Журнал снов Бретта Стинбарджера, запись от 21.08.77
Сон обозначил мою проблему лучше любого психотерапевта. Если жизнь — спуск с горы, то я ехал слишком тихо. Выбрав низкий «коэффициент ежедневного опыта», я сделал свой спуск безопасным, но скучным. Я должен был активировать горку, но не настолько, чтобы испугаться. Уровень 1,15 — скромная, достижимая задача — вот, что мне требовалось. Простой образ горки прекрасно ухватил суть главной жизненной темы, с которой у меня возникли проблемы.
204 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
Мой сон об автокатастрофе подсказал, что я понимал самоубийствен- ность своего поведения, даже хотя и пытался обосновать удержание проигрышной сделки.
МЕЧТЫ КАК ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ КОММУНИКАЦИИ
Возможно, посредством снов природа наделяет людей альтернативными состояниями, позволяющими творчески преобразовать склад ума. Сны редко снятся в нормальном состоянии ума; они гораздо более полны вымыслами и эмоциями, чем обычные мысли. Доступ к этим вымыслам и эмоциям может вызвать важную трансформацию — переход к новым способам мышления и ощущения.
Невероятно, однако, как много людей стремятся анализировать сны, а не заново переживать их в целях трансформации. Они исходят из того, что значение сна заключено в тексте, а не в опыте, в контексте. Чтобы понять сон, вы должны прожить его. Разговор об автомобиле, съезжающем с дороги, гораздо менее эффективен, чем переживание безумной попытки добраться до переднего сиденья и неизбежного столкновения с оградой.
Экспериенциальный психолог Элвин Марер в живой, творческой манере предлагает клиентам активно входить в свои сны и повторно переживать их. Сон, считает он, менее важен своим содержанием, чем усиленным состоянием переживания, которое он предлагает. Марер находит, что, когда люди позволяют себе полностью погрузиться в мысли, чувства и действия сна, их восприятие изменяется. Происходит прорыв сквозь неприятные чувства и образы сна к новому, часто позитивному и объединяющему опьггу.
Вот пример. Шелли, трейдер на колебаниях, рассказала сон, в котором она оказалась застигнутой с длинной позицией на падающем рынке. Видя во сне, как позиция с каждой минутой ухудшается, она буквально чувствовала, что истекает кровью. Впоследствии, по словам Шелли, она стала сильно колебаться при открытии позиций, опасаясь убытка.
Шелли попросили лечь на кровать и непрерывно колотить по матрацу, усиливая состояние переживания. После нескольких ударов ей велели зрительно представить себе ухудшающуюся позицию и как можно громче кричать: «Я падаю! Я падаю!»
По мере того как Шелли погружалась в упражнение, ее спонтанные выкрики изменились. Вместо «Я падаю!» она стала вопить: «Я не могу остановить ее! Она не хочет останавливаться!» Затем: «Я не могу выйти! Я в ловушке! Она падает, а я не могу выйти!» Через одну-две минуты
Шелли вместо матраца стала бешено крушить невидимые стены, отчаянно пытаясь выбраться из безнадежной позиции.
Опустошенная, она скатилась с кровати и, задыхаясь, торжествующе прокричала: «Я на воле! Я свободна! Я вышла!» Ее ужас сменился всеобъемлющим ощущением свободы, поскольку она избавилась от мучительного положения на кровати. Отрабатывая упражнение, Шелли вспомнила болезненный эпизод из детства, когда ее дядя, играя с нею в домашнем плавательном бассейне, слишком долго задержал ее голову под водой. Не в силах выбраться на поверхность и умирая от страха, она почти потеряла сознание прежде, чем «игра» закончилась. Больше никогда к этому бассейну не подходила.
Воспроизведя сон — и эпизод в бассейне, — Шелли приобрела личный опыт столкновения со своим худшим страхом и преодоления его. Марер находит, что, заставляя себя пройти через пиковое состояние сна или неприятного события, человек совершает качественное изменение в своем восприятии, открывая для себя новые способы мышления, ощущения и действия. Вместо того чтобы отталкивать негативные состояния, клиенту рекомендуют прорваться через них и лишить их силы.
Один трейдер однажды рассказал мне, как его испугал сон, в котором он убегал от гнавшихся за ним темных, угрожающих типов. Он был убежден, что они собирались убить его, и не мог избавиться от этого чувства даже после пробуждения. Позже выяснилось, что недавно он понес большой убыток в торговле. На сознательном уровне трейдер утверждал, что «примирился» с этим опытом. Тем не менее признал, что страшный сон приснился ему немедленно после того торгового дня, когда он увеличил размер своей позиции сверх принятых им норм управления капиталом. Сон настоятельно подсказывал, что трейдер чувствовал себя намного более уязвимым, чем признавал. Вооруженный этой информацией, он смог на следующий день внимательнее следить за своей позицией и уменьшить свое присутствие на рынке до размера, позволявшего ему спать спокойно.
ПОВТОРЯЮЩИЕСЯ СНЫ: ТЕМЫ ЖИЗНИ
Если сны отражают преходящие темы вашей жизни, то повторяющиеся сны кодируют ваши постоянные темы жизни. Как и повторяющиеся темы на рынке, —скажем, относительно лучшие в течение нескольких месяцев результаты акций компаний с малой и средней капитализацией по сравнению с их большими «сестрами», — эти доминирующие темы жизни часто создают у вас основу для самых важных и длительных изменений.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ПОГРЕБЕНН ЫЙ ЗАЖИВО! 207
прихожане услышали музыкальную шкатулку и вернули мальчика в мир живых.
С момента пробуждения мне было совершенно ясно значение сна.
Я разрывался между написанием скучного научного труда и созданием чего-то развлекательного и личного. «Заброс» книги на стопку пыльных сухих томов стал красивым образом того, что я должен был сделать. Сон подчеркнул важную эмоциональную реальность. Я, как главный герой той песни, чувствовал себя похороненным заживо. Действительно, в своей работе я похоронил ребенка — чувство удовольствия.
Я не смог бы преодолеть кризис, пока не откопал бы вздымающее ввысь чувство детского удовольствия, которое испытываешь, когда забиваешь мяч сверху или пишешь от души.
Этот сон был моим личным «поминальным воскресеньем». До самого конца работы над книгой я ни разу больше не испытал творческого кризиса. Вербальное рациональное «я» не могло понять, как писать книгу; но другая часть моего «я» знала это очень хорошо и передала сообщение в виде образа и песни.
ГИПНОЗ: ПУТЕШЕСТВИЕ К ДРУГИМ УМАМ
Пожалуй, самая драматическая форма, через которую могут проявляться темы жизни, — это гипноз. Именно гипноз убедил Фрейда в существовании подсознания. По-настоящему впечатляет, когда видишь, как люди могут в гипнотическом состоянии получить доступ к информации, считающейся недоступной при нормальных обстоятельствах. Изменения, сделанные с помощью гипноза, являются истинными трансформациями.
Известный психотерапевт Мильтон Эриксон является признанным мастером гипнотического транса. Он использовал состояние транса для прерывания поведенческих моделей клиента и введения в них новых элементов. Многие из его сеансов психотерапии сильно отличались от общепринятой разговорной психотерапии, которая обычно ассоциируется с психологическим консультированием. Эриксон, казалось, хорошо понимал, что нормальный разговор в нормальном состоянии ума не дает доступа к аспектам личности, определяющим ее нормальную идентичность. Только получив доступ к ненормальным областям в континууме сознания, как установил Эриксон, люди могут производить экстраординарные изменения.
