ОБЩЕСТВО, КУЛЬТУРА И ЛИЧНОСТЬ В СОЦИОЛОГИЧЕСКОМ РАССМОТРЕНИИ 3 страница
По плотности стратификационные изменения делятся на единичные и групповые. В первом случае из одного слоя в другой перемещаются единицы- отдельный инженер, врач, офицер, рабочий и т.п., а в другом - целая социальная группа. Такие групповые восхождения и нисхождения случаются чаще всего во время революций, контрреволюций или других крупных трансформаций в обществе Например, до революции 1917 г. в России занимать высокое положение при императорском дворе Романовых означало иметь самый высокий социальный ранг. Ниспровержение этой династии в вихре революционных потрясений привело к социальному нисхождению связанных с нею социальных рангов. Наоборот, большевики в России до Октябрьской революции не имели общепризнанного высокого социального положения. А в результате распада КПСС и развала СССР бывший верхний слой партгос-
номенклатуры утратил свое привилегированное положение на самом верху стратификационной иерархии, зато в процессе трансформации социально-экономического строя на вершину экономической стратификации поднялись так называемые «новые русские», «новые белорусы» и др., а командные высоты в политической стратификации заняли новые политические группировки, победившие на президентских и парламентских выборах. Индивидуальные и коллективные формы восходящих и нисходящих потоков в социальной мобильности образуют сложную конфигурацию социальных перемещений, изображенную схематично на рис. 15.
Исторический опыт свидетельствует, что социальная стратификация может иметь различную внутреннюю структуру, вызванную различиями в интенсивности и всеобщности горизонтальной и вертикальной мобильности, а последние зависят от типа общества. В обществах так называемого «закрытого» типа (например, в тоталитарных системах) социальная стратификация и ее динамическое воплощение в социальной мобильности имеют пирамидальную форму. В таком типе общества на верхушке стратификационной иерархии находится узкий социальный слой (скажем, партгосноменклатура в СССР), а подавляющее большинство социальных групп - рабочие, крестьяне, интеллигенция, служащие -составляют нижние, гораздо более обширные этажи социальной пирамиды.
Общества так называемого «открытого» типа, или демократические, обладают иной формой социальной стратификации -ромбовидной. Это связано с резким возрастанием в них численности так называемого среднего класса, который, по некоторым подсчетам, составляет около 60 % населения США. Что касается Беларуси и других стран СНГ, то в настоящее время «средний класс» включает в себя примерно 18-20 % населения, хотя по мере движения общества к социально ориентированной рыночной экономике он будет неуклонно возрастать, обеспечивая стабильность такого общества и его социальной структуры. В состав формирующегося и расширяющегося «среднего класса» в нашем современном обществе входят средние и мелкие предприниматели, бизнесмены, менеджеры, научно-техническая интеллигенция и высококвалифицированные рабочие, которые в наибольшей мере заинтересованы в обеспечении социально-экономической и политической стабильности, а, следовательно, стабильности и одновременно динамичности социальной структуры.
![]() |
В переходный период, в условиях кризиса, сотрясающего постсоветские общества, обычная для нормального, бескризисного социально-экономического развития субординационная взаимосвязь компонентов стратификационного процесса нарушается, в нее внедряются элементы хаоса, дестабилизации, непредсказуемости. В результате происходит не столько реконструкция, т.е. перестраивание совершенно по-новому, сколько деконструкция - разрушение старой, по-своему стройной, стратификационной системы при неупорядоченном возникновении и развитии новой, во многом социально порочной и патологичной. Часть элементов старой стратификационной системы — рабочие, крестьяне, служащие, интеллигенция - сохраняется, но возникают новые стратифи-кационые слои, в том числе коррумпированные и паразитические. Основным стратифицирующим критерием в обществе становится масштаб присвоения собственности, а население все более отчетливо и резко стратифицируется на узкий социальный слой богатых и широкие массы бедных, даже нищенствующих, людей. В Беларуси, в частности, две трети населения существуют на грани выживания и за чертой бедности, а основные богатства сосредоточили в своих руках 2-3 % наиболее предприимчивых и ловких дельцов, сумевших разными путями присвоить непомерно большую долю прежде общественной собственности, ставшей частной. Что же входит в состав действующих в современном переходном обществе экономических критериев стратификации?
