Исполнение первого «пророчества» Смита Виглсорта

Евангелизациопная работаСмита в Ливерпуле

По прибытии в Ливерпуль, Смит Виглсворт связался с Армией Спасения. Здесь этот замкнутый и внешне суровый йоркширец пытался найти способ проявить заботу о бедняках суетного ланкаширского морского порта. Но Смит не был подготовлен к ужасным сценам бедности, которые он увидел в Ливерпуле. Ни в одном городе не было такого, как в Ливерпуле, где, казалось, нищета проявлялась на каждом углу. Армия Спасения в Ливерпуле работала среди обездоленных людей, как в духовной, так и в социальной областях. Виглсворт энергично начал работать вместе с ливерпульскими частями.

Хотя многие полагали, что он человек суровый и грубый, ибо таким Смит казался, в действительности же он был нежным и сострадательным, особенно по отношению к детям. «У меня было большое желание помогать молодым людям», — сказал он однажды Другу. Каждую неделю он отправлялся в поход по Улицам ливерпульского центра, приглашая множество «дно одетых, босоногих, голодных и нуждающихся мальчиков и девочек в арендованный ангар на верфи, работодатели восхищались его рвением и давали ему в пользование ангары. На собственные сбережения Смит покупал еду для приходивших детей. Сотни их следовали за ним, как крысы шли за Пестрым Дудочником из Гамлина; они не только впервые хорошо обедали, но также слушали истории о любви Иисуса.

Однако все это не вполне удовлетворяло потребности Смита в проявлении любви к людям из этого портового района. Виглсворт начал программу посещений госпиталей и судов. «Бог дал мне любящее бедняков сердце, — говорил он. — Я привык помногу работать и тратить на них все, что имел». Но хотя Смит свободно мог говорить с людьми один на один, ему все еще было трудно выступать публично. Офицеры Армии Спасения в Ливерпуле просили Смита говорить на их собраниях, поскольку они восхищались его работой с детьми и бедняками. Но несмотря па то, что он всегда хотел выступать, все же сбивался и заканчивал слезами перед публикой.

В двадцать три года Смит вернулся в Брэдфорд к своей Полли. Он намеревался открыть собственное дело и посвятить все свободное время евангелизации. И эту задачу Виглсворт собирался осуществлять без промедления.

Смит и Полли женятся

Его бизнес процветал, и еще до конца 1882 года Смит и Полли поженились. Ему было двадцать три года, ей — двадцать два. Они очень любили друг друга, и «пророчество», высказанное Смитом своему другу в зале Армии Спасения в тот вечер, около пяти лет назад, когда Полли отдала свою жизнь Христу, — исполнилось. Их дом на Виктор-Роуд в Брэдфорде станет йотом известен по всему свету, и мужчины и женщины потекут к нему со всех уголков земли, для того чтобы, увидев этого человека, получить вдохновение и помощь от его уникального служения.

В последние годы, вспоминая свою жизнь с Полли, Смит говорил: «Всем тем, чем я стал сегодня, я обязан через Бога моей драгоценной жене. Она была милой. Она сильно помогала мне в моей духовной жизни. Она всегда была вдохновением к святости. Но она также видела, каким я был невежественным, и сразу же начала учить меня читать и писать. К сожалению, ей не удалось научить меня произносить слова по буквам. Она была также великим ловцом душ. Я побудил ее продолжать служение евангелизации, а сам тянул свой бизнес водопроводчика».

 

Начало «миссии» Виглсворта в Брадфорде

Бизнес Смита приводил его в разные районы Брэдфорда, и вскоре он начал видеть духовную жажду тех районов, где не было церквей. Виглсворт разговаривал об этом с Полли, когда возвращался домой по вечерам. Подбадриваемый своей женой, он начал подыскивать подходящее здание для аренды, где можно было бы вместе проводить собрания. Вскоре Виглсворт нашел подходящий зал. Но пока еще он не мог проповедовать без срывов. Поскольку Полли могла бойко говорить и была опытной евангелисткой, она взяла на себя заботу о собраниях, в то время как Смит сидел на сцене. Впрочем, когда люди выходили вперед после приглашения Полли, Смит вместе с ними молился у «скамьи грешника». Как он сам говорил: «Задача Полли была закидывать сеть, а моя — вытаскивать рыбу на берег».

Вначале они были очень счастливы. Совместная их жизнь была совершенно устроена, и молодые люди легко уживались друг с другом. Друзья и родные видели в них совершенную пару — «идеальный противовес». Чего не хватало одному, было у другого. И они молились буквально обо всем. Они были благословлены пятью детьми, которые были «покрыты» молитвой еще до рождения: Алиса, Сиф (чей сын Лесли стал главой «Елимского Миссионерского общества»), Харольд, Эрнест и Джордж. И Смит был хорошим отцом, он заботился о детях, и Полли могла найти свободное время для своего служения. Ей сопутствовал успех в публичных выступлениях не только в и «Миссии», но и гораздо дальше, так что ее деятельность стала широко известна. Смит, в свою очередь развил водопроводческое дело в Брадфорде и округе получив известность и хорошую репутацию за высококачественную работу и честность в вопросах бизнеса. Его компания стала одной из самых успешных этой отрасли в Брэдфорде и получила все больше заказов. Смит шел к тому, чтобы стать богатым человеком.

Успех ведет к провалу

Этот успех начал мешать его христианской жизни. Слишком много работы стало приходить к нему, и бизнес стал съедать свободное время. Вследствие этого у Смита оставалось все меньше и меньше времени, чтобы помогать Полли в их церковной работе. Во время особенно холодной зимы Смита и его работников вызывали на многочасовые работы. В случае аварий это продолжалось и по выходным. Бизнес не мог быть более легким, но воздействие, которое он оказывал на церковную жизнь Виглсворта и соответственно на его личную духовность, носило разрушительный характер. Его жена, зная о происходящем, все же по-прежнему вела свое служение. Более того, похоже, чем холоднее Смит становился по отношению к Богу и к ней, тем теплее становилась она. Он больше не помогал ей в их маленькой церкви. Она продолжала сражаться в одиночку. Но дела шли все хуже, и движение Смита к холодности и безразличию начало разрушать их семейную жизнь.

Всегда склонный к резкости, он стал грубым в словах. Вернувшись однажды вечером домой необычно поздно, Полли была встречена взбешенным мужем: «Я хочу, чтобы ты поняла, — ревел Смит, — что я — хозяин этого дома. И я не собираюсь терпеть твои столь поздние приходы домой». Полли увидела, что это не тот человек, за которого она выходила замуж.
Он чувствовал обличение. Он знал, что жил вне Божьей воли, а ее посвящённость христианской работе высвечивала его отступничество. Полли не хотела, чтобы на нее кричали, и тихо ответила: «Я знаю, что ты — мой муж, но Христос — мой Господин». Это взбесило Смита еще сильнее. В бесконтрольном гневе он схватил Полли и, открыв заднюю дверь, вышвырнул ее из дома. Но Смит не был готов к упрямству Полли. Обойдя вокруг дома, она заметила, что передняя дверь не заперта. Полли немедленно вошла в дом и, найдя, что это забавно, стала смеяться. Несмотря на плохое настроение и раздражение, Смит тоже начал смеяться вместе с ней.

Тем не менее, битва еще не была так легко выиграна, и Полли не склонила своего мужа изменить свои отношения с Богом. В течение двух лет блужданий в этой «духовной пустыне» она с любовью и молитвой «переманила» своего мужа назад к тому месту, где бы он горел огнем для Господа. Не раз говорилось, и это относилось как раз к нашему случаю, что за каждым – великим мужчиной стоит добрая женщина. И пришел тот день, когда Смит Виглсворт почувствовал необходимость восстановления. На своей «скамье грешника», в тишине своего дома на Виктор-Роуд, он возобновил свои отношения с Богом.

Рассказывая несколько лет спустя об этом эпизоде своей жизни, Виглсворт говорил: «Я могу вспоминать то время, когда я ходил, полный злобы, и все вокруг швырял. Я не мог сдерживаться. Я служил Богу десять дней. За эти десять дней я был опустошен, и жизнь Господа Индуса Христа вселилась в меня. Моя жена стала свидетельницей того превращения, которое произошло во мне. «Я никогда не видела такой перемены, - говорила моя жена, - что бы я ни приготовила — все угождало ему. Ничего не было ни слишком горячим, ни слишком холодным, — все получалось, как надо».

