Глава 9. С той секунды, когда Асуна увидела эту громадную больницу, ее не покидало предчувствие, что Юки чем-то серьезно больна

С той секунды, когда Асуна увидела эту громадную больницу, ее не покидало предчувствие, что Юки чем-то серьезно больна. И несмотря на это, когда она услышала название болезни из уст врача, у нее перехватило дыхание. Она стояла, словно окаменев, и смотрела сквозь стекло на лежащую в постели Юки.

В голове билась мысль: неужели это правда? Юки, которая сильнее, чем кто-либо, энергичнее, чем кто-либо, – лежит сейчас в окружении медицинских аппаратов. И разум, и чувства Асуны просто отторгали это.

Я же ничего не знала и не пыталась узнать, какая же я дура! – так кричал голос внутри нее. Те слезы, которые выступили на глазах Юки перед тем, как она исчезла, – это…

– Правда, СПИД сейчас не так страшен, как думает большинство людей, – размеренным голосом произнес доктор Курахаси, глядя на пригвожденную к месту Асуну. – Даже если человек заражен ВИЧ, при своевременном начале лечения вирус СПИДа можно сдерживать в течение десяти, иногда даже двадцати лет. Если принимать лекарства и следить за здоровьем, в наше время можно жить так, как если бы инфекции не было.

С еле слышным звуком доктор сел на стул перед панелью управления, потом продолжил.

– …Однако неоспоримый факт – что шансы новорожденных прожить пять лет после заражения ВИЧ намного ниже, чем у взрослых. Когда мать Юки-кун узнала, что вся семья заражена, она даже хотела убить себя и всю семью. Однако она с юности была христианкой; с помощью религии и своего отца она сумела преодолеть начальный кризис, и вся семья начала бороться с болезнью.

– Бороться… с болезнью…

– Да. С самого рождения, чтобы выжить, Юки-кун должна была бороться с вирусом. Когда она, еще совсем маленькая, преодолела самую критическую фазу, она смогла дальше расти нормально и даже поступила в начальную школу. Маленькому ребенку очень трудно регулярно принимать большое количество лекарств. Кроме того, ингибиторы обратной транскриптазы – лекарства с очень тяжелыми побочными эффектами. Однако Юки-кун твердо верила, что когда-нибудь она выздоровеет, и продолжала сражаться. Она усердно училась и, похоже, в начальной школе была по оценкам одной из первых. Я видел ее фотографии тех времен; у нее было много друзей и такая прекрасная улыбка…

Доктор сделал паузу; Асуна услышала, как он вздохнул.

– …В школе не знали, что Юки-кун – ВИЧ-носитель. Как и следовало ожидать. Диспансеризации, проводимые в школах и на предприятиях, не включают в себя проверку крови на ВИЧ. Однако… когда Юки-кун училась в четвертом классе, несколько родителей ее одноклассников каким-то образом узнали, что она носитель. Слухи сразу поползли… Закон требует, чтобы носителей не подвергали дискриминации лишь потому, что они заражены ВИЧ. Однако печальная истина в том, что не все дети добры… сперва начались протесты против того, чтобы она ходила в школу, и всякие шуточки – звонки, письма, ну и так далее. Ее родители старались как могли, но в конечном итоге им пришлось переехать, и Юки-кун перешла в другую школу.

– …

Асуна была уже не в силах реагировать. Она могла лишь выпрямить спину и вслушиваться в слова доктора.

– И хотя Юки-кун продолжала стараться и каждый день ходила в новую школу… самое жестокое то, что… тогда у нее началось. Количество лимфоцитов типа CD начало резко снижаться – индикатор ослабления иммунной системы. Иными словами… вирус СПИДа начал действовать. Я всегда считал и считаю, что именно из-за злых слов учителей и родителей учеников в предыдущей школе она и заболела.

Молодой доктор старался говорить спокойно, но звук учащенного дыхания выдавал его эмоции.

– …Когда иммунная система ослабла, она стала с легкостью заражаться вирусами и бактериями, с которыми прежде успешно справлялась. Так называемые оппортунистические инфекции. Когда Юки-кун заразилась болезнью под названием «пневмоцистная пневмония», ее госпитализировали сюда – это было три с половиной года назад. Юки-кун продолжала сохранять оптимизм. Она всегда улыбалась и не уставала повторять: «Я ни за что не проиграю болезни». Она никогда не ворчала, даже во время болезненных анализов. Однако…

Снова повисла пауза; похоже, доктор встал и начал ходить.

