Послания исчезнувшей цивилизации 1 страница
Юрченко А.Г. – Книга камней. Чудеса мира в восточных космографиях
www.e-puzzle.ru
А. Г. ЮРЧЕНКО
КНИГА КАМНЕЙ
Чудеса мира в восточных космографиях
Санкт-Петербург
ЕВРАЗИЯ
ББК 63.3(0)4 УДК 94(4) Ю83
За помощь в подготовке к изданию книги автор благодарит Алексея Анатольевича Ефременко
Переводы с греческого, латинского, старофранцузского и персидского языков С. В. Аксенова (PhD)
Диалог-редактор Ю. Б. Гаврилова Научный консультант Д. А. Шереметьев
Юрченко А. Г.
Ю83 Книга камней. Чудеса мира в восточных космографиях. — СПб.: Евразия, 2007. — 256 с.: ил.
ISBN 978-5-8071-0260-6
«Книга камней» — вторая книга серии «Чудеса мира в восточных космографиях» — посвящена исследованию средневековых свидетельств и сообщений о странных и загадочных случаях, связанных с камнями: метеоритами и драгоценными минералами, древними статуями и египетскими пирамидами, остатками Вавилонской башни и стенами воображаемых городов. Арабо-персидские минералогии, средневековые латинские лапидарии, исторические хроники, записки путешественников — вот далеко неполный список источников, использованных автором. Средневековый спор о свойствах минералов между естествоиспытателями и магами оживает на страницах этой увлекательной книги, приглашая читателя в мир непридуманных загадок средневекового Востока.
ББК 63.3(0)4 УДК 94(4)
© Юрченко А. Г., 2007 © Юрченко Ксения, графика, 2007 ©Лосев П. П., оформление, 2007 © Евразия, 2007
ISBN 978-5-8071-0260-6
КНИГА КАМНЕЙ
![]() |
Экспозиция
Пять из семи чудес древнего мира были сделаны из камня. Это — пирамида Хеопса, висячие сады Семирамиды, храм Артемиды, Галикарнасский мавзолей и Александрийский маяк. Этот список впервые упоминается в сочинении финикийского писателя Антипатра из Сидона (И в. до н. э.).
В памятной книжице Луция Ампелия (II в. н. э.) перечислено двадцать пять чудес мира: храмы, скульптуры, загадочные камни, священные озера, скалы, упомянуто и огромное ребро кита. Конец перечня выглядит так:
15. В Иасе под открытым небом находится прекраснейшая мраморная статуя Дианы. Когда идет дождь, он ее не задевает.
16. В Баргиле над морем храм Венеры. Там имеется под открытым небом лампада на подставке, бросающая свет на море. Ее не гасит ветер, не заливает дождь. Также и старинный храм Геркулеса; там с колонны свисает полый железный шар, в котором, как говорят, заточена Сивилла. Там же лежат кости кита в виде квадратных камней.
17. В Магнезии у Сипила стоят четыре столба. Между ними висит железная фигурка Виктории, ни к чему не привязанная, но порхая в воздухе.
19. На Родосе... колосса... изваяние Солнца высотою... над мраморной колоной с квадригой. Колонна же имеет сто локтей.
20. На Кипре медное [изваяние] с лицом из золота высотою 150 локтей и шириною 160 локтей... Статуя Юпитера Олимпийского, которую создал Фидий.
21. В Экбатанах [в Мидии]... тот дворец царя Кира, сложенный из ослепительно белых и темных камней, опоясанных золотом. Там имеются колонны различных цветов, бесчисленные железные плиты, окна из серебра и кровельная черепица из светло-зе- леного камня.
22. ...Стена Вавилонии... которую воздвиг Мемнон... жженым камнем [то есть известью] и серой, смешанной с железом в местах соединения. Ширина ее 30 локтей, высота — 130 локтей, окружность 30 ООО шагов. Начала ее Семирамида, завершил ее сын.
23. Пирамиды в Египте, что воздвиг Агарт (Луций Ампелий. 8. 15-23).
