Категории:

Астрономия
Биология
География
Другие языки
Интернет
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Механика
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Транспорт
Физика
Философия
Финансы
Химия
Экология
Экономика
Электроника

Кира Моторина

Аида Нецветаева

Бантик не разгляжу)) У себя нашла вторую не в цвете.

Просмотреть все изображения

Джиа занималась не только профессиональным поддерживанием своей сказочности (госсподи тупо звучит, но альтернативы переводу я не надумала, пусть будет так, норм вроде). Для низшего разряда работников индустрии моды-ассистентов, которые делали грязную работу редакторов и фотографов, для моделей ниже ранга, Джиа становилась своего рода героем.

 

 

Кира Моторина

"Господи нет, я не хочу говорить о Джии как о каком-то мифическом существе," говорит Helen Murray один из редакторов Vogue конца семидесятых, "Но это истории были для меня действительно удивительными и я уверена, я не одна, кто мечтал сделать то же самое. Она вытворяла такое, мы все хотели осмелиться на подобное, но слишком боялись этого. Эта захватывающе красивая девченка, которой наплевать на все, она ничего не боится - я всегда думала о ней хорошо, когда слышала все эти истории."
Murray хорошо работала с Полли Мелен, но все таки больше она подружилась с Frances Stain, а он был куда страшнее Меллен. Позже Frances стал вице-президентом Calvin Klein, где они зарабатывали каждый год 100 миллионов долларов, ну вобщем эта Хелен Мюррей была настоящим провессионалом в бизнесе.
"Джиа никому не целовала задницу, хотя в то время было ОЧЕНЬ много человек, которые готовы были пойти на что угодно." - говорит Мюрей. "Одна из первых историй, которую я услышала о ней когда еще работала в журнале была о съемках для Vogue, где она отказалась сниматься в нижнем белье. У нее было прекрасное тело, но тот факт, что ей пришлось бы находиться в одном нижнем белье весь день перед толпой незнакомых ей людей просто доставлял ей дискомфорт. И у нее были права отказаться от такого рода работы. Одно дело если ты делаешь это для рекламы, ладно, потом ей за это заплатят. Но работать для Vogue за 150$ в день? Я понимаю ,почему она отказалась.
"Так вот, ребята собрались на Western Gardens, на Лонг Айленде. Приехали грузовики, все разместились и договорились встретиться возле Conde Nast и поехать все вместе на место. В последний момент им позвонила Джиа и сказала, что она сама приедет на своей машине. Она ПОКЛЯЛАСЬ, что будет вовремя и она правда не опоздала. Она приехала вовремя, вышла из машины ,вошла в один из грузовиков и увидела внутри него повсюду развешенное нижнее белье. Vogue не сказал ей о том, что съемки будут в нижнем белье. И вот, Джиа подошла в главному редактору и очень вежливо и спокойно сказала 'Я забыла кое-то в моей машине' и она уехала в Нью Йорк оставив их всех там. Ооо, я думала это было так эффектно."
Мюррей встречала много моделей, повидала множество характеров и в ее карьере было много моментов, открывающих глаза на суть всей индустрии.
"Когда я только начинала, все эти модели были моего возраста и я думала, что я могу с любой из них поменяться местами. Не которое время спустя с самаого старта моей карьеры, та модель Paolina покончила жизнь самоубийством, всего через два месяца, как она появилась на обложке Vogue. Я думала, 'Как девушка ,которая оказалась на обложке Vogue, может покончить жизнь самоубийством?' для меня это было просто немыслимо.

 

 

"Была одна девочка, которую я знала с детства, Lisa Taylor. Не сказать что мы были близкими друзьями , но все равно большое время моего детсва я провела рядом с ней и я думала что у нее самая лучшая жизнь на земле. Как то мы должны были с ней поужинать но я так и не смогла до нее дозвониться. Позде мне сказали что Лиза в больнице из за попытки суицида. И только потом я начала понимать. Я была такой глупой. Я думала ну что за рай для человека, иметь такую работу, путешествовать, вокруг тебя все молодые и очень красивые, общаться со всеми этими интересными людьми высшего общества, и все мужчины готовы пасть к твоим ногам. Чего еще нужно девушке? Лиза не была одной. Было ОЧЕНЬ много тех, кому нужны были не только слова о том, какие они красивые. Многие из них на самом деле не чувствовали себя настолько красивыми, как о них говорят. Они не могут понять, до них не доходит, они не могут различить отношения к себе. ЕДИНСТВЕННОЙ ПРИЧИНОЙ ВСЕГО было только то, как они выглядят. Все было только из за того, что они красивые."
"Была как то история у меня с Дженис Дикенсон. В то время я была ассистентом Полли Мелен и нам нужно было устраивать праздник для Дженис. Когда они прилетела из Парижа, она была с заплакаными глазами, потому что они с Майком (Mike Reinghardt фотограф, настоящий мастер своего дела Джию тоже фотографировал, насколько я помню на пляже.) поругались. И Полли сказала мне делать все, о чем меня попросит Дженис. Когда привезли сыр не того сорта который заказала Дженис я подошла к ней и сказала 'Дженис, у них не было Asiago, это ничего?' и я думала господи, какого хрена я вообще делаю! Все потому что я обязана выполнять указы Полли Меллен. Единсветнное что нужно было на самом деле, это не позволятть Дженис говорить с Майком до конца дня.
"Таким образом, вы понимаете теперь почему я восхищалась историями о Джии. Сейчас я могу показаться идиоткой, но тогда я действительно чувствовала что в ее бунтарстве столько справедливости! Для меня, она была просто милой девочкой, в которой был стержень, я всегда очень одобряла ее противоречивость и бунтарство."

 

Джиа, ее внешность и поведение переехали на новое место на Fourth Avenue в не многоэтажный дом, не далеко от Union Square, на окраине самого центра Манхэттена. Однокомнатная квартира была с простыми белыми стенами, полом из жесткого дерева, и окошка из кухни, стоило это 600$ в месяц плюс 85$ за место в гараже для ее машины. Джиа минимально заполнила свою квартиру мебелью, как это было модно среди людей мира моды, так как оин дома бывают очень редко. В гостинной стоял диванчик, обитый тигровой тканью, а на нем лежала подушка, голова тигра Tony the Tiger, тигр из хлопьев Frosted Flakes, лампа в виде эйфелевой башни, большое зеркало с массивной золотой рамкой, которое нужно было повесить на стену, стол, заполненный наклейками Fiorucci (кстати наклейки классные), телик и фото Debbie Harry в рамочке))))) На черном матовом столике лежала пластиковая белая игрушка космического корабля с зеленым выглядывающим оттуда пришельцем, вдоль корридора ведущего в крохотную спальню, на стене была лента, на которая была заполнена картинками Бэтмена и Супермена и несколько поларойдных фотографий с подписями сделанных совсем недавно.

Джиа совсем не часто бывала дома. Ее мама знала о ее делах только через журналы, через опубликованные фотографии, и через открытки, которые ей посылала Джиа из мест, где она побывала. О ее личной жизни можно было узнать через чеки стоянок, точнее у дома Сэнди Линтер, чеков со стоянки было очень много и все они пересылались в Ричборо, где была зарегестрирована машина Джии, ну и где жила Кетлин.

Агенство следило за Джией посредством звонков, так был легче ее выслеживать. В большинстве случаев, такая большая девочка как Джиа обычно имеет долгие отношения с определенным букером, который знает ее привычки, ее характер и даже ее менструальный период, чтобы знать, когда лучше не назначать съемки. Но Джиа никогда не была близка со своими букерами. Ее главными отношениями в агенсте были с Вильгельминой.

Вильгельмина наставляла ее на правильный путь во то время, когда карьера Джии просто взрывалась. В Америке, она первый раз снималась для рекламы косметики, Maybelline's Super Shiny Lip Color. Maybelline были ниже уровнем, чем Revlon или Estee Lauder, две компании, которые лидировали в сфере косметики. Итак, печатная реклама Maybelline чаще встречалась в Glamour, чем в Vogue и фотография Джии, где она представляла Mellowshine, висела скорее на кассах магазинов, или в супермаркетах или аптеках, чем в торговых центрах или универмагах.

