Принятие клиентского образа самого себя за отправную точку. 3 страница
Наоми. Раньше мы с мужем очень любили проводить время вместе, мы не расставались ни на минуту, но сейчас... (выжидающе смотрит на терапевта)
Терапевт. Сейчас вс изменилось?
Наоми. Да — теперь мы постоянно спорим. Раньше мы вс обсуждали, а теперь... Это просто невыносимо...
Терапевт. То есть теперь вы не обсуждаете спорные вопросы?
Наоми. Ну да. Раньше мы никогда не ссорились, наши мнения всегда совпадали — как в общем, так и в мелочах, а сейчас...
Терапевт. То есть вы хотите сказать, что раньше у вас не было поводов для ссор?
Наоми. И правда! Никогда об этом не задумывалась!
(Здесь у терапевта появилось ощущение, что он не справляется. Он так и не понял, в чм проблема Наоми, но при этом разговор вроде бы шл гладко. Тогда терапевт поинтересовался, часто ли Наоми такое случается в реальной жизни).
Клиент, склонный к слиянию, обычно ведт себя, как будто его собеседник — часть его. Конфлюэнция — это неспособность чувствовать границы между людьми. Конфлюэнтного клиента переполняют чувства и желания другого человека. Он растворяется в другом, и поэтому каждый раз, когда наступает отделение, очень переживает или испытывает сильный страх.
Рекомендации по работе с конфлюэнцией
Следите за тем, чтобы клиент употреблял местоимение «я» вместо «мы».
Важно, чтобы вы сами соблюдали этот принцип. Например: «Когда я вас слушаю, мне грустно. А что чувствуете вы?» или «Я сижу в кресле, вы сидите напротив меня. Что бы вы хотели от меня получить?»
Постоянно подчркивайте сходное и различное: «Я вижу, что вы согласны с этим/чувствуете то же самое, но вы не согласны с тем/не чувствуете то же самое, когда...».
Выясните, есть ли у клиента страх отделения, поделитесь своими
чувствами по поводу окончания отношений и расставания.
Когда вы выбираете, что делать дальше, предложите клиенту разделить с вами ответственность, расскажите ему, что вы видите, и какие идеи у вас есть относительно продолжения сессии. Спросите, что клиенту больше по душе, нет ли у него собственных идей. Цель такой интервенции — показать, что в кабинете присутствуют два разных человека.
Обычно клиенты, которые склонны к обособлению, не ходят к психотерапевтам. Однако если ваш клиент заявляет, что он чужой на этом празднике жизни и не удовлетворн судьбой, перед вами именно такой случай. Типичные для такого клиента обороты речи: «Я здесь чужой», «Я словно неприкасаемый»,« как будто окружн невидимой стеной».
Рекомендации по работе с обособленностью
Работая с такими клиентами, приготовьтесь ждать: не один месяц пройдт, прежде чем вы почувствуете, как что-то сдвинулось с мртвой точки. Будьте готовы довольствоваться тем, что вам удалось установить контакт с клиентом и научить его вести диалог.
Если вы чувствуете, что клиент где-то далеко, ни в коем случае не спускайте его с небес на землю — это только усилит его отчужднность. Займите позицию творческого безразличия и помолчите рядом. Главное при этом не потерять интереса к клиенту и оставаться в контакте. Будьте с клиентом здесь и сейчас — наготове. Покажите ему свой интерес: «Я вижу, что сейчас вам важно уйти в себя. Я готов ждать и просто быть рядом. Если вы захотите поговорить о том, что происходит здесь и сейчас, я с большим интересом вас выслушаю».
Если клиент погружается в себя во время сессии, это вполне может быть реакцией на ваши действия. В таком случае стоит поинтересоваться у клиента, так ли это, является ли его избегание контакта реакцией на ваши слова, которые ему не понравились. Если клиент осознает, что избегает контакта, и говорит, что в этом есть ваша вина, будьте готовы принять его страх и желание себя защитить. Спросите, чем вы можете помочь в этой ситуации, чтобы он вернулся в контакт.