– …И в больнице, и внутри самого пациента всегда множество бактерий и вирусов. Когда вирус СПИДа начинает действовать, все, что мы можем, – лечить симптомы оппортунистических инфекций. После пневмонии у Юки-кун развился кандидоз горла… Как раз тогда общество потрясло происшествие с нейрошлемами. Ходили даже разговоры о том, чтобы запретить технологию Полного погружения вообще. Однако государство и некоторые производители как раз завершили разработку медицинской версии нейрошлема… первого экспериментального Медикубоида. Машина была доставлена сюда, в эту больницу, для клинических испытаний. Но, хоть это был и эксперимент, изначально эта машина была тем самым страшным нейрошлемом, и никто не знал, что будет с мозгом, если увеличить плотность электрических сигналов на долгое время. В таких условиях очень трудно было найти добровольцев, желающих помочь в эксперименте. Как только я об этом узнал… я предложил Юки-кун и ее семье…

Асуна ожидала, когда доктор продолжит, глядя на лежащую в постели Юки и на белый кубический предмет, словно проглотивший ее голову.

В глубине мозга Асуны все задубело от холода, но сознание металось, отчаянно пытаясь оттолкнуть эту реальность.

Судя по внешнему виду, Медикубоид был развитием не Амусферы, а нейрошлема. Асуна привыкла к Амусфере, но вполне могла представить себе чистое чувство виртуального мира, создаваемое нейрошлемом. В Амусфере было втрое, вчетверо больше разнообразных предохранителей, которые появились после происшествия с SAO, но в плане качества создаваемый ею виртуальный мир был несравним с тем, что делало устройство первого поколения.

Медикубоид содержал намного больше генераторов электромагнитных импульсов, чем нейрошлем, и позволял полностью устранить ощущение собственного тела; да и процессор там стоял гораздо мощнее, чем в Амусфере – короче говоря, тем невероятным способностям, которые Юки показывала в Альвхейме, она была обязана высочайшим характеристикам этой машины?

Такая мысль посетила Асуну на мгновение, но тут же девушка от нее отказалась. Потрясающее искусство обращения с мечом, которое демонстрировала Юки, намного превосходило то, что могла дать машина. По уровню таланта сражения на мечах Юки была наравне с Кирито, а может, и превосходила его.

Насколько Асуна знала, Кирито был так силен, потому что за те два года, что они были заточены в SAO, он провел в сражениях на переднем крае больше времени, чем кто бы то ни было еще. Если так и есть, то сколько же времени Юки провела в мире, созданном Медикубоидом…

– Как вы можете видеть, Медикубоид – очень тонкое устройство.

Доктор Курахаси, молчавший какое-то время, вновь заговорил.

– Как видите, экспериментальная модель Медикубоида требует тщательного и деликатного ухода. Иными словами, она должна находиться в месте, где воздух свободен от пыли, бактерий и вирусов. Если пациент выражает желание переселиться в стерильную комнату, это резко снижает риск инфекций. Именно поэтому я предложил Юки-кун и ее семье согласиться на этот эксперимент.

– …

– Однако я даже сейчас не уверен, было ли это решение лучшим для Юки-кун. Когда имеешь дело со СПИДом, важную роль играет такая вещь, как «качество жизни». Назначая лечение, врач обязан стремиться сохранять качество жизни пациента на максимально возможном уровне. С этой точки зрения, с точки зрения качества жизни, доброволец, согласившийся на участие в эксперименте, оказывается не в лучшем положении. Она не может покинуть стерильный бокс, не может ни с кем общаться. Мое предложение действительно сильно обеспокоило и Юки-кун, и ее родителей. Однако, возможно, надежда на неизвестный ей виртуальный мир побудила Юки-кун принять решение… она согласилась участвовать в эксперименте и вошла в эту комнату. С тех пор Юки-кун была подключена к Медикубоиду постоянно.

– Постоянно… это значит?..

– Ровно то, что я сказал. Юки-кун почти никогда не возвращалась в реальный мир. Точнее сказать – просто не могла. В хосписах мы используем морфий, чтобы понизить боль пациентов. В случае Юки-кун мы заменили морфий Медикубоидом с его функцией блокировки чувствительности… Она посещала виртуальные миры все время, за исключением нескольких часов ежедневно, когда мы собирали данные. Разумеется, и я с ней беседовал в том мире.