В Европе, не смотря на то, чт работа в Harper's Bazaar и Vogue была не такой уж и частой, ее уровень узнаваемости был высок, реклама бутиков Dior была по всюду и еще больше распространялась. Она была выбрана лицом рекламы Georgio Armani, которая появлялась по всей Европе. Она не подписывала с ними контракт, но для интернационального мира моды, она была "девочка Армани". На фотографиях, ее волосы спрятаны сзади, чтобы казалось, что у нее короткая прическа. На самом деле, ее волосы только только отрастали после стрижки для съемок в Vogue, и она так ненавидела ее новую прическу, что отменила все съемки на две недели вперед. И она только вышла из дома ради съемок в Vogue с фотографом Ричардом Аведоном.

Аведон был последним из всех самых главных фотографов Нью Йорка, который взял ее на съемки (последний не в том смысле ,что больше никто из крутых ее не снимал, а то что он был просто самым самым крутым, высший разряд, круче некуда вобщем так). "Она не была девочкой Аведона," - говорит Франческо Скавулло. "Тоесть он не находил ее такой божественной." Удивительно, что именно Аведон, в возрасте 56ти лет определял во всем мире моды что такое божественно а что нет, тоесть он был главным. Он был главным на протяжении 30ти лет, он был самым влиятельным во всей индустрии, он открывал новые таланты, был вдохновением Голливудского мьюзикла Funny Face и все это он делал дестяь или девять раз.

 

из главы 11:
Через несколько дней после съемок у Версаче несколько топ-моделей собрались снова, но немного для другого типа работы. На этот раз нужно было сделать фотографию для рекламы книги Сэнди Линтер- руководства по нанесению вечернего макияжа под названием Disco Beauty. <...>
Сделать снимок Сэнди с некоторыми ее приятельницами-моделями: Джией, Джули Фостер и Пэтти Хенсен был назначен фотограф Michael Tighe. В нормальных условиях снимок не потребовал бы много времени, тем более что Tighe был известен быстрыми, контролируемыми съемками. Но нормальные условия были больше не в моде.
Как вспоминает тогдашний арт директор Interview Марк Бэлет, все они были либо страными, либо обкуренными либо пьяными. Весь процесс мог был занять от 45 минут до часа, но вместо этого потребовалось около шести часов чтобы сделать это фото.
Kay mitchell, пришедшая с Хэнсен вспоминает что именно на этой фото сессии она впервые осознала, что чувства, которые Джиа испытывала к Сэнди романтические.
" они обе были навязчивыми(?) (obsessive)", говорит она, "и все это становилось достаточно неловким. Их отношения казались романом, и на этой съемке я впервые это действительно заметила (really actually been there)".
"Они выделывались по всякому", вспоминает Tighe. "Особенно я помню Джию. Они все были одеты в специальные футболки от Interview. Затем Джиа сняла свою футболку и оставалась раздетой некоторое время, и у нее была исключительно хорошая фигура. Я был зачарован ее красотой. Сэнди тоже сняла футболку. Идея была снять их сверху, так чтобы все собрались вокруг Сэнди. В итоге я забрался на лестницу, а они все как бы устроились друг с другом на полу, заигрывая друг с другом ( just being very sexy with each other)". "Я попытался управлять ими, но они были достаточно грубы со мной. Им просто хотелось поиграть друг с другом и повеселиться. Помню я отчаянно посмотрел на Марка, и он понял, что у меня с ними возникла проблема. Он пытался управлять ими настолько насколько мог.
Они были очень близки, но для девушек это легко так вести себя друг с другом. Я никогда хорошо не знал Сэнди. Помню первый раз я видел ее в Студии. Друг представил меня ей и она одарила меня большим поцелуем потому что она была впечатлена моими работами. Но мы не работали вместе. С Джией я работал только время от времени; с джули я работал достаточно много. Они все обнимали друг друга, дурачились и сумасбродили. Когда мы закончили Пэтти подошла ко мне и поцеловала, это был один из лучших поцелуев в моей жизни. Но это не было весело. Они были очень громкими, невыносимыми и вели себя как маленькие девочки"

Вот этот фотосет, как вы могли догадаться) :
http://vk.com/photo-12929115_162767660
http://vk.com/photo-12929115_181200515
http://vk.com/photo-12929115_183222676

Немного о печальном:

И до героина Джиа была глубоко погружена в нарко-культуру. "Однажды я увидела Джию и Сэнди вместе и мое сердце разорвалось на части", вспоминает Шерон Беверли. "Это было на одной из вечеринок в клубе. Я не видела Джию долгое время, и в тот момент я впервые осознала как много наркотиков она принимает. Она была под сильным кайфом и у меня просто екнуло сердце, когда я увидела ее в таком состоянии. Я смотрела на нее и пыталась поговорить, но она ничего не понимала, знаете, она была в сильном наркотическом опьянении. Я спросила 'что с тобой, джиа?', а она ответила 'Ты о чем? Ничего не случилось'. Я сказала ей, что не знаю что с ней происходит и что она не похожа на себя'. Но единственное чего она хотела это тусить. Она ответила: "я не знаю о чем ты говоришь" и убежала от меня. Затем я узнала, что с ней что-то не так".

Мода на героин распространялась по Нью Йорку и там существовали определенные места, где всегда можно было достать дозу. Существовал даже некий слой нарко-дельцов. Диллеры продавали героина ежедневно на баснословные деньги - 300 000 долларов.

Mudd Club часто выделялся как центр наркоторговли в деловой части Нью Йорка. "В те дни у каждого в голове сидела мысль, что быть наркоманом (героинщиком) это очень эффектно" - говорит Anita Sarko, в то время работавшая диджеем в клубе.
В модельном бизнесе было известно о том как наркотики влияют на девушек. Но осведомленность не означала, что они знали что с этим делать. Несколькими годами ранее, когда агентства еще имели какой бы то ни было контроль над своими моделями, им вполне хватало угроз отстранения от работы. Но теперь наркотические вещества были настолько привычным делом, что казалось практически лицемерным предполагать, что модели "этого не делали" или что их репутация могла быть "разрушена".Некоторые модели заявляли, что кокаин нужен им чтобы справляться с работой, которую на них взваливает агентство. Доходило до того, что над здравомыслящими моделями вроде Ким Алексис за их спиной насмехались, называя их слишком правильными или святошами.
Mike Reinhardt, фотограф: "А Пэтти (Хэнсен), ну, Пэтти всегда была прекрасна. Каким-то образом она всегда "твердо стояла на земле" вне зависимомти от того как далеко она заходила. И я знаю она заходила далеко, в отношении наркотиков. Всегда почему-то знали, что она сможет "вернуться". В то время как в отношении Дженис и, конечно, Джии, у вас могло сложиться впечатление, что…ну…."

 

В конце декабря 1979 Джиа получила свою собственную статью в журнале. Она красовалась на обложке Cosmopolitan, а также на обложке Philadelphia в ежегодной рубрике "Hot people to watch" ( вроде "Люди, на которых стоит посмотреть"). "Встречайте Джию" , заголовок гласил под фотографиями Denis Piel из коллекции Vogue, " От продавщицы из южной Филадельфии до самой яркой модели Нью Йорка".
Исполнительный редактор Maury Z .Levy поехал в НЙ чтобы провести день с Джией: она пригласила его и фотографа к себе в квартиру, открыла баночку Colt 45 и говорила все, что приходило ей в голову. Она даже не стала выключать музыку, играла вторая сторона нового альбома Blondie "Eat to the Beat". Levy возможно не мог придумать лучшего начала- хотя мог бы и постараться- чем Джиа, слушающая как Debbie Harry поет "Die Young Stay Pretty": "Deteriorate in your own time, Leave only the best behind , you gotta live fast cause it won't last".
"В НЙ плохо то, что у них тут нет сэндвичей с мясом (?). Знаете, мне на самом деле нехватает Pat's (легендарный ресторан стейк-сендвичей в Южной Филадельфии) - рассказывала Джиа. "Забавно, люди думают я беспокоюсь о своем весе. На самом деле ни капли. Иногда мне даже нравится побыть пухленькой. Мне кажется это клево (привлекательно). Мне не нравится быть совсем худой. Иногда, я вижу этих худющих моделей, когда они снимают одежду и я думаю: "Господи, пошли этим девушкам кусок мяса". Обычно они совсем костлявые, как курицы. Они всегда заказывают здоровую пищу. Я терпеть это не могу. Я заказываю гамбургер. Я тащусь от еды. Я лучше поем, чем приму какие-н наркотики". Когда Levy спросил ее о притягательности ее обложки Космо, она пошутила : "Это все легкие", и сделала глубокий вздох, который впечатляюще растянул на ней обтягивающий топ, " у меня большие легкие" - сказала Джиа.