9.7 Эготизм-спонтанность
Здоровый эготизм — это нормальная рефлексия, самая адекватная форма самоанализа. Как способ прерывания контакта, эготизм — это поглощнность клиента собственными мыслями, чувствами, манерами и тем, как он выглядит в глазах других. Такая зацикленность может носить как позитивный характер, когда человек собой восхищается, так и негативный (т.н. «внутренний критик»). В любом случае эготизм — это способ избежать контакта с действительностью. Задача терапевта в таком случае — вытащить клиента из бездны самоанализа и помочь вступить в контакт с терапевтом и средой.
Пример
Терапевт видит, что Кэт, рассказывая, какой неудачной выдалась неделя, постоянно останавливается и смотрит в окно. Когда терапевт спрашивает, в чм дело, Кэт объясняет, что в это время она думает, какая она дура, как глупо звучит вс, что она рассказывает и что терапевт, наверное, осуждает е за неумение взять себя в руки.
Рекомендации по работе с эготизмом
Отмечайте, как клиент прерывает контакт и уходит во внутренний диалог. Укажите клиенту на это и попросите вернуться к вам, быть с вами здесь и сейчас — со своим волнением о том, как он выглядит, какое впечатление на вас производит, со своей потребностью всегда быть идеальным. Используйте упражнения на заземление, концентрируясь на телесных ощущениях клиента и взаимодействии клиента со средой: «Не думайте, погрузитесь в свои чувства».
Противоположность эготизма — спонтанность, которая является верным признаком того, что человек живт максимально полной жизнью здесь и сейчас. Спонтанность сравнительно редко встречается в западной культуре, где царят самоанализ и ретрофлексия. Однако в крайнем проявлении спонтанность чревата полным отсутствием рефлексии и самоконтроля, необходимых для нормальной жизнедеятельности. К сожалению, очень часто неумелый терапевт способствует развитию у клиента этого механизма сопротивления, проводя неуместные интервенции и нарушая границы. Как ни печально это признавать, в научном мире чрезмерная спонтанность ассоциируется с деятельностью ряда первых гештальт-терапевтов. Среди последствий таких нарушений контакта можно назвать антисоциальное поведение, мании, а также нарушения мотивации.
Пример
Сэлли — очаровательная женщина лет тридцати, очень энергичная. Однако на первой сессии она долго рассказывает о целом ряде опасных ситуаций, в которые попадала. То она покупала наркотики у странных парней на вечеринках, то е грабили, то она оказывалась после очередного кутежа где-нибудь за рубежом без гроша в кармане. Сэлли не осознавала свой вклад в то, что с ней происходили подобные вещи.
Рекомендации по работе со спонтанностью
Чрезмерно импульсивный клиент может на самом деле избегать обсуждения болезненных для него чувств. Он словно пытается избавиться от чувств с помощью действий. Позвольте клиенту рассказать вам свою историю, отмечая, когда события становятся опасными. Что клиент может сказать об этих событиях? Что он думает о них, что чувствует? Непременно останавливайте клиента, чтобы он мог осознать, что он чувствовал тогда и что чувствует сейчас, рассказывая об этом.
Помогите клиенту понять, что двигало им в момент, когда он решался на опрометчивый поступок. Спросите, что с ним тогда происходило, что он чувствовал (скуку, страх, пустоту, грусть, нужду в чм-то). Выясните, почему клиент старается избегать этих чувств. Если клиент слишком взволнован, позаботьтесь о его ресурсах самоподдержки и поддержки извне.
9.8 Проекция-присвоение
Проецирование — это не осознаваемое человеком приписывание окружающей среде или другому человеку качеств, которые человек не принимает в себе.
Пример
Один трудоголик вернулся домой после тяжлого рабочего дня и сказал жене, встречавшей его в дверях: «Какой у тебя усталый вид». Жена ответила: «Поспи пару часов». Когда муж проснулся, она спросила: «Ну что, теперь я выгляжу более отдохнувшей?»
Рекомендации по работе с проекциями
Как писал Ф. Перлз, проблема состоит в том, что процесс проецирования не доводится до конца. Следовательно, чтобы подтолкнуть клиента к принятию отвергаемых качеств, надо попросить его усилить, максимально преувеличить проекцию. Тогда у клиента будет достаточно энергии, чтобы присвоить качества, которые он в себе не принимает.
