Рентгенологические наблюдения за артикуляцией у певцов
Если сравнить положение артикуляторных органов по моментальным рентгеновским снимкам, сделанным нами во время естественного'произнесения слова в речи и в пении, то видно, что певческие приспособления артикулятор-яых органов и гортани отличаются от рече-в ы х. Естественно, что отличие касается гласных, на которых, собственно, и осуществляется пение. Произношение согласных в речи и пении не имеет существенных отличий.
Основное, что отличает установку голосового аппарата в пении по сравнению с речью, — это гортань. В пении гортань занимает определенное для данного певца положение и сохраняет его в,основном на всех гласных и на всем диапазоне. Это положение гортани, как правило, не совпадающее с речевым, связано с нахождением новой, певческой координации в работе голосового аппарата.
Отличительной чертой певческого положения гортани является ее стабильность и независимость от артикуляторных движений голосового аппарата. Если в речи различные артику-ляторные установки меняют уровень гортани и влияют на степень наклона надгортанника, размеры входа в гортань, то у профессионального певца уровень гортани и узкий вход в гортань всегда, в основном, стабильны.
Получается впечатление, что в речи гортань и артикуляционный аппарат гибко взаимосвязаны и все, что делает артикуляция, находит свое отражение в гортани, а в пении, наборот, видно, что гортань и артикуляционный аппарат работают совершенно независимо друг от друга. Гортань, постоянная в своем положении и приспособлении, никак не реагируют на изменение артикуляторных укладов (см. например, рис. 73,48,49).
Эта характерная картина, наблюдаемая у профессиональных певцов, имеет свое естественное объяснение. В пении профес-
![]() |
![]() |
г JUL" pevedoe з „ п" речевое t „ У" речевое |
Покой |
я .Ml" mf a 10.„0" mf |
11. „d" forte d, ii Ж mf F J .Jyj[a]m," арМнчака |
Рис. 73. Положение покоя, речевые установки (верхняя строчка) и певческие приспособления (нижние две строчки) баса солиста Большого театра при разных вокальных заданиях. Видно, что при речи гортань находится на уровне положения покоя, вход в гортань, положение надгортанника резко меняются при смеие гласных. В пении гортань I опускается, вход в гортань суживается и положение надгортанника стандартизуется.
сионала все звуки голоса должны быть равновокальны, т. е. в равной степени содержать все характерные особенности певческого тембра голоса, высокую и низкую певческие форманты, постоянное, ровное вибрато. Это делает голосовой аппарат музыкальным инструментом с единым тембром. Именно для этого гортань принимает единую позицию и остается одинаково ор-
ганизованной на всех певческих гласных и всех звуках вокальной мелодии.
В речи же, где интонация скользит вверх и вниз по звуковой шкале на каждом слоге, где не требуется ровности, где голос беспрерывно и быстро меняет и высоту, и тембр, и акцентировку, гортань гибко следует за артикуляцией, выполняя те задания, какие диктуются ей смыслом, интонацией, мелодикой речи.
п |
Специфичность певческого положения гортани для каждого певца особенно ясна в тех случаях, когда смещения ее в речи
Рис. 74. Схема изменения глоточной полости при поднятой (слева) и опущенной (справа) гортани на гласном звуке и. Глоточная полость заштрихована. При опускании гортани она сильно увеличивается.
и пении противоположны. В ряде случаев нам встретилась у одного и того же певца речь на повышенной гортани, а пение на сильно пониженной (см. рис. 48). Естественно, что в этих случаях артикуляционному аппарату приходилось особенно сильно перестраиваться для того, чтобы выполнить свою работу по формированию гласных и согласных.
В отношении формирования гласных в пении надо отметить, что артикуляторному аппарату приходится работать в условиях изменившейся длины надставной трубки (из-за певческого положения гортани) и в условиях более широко открытого рта (из-за стремления к большей силе голоса). Между тем для того, чтобы получить желаемый гласный звук, необходимо образовать строго определенные объемы глоточной и ротовой полостей, в которых усилились характерные обертоны,— возникли бы форманты соответствующего гласного. Для этого артикуляторный аппарат, и прежде всего язык, ищет новой позиции, при которой нужные размеры полостей будут осуществлены.
![]() |
ыв |
А/ 5 |
N4 |
А/2 |
Уже заранее можно сказать, что если гортань приняла новое положение и размер ротоглоточного канала стал иным, а также если раствор рта стал большим, то для того чтобы образовать тот же самый гласный звук, — надо изменить положение языка. Таким образом, сохранение речевых укладов языка в пении возможно лишь в том случае, когда положение гортани в речи и пении не меняется, а это бывает весьма редко.
Как показывают рентгенограммы, сделанные во время речи и пения, певческие уклады языка не совпадают с речевыми, хотя, разумеется, общая конфигурация языка, характерная для того или иного гласного звука, остается.
Из сравнения формирования различных гласных звуков в речи и пении можно сделать заключение, что пение всегда осуществляется при более широком ротоглоточном канале, чем в речи. Эта большая ширина ротоглоточного канала ведет к меньшей выраженности артикуляционных сужений, что в свою очередь в известной мере уменьшает различия в форме канала на разных гласных, как бы несколько нивелирует их.
Эта картина певческих артикуляционных приспособлений вполне соответствует нашим слуховым представлениям о певческих гласных.
Певческие гласные хорошо поставленного певческого голоса более округлы и более ровно звучат по сравнению с речевыми. Они, так сказать, «менее чисты» по звучанию и поэтому ближе друг к другу, чем речевые. Так, певческий звук а не чистый, а с примесью о; у также несколько тяготеет к о, е имеет тенденцию к э, а и в известной мере содержит ы. Иначе говоря, гласные светлые и близкие по звучанию и и е несколько более широки и округлены, чем в речи. То же происходит с гласным звуком а, от которого требуется полнота и округленность. Далекий и темный по звучанию звук у несколько выводится вперед и высветляется за счет приближения к о.
Как говорят в вокальной педагогике, певческие гласные должны звучать полно и благородно. Бытовое произношение гласных в пении делает его плоским, вульгарным. При пользовании речевыми укладами в пении звучание приобретает характер открытой народной манеры типа народных хоров или частушечной манеры пения.
Таким образом, округление и благородство произношения гласных в современной оперно-концертной манере пения зависят от тех изменений артикуляционных укладов, которые были отмечены нами на рентгенограммах во время пения профессиональных певцов.
Рассмотрим характерные особенности произношения гласных звуков в профессиональном пении у разных типов голосов.
Гласный звук и, в пении, как и в речи (см. рис. 75), характеризуется самым близким и высоким укладом языка по сравнению с другими гласными.
n« J Формирование гласного звука и у профессиональных S0! на "^нтРе Диапазона голоса, при пенин mezzo-forte. №№ б, 5, 4, 2, 8-сопрано: 17, 23, 19, 22- меццо-сопрано, 31, ьг — драматические теноры, 41—баритон, 47, 43, 44, 46 —басы.