Долгая дорога назад к активной вере

Виглсворт на время забыл о своей христианской вере. Некоторые могут спросить, нуждался ли он в повторном «спасении». Его точка зрения на этот счет была выражена несколько позднее. «Спасемся ли мы однажды и навсегда?» - спросили его. Хотя у Смита был опыт Армии Спасения, тем интереснее оказался его ответ: «Ты спасешься верой. Продолжай веровать, и ты достигнешь этого». Ссылаясь на слова Павла к верующим в Риме («Итак умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодпую Богу». Рим.12:1), Смит говорил: «Нет конца освящению — оно бесконечно. Нет конца очищению Кровью. Это целый жизненный процесс — мы не спасаемся дважды, но мы выпадаем из общения с Богом много раз».

Гостеприимство стало важной особенностью дома Виглсвортов. Ручеек посетителей, часто незваных, вскоре превратился в поток. Когда в зале «Миссии» проводились особые собрания, Полли называла их ливнем. Впрочем, она легко справлялась с этим наплывом посетителей, наряду с публичным служением я работой по дому.

Смит Виглсворт вернулся к служению личного свидетеля с особым пылом. «Я готов был в любой день ждать не по одному часу, чтобы побеседовать с кем-нибудь о спасении его души», - сказал он своему другу Стэнли Фродсхэму, Однажды, Оказавшись в центре города, Смит ощутил желание свидетельствовать об Иисусе. Тогда он попросил Бога направить его к человеку, которого Бог изберет. По этой дороге шло множество людей, но Виглсворт не тронулся с места, пока не почувствовал, что Дух Божий побуждает его. Не отличаясь особым терпением и будучи очень занятым бизнесменом, Смит был недоволен задержкой в полтора часа. Поэтому он нетерпеливо помолился: «Господь, у меня нет времени — пожалуйста, покажи мне этого человека!» Виглсворт был прямым человеком, и многие критиковали его за это.

Вскоре после этой молитвы он заметил повозку с лошадью, двигавшуюся по главной улице в окружении других экипажей. Смит вдруг понял, что извозчик — это его человек. Не испугавшись сильного движения, и прорвавшись сбоку, словно ловкий игрок регби, Виглсворт быстро оказался рядом с сидевшим на повозке мужчиной. Смит вспрыгнул на повозку и сел с извозчиком. Безо всякого умного вступления Виглсворт начал излагать план Божьего спасения жизни этого человека. «Почему бы вам не заняться своим делом? Почему вы пристаете ко мне со своими разговорами?» — проворчал незнакомец. Смит засомневался, не ошибся ли он, и молча произнес молитву: «Это тот человек, Господь?» Уверившись, что это именно тот человек, он продолжал разговор и молил человека обратиться ко Христу. Извозчик начал плакать, и Смит понял, что Бог смягчил его сердце. Веря, что работу сделана, Виглсворт спрыгнул с повозки, а человек по, ехал по своим делам.

Спустя три недели мать рассказала Смиту замечательную историю. Прошлым вечером она навещала умирающего человека. Бедняга был прикован к постели ужё три недели. Она спросила его, хотел ли бы он, чтобы за него1кпомолились, и тогда тот рассказал матери Смита о странной встрече с человеком в центре города. «В последний раз, когда я выходил на улицу, — сказал больной, — какой-то юноша сел в мою повозку и заговорил со мной об Иисусе. Я вел с ним себя очень грубо, но парень был настойчив. Потом Бог обличил меня в моих грехах и спас меня». Извозчик умер той же ночью.

Государственный палач на «скамье грешника»

Одним из препятствий, стоящих перед христианскими лидерами сегодня, является барьер между ними и людьми с улицы. Виглсворт был земным человеком, с руками, знающими тяжелый труд. Он был человеком для других. Один из самых злых и всеми ненавидимых людей вошел однажды в его жизнь, и теперь имя Виглсворта представлено у Мадам Тюссо, в Зале почета в Лондоне. 13 февраля 1904 года Джеймс Берри, придя на одно из собраний Виглсворта, почувствовал вдруг глубокое осознание своих грехов, встал на колени рядом со Смитом на «скамье грешника» и отдал свою жизнь Христу.

Берри был королевским государственным палачом с 1884 по 1892 год. Он был так испорчен, а его язык так грязен, что даже самые безбожные люди в городе избегали встреч с ним. Берри был ответственным за все казни в районе. Позже он рассказал Виглсворту, что демоническая сила из повешенных им убийц после их смерти входила в него. Берри казался домом для легиона демонов.

Хотя он ушел в отставку с поста палача за несколько лет до того, мысли о людях, которых он повесил, преследовали его день и ночь. В конце концов, палач решился убить себя. Он намеревался сесть на поезд в Брэдфорде и броситься c него на встречные рельсы,"думая, что таким образом он сведет быстрые счеты со своей ничтожной жизнью. Но у Бога были иные планы.

Один молодой служащий железнодорожного склада, обратившийся к Богу прошлым вечером на служении Виглсворта, случайно оказался на месте происшествия. Юноша был полон свежего энтузиазма свидетельствовать о своем Спасителе; увидев Берри, стоявшего в одиночестве на станции, он решил свидетельствовать ему.

Молодой человек убедил палача пойти с ним на вечернее собрание в «Миссии». Там Берри пережил сильное обличение в грехах. «Два с половиной часа, — говорил Смит, — с грешника градом катился пот под действием обличения, и был виден пар, поднимавшийся от него». Затем палач отдал свою жизнь Богу.

Виглсворт вознес тихую молитву: «Господь, скажи мне, что делать». И услышал, как Бог сказал ему: «Не оставляй его. Иди с ним домой». Оба человека направились в дом новообращенного, где тот сказал своей жене: «Бог спас меня». Она была ошеломлена и выплакала много слез. Затем женщина тоже отдала свою жизнь Христу. «И я скажу тебе, что в том доме многое изменилось, — вспоминал Виглсворт, — даже кошка почувствовала разницу».

Последствия этой истории таковы: Джеймс Берри, следуя своей вере, вел выдающуюся кампанию за отмену смертной казни.

Пример укрепления веры

Водопроводный бизнес Виглсворта продолжал процветать, но у Смита всегда были проблемы со своевременной оплатой его услуг клиентами. «Я неизменно верил, что Божий план состоял для меня в том, чтобы я был в нужде, - часто потом утверждал он, - поскольку в час нужды Бог открывал мне дверь, и это укрепляло мою веру». Генерал Виллиам Бут, которого Смит по-прежнему уважал и которым восхищался, говаривал: «Я всегда стараюсь оставить своих офицеров в долгах, для того, чтобы это удерживало их на коленях».

Однажды Виглсворт оказался в сильной нужде и был не в состоянии выплатить своим рабочим зарплату. Тогда Смит помолился и спросил: «Господь, у меня нет времени идти и искать деньги. Пожалуйста, скажи мне, где я могу их взять»? «Иди к епископу», - услышал он слова Господа. Епископ, к сожалению, слыл плохим плательщиком, и кредиторы часто таскали его по судам. Однако Смит попросил водительства у Бога, и Он сказал ему отправиться к епископу. Это был один из тех шагов, которые укрепляли его веру в ранние годы. Позднее, когда Смит призывал своих слушателей приобрести веру в Бога, он основывался на опыте доверять Богу во всех жизненных делах и быть уверенным, что Он в силах все устроить.

Послание Симона Петра в переводе Кеннета Тэйлора формулирует переживания Смита Виглсворта в те дни: «Эти искушения для того, чтобы испытать вашу веру, проверить насколько чиста и сильна она. Вера испытывается, как огонь испытывает золото и очищает его, а ваша вера гораздо драгоценнее для Бога, чем простое золото. Итак, если ваша вера оказалась крепка в день испытания в огненном горниле, то она доставит вам великую славу, честь и похвалу в день Его возвращения» (1Пет.1:7).