 

Вильгельмина Купер сказала журналу, что по ее ожиданиям Джиа заработает около 500 000$ в 1980. "Она может быть по-настоящему искушенной на одной съемке, и быть в образе Лолиты на другой", - сказала Вилли, "и это продлит ее век в бизнесе". Джиа сказала, что иногда она просто может расслабиться и посмеятся, когда думает о том, сколько денег она зарабатывает. Она сказала, что у нее есть бухгалтер, ссылаясь на своего отчима, который пытался убедить ее следить за своими счетами -" он до смерти хочет склонить меня к покупке недвижимого имущества, так сказать, Я собираюсь купить таунхаус и все такое. Знаете, деньги приходится во что-то вкладывать, потому что не зависимо от того как много я зарабатываю, государство отбирает половину. И это как бы не честно. Государство забирает у меня эти деньги, ну а что они делают для меня? Я считаю себя достаточно порядочным гражданином и все такое. Мне девятнадцать и я сама себе зарабатываю чертовски много денег и что я за это получаю? Они просто забирают их. Я даже не знаю на что они идут. За это я реально злюсь на правительство".
Осматривая квартиру Джии Levy заметил что у нее на стене висят две ее же обнаженные полароидные фотографии и несколько других прикреплены на зеркало в ванной комнате. Когда он спросил Джию о них, она просто пожала плечами как будто в этом не было ничего такого. Она объяснила, что ее не беспокоит недолгая профессиональная жизнь большинства моделей. " Я собираюсь уйти до того как это случится", сказала Джиа, " потому что я уже получила то чего хотела от модельного бизнеса. Я сделала это, вы понимаете о чем я? У меня получилось (I made it)". Она также рассказала, что у нее есть 27-летний бойфренд. Levy был наслышан от людей, которые знали ее в Филадельфии, что Джиа предпочитала девушек, но все равно привел в статье это ее высказывание. Она односложно отвечала на большинство его вопросов, поэтому ему оставалось напечатать, то что все-таки удалось узнать. Чем занимался этот бойфренд? "Ничем", засмеявшись ответила Джиа, "он бездельник/бродяга ("he's bum"). Большинство из те моделей, которых я знаю на самом деле встречаются с богатыми парнями, но мне не нужны их деньги. Я не впечатляюсь кем-то у кого есть свой самолет и кто будет возить меня во Флориду каждые выходные… и вся Студия 54 это компания ребят в дорогих костюмах, которые хотят предложить тебе кокаин.
"Мне просто нужно тело, красивое горячее тело и большие губы. Об остальном забудь".
История закончилась так же как и само интервью - Джиа, сидящая на диване и слушающая одну из немногих песен Blondie написанных ее приятелем по игре в пул Jimmy Destry. "Every day you got to wake up", пела Dabbie Harry, "and disapper behind your makeup… hey I'm living in a magazine, page to page in my teenage dream, Cause I'm not living in the real world, No I'm not living in the real world, no more".

Когда статья была выпущена, как раз в то время когда Джиа отправилась домой на Рождество, Джиа была потрясена. "Она не хотела давать это интервью", вспоминает Кейтлин. "Она очень расстроилась из-за всего этого. Ей не нравились люди, которые пришли к ней, поэтому она их надула, наговорила всякой чепухи, просто чтобы что-н ответить. Она не хотела говорить им хоть что-то из правды. Потом, когда статья вышла, она не могла в это поверить. Она посчитала, что они безжалостно разнесли ее квартиру. Она была очень расстроена. Она обсудила это с разными друзьями, с Harry Kingом и Way Bendy и они сказали ей, чтобы она не переживала из-за этого. Они сказали, что "если они написали правильно твое имя правильно, то не переживай". Но она была просто в бешенстве".

 

Статья была далеко не лестной. Так же как и письма, направленные в редакцию после ее прочтения. "Ваше интервью с Джией, -написал один читатель-, подтвердило пословицу `внешность обманчива`".
"Если бы я был родителем," - писал другой, - "то после прочтения вашей статьи о Джие Каранджи модельный бизнес был бы последним, во что я позволил бы своей дочери быть вовлеченной".
"Надо сказать, я привык писать подобные письма в редакцию других журналов, начинающихся с буквы "P" … Джиа - самая красивая девушка что я когда-либо видел. Вы можете показать нам больше?(или меньше, что было бы даже лучше)".

Лестно или нет статья послужила тому чтобы связать имя Джии с ее лицом, по крайней мере в ее родном городе. Во всех гей- и обычный клубах Филадельфии, где ходили слухе о местной девушке, которая стала прославленной моделью, легенда стала реальностью.
Также статья послужила и другой цели. Джиа сказала Levyю, что единственная причина по которой она согласилась дать интервью это то что это понравится ее матери. И теперь никто не мог сомневаться, что дочь Кейтлин Сперр действительно одна из девушек с обложек Космо. Тех, которые она вставляла в рамочки и вешала над диваном в гостиной. Тех, из-за которых Джиа думала не заходи ли ее мать слишком далеко в проживании чужой модельной жизни в своих фантазиях.

Джиа больше не поддакивала своей матери так же охотно как в первый год или около того. "В начале она рассказывала мне все" - вспоминает Кейтлин. "Потом она перестала отвечать на вопросы. Она говорила: "Ты же не спрашиваешь Майкла или Джо сколько сендвичей они сделали. Почему спрашиваешь меня? Это работа". Мы спрашивали когда выйдут следующие фотографии и она отвечала что-нибудь вроде того. Она могла рассказывать истории, но ты никогда не знал о какой именно фотографии идет речь. Мне было интересно знать обо всем что она делает, и она знала это. Но если кто-то становился слишком увлечен журналом или определенной фотографией, тогда ей казалось, что это умаляет ее. Как будто вы были заинтересованы в журналах и ее работе, а не в ней самой.
"Она не могла понять насколько все гордились тем, что в их семье есть топ-модель. Она просто не могла смириться с этим. У нее началась параноя по поводу того что люди пристально смотрят на нее. Если она была дома, а у нас были гости, она оставалась в своей комнате. Вы могли идти с ней по улице и вдруг она могла запрыгнуть в такси, потому что она была уверена, что все смотрели на нее. Она раздражалась, если мы шли по улице и проезжал лимузин, а я смотрела на него. Она говорила: "Ты не знаешь каково это, когда ты в лимузине и все таращатся на тебя". Она узнавала знаменитых людей на улице и рассказывала кто это, но затем пряталась (duck down). Она не хотела чтобы я вытаращивала глаза из-за того, кто были эти люди. Но в то же время ей нравилось показывать их вам.
"Что один раз случилось со мной и Генри - и если бы Джиа была с нами, она бы меня убила - мы были в Bloomingdales' в отделе подарков и там была целая серия кадров на дисплее и это были фотографии девушек из журналов. И на одной из них я увидела Джию. Я была потрясена. Генри начал смущаться, он пытался меня успокоить. Я ходила около того места чтобы посмотреть смотрят ли люди на нее. Наверно я слишком остро отреагировала. Но это же была моя дочь!"