На этом гласном звуке передняя часть спинки языка и его конец подняты к своду твердого нёба так, что остается небольшая полость, в которой, как и в речи, происходит образование одной из формант гласного звука и, а именно —форманты в 3000 колебаний в секунду. Сзади же, в глотке, имеется большая
47»
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
N2 |
IS/! 17 |
N37 |
N31 |
N52 |
N22 |
л? 47
Л/? 43
/v?32
У? 44
л/.* 5
Рис. П. Формирование гласного звука а (при тех же условиях, что и в рис. 75 и 76 и у тех же певцов).
.Рис. 76. Формирование гласного звука е у профессиональных певцов
на центре диапазона голоса при пении mezzo forte №№ 6, 5, 4, 2, 8 —
сопрано, 17, 23, 22 — меццо-сопрано, 32 — лирический тенор, 31, 52 —
драматические теноры, 37 — баритон, 47, 43, 44 и 46 — басы.
полость, где образуется нижняя форманта этого гласного звука — форманта в 400 колебаний в секунду.
Эти полости образуются независимо от того, поднята или опущена гортань у данного певца. Поперечные черточки на
16 Основы вокальной методнки
![]() |
![]() |
N4 |
N5 |
N6 |
N44 |
N46 |
N39 |
N41 |
Рис. 78. Формирование гласного звука у (при тех же условиях и у тех же певцов).
каждом контуре проведены на уровне покойного положения го-лосовых связок у данного индивидуума. По отношению к ним | можно судить о том, в каком направлении и насколько подня-л лась или опустилась гортань.
На гласном звуке е в пении рот открывается более широко, чем на и; язык, отходя назад, принимает более индифферентную форму, ротовая полость расширяется, а глоточная сужается.
Гласный звук а в пении образуется при наиболее широко открытом ротовом отверстии по сравнению со всеми другими гласными.
Язык при гласном а делит ротоглоточную полость на две, из которых передняя-—ротовая, больше по объему, чем задняя-— глоточная. Сужение между полостями не всегда хорошо выражено и образуется за счет спинки языка, которая приближается или к небному своду, или к задней стенке глотки, в зависимости от индивидуальной длины и формы ротоглоточного канала.
Если гортань опущена и ротоглоточный канал удлинен, то сужение, как правило, образуется за счет приближения спинки языка к задней стенке глотки. Если гортань поднята и, соответственно, ротоглоточный канал укорочен, то чаще всего спинка языка поднимается к задней части небного свода.
Гласный звук у в пении характеризуется меньшим раскрытием ротового отверстия, хорошо выраженным сужением, отделяющим ротовую полость от глоточной. Язык отодвинут назад, и нижняя часть глотки расширена. Передняя — ротовая, полость, больше задней — глоточной. Последняя на гласном звуке у имеет размер больший по сравнению с а.
Из рассмотрения приспособлений артикуляционного аппарата при формировании различных гласных звуков в пении, можно сделать ряд заключений о функции отдельных органов ротоглоточного канала в пении.
Работа губ в пении
Поведение губ у певца в речи ничем не отличается от обычной картины формирования речевых звуков. В речи на разных гласных они принимают характерное для данного звука положение, т. е. на и — они открывают зубы, на у — вытянуты вперед. Звуки е, а и о образуются при последовательном все большем и большем огублении. В пении на выдержанных нотах губы чаще всего стадартизи-р у ю т с я в одном положении, какой бы гласный звук певец ни произносил. Лишь степень раствора рта позволяет догадаться о том, какой звук был произнесен (см. рис. 79 и 80).
Таким образом, губы в пении только в момент зарождения гласного могут на какой-то момент принять характерное положение, а затем переходят в стандартную для всех гласных позицию.
Эта стандартная позиция в определенной мере связана с ха-
16* |
рактером голоса, которым пользуется певец'. Сопрано и легкие тенора преимущественно пользуются улыбкой, и поэтому на всех гласных, даже на тех, которые требуют значительного огубления, как у и о, верхние зубы у них открыты и губы стандартизованы в этом положении. Наборот, басы, баритоны и
меццо-сопрано чаще
![]() |
а 0 у пользуются губами,
стандартизованными в
несколько вытянутой
1 |
У |
![]() |
вперед позиции. В этом случае даже гласные и и е, npiH которых верхние зубы обычно открыты и губы прижаты к деснам, формируются на вытянутых вперед губах.
о |
У |
а |
N23 |
Как мы предполагаем, это стандартное положение губ на разных гласных в одном случае в положении улыбки, в другом— в положении вытянутых вперед, осуществляется в щелях получения характерного для данного типа тембра зву-
лл д^\ уу^ /у-^ чания голоса. Типично
( ' ^) / i светлое звучание сопра-
\ но и тенора требует бо-
Рис 79. Работа губ в пении гласных звуков. Пение с малым участием губ, стандартизованных в J одной позиции. № 1, № 6—сопрано, № 23—меццо-сопрано. |
лее высокого звучания всех формант, что и достигается раскрытием рта в ширину и улыбкой. Темные тембры требуют смещения всех формант несколько вниз, что достигается удлинением ротоглоточного канала за счет вытягивания губ и сужения ими выхода из ротовой полости.
1 Л. Б. Д м и т р и е в. Голосообразование у певцов. Указ. изд. |
Естественно, что эти приспособления губ возникают у профессиональных певцов в процессе работы над голосом, в поисках наилучшего, характерного и ровного звучания голоса. Как правило, они возникают без специального привлечения внимания к этому моменту. Однако многие педагоги от всех учеников требуют улыбки и открытия верхних зубов, считая это обязательным для правильного звукообразования. В противовес этому мнению, кроме рентгенологического материала приведем мнение замечательной певицы с идеальным звучанием го-
484
лоса, солистки театра Ла Скала Миреллы Френи. На наш вопрос — пользуется ли она во время пения улыбкой, думает ли об оттягивании углов рта в стороны, Френи ответила так: «Нет, открывать его в ширину для меня нехорошо. А вообще, по-моему, этот вопрос следует решать индивидуально. Вот, например, Рената Скотто открывает рот в ширину, оттягивает углы рта, то есть поет «на
улыбке». Для нее это поло- и \ е а о у
жение хорошее. Именно / ,
при нем она чувствует себя vj> \о \к_) s_b>
хорошо в отношении голо-
са. ...Что касается .меня, то U-~) . V—л
я не могла бы петь при та- С ^~) ^^~) <р
кой позиции рта, как у ) \ '
Скотто». Певица мирового
класса Тоти даль Монте, и е а о и
сказала по этому поводу / "
так: «Рот при пении дол- щ дд\ Ч жен быть естественным, о к- ~fZ р у г л ы м. Любая специально удержанная позиция рта — величайшая ошибка».