После ответа на молитву о водительстве, Виглсворт оседлал своего верного стального коня — велосипед и отправился к особняку епископа. Когда Смит приехал, служанка, отворившая двери, сказала ему, что епископа нет и не будет еще три недели. «Я этого не могу понять — ответил Виглсворт удивленной служанке. — Господь направил меня сюда». Служанка замешкалась, затем попросила Смита подождать. Вскоре она вернулась с той суммой, которую ее работодатель задолжал. Здесь деньги, — сказала она, — возьмите их». Он спросил служанку: «Вы часто так делаете?» «Нет», — ответила женщина, и затем к удивлению Смита рассказала ему следующую
историю. Прошлым вечером, примерно в 9 часов, она получила зарплату от своей хозяйки, жены епископа. И хотя она никогда не слышала о Виглсвортс, служанка почувствовала странное желание сохранить эти деньги для кого-то, кто вскоре придет. Произошло это в тот самый момент, когда Виглсворт услышал голос Бога, велевший ему идти к епископу. «Что заставило вас сделать это?» — спросил Смит женщину. «Я не знаю, — ответила она. — Все, что я могу сказать, это то, что я не позволю вам уйти без денег».

 

Глава 7

«Я Господь исцеляющий тебя»

Собрания с исцелениями в Лидсе

Лидс был главным североанглийским центром поставки водопроводных материалов, которые Виглсворт использовал в своем бизнесе. Поскольку город находился всего в девяти милях от Брэдфорда, Смит ездил туда каждую неделю. Теперь Виглсворту было уже около тридцати лет, и он смог восстановить славное общение с Господом. Огонь вернулся в его сердце, и Смит использовал любую возможность служить своему Господину, независимо от нужд собственного бизнеса. Во время одной из поездок в Лидс Виглсворт встретил группу христиан, проводивших в городе собрания с чудотворными исцелениями. Смит был заинтригован и общался с ними каждую неделю. Листая страницы драгоценной книги, Библии, которую благодаря Полли он мог теперь читать, Виглсворт убедился вскоре в той огромной роли, какую играло чудотворное исцеление для современности. Смит был вдохновлен здравостью учения и, в конце концов, убедился в
его действенности.

Еженедельные визиты Смита приобрели теперь новое измерение. Он не только посещал служения с исцелениями, но также брал с собой разных больных людей из Брадфорда. И даже когда не мог сам поехать, он все равно оплачивал транспортные расходы самых бедных, не имеющих возможности заплатить за себя Смит боялся, что Полли станет протестовать, и сам в одиночку занимался этим, хотя и недолго. Тонко чувствующая Полли все поняла и быстро раскрыла секрет Смита. К его изумлению, однако, она не возражала; напротив, обрадовалась. Более того, поехала с ним на одно из собраний и попрсила помолиться за нее. Смит был переполнен радостью, когда Полли мгновенно исцелилась.

Одновременно со знакомством с чудесным исцелением в конце 1880-х годов, Виглсворты были обрадованы все возрастающим благословением в их собственном служении. Им пришлось искать зал побольше, и в итоге они переехали в известный теперь всему миру зал на Бауленд-стрит в Брадфорде, который они назвали «Миссия Бауленд-стрит». Виглсворт продолжал свои еженедельные поездки в Лидс, сочетавшиеся теперь с визитами в «Дом Исцеления в Лидсе», куда он привозил больных из Брэдфорда. Когда Смит приехал однажды в «Дом Исцеления», лидер собрания заметил: «У нас сегодня Виглсворт со своими больными друзьями из Брадфорда, —
добавив, — если бы он только знал, что эти люди так же легко могли бы быть исцелены не только в Лидсе, но и в Брэдфорде».

Затем стали происходить необычные события. Собрания в Лидсе оказались без подходящего лидера. Подходило время «Конвенции Кссвика», и люди, отвечавшие за собрания в Лидсе, захотели посещать собрания Кесвика. После обсуждения в своем кругу они решили предложить Виглсворту замещать их, и он с неохотой согласился. На первом собрании его окружили пятнадцать человек, вышедших для молитвы.

Один шотландец ходил на костылях. Когда Виглсворт помолился за него, он отбросил костыли и начал возбужденно прыгать. Этот эпизод стал для Смита поворотным моментом в служении. И это было иачалом замечательного, даже уникального служения исцеления Смита Виглсворта.

Исцеления начинают, происходить в Брадфорде

Вдохновленный событиями, Происходившими в Лидсе на собраниях с исцелениями, Смит организовал похожие встречи в своей «Миссии Бауленд-стрит». Однажды вечером двенадцать человек были исцелены чудесным образом. У одного больного была гноящаяся язва на суставе у лодыжки. На следующий день язва полностью исчезла, оставив лишь маленький шрам.

Одним из самых выдающихся исцелений тех дней стал случай с женой баптистского служителя из Брадфорда.

Так получилось, что этому служителю нужно было зайти в дом Виглсвортов, и Смит не мог удержаться, чтобы не заметить, что тот выглядел очень печально. «Что-то случилось, мистер Кларк?» - спросил Виглсворт. «Да, - грустно ответил он, - я оставил свою жену при смерти. Два врача были с ней всю ночь, и сказали, что она долго не проживет». «Почему вы не верите Богу в таком трагическом случае?» - спросил Смит. «Я не могу», - отвечал человек с полной безнадежностью.

После ухода Кларка Виглсворт не переставал думать о них. В конце концов, Смит не смог этого больше выдержать и направился к христианскому лидеру, верившему в чудесное исцеление и жившему неподалеку. Виглсворт рассказал ему о своей встрече с баптистским служителем и спросил, смогут ли они вдвоем пойти в дом пастора и вместе помолиться за женщину. К удивлению Смита, этот человек отказался. Затем он сказал Виглсворту: «Я верю, что если вы пойдёте один и помолитесь сами, то Бог исцелит ее». Воодушевленный, Смит направился к дому, где жила женщина.

В то время Смит был молод и неопытен, а потому, нуждаясь в поддержке, зашел по дороге к другому человеку, по имени Николе. Николе был набожным человеком, и если его просили помолиться, то он, как говорится, был рад «пол проломить». Николе согласился пойти.

Когда они вошли в спальню, Виглсворт предложил Николсу помолиться и не останавливаться, пока он, Виглсворт, не завершит свое служение для умирающей леди. Это оказалось золотым предложением для Николса, и он с восторгом начал свой молитвенный марафон.

Виглсворт вскоре пожалел об этом. Рассказывая эту историю позднее, он говорил: «Я никогда так не страдал, как в тот день, когда он молился». Николе молился за мужа, которому предстояло лишиться жены, и за детей, которые должны были осиротеть. «Он так много намолил, что мне пришлось закричать: "Остановите его. Пожалуйста, Господи, останови этого человека"». Тогда тот остановился. Затем Смит попросил помолиться мужа. И последовала та же скорбная молитва. Снова, теперь уже в полном Отчаянии, он закричал: «Господь, останови его». И он тоже остановился.

В ту пору Виглсворт знал строки из послания Иакова о помазывании людей елеем перед молитвой об их исцелении, но он не знал, сколько нужно использовать елея. Приготовив бутылку масла в полпинты, он принес се в кармане и решил, что будет лучше, если- он сам помолится за женщину. Смит начал молиться, как только муж перестал произносить свою молитву. Затем, помолившись, Виглсворт вынул бутылку из кармана, отвинтил пробку и вылил все содержимое на голову умирающей женщины.

Масло заструилось по лицу женщины, залив всю постель. «Я был новичком тогда, — сказал Виглсворт, — и не мог придумать ничего лучшего». Но его молитва получила весьма драматический ответ. Эффект был шокирующим как для Виглсворта, так и для миссис Кларк. Вот как он описывал это: «Я стоял рядом с ней в головах ее кровати, как вдруг появился Господь Иисус. Я во все глаза смотрел на него. Он стоял у противоположного конца постели. Он нежно улыбнулся мне. И через несколько мгновений исчез. Но что-то произошло в тот день, что изменило всю мою жизнь». Это также изменило и семью Кларка. Миссис Кларк была полностью исцелена и, продолжая воспитывать детей, пережила своего мужа на несколько лет.

«Врач, исцели себя»

Смит Виглсворт также был больным человеком. Хотя он отстаивал чудесное исцеление для других, сам продолжал страдать от геморроя — эта болезнь преследовала его с детства.