 

В начале января ( я так понимаю 1980 года) Джиа отправилась на 10-дневную поездку для съемок немецкого Vogue во Флориду. John Stember был фотографом. Frances Stein, которая была внештатным редактором модных журналов руководила поездкой. Ким Алексис была другой моделью.
"Джиа была с нами, потому что Френсис любила ее, как она выглядит, я имею в виду" -вспоминает Стембер. " Так, Френсис посмотрела на Ким Алексис и сказала:'эта девушка выглядит абсолютно глупой и я не хочу использовать ее. Она не выглядит так, как будто у нее есть мозг'. У Френсис главный критерий был - выглядит ли девушка умной, если нет, то она никак не хотела с ней работать, потому что считала отсутствие ума оскорбительным для женщины.
"Френсис Стейн замечательная женщина, с изумительно хорошим вкусом, возможно лучшим из всех кого я когда либо встречал. Но она была вспыльчива и не потерпит чьи-либо выкрутасы. Она сразу взвинчивается. Итак, у нас была Джиа, и Френсис приехала с примерно двадцатью контейнерами/чемоданами одежды и украшений- у нее были слуги, переносившие весь это хлам. И она приезжала с пачкой ксерокопий изображений; она очень серьезно готовилась, поэтому вы знали на что идете.
"итак, все это сразу же превратилось в "вот Френсис, а вот Джиа". Джиа не терпела дерьма и Френсис тоже.
Джиа должна была встать в шесть утра для укладки волос и нанесения макияжа. Она проспала, но в конце концов ее успели подготовить к 10:30 или около того. Первые кадры должны были быть около бассейна на шезлонге, и Стембер совершал финальные приготовления: подносил или относил штатив, проверяя свет и фокус, делая полароидные снимки сцены. Когда все было готово Джию привели из тени, где она была и аккуратно посадили на шезлонг.
" я смотрел в камеру"-вспоминает Стембер, и я только сфокусировался на ее лице, когда заметил что она удаляется в край кадра. Следующее, что я услышал был всплеск. Она была в бассейне. И она просто смеялась. Это то как она обычно реагировала на такое. Но Френсис конечно была в негодовании, вот в таком ключе все и происходило.
" самое забавное из всего было то, что к концу поездки Джиа настолько вывела Френсис, что та решила что мы уедем без нее. У Джии не было денег, не было билета, а мы были во Флориде. Все собрались в фургоне. По настоянию Френсис никто не предупредил Джию. Итак, мы начинаем отъезжать и я вижу Джию, выбегающую из подъезда гостиницы. Я за рулем, а Джиа с чемоданом бежит за фургоном- белая, с пепельно бледным лицом- и я виду все это в зеркало заднего вида. Френсис говорит "Гони,гони, гони", а я говорю 'Френсис, я не могу уехать и оставить ее там'. И Френсис ставит свою ногу на мою и давит на газ. ' гони, гони , гони, оставь эту чертову сучку, гони!"
Я сказал " нет, нет, нет, я не могу этого сделать". Я остановился, следующее что произошло- дверь распахивается. Джиа знала, что это не я, а Френсис. В итоги они обе выкатываются из фургона, дерясь друг с другом. Между ними буквально завязалась драка. Но это была Джиа".

 

Я так понимаю вот они

Просмотреть все изображения

 

Когда Джиа вернулась из Флориды, она сразу почувствовала, что в агентстве происходит что-то неладное. Вильгельмина была больна. Все началось с обычной простуды, которая превратилась в постоянный кашель. Антибиотики не помогали. Когда Джиа отправлялась в Париж чтобы сделать "сollections"( я не знаю, что такое...) для Vogue с Andrea Blanch, врачи пришли соглашению, что у Вильгельмины вероятно бронхит.
Съемки в Париже шли не очень гладко. Джиа была там четыре дня, включая свой 20й день рождения 29 января, но в результате для Вога была пригодна только одна ее фотография. " я помню, как искал ее по всему Парижу в два часа ночи" - вспоминает Edward Tricomi, бывший стилистом сессии. " В итоге я затащил ее обратно в отель, и она пошла спать, но все равно она была не в себе. На следующий день она сильно поссорилась с Andrea и просто улетела обратно в Нью Йорк". Когда Джиа вернулась, у нее были всего лишь одни свободные выходные перед следующими съемками для Вог, она выяснила, что Вильгельмину положили в больницу для обследования.
Во вторник пятого февраля Джиа улетела на неделю на остров св. Бартоломея, который быстро становился этаким раем для модельного бизнеса. Сессия для Вог с Полли Меллен, была одной из нечастых выездных съемок команды Скавулло. Скавулло в то время уже не особенно любил работать за пределами своей студии- слишком многое могло пойти не так- но "он сделал это ради Джии"- говорит Sean Byrnes. Она уже могла сама выбирать работу, которую хотела, и она не скрывала, что большие шансы имеет быть выбранной съемка где-нибудь на солнечном острове.
Во время морской прогулки с острова св Мартина на о-в Бартоломея Harry King нащелкал несколько снимков Вэя Бэнди и моделей: Джии, Ким Алексис и Jeffа Aquilonа. King надеялся однажды перейти от укладки волос к фотографии, поэтому они с Джией начали делать некоторые тестовые снимки чтобы составить совместное портфолио. " Я был вдохновлен ее красотой и ее телом. И все, чтоя хотел делать это фотографировать ее грудь"- вспоминает он.
Атмосфера была очень расслабленная пока Sean Byrnes не нашел кое-что вывалившееся из сумочки Джии. "Она обронила наркотики, и я нашел их и выбросил за борт. И у нее была истерика", говорит он. Byrnes был и сам знаком с наркотиками, но он знал какой эффект они могут оказать на съемку на свежем воздухе, когда итак слишком много чего может пойти не так-и это все будет его вина. "Франческо любит утренний свет-говорит он- а если девушки всю ночь принимают наркотики, они никак не смогут встать в пять утра и хорошо выглядеть". "Джиа не знала, что я сделал это, и сначала она была готова уехать. Я думал это кокаин, но это был не он".
Полли Меллены видела, что в поездке намечаются проблемы "за кадром". Но также она видела какие красивые получались фотографии и как хорошо работает Джиа вместе со Скавулло, Бэнди и Кайнг. " я не делю девушек на трудных и не трудных. Если она хороша, то я работаю согласна работать и с трудностями. Джиа была очень ранима, это была часть красоты ее фотографий. Она отдавала что-то прекрасное. Никогда не было никого, кто имел бы то, что было у нее. Она появилась в нужное время. В ней была эта андрогинность ("she had that boy-girl thing") и это было очень сексуально- это было все. Она просто динамит.

 

у Джии было блистательное будущее в модельном бизнесе. И этого не скажешь про каждую девушку, попавшую в Вог. Некоторые модели никогда не смогут этого, они просто не такие успешные, но они могут отработать определенную фотографию, определенную ситуацию, которая потом проходит. Например, была одна девушка Katherine Redding. Мы искали рыжеволосую девушку и Аведон позвонил и сказал, что нашел то что нужно. Мы работали с ней и сняли десять страниц и больше не использовали ее. Другие работали с ней, но я нет, потому что она не привлекала больше... Это каприз... Это ужасно, вам не кажется? Ужасно тяжело для девушки. Девушка может один раз, а затем... Я думаю это ужасно тяжело
Но это не про Джию. Джиа была просто динамит...даже хотя она была больна во многих отношениях. Я знала, что у нее было тяжелое детство, но я не знала, что она лесбиянка долгое время, до поездки на о-в св Бартоломея. И это было действительно проблемно. Другими словами, она не могла найти удовлетворения... И она была очень, очень агрессивна. Ее нельзя было поселить с другими девушками. Если это случалось, то она начинала ухаживания, и другие девушки приходили со мной поговорить. Приходилось держать ее на расстоянии от других красивых девушек и приходилось следить за ней очень внимательно, если она уходила повеселиться- если вы хотели увидеть ее снова на следующее утро".
Не важно насколько трудным было ее поведение, снимки были необыкновенные. Скавулло посчитал один ее снимок, запечатлевший ее обнаженной на пляже, лучшим снятым за всю его карьеру: естественным, живым, без претензий. Вог не использовал этот снимок. Он в итоге появился, очень маленький в не связанной с ним статье о загаре через месяц после опубликования остальных снимков из этой серии. Но Скавулло увеличил фотографию и вставил в рамочку. Она навсегда возвышается на южной стене его Манхеттанской студии. (11 глава стр 227-230)