Арабский географ Абдаллах ибн Амр (VII в.) составил описание обитаемого мира, где говорит о четырех чудесах света. Вот эти диковинки: зеркало Александрийского маяка, медный всадник в Андалусе, медное дерево в Риме и, наконец, медный столб в стране ‘Ад, на котором возвышается медный всадник (Ибн Хордадбех. 58). Не исключено, что Абдаллах ибн Амр, в своем интересе к медным статуям, следует перечню чудес Луция Ампелия. У последнего упомянута статуя Гелиоса на острове Родос в Средиземном море. Колосс, имевший в высоту более 30 м, рухнул в 224 г. до н. э. в результате землетрясения. Птолемей III выделил средства для восстановления памятника, но родосцы, повинуясь некоему оракулу, оставили его в обломках, сохранившихся до арабского завоевания. В 653 г. арабы разобрали бронзовую облицовку статуи и переправили ее в Эдессу.
В хронике Агапия, мелькитского епископа сирийского города Манбидж (X в.), называны иные семь чудес света, в их числе: монолиты Баальбека, капитолий в Риме, Александрийский маяк3.
В теме чудес света меня интересует единственное обстоятельство — история их разрушения и исчезновения. Из классического списка чудес сохранилась только пирамида Хеопса, и то лишь ее жалкий остов. Пирамида — это памятник безумству разрушителей. Дело в том, что пирамида была облицована плитами из ослепительного белого известняка, отполированного до зеркального блеска. При лунном свете гробница Хеопса загадочно сверкала, как огромный светящийся изнутри кристалл. Арабы, захватив Египет в 641 г., постепенно расхитили облицовку пирамиды. Более того, они не раз пытались разрушить пирамиду. Стремление разрушить грандиозное каменное сооружение сродни природному процессу разложения мертвых тел. В рассыпании камней сквозит тайное желание смерти, торжества хаоса, ускоренной энтропии, превращения Культуры в Природу. Немаловажное обстоятельство: мусульмане уничтожали знаки чужой для них культуры. Магическая мощь фараона бросала вызов абстрактной фигуре Аллаха. В войне символов периоды яростных атак сменялись веками глубокого равнодушия. Пирамида устояла лишь потому, что ни один из правителей не обладал силой, достаточной для ее разрушения, чего не скажешь о других памятниках.
а Васильев А. А. Агапий Манбиджский, христианский арабский историк X века // Византийский временник. 1904. Т. XI. С. 585.
Камни, несущие на себе символы исчезнувших цивилизаций, намекают на присутствие магического универсума и придают смысл прошлому, поскольку зачастую являются единственным доказательством самого факта существования прошлого. В известном смысле египетские пирамиды не позволили мусульманскому благочестию замкнуться в гордом высокомерии. Непроницаемые пирамиды служили входом в мир тайных знаний и астральной футурологии.
В семиотическом плане дикий ландшафт, усеянный камнями, является некой противоположностью освоенного, приведенного в порядок, пространства. На самом деле культурный и природный ландшафты являются элементами ноосферы и дополняют друг друга в хрупком балансе. Истинная угроза для этой гармонии проистекает, скажем, от падающих на Землю тел из Космоса. Свободно падающие небесные камни — явление, безусловно, редкое и потому-то вполне подходящее для предмета нашего исследования: в «Книге камней» мы рассмотрим несколько аномальных и странных эпизодов, связанных с камнями. Все загадочные камни, какова бы ни была их физическая природа, связаны с высшей сферой, божественным космосом.
Существует твердое мнение, что античная наука отрицала наличие в эфире твердых тел. Поэтому никакого ужаса от возможного столкновения Земли с болидами или кометами никто не испытывал, при том, что случаи падения небесного огня были зафиксированы. Несмотря на авторитет Аристотеля, отвергавшего падение камней с неба, камни все же падали. Страх перед этим явлением грозил разрушить саму способность к пониманию природы вещей. Для вытеснения страха имелся надежный механизм: толковавших о небесных знамениях изгоняли из городов. «В те времена, — по словам Плу- тарха, — не терпели естествоиспытателей и любителей потолковать о делах заоблачных — так называемых метеоролесхов. В них видели людей, которые унижают божественное начало, сводят его к слепым неразумным причинам, к неизъяснимым силам, к неизбежной последовательности событий» (Плутарх. Никий. 23).
