Неподражаема, а смотреть некому
Ни мама, ни папа не явились на премьеру: мама опять застряла на работе, а папа не отходил от своей новой жены, которая в любую секунду могла родить его нового ребенка.
Зак тоже не явился: он играл в волейбол против команды колледжа, и этот матч никак нельзя было пропустить. Вообщето он даже уговаривал меня прогулять спектакль и прийти за него поболеть. И все мои подружки тоже побежали на матч – ну конечно, ведь играют их парни. Даже Элла не пришла. Ну, куда все, туда и она.
Итак, на спектакле не было никого, кто хоть както мне близок. А дело в том, что, как я поняла на третьей или четвертой репетиции, я хорошая актриса. Я чувствую роль. Я понимаю текст. Я произносила свои реплики так, будто они рождались у меня в голове и в сердце. И на премьере, скажу вам честно, я готовилась сыграть не просто хорошо, а превосходно. Я буду неподражаема. Вот только смотреть на меня некому.
Пока все нервничали за кулисами, повторяя про себя реплики, я выглянула в зрительный зал. И тогда я увидела Ави, который шел по проходу с Изабель и Нейтом. Они заняли три места в пятом ряду, прямо посередке. На Ави был галстукбабочка, он радостно озирался. Он немного вырос с тех пор, как я его видела, а волосы стали короче. Теперь он носил наушники: наверное, слуховой аппарат. Мы с Ави не виделись почти год. Но его лицо ни чуточки не изменилось.
Я оглянулась на сцену. Дейвенпорт помогал декораторам чтото подправить – это были последние штрихи. Джастин, лихорадочно бормоча, шагал тудасюда за левой кулисой.
– Мистер Дейвенпорт, – сказала я неожиданно для самой себя. – Извините, но я не могу сегодня играть.
Дейвенпорт медленно обернулся.
– Что? – произнес он.
– Простите.
– Ты что, смеешься?
– Я… просто… – промямлила я, глядя в пол, – …плохо себя чувствую. Извините. Меня сейчас вырвет.
Я лгала.
– Ничего страшного, обычный мандраж.
– Нет! Я не смогу выйти на сцену! Говорю же вам.
Дейвенпорт начал вскипать.
– Миранда, это возмутительно!
– Простите!..
Дейвенпорт глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Честно говоря, он выглядел так, будто вотвот взорвется. Его лысина стала пунцовой.
– Миранда, это абсолютно неприемлемо! Иди сделай несколько глубоких вдохов и…
– Я не буду играть! – громко сказала я, и на глаза тут же навернулись слезы.
– Прекрасно! – выкрикнул он, не глядя на меня. – Прекрасно! – Потом обернулся к нашему художникуоформителю Дэвиду.
– Беги найди Оливию, она в будке осветителя! Скажи ей, что она заменяет Миранду!
– Чего? – переспросил Дэвид, он вообще у нас тугодум.
– Беги! – зарычал на него Дейвенпорт. – Быстро!
Наконец и до остальных начало доходить, что у нас не все гладко, и они собрались вокруг.
– Что случилось? – спросил Джастин.
– Неожиданные изменения, – процедил Дейвенпорт. – Миранда плохо себя чувствует.
– Меня тошнит, – сказала я слабым голосом.
– Так почему ты еще тут? – рявкнул Дейвенпорт. – Перестань болтать, снимай костюм и отдай его Оливии! Ясно? Так, все по местам!
Я понеслась за сцену в гримерную и принялась стягивать костюм. Через две секунды в дверь постучали, и в комнату вошла Вия.
– Что стряслось?
– Скорее, надевай! – Я протянула ей платье.
– Ты заболела?
– Да! Поторапливайся!
Ошеломленная Вия стянула футболку и джинсы и через голову надела длинное платье. Я ей помогала, потом застегивала молнию на спине. К счастью, первые десять минут спектакля Эмили не появляется на сцене, поэтому наша гримерша успела зачесать волосы Вии в пучок и наложить грим. Я никогда не видела Вию сильно накрашенной: она выглядела как фотомодель.
– А если я забуду свой текст? – сказала Вия, глядя в зеркало. – Твой текст.
– У тебя все получится, – ответила я.
– Зачем тебе это, Миранда? – Вия смотрела на мое отражение.
– Оливия! – Это Дейвенпорт орал шепотом из коридора. – Твой выход через две минуты. Сейчас или никогда!.
Вия вышла из гримерной, и я так ей и не ответила. Да я и не знала, что сказать.
Спектакль
Я смотрела спектакль изза кулис, рядом с Дейвенпортом. Джастин играл потрясающе, и Вия, особенно в той душераздирающей сцене, была бесподобна. В одной реплике она было споткнулась, но Джастин ей помог, и никто из зрителей не заметил. Я слышала, как Дейвенпорт бормочет себе под нос: «Хорошо, хорошо, хорошо». Он волновался больше, чем все его ученики вместе взятые: актеры, декораторы, осветители, парень, поднимавший занавес. Трясся как в припадке, ейбогу.
Единственный раз, когда я пожалела о том, что сделала, – совсем чутьчуть пожалела – в самом конце, когда все вышли изза кулис на поклон. Вия и Джастин выходили последними, и зрители встали. Тогда, признаться, я ощущала одновременно и радость, и горечь. Но уже спустя несколько минут я увидела, как Нейт, Изабель и Ави пробираются за кулисы и сияют от счастья. За кулисами все поздравляли и обнимали актеров. Суматоха невообразимая: актеры стояли потные и довольные, а зрители подходили к ним выразить свое восхищение. В этой толчее я и заметила Ави: кажется, он потерялся. Я протиснулась к нему сквозь толпу.
– Эй! – сказала я. – Майор Том!
После спектакля
Так и не объяснишь, почему я страшно обрадовалась, увидев Ави спустя столько месяцев, и не передашь, как хорошо было его обнять.
– Поверить не могу, как ты вырос! – сказала я.
– Я думал, ты будешь в спектакле! – сказал он.
– Чтото настроения не было. Но Вия сыграла замечательно, правда же?
Он кивнул. Через две секунды нас нашла Изабель.
– Миранда! – радостно воскликнула она и поцеловала меня в щеку. А потом обернулась к Августу: – Куда ты исчез?!
– Это ты исчезла, – ответил Ави.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила меня Изабель. – Вия говорит, тебе нездоровится…
– Мне уже лучше, – сказала я.
– Твоя мама тут?
– Нет, у нее работа. Так что я не очень расстраиваюсь, что не смогла играть. – Я нисколько не лукавила. – В любом случае будет еще два спектакля…
Хотя вряд ли у меня получится так здорово, как у Вии.
Подошел Нейт, и с ним у нас повторился тот же разговор, почти слово в слово. Потом Изабель сказала:
– Слушай, мы сейчас собираемся поужинать и отпраздновать премьеру. Не хочешь к нам присоединиться? Мы были бы очень рады!
– Спасибо, но я еще не… – начала я.
– Пожааалуйста! – сказал Ави.
– Мне надо домой…
– Мы настаиваем, – сказал Нейт.
К нам подошли Вия, Джастин и его мама, и Вия меня обняла.
– Тебе от нас не отвертеться. – Она улыбалась своей прежней улыбкой.
Мы выбрались из толпы, и, если честно, в первый раз за очень, очень долгое время я чувствовала себя абсолютно счастливой.
Часть восьмая
Август
Лети, прекрасное дитя!
Энни Леннокс «Прекрасное дитя» (Beautiful Child)