а 0 „ |
у у у |
Как мы видим, мастера вокального искусства не всегда следуют принципу формирования звука на улыбке, что вполне закон-но, особенно для темных тембров, и легко объясняется теоретически.
Из приведенных рентге- рцс работа в _ гласных
нологических наблюдении Звуков. Пение с -большим участием губ
ЯСНО вытекает, что губы на всех гласных. Губы стандартизова-
При формировании различ- ны в вытянутом вперед положении.
„ыу гтягныу QiRwniR н почий № ' 28 — лирико-драматический тенор,
ных гласных звуков в пении № зб-баритон, № 43 —бас.
играют активную, 'формирующую роль лишь в начальном этапе образования гласного, при его зарождении, а дальше они стабилизуются в одном положении, участвуя в окраске голоса певца в целом, не проявляя активности при переходе от одного гласного звука к другому.
Позиция языка в пении
В отношении работы главного артикулярного органа — язы-к а, мы уже показали те характерные черты, которые отличают его работу в пении. Однако, говоря о работе артикуляционного
аппарата, нельзя не коснуться тех педагогических установок и некоторых приемов в отношении положения языка, которые бытуют в педагогической практике.
Существуют школы педагогов, которые считают обязательным для певческого правильного звукообразования так называемое классическое положение языка в форме ложечки с концом, лежащим у нижних зубов. Всякий подъем языка вверх в форме горба или с поднятым кончиком языка считается по этой школе порочным, обязательным для исправления. Свое мнение о необходимости для правильного звукообразования ложкообразного языка, защитники этого положения обычно обосновывают тем, что язык в форме горба или с поднятым концом якобы «тампонирует» ротоглоточный канал, «мешает», «затыкает» проход звуку, в результате чего звук получается неправильным. Для того чтобы уложить язык, применяются разнообразные методы, в частности укладывание при помощи ложки, которой отдавливают язык вниз, не давая ему подниматься. Исторически известна машинка Джиральдони, которая служила этой цели. Чаще всего, педагоги, требующие укладки языка в классическую позицию, употребляют для этого визуальный контроль при помощи зеркала.
Как показывают наши рентгенологические наблюдения, «классическое» положение не обязательно для отличного певческого голосообразования и не оно является причиной хорошего или плохого звучания голоса. Достаточно посмотреть на уклады языка на гласном певческом звуке а у разных певцов (см. рис. 77), чтобы убедиться в этом. Среди отлично звучащих певческих голосов и у выдающихся певцов мирового класса язык не обязательно лежит в классической позиции. Как известно, язык Ф. И. Шаляпина был приподнят, и видимый копчик его дрожал во время пения. То же отмечалось и у Титта Руффо. По рентгеновским исследованиям Рассела \ язык знаменитой певицы Лукреции Бори также не лежал в классической позиции. Не лежит он в этой позиции и у большинства исследованных нами профессиональных певцов первого положения.
Как показывают рентгеновские наблюдения, язык с поднятым концом или в виде «горба» на гласном а не является дефектным положением и не мешает отличному пению больших профессиональных певцов с отличным звучанием певческого голоса.
Да этого можно было бы ожидать, так как никакое классическое положение языка, даже если оно было бы достигнуто на гласном звуке а, не может быть сохранено при переходе к {
1 R u s s e 1 О. X-ray photographs of the tongue and vocal organ position
of Mme Bori (Mus. Teach. Nath., 1932, Ref. Revue fr. de phoniatrie, 1935, |
No. 10). 1
другим гласным, таким, например, как и или у, где все равно создаются сужения и «горбы».
В действительности артикуляцию гласных у хороших певцов характеризует большая свобода и легкость перехода от одного уклада к другому, без каких-либо напряжений, зажимов. Эта артикуляция абсолютно не отражается на положении и приспособлении гортани. При свободе артикуляционных движений язык принимает самые разнообразные положения, необходимые для формирования соответствующих гласных звуков. Эти положения языка препятствуют выходу звука в наружное пространство не больше, чем в речи.
О свободе артикуляционного аппарата, без стремления удержать язык в какой-то одной позиции, хорошо сказала Тоти даль Монте: «Укладывать язык специально в классическую позицию не надо. Язык должен быть только естественным, свободным, мягким. Жесткий язык —это беда. Иногда он может быть в классической позиции, с кончиком у зубов, но держать его там специально не надо. У меня он свободно и естественно лежит на дне рта».
Как мы уже отмечали, артикуляционные уклады и работу гортани связывает импеданс, разногромкость и механическая взаимосвязанность языка с гортанью. Во всяком случае нельзя считать, что если на звуке а язык лежит «горбом», — это всегда плохо, а язык «ложечкой» — хорошо. На звуке и язык лежит еще большим горбом и в сильной степени сужает выход из ротовой полости. Однако именно гласный звук и считается многими педагогами наиболее целесообразным для занятий над голосом.
Практически укладке языка на звуке а не следует придавать большого значения уже потому, что на любом другом гласном звуке язык неминуемо уйдет из этой «уложенной» позиции. Попытки оставить язык уложенным, например, на и или е неизбежно приведут к искажению этих гласных, так как соответствующие резонаторные полости, в которых должны образоваться форманты гласных, не смогут быть сформированы.
В процессе занятий можно проэкспериментиро-вать над укладами языка с целью найти наиболее удобные позиции при формировании тех или других гласных. При этом не следует смущаться, если язык будет принимать позиции, не совпадающие с классическими. Если звукообразование правильное, гласные не искажены и артикуляционный аппарат не скован, можно допустить любые, даже кажущиеся нелогичными, уклады языка. Не абстрактное представление о классической позиции должно руководить педагогом, а поиск верного звучания голоса в сочетании с абсолютной свободой артикуляционного аппарата.
Исследуя рентгенограммы певцов, можно прийти к выводу, что классическое положение языка (или близкое к нему) на
гласном а чаще всего встречается у легких женских голосов иу теноров. Наоборот, язык с поднятым концом или «горбом» — чаще всего является уделом низких голосов. Это лишний раз подтверждает, что уклады языка в пении тесно связаны с оптимальным импедансом и не могут рассматриваться вне общих размеров и конфигураций надставной трубки. При уложенном языке — импеданс меньше, а при поднятом он больше, что, очевидно, выгодней для низких, тяжелых голосов.
Говоря об артикуляционных укладах языка, следует отметить, что их нельзя рассматривать абстрактно, без учета положения гортани. Характерные положения для гласного звука а у высоких голосов, пользующихся повышенным положением гортани, приводятся на рис. 77 вверху. В этом случае язык часто лежит в форме ложечки и корень его прижимает надгортанник ко входу в гортань. Это участие корня языка в прикрытии входа в гортань является весьма типичным для певцов, пользующихся в пении повышенным или нейтральным положением гортани.