И опять Полли предстояло сыграть важную роль в будущем уникальном служении Смита. Очень нежно, но уверенно в часы общения с приглашенным проповедником она задала вопрос гостю, также имеющему служение исцеления. Полли спросила, что бы он сказал человеку, который молится за исцеление других, по использует лекарства для лечения свое несобственной болезни? Проповедник ответил без колебания: «Я сказал бы ему, что этот человек не полностью доверяет Господу».

Ответ сильно задел Виглсворта и заставил его приступить к действиям. По окончании обеда, оставшись наедине с проповедником, Смит признался: «Когда моя жена говорила о человеке, проповедующем чудесное исцеление для других и использующем препараты для себя, она имела в виду меня. С детства я страдаю от геморроя и полагаю необходимым использовать каждый день слабительные соли. Я думал, что эти соли — безвредные, природные средства. Я знаю, что если не приму чего-либо в этом роде, то у меня будет каждый день кровотечение, и может появиться инфекция. Но если вы будете стоять со мной в вере, то я, пожалуй, доверюсь Богу и откажусь от солей. Поскольку я принимал их каждый день годами, то мой организм так привык к ним, что естественные функции не наступят до среды. Вы будете стоять со мной в вере в тот день? Ведь во время очищения организма у меня будет сильная боль и сильное кровотечение, так как я перестану использовать слабительное». Без дальнейших объяснений, оба человека согласились доверять Богу в полном исцелении Смита.

После этого разговора в воскресенье Виглсворт воздержался от приема ежедневной дозы солей. Когда подошла среда и наступил критический момент, Смит помазал себя маслом. Рассказывая об этом событии, он свидетельствовал: «Бог все взял на себя. Мой кишечник работал в тог день, как у младенца. Бог полностью исцелил меня».

Его вера была совершенно простой. Однажды его спросили: «Включает ли чудесное исцеление морскую болезнь?» «Да, — ответил Виглсворт. — Это — дух страха вызывает вашу морскую болезнь, и я велю этому духу выйти из вас во имя Иисуса». И во всех своих путешествиях спросивший человек больше не страдал морской болезнью.

Нужно рассказать еще об одном случае собственного исцеления, которое произошло в зале «Миссии Бауленд-стрит» одним воскресным днем. Смита прихватила острая боль в животе. Два человека устремились к нему на помощь и поддержали его в тот момент, когда он падал от мучительной боли. За него молились всю ночь, но все оказалось бесполезным.
Напротив, ему стало еще хуже. Утром он сказал Полли: «Похоже, что Господь забирает меня. Выглядит все так, что уже ничего нельзя сделать. Ты знаешь наше соглашение: когда кто-то из нас почувствует, что Господь забирает его, тогда только, чтобы избежать неприятностей дознания и обвинений посторонних, мы вызовем доктора. Чтобы обезопасить себя, ты должна позвать врача».

В подавленном настроении, но понимая мудрость совета Смита, она вызвала доктора. Ответ доктора был: «Нет никакой надежды». Смит страдал от аппендицита уже шесть месяцев, и единственной возможностью была немедленная операция. Но ввиду его ослабленного состояния оставались сомнения в необходимости операции. Доктор ушел, пообещав вернуться позднее, после других срочных вызовов.

Вскоре после ухода врача появилась пожилая ели - молитвенника, верившая, «что все, что небыло исцелено, пришло от дьявола». Женщина начала молиться, и в это же время бывший с ней молодой человек возложил руки на Виглсворта и закричал: «Выходи вон, дьявол, во имя Иисуса».

Вот как об этом повествует Виглсворт: «К моему удивлению, я почувствовал себя так хорошо, как никогда в жизни. Я полностью освободился от боли. Когда они помолились за меня и пошли из дома, я встал, полагая, что ни у кого нет права лежать в постели, если он исцелен. Когда я спустился по лестнице, моя жена вскрикнула: «Ой, что ты делаешь!», а я сказал: «Я исцелен». Она проговорила: «Я надеюсь, что так». Я поинтересовался: «Есть ли какая работа?»
«Да», — ответила она. Взяв адрес, Смит отправился выполнять эту работу. Вскоре после того, еще во время отсутствия Виглсворта, вернулся доктор. Положив свою шляпу на стол в холле, он начал подниматься по лестнице, ведущей в спальню. «Доктор, доктор, — позвала Полли. — Смит ушел. Он пошел работать». Пораженный доктор покачал головой: «Они принесут назад труп, как дважды два — четыре».

Рассказывая эту историю позднее, Виглсворт говорил: «Я возлагал руки на больных аппендицитом почти по всему свету и не знал случая, чтобы не было мгновенного исцеления, даже когда при этом присутствовали доктора».

После случившегося Смит и Полли сидели за столом друг против друга и, глядя друг на друга, дали торжественный обет: «С сего дня никакие лекарства, никакие доктора, никакие препараты любого вида не Должны появляться в нашем доме». Но и впоследствии Смит не презирал и не обвинял тех, кто использовал лекарства для лечения своих болезней. Он говорил, что его решение было сугубо личным — это произошло между ним и Богом и не должно навязываться другим. Для того, чтобы войти в то служение которое он исполнял и подобного которому трудно найти где-то еще, Смиту предстояло все сделать по-своему.

Ответы на вопросы

Видимо, здесь я должен затронуть вопрос, который, вероятно, возник у некоторых читателей: «Как мог Виглсворт применять один из даров Святого Духа, прежде чем он был "Крещен Духом"?».

Когда Виглсворт проповедовал в церкви «Ассамблей Божьих» в Сан-Франциско, его спросили: «Знамения, перечисленные в Евангелии от Марка в 16-й главе, стих 16, и 18-й главе, стихи 16 и 18, применимы лишь к тем, кто крещен Духом Святым?» Виглсворт ответил: «Тысячи людей, никогда не принимавшие крещение Святым Духом, особенно ведомы и благословляемы в исцелении больных. Лучшие люди, которых я знаю, не обладающие опытом крещения Святым Духом, молятся о чудесном исцелении всех видов болезней. Но у них нет того, что есть в 16-й главе Евангелия от Марка. Только крещенные верующие говорят языками. "Если ты веришь, ты будешь возлагать руки на больных, и если ты веришь, ты будешь говорить на новых языках" — это означает, что когда Святой Дух пришел, ты оказываешься в позиции власти. Ты можешь командовать. Как могу я знать это? Потому что Павел очень ясно говорит во Втором послании к Тимофею, в главе 1-й: "Возгревай дар Божий". В чем была проблема с Тимофеем? Он был удручен Он был молодым человеком, призван!м Павлом, и находился в окружении старейшин. И из-за своей молодости он был в пренебрежении и был опечален. Павел нашел его в подавленном состоянии и подбадривал его.

Каждый из вас, имея веру, может возгревать дар внутри себя. Святой Дух может так проявиться в тебе, что ты можешь заговорить — это может быть и недаром, но это может быть провещеванием на языках. И я верю, что всякий, крещенный Святым Духом, для того, чтобы иметь совершенный контроль, должен говорить так каждый день — утром, в полдень и вечером.

Не останавливай никого, кто делает добро, но поощряй делать так, а затем приводи их в "крещение" еще большим добром».

Для многих ответ Смита будет звучать неубедительно. Если один дар может быть применен до крещения Духом, то почему не все дары? В этом обетовании Христа дар языков включен наряду с даром исцеления.

Далее в этой книге ты прочтешь о некоторых из учений Виглсворта о дарах Святого Духа. Например, когда Смит проводил курсы по Библии о «дарах исцеления», он говорил во введении: «Люди Святого Духа имеют служение. Все те, кто получил Святой Дух, могут быть так наполнены им, что, не имея дара, Святой Дух внутри них вызовет исцеляющую силу. И это — та причина, по которой я говорю вам, люди, — никогда не бойтесь подходить близко ко мне, когда я молюсь за больных. Мне нравится, когда люди помогают мне. Почему? Потому что я знаю, что здесь есть люди, которые имеют смутное представление о том, что они имеют - Я верю, что сила Святого Духа, которую вы получили, обладает возможностью привести вас к такой концентрации, при какой вы осмелитесь поверить, что Бог может исцелять, даже если вы не знаете, имеете ли вы дар».

