Комплименты и реакции на них

Опыт показывает, что даже в самых официальных и ритуализованных ситуациях, когда комплименты говорятся в точном соответствии с определенным этикетом, их модальность играет большую роль. В частности, некоторые люди не признают одних модальностей в комплиментах, которые они расточают или, наоборот, принимают, другие же люди пользуются совершенно иными модальностями.

Глобальная модальность комплимента охватывает человека в целом или берет даже более широкую ситуацию, чем он сам, например, его роль в той или другой ситуации.

Локальная модальность, наоборот, выделяет некоторый изолированный аспект или часть человеческого характера, поведения или внешности и их акцентирует.

Но еще более значимой может показаться реакция человека на комплименты, которые он получает. В частности, реакция в локальной модальности чаще всего означает его неприятие комплимента или нежелание их выслушивать. Реакция же в глобальной модальности, как правило, более социально приемлема и свидетельствует о сравнительно благодушном отношении человека к тому, что ему говорится.

Примеры. «Вы сегодня прекрасно выглядите! Чувствуется, что вы очень умная женщина, и к тому же необыкновенно красивая! Ваши губы очень чувственны! Отделка вашего платья выше всяких похвал! Ваши ногти отличаются необыкновенной красотой! Самая прелестная деталь вашего туалета — обнаженный пупок!» Ответные реплики: «Ах, вы слишком хорошо обо мне думаете! Неужели я и правда такая! Вы очень добры ко мне! Хотелось бы верить! А разве плоха моя блузка? Это я только выгляжу хорошо, а чувствую себя отвратительно! Губы у меня и вправду ничего, но вот уши совершенно никуда не годятся! Лучше пышная грудь, чем маленький горбик!»

Жалобы и претензии

Во многих ситуациях, психологически весьма напряженных, человек начинает высказывать своему партнеру или ситуации свое недовольство. Очень существенную роль и для него самого, и для окружающих играют модальности, в которых он выражает свои мысли и чувства по этому поводу. Добиваясь ясности, иногда приходится напрямую спрашивать об этом, например, носят ли его претензии локальный или же глобальный характер, и такого рода вопрос иногда заставляет человека сильно пересмотреть их характер.

Глобальный архетип выдает свою активность обобщающими словами «вообще», «всегда», «как правило», после которых следует претензия, или системностью их перечислений. «У меня к тебе есть несколько претензий. Часть из них относится к твоему поведению со мной, часть — к тому, как ты обращаешься с детьми, а часть — к твоему поведению на работе». Глобальная модальность нередко используется как итоговая, то есть человек копит свои негативные чувства и мысли в течение длительного времени, затем их обобщает и преподносит своему партнеру или оппоненту. «За последнее время твое поведение в целом улучшилось, однако, во-первых…., во-вторых….., в третьих….. и наконец...» При этом человек, выражающий жалобы и претензии в глобальной модальности, часто оказывается совершенно не готовым к перемене модальности на локальную. Если его спросить: «Ну, а скажи конкретно, приведи пример, что именно ты имеешь в виду?» — он может совершенно растеряться и не суметь ничего ответить, так что его слова совершенно потеряют вес, хотя они могут быть в реальности справедливыми, но такого рода резкая замена архетипа полностью лишает его уверенности в себе и способности продолжать свою мысль.

Локальные жалобы и претензии чаще всего льются бурным потоком, прыгая от одного пункта обвинения к другому без всякой логической связи (здесь связи, как правило, бывают ассоциативными) и иногда поражают точностью, а в некоторых случаях и абсолютной неисполнимостью своих требований. «А вчера, уходя, ты даже не взглянул на меня! Твоя усмешка оскорбила меня! Своей последней фразой ты меня обидел и теперь должен просить прощения на коленях! Ты меня мало хочешь по субботам!»

Большинство людей не любят, когда им предъявляют претензии и когда им на что-то жалуются. Тем не менее, одну из двух модальностей — локальную или глобальную — они воспринимают как терпимую, другую же — как совершенно нетерпимую. Приглядитесь к своим окружающим. Присмотритесь к самому себе.

Вопросы к читателю. Жалобы какой модальности представляются вам более конструктивными? Считаете ли вы, что конкретные упреки никогда не ведут ни к чему хорошему? То же в отношении к общим упрекам. В каком виде вы предъявляете претензии к самому себе — конкретно или глобально? Как вам легче упрекать другого человека — в целом или в частностях? Согласны ли вы с пословицей «Яблоко от яблони недалеко падает»? Упрекаете ли вы своих домашних по стандартным схемам или предпочитаете здесь творческий, спонтанный подход?

Речь

Следующий очень важный пункт нашего рассмотрения — это человеческая речь. Способ, к которому мы прибегаем, чтобы внятно передать свои мысли и чувства, то есть их речевое оформление, чрезвычайно важен для понимания человека. В частности, любые модальности, акцентированные в психике, так или иначе проявляются в речи и в синтаксических конструкциях, в частности, в эллипсисе, то есть в тех словах, которые человек опускает, как бы подразумевает, но не произносит, и в логических ударениях, и в интонации, а также в некоторых особенностях конкретного словоупотребления, например, в том, как человек употребляет или опускает имена собственные и личные местоимения.

