те взаимосвязи, которые он до того не осознавал. Уяснение их является переломным моментом в терапии, но достигается оно не сразу. При успешном продвижении в этом направлении больной становится менее напряженным, более откровенным, постепенно начинает критически переосмысливать свои прежние жизненные позиции, иначе оценивать свою ситуацию. Решающим моментом служит завершающая процесс психотерапии перестройка нарушенных отношений больного. При этом речь идет не просто об изменении отношения к данному травмирующему обстоятельству, что само по себе не всегда возможно. Излечение наступает, если удается изменить систему отношений больного в целом, если изменятся в широком плане его жизненные позиции и установки.
Психотерапевт осуществляет «дело перестройки личности и отношений больного», опираясь на такие капитальные ее свойства, как сознательность (способность человека давать отчет о событиях не только настоящего, но и прошедшего и будущего), социальность (способность подчинять собственные интересы общим), самостоятельность (способность управлять своим поведением согласно общественно-социальным требованиям). «Эти сугубо личностные черты, недостатки их развития, — пишет В. Н. Мясищев (1973), — в той или иной из многочисленных комбинаций являются причинами невроза в трудных, вызывающих перенапряжение социальных условиях». И далее: «Именно в этом смысле и применительно к такому пониманию неврозов и их лечения может быть с правом применено понятие психотерапии отношений, использовавшееся ранее преимущественно по отношению к детям и в плане психоаналитического их лечения».
В психотерапевтических беседах применяются различные подходы и приемы: ободрение, убеждение,переубеждение, отвлечение, разъяснение сущности невроза и его симптомов. В дополнение к беседам, в зависимости от симптоматики невроза и его течения, оказываются полезными и другие психотерапевтические методы: внушение наяву и в гипнотическом состоянии, наркогипнотерапия, аутогенная тренировка и др. Эти методы могут выдвигаться на первый план при легких невротических расстройствах или при острых, относительно изолированных невротических моносимптомах. Психотерапия может сочетаться с применением медикаментозных средств и физиотерапии, способствующих нормализации нервных процессов и создающих фон, облегчающий контакт врача с больным. Однако эти средства имеют вспомогательное значение. В систему психотерапии входит и возможное содействие врача в нормализации, где это требуется, производственной или семейно-бытовой ситуации.
П. п. М. создавалась в трудные для нашей страны 30-50-е гг. В работах самого В. Н. Мясищева и его учеников, посвященных патогенетическому пониманию неврозов и их психотерапии, не могло не отразиться общественное сознание того времени с подчеркнутой идеологизацией психотерапии. Отсюда чрезмерно частые в этих работах ссылки на марксистско-ленинскую методологию и учение о высшей нервной деятельности и критика психоанализа.
На последней странице рукописи, подготовленной В. Н. Мясищевым для 2-го издания монографии «Личность и неврозы», не вышедшего в свет по чисто техническим причинам, автор будущее социальное здоровье нашего общества рассматривал в качестве основного условия эффективной психотерапии неврозов и их профилактики: «Тогда свершится программа формирования совершенной личности в совершенном обществе». Он не знал, сколь длителен, труден, а порой и трагичен будет путь достижения этой цели нашим народом.
См. также Групповая психотерапия, Личностно-ориентированная (реконструктивная) психотерапия Карвасарского, Исуриной, Ташлыкова.
ПЕНИТЕНЦИАРНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ.Совокупность методов психотерапии, применяемых в условиях мест лишения свободы.
Указанные условия (пенитенциарная среда), во-первых, характеризуются чрезвычайной насыщенностью стрессогенными факторами (материальные лишения, ограничения в удовлетворении сексуальных и других потребностей, разрыв устоявшихся личностных связей, ограничение свободы, постоянные и сильные воздействия на индивида со стороны антисоциально настроенных лиц, часто занимающих ведущее положение в условиях лишения свободы). Во-вторых, для мест лишения свободы характерно большое количество людей с различными психическими аномалиями (олигофрения, психопатии, донозологические формы различных психических заболеваний), легко и массово возникают их декомпенсации. В-третьих, указанная среда создает крайне неблагоприятные условия для применения обычных методов психотерапии (отсутствие возможности формирования психотерапевтического отношения).
П. п. и возникла как реакция, с одной стороны, на острую потребность людей, лишенных свободы, в психотерапевтической помощи и, с другой — на крайнюю неэффективность использования в указанных условиях обычных психотерапевтических методов. Она включает методы, адаптированные к применению в пенитенциарной среде:
1. Установление потребности индивида в психотерапевтической помощи и изучение психологических особенностей личности либо путем адаптации к условиям мест лишения свободы важнейших существующих тестов, либо путем разработки специальных коррекционных шкал, обеспечивающих учет искажающего влияния пенитенциарной среды (Юстицкий В. В., 1982-1990).