Джей Хейли в своей книге «Необычайная психотерапия» (Uncommon Therapy) описал некоторые инновационные методы, использовавшиеся
Интересно, что именно такой повторяющийся сон помог придать очертания данной книге. В прошлых версиях этого сна я умел летать и очень быстро перемещаться с места на место. Это позволяло мне оставаться вне досягаемости других, давая неописуемое чувство свободы. Во время написания книги, в самом начале процесса, я почувствовал, что застрял. К моему смятению, столкнулся с творческим кризисом. Когда задумался над этим, то понял, что разрывался на части. С одной стороны, хотел написать книгу, опирающуюся на солидную исследовательскую базу. Создать труд, которым восхитятся мои коллеги по науке и трейдингу. С другой стороны, хотел написать что-то более неформальное, намного более личное и понятное сообществу трейдеров. Результатом был ступор: стоило мне что-то написать в одном стиле, как вмешивался сидящий во мне критик и прерывал поток слов.
В один такой день я в очередной раз провел долгие часы перед компьютером. В результате так и не создал ничего ценного, что могло бы оправдать потраченное время. Я был чрезвычайно расстроен.
Ночью снова летал во сне. Это был один из моих любимых снов, в котором я летал, играя в баскетбол. Несколько игроков пытались блокировать мой удар, но я перелетал их по пути к корзине. Паря в воздухе, выбирал время для спуска, чтобы вколотить мяч в корзину.
Однако как раз тогда, когда я находился на самом верху и собрался спускаться, заметил, что от мяча отстает внешний слой. Мяч стал облезать, как будто с него слетали листки бумаги. И пока я изо всех сил старался удержать слои вместе и сохранить круглую форму, мяч превратился в книгу. Листы стали страницами, а я уже спускался, чтобы забросить мяч. Когда «забросил» книгу на стопку других книг (это были толстые библиотечные тома: верхний, в простой белой обложке, — книга по минимизации налогов на имущество), раз за разом начал звучать отрывок из песни: «Хоп, хоп, всадник...»
Пожалуй, здесь требуется некоторое объяснение. Во время написания книги я оказался вовлечен в процесс создания семейного траста для целей минимизации налогов на имущество — задачу эту я посчитал необходимой, но скучной и отнимающей много времени. Немецкая фраза «Хоп, хоп, всадник» («Норре, Hoppe, Reiter») относится к игре, в которой ребенок сидит на коленях у родителя и подпрыгивает вверх и вниз, как будто едет верхом. Музыка, звучавшая во сне, была из припева песни немецкой группы Rammstein. Песня Spieluhr («Музыкальная шкатулка») рассказывает историю мальчика, похороненного заживо вместе с его музыкальной шкатулкой. Когда над его могилой подул зимний ветер, музыкальная шкатулка заиграла и сердце мальчика вновь забилось. В поминальное воскресенье (Totensonntag)
208 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
Эриксоном. Он понял, что не обязательно запускать сложные индукции, чтобы создать гипнотическое состояние. На самом деле любая ситуация, которая может надежно зафиксировать внимание клиента, подходит, чтобы ввести элемент транса. Поэтому многие случаи Эриксона включали в себя элементы шока и неожиданности с целью полностью поглотить внимание клиента. Хейли пересказал случай, когда к Эриксону обратились родители, отчаявшиеся заставить свою юную дочь перестать сосать большой палец. Эриксон согласился встретиться с девушкой при условии, что родители прекратят все формы своего воздействия на дочь.
Они не должны были обсуждать сосание пальца или каким-либо иным образом комментировать его.
Поскольку ничто другое не помогло, родители согласились. На отдельной встрече с их дочерью Эриксон занял другую позицию. Он симулировал негодование в связи с тем, что родители пытались заставить его изменить их дочь: «Кто они такие, чтобы говорить мне, что делать?» Это, конечно, привлекло внимание девушки. Кроме того, Эриксон сказал девушке, что ему непонятно, какого черта она сосала свой большой палец так деликатно, если хотела разозлить родителей. Чтобы по-настоящему свести их с ума, ей следовало сосать свой палец, производя как можно больше шума.
Девушка оказалась полностью завороженной словами Эриксона, особенно его ругательствами. Как только она вошла в состояние повышенного внимания, он дал свои инструкции: девушка должна была каждый вечер садиться около отца и в течение 20 минут «громко и усердно сосать большой палец, раздражая его до самых печенок в течение самых долгих 20 минут, которые он когда-либо испытывал». Затем должна была подойти к матери и в течение 20 минут делать то же самое.
Девушка честно выполняла инструкции, а родители покорно воздерживались от комментариев по поводу сосания и от других попыток прекратить его. После нескольких дней громкого и напряженного сосания большого пальца дочь стала терять интерес к нему. Она сосала палец все меньше и меньше, а затем и вовсе бросила это занятие, которое превратилось в поденную работу по дому, да еще и неблагодарную. На то чтобы избавиться от привычки, потребовалось всего несколько недель.
Эриксон видел, какой силой обладают состояния глубокой сосредоточенности и внимания, и понимал, что они открывают людей для информационной обработки основательно и надолго. Полностью захватывая внимание человека своими неортодоксальными вмешательствами, он мог вызвать гипнотический транс, минуя обычный процесс индукции.
Изменения, на которые могли потребоваться месяцы или годы, ускорялись благодаря глубокому уровню обработки, связанному с состоянием внимательности.
Гипнотические процедуры могут быть особенно эффективными для помощи в индуцировании эмоциональных и поведенческих изменений в обход обычного сознательного сопротивления переменам. Одна из моих любимых индукций заключается в том, что я предлагаю клиенту усесться в кресле поуютнее и закрыть глаза. Прошу его вытянуть перед собой руки, раздвинув их примерно на два фута в стороны, ладонь к ладони. В то время как он дышит глубоко и медленно с закрытыми глазами, прошу его представить себе, что его руки медленно-медленно притягиваются друг к другу магнитами. Говорю, что по мере сближения рук клиент будет чувствовать себя все более и более расслабленным, более и более сосредоточенным. Когда руки наконец соприкоснутся, говорю я, вы почувствуете себя совершенно спокойно и непринужденно. Кроме того, всякий раз, когда проделаете это упражнение в будущем, войдете в такое же состояние спокойного сосредоточения.
Это удобное упражнение, потому что им можно легко заниматься дома, используя или самовнушение (говоря себе, что почувствуете покой, когда ваши руки соединятся), или аудиозапись. После достаточного количества репетиций движение рук начинает ассоциироваться с состоянием сосредоточенного самоконтроля, позволяя вам входить в это состояние, просто закрыв глаза, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов и сведя руки вместе.
Трейдер по имени Эл, с которым я работал, открыл, как гипноз может действовать в составе рабочего репертуара. Посетив семинар по трейдингу, он узнал новую технику входа. Обратное тестирование показывало хорошие результаты при условии строгого управления капиталом. Основная идея состояла в том, чтобы трейдер находил краткосрочные откаты на малом объеме на рынках, двигающихся в восходящем тренде на растущей волатильности. Эти откаты становились точками входа на рынок с высоким моментумом. (Был, конечно, риск разворота на рынке с особенно высокой волатильностью; отсюда необходимость внимания к стопам.) В психологическом отношении Эл нашел эту модель трудной для торговли, поскольку она требовала выхода на рынок, который уже заметно продвинулся вверх. Он чувствовал себя более удобно, пытаясь покупать минимумы и продавать максимумы, что требовало умения их угадывать, а его у Эла, как и у большинства трейдеров, не хватало.