В случае пользования опущенной гортанью корень языка не участвует в прикрытии входа в гортань. Он отстоит от надгортанника и нижней части глотки, где всегда имеется более широкое пространство (рис. 77 внизу). Вероятно, резонанс этого пространства участвует в образовании более темного тембра этого типа голосов. У певцов, пользующихся пониженной гортанью, язык чаще всего принимает более вертикальное положение и как это наблюдалось у Шаляпина, Титта Руффо, кончик его поднимается вверд, отходя от передних зубов. В другом случае — он становится горбом.
Говоря о гласных в пении, следует сказать о том, что наши ощущения положения языка и полостей ротоглоточного канала весьма обманчивы. Не следует смешивать артикуляторные ощущения и реальную картину приспособления языка, глотки и мягкого нёба.
Так, например, когда мы произносим гласный звук и, он в нашем представлении по ощущению является звуком несколько зажатым, более узким, напряженным, как будто глотка на нем узка. Наоборот, гласный звук а по ощущению кажется нам свободным, широким, таким звуком, на котором глотка раскрыта наиболее широко. Если сравнить эти субъективные ощущения с объективной картиной положения артикулярных органов, можно легко убедиться в том, что они противоположны. На узком гласном и глотка наиболее широка, на широком и свободном а — она наиболее узка. Очевидно ощущения узости и широты глотки зависят не от состояния глотки, а соответствуют общему впечатлению от усилий, затрачиваемых на производство этих звуков. Звук и — наименее громкий и потому наиболее напряженный, требующий наибольших усилий и по ощу- > шению «узкий», гласный а, наоборот, наиболее громок, наиме-
нее напряжен и поэтому ощущается как наиболее легкий, свободный.
Субъективно, по ощущениям трудно судить как о положении .языка, так и о степени перекрытия мягким нёбом хода в носоглотку, и о свободе или напряженности мышц глотки. Только весьма грубо, ориентировочно можно судить об их положении. Состояние напряженности или расслабленности этих мышечных органов ощущается гораздо более точно.
Тем более нельзя переводить наши слуховые впечатления от того или иного характера звука или от имеющихся в нем призвуков на якобы имеющие при этом место положения языка, глотки, нёба и т. п. Так, например, в горловом призвуке винят сжатие глотки, а «нажатие корня языка на гортань» считают причиной зажатого звука и т. п. Как показывают объективные научные наблюдения, причины этих дефектов кроются в другом и не имеют отношения к указанным органам. Что касается «нажатия корня языка на гортань», т. е. прилежания его к надгортаннику и наклона последнего ко входу в гортань, то это явление всегда сопровождает пение на несколько повышенной гортани и отмечается у лучших современных певиц, со свободными и полноценными голосами.
Однако в вокальной педагогике такие неверные взгляды ведут, например, к приему пения с высунутым языком. При помощи вытягивания языка педагог стремится «открыть горло», «поднять корень языка», что является грубым, необоснованным и недопустимым вмешательством в работу сложного механизма голосообразования.
Правильно поступит педагог, если он, «не мудрствуя лукаво», пойдет от слуховых представлений о верном звучании певческого голоса и будет внимательно следить за свободой и раскрепощенностью голосового аппарата ученика. Приемы, которые фиксируют внимание ученика на положении языка, губ, глотки, должны даваться в минимальном количестве и быть строго обоснованы. Приведенный в наших работах рентгенографический материал может помочь педагогу в выборе целесообразных методов воздействия на артикуляцию.
Мягкое нёбо в пении
Что касается работы мягкого нёба в пении, то оно, как известно, выполняет роль заслонки, перекрывающей ход в носоглотку. Фонетика говорит, что чистые гласные русского языка являются неназализованными, т. е. не имеют носового оттенка, и, следовательно, произносятся с практически полным перекрытием хода в носоглотку. Небольшое, неполное прилегание мягкого нёба к стенке глотки еще не вызывает
носового оттенка звучания. Ощутимая щель уже вызывает носовой призвук, а значительная ведет к гнусавости.
![]() |
![]() |
Как показывают рентгеновские снимки, снятые во время пения, у профессиональных певцов ход в носоглотку активно перекрыт поднятым мягким нёбом. Это перекрытие сохраняется на всех гласных и на всем диапазоне, что соответствует чистому, неназализованному звучанию голоса у хороших профессионалов. Рентгеновский метод, однако, еще не дает возможности судить о полноте перекрытия хода в носоглотку. Небольшие щели в боковых отделах мягкого нёба могут не быть зафиксированы рентгеновским снимком. Однако в случае действительно неплотного прилегания мягкого нёба к оттрнкя пР°ИСХ0*дение носового задней стенке глотки по всей его
оттенка голоса. Слева показа-
бо и проход в носоглоточную полость (заштрихована). Справа — схема рупора с ответвлением (заштриховано), которое является фильтром-ловушкой для частот, совпадающих с его собственным тоном. ) |
но несколько опущенное мягкое длине 'Рентгеновские снимки да-бо и проход в носоглоточную ют четкую картину щели.
Лишь на некоторых согласных, например на м и н, на которых рот замкнут и мягкое иё-бо опущено, звук достигает наружного пространства через носовые ходы.
В вокальной педагогике имеются разнообразные взгляды ia положение мягкого нёба в пении. Если одни требуют пол-юго перекрытия хода в носоглотку активно поднятым мягким нёбом, то другие требуют расслабленного мягкого нёба и считают необходимым примешивать известную долю носового резонирования к звуку, полагая, что это облагораживает звучание. Эти мнения порождают соответствующие приемы, которыми пользуются педагоги. Как известно, мягкое нёбо поддается изолированной тренировке. Глядя в зеркало, можно тренировать мышцы, поднимающие нёбную занавеску. Это и рекомендуют делать сторонники активного, поднятого нёба. Мягкое нёбо хорошо поднимается при зевании, откуда родилась формула «зевать, всегда зевать», которую любят педагоги — сторонники поднятого мягкого нёба. В методике многих педагогов развитию активности мягкого нёба придается чрезвычайно большое значение. Считается необходимым при ходе к верхним нотам чрезвычайно активно поднимать мягкое нёбо (Тессейр, Туччи, Тоти даль Монте и многие другие), без чего эти ноты не получаются удачными.
Сторонники другого взгляда требуют пения как бы «через рот и нос одновременно» или «с заходом в носовой резонатор». В связи с этим они употребляют приемы, связанные с развитием навыка пения при несколько расслабленном мягком нёбе, с
элементами носового резонирования. В этом случае они избегают зевка, стараются о нем не говорить. В лучшем случае говорят о «мягком полузевке»; желая приучить ученика петь с элементами носового резонирования, они большое место уделяют «мычанию» и «нычанию», т. е. пению на согласные мин. Как известно; эти согласные приучают голосовой аппарат фони-ровать при закрытом рте и опущенном мягком нёбе. После того как голосовой аппарат привыкнет к этой координации, даются сочетания этих согласных с гласными ма, на и т. п. При этом педагог просит сохранить элементы звучания (место звучания) этих согласных на протяжении последующего гласного, т. е. формировать гласные при несколько опущенном, расслабленном мягком нёбе.