– Другими словами… она проводит в полном погружении двадцать четыре часа в сутки?.. Сколько же времени она так живет?..

– Около трех лет.

От этого простого ответа доктора Асуна лишилась дара речи.

До сегодняшнего дня Асуна считала, что самый большой опыт Полного погружения среди пользователей Амусферы по всему миру был у игроков в SAO, в том числе у нее самой. Теперь она поняла, что ошибалась. Худая девушка, лежащая на кровати совсем рядом, была истинной путешественницей по виртуальным мирам. Вот почему Юки стала так сильна.

«Ты уже живешь в этом мире?» – так Кирито спросил Юки. Должно быть, за время их короткого поединка он почувствовал, что Юки похожа на него в каком-то смысле.

Асуна вдруг осознала, что ее заполняет новое чувство. Это как если бы она стояла перед мечником, намного превосходящим ее, и предлагала ему свой любимый клинок. Она закрыла глаза и опустила голову.

После секундного молчания Асуна посмотрела на доктора Курахаси.

– Спасибо, что позволили мне увидеть Юки… с ней ведь будет все хорошо, если она и дальше будет здесь оставаться, правда? Она может и дальше путешествовать по тем мирам, правда?..

Доктор, однако, не ответил Асуне прямо. Он сел на стул перед панелью управления, сцепил руки на коленях и устремил на Асуну серьезный взгляд.

– ….Даже в стерильной комнате невозможно избавиться от бактерий и вирусов, которые уже были в ее теле. По мере ослабления иммунной системы они размножаются. Сейчас Юки-кун заражена цитомегаловирусом и нетуберкулезной микобактерией и почти полностью потеряла зрение. ВИЧ вызвал энцефалит, который тоже ухудшается; думаю, она уже не способна самостоятельно передвигаться.

– …

– Она заражена ВИЧ уже более пятнадцати лет… и три с половиной года больна СПИДом. Сейчас Юки-кун в терминальном состоянии. И она об этом знает. Полагаю, теперь вы понимаете, почему она исчезла у вас на глазах.

– Как же… как же так…

Асуна распахнула глаза и тихонько покачала головой. Однако игнорировать то, что она только что услышала, было уже невозможно.

Юки всегда колебалась, раздумывая, следует ли ей быть с Асуной, – потому что она действительно заботилась об Асуне. Она оттолкнула Асуну, чтобы не причинить ей боль в тот день, когда она уйдет навсегда. Да нет, не только Юки. Сиуне и остальные «Спящие рыцари» все понимали, потому и держали себя так непонятно.

Но Асуна всего этого не замечала и даже не пыталась подумать. Она лишь продолжала причинять Юки боль. При воспоминании о слезах, выступивших на глазах у Юки в Железном дворце перед тем, как она разлогинилась, у Асуны защемило сердце.

Внезапно ей кое-что пришло в голову, и она подняла глаза на доктора.

– Скажите… доктор, а у Юки есть старшая сестра?..

Доктор нахмурился, словно пораженный столь неожиданным вопросом; помедлив немного, он кивнул.

– …Это не имеет отношения к самой Юки-кун, поэтому я не стал говорить… да, у нее была старшая сестра-близнец. Из-за этого и пришлось делать кесарево сечение, которое привело к трагедии.

Помолчав немного, будто копаясь в памяти, доктор затем добавил:

– Ее сестру звали Айко, она тоже была в нашей больнице. Сестры были очень разные… старшая – очень улыбчивая, и всегда молча оберегала энергичную Юки-кун. А, да… она была немного похожа на вас внешне…



Почему прошедшее время? Так прошептал голос внутри Асуны, и она взглянула на доктора. И доктор, словно услышав этот голос, добавил:

– Родители Юки-кун… скончались два года назад, а ее сестра – год назад.

 

Все, что, как казалось Асуне, она «должна понять», разом потеряло значение.

В том мире Асуна много раз видела, как люди умирают, и сама неоднократно была на волосок от смерти. И потому ей казалось, что она понимает значение «жизни» и «смерти». Она знала, что, сколько бы ни старалась, того, что происходит у нее на глазах, уже не изменить.