Мы включили в модель торговли упражнение с намагниченными руками, заставив Эла дышать глубоко и медленно с закрытыми глазами. Он сдвигал свои руки все ближе и ближе, как будто их притягивали магниты, и все время представлял себе модель, по которой он должен будет торговать. Когда его руки сошлись вместе, а пальцы соприкоснулись, я сказал, что при размещении сделки по правилам системы он будет чув-
ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ПОГРЕБЕННЫЙ ЗАЖИВО! 211
тике, идущем против него, и его терзал бы рой страшных, негативных мыслей, невольно программируя ум самыми разрушительными сценариями и сообщениями. Фактически Эл осуществлял бы эффективную психотерапию наоборот — изменив свое эмоциональное состояние и затем повторяя мысли, чувства и поведение, ассоциируемые с плохими результатами!
Это — главный психологический источник неудач на рынках: трейдеры больше всего открыты для изменений (наиболее восприимчивы к усвоению своего опыта), когда полностью погружены в рынки. И они склонны погружаться глубже всего, когда проигрывают. Если позиция перемещается в их пользу, трейдеры могут позволить себе отступить в сторону, а сделке — развиваться самостоятельно. Но если позиция перемещается против них, то будут в соответствии с человеческой природой — а она ощущает потребность в ощутимом контроле — вплотную отслеживать рынок и обращать внимание на каждый тик в поисках признаков разворота и надеясь, надеясь...
Эл добился успеха, потому что использовал описанное упражнение, чтобы стать как можно сосредоточеннее и внимательнее, когда правильно вел себя на рынке. Эта практика укрепила выигрышные модели торговли. Если бы он не осуществлял надлежащего управления капиталом, то, скорее всего, укрепил бы мысли и поведение, связанные с неудачей. Трейдеры привыкли считать управление капиталом необходимым (хотя и несколько прозаическим) инструментом для сохранения денег на своих счетах. Но управление капиталом — не менее важный инструмент для совершенствования психологического мастерства. Если вы хотите привыкнуть к успеху, вам необходимо испытывать успех. С эмоциональной точки зрения вы не можете позволить себе находиться в очень возбужденном и сосредоточенном состоянии, когда терпите неудачу.
Поэтому дисциплинированно закрытая по стопу сделка не является неудачей. Она может фактически усилить ваше чувство контроля и мастерства. Один из лучших советов, которые я получил, будучи начинающим трейдером, состоял в том, чтобы переносить стопы на цену входа, как только сделка решительно переместится в мою пользу. Самыми эмоционально разрушительными сделками являются те, в которых вы, не реализовав бумажную прибыль, в конечном счете несете фактический убыток. Получается неудача дуплетом: неумение взять прибыль и неумение ограничить убыток. Это также наиболее тяжелые в эмоциональном плане сделки. Перемещая стопы на безубыточность, как только уходите вперед, вы сразу же приобретаете чувство уверенности в отношении этой сделки — «уж на ней-то я ничего не потеряю».
ствовать себя спокойно и уверенно. После нескольких тестов с использованием исторических графиков Эл здорово наловчился находить эти модели и входить в состояние спокойной концентрации, вытягивая перед собой руки и сводя их вместе.
Его прорыв случился всего несколько дней спустя. Эл сидел перед монитором, когда акция, за которой он наблюдал, притормозила после утреннего рывка вверх. Пауза на малом объеме, наставшая в начале дня после восходящего разрыва на открытии, могла вызвать срабатывание его системы. Ни о чем даже не думая, Эл внимательно следил за акцией, соединив кончики пальцев в позе молитвы. Это было то самое самовнушение, которое он репетировал, а теперь применял в реальном времени. По словам Эла, он сохранял необычную ясность мышления при размещении этой сделки — и почти не испытывал эмоций. Он научился создавать свое собственное изменение, прикрепив торговую систему к новому физическому, эмоциональному и когнитивному состоянию.
Если бы наблюдатели находились в торговом зале вместе с Элом, они заметили бы маркеры того же типа, что психотерапевты наблюдают у себя на приемах: изменения в дыхании, физических движениях и эмоциональном тоне, показывающие переход к состоянию спокойной сосредоточенности. Кроме того, наблюдатели, вероятно, заметили бы, что такие изменения предшествуют лучшим сделкам Эла, тогда как сделки, размещенные при большей физической и эмоциональной нестабильности, дают худшие результаты. Когда Эл смог активировать своего «внутреннего наблюдателя» и контролировать изменения своего состояния в течение торгового дня, он начал по-настоящему торговать с кушетки.
Отметьте, разумеется, что использование Элом психологической техники было бы напрасно, не имей он действенного и проверенного метода торговли. Нет никакого смысла учиться быть спокойным и собранным, если размещать сделки, которые не имеют реальных шансов. Торговля с кушетки не дает вам права работать спустя рукава. Эмоциональные методы позволяют вам последовательно реализовывать хорошие идеи. Но они не заменяют сами идеи.
И в самом деле, представьте себе, как убыточно было бы для Эла торговать по плохой системе. Предположим, он запустил свои торговые идеи, но не подключил к ним никакого управления капиталом. Убытки, связанные со случайными разворотами на высокой волатильности, опустошили бы его портфель. Хуже того, Эл находился бы в наиболее чувствительном состоянии эмоционального восприятия в то время, когда его система подводила бы его. Он сидел бы перед монитором эмоционально заряженный, сосредоточенный на каждом
212 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
Это ощущение, достойное закрепления, — чувство удовлетворенности, которое со временем становится маркером успешной торговли.
ТРАНС НА ХОДУ: СНЫ НАЯВУ
Люди привыкли думать о гипнотических состояниях как о чем-то необычном, происходящем только в ответ на действия профессионального гипнотизера. В действительности, однако, они довольно часто входят и выходят из состояния транса в течение любого самого обычного дня по мере прибывания и убывания уровня их самоосознания.
Дневные мечты, или сны наяву, являются одним из наиболее часто встречающихся ежедневных состояний транса, когда ваш образно мыслящий невербальный ум на какое-то время получает контроль и начинает передавать вам свои коммуникации. Мечты принято считать безвредными фантазиями или пустой тратой времени. Однако, если вы будете относиться к мечтам как к коммуникациям, вам будет легче понять их смысл и значение.
Мечты отражают ваши неудовлетворенные потребности. Если вы не можете удовлетворить свои потребности в данный момент — и особенно если эти потребности неотложны, — вы попытаетесь найти выход в мечтах.
Сяо, молодой человек из азиатской семьи, обратился ко мне за помощью, столкнувшись с трудностями межкультурного общения. Он жил в Соединенных Штатах с юных лет, но все равно говорил дома на родном языке и следовал традициям своей родины. У него дома гнев редко находил непосредственное выражение, особенно по отношению к старшим. Причина, по которой ко мне пришел Сяо, заключалась в том, что его беспокоили навязчивые идеи. Он подолгу воображал различные сценарии, в которых возражал своим профессорам, ругался с ними и т.д. Это очень его беспокоило, поскольку он не мог понять, почему продолжает думать о таком недопустимом и непрофессиональном поведении.
Оказалось, что во время врачебной практики с Сяо плохо обошелся один из ординаторов. Этот ординатор бросил презрительное замечание об «иностранных лекарях» и предположил, что у Сяо будут проблемы с практикой, потому что он не сможет общаться с пациентами-амери- канцами. Сяо знал, что это не так, но не сумел ответить ординатору. Выражать гнев в прямой форме было недопустимо, поэтому он сделал это косвенным образом — через мечты! Как только Сяо понял, что мечты выполняли ценную функцию разрядки, он смог принимать их с большей легкостью и без беспокойства.
Я часто советую трейдерам вести дневник своих фантазий для того, чтобы знать о своих неудовлетворенных потребностях. Подобно Сяо, многие трейдеры находят, что их мечты отражают оставшиеся без ответа чувства и импульсы, которые могут легко отвлекать внимание и рассеивать концентрацию.