 

Вот с сессии

Просмотреть все изображения

 

 

Джиа безумно хотела покинуть остров St.Barts, чем раньше тем лучше, но при этом она была встревожена и напугана тем6 что ей придется вернуться в Нью Йорк снова. "Я хочу и я не хочу возвращаться в Нью Йорк" написала Джиа в своем дневнике. В то время, как она вернулась в Нью Йорк, состояние Вильгельмины ухудшалось. Доктора уже не говорили о бронхите. Даже не смотря на то, что Вильгельмина была заядлой курильщицей, ее диагноз был шокирующим: рак легких. Опухоль была на крайней стадии, и не было понятно есть ли вообще возможность что то с этим сделать. Она могла умереть в самом скором времени, ей было всего 40 лет. У нее так же было агенство, в котором было 285 девушек и 85 мужчин, которые смотрели на нее и считали примером для подражания. Но несколько из тех моделей относились к ней так же, как Джиа. Она была одной из немногих моделей, к которым Вильгельмина не относилась как исключительно к рабочей команде. Джиа всегда была любимицей Вильгельмины.
"Была необычная ситуация" говорит kay Mitchell "Потому что Патти и Шон Кейси любили Вильгельмину , но именно я проводила с ними большинство времени. Но Джиа была связана с Вильгельминой, а Вилли с Джией. Вильгельмина понимала насколько хрупкой была Джиа, как только у нее были проблемы, на сразу шла к Вильгельмине. Джиа становилась более мягкой, хорошей, когда она проводила время с Вилли."

В первый день приезда в Нью Йорк, Джиа решила заняться разными делами, чтобы отвлечься от состояния Вильгельмины. "Присмотреть цветы," писала она в своей записнушке "Оплатить счета,.....Отнести одежду в химчистку,....Позвонить Сэнди.....Позвонить мамочке......купить ладан и красивую горелку......почитать "Her Magesty's Secret Service" .....достать героин". В течение следущей недели она почти не работала. Она пыталась привести ее квартиру в порядок, и баловалась с нарктиками, которые купила.

Она рассказывала всякие истории о том, как она пришла к героину, который она все еще только нюхала. В первой версии, она сказала что нюхнула его в компании, а во второй версии она сказала что кто то "уколол" на вечеринке, прямо в руку, в мышцу. В обеих версиях, она была абсолютно ошеломлена и потрясена приходом, действием героина. Это как все то, что она любила в колесах, но намного круче. Это было величайшее чувство, которое она когда либо испытывала в своей жизни.

После первой из ее совершенно пустых праздных недель в году, она поехала на съемки в Бостон для Jordan Marsh. Она была настолько выбита из колеи, что пропустила два первых рейса на самолет, ее арестовали из за того ,что металлодетектор обнаружил у нее нож и потому что она не захотела его отдавать охране. И вот когда она напрочь отказалась отдать нож охране, они хапретили ей садиться в самолет, Джиа устроила скандал и позвонила агенству и орала "ОН ВЗЯЛ МОЙ НОЖ! ОН ВЗЯЛ МОЙ СРАНЫЙ НОЖ!!" Karen Hilton (ох да, кстати, это же жена Роберта Хилтона, который давал самые большие интервью в Self Destruction Of Gia) наконецто сумела ее успокоить, и Джиа выложила свой нож и села на рейс, полетев в Бостон за своими $1.250.

Случай с ножом убедил топовых людей в агенстве Вильгельмины, что Джиа не управляема, что она выходит из под контроля - даже для избалованной супермодели.

 

Джию попросили встретиться с Карен Хилтон, которая сказала, что сможет помочь. Карен порекомендовала своего мужа Роберта, который был подрабатывал работая актером и одновременно консультантом наркологом(есть такая профессия? я не знаю, странно сформулировала чутка) и выбирал, какая профессия более для него подходит. С того времени, как семья Хилтон переехала в Нью Йорк, Роберт снимался в мыльных операх и консультировал не очень известных моделей, которые ипытывали никоторые трудности в жизни. Просто он был сам завязавшим наркоманом, он сидел на героине и проходил реабилитацию, поэтому девочки доверяли ему, потому что он знал о чем говорил и понимал, через что проходят девушки.

Итак, Джиа согласилась с предложением Карен. "Она хорошо давала обещания 'Да, да, да' " говорит исполнительный директор Wilhelmina Models. "Она была такой милой, хитрым способом воздействуя на человека.. Она пробуждала все чувства под кожей, только своей улыбкой. Если говорить о бизнесе, то проблемы ее начались с первого днВ обычной ситуации, агенство было более настоичивым в плане контроля моделей, хоть это и было немного рискованно ,потому что девушки на тот момент уже поняли, насколько легко менять агенства. Но обнаружение зависимости Джии от наркотиков не было так важно для большинства, на фоне болезни Вильгельмины и вопроса о будущем всего модельного агенства.

Доктора не ожидали поправки от главы агенства. А вне стен госпиталя все уже шептались о том, кто же займет место главного в агенстве и будет управлять им после Вильгельмины. Не смотря ни на что, муж Вильгельмины, Брюс Купер имел полное право со-руководить агенством и получать половину прибыли. И все рабочие места зависели вообщем-то от отношений рабтников и моделей с Брюсом, после того, как Вилли не станет.

Пока все это происходило, у Джии появилось много свободного времени чтобы поразмышлять. В понедельник, 25 Февраля у нее была только получасовая встреча с людьми с телевидения, по поводу рекламы Timex и Avedon, ничего во вторник и маленькая утренняя работа в среду, оставляя ей убить 12 часов, перед тем, как пойти в Studio 54 встретиться с Чаком Берри. В четверг у нее была встреча опять по поводу тв съемок для French Body Lotion, а в пятницу съемки рекламы солнцезащитных очков и всее.

В суботу, 1 марта 1980 года, Вильгельмина умерла в госпитале Гринвич, в Коннектикуте. На следущий день, на канале New York Channel 7, вышла ранее записанная передача Kids Are People Too, где Вильгельмина давала интервью, в котором отвечала на вопросы о проблемах с кожей и и рассказывала о том, каково это быть моделью


Джиа была опустошена полностью, смертью Вилгельмины. "Она была убита этим." говорит Кетлин."Это был первый случай для нее, когда кто то действительно близкий умер, изчез из ее молодой жизни." Помимо утраты, Джиа так же чувствовала себя брошенной. Это как очередной раз ее мама бросила ее.

 

я. Вильгельмина пыталась ее укротить так, как мы все это делали.

 

на тот момент, когда она нарисовала автопортрет, в ней уже ничего не осталось от той, какой она была в 79 году

 

В перерыве между четырьмя встречами на следующий день, Джиа была приглашена на разговор с Карен Хилтон, которая предлагала Джи помощь. Хилтон рекомендовала ей своего мужа Роберта, который был актером время от времени, консультировал наркоманов и пытался понять, какая из карьер более реалистична. С того времени как Хилтоны переехали в Нью-Йорк, он принимал участие в нескольких мыльных операх и неофициально консультировал менее известных моделей. Боб Хилтон сам был бывшим героиновым наркоманом, так что девушки знали, что он больше чем понимает, через что они проходят.
Джиа преуспела в отклонении предложения Карен (видимо, забила). «Она была хороша в обещаниях «да-да-да», - рассказывает помощница Вилли Фран Ротшильд,- Она была милой и знала хитрости. Она пробиралась тебе под кожу, лишь улыбнувшись. Профессионально у неё были проблемы с первого дня. Вилли пыталась приручить её, как и мы все».
При нормальных условиях агентство может быть более настойчиво, даже использовать «жесткую любовь», но это становится рискованно, когда девочки понимают, как легко сменить агентство. Но употребление наркотиков Джи, как бы угрожающе оно не проявлялось, не было приоритетом в чём-либо списке. Здоровье Вилли было главной заботой для всех, здоровье Вилли, и, конечно, продвижение бизнеса.