В связи с этим разнобоем во взглядах на положение мягкого нёба в пении следует рассмотреть его функцию и значение различных приспособлений с точки зрения современных научных данных.
Прежде всего следует отметить, что мягкое нёбо в его функции нельзя рассматривать изолированно, оторванно от других частей голосового аппарата, с которыми оно непосредственно связано в своей функции. Мягкое нёбо — это часть нёбного свода, часть одной из стенок ротоглоточного рупора. Этот рупор бывает построен у разных индивидуумов весьма различно' и правильно судить о наилучшем его положении можно только исходя из общей конфигурации рупора у данного человека.
Форма рупора надставной трубки (ротоглоточного канала) играет значительную роль как в вопросе выведения звуковой энергии в наружное пространство, так и в создании импеданса колеблющимся связкам.
Как показали рентгенологические наблюдения, у большинства лучших профессиональных певцов ротоглоточный канал на гласном звуке а (см. рис. 77) имеет более или менее правильную форму расходящегося рупора. Форма со значительным перегибом встречалась у певцов с недостаточно качественными голосами. Очевидно, форма нёбного свода имеет определенное значение для проявления и развития певческого голоса.
С какой бы стороны мы ни рассматривали вопрос прохождения звуковых волн по ротоглоточному каналу: с точки зрения низких частот, обтекающих стенки канала, или с точки зрения высоких, частично отражающихся от них, — форма стенок, тем более вогнутых, играет в этом вопросе несомненную роль. Плавный контур перехода от глотки через поднятое мягкое нёбо к твердому, характерный для ротоглоточного рупора певцов с полноценным голосовым материалом, способствует наилучшему выведению звуковой энергии в наружное пространство. Раз-
1 Л. Б. Д м и т р и е в. Голосообразование у певцов. Указ. изд.
![]() |
личные перегибы и дополнительные углубления в контуре в той или иной степени препятствуют этому.
Как показывают наши рентгенологические наблюдения, анатомические взаимоотношения между мягким нёбом, твердым нёбом и задней стенкой глотки бывают весьма различны. Еще давно было отмечено, что небольшие размеры носоглотки и короткое, мясистое мягкое нёбо всегда предпочтительней для
![]() |
о |
![]() |
пения, чем длинное, мягкое нёбо и большие размеры носоглотки (см. рис. 83) (Тарно) *. Ямште-К1ин И. Л.2 при изготовлении коррелирующих пластинок нёбного овода, как правило, удлиняет твердое нёбо, сокращая участок мягкого.
![]() |
Рис. 82. Вверху — форма нёбного свода у некоторых «неудачных» певцов, внизу — у отлично звучащих профессиональных ( голосов, при пенни гласного а. У профессиональных голосов, как правило, |
По нашим рентгенологическим 'наблюдениям, при коротком, мягком нёбе и небольших размерах носоглотки, «сегда формируются более удачные контуры перехода от глотки к твердому нёбу. 3 этих условиях хорошо поднятое мягкое нёбо создает наилучшие отношения для формирования хорошей, ру-порообразной формы ротоглоточ-ного канала. При длинном м я г-к о м нёбе сильное его поднятие ведет к созданию в заднем отделе нёбного свода дополни-
хорошо формируется .правильная тельного углубления (см. рис.
рупорообразная форма надстав- 83в). В результате получается
ной трубки. нёбный свод, состоящий из двух
куполов — заднего, за счет поднятого мягкого нёба, и переднего — за счет естественного углубления твердого нёба. Такая форма не способствует хорошему выведению звуковой энергии в наружное пространство. В этих случаях полузевок создаст лучшие условия для прохождения звука (см. рис. 83г).
Приведенные анатомические отношения, складывающиеся у певцов при пении, помогают понять, почему одни профессионалы стремятся к полузевку, к некоторой назальности, при которой получаются лучшие взаимоотношения между задней стенкой глотки и нёбным сводом 'за счет несколько поднятого мяг-
1 Tarneaud, I. Traite pratique de phonologie et de phoniatrie, (Pa
ris, 1941).
2 И. Л. Я м ш т е к и н. Личное сообщение.
Koto нёба, а другие — к полному, сильному поднятию мягкого нёца. Мы не думаем, что указанные причины являются единственными и исчерпывающими, но, несомненно, они играют значительную роль в трактуемом вопросе.
![]() |
![]() |
Щ> случае небольшой щели в голосе появляется мягкий но-
сово^ призвук — назальность, которую любят некоторые певцы.
Как доказали исследования1, при небольшой назализации фор-
мантная структура певческого голоса оказывается подчеркну
той за счет срезания интенсивности внеформатных областей
спектра. Эта |работа показы
вает,'что небольшое сообще- о 6
ние между ротоглоточным ка
налом и носоглоткой положи
тельно сказывается на звуча
нии певческого звука.
![]() |
![]() |
Рис. 83. Влияние индивидуальных вариантов строения нёбного свода на форму надставной трубки ,при употреблении приема зевка: а —короткое н толстое мягкое нёбо чаще всего создает при зевке хороший плавный переход от задней стенки глотки к твердому нёбу; б — более длинная носоглотка и длинное мягкое нёбо, при высоком твердом нёбе также дающая при подъеме хороший контур перехода; в —зевок в случае длинной нёбной занавески н недостаточно высокого заднего отдела твердого нёба введет к образованию дополнительной лолостн в заднем отделе нёбного свода, что невыгодно для голоса, г — в этом случае прн полузевке получаются лучшие отношения. '
Обобщая данные по поводу положения и работы мягкого нёба в пении, можно сказать, что вопрос о его функции должен решаться индивидуально, в зависимости от строения смежных с ним отделов голосового аппарата и отчасти—типа голоса, которым пользуется певец. Рассматривать же этот вопрос следует с точки зрения влияния мягкого нёба на общую форму ротоглоточного канала и на спектр проходящего по каналу звука.
Говоря о функции мягкого нёба в пении ,можно сказать и о том влиянии, которое оказывают согласные н и м на работу
1 В. Г. Ермолаев, В. П. Морозов, В. И. П а р а ш и и а. Применение спектрального анализа к исследованию роли носовой полости в певческом звукообразовании. Журн. «Вестннк оторннолярннгологнн», № 2, 1964, стр. 43—49.