Некоторые из самых интересных фантазий, происходящих во время торговли, следуют за выигрышными сделками. Вспомним исследование Одина о самонадеянности трейдеров. Проходя период побед, они склонны торговать чаще и впоследствии отстают от рынка. Исследование поведения в области финансов, проведенное в Великобритании под руководством Марка Фентона-О’Криви, утверждает, что многие трейдеры испытывают иллюзию контроля и в этом состоянии верят, что могут предсказывать даже случайные события. Такая иллюзия вполне может провоцировать большинство вспышек чрезмерной самоуверенности трейдеров. Мечты о славе, невероятном богатстве, известности и т.п. красноречивее всяких слов говорят о необходимости перепроверять такое ощущение контроля. Некоторые из этих фантазий являются просто выдуманными сценариями поведения рынка — как он пробьет сопротивление и взлетит к новым максимумам или опустится ниже предшествующих минимумов. Очень часто эти фантазии рассматриваются в целях самоуспокоения, позволяя трейдерам чувствовать себя лучше в отношении своих позиций. Это говорит о том, как им нужно, чтобы сделка удалась.
К сожалению, такие фантазии могут превратиться в смирительную рубашку. Как только вы замыкаетесь в выдуманном сценарии, становится трудно проявлять достаточную гибкость восприятия и мышления, чтобы суметь увидеть на рынках значимые маркеры. Это особенно гибельно, когда выдуманный сценарий предусматривает долгосрочное движение рынка. Трейдер начинает использовать сценарий, чтобы обосновывать удержание проигрышных позиций и несоблюдение стопов. С каждым неподтверждающим действием рынка тревога растет, а с ней и потребность в защите фантазии.
Я знал нескольких трейдеров, которые большую часть 1990-х гг. не могли признать, что рынок находится в бычьем тренде, предпочитая верить отдельным экономическим событиям, указывавшим на грядущий крах. Они все до единого пропустили минимумы рынка в 1980-х и 1990-х гг. и хотели оправдать свои ошибки. Тратили массу времени, мечтая о приближающемся экономическом коллапсе и о том, как они фантастически заработают на нем. Их торговля больше не опиралась на действительность; она полностью базировалась на их эмоциональной потребности доказать свою правоту.
Позже, в первые годы нового тысячелетия, роли поменялись, и многие трейдеры, с которыми я переписывался, не могли поверить, что акции Nasdaq нескоро вернутся к дням славы. Люди, бросившие работу, чтобы полностью посвятить себя трейдингу, оказались в состоянии внутреннего конфликта: они не могли примириться с фактом, что вложились в рынок, который достиг максимума. Решение проблемы они видели в том, чтобы игнорировать очевидное и тешить себя фантазиями о возвращении рынков на прежние уровни.
Когда вы начнете торговать сознательно, появление фантазий может стать одним из торговых маркеров, указывающих, что вы в данный момент обращаете больше внимания на неудовлетворенные потребности, чем на рынки.
Недавно и меня охватили мечты о том, какую огромную прибыль я получу от короткой позиции в акциях S&P. Сделка показывала солидную прибыль, и я, собственно, предсказал это движение многим своим коллегам по трейдингу накануне открытия рынка. Я заметил, однако, что перестал следить за экраном и уже не так интенсивно просматриваю данные. Я больше не был в зоне и принялся грезить об успехе. Осознание этого побудило меня взять деньги со стола прежде, чем я мог их потерять, и заняться восстановлением своего равновесия. Мои фантазии стали важным маркером, позволившим мне переключить передачу.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Ваши ум и тело всегда общаются, даже когда вы молчите. Течение ваших мыслей, жестов, поз, действий, оттенков голоса, снов и фантазий создает поток информации, раскрывающей восприятие вами событий. Поэтому трейдер всегда настроен на две стороны, повернувшись одним глазом и ухом к рыночным данным, а другим глазом и ухом — к потоку личных впечатлений. Оба набора данных заключают в себе модели, которые служат маркерами изменений. Эти маркеры являются потенциальной информацией, скрывающейся среди помех, — сигналами, которые трейдер может использовать для принятия торговых решений.
С помощью простого примера проиллюстрируем взаимодействие объективных и субъективных данных в трейдинге. Некоторое время назад рынок фьючерсов S&P испытал сильный отскок после резкого снижения. Во время этого отскока я заметил, что чувствую сильную уверенность в том, что рынок готов для дальнейшего снижения. Я не мог точно определить источник этого чувства, хотя знал, что он как-то связан с нехваткой роста энергии по сравнению с предшествующим снижением. Однако
ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ПОГРЕБЕННЫЙ ЗАЖИВО! 215 214 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
я понимал, что это интуитивное ощущение не вызывалось просто надеждой на то, что рынок пойдет вниз. Причем у меня не было на рынке никакой позиции, как не было и вообще никакого желания торговать в тот день, будь то на длинной или на короткой стороне.
Я воспользовался этим случаем, чтобы тщательнее изучить поведение рынка во время отскока. И сразу же заметил, что самое низкое значение TICK, достигнутое рынком за предыдущие 10 часов, составило приблизительно -230. Это показалось мне необычным, и я предположил, что это мог быть краткосрочный сигнал перекупленности, отсюда и мое ощущение уязвимости рынка.
Затем я просмотрел исторические данные и нашел, что несколько самых недавних краткосрочных вершин рынка также следовали этой модели: минимальное 10-часовое значение TICK больше, чем -300. Я быстро послал по электронной почте информацию об этом наблюдении нескольким коллегам, двое из которых подтвердили мою гипотезу достоверными данными. Вооруженная этой информацией, наша небольшая группа провела успешный торговый день, сыграв на двузначном снижении фьючерсов S&P.
Думаю, этот пример бросает вызов обычному делению между «произвольной» и «системной» торговлей, а также поляризации интуитивных и количественных методов. Недавно на Spec List разгорелись дебаты относительно достоинств и недостатков технического анализа и «бухгалтерии». Такие дебаты, боюсь, упускают из виду смысл открытия в науке.
Как видно из моего торгового примера, субъективный опыт нередко вдохновляет гипотезу. Мое предположение о слабости рынка началось с чувства, к которому добавился описательный анализ изменения цены и значений TICK. После создания этой качественной гипотезы статистическая работа с историческими данными помогла определить, была ли гипотеза обоснованной — вела ли наблюдаемая закономерность к результатам, которые можно было посчитать произвольными, или они были действительно закономерными.
Технический анализ — удобный описательный язык для создания рыночных гипотез, так же и язык психологии помогает в передаче субъективного опыта. Если вы ищете на рынках маркеры, то их картина для вас действительно будет стоить тысячи слов, ведь она учитывает тонкости, недоступные обычному языку. Графики и модели индикаторов технического анализа могут, как рентген, отображать структуру рынка и ощущение адекватности или неадекватности этой структуры.
Но технический анализ как рентген является обычно лишь началом диагноза, а не конечной его точкой. Рентгенология может найти опухоль, но только изучение анализа крови или цитологический анализ биопсии определят окончательно, является ли опухоль злокачественной. Так и графики технического анализа могут выявить необычную модель рынка. Необходимо, однако, формальное тестирование, чтобы определить, содержит ли данная модель информацию о будущем.
Маркеры — как рынков, так и трейдеров—рождают гипотезы. Успешный трейдер проявляет по отношению к этим гипотезам одновременно и открытость, и достаточный скептицизм, чтобы требовать их обоснования. Лучший трейдинг — это искусство, поднятое до уровня науки.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ
Устойчивое внимание создает устойчивое намерение.