Каменное небо Артемидора из Эфеса вызвало бурную реакцию отрицания у Сенеки, но для начала он излагает картину мира по Артемидору: «Если верить ему, верхняя область неба необычайна прочна и представляет собой нечто вроде высокой, твердой и толстой крыши; тело это состоит из скопления сильно сжатых атомов. Ближайшая к этой крыше поверхность — огненная, но настолько плотно сжатая, что ничто не в силах ни разрушить ее, ни как-либо повредить; однако в ней есть какие-то то ли окна, то ли отдушины, через которые внутрь мира залетают время от времени внешние огни, не настолько, впрочем, большие, чтобы вызвать внутри беспорядок; к тому же они вскоре снова вылетают из мира наружу. Таким образом, необычные небесные явления проистекают из вещества, лежащего по ту сторону мира» (Сенека. О природе. VII. 13.2-3).
Далее следует опровержение, выдающее всю глубину ужаса перед вечным падением Земли в черную бездну: «Здесь ведь ничего не говорится о каких-либо приспособлениях, которыми мировая крыша крепилась бы снаружи, или о ка- ких-либо подпорках, тянущихся к ней от центра вселенной и не дающих безмерно тяжелому телу упасть. Ну и, конечно, сейчас уже никто не осмелится заявлять, будто мир действительно падает и несется сквозь бесконечность, только падение его незаметно, оттого что вечно, и навстречу ему не попадается ничего, на что бы он мог наткнуться» (Сенека. О природе. VII. 14.3).
Случай о том, как философ Анаксагор предсказал падение метеорита, получил широкую известность. О нем вспоминает даже римский офицер и историк Аммиан Марцеллин, описывая достоинства Египта: «Благодаря египетской мудрости Анаксагор смог предсказать каменный дождь и, потрогав ил из колодца, — предстоящее землетрясение» (Аммиан Марцеллин. XXII, 16.22).
В существо проблемы вводят размышления Плиния: «Греки сообщают, что Анаксагор Клазоменский во второй год 78-й олимпиады [467-466 г. до н. э.] благодаря своим познаниям в астрономии предсказал, в какие дни упадет камень с Солнца, что и произошло среди бела дня в области Фракии возле реки Эгоспотамы (камень этот показывают и по сей день: он величиной с груженый воз и опаленного цвета), причем в те ночи на небе пылала комета. Если поверить в то, что он и впрямь это предсказал, придется также признать, что провидческая способность Анаксагора была совершенно удивительной; сама наша способность к пониманию природы вещей окажется под угрозой и все спутается, если допустить, что Солнце либо само камень, либо на нем когда-либо находился камень. Однако сам факт частого падения [камней с неба] не подлежит сомнению. Один такой, небольших размеров, и по сей день заботливо сохраняется в Абидосской гимнасии; рассказывают, что его падение на материке было предсказано тем же Анаксагором» (Плиний. Естественная история. II. 149-150)3.
Не будь сюжетной связи Анаксагора с метеоритом, о метеорите скоро бы забыли. Тревожащая воображение реальность стала предметом рефлексии, что позволило перевести страхи перед неведомым явлением в область литературного творчества. Плутарх в биографии греческого стратега Лисанд- ра возвращается к теме небесных знамений. Мысль о неустойчивом космосе кажется Плутарху невыносимой, однако ирония позволяет ему скрыть тревогу. Проблема в том, что существует зазор между реальностью открытого космоса и наличными теориями «научного» или «мифологического» характера. Какие бы сомнения ни испытывал Плутарх, на другом полюсе мы видим устойчивую модель: небесный камень стал предметом поклонения.
«Некоторые говорили, что, когда корабль Лисандра в первый раз вышел из гавани против врагов, над ним по обе стороны кормы сверкали Диоскуры в виде звезд. Некоторые утверждали, что знамением, предвещавшим поражение, было падение камня: на берегу Эгоспотамов свалился огромный камень, и большинство уверяло, что он упал с неба. Его показы-
а Цит. по: Фрагменты ранних греческих философов / Изд. подг. А. В. Лебедев. М., 1989. Ч. I. С. 508-509.