Если клиенту кажется, что вы его осуждаете (и у него нет для этого реальных оснований), сначала попробуйте выяснить, что для него критика и как она на него влияет: «Как вы себя чувствуете, находясь рядом с человеком, который вас якобы осуждает?» Затем попросите клиента вспомнить случаи, когда он сам осуждал других. Например: «А что вам не нравится во мне!» Обычно сначала клиент полностью отрицает, что ему свойственно отвергаемое качество: «Что вы! Я же вижу, вы делаете вс, что в ваших силах!» Тогда попытайтесь немного снизить риск: «А что могло бы вам во мне не нравиться?» Иногда можно предложить клиенту посмотреть по сторонам, изучить обстановку кабинета, поискать предметы, цвета или формы, которые ему не нравятся. После такой тренировки клиент иногда решается сказать, что его не устраивает в терапевте: например, как терапевт разговаривает или как обращается с клиентом. А ведь это открывает такие перспективы для работы!
Другой возможный способ работы с проекциями — исследовать, как они появляются, какие действия или слова терапевта заставляют клиента решить, что терапевт его осуждает. Обычно в создании проекции участвуют двое. Попробуйте увидеть зерно истины в том, что говорит клиент. Может быть, вы действительно способствуете формированию проекции, и тогда ваше признание покажет клиенту, что его не отвергают.
Займите позицию творческого безразличия — это поможет клиенту присвоить отвергаемые качества и при этом избежать чувства стыда.
Другой полюс континуума — принятие на себя ответственности за вс, что происходит, краеугольный камень гештальт-терапии. Однако и это положительное качество, доведнное до крайности, может испортить жизнь клиенту, вылившись в постоянное чувство вины за вс и вся, даже за то, что находится вне ответственности клиента.
Рекомендации по работе с принятием
Аккуратно исследуйте вместе с клиентом его чувство ответственности и вины, чтобы отфильтровать лишнее — то, за что клиент не может отвечать.
Апеллируйте к разуму клиента, попросив его проанализировать сложившуюся ситуацию с точки зрения логики. Узнайте, как клиент догадывается, на что распространяется его ответственность, а на что — нет. Особенно действенна эта методика при работе с жертвами сексуального насилия и людьми, которые перенесли тяжлую утрату.
9.9 Интроекция-отвержение
В терминах Перлза, интроекция — это заглатывание навязанных средой мнений, способов поведения и ценностей, которое происходит не осознанно, без переваривания и переработки заглатываемого объекта. Этот объект (интроект) остатся чужеродным телом, которое так и не стало частью опыта человека. Интроекция лежит в основе большинства привычных человеку способов прерывания контакта. Первые послания-интроекты ребнок получает от родителей: «Не играй возле водома!» или «Возвращайся домой до того, как стемнеет!», «Нельзя висеть на шее у других!» или «Тебе никогда не добиться успеха!» Когда человек поступает вопреки интроекту, он испытывает дискомфорт. В ряде случаев, если клиенту удатся поработать с интроектом в средней зоне осознавания, он без труда озвучивает конкретное правило, на котором строится интроект, и даже может вспомнить, от кого впервые его услышал.
Интроекция нест в себе и здоровое зерно: именно механизм интроекции позволяет человеку усвоить правила общества, в котором он живт. Без интроекции не существовало бы и системы образования: как и психотерапевты, преподаватели предлагают ученикам набор стратегий, в основе которых лежит опыт предыдущих поколений, и мы пользуемся этими стратегиями, пока не научились вырабатывать собственные. Например, тренер может сказать обучающимся в программе: «Имея дело с клиентами, которые неоднократно подвергались насилию, никогда не оставайтесь с ними один на один в кабинете поздно вечером».
Эксперимент: Вспомните, какие интроекты вы усвоили в детстве: связанные с примом пищи («Не клади локти на стол!», «Жуй с закрытым ртом!»), личной гигиеной, правдой и ложью, соблюдением морали, культурными установками. А теперь попробуйте понять, каким из этих правил вы следуете. Все ли правила вы ассимилировали? Не принимаете ли их как данность? Клиенты очень часто приходят в терапию с запросами, которые связаны с непереваренными интроектами. Задача терапевта в этом случае — помочь клиенту осознать интроекты, чтобы клиент мог их должным образом «переварить», то есть понять, нужны они ему или нет. При этом терапевт не должен афишировать собственное мнение о состоятельности или не состоятельности интроектов. Это — дело клиента.