Первое по значимости место среди этих критериев, несомненно, занимает владение капиталом, приносящим прибыль. Неотъемлемые от кризисного состояния общества социально-экономические деформации приводят к тому, что наиболее прочным финансовым могуществом располагают ныне не те лица и группы, которые вкладывают капитал в производство, а те, кто действуют в банковской сфере, производя и воспроизводя в расширенных размерах ростовщический капитал. Этот узкий, привилегированный в экономическом отношении слой составляют люди, владеющие большими богатствами и в силу этого способные позволить себе все - строительство роскошных коттеджей не только на родине, но и в дальнем зарубежье; владение несколькими квартирами, ресторанами, кафе и другой недвижимостью, автомобилями иностранных марок; путешествия и отдых на побережье теплых морей; учебу своих детей в престижных и дорогостоящих университетах США, Англии, Германии и т.п.
Второй экономический критерий, характерный для переходного состояния общества, составляет причастность к процессам перераспределения общественного богатства в результате разгосударствления и приватизации собственности, ее акционирования, перекупки и т.п. В результате развертывания данного сложного и противоречивого процесса наряду с частной и общественной собственностью, в том числе и крупной, возникают такие виды негосударственной собственности, как акционерная, корпоративная, кооперативная, групповая и др. В зависимости от обладания тем или иным видом собственности, а также от масштабов подобного обладания, определяются социальный статус и социальная роль, т.е. основные стратифицирующие характеристики индивида или социальной группы. Этот слой более широкий по своему составу, а также более разнообразный по своим имущественным, возрастным, социокультурным признакам, чем только что нами описанный. Наряду с богатыми и очень богатыми людьми в нем представлены и люди сравнительно небогатые. При всем разнообразии социальных черт, отличающих их друг от друга, объединяются они в одну социальную группу именно тем, что сумели в довольно сжатые сроки, благодаря предприимчивости, связям, готовности идти на риск и т.п., использовать процессы разгосударствления и приватизации в целях приобретения большего или меньшего стартового капитала для перехода в социальный слой предпринимателей. Верхняя, наиболее могущественная в финансовом отношении часть этого слоя, представляющая из себя хорошо видимую верхушку предпринимательского айсберга (так называемые «новые русские», «новые белорусы»), по своему социальному статусу практически смыкается с верхушкой наиболее удачливых дельцов, сумевших быстро нажить ростовщический капитал в условиях развала прежней экономической системы и появления широких возможностей для финансовых махинаций в период политического и экономического безвременья в Беларуси в 1992-1994 гг. Вершину предпринимательской и политической элиты подпирает совсем не отказавшаяся от стремления забраться на эгу вершину более многочисленная и разношерстная в социально-экономическом и политическом отношении группа предприимчивых людей, хорошо и с выгодой для себя ориентирующаяся в быстро изменяющихся условиях с трудностями и сложностями складывающихся рыночных отношений. Средний возраст этой группы гораздо меньший, чем предыдущий (35 лет против 50), что дает ей серьезные шансы
на продвижение к желанной цели в более или менее близкой перспективе. Однако такое продвижение, связанное со сменой экономических и политических эли г, не может в кризисном обществе осуществляться бескризисно, безболезненно и бесконфликтно.
Еще одним значительным критерием стратификационной дифференциации в современном постсоветском обществе является уровень личного дохода и потребления. Расхождения между высшими и низшими уровнями доходов в обществе, осуществляющем переход к рыночной экономике, не только весьма существенны, но и все более возрастают.
В 1990 г. доля доходов, полученных от официально не учитываемой тогда предпринимательской деятельности, составляла менее 2 % во всем объеме доходов, полученных населением Беларуси, а в 1999 г. она возросла в 6 раз и превысила 12 %. При этом следует учесть, что за те же годы общее падение реальных доходов населения республики в целом (без учета его имущественной дифференциации) превысило 44%, т.е. произошло фактическое снижение их почти вдвое. В 1990 г доля населения республики, имеющего доход на уровне минимального потребительского бюджета, составила всего 3 %, а в 1999 г. она возросла до 80 %. Одновременно отношение среднего дохода 10% наиболее богатых семей к среднему доходу 10 % самых бедных семей возросло с 3 раз в 1990 г. до 9,8 раз в 1999 г.