вают и сейчас, и для жителей Херсонеса он служит предметом поклонения. Говорят, будто Анаксагор предсказывал, что одно из прикрепленных к небу тел в случае колебания или сотрясений может оборваться и рухнуть вниз. Ни одна из звезд, утверждал он далее, не находится теперь на искони присущем ей месте: каменистые по составу и тяжелые, светящиеся вследствие сопротивления и разрыва эфира, они удерживаются в вышине, увлекаемые огромною силой вихревого круговорота, примерно так же, как были они удержаны от падения на землю первоначально, когда тяжелые и холодные части отделялись от вселенной. Существует, однако, иное, более правдоподобное объяснение: некоторые полагают, что падающие звезды не являются ни током или разлитием эфирного огня, угасающего в воздухе сразу вслед за вспышкой, ни воспламенением воздуха, проникшего в большом количестве в верхние сферы, но что это — небесные тела, срывающиеся и падающие вследствие каких-то причин, подобных уменьшению напряжения и изменению обычного пути движения. Сойдя со своего пути, они в большинстве случаев падают не в населенных местах земли, а за пределами их, в обширном море. Поэтому мы их и не видим. Даймах в сочинении „О благочестии“ подтверждает слова Анаксагора, рассказывая, что в течение семидесяти пяти дней до падения камня на небе непрерывно было видно огромное, похожее на пылающее облако огненное тело, которое не стояло на месте, а неслось сложным, кривым путем, так что вследствие мощного сотрясения от него отрывались огненные куски, которые разлетались во все стороны и сверкали, как падающие звезды. После того как это тело рухнуло в названном месте на землю и тамошние жители, придя в себя от изумления и страха, сошлись к нему, они не увидели никаких следов огня; перед ними лежал камень, правда, большой, но совершенно несоизмеримый с тем огромным огненным телом. Что Даймах нуждается в снисходительных слушателях, это ясно. Если же рассказ его соответствует истине, тогда полностью опровергается мнение людей, утверждающих, что это обломок скалы, который был оторван ветрами и бурями от какой-то горной вершины и несся, подхваченный вихрем, подобно волчку, а потом упал в том \іесте, где подхватившая его вращающая сила сдала и ослабела. Могло ведь быть и так, что пламя, которое наблюдали в течение многих дней, было настоящим огнем, и тогда его угасание вызвало в воздухе перемену, следствием которой явились сильные и порывистые ветры, вызвавшие падение камня» (Плутарх. Лисандр. 12).
Некогда небесный камень упал и на территорию Сирии. Видимо, это было столь же великолепное зрелище, что и описанное Даимахом. В Эмесе, по словам римского историка Геродиа- на, находился храм, посвященный богу Солнца. Главным храмовым сокровищем был небесный камень. С позиции стороннего наблюдателя, в роли которого выступает Геродиан, ситуация с предметом поклонения выглядит сомнительно, хотя ему объяснили, что камень является образом бога Солнца.
«Воздвигнут ему громадный храм, украшенный большим количеством золота, серебра и роскошными драгоценными камнями. Он почитается не только местными жителями, но и все соседние варварские сатрапы и цари каждый год щедро посылают богу роскошные посвящения. Там нет, как у элин- нов или римлян, никакой сделанной руками человека статуи, передающей образ бога; имеется там некий огромный камень, снизу закругленный, кончающийся острием, форма у него конусообразная, цвет же черный. Они торжественно заявляют, что он упал с неба, показывают какие-то незначительные выступы и вмятины от удара; они хотят, чтобы это было нерукотворное изображение Солнца — так им хочется видеть» (Ге- родиан. V. 3.4-5).
Очевидно, что храм здесь вторичен, первоначально поклонялись небесному камню. Вместе с тем храм есть модель космоса; в символической форме храм демонстрирует то самое «каменное небо», поверить в которое Сенека категорически отказывается. Храм бога Солнца в Эмесе не сохранился, исчез и метеорит из Пессинунта во Фригии, которому поклонялись как образу Кибелы (этот камень по повелению Дельфийского оракула был перевезен в Рим), а поклонение Черному камню в Мекке по сей день является самой волнующей частью ритуала.
Явления, не поддающиеся однозначному объяснению, а в нашем случае это камни, которые попадают в мир человеческой культуры либо из открытого космоса, либо из недр земли, либо как случайные знаки забытых цивилизаций, и есть предмет нашего расследования. Зачастую это могут быть воображаемые вещи.
Метеориты
Если космическое тело невелико, то, врезаясь в верхние слои атмосферы Земли, оно окутывается слоем раскаленной плазмы и полностью испаряется. Такие частички в науке называются метеорами. Метеоры хорошо видны земному наблюдателю. Они пролетают бесшумно на высоте около ста километров. Совсем иначе выглядит встреча с более крупным телом. Оно испаряется только частично, проникает в нижние слои атмосферы, иногда распадается на части или взрывается и, потеряв скорость, падает на землю. Такое тело в по.лете называют болидом, а то, что долетело до поверхности земли, — метеоритом. Какое место занимали эти космические явления в культурной истории средневекового мусульманского Востока? Несколько разрозненных материалов показывают, что интеллектуалы испытывали огромный интерес к небесным камням.