Рекомендации по работе с интроектами
Внимательно изучите интроект со всех сторон. Для этих целей хорошо апеллировать к феноменологии. Так клиент сможет быстрее осознать, что с ним происходит:
«Я вижу, что вы уверены: у вас никогда ничего не получится».
«Что заставило вас решить, что выражать свои эмоции —
проявление слабости?»
«Что заставило вас в это поверить?»
«Подумайте, правда ли это, что у вас никогда ничего не
получается».
«Как вы думаете, всегда ли надо держать эмоции при себе?»
Если у клиента достаточно самоподдержки, попросите усилить интроект — это поможет клиенту понять, как он связывает себя по рукам и ногам. «Скажите мне с максимальной экспрессией, что вы никогда не позволите себе разозлиться». Предложите клиенту повысить голос — вплоть до крика: «Я никогда не позволю себе злиться, что бы ни произошло.» Сама фраза поможет клиенту увидеть интроект. Клиент поймт, что потерял гибкость и не смотрит на контекст. Чаще всего клиент сам потом не верит, что мог столько лет держаться за интроект.
Иногда полезной оказывается ролевая игра, которая дат клиенту возможность вернуться назад в ситуацию, когда он заглотил интроект. Клиент может попробовать принять другое решение, отвергнуть интроект, изменить его или, опираясь на собственный опыт и ресурсы, поспорить с тем, кто выдат интроект. Можно попробовать отыскать противоположный по смыслу интроект. Например, попросить клиента вспомнить особо уважаемого им человека, который может руководствоваться совершенно противоположными принципами,
Внимание! Клиент, склонный к интроекции, может принимать на веру и вс, что вы ему говорите, как терапевт. Часто терапевт этого не замечает: кто откажется от клиента, который так искренне со всем соглашается! Тем не менее, будьте начеку и помогайте клиенту осознавать, что он принимает все ваши слова как данность. Просите клиента останавливаться и «пережвывать» полученную от вас пищу.
Противоположная интроекции полярность — отвержение. Само по себе отвержение какого-либо мнения, убеждения (или даже интервенции со стороны терапевта), если они не резонируют с ценностями клиента, — абсолютно здоровый процесс. Однако иногда отвержение становится привычным паттерном. Например, клиент начинает отвергать вс, что вы ему предлагаете в принципе или в связи с особенно болезненным для него вопросом. Иногда клиент отвергает не только чужие мнения, но и любовь, внимание. Разновидности отвержения — недоверие, возмущение и чрезмерная самоуверенность.
Рекомендации по работе с отвержением
Иногда клиент использует механизм отвержения, чтобы не потерять себя. Ему легче увидеть то, что ему не подходит, чем то, что подходит. В таком случае ему стоит обратиться к внутренней и средней зонам осознавания, попытаться выделить собственные потребности, чувства, ощущения и проговорить каждое из них. В других случаях отвержение — это попытка защитить себя от контроля со стороны или критики. Это проявляется, прежде всего, в том, что клиент отказывается отвечать на вопросы и не соглашается ни на одно из ваших предложений. Тогда вам следует переориентироваться на более щадящий режим, ничего не требуя от клиента и даже избегая прямых вопросов. Просто будьте рядом с клиентом (и метафорически, и даже иногда буквально) и просите говорить, о чм он хочет. Пусть он сам расскажет о себе и своих интересах — так у него не возникнет ощущения, что его загоняют в угол. Когда терапевтический альянс сформируется, можно перейти к интервенциям — в шутливой или игровой форме.
9.10 Модификация контакта у терапевта
К сожалению, терапевты тоже иногда устанавливают границы контакта так, что это не добавляет эффективности процессу терапии и лишает терапевта необходимой свободы манвра. Как бы нам этого ни хотелось, мы не можем оставить наши собственные паттерны за порогом кабинета, равно как не можем не реагировать на поле, в котором уклоняется от контакта клиент. Единственное, что в наших силах, — быть здесь и сейчас в диалоге с клиентом. Таким образом, нам удастся уменьшить вероятность как навязывания клиенту своих паттернов, так и ассимиляции паттернов клиента.