Происходит массовое обнищание населения республики за счет размывания средних слоев и сближения их в имущественном отношении с беднейшими группами населения. Наряду с немногочисленной, исчисляемой примерно в 3 %, группой так называемых «новых белорусов», появились «новые бедняки», - те, кто раньше никогда не относился к этой социальной группе, в том числе работники сферы культуры, учителя, врачи. Перемещение больших групп населения из высоко- и среднеобеспеченных в малообеспеченные, отождествляемые с понятием «бедных», привело к нарастанию обеспокоенности не только отдельных индивидов, но и целых их социальных общностей многими, в том числе и наиболее важными сторонами их повседневной жизнедеятельности. В ходе опроса, проведенного в 1999 г., выяснилось, что более 2/3 респондентов- 67,7% из 1209 опрошенных- в наибольшей степени обеспокоены низким уровнем доходов, а каждый третий встревожен социальной незащищенностью. Менее половины квалифицируют материальное положение семей как удовлетворительное, толь-190
ко 8,7 % - как хорошее, а 42,2 % - как плохое. Чрезмерно большое количество респондентов (69,9 %) считают, что они вправе рассчитывать на материальную помощь. Конечно, в последнем случае сказывается живучесть в нашем обществе отживших свой век патерналистских иллюзий («государство поможет»), но нельзя не видеть за этой картиной широко распространенных ожиданий и реальной проблемы - резкого снижения уровня доходов, перехода не отдельных граждан, как это было в советское время, а довольно широких слоев за черту бедности.
Проблема бедности, хотим мы это признать или не хотим, становится весьма актуальной в нашем обществе, осуществляющем сложный переход к рыночной экономике, тем более, как это было заявлено во всех программах, - к социально ориентированной рыночной экономике Представить всю масштабность и драматизм этой проблемы можно, лишь сопоставив уровень сегодняшней бедности с тем, что было в дореформенное время (отметим в скобках, что уровень бедности определяется как процент людей с денежными и натуральными доходами ниже черты бедности, которая, учитывая возраст человека, число и демографическую характеристику людей, живущих в доме, определяется как минимальный доход, необходимый для сносного существования, основанного на минимально необходимой «потребительской корзине»). До развала СССР бедность в Беларуси, являвшейся одной из наиболее экономически развитых республик страны, не превышала 1 % по отношению к общей численности населения, а в 1999 г. она превысила, по официальным данным, 36 %, а в реальности, по-видимому, достигла значительно больших размеров.
В постсоветском обществе существенно расширяется сегь критериев стратификационной динамики. Наряду с издавна действующими экономическими, политическими, социокультурными факторами приобретают критериальный статус факторы «теневые» (нелегальный бизнес, прес1упность) и маргинализационные Если первые из них подталкивают преуспевающих в соответствующих сферах деятельности индивидов к верхним ступеням имущественной и социально-статусной лестницы, то вторые, наоборот, сталкивают не адаптировавшихся к новым социально-экономическим условиям людей на социальное «дно».
Обобщение статистических материалов и данных социологических исследований позволяет сделать вывод, что реальное
19J
распределение населения Беларуси по различным группам, различающимся имущественным положением выглядит следующим образом:
1) богатые люди, составляющие примерно 1,5 % от общего
количество населения;
2) состоятельные, могущие позволить многие дорогостоя
щие покупки, совершать путешествия, отдыхать в дорогих санато
риях и т.п. (5-6 %);
3) обеспеченные (8-9 %) ощущают ограничения при приобре
тении дорогостоящих вещей типа автомашины или компьютера, по
сещении ресторанов, осуществлении зарубежных путешествий и т.п.;
А) среднеобеспеченные (около 14%) характеризуются гем, что у них начинают появляться свободные деньги и в соответствии с приоритетами семьи возрастает вариативность денежных затрат, приходится делать выбор: либо бытовая техника, либо добротная одежда, либо хорошее питание, но очень редко и то, и другое, и третье разом;
5) малообеспеченные (примерно 17%) не могут купить бы
товую и иную дорогостоящую технику или позволить себе приоб
рести деликатесы. Они ощущают серьезные затруднения при по
купке одежды, посещении театров, концертов, кинотеатров и т.п.;
6) бедные (примерно 46 %) только изредка могут себе позво
лить покупать мясо, фрукты, одежду; они не в состоянии оплачи
вать учебу детей, посещать театры, кафе и т.п.;
1) нищие (7 %) - находятся на грани выживания, не в состоянии покупать мясо, сладости, новую одежду для детей, а тем более для себя; часто живут за счет подаяния, нередко становятся частыми посетителями помоек.