Субъективный опыт, как мы видели, может как портить торговлю, так и служить богатым источником рыночных гипотез. Извлечение информации из неразберихи нашего личного опыта мало чем отличается от аналогичного процесса в исследовании рынков.
В этой главе мы более глубоко изучим субъективный опыт, основываясь на нашей ключевой концепции множественных умов. Если, как утверждает научно-финансовая литература, рынки относительно эффективны, то способность обрабатывать рыночные события по-новому может быть важным аспектом поиска перспективных возможностей для торговли. Такие новые способы обработки могут включать в себя использование все более сложных математических инструментов; это неизбежно при поиске данных. Другим новым средством может стать улучшение обработки информации самим трейдером. Учась обрабатывать рыночную информацию по-новому, мы можем продуктивнее генерировать перспективные торговые гипотезы.
ШКАЛА НАСТРОЙКИ СОЗНАНИЯ
Предположим, что ваш ум является приемником, как радио в автомобиле. У этого приемника есть шкала настройки с нанесенным на ней диапазоном частот. Разные частоты соответствуют сигналам разных радиостанций. Некоторые из этих сигналов сильнее, другие слабее. Некоторые станции передают новости; другие крутят рок-музыку, или кантри, или религиозные радиопередачи. У каждой частоты есть свое содержание и свой собственный отличительный звук и стиль. В обычный день вы проводите большую часть времени, слушая одну-две любимые станции. Собственно говоря, можете сидеть на этих частотах так долго, что
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 21?
что обычные состояния сознания не могут поддерживать такие уровни активности, которые возникают вследствие изменений, происходящих, когда человек с усилием перемещается от одного места на панели настройки к другому.
Это феномен второго дыхания, который я обнаружил, используя методы, основанные на медитации. Вспомните, когда я садился совершенно неподвижно в абсолютно тихой комнате и сосредоточивал все свое внимание на каком-то предмете, мне очень быстро становилось скучно и беспокойно. Я неизменно испытывал побуждение позволить своим мыслям блуждать, телу — ерзать и вообще прервать упражнение. Если, однако, не уступал этому побуждению, происходила удивительная трансформация.
Я внезапно попадал в новое место на панели настройки сознания. Я больше не скучал и не чувствовал себя беспокойно. Более того, мне требовалось усилие, чтобы выйти из этого нового, необычно приятного состояния.
Кроме того, находясь в этом новом состоянии, я думал и чувствовал совершенно иначе. Проблемы, которые казались непреодолимыми, внезапно стали совсем незначительными. Рыночные модели, ранее ускользавшие от меня, стали выпуклыми, как барельеф. Все выглядело так, будто я сменил очки — как в эксперименте Фредрика Шиффера.
Гурджиев однажды написал, что усилия — это деньги, которые платятся за саморазвитие. Анализ Уилсона и мой личный опыт подтверждают это заключение. Сконцентрированные усилия перемещают индивидуума вдоль шкалы настройки ума. Самореализующиеся люди настолько привыкли быть погруженными в работу, — достигая статуса, который психолог Михай Чиксентмихайи назвал состоянием потока, — что обычно функционируют с очень высокой производительностью, наслаждаясь вершинным опытом, раскрывающимся усиленному воображению.
Удивительное открытие Милтона Эриксона, описанное Джеем Хейли, показало, что даже, видимо, небольшие вмешательства могут существенно перемещать людей по панели настройки сознания, позволяя им воспринимать себя и свои проблемы совершенно по-иному. Вспоминаю одну пару, много лет назад обратившуюся ко мне за психологической консультацией, будучи на грани развода. Супруги часто ссорились, нередко из-за банальных проблем. Усилия прекратить эти ссоры были неудачны. Их проблемы досаждали им тем более, что их дети уже покинули родительский дом и супругам следовало начать наслаждаться долгожданным золотым временем.
Действуя в духе Эриксона, я назначил им две задачи:
1. Пара должна была запланировать длительный совместный отпуск. Они давным-давно забросили планы путешествий из-за заботы о детях, и я указал им, что пришло время стереть пыль с этих планов. Имелось
забудете про остальную часть шкалы и пропустите то, что могли бы поймать там. Вместо этого бесконечно слушаете одну и ту же музыку, одних и тех же дикторов, одну и ту же рекламу.
Большинство людей используют относительно узкую полосу шкалы настройки сознания. Изменения в эффективной психотерапии, о которых я упоминал, представляют те случаи, когда человек перемещается от комфорта — и ограничений — в одном месте на шкале настройки к новой частоте. Цель психологического консультирования состоит в том, чтобы научить людей крутить ручки, которые переносят их с одной частоты на другую. Когда вы застреваете на какой-то частоте, совсем легко забыть о существовании самой ручки.
Современный философ-экзистенциалист Колин Уилсон ярко описывает эту дилемму в своей книге «Новые пути в психологии» (New Pathways in Psychology). Уилсон указывает, что природа наделила людей очень важным адаптивным качеством — способностью заучивать новые модели поведения настолько хорошо, что они могут выполняться автоматически, без сознательного усилия. Например, когда вы учились водить машину, вам приходилось расходовать на эту задачу значительную умственную энергию: вспоминать, где находится каждая педаль и как она действует, следить за встречным движением, оставаться в центре полосы движения. С последующей практикой эти действия стали автоматическими, позволяя вам переключать внимание на другие дела, например разговаривать за рулем.
Эта способность автоматизировать сложное поведение эволюционно адаптивна. Если бы каждое из наших действий требовало усиленной концентрации, мы бы стали быстро уставать. Как только те или иные действия становятся привычными, вы освобождаетесь, чтобы направить ресурсы на приобретение новых поведенческих моделей, все время расширяя свой репертуар.
Однако, как указывал Уилсон, способность действовать автоматически достается немалой ценой. Большую часть своей жизни вы проводите на автопилоте, не вполне осознавая, что делаете и почему. Это то самое состояние сна, которое описал Георгий Иванович Гурджиев. Вы автоматически общаетесь с друзьями и членами семьи, автоматически едете на работу, автоматически выполняете домашние дела. Фактически большую часть дня действуете, как робот: застреваете в узкой полосе диапазона сознания, не видя того, что лежит по сторонам.
Абрахам Маслоу, психолог-первопроходец, изучал вершинный опыт — те моменты, когда люди чувствуют себя наиболее живыми и здоровыми. Он нашел, что необычно творческие и производительные люди, которых он назвал «самореализующимися», проводят в состоянии вершинного опыта необычно большую часть своего времени. Уилсон заметил,
220 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
в виду, что они должны были заняться планированием маршрута поездки совместно и подробно, перебирая каждый пункт программы, выбирая для посещения самые интересные места, лучшие гостиницы, выгодные проездные тарифы и т. д. Я отметил, что как люди они уникальны и имеют различные приоритеты, поэтому, естественно, у них будут разные предпочтения по пунктам маршрута, жилью и т.д. Это, вероятно, приведет к большему, а не меньшему количеству споров. Из этой ситуации вытекала вторая задача.
2. Всякий раз, начиная спорить, они не должны были пытаться прекратить разногласия. Наоборот, должны были спорить так можно горячее. Однако при этом вести все споры в шкафу для верхней одежды, стоя на одной ноге. Это должно было стать их местом и способом ведения споров. Они ни при каких обстоятельствах не должны были спорить вне шкафа или стоя на обеих ногах.
Несмотря на некоторый скептицизм, супруги подчинились. К их удивлению, они получили удовольствие от процесса приобретения книг о путешествиях, фантазирования о поездках и планирования. И им потребовалось всего два-три спора в шкафу, чтобы прочувствовать полнейшую глупость ситуации. Очень трудно выражать негодование и защищаться, стоя в дурацкой позе в абсурдном месте. Во время последнего спора они не выдержали и рассмеялись. Они чувствовали себя крайне глупо, залезая в шкаф, вставая на одну ногу и выкрикивая свои доводы.