Родившийся в Иерусалиме ал-Мукаддаси (945-1000), известен тем, что, закончив к сорока годам длительные путешествия по мусульманскому миру, составил описание виденных стран. Свое сочинение под названием «Наилучшее разделение в познании климатов» он закончил в 985 г. В книге говорится о диковинке кавказской области ар-Рихаб — камне, упавшем с неба. Если этот случай действительно имел место, то речь идет о метеорите. Дело происходило в окрестностях Ардаби- ла, города в восточной части Иранского Азербайджана. «В соборной мечети Ардабила — большой камень. Даже если [будешь] бить по нему кузнечными молотами, ничего ему не сделаешь. Камень упал с неба на некотором расстоянии от города, а затем был отнесен в соборную мечеть. Я слышал, как Зариф ал-Хадим говорил: „Когда мы проезжали вблизи Ардабила, вдруг что-то стало спускаться с неба, подобно огненно
му щиту, и упало на землю. Но если считать, что это — камень, то, возможно, это он и был. Он был подобен пестику красильщиков — заостренный с обеих сторон» (ал-Мукадда- си, с. 307). Другие путешественники особого интереса к этому случаю не проявили.
Полет небесного камня, воспринимаемый как падение огненного щита, есть явление болида. Такое явление было зафиксировано в ноябре 970 г. Согласно летописи Ибн ал-Джау- зи, «в зул-хиджжа 359 года в начале одной из ночей месяца появилась огромная комета, которая осветила весь мир подобно лучам Солнца. Во время ее падения раздавался страшный громовой звук» (Сводка, с. 43). Сведения о шуме определенно указывают на полет болида, а не кометы. Например, в византийском описании кометы 975 г. о небесном шуме нет речи.
В географическом сочинении Закарийи ал-Казвини приведен рассказ путешественника XII в. Абу Хамида ал-Гарнати, посетившего Ардабил и видевшего необычный железный камень. Это иной предмет, нежели камень, упавший с неба и хранимый в мечети Ардабила. «Я видел за городом, на площади, — сообщает ал-Гарнати, — большой камень, будто изготовленный из железа, весом более 200 ратлей3. Если горожанам необходим дождь, то они грузят этот камень на телегу и ввозят его в город; и пока камень в городе — идет дождь. Когда же камень вывозят из города — дождь прекращается»1. Для «камня дождя» этот предмет имеет чрезвычайно большие размеры; как правило, волшебный минерал, вызывающий дождь, умещался на ладони.
Если верить автору космографии «Чудеса мира», в начале XIII в. перемещения камня с целью вызвать дождь изменились строго противоположным образом. «Говорят, будто в Ардаби- ле есть большой камень. Если ударяют по нему рукой, получается приятный звук. Когда нет дождя, камень выносят из города, и сразу же идет дождь. Как только камень внесут обратно в город, дождь прекращается» (Чудеса мира. 370).
Ибн Сина передает историю о падении метеорита в области Джузджанан (это арабское название области Гузган, на-
а Ратл — 1040 дирхемов. Дирхем — 3,125 г. Вес камня равнялся 650 кг.
ходящейся в северо-западной части современного Афганистана). Когда метеорит был извлечен из земли, то небольшую часть его отослали султану Хорасана, который намеревался выковать из него меч, но это оказалось невозможным. Означает ли это, что кузнецы Хорасана не владели технологией обработки метеоритного железа или попавший к ним в руки материал имел особый состав? В любом случае, выявляется мифический характер представлений арабов о «небесном железе», из которого, как считалось, делались знаменитые индийские клинки (см. § 35).