Она была знакома с Юки всего лишь несколько дней, но, узнав о ее прошлом и о ее нынешнем положении, все равно не могла принять это как данность; ей оставалось лишь прижиматься всем телом к толстому стеклу. Само значение термина «реальность» словно заржавело и расплылось, а потом и вовсе рассыпалось. Асуна опустила голову и ткнулась лбом в холодную как лед поверхность.

«Я уже так много сражалась, и что плохого, что теперь мне хочется чуточку счастья?» Эта мысль постоянно возникала у Асуны в голове; вот почему она боялась перемен, не решалась спорить с другими и могла лишь находить различные оправдания своей трусости и молчанию.

Но Юки сражалась с самого рождения. Она неустанно боролась с жестокой реальностью, пытающейся отобрать у нее все. Даже зная, что конец близок, она все равно могла улыбаться так ослепительно.

Асуна зажмурила глаза и молча, из самой глубины сердца прокричала путешествующей сейчас по каким-то далеким мирам Юки:

«Дай мне еще повидаться с тобой! Еще хоть раз!»

Теперь-то, когда они встретятся, они будут говорить долго. Юки сказала как-то, что есть вопросы, которые приходится решать силой, иначе противник просто не поймет. Если Асуна не сможет стряхнуть всю свою слабость, весь свой груз, ради того, чтобы поговорить с Юки, этот разговор и смысла иметь не будет.

Асуна почувствовала теплую жидкость возле глаз. Она положила правую руку на стекло и нажала ладонью, словно искала на этой скользкой поверхности какое-то место, где ощущение было бы другим.

И вдруг откуда-то донесся мягкий голос.

«Не плачь, Асуна».

Пораженная Асуна быстро подняла голову. Стряхнув капли с ресниц, она во все глаза уставилась на лежащую в кровати Юки. Маленькая фигурка все так же лежала, ничего не изменилось. Машина, покрывающая ее лицо, тоже осталась прежней. Только синий огонек загорелся на мониторе прямо напротив стекла. И слова на экране стали другими – теперь там было написано «Пользователь говорит».

– Юки?.. – пробормотала Асуна, а потом дрожащим, но звонким голосом повторила: – Юки? Ты там?

Ответ пришел мгновенно. Похоже, голос шел из динамика на стене.

«Ага. Хоть и через камеру, но я тебя вижу, Асуна. Фантастика… ты точно такая же, как в игре. Спасибо… что пришла меня навестить».

– …Юки… я… я…

Асуна хотела сказать что-нибудь, но не знала, что говорить. Неописуемое чувство тревоги стиснуло ей грудь.

Но прежде чем она что-либо произнесла, голос сверху раздался вновь.

«Доктор, пожалуйста, разрешите Асуне воспользоваться соседней комнатой».

– Ээ…

Асуна озадаченно обернулась; доктор Курахаси сидел с серьезным видом и словно раздумывал над чем-то. Впрочем, тут же на его лице появилась уверенная улыбка, которая объяснила все. Доктор кивнул и ответил:

– Хорошо. Там есть кресло, которым я пользуюсь, чтобы говорить в Полном погружении, и Амусфера. Дверь запирается изнутри, но, пожалуйста, постарайтесь общаться не более двадцати минут. Что касается процедуры, ее объяснять не нужно.

– Я… ясно.

Асуна поспешно кивнула и вновь перевела взгляд на девушку, лежащую под Медикубоидом. Голос Юки раздался вновь.

«ALO там уже установлена. Когда войдешь, встретимся там, где встретились в первый раз».

– Мм… понятно. Минуту подожди, я скоро буду.

Произнеся эти слова твердым голосом, Асуна поклонилась доктору Курахаси и развернулась. В несколько шагов преодолев расстояние до двери в глубине комнаты наблюдения, она поднесла руку к сканеру. Дверь скользнула в сторону, и Асуна влетела внутрь.

За дверью оказалась комната вдвое меньше по размеру, чем комната наблюдения. Там было два кресла с откидывающимися спинками, и на обоих подголовниках висели знакомые кольцеобразные шлемы.

Асуна поспешно заперла дверь, поставила сумку на пол и легла в ближайшее кресло. Кнопкой на подлокотнике она подрегулировала наклон спинки и, взяв Амусферу, надела ее на голову. Сделала глубокий вдох, нажала выключатель – и все заволокло белым светом. Сознание Асуны покинуло реальный мир.