Хотя техника Эриксона кажется немного странной, она имеет нормальный психологический смысл. Супруги думали, что причин для споров у них не было, потому что детей в доме не стало и теперь можно делать все что хочешь. Дело, однако, обстояло с точностью до наоборот. Раньше они тратили на детей так много времени, что больше им почти не о чем было говорить. Они не могли избавиться от споров, потому что даже скверные коммуникации между ними были лучше, чем никакие.
Установив взаимодействие, направленное на достижение общей цели, и создав абсурдный контекст для споров, супруги на личном опыте узнали, что могут проводить время в компании друг друга, не тратя его на дрязги. Кроме того, изменение контекста для споров — стояние в шкафу на одной ноге — позволило каждому участнику переживать разногласия в совсем другом месте эмоциональной шкалы. Споры в немалой степени были частью программирования на общей частоте их приемников. Перейдя на другую станцию, пара смогла получить доступ к новому программированию.
Изменение контекста является одним из самых простых и вместе с тем наиболее эффективных способов перемещения по миру внутреннего вое-
приятия. Большинство людей используют различные состояния ума в зависимости от контекста, в котором находятся. Между собой супруги, как правило, используют одно умонастроение; на работе они могут быть в другом. Положение человека на панели настройки сознания в значительной степени является адаптацией к контексту, в котором он находится. Изменяя контексты, люди могут брать под контроль свои физические, эмоциональные и когнитивные состояния.
Трейдер по имени Эрик, с которым я переписывался по электронной почте, сообщил мне о странном явлении. У него было две торговые станции, одна дома, а другая в офисе. Будучи полностью занятым на работе, не связанной с рынками, он разрабатывал механические торговые системы, которые позволяли ему открывать позиции вблизи закрытия предыдущего дня и держать их в течение определенных периодов времени. Так он зарабатывал на торговле без необходимости постоянно следить за рынком.
К удивлению Эрика, начав изучать выписки со своего счета, он нашел, что результаты его торговли в офисе были намного лучше, чем дома. Это было совершенно неожиданно, потому что он использовал одни и те же системы и открывал однотипные сделки с теми же самыми акциями. Однако, тщательно изучив сделки, Эрик нашел, что дома он более отклонялся от системы, нередко опережая сигналы вместо того, чтобы следовать за ними.
Я сказал Эрику, что, возможно, дома его отвлекали и это мешало его дисциплине и результатам. Он ответил, что все было наоборот. Когда он во время торгового дня находился дома, его жена была на работе, а дети в школе, и его практически ничто не отвлекало. В таком случае домашние результаты должны были быть скорее выше.
Совершенно сбитый с толку, я попросил, чтобы Эрик позвонил мне и как можно более подробно рассказал о последних двух сделках, проведенных из дома: какие он использовал стратегии входа, как менялся курс акций, какое у него было настроение при размещении сделок, что он думал и чувствовал по мере развития сделок и т.д. Все казалось совершенно нормальным до тех пор, пока Эрик не упомянул, что время от времени он вставал с места и прогуливался вокруг дома, притом что сделка была открыта.
Я спросил Эрика, бродит ли он обычно по офису после исполнения сделки. Он ответил отрицательно. Когда я спросил почему, он рассмеялся и сказал: «О, все дело в проклятом стуле у меня дома. У меня от него спина болит. Приходится вставать и растягиваться, иначе в конце дня я буду чувствовать себя так, как будто меня узлом завязали». А в офисе, как оказалось, у Эрика было чрезвычайно удобное ортопедическое кресло.
Я расспросил Эрика о других периодах его жизни, когда ему приходилось испытывать боли в спине или подобные неприятные состояния. Он быстро вспомнил трудное время, когда, будучи учеником начальной школы, несколько месяцев провалялся в кровати из-за серьезной травмы. Его велосипед зацепил автомобиль, выезжавший на дорогу, и Эрик на большой скорости упал на землю. Он постоянно испытывал боль, а чтобы сломанные кости срослись, потребовалось наложить гипс в нескольких местах. Ему не давали играть сдрузьями и посещать школу, и он в то время чувствовал себя очень одиноко.
Я попросил Эрика выполнить простой эксперимент. Он должен был поменять стулья, принеся домашний стул в офис, а офисное кресло — к домашнему компьютеру. Эрик снова рассмеялся и отказался, говоря, что ему нужно ортопедическое кресло на работе, потому что он очень много времени проводит за своим столом. Но предложил, однако, купить такое же кресло для дома, заметив, что это давно пора было сделать.
Несколько недель спустя Эрик позвонил мне и сообщил, что эксперимент прошел успешно. Его домашняя торговля шла хорошо. Он добросовестно следовал своим торговым сигналам, сообщил он несколько загадочно, и делал деньги. Я объяснил Эрику, что это имело смысл. Когда он дома чувствовал приступ боли в спине, то активировал очень сильные, эмоционально болезненные и вредные воспоминания о том несчастном случае из детства. Он больше не торговал с кушетки, наблюдая себя и рынок с нейтральной позиции. Вместо этого погружался в некоторое, отнюдь не нейтральное, место на своей карте воспоминаний. Простого изменения контекста — где и как он сидел — было достаточно, чтобы переместить его по шкале сознания и получить совершенно другие результаты торговли.
ИЗМЕНЕНИЕ ПОВЕДЕНИЯ ПУТЕМ ИЗМЕНЕНИЯ КОНТЕКСТА
Найдите контекст, который поддерживает проблемную поведенческую модель, и измените этот контекст. Это простая формула, используемая психотерапевтами в традициях Эриксона. Удивительно, но даже пожизненные, чрезвычайно укоренившиеся модели могут быть изменены с помощью правильных изменений контекста.
Спустя несколько месяцев после того, как я начал работать в медицинском центре в Сиракузах (штат Нью-Йорк), мне позвонила директор программы профессий здравоохранения. Проблема у нее возникла
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 223 224 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
в связи с поступлением нескольких жалоб на расовые трения среди новичков: во время занятий, требовавших совместных усилий, белые студенты избегали работать с чернокожими студентами. Очевидный подтекст заключался в том, что чернокожие студенты были якобы менее квалифицированны и способны, чем их белые коллеги, поэтому могли лишь тормозить группу.
Эта тенденция к изоляции проявлялась также и на уровне общения в классе. Белые и черные студенты сидели обособленными группами и редко общались. Каждый считал, что другая группа получает несправедливые преимущества; негодование нарастало. Чтобы уменьшить напряженность, директор попросила меня поговорить со студентами о расизме. Она хотела, чтобы я побудил группировки к сотрудничеству.
Как вы, конечно, уже догадались, я очень сомневаюсь в способности таких разговоров произвести серьезные и длительные изменения в отношениях и поведении. Лекция на заданную тему, где я говорю, а студенты сидят и пассивно слушают, не сделала бы ничего, чтобы помочь им начать воспринимать друг друга по-новому. Действительно, они продолжали бы воспринимать мир так, как привыкли, поскольку действовали бы в привычном для себя студенческом контексте.
Я согласился на эту беседу, но с одним ключевым условием. Директриса должна была позволить мне устроить для группы тест по содержанию лекции и засчитать его как важную часть программы всего семестра. Она с готовностью согласилась.