Эксперимент: Попробуйте выявить механизмы прерывания контакта, которые свойственны вам. Что это за способы? Как они мешают вам вступать в контакт вообще и с клиентом?
Например:
· если это ретрофлексия, вы не озвучиваете важных для клиента вещей, которые происходят с вами в процессе общения с клиентом;
· если это проекция, как вы думаете, кого вы будете лечить на самом деле?
· если вы импульсивны, вы будете проявляться в отношениях с клиентом, не задумываясь, нужно это клиенту или нет;
· если вы часто находитесь в слиянии, вам будет тяжело работать с клиентами, которые не со всм с вами согласны и т.д.
А теперь попробуйте понять, какие способы прерывания контакта характерны для вашего клиента и как они будут пересекаться с вашими паттернами. Чем это может помешать терапии, а чем - помочь?
Заключение
Один из главных догматов гештальт-терапии состоит в том, что психически здоровый человек обязательно находится в контакте с самим собой и окружающей средой. Тем не менее, несколько наивно полагать, что человек будет, может или хочет вступать в полный контакт с каждым, кто появляется на его горизонте. То, как человек вступает в контакт и какие механизмы он использует для модификации контакта или уклонения от него, зависит от ситуации. Хороший контакт - это своевременный контакт. Например, находясь во власти интроекта о том, что надо помогать людям, мы помогаем подняться упавшему пешеходу, хотя, на самом деле, опаздываем на важную встречу. Мы прибегаем к ретрофлексии и выбираем не реагировать на злобное замечание, потому что наша реакция может породить множество проблем. Мы находимся в слиянии с любимым человеком. Мы пользуемся проекцией, чтобы понять, что чувствует другой человек. Мы прибегаем к десенсибилизации, чтобы сдать вовремя важный проект. Мы постоянно модифицируем контакты, в которые вступаем. Главное, чтобы это делалось сознательно и мы могли свободно передвигаться по континууму от полярности к полярности, адаптируясь к любым изменениям в поле.
Глава 10. Незавершенные дела
В гештальт-текстах часто встречается выражение «незавершенные дела», мы его уже упоминали. Оно относится к трудным или травматическим ситуациям в прошлом, ситуациям, которые клиенту не удалось завершить или разрешить. При нормальном развитии ситуации сначала возникает потребность или фигура, затем мобилизуется энергия, происходит контакт, и гештальт завершается. Однако при недостатке ресурсов, понимания или поддержки, необходимых для того, чтобы справиться с ситуацией, она либо остается незавершенной и требует завершения, либо наоборот «закрывается» преждевременно, не будучи по-настоящему завершенной. Часто клиент даже не встречается со своей потребностью, отгораживаясь от нее интроектами или убеждениями. Он, например, может считать, что у него нет потребности быть любимым, или же у него может быть интроецированное убеждение, что проявлять эмоции — это плохо. Таким образом, изначальная потребность в любви и эмоциональном самовыражении отрицается и вычеркивается из области осознавания. Такое отрицание может быть поддержано рационализацией: «Я не нуждаюсь в любви» или «Эмоции только мешают, и лучше обходиться без них». Энергия клиента отправляется куда-то в другое место, и в результате образуется фиксированный гештальт, или преждевременное «закрытие», не приводящие к удовлетворению изначальной потребности, поскольку с ней клиент так и не встретился.
Иногда это выражается в сильном чувстве дискомфорта и подавленности. Клиенты сообщают о прошлых ситуациях, которые не дают им покоя. Они вспоминают людей, которые умерли или покинули их, или ситуации, в которых с ними плохо обращались. У таких клиентов энергия борьбы, запертая в самом центре незавершенного дела, выходит из области осознаваемого, и человек в лучшем случае осознает симптомы, которые представляются ему бессвязными или загадочными. Например, если ребенок постоянно боялся, что его ударят, тело его было постоянно напряжено. Во взрослом состоянии он может совершенно забыть это на сознательном уровне, однако, в стрессовых ситуациях его тело будет деревенеть, и он будет жаловаться на общее напряжение или недостаток чувствительности. Ситуация остается незавершенной, а необходимая для ее завершения энергия тратится на поддержание этой незавершенности. Таким образом, происходит постоянная утечка энергии, истощающая ресурсы человека и его самоподдержку.