голосового аппарата в целом. Их употребление ведет к привычке формировать без активного поднятия мягкого нёба, цто сказывается на последующих за ними гласных. Однако ^сть педагоги, которые любят долгие упражнения на н и м, видя в них большую пользу для певческой тренировки гортани. Общеизвестно, что эти согласные звуки трудно воспроизвести на всем диапазоне, особенно в верхнем его участке. Без напряжения они формируются только на центре. Сущность влирния этих согласных на работу гортани заключается в том, что это звуки с очень большим, даже чрезмерным импедансом. Поскольку рот на этих согласных закрыт, вся звуковая энергия устремляется через носоглотку и узкие носовые ходы, что и создает весьма большое сопротивление для работающего голосового затвора. Тренировка голосовых связок в условиях чрезмерно высокого импеданса, т. е. с излишней нагрузкой сверху, как педагогический прием, может быть оправдана из указанных теоретических соображений. Однако чрезмерное увлечение этими согласными будет утомительно для голосового аппарата и поэтому нерационально. Очень осторожно следует пользоваться этими согласными и на верхнем участке диапазона, где перед гортанью и без того стоят весьма трудные задачи.
Следует обратить внимание на то, что само «мычание» и «нычание» хоть всегда создает чрезмерный импеданс, но может производиться при разном характере работы голосового затвора, т.е. «мычать» и «нычать» можно по-разному. Мы хотели бы подчеркнуть, что на этих гласных «чрезмерного импеданса» не только сам импеданс определят работу голосового затвора, но остаются в силе и разнообразные возможности смыкания связок.
Говоря о тренировке голосового аппарата на согласных м и и, хочется коснуться мнения о том, что эти согласные хорошо «направляют звук в верхний (головной) резонатор», создают «высокую настройку звука», как любят говорить многие педагоги. Естественно, что когда весь звук проходит по носоглотке и через носовые ходы, то даже недостаточно насыщенный высокими частотами певческий звук на звуках мин легко вызывает ощущение головного резонирования.
Говоря о мягком нёбе, следует коснуться функции маленького язычка, который свешивается с его края и у некоторых индивидуумов достигает большой длины. Надо отметить, что в пении он сколько-нибудь существенной роли не играет. Величина его и функция практически не отражаются на певческом звуке. При соответствующей тренировке мягого нёба можно достигнуть сокращения маленького язычка, так как он имеет специальную мышцу, идущую в длину. Однако на качестве звука это существенным образом не отражается. Обычно он поднимается и сокращается вместе с поднятием мягкого нёба.
Глотка в пении
В отношении функции глотки в пении можно ответить, что все мнения педагогов сходятся на том, что по ощущению глотка, должна быть широка, свободна. Наоборот, при напряжении глотки звук приобретает зажатый, горловой оттенок. Для достижения «широкой» глотки рекомендуется все тот! же зевок, рекомендуется ощущение «горячей картошки» во рту, сохранение положения вдоха на выдохе и другие прие-мыЛ Следует сказать, что глотка не имеет специальной, расширяющей ее мускулатуры. Ширина глотки диктуется положением языка и состоянием ее стенок, которые состоят в основной своей массе из поперечно и косо идущих волокон. Основная функция глотки, как показывает само ее название, — это глотание, т. е. проталкивание пищевого комка изо рта в пищевод, поэтому она и снабжена поперечной системой мышц.
Фонационная функция глотки — это формирование юдной из формант гласных. В этой функции ширина глотки диктуется положением языка, а не состоянием стенок глотки, которые, как показывают рентгеновские снимки, находятся при произношении гласных в спокойном состоянии. При произношении различных гласных просвет глотки в сильнейшей степени меняется, от максимального узкого на гласном а, до максимально широкого на гласном и. При этом задняя стенка глотки, контур которой отлично виден на рентгенограммах, остается в одном и том же положении. Это и говорит о том, что в обычных условиях на разных гласных стенки глотки остаются спокойными, а ширина глотки изменяется за счет артикуляционных смещений языка.
В пении ширина глотки также меняется в зависимости от артикуляционных смещений языка, хотя по сравнению с речью ее просвет, на соответствующих гласных обычно несколько больше. Основные изменения в размерах глотки в пении вносит положение гортани. Что касается участия собственной мускулатуры глотки, то рентгеновские снимки показывают неучастие ее в формировании голоса у большинства певцов. Стенки ее остаются свободными в том же положении, как и в покое.
Однако нам встретилось несколько случаев, где стенки глотки явно участвовали в формировании певческого звука. Их контуры четко показывали, что глоточные констрикторы напряжены, глотка несколько сокращена и форма ее изменена. Но обладателями такой глотки оказались певцы с отличными голосами, не имевшими зажатого или горлового звучания. Это были прекрасные профессиональные певцы с многолетним стажем и большой известностью. Можно было отметить, что в результате этих приспособлений глотки рупор надставной трубки получал более правильную, плавную форму. Наряду с такими случаями, мы могли отметить ряд певцов с зажатым,
горловым звучанием, у которых глоточные стенки не показыва ли состояния напряжения, сжатия.
Эти данные показывают, что качество зажатого звука не имеет прямого отношения к состоянию глоточных стенок, /а связано с работой гортани, с координацией, которая имеется в голосовом затворе. Об этом убедительно говорят наши данные записи работы голосовой щели при помощи аппарата инженера Ф. Фабра. Необоснованное связывание зажатоеги звука с функцией глоточных стенок относится к тем случаям переноса наших ощущений от звука на якобы имеющуюся рри этом картину приспособлений голосового аппарата.
Наши ощущения, связанные с работой голосового аппарата,
зачастую весьма обманчивы. Они рождают соответствующую
терминологию, которая бывает всем понятна, но весьма опасно
исходить из этого в практике и давать приемы, рассчитанные
на реальное воздействие, на функцию того или иного орг)ана.
В отношении «зажатого звука», «горлового» призвука следует
давать приемы, воздействующие на работу гортанного Меха
низма, а не на борьбу с якобы напряженными, сжатыми смен
ками глотки. '
Наиболее сильные изменения размеров глотки при переходе от речи к пению происходят в длину, в связи с певческим смещением гортани. Это изменение длины глоточной полости остается неизменным для всех гласных и всего диапазона. Как мы помним, увеличение глоточной полости увеличивает длину ротоглоточного канала и вместе с тем — импеданс. Размеры глоточной полости влияют также на высоту формант гласных, что создает нужный тембральный оттенок звучания голоса.
Практически важно отметить, что субъективно все певцы ощущают «свободную», «открытую» глотку вне зависимости от того, укорочена ли она поднятой гортанью или удлинена вследствие ее опускания. Как нам удалось выяснить из расспросов, некоторые певцы, пользовавшиеся в пении приподнятой гортанью, были убеждены, что она у них «свободно опущена», а глотка широка. Это также один из примеров несовпадения ощущений с реальной картиной певческих приспособлений.