Смит и Полли Виглсворт завсвидетельствовали исцеляющую силу Господа в своем только что приобретенном зале «Миссии Бауленд-стрит». Они сделали большой плакат м стене, который встречал собравшихся. На этом плакате были слова: «Я — Господь, исцеляющий тебя».

 

 

Глава 8

«Возведи меня выше гор»

Святость и «второе благословение»

Возведи меня выше гор

В присутствие Твое.

В Твоем свете я увижу источник

И кровь, что очищает меня.

Этот вдохновляющий гимн пели каждую неделю, а порой и каждый день в течение первого периода моего обучения в теологической семинарии в конце 30-х годов. В то время я присутствовал на некоторых из собраний Смита Виглсворта. Теперь же, перечитывая его
проповеди, я вспоминаю те дни, а заодно и слова этого гимна. Они возвращают меня к наименее известной части его жизни — святости.

При упоминании имени Виглсворта два слова приходят на ум большинству людей, слышавших о нем: вера и исцеление. Но на раннюю христианскую жизнь Смита немалое влияние оказали библейские учителя, проповедовавшие освящение и святость во время ежегодиых конвенций в Кесвике. Смит и Полли Виглсворт были частыми посетителями в Кесвике. В те дни на этих собраниях распространялось учение о второй, благодати, называемой «второе благословение»
(иногда это описывалось как «крещение Святым Духом» Но его не следует путать с пятидесятническим учением на ту же тему).

Вот что рассказывал Смит Виглсворт о своей вере в то время: «Моя жена и я всегда верили в библейскую святость, но я осознавал, что во мне много плотского. По-настоящему святой человек однажды проповедовал нам, говоря о том, что значит быть полностью освященным. Он называл это особенной работой благодати, следующей за новым рождением. Когда я поклонялся Господу, десять дней в молитве, отдавая Ему свое тело как живую жертву, в соответствии с Посланием к Римлянам, глава 12, стихи 1 и 2, Бог видимым образом что-то сделал для меня... Мы посчитали это
крещением Духом. Итак, в нашей «Миссии Бауленд-стрит» мы выступали и за исцеления, и за святость».

Позднее мы будем рассматривать «пятидесятническое крещение» Смита, однако в его мышлении оно всегда соединялось со святостью. Есть пятидесятнические учителя, которые говорят, что это крещение дается для силы, а не для святости, но Виглсворт так не считал. «Святой Дух придет, когда человек будет очищен, — говорил он и добавлял: — Старая жизнь должна быть отброшена. Я никого не видел крещенным, если он не был чист внутри».

Проводя серию лекций по Библии на эту тему, Смит ссылался на человека, который искал «крещения» на одном из его собраний. Тот человек не мог найти покоя. Когда Виглсворт спросил его о причинах, он ответил, что Бог открыл ему такие вещи из его жизни, которые заставляли чувствовать себя недостойным. «Покайтесь во всем, что плохо», — посоветовал ему Смит. Человек продолжал тратить время на ожидание наполнения Духом, но не имел успеха.

«Эти попытки ожидания от Бога наполнения Духом и являются теми случаями, когда Он испытывает сердце и пробует привести вас к послушанию, — сказал ему Виглсворт. — Скажите Господу, что вы сделаете это [исправите то злое, что вы сделали], и не думйте о последствиях». Тот человек заплатил по счету о котором никто не знал. Виглсворт помолился за него и тот был крещен Духом немедленно. «Те, кто несут сосуды Господни, должны быть чисты, должны быть святы».

Возможность дальнейшего духовного благословения

Смиту Виглсворту было тогда 48 лет. Он был весьма преуспевающим бизнесменом, и его духовная жизнь была здоровой. «Миссия Бауленд-стрит» процветала, многие люди получали благословение и имели известность благодаря важности святости и исцеления. «Мы думали, что добились всего, что касалось духовных вопросов», — говорил Смит. Однако он все еще был весьма скован в публичном служении и с трудом мог связать несколько слов в одно предложение. Полли всегда сама проповедовала, хотя и постоянно побуждала Смита участвовать вместе с ней в проповедях. Она часто объявляла, что в следующее воскресенье ее муж будет вести проповедь, но подобные случаи были ужасными днями для Смита. Эти «проповеди» были краткими, и Виггсворт заканчивал их приглашением членов общины пройти к кафедре, чтобы поскорее завершить собрание.

Однажды Смит услышал о необычных событиях в одной англиканской церкви в Сандерленде. Судя по всему, христиане переживали то же самое, что и в первой Церкви, как записано в Книге Деяний. «Слышали новость? — сказал один посетитель у него дома. — Они получают Святой Дух в Сандерленде и говорят на языках. Я решил пойти и все посмотреть сам, — продолжил этот человек. — Не хотите ли пойти со мной?» И он предложил оплатить Смиту дорожные расходы.

 

Глава 9

Важность Сандерланда

Предыстория пятидесятнического движения

A в шести тысячах миль, на западном побережье Северной Америки, произошло замечательное духовное пробуждение в заброшенном здании, напоминающем деревянный сарай, на улице Азуза в Лос-Анджелесе. Это здание было превращено в место собраний для христиан, руководимых смиренным чернокожим проповедником по имени В. Дж. Сеймур. В 1906 году 9 апреля «сошел огонь», как в день пятидесятницы в Иерусалиме в 33 году от Рождества Христова, калифорнийские христиане были взяты на седьмое небо и переполнены силой Святого Духа, и заговорили на «иных языках», как Дух дал им провещевать.

В июне того же года Рейчел Сайзлоун и ее муж посещали собрания «Лагеря Свободной Методистской Церкви», проходившие поблизости. По пути на одно из собраний, муж Рейчел шел случайно рядом со старым зданием на улице Азуза и услышал «чудесные песнопения в Духе». Он рассказал об этом своей жене, и полные любопытства, они отправились на одно из этих собраний.

Они были изумлены присутствием Божьим в этом скромном месте, где «потолок был низким, а пол - грубым», где «паутина висела на балках и на окнах». Это сильно контрастировало с теми элегантными церквями, к которым они привыкли. (Впрочем, «скоро здание было прибрано, а потолки вымыты».)

«Большой ящик служил кафедрой, — говорила госпожа Сайзлоун. Виллиам Дж. Сеймур (чернокожий служитель) стоял за ящиком на коленях пред Господом». (Это служение он вел в одном ""Стиле с Эваном Росбертсом, возглавлявшем «Уэльское пробуждение» 1904 года — возможно новости о благословении в Уэльсе достигли и Сеймура). Рейчел Сайзлоун продолжала: «Моя душа закричала: "О, Господь, у этих людей есть что-то, чего я не имею"».
Затем она прислушалась к тому, что говорил Сеймур, «делясь Словом», и сказала себе: «Что ж, хвала Богу, он не разрушает того, что я пережила или во что верю, но просто добавляет к моему опыту крещение Святым Духом, которое, как он [Сеймур] говорит, может прийти только в чистое сердце».

В то же время в столице Норвегии Осло молодой методистский служитель, размышляя о том, как бы добыть денег для своего церковного здания, не подозревал о тех «происшествиях» на улице Азуза. Он решил обратиться за помощью к американским церквям. И так получилось, что осенью 1906 года преподобный Т. Б. Барратт очутился в Нью-Йорке.

Когда Барратт искал церкви, где бы он мог найти ответ на свой призыв, он столкнулся с некоторыми «молодыми пятидесятниками» («молодыми» с точки зрения опыта). Их энтузиазм и пыл по отношению к Богу захватили Барратта. Это было 7 октября 1906 года, день, который он никогда не забудет; день, который уничтожил его финансовую нужду; день, который изменил всю его жизнь и его церковь в Норвегии; и, наконец, этот день возмутил стоячие воды британских церквей, пустив волны по всей Европе и Британской империи. «Я был наполнен таким светом и силой, что начал кричать на незнакомом языке так громко, как только мог. Мне, видимо, нужно было бы знать семь или восемь языков, чтобы различать звуки и слоги, которые я произносил. Я стоял, выпрямившись, довольно долго и говорил на одном языке за другим. Ощущая необыкновенную силу своего голоса, я думал; что десять тысяч человек могли бы легко услышать меня. Самым чудесным моментом был тот, когда я перешел на красивое британское соло, применив один из самых чистых и восхитительных языков, которые я когда-либо знал. Звуки и слова были новыми для меня, а ритм и модуляция разнообразных припевов выглядели совершенными».