 

это продолжение 11 главы, прям с последнего перевода Киры.И сверху, и снизу)
Врачи не ожидали, что модельный агент будет жить дольше. За кулисами - в перешептываниях за пределами её больничной палаты и в разговорах вполголоса по телефону в офисе – уже была начата борьба за преемственность «Вильгельмина Моделс». Даже не смотря на то, что Вилли и её муж жили раздельно некоторое время, Брюс Купер должен был унаследовать пакет акций в случае её смерти. Теперь все должности зависели от персональных отношений с Купером, как и восприятие возможности прибегнуть к услугам лучших моделей после смерти Вилли. Кей Митчелл отправилась в Калифорнию, как только почувствовала себя независимой. Карен Хилтон боролась за власть с Фрэн Ротшильд и Биллом Вейнбергом. Вокруг ходили слухи, что Вилли было настоятельно рекомендовано изменить свою волю на смертном одре, чтоб гарантировать, что доля её мужа будет выкуплена кем-то, кто действительно сможет управлять агентством и
сможет сохранить хоть какое-то подобие того, что Вилли построила.
Тем временем, Джиа оказалась с большим количеством свободного времени на руках, чтобы сидеть и размышлять. В понедельник, 25 февраля, у неё была только получасовая встреча с людьми из Timex о рекламе с Аведоном, ничего во вторник, и маленькая работа в среду утром, и почти 12 часов свободных до похода в Студию 54 для встречи с Чаком Берри. В четверг так же ничего не было, кроме очередного получасового прослушивания для French Body Lotions. И в пятницу в полдень съёмка для каталога солнцезащитных очков.
В субботу, 1 марта 1980, Вилли умерла в Гринвич Хоспитал в Коннектикуте. На следующий день на канале NY 7 вышла передача «Дети тоже люди» с её участием. Она отвечала на вопросы о проблемах с кожей и о том, что значит быть моделью.

 

Джиа была опустошена смертью Вилли. «Она была абсолютно разбита,- рассказывает Кэтлин Спер.- Это было впервые, когда она столкнулась со смертью близкого человека, такого молодого». Помимо потери, Джиа чувствовала отказ. Почти те же чувства, как будто её мама снова бросила её. Поэтому для её реальной матери не было шанса действительно успокоить её. В Ричборо, Пенсильвания, Кэтлин всё ещё была её матерью. Но здесь, в НЙ, где Джиа жила самостоятельно уже более двух лет, Вилли была её мамой.
У Кэтлин было всё, но она отказалась от своей материнской роли, чтобы превратиться в самую большую поклонницу Джи. «Джиа и я иногда менялись ролями, одна играет мать, другая играет дочь,- рассказывает Кэтлин,- Мне кажется, что когда она была в НЙ, я была дочерью».
Так же Джиа была неприятно удивлена реакцией индустрии на смерть Вилли: люди казались чёрствыми, совершенно безразличными, заинтересованными только тем, как эта смерть отразится на их карьере. Это породило в ней ощущение, что жизнь в этом бизнесе ещё дешевле, чем она думала. «Она говорила мне, что когда Вилли умерла, многие не прочувствовали этого, - рассказывает один друг,- Многие восприняли это как ничто. Она не думала, что это хоть сколько-нибудь важно для них».
Прощальная служба была проведена через 3 дня после смерти Вильгельмины в Риверсайд Мемориал Чапел. Некоторых, казалось, горе не задело глубоко этим вечером.
«Прощальная служба шла привычным путём для этой игры,- рассказывает Кэй Митчелл,- Я была абсолютно наивна на этот счёт. Я пришла с Карен и Бобом Хилтонами. Карен сказала «Кэй, займи мне место, я буду через минуту», но она не вернула ни через 15, ни через 20 минут. Я спросила у нескольких людей о том, где Хилтон и кто-то ответил «О, она снаружи ПРИВЕТСТВУЕТ всех».

 

ну этого вроде точно не было)) продолжение 11 главы.

«Я имею ввиду, что это моя подруга, понимаете? И она стоит снаружи и занимается такой фигнёй. Люди заходят и спрашивают «Что ты делаешь здесь? Люди спрашивают о тебе». Это просто невообразимо… Ходили слухи, что Джон Касабланкас снаружи поминальной службы разговаривал с людьми, и что даже до смерти Вилли он говорил нескольким девочкам: «У неё рак, агентство пропадёт скоро, пошли со мной». Так что там не было времени для скорби, либо ты это чувствуешь, либо нет».
Не смотря на всю эту внутреннюю борьбу, так и оставалось неясным, что же будет с компанией без Вилли. «Я помню, одна девочка сказала, что хочет уйти к Вилли,- рассказывает Гарри Кинг,- а Вэй сказал «Почему это люди хотят идти в агентство мертвой женщины?»».
Джиа рассказывала друзьям, что у неё с Сэнди был скандал после похорон Вилли. «Я помню её рассказ о том, что после смерти Вилли, - рассказывает один друг,- Сэнди взбесилась, что Джиа надела на похороны крутое обтягивающее чёрное платье, чулки и чёрные туфли на каблуках. После похорон она пошла домой к Сэнди и ждала её там в этом виде. Джиа сказала, что Сэнди бесило видеть Джи в такой одежде, потому что она хотела видеть в Джи парня». (вообще Сэнди молодец, это вместо поддержки в такой утрате она решила потрахать Джи мозг за платье…ништяк)
«Джиа сказала, что после смерти Вилли она впервые попробовала героин. Она нюхала его, особенно в Европе, это было проще и популярней, чем кокс. Но после этого она укололась».

 

Героин первоначально сделал её совсем больной. Тремя днями позже одной долгой ночи в Mudd Club, где употребление героина было абсолютно открыто, особенно на верхних этажах, Джиа всё ещё чувствовала себя плохо, так что еле-еле сделала обложку для Космо и сходила на вечеринку к Даян вон Фарстенберг. На следующий день она вынуждена была отменить работу с Timex TV ad с Аведоном, тк надо было ещё три разных встречи посетить. Она начала скрываться, появилось желание быт недоступной, тк всё чаще она стала просыпаться в плохом самочувствии. Каждый раз она писала «болею» вверху страницы в своём ежедневнике.
Она стала реже работать. Для тех, кто не понимал, что происходит, это могло казаться желанием отдохнуть или целью стать «более изобретательной». Любая модель достигает такой точки в своей карьере, когда её может поощрить агентство за отклонение какой-то работы в пользу более выгодных предложений.
Если у тебя долгие поездки или три-четыре встречи в день в НЙ, то трудно найти время для работы человеку, который выдаст несколько драгоценных годовых или многолетних контрактов для моделирования или личных. Производители одежды редко заключают подобные виды сделок. Это делали главным образом косметические или парфюмерные компании, которые продавали ничего абсолютно, кроме картинки и несколькоцентовых химических веществ, и следовательно, расположенные гораздо больше к продаже одного лица, одного тела, одного образа. Долгосрочные сделки с такими компаниями были больше, чем просто модельная репутация в фэшн журналах или преданность нескольких больших фотографов, или заказчиков. Это был бизнес, в котором процесс встреч мог перерасти в долгий профессиональный брак.

 

Это включало бесконечные встречи, пробы и прослушивания с такими типами людей, которых «модники» вообще ненавидели: арт диретора, агенты, исполняющие их обязанности люди с реальных рабочих мест. Это требовало много времени и терпения, так что некоторых моделей могло это раздражать.
Таким образом, Джиа, вероятно, считала разумным сокращение подобной работы. Она вообще начала ощущать давление бизнеса и наркотиков. Годами позже, те, кто пережили это время, оглядывались назад на 1980, как на год, в который мир, что они создали, перестал отвечать их запросам.
Для Джи нисходящая спираль началась как раз тогда, когда она могла иметь повышение на следующий уровень с получением косметического контракта – оформить отношения с растущим американским производителем. Её работа в Армани и Версаче имела влияние по всему миру.
Ещё один американский дизайнер, сорвавшиё джек-пот, был Пери Эллис.