Эта социоструктурная иерархия, воплощающая в себе имущественное расслоение населения, взаимодействует с иерархической структурой, построенной по социально-статусным критериям. Их субординационный ряд приобретает такой вид:
1) на вершине стратификационной пирамиды находится
высший слой - новая элита, в состав которой входят богатые пред
приниматели (владельцы банков, частных крупных фирм и др.),
высшие должностные лица в ранге министра и выше. Это факти
чески новая буржуазия и высшая государственная бюрократия;
2) высший средний спой- средние и мелкие предпринимате
ли, директорский корпус, популярные художники, артисты, теле-
комментаторы, крупные ученые, владельцы частных больниц, стоматологических кабинетов и др.;
3) средний средний слой - профессура, врачи и юристы, име
ющие частную практику, руководители отделов (служб) крупных,
эффективно работающих предприятий, старшие офицеры и др.;
4) низший средний слой - учителя, линейные (рядовые) ин
женеры, работники учреждений культуры, младшие офицеры, ква
лифицированные рабочие и т.п.;
5) низший слой- малоквалифицированные рабочие, крестья
не, служащие, сержантский состав вооруженных сил и правоохра
нительных органов и др.;
6) паразитические слои — мафиозные группы, рэкетиры, гра
бители, вымогатели, участники бандитских формирований, колду
ны, гадалки, проститутки и т.п.;
7) маргинальные слои — опустившиеся на социальное дно из
различных социальных групп нищие, бомжи, беженцы, вынужден
ные переселенцы, беспризорные подростки и т.п.
Выделенные семь ступеней в каждой из рассмотренных иерархий социокультурной дифференциации не всегда совпадают с соответствующим уровнем другой иерархии, а это еще более усложняет динамику социальной структуры современного постсоветского общества, делает непредсказуемыми возможные ее изменения.
В большинстве случаев верхние ступени социально-имущественной иерархии совпадают с верхними ступенями социально-статусной стратификации (богатые люди, как правило, относятся, к высшему социальному слою), а низшие - бедные и нищие - с низшими социально-статусными слоями - маргинальными. Однако такое совпадение происходит не всегда, вследствие чего выделенные семь ступеней в каждой из рассматриваемых матриц не в полном своем объеме коррелируют с соответствующими уровнями другой матрицы, а это еще более усложняет динамику социальной структуры современного постсоветского общества, вносит в нее элементы нелинейности, хаотичности, непредсказуемости. И все же, если изобразить проанализированные тенденции социально-стратификационных трансформаций в схематичном виде, то две сочлененные матрицы (А и В) с их семеричными градациями примут вид, изображенный на рис. 16.
7 Зак 2030
![]() |
Кроме названных критериев стратификационной динамики в современном обществе важное значение имеют и социокультурные индикаторы социальной стратификации. К наиболее важным социокультурным критериям структурной дифференциации в современном обществе относятся:
1) этнонационалъные (дифференциация на белорусов, рус
ских, украинцев, поляков, литовцев, евреев, татар и т.п.);
2) мировоззренческие (верующие, неверующие, колеблю
щиеся между верой и неверием, атеисты);
3) религиозно-конфессиональные (православные, католики,
протестанты, мусульмане и др.);
4) образовательные (лица с высшим, средним, неполным
средним образованием и др.);
5) духовно-культурные (поборники народной, элитарной, мас
совой культуры, субкультуры, псевдокультуры, контркультуры);
6) идейно-почитические (приверженцы либерально-демокра
тической, коммунистической, праворадикалистской идеологии и
т.п.);
7) ценностноориенпищиоиные (приверженцы религиозной,
внерелигиозной морали, нравственного релятивизма, аморализма
и т.п.)