Любой человек поразил бы нас таким рассказом. Но эта история становится еще интересней оттого, что ее поведал студент знаменитого норвежского композитора Эдварда Грига. Барратт был образованным музыкантом-солистом. Томас Белл Барратт, англичанин по происхождению, вернулся в Норвегию 9 декабря и немедленно познакомил свою общину с новообретённым духовным опытом. Огни пятидесятницы быстро зажглись по всей Скандинавии.

В предыдущие два года с помощью Эвана Робертса эти огни распространились по долинам Южного Уэльса. Сообщения об этих событиях дошли до маленькой англиканской поместной церкви в Монквермуте (пригороде Сандерленда — морском порте и индустриальном городе на северо-восточном побережье). Викарием прихода был Александр Бодди, весьма набожный человек.

Покойный Дональд Ги писал в своей книге «Пятидесятническое движение»: «Невозможно, да и исторически некорректно отделять пятидесятническое движение от замечательных посещений Духа Божьего [как в случае с Уэльским пробуждением 1904 года]. Глубокое воздействие, оказанное этим пробуждением Я весь Христианский мир, едва ли может быть понято ми кто не жил в то время. Паломники приезжали отовсюду. Газеты посылали специальных репортеров, опубликовали подробные репортажи... Все это напоминало непреодолимый поток.

По-видимому, самым важным результатом явилось вождение распространяющегося духа ожидания еще более великих вещей. Люди справедливо спрашивали: "Почему только Уэльс?" Почему не другие страны? Почему не всемирное пробуждение? Молитвы получили новый восхитительный толчок... Особый интерес у британцев вызывала маленькая группа,
собиравшаяся вокруг набожного викария поместной "Церкви всех святых" в Сандерленде. Александр Бодди стал духовным лидером в 1886 году. Когда разгорелось пробуждение в Уэльсе в 1904 году, Бодди специально поехал в Уэльс и был рядом с Эваном Робертсом в пору самых захватывающих событий в Тонипенди. Когда Александр рассказывал своим людям
в "Церкви всех святых" о том, что он видел в Уэльсе, это побудило пастора и прихожан еще больше молиться и ожидать великих дел от Бога. Сандерленд готовился в планах Божьих стать центром нового и обширного благословения».

Бодди и маленькая группа его прихожан продолжали настойчиво молиться об излиянии Святого Духа на свою общину в течение еще двух лет. Александр услышал о благословениях в Осло в служении Барратта, недавно вернувшегося из США. Александр Бодди снова отправился в путешествие, надеясь отыскать более точную информацию. В начале 1907 года оказался в Норвегии, на сей раз вместе с методистским служителем Т. Б. Барраттом, наблюдая пробуждение, которое там тогда происходило.

Вернувшись домой, Бодди писал: «Мои четыре дня в Христиании [так тогда назывался город Осло] нельзя забыть. Я был вместе с Эваном Робертсом в Тонипенди, но кроме Норвегии, нигде не видел ничего подобного». В тот же год Бодди опубликовал брошюру, озаглавленную «Пятидесятница для Англии», которую раздавали на Кесвикской конвенции в 1907 году. В брошюре Бодди писал: «Утверждается, что двадцать тысяч человек сегодня говорят на языках или говорили».

Барратт решил вернуться в Соединенные Штаты, для того чтобы возобновить свои контакты с мужчинами и женщинами — лидерами молодого пятидесятнического движения. Услышав о намерениях Баррата, Бодди убедил его по пути заехать в Сандерленд. И получилось, что этот норвежский методистский служитель, предтеча пятидесятнического движения в Европе,
оказавшись за кафедрой англиканской церкви в сентябре 1907 года, рассказывал о крещении Святым Духом с говорением на иных языках. (Это было бы немыслимым даже 30 лет назад, не то что 80.)

На молитвенном собрании, последовавшем за тем вечерним собранием в воскресенье, несколько человек, присутствовавших там, пережили удивительное явление. Собрание продолжалось до 4 часов понедельника. Эффект был ошеломляющим. Это перевернуло поместную «Церковь всех святых». И хотя викарий и его прихожане еще не осознавали в то время, что же на самом деле произошло, собрание ознаменовало собой начало британского пятидесятнического движения. У Александра Бодди не было намерения выходить из англиканской церкви, но последующие события (осуждение иерархией англиканской и «Свободной» церквей), вынудило этих и других христиан выйти из состава религиозных деноминаций. Все же следует отметить, что мудрый и богобоязненный епископ Хендли Г. Мауль из Дарена, хотя и не участвовал В этих событиях, но и не создавал никаких церковных Препятствий. До разделения произошло нечто такое, что, видимо, низвело впечатление на церковные власти, осуждавшие эти странные события. В общине возникли выдающиеся проявления любви и щедрости. Побочным эффектом явилось мгновенное погашение церковного долга. До сего дня в холле поместной церкви можно видеть памятную табличку, на которой написано: «сентябрь 1907. Когда огонь господень сошел, то он спалил дотла все долги».

Четыре дня, которые изменили жизнь

Смит Виглсворт ничего не знал о происходящих замечательных событиях. Он садился в Сандерлендский поезд. «Миссия Бауленд-стрит» имела больше духовных благословений, чем соседние церкви. В служении происходило множество исцелений. И в личной евангелизации Смита присутствовало больше силы. Однако, хотя он и полагал, что крещен Святым
Духом (как проповедовалось на собраниях «Кесвикской конвенции»), Смит не был вполне удовлетворен. Поскольку он все еще оставался косноязычным, то давал возможность проповедовать Полли. Но когда до Смита дошли вести о людях, говорящих языками в Сандерленде так же, как в самом начале христианства, Виглсворт не успокоился до тех пор, пока не узнал обо всем сам.

По прибытии он был встречен двумя бывшими членами его Брадфордской «Миссии», жившими теперь в Сандерленде. Друзья немедленно стали предостерегать Смита от посещения собраний в «Церкви святых». Они думали, что эти собрания еретические и противоречат Писанию. Не испугавшись, Смит и его попутчик решили посетить молитвенное собрание мистера Бодди немедленно. И вот 25 октября, в субботу, спустя ровно месяц после визита Т. Б. Барратта Виглсворт оказался в зале приходской «Церкви всех святых» в Монквермуте. Божйи благословения уже пришли в Брадфорд, и за ночь до отъезда в Сандерленд многие уже лежали на полу в прострации, сраженные силой Божьей. Собрание у «всех святых», напротив, оказалось спокойным. Смит спрашивал себя с удивлением: зачем вообще он сюда приехал; здесь не было заметно такой же силы, как в его «Миссии Бауленд-стрит». Виглсворт был разочарован. «Я жаждал Бога», — говорил Смит, и он знал, что Бог осведомлен о его жажде, хотя ему и предстояло остаться непонятым другими на «собраниях с ожиданием».

Особенностью первых пятидесятнических собраний было «время свидетельств», подобно тому, как это было на методистских классных собраниях в пору юности Смита. Один человек, который произвел впечатление на Виглсворта, свидетельствовал, что он заговорил на языках после трех недель ожидания от Бога. Незнакомый с тонкостями распорядка, Смит закричал: «Давайте услышим эти языки. Я приехал для этого. Давайте послушаем». «Если ты крещен Духом, то будешь говорить языками», — ответили ему.

Смит Виглсворт всю жизнь был очень серьезным человеком. Он искал больше и больше от Бога всем своим сердцем. И вот в 7 часов на следующее утро, в воскресенье 26 октября, Смит направился на молитвенное собрание Армии спасения. «Трижды на этом молитвенном собрании я был сбит на пол могучей силой Божьей, — говорил он. — Несколько смущенный, дабы не быть неправильно понятым, я пытался контролировать себя, стоя на коленях и молясь» - Яиглсворт пережил в то утро нечто, похожее на описанное в первой главе Книги Даниила: он «продолжал быть в сиянии Святого Духа весь день, осознавая, что придет еще нечто более могучее».