Подобное происходит и при посттравматическом стрессе, когда клиента мучают воспоминания, тревога и постоянное напряжение. Он снова и снова переживает травматическую ситуацию, для него она так не закончилась. Клиент как бы продолжает бессознательно сопротивляться и пытается совладать с некогда охватившим его ужасом. Задача консультирования — помочь клиенту найти поддержку, эмоционально выразиться или завершить ситуацию с тем, чтобы он мог жить дальше.
Иногда удается идентифицировать ситуацию, с которой клиент и не встретился, и не оставил. В таком случае клиент может приступить к завершению вместе с консультантом. Иногда достаточно просто осознать ситуацию, и тогда, при достаточной поддержке, он сможет двигаться дальше. Иногда же клиент «застревает». Что именно незавершено и неразрешено — неясно, налицо только хроническое напряжение или депрессия без какой-либо видимой причины. В таком случае мы имеем дело с противоборствующими силами, вошедшими в клинч вне поля осознавания. Это называется «тупиком» или «застреванием». Одна из борющихся сил требует развития, расширения и изменений. Другая, не менее сильная, противится переменам, обычно в форме творческого приспособления, старого и привычного паттерна.
Завести в такой тупик могут самые разные причины. Это могут быть глубоко закопанные и лишь смутно осознаваемые убеждения или страхи относительно последствий, к которым приведут перемены, сильное коренное убеждение или интроект. Старые паттерны, возможно, неудобны и болезненны, но они привычны и безопасны, это проверенная и вполне надежная защита от встречи со своими потребностями, когда кажется, что иным образом с трудностями не справиться. В свое время это творческое приспособление было лучшим способом справиться с неприятностями, с давлением со стороны каких-то элементов поля. Клиенту трудно отказаться от привычной реакции, которая, возможно, по его мнению, когда-то спасла ему жизнь. Кроме того, встреча с тупиком и его исследование неизбежно снова вызовет тревогу или страх, которые до сих пор сдерживались при помощи творческого приспособления.
«Тревожность и депрессия, которые, как правило, сопровождают сбои в самопонимании, очень понятны. Когда происходит рождение нового self, границы искажаются и человек ощущает, что его теперешнее self в опасности. Для клиента это по-настоящему критическое положение. Требуется вся искусность терапевта, чтобы поддержать личность, пока ее границы расширяются и меняются и « удержать » ее пока не появится новое self. Мы разделили работу с незавершенными делами, преждевременным закрытием и тупиками на 5 этапов. В некоторых случаях надо пройти только один из них, а в некоторых все. в зависимости от конкретного случая и сопутствующих условий, работа может занять от одной сессии до нескольких месяцев.
10.1 Изучение предыстории
Изучение предыстории включает в себя исследование того, как возникло незавершенное дело, убеждений и интроектов, которые его поддерживают, почвы из которой вырастает фигура. лучше всего для этого использовать феноменологический метод вопрошания и понимания. вам могут пригодиться следующие советы:
Кристина обратилась к терапевту по поводу взаимоотношений с противоположным полом. Стоило проявиться каким-либо трудностям в ее отношениях с бой-френдом, она теряла к нему интерес и начинала считать его скучным. Затем их отношения постепенно сходили на нет, и, в конце концов, бой-френд оставлял ее. После того, как сценарий повторился несколько раз, она задумалась о своей возможной роли в нем. Изначальное творческое приспособление стало частью ее неосознаваемого фона, и связь между ними она смогла увидеть только через несколько месяцев терапии. Только тогда она осознала, что часть ее нынешних трудностей связана с чем-то незавершенным в ее детских переживаниях.
· Помогите клиенту перенести чувства, мысли, телесные ощущения в полностью осознаваемую область.
После нескольких недель консультаций Кристина стала вспоминать свое детство в подробностях, обращая особенно пристальное внимание на свои телесные реакции и эмоции.