Эти семь индикаторов находятся в еще более сложной и противоречивой взаимосвязи как между собой, так и с каждым из стратификационных критериев прежде рассмотренных двух иерархий — имущественной и социально-статусной, а многомерность их взаимосвязей, разумеется, в упрощенном, схематизированном виде, воплощена в рис. 17 Многообразие взаимопересекающихся связей и взаимодействий трех выделенных групп индикаторов предопределяет сложную, неустойчивую, развивающуюся по принципам нелинейности панораму социально-стратификационных изменений в современном постсоветском белорусском и российском обществе. Упорядочить эти изменения, вывести их из хаотического состояния и придать черты гармоничности возможно только на путях реализации идеи обеспечения динамичного и устойчивого развития общества, формирования в нем подлинно социального правового государства, создающего не только предпосылки, но и политические, экономические, правовые, социальные гарантии обеспечения благополучия, высокого социального и духовного развития личности в стратификационно-структурном пространстве общества.
![]() |
2. Бабосов Е.М. Беларусь после «Беловежского развода». Как и почему
происходит расслоение нашего общества //Беларуская думка. 1996. № 1.
3. Беляева Л.А. Средний класс российского общества: проблемы обретения
социального статуса //Социологические исследования. 1993. № 10.
4. Блау П.М. Различные точки зрения на социальную структуру и их об
щий знаменатель //Американская социологическая мысль. Тексты.
М, 1996.
5. Гидденс Э. Социология. Гл 7. М., 1999.
6. Кули Ч. Первичные группы //Американская социологическая мысль.
Тексты. М., 1996.
7. Комаров М.С. Введение в социологию. Гл. IV. М., 1994.
8. Кравченко А.И. Социология Разд. IV. Социальная структура и стра
тификация. М., 2001.
9. Мертон Р.К. Социальная теория и социальная структура //Социоло
гические исследования. 1992. № 2.
10. Парсонс Т Функциональная теория изменения //Американская со
циологическая мысль. Тексты. М., 1996.
11. Попова И.П. Новые маргинальные группы в российском обществе
//Социологические исследования. 1999. № 7.
12. Смелзер Н. Социология. Гл. 3. Разд. 1. Социальная структура. М., 1994.
13. Сорокин П. Социальная и культурная мобильность. Разделы: «Соци
альная стратификация», «Экономическая стратификация», «Полити
ческая стратификация», «Профессиональная стратификация», «Соци
альная мобильность, ее формы и флуктуации» //Человек, цивилиза-
( ция, общество. М., 1992.
14. Тихонова Н.Е. На пути к новой стратификации российского общест
ва//Социологические исследования. 1998. № 3.
15. Фролов С.С. Социология. Гл. 13. М, 1996.
16. Щепаньский Я. Элементарные понятия социологии. М., 1969.
Глава 16. СОЦИАЛЬНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ОБЩЕСТВА
Все явления и процессы в обществе протекают в определенном социальном пространстве. Одной из основных характеристик структурирования общества является его территориально-пространственная организация. Люди и социальные группы дифференцируются в обществе не только по их социальному статусу и социальной дистанции между этими статусами, но и по отношению к определенной территории. Для их социального положения и социального самочувствия существенное значение имеет, живут ли они
в большом или малом городе, в городе или деревне, на Западе или Юге страны. Следовательно, люди различно взаимодействуют между собой, а также с определенными видами материального и духовного производства, с явлениями культуры, образования, здравоохранения, быта в определенных социально-территориальных общностях — в городе, деревне, регионе и т.п. Вот эта структурированность повседневной жизнедеятельности людей в пределах какой-то общей им территории и фиксируется в социологическом понятии «социально-территориальная общность (или структура)».
Социально-территориальная структура общества составляет своеобразную социальную сеть, каждая ячейка которой (тот или иной тип поселения - город, деревня, поселок и проживающая в нем общность) предстает в качестве своеобразного микрокосма общества в целом. В этой сети органически взаимопереплетены две составляющие. Первая из них- город, деревня, регион и т.п., представляющая собой герриториально-предметную совокупность жилищ, транспортных и иных коммуникаций, — является непосредственной пространственной средой .жизнедеятельности индивидов и социальных групп Вторую составляет население определенной территориальной структуры, образующее социальную общность, которая оказывается непосредственной социальной средой формирования, развития и повседневной жизнедеятельности индивидов.
Население определенной территориально-поселенческой структуры называется поселенческой общностью. Поселенческая общность - это совокупность людей, которые имеют общее постоянное место жительства, зависят друг от друга в повседневной жизни и осуществляют разнообразные виды деятельности для удовлетворения своих экономических, социальных и культурных потребностей.