«Для меня, — пишет Ибн Сина, — благодаря неоднократным наблюдениям является истинным то, что произошло, как мне передавали, недавно в области Джузджанан. Кусок железа, весивший, вероятно, около ста пятидесяти манов2, упал с воздуха. Он сперва врезался в землю, а затем появился на поверхности один или два раза, подобно тому, как отскакивает мяч, которым ударяют о стену. Но, наконец, он снова зарылся в землю. Люди слышали в связи с этим ужасающе громкий удар. И когда они расследовали дело, добыли часть его и доставили правителю Джузджанана, то он написал об этом теперешнему султану Хорасана, Йамин ад-давла ал-Му- заффару ал-Мугалибуь, который приказал прислать его к нему целиком или же часть его. Перевозка его оказалась невозможной из-за его тяжести. Тогда начали отрубать кусок от него. Но инструменты действовали с большим трудом. Клинья и ломы, которыми его раскалывали, ломались. В конце концов, кусок от него отделили и отослали к султану. Он намеревался выковать из него меч, но это оказалось невозможным. Рассказывают, что вещество (метеорита) состояло из просовидных крупинок мелких и круглых, спаянных одна с другой. Все это лично видел мой приятель факих Абу ‘Убайдаллах Абу-л-Ва- хид ибн Мухаммад ал-Джузджани. Мне рассказывали, что многие из превосходных йеменских мечей изготовлены из подобного вида железа. Поэты арабов воспевают их в своих стихах. Это один из видов образования железа. Один из заслуживающих доверия шейхов княжества Исфахана — Абу Мансур
а 1 манн = 898, 56 г., то есть железный метеорит весил около 135 кг. ь Сулатан Махмуд ибн Сабук-тегин. Правил с 998 по 1030 г.
Хормуз‘яр Ибн Мушкзар, человек, приближенный к эмиру Абу Джафару Мухаммаду ибн Душманзару, да помилует его Аллах! — рассказал, что в горах Табаристана с воздуха упало тело, описание падения которого совпадает с описанием падения железа [из Джузджанана, с той разницей], что это был камень» (Ибн Сина. Книга Исцеления, с. 48).
Достопримечательность Джузджана пользовалась широкой известностью. Однако некоторые ученые считали, что это вовсе не метеорит, а кусок металла, вытолкнутый из недр земли. Уверяли даже, что первоначально он был морским якорем. Такого мнения придерживался ал-Бируни: «Когда-то он был морским якорем, что засвидетельствовал один из изучавших его, так как он похож на якорь, несмотря на то, что форма его изменилась вследствие нагревания, которому он подвергся благодаря силе, с которой был выброшен; железо же не было высокого качества, так как для якорей не отбирают лучшего железа, поскольку назначение якоря — только служить тяжестью» (ал-Бируни. Минералогия, с. 234).
Итак, имелись очевидцы падения метеоритов на землю. Это редкое явление обсуждалось при дворах правителей. Согласно династийной летописи Когурё, в 656 г., «летом, в пятом месяце, в столице вана подобно дождю падало железо» (Ким Бусик, с. 126). В средневековых персидских космографиях метеориты не упоминаются, словно их и вовсе не было.
Куски железа, падающие с неба, кажется, не вызывали особого ужаса. Метеориты не считались космическими телами. Они просто падали с неба. Если эти случаи не воспринимались как угроза, то, может быть, они хотя бы относились к числу природных загадок? В 1600 г. английский ученый Вильям Гильберт издал трактат «О магните», где дает объяснение железным дождям. Он полагает, что причина — в испарениях земли. Гильберт заимствовал примеры из античных латинских источников.
«Железо рождается не только в недрах одной матери (в земном шаре), но иногда и в воздухе — от земных испарений, в верхних частях облаков. В Лукании выпал железный дождь в тот год, когда был убит Марк Красс. Утверждают также, что в Неторианских лесах, близ Грины, выпала железная масса, подобная шлаку, и рассказывают, что эта масса была весом во много фунтов, так что ее нельзя было ни принести в это место вследствие ее тяжести, ни привезти на повозке вследствие непроходимости этих мест. Это случилось перед междоусобной войной, которую вели между собой саксонские герцоги. Нечто подобное упоминается и у Авицены. Железо выпало в виде дождя в области Турина, в разных местах, приблизительно за три года до занятия этой области королем. (Юлий Скалигер пишет, что у него есть кусочек этого железа.) В 1510 году, как пишет Кардан в книге „О разнообразии вещей“, на поле, прилегающем к реке Абдуе, упало с неба 1200 камней, один — весом в 120, другие — в 30 и 40 фунтов; цвет у них был ржавый, твердость — исключительная. Такие явления — ввиду их редкости — кажутся чудесными знамениями, например, земляные ливни и каменные дожди, упоминаемые в римских летописях. Однако нет никаких упоминаний о том, чтобы когда-либо шел дождь из других металлов, и, действительно, не видано, чтобы с неба падало золото, серебро, свинец, олово или белый свинец. Иногда наблюдалось, как из облаков течет медь, которая не очень отличается от железа. Такие порожденные облаками железо и медь рассматриваются как несовершенные металлы; их никак нельзя расплавить и нелегко ковать. Ведь Земля в своих возвышенностях обладает в изобилии железом, и земной шар содержит в себе богатейшие железные и магнитные запасы. Мощные испарения, исходящие от такой материи, могут — при стечении сильных причин — сгуститься в верхнем воздухе; отсюда — уродливое рождение железа» (Гильберт. О магните. I. 8).