В отношении субъективных ощущений при правильном пении, касающихся глотки, нет разнобоя во мнениях. Практикой установлено, что ощущение свободной, широкой глотки необходимо сопутствует хорошему пению, и это несомненно дает основание для того, чтобы ученики добивались этого ощущения. Однако, как мы видим, объективная картина, которая кроется за этим ощущением свободной и широкой глотки, бывает весьма различна.
Это дает нам право: 1) всячески рекомедовать нахождение тех приспособлений в работе голосового аппарата, которые создают у ученика ощущение свободной глотки; 2) весьма осторожно пользоваться приемами, изолированно действующи-
'ця на различные отделы голосового аппарата; 3) не исходить Цз предвзятого мнения о необходимости обязательно держать ту или иную часть голосового аппарата в каком-то определенном положении; 4) исходить из полноценного звучания слова и наилучшего качества звучания голоса.
Думается, что ощущение свободной и широкой глотки возникает тогда, когда процесс голосообразования начинает происходить легко, когда работа голосового затвора требует наименьших усилий. Как мы уже знаем, это происходит в условиях правильно найденного импеданса. При верной подгонке импеданса работа голосового аппарата облегчена, чему и соответствует чувство свободной, широкой открытой глотки и. гортани.
Следует, однако, всегда помнить, что этому субъективному ощущению свободы могут соответствовать весьма неодинаковые приспособления гортани, глотки, языка и губ, о чем так ярко говорят рентгенограммы, снятые с профессиональных певцов во время пения.
К ощущению свободной широкой глотки могут привести различные приемы. Те из них, которых мы коснулись, — сохранение вдыхательной установки, зевок, расслабление зева,— вполне оправданы и могут употребляться с успехом, если присутствует всегда необходимый, чуткий контроль педагогического уха.
Раскрытие рта в пении
Такой же индивидуальный подход, диктуемый педагогическим ухом, должен определять степень раскрытия рта при пении. К сожалению, еще есть педагоги, которые в отношении степени раскрытия рта проявляют догматический подход. Одни считают, что челюсть при пении следует откидывать максимально, поэтому они засталяют учеников производить эти движения механически. Другие требуют такого раствора рта, чтобы между зубами обязательно проходила согнутая фаланга пальца. Есть и такие (к счастью их мало), которые вставляют спичку между зубами во время пения. Встречаются педагоги,, считающие необходимым, наоборот, прикрывать рот во время пения, особенно в ходе к верхним звукам диапазона.
В отношении степени раскрытия рта следует помнить, что рот входит в систему сужений ротоглоточного канала и непременно участвует в создании импеданса. Не может быть единого раствора рта для всех голосов и индивидуумов. Хотя большее раскрытие рта способствует лучшему выведению звуковой энергии, все же наиболее существенным моментом является влияние степени раскрытия рта на качество певченского звука,, на его тембр. Степень раскрытия рта должна диктоваться
наилучшим качеством звучания и возможностью ясно, чисто/ произносить гласные. Ротовой раствср связан с работой голо-' сового затвора посредством механизма импенданса. Нерацио-нально широко раскрытый рот хоть и дает лучшее излучение звука, но может нарушить оптимальный импеданс и голос потеряет важнейшие положительные качества.
Мирелла Френи говорит: «Естественно, что в пении я стараюсь открывать рот возможно шире, но свободно и не чрезмерно». С. Брускантини по этому поводу сказал: «Надо хорошо открывать рот при произношении различных гласных. Естественно, что различные гласные требуют различного открытия рта, поэтому, стремясь к возможно большему открытию рта, надо это делать в той мере, в которой позволяет это делать чистое произношение гласных».
Можно отметить общее правило. Голоса, пользующиеся в пении малым импедансом, например сопрано, могут более широко открывать рот. Голоса, требующие большого импеданса, например басы, баритоны, чаще пользуются умеренным или небольшим раскрытием рта. Конечно, индивидуальные различия в строении голосового аппарата и здесь накладывают свой отпечаток, особенности структуры способны многое менять, однако общее правило остается в силе.
Зажатие нижней челюсти и скованность артикуляционного аппарата являются одним из наиболее характерных недостатков начинающих петь, поэтому приемы, связанные с освобождением от этого зажатия, следует всячески рекомендовать. Здесь, как временный прием, могут быть рекомендованы и откидывание челюсти, и работа с зеркалом, и другие способы, заставляющие ученика проверять, свободна ли у него челюсть или скована. Но приучать певца во что бы то ни стало к определенной степени открытия рта, вне учета наилучших качеств звучания и его субъективного удобства, никогда не следует.
О фонетическом методе воспитания голоса
Мы уже отмечали, что различные звуки речи воздействуют на основной механизм голосообразования, на работу голосовой щели посредством различных механизмов. Разногромкость звуков— через слух заставляет голосовую щель работать с большей или меньшей интенсивностью. Звуки, сопровождающиеся , яркими резонаторными явлениями в так называемом верхнем и нижнем певческих резонаторах, через нервные пути активизируют работу голосовых мышц. Глухие согласные звуки действуют на начало последующего гласного звука, т. е. на характер смыкания связок через движение воздушной струи и под-связочиое давление, уподобляясь в своем влиянии разным
типам атаки. Наконец, звонкие согласные и гласные звуки воздействуют на работу голосовых связок через механизм импеданса — разные звуки образуют разное сопротивление голосовой Щели.
Таким образом, различные звуки речи и их сочетания позволяют воздействовать на работу голосового затвора в желаемом направлении. Это свойство звуков речи хорошо знают вокальные педагоги, всегда пользующиеся этим методом с целью выработки лучших качеств звучания голоса.
Мы уже разобрали то действие, которое оказывают звонкие согласные н и м на звучание голоса. Следует отметить, что все звонкие согласные звуки являются звуками сравнительно малой громкости и высокого импеданса, так как на них, наряду с работой гортани, артикуляторный аппарат всегда создает препятствия для прохождения звука. Кроме того, на согласных всегда имеется более сильно поднятое воздушное давление, рассчитанное на образование нужного шума (шумовой генератор). Поэтому энергичное произношение звонких согласных активизирует работу голосового затвора.
Пение осуществляется на гласных звуках и поэтому гласные являются объектом основного внимания педагога при обучении пению. Цель педагога — одна: выработать на наиболее вокально звучащем гласном звуке лучшие певческие качества и затем перенести их на все другие гласные звуки. Эта задача — сделать гласные ровными — стоит перед каждым педагогом. Однако практически решается она по-разному-Одни педагоги сразу работают над нахождением верной «позиции» всех гласных, другие долго придерживаются одного-двух звуков, избегая на первых порах тех из них, которые плохо удаются ученику. Вне зависимости от того —• какой гласный звук наиболее вокален у данного ученика, каждый гласный звук имеет свои особенности в смысле воздействия на голосовой аппарат. Мы уже говорили о том, что голосовой аппарат построен весьма индивидуально и всегда несет те или иные фонационные навыки, связанные с бытовой речью и пением. Поэтому для формирования и развития вокальных качеств голоса имеет смысл применить тот гласный звук, на котором они лучше всего выявляются.