Прежде чем начать читать классу лекцию, я рассказал о двух изменениях в основных правилах: 1) после окончания лекции по ее материалу будет проведен тест; 2) отметка за тест будет засчитана как полный экзаменационный балл для включения в итоговый средний балл за семестр. Затем небрежно добавил:
— О да. Совсем забыл. Мы изменим и правила оценки. Самый низкий балл, набранный одним из студентов, и будет тем баллом, который получат все. — Класс застонал, и я быстро добавил: — Но вам разрешается помогать друг другу и обмениваться ответами. Мы сделаем это групповым тестом. Если вы будете сравнивать свои ответы, это не будет считаться списыванием.
Лекция шла, как обычно, и студенты покорно писали конспекты. В конце лекции я объявил, что у них 20 минут на то, чтобы просмотреть информацию, прежде чем браться за тест.
В течение нескольких мгновений никто не двигался. Они не знали, как учиться группой. Это было совершенно новым контекстом для теста.
Затем почти одновременно студенты задвигались на своих местах и начали лихорадочно проверять ответы. Белые студенты сидели с черными студентами и наоборот. Никто не хотел стать тем, кто получит самый низкий балл и утянет за собой всю группу. В конце упражнения все достигли 100%-ного результата. Они преуспели как группа благодаря сотрудничеству. Каждый служил ресурсом для всех остальных; никто не был балластом.
Уходя, я предложил, чтобы эта форма учебы использовалась в будущем, потому что всем, очевидно, она пришлась весьма по душе. К концу семестра директор программы связалась со мной и радостно сообщила, что так и произошло. Чтобы укрепить начавшиеся изменения, она добавила в учебный план несколько групповых заданий, в которых все получали самый низкий балл, достигнутый любым отдельным студентом. Как только две группы студентов начали общаться и сотрудничать, стали завязываться дружеские отношения и появились новые модели взаимодействия. Даже самые обидчивые студенты стали сотрудничать с теми, кого они раньше отталкивали, поскольку теперь личный интерес и интересы группы совпали.
ТРАВМА И ШКАЛА НАСТРОЙКИ
Большинство методов, проиллюстрированных мною, предусматривало при введении новой поведенческой модели перенос личности человека из одной точки его шкалы настройки в другую точку. Иногда перемещение по шкале происходит спонтанно; иногда требуется хорошо подобранное по времени вмешательство.
Предположим, однако, что можно не только перемещаться в пределах шкалы сознания, но и фактически расширять ее. Что, если люди могут увеличивать чувствительность и диапазоны своих приемников так, чтобы получать доступ к другим станциям и даже программировать новые? Это, я думаю, является самой захватывающей перспективой для прикладной психологии и, в частности, для психологии трейдинга. Люди могут создавать новые модели, программируя их в определенных местах своей шкалы, и затем настраиваться на эти частоты всякий раз, когда захотят.
Такое программирование новых частот действительно происходит, но нередко в негативном ключе. Я люблю задавать слушателям моего краткого курса психотерапии — молодым специалистам в области психиатрии и психологии — следующий вопрос: «Какой метод позволяет быстрее и эффективнее всего вызвать изменение в человеке?» Начинающие психотерапевты обычно заходят в тупик, иногда предлагая наугад различные подходы к психотерапии, о которых они читали.
Ответ, объясняю им я, — травма. Травма является самым эффективным и действенным механизмом изменения. Через травму один-един- ственный сильный эмоциональный эпизод может вызвать изменения в восприятии человеком себя и окружающего мира на всю оставшуюся жизнь. Травма — исключение из правила о консолидации. Единственного события, если оно достаточно сильно, достаточно, чтобы перепрограммировать шкалу настройки. Сигнал, произведенный таким событием, настолько силен, что распространяется на другие частоты, забивая их сигналы. Фактически это пугает, травмированный человек остается со шкалой, настроенной на единственную частоту.
В своей книге «Эмоциональный мозг» (The Emotional Brain) Джозеф Леду предложил идеи, которые полезны для того, чтобы понять нейрофизиологию травмы. Большая часть воспринимаемой людьми информации проходит через их высшие когнитивные функции, выполняемые корой головного мозга. Действительно, с корой головного мозга связаны многие мыслительные и логические функции ума. Однако эпизоды, вызывающие сильное беспокойство, обходят кору и обрабатываются в более низких, более примитивных структурах, таких как мозжечковая миндалина. Миндалина тесно связана с моторными функциями и производством гормонов, вызываемых стрессом. Когда травмирующие события обходят нормальное рациональное понимание и проходят обработку в миндалине, возникает сильный имприн- тинг. Более поздние события, подобные первоначальной травме, могут вызывать такую же реакцию у миндалины, вызывая ассоциативные воспоминания и сильное возбуждение, связанные с посттравматиче- ским синдромом.
Рассмотрим простой пример. Я всегда любил водить машину и в прошлом, во время отпуска, с легкостью проводил за рулем по 15 часов. Несколько лет назад, однако, мне довелось ехать пассажиром из Сиракуз в Итаку (штат Нью-Йорк), где я тогда жил. Водитель свернул направо на местную дорогу и оказался прямо перед движущимся навстречу автомобилем. Я сидел на переднем сиденье, где, к сожалению, не работал ремень безопасности. Когда автомобили столкнулись, меня сначала бросило головой в заднее стекло, затем наша машина перевернулась. Первое, что я помню после удара, это как смотрю из окна и вижу, что с моей головы на землю капает кровь. Рядом стоит медик и рассказывает, что меня «вырезают» из машины с помощью кусачек. Затем меня осторожно погрузили на носилки и в санитарную машину с подозрениями на повреждение позвоночника.
Врачи были поражены тем, что я отделался порезом кожи головы и повреждением запястья. После того как в «скорой помощи» мне наложили несколько швов, я был как новенький. Однако в течение многих месяцев после этого не мог сидеть на пассажирском сиденье автомобиля — даже если он стоял на месте. Но прекрасно мог водить свой собственный автомобиль. А вот сидя на пассажирском месте, все время всматривался во встречные машины, особенно те, которые приближались слева — со стороны удара во время той аварии. Только после длительных повторных попыток усидеть на пассажирском месте я смог вернуть себе способность ездить пассажиром, не умирая от страха. Много лет спустя приятель подвозил меня в своей машине, мы свернули на дорогу с плотным движением, и я мгновенно застыл от страха, испытав сильнейший приступ паники. Лишь позже понял, что поворот был очень похож на то место в Итаке, с подъемом к дороге и магазином справа. Хотя после той аварии прошли годы, эмоциональная реакция была такой свежей, будто травма произошла на неделе.
Травмирующие события могут программировать такие радикально новые места на шкале настройки сознания, что люди, страдающие от посттравматического синдрома, нередко чувствуют, что в буквальном смысле теряют разум. Женщина по имени Алиса, с которой я познакомился на консультации, подверглась сексуальному нападению под угрозой смерти. Когда насильник склонился над ней с ножом в руке, она была уверена, что умрет. Алиса была не в силах остановить насилие и могла лишь закрыть глаза и постараться не реагировать на боль.
Более чем через год после нападения Алиса обратилась к психотерапевту из-за проблем в отношениях со своим другом Джимом. Нередко, когда Джим пытался начать сексуальный контакт, она вспоминала прошлое насилие. Не раз она с криком отталкивала его, несмотря на то что поощряла близость всего за несколько мгновений до этого. Джим, конечно, смущался и чувствовал, что при любом сексуальном контакте должен был буквально на цыпочках приближаться к Алисе. Постепенно отчуждение между ними нарастало, поскольку проблемы сексуальной жизни перетекали в другие аспекты их отношений, ослабляя все физические выражения привязанности.