· Идентифицируйте любые прерывания или механизмы регулирования границы контакта.
Кристине вместе с консультантом удалось обнаружить несколько таких механизмов. Она была склонна к ретрофлексии, десенситизации в преддверии интимных отношений и проецировала на своих бой-френдов собственную потерю интереса.
Убедитесь, что вы хорошо помните принципы теории поля, и что и вы, и ваш клиент хорошо понимаете цель и механизм конкретного прерывания контакта, с которым вы работаете. Обсудите с клиентом, какие последствия это прерывание имеет в его жизни, как в прошлом, так и в настоящем. Как бы изменилась его жизнь, если бы он иногда вел себя иначе? Полезно осторожно исследовать, каково влияние этого тупика на жизнь клиента — как ограничивающее, так и приносящее вторичную выгоду (возможно, тупик делает возможной удовлетворение какой-то другой потребности, и клиент все же получает свою награду).
Стало очевидно, что возникающая у Кристины скука и незаинтересованность в развитии отношений тесно связаны с ее прошлым опытом и эффективно защищают ее (неосознанно) от новой боли. Кристина была потрясена и удивлена этим открытием и полагала, что ей удалось справиться с детскими переживаниями.
На этом этапе сама возможность рассказать о своем опыте консультанту приводит к естественному завершению ситуации. Рост осознавания в безопасной атмосфере консультирования может стать достаточным условием для этого. Об этом можно судить по чувству облегчения и удовлетворения, как будто страшная дверь закрыта, и можно двигаться дальше.
· Посмотрите, где больше энергии: она может быть, например, в подавленных эмоциях, телесном напряжении или жесткости, повторяющихся фантазиях относительно того, что могло или должно было произойти, часто сопровождающихся самокритикой и стыдом.
Кристина осознала, как она напрягалась, а затем впадала в апатию каждый раз, когда ее бой-френд хотел как-то развивать отношения, и какова была в этом роль ее воспоминаний об отчимах. Она также вспомнила, как в детстве решила, что с ней что-то не так, раз ее не любят.
· Выясните вместе с клиентом, что он помнит об изначальной ситуации или травме, которые, возможно, остались незавершенными.
Поощряемая консультантом, Кристина начала припоминать детали, касающиеся отчимов. Она снова испытала страдание и боль оттого, что ею постоянно пренебрегают и игнорируют. Она вспомнила, как чувствовала себя подавленной и бессильной, и как рыдала, закрывшись одна в своей комнате.
10.2 Обнаружение тупика
Однако если этого не произошло, необходима более тщательная проработка. Может обнаружиться какой-то один особенный и наиболее фрустрирующий способ поведения или эмоция. На этот случай есть несколько вариантов стратегии, и все они нацелены на то, чтобы вытащить на поверхность то, что пока остается невыраженным.
Изучив поле возникновения проблемы, консультант может сфокусироваться как на исходной ситуации, так и на здесь-и-сейчас. Кроме того, можно обратиться к коренным убеждениям. Иногда по мере того, как клиент ощущает эффект терапевтических отношений, убеждения могут меняться естественным образом, но можно и поработать с ними. Один из методов состоит в том, чтобы познавать, идентифицировать и артикулировать убеждение, сопоставлять его с реальностью и генерировать приемлемые для клиента альтернативы.
Кристина так сформулировала свое убеждение: «Ни один мужчина никогда не будет обо мне заботиться, потому что я недостойна любви». Затем она разделила это высказывание на два и исследовала их по отдельности. Кроме того, она поняла, что поддерживала это убеждение, дозируя контакт с терапевтом: теряла интерес к нему, когда он становился эмоционально ближе, и пренебрегала его вниманием, заставляя почувствовать дистанцию. В эти моменты консультанту становилось трудно работать, и он осознавал свое желание защититься или раздражение. На супервизии он говорил о том, что его ранит то, что его отвергают, и что это мешает ему сохранять эмпатию по отношению к Кристининой потребности отстраняться. Наконец, Кристина приняла к рассмотрению такую альтернативу: «Возможно, некоторые мужчины способны искренне заботиться обо мне» и «Я тоже заслуживаю любви». Позднее в ходе терапии она заменила последнее высказывание на «Я достойна любви».