 

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Джиа переехала в Атлантик сити, и Кэтлин приехала навестить её. Это была первая встреча после разлуки, длившейся больше 6 месяцев, наверное, это самое долгое время на которое они когда-либо разлучались. «Она всё ещё была обижена меня, всё ещё расстроена, что я не позволила ей переехать в наш дом,- рассказывает Кэтлин.- Ты что, не понимаешь, что я должна сказать нет?»
«Может быть ты должна была это сделать раньше, - сказала Джиа,- Это первый раз, когда ты говоришь мне нет».
Кэтлин надеялась, что разговор будет первым шагом Джии к возращению в прежнюю жизнь и модельный бизнес. Но разговоры мало меняли ситуацию.
«Родители так много могут сделать, если они действительно хотят этого, если не игнорируют ситуацию,- говорит Нэнси Адамс, тётя Джи, которая жила в Филадельфии и видела ситуацию со своей позиции,- Кэтлин просто всё игнорила, от неё было мало толку. Рошель боролась с ней. Если Джиа приходила ко мне за деньгами на наркотики, то я давала ей, потому что знала, какая может быть альтернатива. Проблемы были слишком большими для всех. Но отказ Кэтлин от этого был просто невообразимым».
«Это было обычным делом во всем её отношении к Джиа, я помню, однажды Кэтлин разговаривала со мной и моей сестрой Барбарой, Джи тогда было уже 19, и она говорила нам о том, какая неразвитая Джиа и том, что она всё ещё девственница. Тут моя сестра просто выпала. Мы с ней переглянулись, и она сказала «да она просто с ума сошла…». Джиа никогда не говорила матери правду. Но и её мамаша тоже общалась с ней на странном уровне. Эта бедная девочка всегда задавалась этим вопросом : «Почему моя мама бросила меня в 11 лет?». Я никогда не знала, что ей ответить. Что я должна была сказать? Я не говорю, что моя сестра безответственная, но.. это Рошель уберегала её на протяжении долгого времени от улиц, мусорных баков и прочего дерьма, которое могло бы произойти».

 

Из 15 главы Under the boardwalk.

Всегда оставалось непонятным, что же происходило с Джиа, когда её зависимость вывела её на улицу. Истории всегда всплывали позже, по частям и кусочкам. «Я знаю, что однажды она была изнасилована чёрным парнем в Атлантик сити,- рассказывает Рошель,- Она пошла раздобыть валиум в неблагополучный район, потому что метадон её не держал. Она говорила, что пришла в квартиру этого парня, а он просто заблокировал дверь, набросился и изнасиловал её. И потом он приходил в Хогги сити, в её смены, и докапывался до неё».
«Кроме этого, я думаю, она выделывала трюки ради наркотиков. Я знаю, что она обещала людям секс и кидала их. Она давала им ключи и говорила «Ок, придёшь в мою квартиру», но её там не было. Я помню однажды, я пришла с работы, а она там с одним чуваком, она сказала, что сделает что-то для неё, или что-то в этом роде, и он дал ей наркоты и она была никакущая. Я пришла и сказала «убирайся отсюда на хрен!», и он ушёл с таким видом, будто был напуган.
«Секс был чем-то особенным для неё. Она просто давала понять, что собирается что-то сделать, шла в квартиру с кем-нибудь, ждала, когда эти люди засыпали и просто тырила их вещи».
«Ну знаете, она говорила мне, что смущена многими вещами, которыми она занималась. Она никогда не говорила, что это было. Я думаю, что это касалось секса. Может она не рассказывала мне, потому что знала, как я к этому отнесусь. Я бы никогда, понимаете, никогда не занималась сексом за наркотики. Джиа знала меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что я считаю это мерзким и низким».

 

В марте 1984 Патти Стюарт искала объект для фотографии для занятий в Филадельфийском университете искусств. Компактная темноволосая 22летняя девушка, которая дружила с Тони О’Коннор и ещё несколькими девчонками из DCA, после того как Джиа уехала из города. Так что Стюарт знала о суперманекенщице из Филадельфии в основном по рассказам. Она только один раз встречалась с Джи, это было на большом открытом концерте The Police и Go-go’s, но эта встреча произвела впечатление. Годами позже она всё ещё помнила в деталях мистическое наркотическое свечение лица Джии за зеркальными солнечными очками и её кожаные штаны с V, разорванной с обратной стороны, открывающие плавки, расписанные вдоль и поперёк Dior.
Патти и Джиа имели общую подругу Вики, которая работала в цветочном магазине её родителей в Южной Филадельфии, но часто навещала Атлантик Сити, где её семья имела дом. Она бывшей любовницей Патти и влюбленной подругой Джии, которая занимала деньги слишком часто. Когда Патти сообщила, что ей нужен объект для фотографии, то Вики предположила, что Джиа сможет сделать такое одолжение. Встреча была назначена, но Вики перепила в этот вечер, так что была неадекват для встреч. Так что Джиа организовала встречу с Патти в Saratoga сама.
«Она была нормальной в тот вечер, ну не обдолбанная или что-то в этом роде, и выглядела отлично, - рассказывает Патти, - мы разговаривали, я объяснила ей свою задачу. Она сначала нервничала рядом со мной, но потом успокоилась. Было уже поздно, она начала подкатывать ко мне, мы сидели и целовались там. Я не такая настойчивая, чтоб начать самой, она первая начала подкатывать. Я позвонила Вики, но она не отвечала. Мы пошли в дом родителей Вики,где я должна была остаться на ночь, но там не открыл никто. Так что Джиа пригласила меня к себе, в квартиру над Хогги сити. Так что эту ночь мы провели вместе и ещё 4-5 дней, кажется, друг с другом. Мы никогда не фотографировались вместе, но бывало кое-что другое. Она начала изливать своё мужество на меня».
«Она мне рассказала немного о Рошель, сказала, что они друзья просто, но я-то знала, что это ложь. Она много говорила о Сэнди. Она сказала, что люди, знавшие её и Сэнди специально заказывали их вместе, чтоб понаблюдать, что будет, но они вели себя профессионально. Она сказала, что Сэнди была последней девушкой, которую она реально любила, и, что я ей напоминаю её. У нас было кое-что довольно интимное. Она начала заполнять мою голову всякими разными идеями. «Ты такая милая девочка да ещё и фотограф…после окончания института, переедешь ко мне…когда мне будет лучше, я же вернусь в НЙ…». Она хотела купить камеру и открыть маленькую студию, чтоб снимать людей на видео, тогда начало входить в моду среди актеров снимать портфолио на видео».

 

«Она говорила мне все эти вещи. Я начала влюбляться в неё. Я говорила ей, что не встречаюсь ни с кем на протяжении определенного времени. Когда ты лесбиянка в Филадельфии, когда не подходишь под общие стандарты, то это не так уж легко. Джиа была мужественна, но в гламурном стиле. Когда она выходила развлечься, то надевала ковбойские сапоги и рабочие брюки из грубой бумажной ткани вместо рибоков и штанов цвета хаки. 90 % лесбиянок носили кроссовки, белые кроссовки, и маленькие белые футболки lacoste. Так что редко можно было встретить того кто женственен и не поддерживает имидж».
«Она всё говорила «Я поверить не могу, что ты такая милая». Она думала, что я такая наивная в вещах, касающихся наркотиков и привязанности, и в том, как тяжело было от всего этого избавиться. Много раз раз она мне говорила о чём-то, а я такая «Чё?». Она хотела, чтоб я была опекающим её ангелом, ведь она знала, что я не часть того мира».
Во время их мимолетного романа Патти выслушала сокращенную устную версию того, что происходило с Джи в НЙ. «Она рассказывала о работе,- говорит Патти,- она сказала, что когда они были на островах, то все модели называли её «сестра морфин». Они приходили к ней и говорили «Эй, Джиа найди нам наркоты», потому что она могла достать это ВЕЗДЕ. Она рассказывала мне о Дженис Дикинсон. Джиа сказала, что однажды на съёмке, когда Дженис заскучала по своему парню, то начала говорить «Давай, иди ко мне, Джиа», но Джиа сказала «Я не хочу быть с тобой».
«Она говорила, что приходила на съёмки, а там все эти модели в мехах и брюликах, все с громкими именами, а она была в рабочих штанах и кожаной куртке, и все они пялились. «Я просто взрывала их мозги» говорила Джиа. Ей не нравились все эти гламурные игры. Ей не нравилась эта работа в том плане, что перед камерой с тобой происходит что-то магическое, твоё тело переходит на другой уровень. Она знала, как делать всё правильно. Но это ей не нравилось».
«Кстати, была ещё одна штука. Начала выходить реклама нижнего белья от Кэлвина Кляйна, ну та, где женские вещи выглядят как мужские. Мы читали журнал и наткнулись на неё. «Видишь это? Я дожна быть на этом». Она была в ярости от того, что не стала моделью в этой рекламе».