Метеориты — каменные или железные тела, падающие на Землю из межпланетного пространства. К крупнейшим метеоритам относится железный Сихотэ-Алинский, упавший в 1947 г. Он раскололся в атмосфере на тысячи частей и выпал на Землю «железным дождем». При ударе о грунт части метеорита раздробили скальные породы, образовав в них кратеры и воронки. Было обнаружено 200 кратеров и воронок диаметром от 20 см до 26 м. Масса Сихотэ-Алинского метеорита оценивается в 70 т, собрано более 23 т.
Если доверять средневековым источникам, то падение таких крупных метеоритов в пределах культурных зон в Средние века не наблюдалось.
По сведениям арабского историка Ибн ал-Асира в июле 1020 г. в Африке выпал каменный дождь: «В раби II 411 года в Африке случился дождь из камней. С неба падали такие крупные камни, что подобного люди не видели. От этих камней погибло много скота» (Сводка, с. 51). Древнерусский автор «Повести временных лет», со ссылкой на византийскую хронику Иоанна Малалы, пишет: «В царствование Прова, во время дождя из тучи великой пшеница, с водою многою смешанная, попадала, которую, собрав, засыпали в закрома большие. Так же при Аврелии серебряные крупинки упали [на землю], а в Африке три камня упали громадных» (ПВЛ, с. 265).
Согласно летописям Пэкче, собранным и обработанным в 1145 г. придворным историографом Ким Бусиком, на территории юго-западной Кореи в 93 г. наблюдалось аномальное природное явление: «Осенью, в восьмом месяце, одновременно упали пять огромных камней на Хвенак» (Ким Бусик, с. 141).
В царствование византийского императора Льва Великого (457-474) «знамение было на небе, облако трубообразное 40 дней. И выпал дождь из пепла в Константиновом граде, намного больше пяди, от возгоревшихся облаков. И все молились с крестами и говорили, что огонь был и погашен был человеколюбием Божиим» (Временник. 11.53). Согласно другому источнику — извлечениям из церковной истории Феодора Чтеца, по изложению Никифора Каллиста, события выглядели так: «Лев провозгласил кесарем Льва-младшего, сына своей дочери Ариадны и зятя Зенона. В то же время в месяце ноябре, после того как на небе видимы были пламенеющие облака, сыпался сверху пепел, так что все зрители называли это падением огня с неба»2. Пламенеющие облака и пепел — признаки
извержения вулкана. Трубообразное облако, видимо, было смерчем, который принес пепел к городу.
Согласно трактату по сейсмологии египетского историка ас-Суйути (1445-1505), в 856 г. безо всяких видимых причин произошло странное явление: «В Египетской стороне на городок ас-Сувайда с неба свалилось пять камней. Один из них угодил в бедуинский шатер, который [тут же] сгорел. Один из тех [камней] был взвешен и оказался весом в десять ритлей3» (ас-Суйути, с. 33). Считается, что речь идет о метеоритах.
«В месяце раби I 285 года (28.III-26.IV.898) в Басре и Куфе подул ветер, несший желтую пыль; потом пыль стала зеленой, а затем — черной. Пыль окутала город. После этого начались обложные дожди, подобных которым никто не видел. Затем пошел град, причем градины весили до 150 дирхемов. Все это сопровождалось страшным громом и непрерывными молниями. Ветер свалил около 600 финиковых пальм. На село Ахмадабад стали падать белые и черные с оттенками камни. Камни эти увезли в Багдад, где их выставили для обозрения» (Сводка, с. 27-28). То обстоятельство, что небесные камни рассматривались как достопримечательность, достойная столичного внимания, указывает на реальность этого случая.