Тем же днем, теперь уже у «всех святых», Смит принял причастие, за которым последовали «собрания с ожиданием», организованные для тех, кто искал пятидесятнического крещения. Его жажда по Богу все возрастала, и он продолжал молиться весь понедельник 27 октября. Примерно в 11 часов утра во вторник 28 октября Виглсворт стоял на коленях в доме священника. Вдруг «сошел огонь и возгорелся внутри меня, пока Святой Дух не очистил все перед Богом... Мое существо наполнилось светом и святым присутствием, и в откровении я увидел пустой крест. В тот момент я смог увидеть Иисуса, Которого я любил и обожал; Он был в сиянии славы и
в позиции власти».

В течение четырех дней Смит ничего не хотел, кроме Бога. Но он стал ощущать заботу о своих домашних делах. С неохотой Виглсворт решился вернуться домой, хотя и не получил пятидесятнического крещения, и не заговорил на языках.

Он поведал госпоже Бодди, жене викария, о своем решении: «Я собираюсь домой, не получив еще языков». «Не языки вам нужны, — мудро ответила женщина, — а крещение». Он запротестовал. Ведь он уже получил крещение за несколько лет до того, в июле 1893 года. Собираясь уже уходить, Смит добавил, что был бы рад, если бы она возложила на него руки.

Эта милостивая и набожная леди согласилась помолиться за него там же, в доме священника. Когда она сделала это, Смит почувствовал, что сила огня Святого Духа объяла его, как никогда прежде. Госпожа Боди вышла из комнаты, и Виглсворт остался один, «купаясь в силе Божьей». «Я вкусил очищение драгоценной Кровью Иисуса, и я закричал в обретённом счастье: "Чист, чист, чист!"». Он был наполнен все возрастающим очищением. И тогда он начал говорить на неизвестных ему языках. Все его существо было окутано необычным чувством, и волны поклонения начали прокатываться по нему. Таким сильным было ощущение Божьего присутствия, что он оставался там, не в силах сдвинуться с места, восхваляя и прославляя своего Спасителя долгое время. «Я начинал хвалить Его на иных языках, когда Дух давал мне провещевать, — позднее говорил он своей жене. — Я не мог больше говорить по-английски. И тогда я понял, что хотя я уже получил помазание, теперь я получил крещение Святым Духом так же, как было в день пятидесятницы».

Вспоминая события, Смит говорил: «Теперь я живу как бы во времена деяний апостолов, — уточняя при этом, — когда ты проходишь через деяния апостолов, ты готов к Посланиям. Послания написаны для крещенных верующих».

Виглсворт всегда был простым йоркширцем, и говорил, что думал, обо всем, не боясь последствий. Многие считали его неотесанным и обижались на его бесцеремонность. Тем не менее, он был искренним и честным и всегда избегал притворства и лицемерия.
Сразу после своего крещения Виглсворт вернулся на собрание, которое еще продолжалось, и прервал выступавшего тогда викария. Смит попросил слова. Александр Бодди, уступая этой необычной просьбе, быстро сел на свое место и позволил Виглсворту обратиться к собравшимся.

Эффект был драматическим. Раньше Смит не мог удержать внимание аудитории даже на короткое время, теперь же сидящие в зале сосредоточенно слушали его сильную, уверенную речь. Когда он закончил говорить, один человек поднялся со своего места и сказал: «Мы упрекали этого человека за то, что он так сильно жаждал, но он приехал к нам на несколько дней и принял крещение. А некоторые из нас ждали здесь неделями и не получили»; Это так сильно возбудило общину, что вскоре пятьдесят человек исполнились Святого Духа и заговорили на иных языках.

Сомнения поражены, и вызов брошен

Следующий шаг Смита Виглсворта был таким же драматичным. Он послал Полли телеграмму, в которой сообщал: «Я получил крещение Святым Духом и заговорил на языках». Но когда Смит ехал на поезде домой, дьявол стал мучить его. «Ты что, собираешься привезти все это в Брад форд?» И в тот момент он почувствовал, что ему нечего везти, и засомневался: не слишком ли поспешно была отбита телеграмма жене? Впрочем, Смит вскоре одумался. Он всегда гово-
рил, что нужно полагаться на веру в Бога, а не па свои чувства. Внезапно, следуя своему привычному и уникальному стилю, и к удивлению пассажиров в вагоне, он громко закричал: «Да, я привезу это!».

Его сын Джордж ожидал прибытия отца на железнодорожный вокзал Брадфорда. «Папа, так ты
заговорил на языках?» «Да, Джордж», — ответил Виглсворт. «Ну, давай послушаем тебя», — сказал Джордж. Но Смит ничего не произнес — даже и не попытался. Он всегда сильно противился уговорам продемонстрировать говорение на языках, а позднее осуждал подобную практику, как «проявление плоти».

Отец и сын направились Домой, где их ждала мать. Полли умела быть такой же прямой, как и сам Смит. Как только он вошел в дом, она смерила его взглядов сверху вниз. «Так ты говорил на языках, не так ли?» — спросила она с презрением. Он ответил покорным голосом: «Да, то есть... да». «Что ж, я хочу, чтобы ты уяснил, — строго сказала его жена, — я так же крещена, как и ты, но не говорю на языках». Затем, припирая его к стене, она добавила: «Я проповедую больше двадцати лет, а ты сидел все время рядом со мной на сцене, прикусив язык. Но в воскресенье ты, мой милый, будешь проповедовать сам, а я посмотрю, что из этого выйдет». Сказав так, она вышла из комнаты, оставив Смита Виглсворта в глубоком раздумье, и он, похоже, был сильно задет.

Что произошло с этим человеком

Полли Виглсворт сдержала слово. В следующее воскресенье, она села на длинную скамью в конце зала «Миссии», рядом с молодой женщиной, Флоренс Тиар, которая стала потом невесткой Полли, женой Сета и матерью Лесли. «Это было замечательное событие. Отец Виглсворт был всегда опрятно и чисто одет. Обычно он сидел на сцене, но никогда не проповедовал», - рассказывала она мне позднее, во время нашей встречи в ее доме в Ланкашире, расположенном недалеко от Ирландского моря, незадолго перед своей смертью.

Смит прошел через весь зал, держа маленькую Библию в руках и поднялся по трем узким ступенькам на сцену. Он шел вперед, еще не зная, что будет говорить в своей проповеди. Когда Смит поднимался по ступенькам, Бог заговорил с ним. Он повелел ему начать со слов из пророка Исаии, глава 61: «Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и Аникам открытие темницы». Затем Смит начал проповедь. Вскоре он ощутил, могучая сила Божья заструилась через него, и я его словарный запас был весьма ограничен, слова вдруг полились потоком. Раньше, когда Смит пытался проповедовать, он всегда кончал слезами, но теперь говорил свободно. Более того, он ходил по сцене, подобно опытному оратору.

Полли сидела в зале. Она была совершенно поражена и едва могла верить своим ушам, не говоря уж о глазах. Она не могла сидеть спокойно. Смит продолжал проповедовать, а Полли ерзала на скамейке, говоря сама себе. «Это не мой Смит. Это не мой Смит». Затем добавила: «Удивительно, удивительно, что произошло с этим человеком?» Во время проповеди она никак не могла усидеть спокойно, пересаживаясь с одной части скамейки на другую. Флоренс Виглсворт хихикала, когда рассказывала мне эту историю.

Полли смотрела на необразованного и прежде запинавшегося и спотыкавшегося водопроводчика из Йоркширских долин, на своего любимого Смита, говорившего не только внятно, но и с той силой, которой позавидовали бы многие политики. Позже Виглсворт признавался: «Внезапно я почувствовал, что пророческие откровения потекли из меня, как река, под действием Святого Духа».

Когда Смит Виглсворт провозгласил завершающий гимн, секретарь миссии встал и сказал общине: «Я хочу получить то же, что и наш пастор». Но когда он хотел сесть, то промахнулся и растянулся на полу. Затем Сет Виглсворт, старший сын Смита, поднялся и сказал, что он тоже хочет того же, что имеет его отец, когда он попытался сесть, то тоже упал на пол. Ещё одиннадцать членов общины сделали то же самое «Самая странная вещь, — рассказывал Виглсворт, — состояла в том, что они все смеялись в Духе и смеялись друг над другом. Господь действительно "возвратил плен Сиона", и уста Его детей были полны веселья, как и говорит Слово Божье в Псалме 125».