При этом необходимо иметь в виду, что каждая территориально-поселенческая структура отличается от простой суммы множества составляющих ее независимых или связанных друг с другом домов и проживающих в них людей. Организуясь в некое целостное образование (деревня, город), эти дома, другие сооружения, транспортные коммуникации, средства связи и т.п., а также пользующиеся всем этим люди, — предстают уже не просто как сумма независимых друг от друга частей, а в качестве своего рода самостоятельного социального организма, приобретающего свойства целостности, не сводимой к сумме составляющих ее частей.
Характерной особенностью поведения индивида по отношению к социально-территориальной общности (поселению) становится относительное, продолжающееся более или менее длительное время (а иногда и всю жизнь) закрепление за местом жительства Закрепленность человека за поселением означает, что удовлетворение потребностей и интересов (в труде, общении, материальных и духовных благах и т.п.), а стало быть, и возможности развития его во многом обусловлены обстоятельствами его жизни в поселении. Поэтому определенная поселенческая структура выступает в качестве непосредственной среды жизнедеятельности человека. Существующая же в данном поселении совокупность условий трудовой деятельности, учебы, культуры, быта и г.п. самым прямым образом определяв! меру возможностей социального развития индивида. В отличие от школы, университета, завода и т.п., которые правомерно назвать цокольной средой, поселенческая структура (город, деревня, регион) является целостной средой жизнедеятельности и развития человека.
Существующие в обществе различия в возможностях социального развития людей в решающей степени предопределяются различиями в условиях и возможностях соответствующих социально-территориальных общностей. Основная ось неоднородности, неодинаковости таких условий и возможностей проходит по линии сопоставления: крупный город— малый город- деревня. К тому же надо иметь в виду, что социокультурные различия между крупным и малым городом остаются подчас более существенными, чем между малым городом и деревней. Одним из прямых и очевидных подтверждений более благоприятных условий жизни в крупных городах следует считать более высокий уровень миграции в эти города
Следует отметить, что более устойчивым притоком мигрантов отличаются города так называемого многофункционального профиля, характеризующиеся более разносторонним и гармоничным развитием своей градообразующей базы, т.е. наличием не только развитого производства, но и культуры, образования, быта и т.п. В социологии принято различать градообразующую базу и градообслуживающую сферу жизнедеятельности городской поселенческой структуры. К числу градообразующих факторов относят: промышленность, транспорт, связь, учреждения науки, культуры, образования. С точки зрения социологии эта система показывает, что может город предоставить индивиду и обществу отно-
сительно наличия рабочих мест, видов приложения труда, квалификации кадров, их подготовки, культурного развития и отдыха. Градообслуживающая же сфера имеет целью обеспечить достойное и благоприятное для жизни людей обслуживание их потребностей и интересов, включая разветвленность и качество учреждений торговли, бытового обслуживания, транспорта, внутригородской и междугородней связи, наличия условий для воспитания и обучения детей и подростков (детские ясли, сады, школы, клубы и др.), для организации полноценного и культурного отдыха и духовного развития личности (театры, музеи, библиотеки, концертные залы, кинотеатры, стадионы, бассейны и т.п.). Чем более гармонизированы градообразующие и градообслуживающие факторы, тем более многофункциональным становится город как специфическая поселенческая структура; тем более привлекательным и притягательным становится он для проживания людей.
Город представляет собой такую территориально-поселенческую структуру, которая обеспечивает все этапы и все стороны жизнедеятельности человека. Город охватывает такие существенные для жизнедеятельности компоненты повседневного бытия человека, как труд, потребление материальных и духовных благ, образование и воспитание, охрана здоровья, подготовка кадров, социальное обеспечение, охрана общественного порядка, рекреация, общественно-политическая и социокультурная деятельность. Если на работе, будь это завод, больница, торговая фирма, банк и т.п., человек проводит примерно одну треть суток в периоде от 18 до 60 лет, то в определенной поселенческой структуре, в частности, в городе, он проводит все время суток и почти всю свою жизнь — от родильного дома до гробовой доски. Поэтому-то в социологии в качестве очень важного структурного компонента жизнедеятельности личности и общества выделяется поселенческая структура, в том числе наиболее развитый и многофункциональный ее тип — город.
Условия жизнедеятельности населения в той или иной поселенческой структуре определяют возможности социального развития человека. Они подразделяются на два типа.