2. Методы создания «психотерапевтических оазисов», т. е. групп либо индивидуальных отношений, в достаточной мере защищенных от деструктивно действующих влияний пенитенциарной среды.
3. Методы снятия психического напряжения у лиц, лишенных свободы, и прежде всего различные приемы релаксации (в частности, релаксопедия).
4. Тренинговые приемы, преимущественно в групповом варианте, направленные на повышение способности людей, находящихся в условиях лишения свободы, адекватно реагировать как на внутрипенитенциарные проблемные ситуации, так и на ситуации, с которыми они столкнутся по выходе из мест лишения свободы.
Эффективность П. п. в большой степени зависит от определенных условий в том или ином учреждении, где содержатся заключенные. Нередко осуществление данного вида психотерапевтической работы бывает возможным лишь в сочетании с мерами организационного, экономического, педагогического плана, направленными на общее оздоровление социально-психологического климата в конкретном учреждении.
ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА В ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКИ-ОРИЕНТИРОВАННОЙ ПСИХОТЕРАПИИ.В этом случае говорят также о «первом интервью» или «первой беседе», когда осуществляется глубинно-психологический сбор информации (анамнеза) и выясняются показания к психотерапии.
П. в. в п.-о. п. имеет диагностические, прогностические и психотерапевтические функции. Помимо установления диагноза выявляется мотивация пациента (и психотерапевта), показания или противопоказания к психотерапии, возможный прогноз и ход самого процесса психотерапии (длительность, метод).
В литературе П. в. в п.-о. п. называют «необычной ситуацией для разговора» (Argelander H., 1970). Она предъявляет особые требования к психотерапевту, и ее можно обозначить как решающую и трудную встречу, так как от того, насколько успешно она прошла, зависит, будет ли продолжен курс психотерапии в дальнейшем.
В индивидуальной психотерапии первое интервью длится обычно 50 минут, однако может продолжаться от 1 до 3 часов или же растянуться на 2-3 встречи.
По своей сути техника П. в. в п.-о. п. в психоанализе неструктурирована, а пациенту предоставляется возможность взять инициативу на себя для самостоятельного развития своей проблематики. По сравнению с ней первая встреча в психоаналитической психотерапии более структурирована (самоструктурированное интервью). Это означает, что психотерапевт направленно спрашивает пациента об определенных фактах, что одновременно способствует установлению контакта между ними. Нечто среднее между этим способом и пассивным поведением психотерапевта называется «участвующим наблюдением» (Reimer Ch., 1996).
Как правило, при П. в. в п.-о. п. должны быть получены следующие сведения: актуальная симптоматика на настоящий период времени; развитие личности пациента и связанные с этим нарушения, другие существенные данные. По Дюрссену (Duhrssen A., 1990), биографический анамнез в глубинно-психологическом аспекте должен преследовать следующие цели: через вопросы структурированного интервью получить основную информацию; получить общую дифференцированную картину актуальной биографической ситуации пациента и его невротических симптомов (конфликт в настоящее время и его предыстория); подобная форма составления анамнеза имеет преобладающе диагностическую функцию, а уже потом психодинамическую и формирующую гипотезу; т. е. психотерапевт относительно активен, поскольку он направляет беседу своими вопросами, внимательно следит не только за ответами, но и за поведением, эмоциями пациента, и за тем, как происходит общение, за межличностными аспектами, проявляющимися во время встречи.
Вначале содержательно оценивается актуальная симптоматика: причина обращения к психотерапевту, жизненные обстоятельства, конфликты, симптомы и личные ресурсы. Назад история жизни пациента (личностное развитие): семья и происхождение, отношения в семье и с родителями, стадии развития в детстве, подростковом периоде и по сей день. В завершение задаются вопросы, касающиеся предыдущих психических и соматических заболеваний у пациента и в его семье. Разработанное Пезешкианом (Peseschkian N., 1988) «Первое интервью в позитивной психотерапии» помогает выявить актуальные, базисные и внутренние конфликты пациента. Определяются отягощающие жизненные события последних 5 лет, а затем они сопоставляются в общем жизнеописании. Часто бывает необходимым основательное клинико-неврологическое исследование для исключения органических причин заболевания. В любом случае по окончании сбора анамнеза психотерапевт располагает большим количеством разных данных, которые он должен оценить и интерпретировать, чтобы прийти к предварительному диагнозу и прояснить показания и методы терапии.