 

Её зависть к модели нижнего белья СК была больше, чем чувство, что кто-то успешно копирует её. Весь модельный бизнес жужжал об уникальном контракте, подписанном с африканской моделью Jose Borain, которая стала телом и лицом всего, на чём стояло имя Кэлвина Кляйна. Она так же снималась у Аведона для рекламы одежды и парфюма, работала на подиуме и тд. За 100 дней работы в год, Борейн получала около миллиона баксов за 3 года. Но за такую плату она не могла стать рекламным лицом никакой другой компании и даже не могла уехать из НЙ больше, чем на неделю, без согласия дизайнера. Это была самая большая сделка со времен контракта Кэрол Альт и Ланком, и гораздо более важная. Контракт Кляйна породил новую концепцию соотношения имени дизайнера и визуальной картинки.
«Джиа рассказывала о Вильгельмине и некоторых фотографах, о которых мне нравилось слушать, - рассказывает Стюарт,- Она говорила о Крисе, его жене, Скавулло, о Ньютоне. Казалось, что Скавулло и Крис по-настоящему нравятся ей. Она упоминала об Андреа Бланш. Она рассказала одну историю с Аведоном. Они снимались для Версаче, у них была такая большая камера, что это было так дооолго,чтоб всё снять. Все модели были одеты, а Аведон всё трындел и трындел, потому что никак не мог настроиться, и Джиа просто там сидела, и Аведон даже не сказал «О девчонки, простите за эти заминки». И это было реально долго. И вот Джиа пошла в банк или за сигаретами, или что-то типа того и просто не вернулась. Она сказала, что Аведон не имеет уважения к людям, и многие в бизнесе аплодировали ей, тк кто-то должен был поставить его на место.
«Джи и мне нравилось много одинаковой музыки. Она рассказала мне историю о Мике Джагере. И она была просто одержима Китом Ричардсом. Она сказала, что была на концерте Стоунов, и за сценой Мик Джагер хотел поцеловать её, или ПОЦЕЛОВАЛ её, и она так боялась, что Джерри Холл войдёт. Она сказала, что он ей увлекся, но ей это не было нужно. Если бы я была на её месте, то стопудово бы поцеловала его, просто потому что это Мик Джагер».
«Она говорила о ребятах из Блонди, о том, что тусовалась с Джимми Дестри. Она была БОЛЬШАЯ фанатка Дэбби Харри. Джиа снималась в их «eat to the beat» видео. Там есть одна сцена, где все танцуют в клубе, и камера переходит на неё. Они очень ей нравились. Ещё она сказала, что встречала Боуи в чьей-то квартире. Это было так нормально, по её словам. Он не был придурком. Он оказался более дружелюбным, чем она ожидала, и, казалось, хотел получше узнать её».

 

Отец Джи иногда поднимался в комнату, узнать все ли в порядке.«Он принес нам постельное белье,- рассказывает Патти,- Он сказал «Джиа, застели свою постель». Белье было черное шелковое. Джи сказала «знаешь почему он дал мне это? Потому что он знает, что ты здесь, и он счастлив, что я с кем-то, потому что я не буду употреблять наркотики». Он думал, что она не способна заниматься сексом под наркотой.
«Короче, я должна была уйти на съемку к друзьям и я сказала, что мне пора идти. Она не хотела, чтоб я ушла. Она заставила меня остаться. Как? Она, мм, прыгнула на кровать, сняла с себя всю одежду и практически бросилась на меня. Много было симпатичных женщин, но Джиа не была симпатичной, это было что-то гораздо глубже. Что-то очень глубокое. И я осталась. Когда я всё же собралась идти в дом своих родителей, то Джиа пошла со мной. Она познакомилась с моими родителями. Моя мама сказала «Она очень красивая и очень грустная».
«Я коллекционировала старые игрушки 50х. У меня была маленькая красная игрушка VW и эластичные монстры, Джи они очень понравились. Она села на мою кровать, и мы около часа мы играли. Она сказала «Вот этот буду я», и она усадила их в маленькую машину. «Поехали в Камден за наркотой!». Позже, в этот же день, мы вернулись к ней домой, и она дала мне эту маленькую статуэтку с клыками и острыми ушами. На ней была буква G. Она сказала «Это я,когда не принимаю свои препараты». Она так же дала кольцо дружбы- с двумя руками, обхватившими сердце- и фотографию её и её кота,который жил в доме её матери».

 

«В последний день она вела себя очень странно. Прямо перед тем, как мы собирались уходить, она заперлась в ванной на некоторое время. Потом она вышла и сказала «Ну и чё ты думаешь? Что я там кололась?» когда она дала мне фотографию, то сказала «Не потеряй её». У меня было реально странное чувство. Она всё хихикала и хихикала. Теперь я думаю, что она была вмазанная».
Не смотря на то, что их совместная неделя подходила к концу на такой ноте, Патти питала надежды, что между ними с Джи что-то будет. Но роман был закончен, как только Патти переступила порог квартиры Джиа. Они строили совместные планы на следующие выходные, но Джиа не отвечала на звонки Патти. Отец или брат Джи отвечали, что её нет дома или она спит.
«После того, как я названивала ей 10 раз несколько дней,- рассказывает Патти,- Я наконец-то поняла, что она не хочет иметь ничего общего со мной. А потом она вообще сказала нашей общей подруге Вики «Эта девочка Патти - она реальный вредитель». Она рассказала ей всё, что случилось, и попросила Вики передать мне, чтоб я вернула ей фотографию. К тому времени Вики сама уже разочаровалась в Джиа,так что предупредила меня. Но моё сердце было уже разбито».
«Я ещё раз позвонила Джиа, но её отец сказал, что она ушла. Тогда я взяла её фотографию и решила отвезти в магазин Вики. Я приехала, выходя из машины, я увидела вдалеке Джи. Она бежала ко мне и плакала «Патти,Патти». Она хотела, чтоб я дала ей 20 баксов. Она просто рыдала уткнувшись мне в колени. «Я сделаю ВСЁ, ЧТО УГОДНО!». Это было ужасно видеть, она разговаривала очень медленно. Это звучало странно, как будто ей лоботомию сделали или что-то типа того. Мне стало жалко её. Я дала ей 20 баксов и сказала «Я поеду с тобой и привезу тебя обратно». Я повезла её в реально ужасный район города. Она купила наркотики. Я отвезла её домой. Она сказала «Я не готова к отношениям, не готова влюбиться в кого-либо».
«Я сказала «Ну скажи мне тогда, что всё это было? Что всё это значило? Меня поразило всё это. Я не собиралась влюбляться за 5 дней». Она сказала «Я передумала, мы же можем остаться друзьями?».
«Я сказала, что у тебя нет причин выкинуть меня из своей жизни. Она ведь практически не знала людей, которые бы не употребляли наркотики. Она думала, что я слишком правильная, наверное. Я помню, что начала плакать и рассказывать о своей подруге из школы.«Они просто нашли её мёртвой, она пошла на подводное плавание и она была вмазанная. Она мне так напоминает тебя, Джиа». Я сказала, что не хочу чего-то подобного с ней. Она посмотрела на меня и сказала «Со мной этого не случится, любой доктор скажет тебе, что надо немного кокаина принять, если с героином перестараешься». И я просто ушла».