Гласные звуки и и а в вокальной педагогике являются п о-лярными по своим свойствам. Действительно, если рассмотреть их по воздействию на голосовой аппарат, то можно усмотреть в них противоположные свойства.
Гласный звук и считается наиболее «высоким по позиции»,, хорошо «собирающим» звук, хорошо «направляющим звук в верхний резонатор», наиболее «близким», светлым по звучанию, наиболее «узким» по ощущению. Все эти качества гласного и имеют свое научное объяснение. Среди всех гласных
499»
звук и имеет наиболее высокую верхнюю форманту, совпадающую по высоте с высокой певческой формантой. Поэтому звук и воспринимается нами как звонкий, светлый, близкий, собранный и потому часто кажется наиболее близким к певческому. Именно эти качества несет с собой усиленная область высоких частот. Как мы помним из акустической главы, звук, в котором имеется усиленная высокочастотная часть спектра, легко вызывает ощущение головного резонирования и воспринимается ухом как «близкий», «звонкий». Это качество по своей акустической природе свойственно гласному и в большей степени, чем другим гласным. Именно поэтому, подагоги и считают гласный и наилучшим образцом, «направляющим звук в верхний резонатор».
По ощущению гласный и наиболее «узкий» наиболее интенсивный по образованию. Это объясняется наименьшей его природной громкостью и необходимостью приложить относительно большие усилия для его слышимости. Несмотря на то, что д имеет наибольший импеданс, т. е. снимает часть нагрузки с голосовых связок, все же голосовой затвор здесь работает очень интенсивно и эти усилия создают субъективное ощущение «узости» звука. Поэтому гласный звук и показан в тех случаях, когда гортанный затвор расслаблен, смыкание связок недостаточно плотное и звук носит «рассыпанный», «несобранный», недостаточно блестящий характер. Гласный и активизирует смыкание связок, а хорошее смыкание ведет к лучшему образованию высокочастотной части спектра. Это в свою очередь улучшает интенсивность образования высокой форматы звука и, а вместе с ней — возникает ясное ощущение головного резонирования.
Следует, однако, всегда помнить, что «близость» гласного и обязана своим существованием высокой форманте гласного и, образующейся в передней части ротовой полости, и как только язык изменит свое положение, переходя к другому гласному звуку, эта форманта перестает образовываться. При этом голос потеряет свою близость и яркость, если не вступит в строй другой механизм образования высокой форманты — гортань. Близость звонкого гласного 'ы родится в передней части рта, близость всех певческих гласных — в гортани. Само по себе пение на гласном звуке и еще не ведет к близости певческого звука в целом, хотя и приучает к более интенсивному смыканию голосовых связок. Близость всех певческих гласных зависит от образования высокой певческой форманты в надсвязочной полости гортани, т. е. от организации работы всего гортанного затвора, в котором значительная роль принадлежит характеру работы голосовых связок. Поскольку и способствует плотному смыканию связок, оно ведет к лучшему образованию высокочастотной части спектра и, таким образом, влияет и на образование высокой певческой форманты.
Звук е обладает теми же свойствами, являясь «светлым», близким узким гласным. Он менее узок по ощущению, чем и, но более чем а, о или у. На нем язык лежит в ротовой полости более свободно, и он дает возможность достаточно широко открыть рот, чего и не позволяет сделать. Звук е обладает умеренным импедансом, что делает его удобным для формирования верхнего регистра мужских голосов. Он также способствует достаточно активной атаке звука и показан в случае вялой работы гортани.
Гласный а является, пожалуй, наиболее распространенным звуком, на котором большинство педагогов начинают воспитывать голос. В школах Глинки, Варламова, Гарсиа, Фора, Лам-перти гласный а считался основным при воспитании певческого голоса. Варламов считал его '«наиболее способным» для пения. Звук а образуется при спокойном положении языка, глоточная полость на нем узка, а ротовая широка. Он является наиболее громким и поэтому требует наименьших усилий для образования. Звук а обладает относительно наименьшим импедансом по сравнению с другими гласными звуками. Этим объясняется то, что петь открыто на а верхние 'звуки никогда не рекомендуется. Требуется их округлить, создав больший импеданс и тем облегчив работу голосовой щели.
То, что гласный звук а употребляется чаще всего как звук, от которого отталкиваются вокальные педагоги в воспитании певческих качеств голоса, вероятнее всего можно объяснить наибольшей легкостью его образования, наименьшими усилиями голосового аппарата. Эти небольшие усилия относятся и к голосовому затвору, и к нейтральному положению языка, и к свободе губ, рта и нижней челюсти. Действительно, этот звук наиболее прост и естествен для голосообразования. (Даже первый звук младенца напоминает звук а.) Между тем частая ошибка начинающих певцов — это чрезмерный напор дыхания и зажатость всех отделов голосового аппарата: гортани, артикуляции, челюсти. На звуке а легче снять эти лишние напряжения и выявить лучшие певческие координации в работе голосового аппарата.
Следует отметить, что на рентгенограммах, сделанных с певцов во время речи и пения, можно было отметить, что у большинства организация входа в гортань и надсвязочной полости гортани на речевом гласном звуке а ближе всего к певческой организации гортани. Чаще всего именно на этом гласном звуке вход в гортань прикрыт наклоненным надгортанником и полость гортани имеет характерную для пения форму в виде сапожка 1. (см. рис. 72).
По своему формантному составу речевой гласный а не содержит высоких усиленных гармоник, как и и е, его блеск и
1 Л. Б. Д м и т р и е в. Голосообразоваиие у певцов. Указ. изд.
близость целиком зависят от работы голосовой щели и организации надсвязочной полости гортани. Если гортань вырабатывает много высоких обертонов порядка высокой певческой форманты и выше, а будет иметь блестящий, яркий характер.. Если высокие обертоны не будут хорошо 'формироваться в гортани, то звук а будет звучать тускло, далеко.
Итак, педагогическая ценность гласного звука а в том, что он позволяет лучше всего раскрепостить голосовой аппарат от лишних напряжений и выявить естественную работу голосового затвора. В случае гласного а она не маскируется, как это получается с гласным и, всегда близким, содержащим высокие обертоны.
Однако открытый гласный звук а не считается приемлемым в современной оперно-концертной манере пения. Уже давно, со времени Глинки и даже раньше, для развития голоса употреблялось а округленное (Глинка рекомендовал «петь на литеру А итальянское»; Ж. Дюпре — петь на А, но не как в слове ami, а как в слове ате). Это округление, придающее звучанию а более объемистый, мясистый характер, одновременно увеличивает импеданс и помогает работе голосового затвора.