Г Л А В А Ч Е Т В Ё Р Т А Я 12 страница
Молодой человек кивнул. План был разумным, если конечно голод не заставит волков потерять терпение раньше.
Взгляд Кологрива метался от Арвина к Кэррелл.
– Господин Крушила телепортируется в Чондальский лес? – недоверчиво спросил он. – Эта «штука», которой он так дорожит,… должно быть, она действительно ценная.
– Так и есть, – поддакнул Арвин, глядя ему в глаза.
Человек-лошадь медленно улыбнулся.
– Тогда буду молиться Скерриту, богу табунов, чтобы мы нашли это.
Арвин оглядел голодную стаю и пробормотал, наклонившись к Кэррелл:
– Если Глисены там нет, нам крышка.
– Она там. Так сказали волки, – уверила его женщина.
Если только она не родила, не достигнув лагеря, добавил про себя Арвин. Если так, тогда они найдут её труп, а барона такая новость вряд ли обрадует.
И у волков будет вдоволь мяса.
Они шли всю ночь, следуя за белорылой волчицей сквозь лесную чащу. Арвин и Кэррелл шагали по обе стороны от кентавра, успокаивая и подбадривая его. Когда в небе на востоке задребезжал рассвет, освещая зимний лес, Арвин увидел, что их окружает не менее двух десятков волков. Они трусили меж деревьев, высунув языки и кидая голодные взгляды на кентавра. Временами какой-нибудь из них отваживался подобраться к нему ближе, но Белая Морда заходилась рыком, обнажая клыки и отгоняя наглеца. Когда солнце взошло, попытки познакомиться с кентавром поближе участились. Теперь при свете дня Арвин хорошо видел, что серые разбойники смотрят не только на Кологрива. Кэррелл и он сам тоже частенько попадали под их голодные взгляды.
Какое-то время они взбирались по пологому холму. Его вершину обрамляли заросли ежевики, тянувшиеся на несколько сотен шагов вправо и влево. Стая остановилась, не добежав до зарослей, Белая Морда издала рычаще-лающую тираду. Кэррелл активировала заклинание и заговорила с волком.
– Лагерь сатиров лежит с подветренной стороны, в гуще ежевичных зарослей, – сказала она.
– Женщина всё ещё там? – спросил Арвин.
Кэррелл перевела вопрос волчице. Тот принюхался и издал скулящий звук.
– Да, – ответила она.
Арвин двинулся в сторону зарослей ежевики, но Белая Морда преградила дорогу. Молодой человек оглянулся и увидел, что их компания со всех сторон окружена волками, которые стояли, пригнувшись к земле, будто собирались вот-вот напасть. Он глянул на Кэррелл, собираясь попросить перевести, хотя и без слов всё было ясно.
– Она сдержала обещание, – сказала женщина. – Привела нас в лагерь сатиров и теперь требует мяса.
– Скажи ей, что придётся подождать ещё немного. Скажи, что мясо в лагере сатиров. Мы скоро принесём его.
Кэррелл перевела, Белая Морда ответила.
– Они хотят сейчас, – перевела женщина ответ волчицы. – Они требуют Кологрива.
Арвин сжал руку в перчатке. Невидимый кинжал он призвал ещё до этого; псион шепнул, и оружие материализовалось в ладони.
Кэррелл напряглась и положила руку на дубинку.
– Будем сражаться? – шепнула она.
– Нет, – ответил Арвин. – У меня другая идея.
Один из волков подошёл ближе. Кологрив нервно заржал. Арвин положил руку ему на спину.
– Не убегай. Им только этого и надо.
Кологрив кивнул, но оставался напряженным. Молодой человек чувствовал, как тот дрожит.
– Кологрив, сейчас я наложу на тебя чары. Только не сопротивляйся.
С этими словами он пробудил псионическую энергию, таившуюся в груди. Волки принюхались, почуяв в воздухе нотки имбиря и шафрана, у Белой Морды на загривке вздыбилась шерсть. Но через секунду заклинание было активировано: теперь судьбы Кологрива и вожака стаи были связаны.
Арвин протянул кинжал кентавру.
– По моей команде полосни им себе по ладони, – скомандовал он.
Кентавр колебался лишь мгновение, затем осторожно принял оружие. Тем временем Арвин передал слова Белой Морде, которые Кэррелл перевела.
– Я наложил заклятье, – обратился он к вожаку стаи. – Если что-нибудь случиться с кентавром, то же самое случится и с тобой. Ранят его – окажешься раненой сама, – псион кивнул Кологриву, и тот вонзил кинжал в ладонь.
Белая Морда взвизгнула и подняла ляпу. Остальные волки напряглись, и предводительница стаи вновь опустила лапу на землю. Она рыкнула на сородичей и поджала ноги, приготовившись к нежданному нападению.
– Если кентавр умрёт, умрёшь и ты, – продолжал псион, забирая у Кологрива кинжал. – Скажи стае, чтобы расступились и пустили нас в лагерь. Когда закончим дела, вы получите мясо, как было обещано.