 

Встав уже ундиной-рапиристкой, Асуна в буквальном смысле вылетела из спальни своего лесного домика, не дожидаясь даже, когда ее чувства привыкнут к виртуальному миру.

Хлопая крыльями, она заскользила вперед и вырвалась из окна, так и не коснувшись ногами пола. В Альвхейме светало, и густой лес окутывал белый туман. Развернувшись в воздухе, Асуна резко пошла вверх и пробкой выскочила из тумана. Затем прижала руки к телу и понеслась через весь уровень.

Меньше трех минут ей потребовалось, чтобы очутиться над главной улицей жилой зоны. Она пулей подлетела к центральной площади и опустилась перед порталом. Под изумленными взглядами множества игроков она развернулась и резко затормозила, потом, едва сбросив скорость, прыгнула в портал.

– Телепорт! Панарезе!

Едва она прокричала эти слова, как сине-белое сияние водопадом хлынуло сверху и засосало Асуну в себя.

Перенос произошел мгновенно. Из портала Асуна выбралась уже на главной площади жилой зоны 24 уровня, Панарезе. С силой оттолкнувшись правой ногой от брусчатки, она взмыла в небо. На этот раз она помчалась к островку к северу от города. Она неслась так быстро, что вода под ней вибрировала, оставляя дорожку.

Совсем скоро впереди показалось громадное дерево. Ее дуэль с «Абсолютным Мечом» Юки у подножия этого дерева была, казалось, сто лет назад. Остров, тогда забитый игроками под завязку, сейчас был молчалив и пуст.

Облетев дерево, Асуна замедлилась и приготовилась к посадке. Внизу толстым слоем лежал туман, так что земли она не видела.

Как только Асуна ступила на росистую траву, она тут же заоглядывалась. Возможно, дневного света было недостаточно – она видела лишь на несколько метров перед собой. Борясь с тревогой, она быстро побежала вокруг дерева.

Когда она пробежала полкруга и очутилась к востоку от дерева… свет прорвался наконец снаружи и мгновенно разорвал утренний туман. И сквозь дыру в белом занавесе Асуна увидела наконец ту, кого искала.

Юки стояла к Асуне спиной, и ее черно-фиолетовые волосы и синее платье колыхались на ветру. Асуна могла лишь затаить дыхание и смотреть. Девушка-имп вдруг обернулась и взглянула на Асуну своими аметистовыми глазами. На светлых губах заиграла улыбка, хрупкая, как снежинка.

– …Почему-то у меня было такое чувство, что Асуна попытается отыскать меня в реальном мире. Я ничего тебе не рассказывала, и этого просто не могло случиться.

Пробормотав эти слова, Юки вновь улыбнулась.

– Но ты все равно пришла, Асуна. Мои предчувствия редко сбываются, но я была очень счастлива…

Они не виделись каких-то несколько дней, но стоящая фигурка Юки уже казалась Асуне какой-то чуть прозрачной. У нее стянуло грудь; словно боясь, что девушка перед ней – лишь иллюзия, Асуна медленно, шаг за шагом, приблизилась.

Пальцы вытянутой вперед руки Асуны наконец прикоснулись к левому плечу Юки. И тут же, не сдержав стремления убедиться, что Юки теплая, Асуна молча обняла ее обеими руками.

Юки вовсе не испугалась – она прильнула к Асуне, точно травинка на ветру. На ней по-прежнему были доспехи, но все равно от нее исходило тепло, достаточное, чтобы согреть человеческое сердце. Тепло это было куда сильнее, чем могли передать электромагнитные импульсы. Асуна глубоко вздохнула и закрыла глаза.

– …Когда сестричка меня обнимала, она так же пахла. Запах солнца… – прошептала Юки, положив голову на плечо Асуны.

Лишь теперь Асуна выдавила сквозь дрожащие губы свои первые слова:

– Айко… сан? Твоя сестра тоже играла в VRMMO?