Алиса не могла понять, почему она реагировала в такой резкой манере. Насилие случилось давным-давно, уговаривала она себя. Алиса чувствовала, что должна была забыть об этом. Однако воспоминания продолжали вмешиваться в ее жизнь самым неожиданным и разрушительным образом. Как раз перед их первой встречей со мной Джим задумал взять выходной, чтобы побыть с Алисой в ее день рождения. Когда он неожиданно заявился к ней домой с подарками, она рассердилась, что он вывалил все это на нее без предупреждения. Джим, озадаченный ее реакцией, расстроился до слез, заставив Алису чувствовать себя ужасно
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 227 228 ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА
из-за того, что она причинила боль человеку, который так очевидно заботился о ней.
— Почему я поступаю с ним так? — спросила она при нашей первой встрече.
До насилия Алиса любила секс и была известна большинству людей как девица веселая и беззаботная. По ее мнению и по мнению тех, кто знал ее хорошо, насилие изменило ее личность. Было также очевидно, что активация повторного переживания Алисой эмоционального фона насилия вызывалась множеством ситуаций. Они включали в себя не только такие очевидные ситуации, как физический контакт, но и, казалось бы, безвредные, например приятный сюрприз. Любая ситуация, в которой Алиса могла, как ей казалось, утратить контроль, служила спусковым механизмом, вызывавшим сложный набор реакций, включая страх, гнев и ненависть к самой себе.
Один из методов лечения такой проблемы заключается в том, чтобы попытаться разрушить автоматизм появления страха, постепенно и прогрессивно подвергая человека ситуациям, вызывающим страх, и одновременно отрабатывая навыки преодоления страха, создающие ощущение самоконтроля. Мы наложили запрет на любые сексуальные контакты между Алисой и Джимом и вместо этого сосредоточились на несексуальных контактах. Алиса должна была направлять Джима, сохраняя все время ситуацию под контролем, пока она заново привыкала к безопасности физического контакта. Немало поработав над случайными и чувственными прикосновениями, Алиса почувствовала себя в силах попробовать более сексуальный контакт. С каждым успешным опытом последствия травмы ослабевали, и Алиса смогла вернуть утраченную территорию на шкале настройки сознания. В один прекрасный день Джим и Алиса рука об руку вошли в мой кабинет, чтобы сообщить о своей помолвке.
Феномен травмы открывает удивительную возможность. Что, если можно было бы создать такие же сильные, как травма, положительные переживания, которые могли бы фактически расширить полосу восприятия сознания? Такие «положительные травмы» были бы сродни «корректирующему эмоциональному опыту», описанному Францем Александером и Томасом Френчем в их фундаментальной работе о психоанализе: опыту настолько доказательному и эффективному, что он мог бы изменить личность к лучшему столь же глубоко, как нападение на Алису.
Можно ли программировать и расширять ум напрямую? Могут ли люди изменять свою индивидуальность, не тратя месяцы и годы на психотерапию?
Думаю, да.
Д-Р БРЕТТ ПОЛУЧАЕТ СТРАННЫЕ ПОСЛАНИЯ
Испытывая наполовину благоговение, наполовину недоверие, я вглядывался в экран своего компьютера. Находившееся передо мной сообщение не было похоже ни на одно из ранее мной полученных. Будучи руководителем психологического консультирования студентов, я привык получать самые разнообразные электронные послания: извещения о переносе встреч, просьбы о помощи, отчеты клиентов о достигнутых результатах. Но с таким письмом я за все годы моей практики сталкивался впервые. Оно гласило следующее:
Развей совсем нестойкий ледяной холод вокруг себя. Построй лестницу ко всему, что знаешь и что можешь увидеть в новом веке. Это только начало. Нам надо так много сделать, и все это перед тобой, поэтому разведи костер, чтобы возвращаться к нему и изливать поток слов и чувство облегчения, которое живет здесь. Ты знаешь, что надо делать, это же ясно, и оно лежит перед тобой, как ковер из медвежьей шкуры с мягким мехом перед очагом. Теплота твоего ума растекается по твоему телу, создавая жар настолько сильный. что глубоко в тебе пылает огонь. Тлеющие угольки ждут со жгучим нетерпением. которое никогда не почувствовать и не услышать. Все тихо, но течение продолжается, и все хорошо. Ороси день созидателя особыми цветами один за другим. Счастливая радость может видеть грядущее.
Подписи не было, но я знал, кто прислал письмо. Но я не мог понять, зачем его прислали. Те, кто знал меня, понимали, что я был последним человеком, которого заинтересует то, «что можешь увидеть в новом веке». Больше всего я думал о своей семье, краткосрочных движениях фондового рынка и той журнальной статье или книжной главе, над которой в данный момент работал. Один из моих любимых девизов для наклейки на бампер гласит: «Забудь о мире во всем мире. Не забудь включить поворотник». Это в значительной степени отражает то, что я всегда думал о «новом веке».
Но вот строка: «Ороси день созидателя особыми цветами один за другим» встревожила меня. Она звучала неправильно.
Одно из преимуществ работы в департаменте психиатрии состоит в том, что там полно людей, готовых высказать мнения о вещах, которые кажутся неправильными. Поэтому я распечатал сообщение и показал его нескольким коллегам. Мнение было единодушным: автор, вероятно, человек умный, возможно, творческий и, скорее всего, переживающий психотический срыв.
В течение следующих нескольких дней на моем экране продолжали появляться сообщения. У всех был тот же настрой и стиль. Они
были полны ярких образов и высокопарных выражений, пересыпанных предложениями, выходившими за границы действительности. Например:
Да святятся великие во время западного света. Горя бесконтрольно, они освещают небо вспышками своего сияния из глубины, доселе неведомой. Так много лиц и мест, что они покрывают небо в надежде подготовить путь, которым мы должны пройти. Это идет прямо от сердца в чувствах, которые шепчут тебе о своей силе по вещательным диапазонам максимально громко и мощно. Живи, частица, ибо день настал. Ты видел путь, и он лежит здесь во всей своей славе с сиянием 8 завитке кукурузы. Как поймать частицу среди суматохи дня и как нам понять значение грядущего, если мы зажаты в каменной скорлупе? Это вопросы, которые разрушают твою душу и зажигают расплав западного неба. Отвергнутая сила ищет путь, лежащий глубоко внутри. Замуруй воспоминания в цементе дня. У волнующей ночи жара больше, чем у холодного дня.
Примечательно, что, когда я показывал распечатки людям, не имевшим отношение к психиатрии, реакция была неоднозначной. Некоторые полагали, что автору нужна эмоциональная помощь. Другие просто считали письма чепухой. «Удивительно, как много можно написать, не сказав ничего», — сказал один из них.
И все же я был убежден, что автор хочет что-то сказать. Сообщения были пронизаны общими темами: предвкушение будущего пути («Ты видел путь...»); сопоставление теплоты и холода; потребность оставить прошлое позади и обрести чувство силы. Кроме того, повторялись образы: вспышки света, прозрачные формы, морской прибой, небо. Это не было случайной подборкой слов или образов. Как человек-«Вулворт», автор сообщал что-то — и сообщал это мне.
Большинство моих коллег быстро посоветовали мне не отвечать на сообщения. Общее мнение сводилось к тому, что этого человека не стоит поощрять. Хотя никто не сказал прямо, но суть оценок сводилась к тому, что автор — сумасшедший. Кто знает, на что он способен? Не стоит его поощрять.
УМСТВЕННЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ
Наступили праздники, и психологическое консультирование текло вяло. Два студента уже отменили свои визиты. Это означало, что у меня будет время для эксперимента.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 231
плывающими мимо. В невыразимом предвкушении я питал надежду, что смогу раскопать с помощью этой техники какие-нибудь интересные идеи. Возможно, интуитивно распознаю будущий курс рынка или пойму смысл жизни.