Белая Морда сузила глаза, повернулась к стае и передала ответ сородичам, издав несколько угрожающих рыков. Один или двое рыкнули в ответ, но стоило волчице обнажить клыки, как серые разбойники отошли в сторону, уступая дорогу троим путникам. Первые насколько шагов Арвин шёл, напрягши плечи, ожидая предательской атаки в спину – но её не последовало. Когда троица достигла края ежевичных зарослей, волки растворились в лесной чаще.
– Отлично, – выдохнула Кэррелл.
Арвин кивнул. Глаза обшаривали кусты ежевики, образовывавшие практически непреодолимую стену. С переплетающейся лозы гроздьями свисали почерневшие от мороза ягоды, стволы и ветви были утыканы шипами длиной в палец.
– Что теперь? – спросил Арвин.
– Через заросли проходит тропа, – ответил Кологрив. – Давайте обойдём вокруг.
Вскоре Арвин заметил на снегу следы копыт. Пригнувшись, он увидел туннель, ведущий сквозь заросли к центру.
– Должно быть, это и есть вход, – сказал молодой человек. Он оглянулся на Кологрива, затем вновь посмотрел в туннель. Он и Кэррелл могут проползти по нему на четвереньках, но Кологриву дорога туда закрыта.
Кентавр кивнул, будто угадывая его мысли.
– Я подожду здесь.
– А как же волки? – спросила Кэррелл.
Кологрив поднял кровоточащую ладонь.
– Придётся довериться магии Арвина. Думаю, это сдержит волков.
– Заклинание будет действовать до заката, – сказал Арвин. – С благословения Тиморы мы к тому времени уже выйдем обратно, и принесём мясо для волков. А барон телепортирует нас отсюда, – он повернулся к Кэррелл. – Следующий шаг за тобой. Надо выяснить, здесь ли Глисена и нет ли в лагере Нанет. В змеином обличье ты сможешь сделать это незаметно. Сможешь ведь?
Кэррелл кивнула и начала раздеваться.
– Будь осторожнее, – добавил мужчина. – Я не хочу тебя потерять.
Кэррелл бросила платье на землю и одарила Арвина поцелуем, которые тёплой волной прошёлся по телу мужчины. Превратившись в змею, Кэррелл поползла сквозь заросли.
Арвин ждал. Кологрив опасливо косился на лес, выискивая волков. Мужчина вглядывался в ежевичные заросли. Казалось, прошла вечность прежде чем Кэррелл вернулась. Находясь всё ещё в змеином обличье, она обернулась вокруг ног мужчины и подняла голову.
– Глисена здесь, – сказала она, мелькнув языком. Рот растянулся в кривой улыбке. – Она в одной из хижин. Нанет нигде не видно.
Псион с облегчением коснулся броши, приколотой с внутренней стороны рубашки.
– Я должен подобраться к Глисене поближе, так чтобы Крушила смог телепортироваться прямо к ней. Сейчас я зайду в лагерь, околдую первого попавшегося мне сатира и скажу, что меня послала Нанет. Если что-то пойдёт не так, мне понадобится прикрытие. Кэррелл, следуй за мной, но держись незаметно. Если что, я позову тебя при помощи камня. А ты уже действуй по обстоятельствам, – псион повернулся к кентавру. – Держись увереннее, Кологрив. Не дай волкам запугать тебя.
Арвин опустился на четвереньки и начал пробираться сквозь заросли, прижимаясь к земле как можно ниже, чтобы не цеплялся рюкзак. Кэррелл ползла неподалёку, справа от него.
Туннель петлял из стороны в сторону, путь несколько раз разветвлялся и сходился снова. Опасаясь потеряться в этом лабиринте, Арвин всё время выбирал левую тропку, надеясь, что она, в конце концов, выведет его в сердце зарослей. Иногда ему попадались следы копыт, но земля была слишком мягкой, чтобы держать чёткий силуэт отпечатков. Это не позволяло определить, в каком направлении вели следы. За плащ то и дело цеплялись шипы, мешая двигаться дальше. Одежду приходилось постоянно дёргать, чтобы избавиться от цепких объятий кустарника. Иногда шипы проникали сквозь одежду, из-за чего вскоре руки и ноги мужчины были сплошь покрыты мелкими царапинами. Но он продолжал путь, не обращая внимания на боль.
Наконец, заросли впереди поредели, и Арвин увидел поляну. От неё доносился гомон голосов, раздавались звуки сатиров, занимающихся своими повседневными делами. К сожалению, туннель в этом месте резко поворачивал вправо. Арвин последовал дальше, но, проползя короткое расстояние, оказался на прежнем месте, появившись с другой стороны. Расстроившись тем, что находится так близко к цели, он пополз по другому маршруту, выбрав на этот раз правый поворот. Он пробирался быстро, раздосадованный потерей времени. Если он запомнил всё верно, впереди его ждала очередная развилка.
Подняв голову, он увидел сатира, сидевшего на корточках в туннеле и прижавшего к губам свисток. Арвин мгновенно активировал чары, но сатир успел дунуть. Вокруг Арвина закружилась музыка, словно осенний листопад. Мужчину окутал непреодолимый сон.