– Мм. В больнице разрешают пользоваться Амусферой в обычных палатах. Сестричка была первым лидером «Спящих рыцарей». Она была намного сильнее, чем я…

Чувствуя, как лоб Юки вжимается ей в плечо, Асуна подняла правую руку, чтобы погладить девушку-импа по шелковистым волосам. Юки застыла на мгновение, но тут же расслабилась и продолжила:

– Изначально «Спящих рыцарей» было девять человек, но трое, включая сестричку, уже ушли… и поэтому мы с Сиуне и остальными посовещались и решили, что распустим гильдию, когда уйдет еще кто-то. Но сперва мы хотели сделать что-то замечательное, что бы нам запомнилось… чтобы мы могли говорить о приключении, которым сестричка могла бы гордиться…

– …

– Мы все познакомились в медицинской сети под названием «Безоблачный сад» – это виртуальный хоспис. У нас у всех разные болезни, но в широком смысле мы все одинаковы. В этом VR-мире мы могли друг с другом общаться, играть и наслаждаться жизнью до самого конца… такова была задумка.

Еще при первых словах доктора Курахаси, сказанных им в больнице, сердце Асуны каким-то образом почувствовало, что сила, энергия и спокойствие «Спящих рыцарей», включая Юки, были связаны с тем, что все они в одной лодке.

Но, несмотря на то, что такая мысль уже посещала Асуну, слова Юки легли на нее тяжким грузом. Жизнерадостные улыбки Сиуне, Дзюна, Тэтча, Нори и Тарукена промелькнули перед ее мысленным взором.

– Прости, что мы не сказали тебе правду, Асуна. «Спящие рыцари» собирались распасться весной не потому, что все будут заняты и не захотят больше играть. Просто уже известно, что двое из нас не переживут марта. Вот… вот почему мы надеялись создать себе последние воспоминания в этом потрясающем мире. Мы хотели оставить на Монументе доказательство того, что мы существовали.

Голос Юки вновь задрожал. Асуна могла лишь чуть сильнее сжать руки, обнимающие девушку-импа.

– Однако все наши атаки проваливались… мы долго спорили и наконец решили позвать на помощь кого-нибудь. Вообще-то некоторые из нас были против. Когда этот человек узнает о наших проблемах, ему будет неприятно, и вместо хороших воспоминаний у него останутся плохие. И так и получилось… прости… мне очень жаль, Асуна. Если сможешь… пожалуйста, забудь нас.

– Как же я смогу?

Произнеся эти простые слова, Асуна приблизила свое лицо к лицу Юки.

– Мне никогда не было неприятно, и я никогда не считала те воспоминания плохими. То, что мне удалось с вами познакомиться, вместе с вами победить босса – я была просто счастлива! И даже сейчас… я хочу вступить в гильдию «Спящие рыцари»!

– …Ах…

Юки дернулась, и ее дыхание на мгновение прервалось.

– Я… я так счастлива, что пришла в этот мир и познакомилась с Асуной… этих твоих слов вполне достаточно. Я довольна… и ни о чем не сожалею…

– …

Асуна положила руки на плечи девушки-импа и, медленно отведя ее от себя, заглянула в залитые слезами аметистовые глаза.

– Ты ведь много чего еще не сделала, правда?.. В Альвхейме есть множество мест, где ты не была… а если считать вместе с другими VR-мирами, этот мир безграничен. Поэтому нельзя говорить, что ты полностью довольна…

Асуна отчитывала Юки, но та лишь с унылым выражением лица смотрела куда-то в пространство. Потом улыбнулась.

– За эти три года… мы прошли через самые разные приключения в самых разных мирах. Я надеюсь, что последняя страница в моей жизни будет создана вместе с Асуной.

– Но… ты ведь столько всего еще не сделала, в столько мест хотела сходить, но не сходила…

Асуне казалось, что, если она сейчас согласится со словами Юки, девушка перед ней тут же исчезнет в утреннем тумане. И поэтому Асуна отчаянно пыталась ее переубедить. Неожиданно Юки перевела направленный куда-то вдаль взгляд обратно на Асуну и улыбнулась той лукавой улыбкой, которую несколько раз показывала во время атаки на босса.

– Ага… если бы было возможно, я бы сходила в школу.

– В шк… колу?

– Я иногда хожу в школу в виртуальном мире, но мне всегда кажется, что она слишком мирная, красивая и формальная. Я хочу вернуться в настоящую школу, где я училась раньше.

Моргнув, она улыбнулась и смущенно съежилась.

– Прости, я знаю, что это невозможно. Я очень благодарна за участие, Асуна, но я правда всем довольна…

– …А может, тебе и удастся.

– …Э?

Юки, продолжая моргать, с серьезным лицом уставилась на Асуну. Та, собирая в голове воспоминания, повторила:

– Может, тебе и удастся пойти в школу…

К оглавлению