Предварительный диагноз после первой беседы состоит из клинико-симптоматического (традиционная дескриптивная область) и динамически-структурированного диагноза (конфликтов, желаний, способов защиты и личностных структур). Оба диагноза обозначаются также как симптоматический или базисный диагноз.
Одна из особенностей первой психотерапевтической беседы заключается, прежде всего, в постоянно возникающем вопросе о показаниях к определенной форме психотерапии, поддается ли пациент психотерапии. Иными словами, все полученные данные должны иметь отношение к будущей терапии — будь то общие показания для психотерапии, к модифицированному подходу или прочей ее форме. Представляет интерес (в порядке важности в качестве показаний к терапии) мотивация пациента относительно психотерапии, его способность к рефлексии и интроспекции, его психическая гибкость, его психопатология и ожидания от терапии.
Для процесса установления показаний к терапии важны следующие аспекты: пациент, его нарушения, метод психотерапии, психотерапевт. Если эти, скорее общие, факторы применить к глубинной психотерапии, нужно также осмыслить следующее. Психотерапевт, уяснив показания к терапии, должен проанализировать то, как пациент чувствовал и вел себя и как складывались психотерапевтические отношения во время составления глубинно-психологического анамнеза. Так, могут возникнуть указания, нужно ли проводить с пациентом скорее рефлексивную форму беседы, и как это делать, а также настолько ли установился контакт между пациентом и психотерапевтом, что можно надеяться на возникновение благоприятных отношений между ними.
Помимо мотивации пациента психотерапевт должен также учесть, велика ли вероятность того, что пациент получит пользу от предложенного ему метода. Здесь следует иметь в виду способности пациента к рефлексии, вербализации конфликтов и эмоций, к самокритике, а также относительно метода, подходящего конкретно для этого пациента. Следующий фактор показаний к психотерапии — это личность самого психотерапевта, где часто возникает вопрос о внутренней реальности психотерапевта в смысле симпатии, антипатии, эмпатии,интуиции и его соответствия ожиданиям пациента. Многие авторы отмечают, что симпатия и то, насколько пациент и терапевт «подходят» друг другу, могут оказать весьма позитивное влияние на процесс терапии и его результаты (Кёхеле Х., 1996).
Подводя итог, перечислим следующие важнейшие критерии показаний для глубинной психотерапии (по Раймеру): 1) проблема пациента однозначно имеет психогенную природу, и может быть выявлен актуальный действенный невротический конфликт; 2) пациент обладает способностью вербализировать пережитый конфликтный материал и, исходя из этого, критически его перерабатывать; 3) можно установить связь между актуальным невротическим конфликтом и биографией пациента; 4) ожидается, что к пациенту не только не будут предъявлены ни эмоционально, ни интеллектуально слишком высокие требования с помощью предложенных психотерапевтом средств и методов, но и 5) с некоторой вероятностью пациент только получит пользу от применения именно этой формы терапии; 6) страдания пациента и его желание перемен стали настолько явными, что присутствует достаточная мотивация для терапии и 7) из первой встречи становится ясно, что пациент сможет работать с фактором «отношений»; 8) психотерапевт со своей стороны достаточно мотивирован, чтобы начать курс данной терапии.
Могут быть представлены также противопоказания для глубинной психотерапии (по Раймеру): 1) вышеназванные показания отсутствуют, из чего следует, что 2) пациенту может принести больше пользы за меньший период времени другой метод психотерапии; 3) пациенту может принести пользу применение данного метода, однако временные границы недостаточны для того, чтобы действенно помочь ему (в подобном случае оптимальным может стать, к примеру, применение психоанализа); 4) пациент может выиграть от применения метода глубинной психотерапии, но иной подход был бы более успешным (например, групповая психотерапия или семейная психотерапия,глубинно-ориентированная); 5) пациент, в принципе, мог бы получить пользу от применения глубинного подхода, однако хронический характер его заболевания делает практически маловероятным успех терапии. В зависимости от метода и подхода пациент рассматривается в той или иной степени как партнер, нуждающийся в помощи, который должен принимать участие в планировании психотерапии.
В заключение первой встречи обговариваются формальные и содержательные ограничивающие условия. К формальным ограничениям относятся продолжительность терапии, частота встреч, их длительность, вопросы оплаты и подход. Содержательные ограничения включают в себя общую формулировку целей, а также степень концентрации над проработкой актуальных невротических конфликтов.