Пятидесятническое движение в Брадфорде началось, и многие сотни получили крещение Святым Духом, сопровождаемое даром языков.

 

 

Глава 10

Это назвали «движением языков»

Пятидесятническое движение вскоре было окрещено критиками и оппонентами как «движение языков». Нужно сказать, что хотя Виглсворт и его современники подчеркивали использование «языков», критики в этом отношении сделали больше, чем сами участники движения. Подобные слова звучали как насмешка. Свет, любовь, радость и сила, сопровождавшие эти духовные проявления, или же не признавались, или преднамеренно игнорировались.

Действительно, говорение на языках — странное явление, но Писание ясно дает понять, что первые христиане использовали его не только в Иерусалиме (во время дня Пятидесятницы), но и в других странах, окружавших Средиземное море.

Как Смит Виглсворт понимал языки

Виглсворт придерживался той точки зрения, которая теперь отвергается большинством пятидесятнических учителей: существует различие между первичным говорением на языках во время крещения Святым Духом и даром языков, указанном в Первом послании к Коринфянам, глава 12. Смит держался также общепринятого тогда мнения, также ныне отвергаемого, что
Дух Христов отличается от Святого Духа. Впрочем, Постоянно упрекал тех членов общины, которые мешали собранию высказываниями на языках, когда они были не к месту. Однажды Смит закричал на одном из собраний на человека, прервавшего его проповедь «посланием на языках». Он гремел с кафедры со своим сильным йоркширским акцентом: «Эй ты, замолчи сейчас же! Как смеешь ты прерывать Божье послание, которое Бог говорит через меня! Садись». Человек сел на место и замолчал.

Виглсворт бойко защищал свой опыт говорения на языках в приходе Сандерленда как свидетельство своего крещения Святым Духом. Но он также свидетельствовал о выдающихся «помазаниях» Святого Духа на собраниях, которые посещал — у методистов, в Армии Спасения и в Кесвике. На одном собрании он говорил по этому поводу следующее: «Есть две стороны этого крещения: первая — ты обладаешь Духом; вторая — Дух обладает тобой. И первое должно
уже быть, прежде, чем может быть второе. И это — мое послание на сегодня — быть обладаемым Крестителем, а не просто обладать Крестителем. Нет предела возможностей такой жизни, поскольку за ней стоит Бог, Бог в ней и через эту жизнь. Я вижу, как люди время от времени становятся вялыми, холодными и безразличными. Но после исполнения Святым Духом они начинают гореть для Бога. Я верю, что служители Божьи должны быть, как языки пламени. Никак не меньше! Никак не меньше, чем мощными инструментами с горящими посланиями, с сердцами, полными любви. У них должна быть такая глубина посвящения, при которой Бог взял бы все заботы об их телах, и тела существовали бы лишь для проявления славы Божьей».

Выступая перед верующими в Падси, в Йоркшире, много лет спустя после своего переживания в Сандерленде, Смит связал его с погружением в глубину, попадая в которую, человек очищается и наполняется огней и где душа «соприкасается с идеальной бесконечностью». Виглсворт постоянно подчеркивал, что внутреннее переживание превосходит его внешнее выражение.

«Не пугайтесь, если люди оказываются на полу. Многие падают на пол, и их черные одеяния становятся белыми. Разные вещи происходят, когда плоть уступает дорогу Духу. Но после того, как Святой Дух вошел внутрь, мы не ожидаем, что ты снова свалишься на пол. Мы только полагаем, что ты будешь на полу, пока жизнь Святого Духа не вошла в тебя, не перевернута тебя, чтобы ты смог встать на ноги и проповедовать, вместо того чтобы кататься по полу!

Есть люди, исполненные такою силой Духа Святого, что чувствуют внутреннее движение, и порой все их тело движется. Когда ты полон Святого Духа, то можешь испытать движение в своем теле, и тогда происходят различные вещи. Но не это самое лучшее. Самое лучшее, что дары проявляются, и все остальное умолкает. Всякий, наполненный Святым Духом, имеет великую радость и разные проявления, и мы рады за них. Но мы хотим, чтобы вы могли назидать церковь».

Духовный голод

Секрет духовного успеха заключается в голоде, который постоянно сохраняется. Удовлетворение духовными достижениями казалось Виглсворту худшим из того, что может случиться с дитем Божьим. «Это Ужасное состояние», — говорил Смит своим слушателям. Он верил, что Бог искал и ищет голодных, Идущих людей. Именно так Виглсворт получил своё крещение.

Во время визита в «Елимскую пятидесятническую церковь» в Клэнхаме, Лондон, Смит рассказывал о том, как его принимали в некой церкви. Хозяин Виглсворта в то время делал покупки перед собранием, так что он шел домой, нагруженный многочисленными пакетами, а Смит сопровождал его. Когда прошли первый фонарный столб на дороге, Виглсворт спросил у своего хозяина: «Брат, а вы крещены Святым Духом?» «Нет», — ответил тот. «Тогда вы будете крещены сегодня вечером», — сообщил Смит. Когда они шли дальше, он повторил вопрос. Когда они проходили мимо очередного столба, он задавал тот же вопрос. На их пути было примерно 100 фонарных столбов. И всякий раз, когда этот человек говорил «нет», Виглсворт с монотонной регулярностью побуждал его: «Скажите: я буду крещен вечером». Добравшись до дома, хозяин начал жалеть, что, согласился приютить Виглсворта на ночь. Наконец подошли к воротам сада. И тут, к полному удивлению хозяина, Смит проворно перепрыгнул через изгородь и встретил своего хозяина с другой стороны ворот. «Теперь, - сказал он испуганному брату, - вы не войдете, пока не скажете, что будете крещены Святым Духом сегодня вечером». «О, это так забавно, — произнес человек, - но я скажу это». Тут же Смит открыл ворота и пошел с хозяином в дом. Когда они вошли, Смит был представлен жене хозяина. Даже не сев, Виглсворт налетел на женщину с вопросом: «Вы крещены Святым Духом?» В изумлении от такого грубого поведения гостя она пробормотала: «Н-н-е-т!», но добавила с неким беспокойством: «Но я хочу этого». «Вы и ваш муж будете крещены, - уверил он ее, - и еще до того, как мы ляжем спать».

Ужин был на столе. Женщина сразу же пригласила его за стол, зная, что он в дороге уже несколько часов ничего не ел. Но Смит не стал садиться. «Сначала самое важное!» - был его девиз. Он сказал супругам: «Никакого ужина, пока вы оба не будете крещены Святым Духом».

Когда он рассказывал историю, кто-то спросил: «И были крещены?» «О да, — ответил Виглсворт. - Вскоре заговорили на языках». Виглсворт часто повторял: «Если ты оставляешь людей, какими ты нашёл их- то Бог не говорит через тебя. Если ты не делаешь людей радостными или злыми, то твоему служению чего-то не достает. Если ты не начал войну, то это плохая работа».

Другой современник Виглсворта, адвокат Т. X. Манделл, был крестником доктора Тейта, в прошлом архиепископа Кентерберского. Манделл получил крещение у себя дома, в 6 утра, одним сентябрьским днём 1908 года. Вот как он описывал свое состояние: «Я проснулся полным радости и хвалы. Я поднял в темноте вверх руки и громко хвалил Иисуса, наполненный радостью и покоем. И когда я это делал, вся комната, словно наполнилась присутствием Божьим... Я
немедленно встал на колени у моей кровати, чтобы поклоняться Богу и благодарить Его. Пытаясь восхвалять Его, я не мог больше говорить на своем языке, но » целое море восхищения и хвалы к Богу излилось из моего сердца на разных языках. Я просто не мог говорить на своем языке».

Виглсворт говорил: «Я верю, что ошибочно ждать Святого Духа — Святой Дух ждет нас».

 

Глава 11

Расширяя круги

Служение Смита расширяется

Раньше я сравнивал распространение пятидесятнического движения с кругами на воде, расходящимися от центров излияния Духа — Лос-Анджелеса, Осло, Стокгольма, Сандерленда — несколько самых первых кругов. Служение Смита Виглсворта расширялось похожим образом. После своего пя