Глобальный архетип дает многие речевые особенности, на которые читатель несомненно обратил уже внимание. Это употребление различного рода обобщающих слов, таких, как в общем, в целом, всестороннее наблюдение, разносторонний взгляд, употребление абстрактных понятий, абстрактных обобщающих качеств, стремление к длинным фразам, содержащим достаточно неопределенные слова и выражения без существенной их конкретизации. Если человек и делает некоторое частное заявление, то глобальный архетип заставляет расширить его значение или присовокупить к нему еще несколько других частных заявлений, которые затем в речи должны быть объединены словами «таким образом», «в итоге», «в результате складывается целостная картина следующего содержания». «Осмотрев гору Синай с севера и юга, востока и запада, обойдя ее подножие и поднявшись на вершину, Господь счел ее достойной того, чтобы дать на ней Откровение своему народу». Для речи под глобальным архетипом эллипсисы, то есть сокращения, нетипичны, скорее для нее характерны, наоборот, развернутые обороты. Если в ней и допускаются эллипсисы, то они относятся, как правило, к несущественным, по мнению человека, качествам, подробностям, деталям. Например, желая сказать — «На рынке продается свежая, ароматная клубника», — человек, ведомый глобальным архетипом с большим трудом произнесет фразу такого рода «Я был.... э-э-э... Продается... э-э-э... ягода». Для того, чтобы извлечь из него конкретную информацию, его приходится расспрашивать, задавая уточняющие вопросы «какой? какая? где? каким образом?», на которые он отвечает чрезвычайно неохотно или не отвечает вовсе, или отвечает так, что по сути это ответом не является, ибо для того, чтобы ответить по существу, ему нужно сменить модальность, на что не каждый человек так просто согласится.

Локальный архетип дает совершенно иной тип речи и совершенно иной тип логических ударений. Этот человек употребляет, как правило, слова, обозначающие конкретные качества, рименяющиеся к конкретным людям или предметам, и избегает обобщающих слов, молчаливо предполагая, что обобщение в случае необходимости сделает его собеседник. В локальной модальности человек с удовольствием произносит имена конкретных людей, как бы приклеивая их к их обладателям. В глобальной модальности имена как бы отделяются от людей и в какой-то степени становятся абстрактными категориями. Например, для иностранца слово Иван обозначает любого русского, так же как во время войны с Германией Фриц означало любого немца. Когда человек под локальным архетипом произносит «он» или «они», всегда понятно в точности, о ком идет речь. Наоборот, произнесенные под глобальным архетипом, эти слова чаще всего имеют некоторое расплывчатое значение. То же относится и к местоимению «тут». В локальном употреблении оно означает совершенно конкретное место, угол комнаты, например. Будучи употреблено под глобальным архетипом оно может означать, например, планету Земля. Логическое ударение локальный архетип делает на наиболее предметном, наиболее конкретном элементе предложения. Например, в простейшей фразе «Никанор быстро шел по дороге» логическое ударение под локальным архетипом будет либо на слове «быстро», либо на слове «дорога». Глобальный же архетип, скорее всего, сделает логическое ударение на слове «шел» или не сделает его вовсе, как бы сравняв все слова по значению и акцентируя общий смысл фразы, так что по уровню своей абстракции эта фраза будет воспринята приблизительно так же, как фраза «Всю жизнь Никанор стремился тщательно исполнять свою жизненную миссию».

Вопросы к читателю. Умеете ли вы переводить тексты из локальной модальности в глобальную? Сочините коротенькую любовную записку в локальной модальности, после чего переведите ее на глобальный язык. Посмотрите, какой из этих двух вариантов окажет более сильное действие на адресата. Подумайте, в каких словах вы выражаете благодарность за подарки и услуги, которые оказывают вам ваши близкие. Можете ли вы выразить свои чувства в противоположной модальности? Получится ли это у вас искренне? Вспомните, как негодуют ваши друзья и знакомые; если не помните, понаблюдайте за ними в момент, когда они выражают свои негативные чувства. Попросите их сменить модальности и посмотрите, как изменится их поведение. Попробуйте вспомнить ваш последний диалог, лучше запишите его на бумаге. В какой модальности он вам запомнился?

ЭМОЦИИ

Эта область человеческой жизни в малой степени поддается рациональному анализу и осмыслению, хотя ее роль в человеческой жизни трудно переоценить. Эмоции — это основное содержание жизни. Это то, что делает жизнь наполненной или, наоборот, пустой, радостной или печальной, тревожной или спокойной, содержательной или лишенной смысла, наполненной скрытым значением или лишенной его. Все это переживается очень сущностно, иногда ярко для человека, а выражается как Бог на душу положит, в лучшем случае, а в худшем случае — при активной помощи черта, который искажает и скрывает то самое, что человеку хочется донести точно и полно. Однако, помимо того, что большинство людей не умеет адекватно выражать свои эмоции, почти никто не умеет правильно воспринимать чужие эмоции, накладывая на них фильтры своего подсознания, обусловленные совершенно определенной акцентуацией модальностей. Для того, чтобы этого избежать, нужно понять, сколь велик и разнообразен спектр возможных проявлений внутри каждой эмоции, и в этом нам может помочь детальное рассмотрение этих эмоций под углом модальностей высших архетипов. При этом очень важно понимать, что то, как человек переживает эмоцию, и то, как он ее выражает в словах и в действиях, — это во многих случаях совершенно разные вещи, и опытный наблюдатель, хороший психолог умеет увидеть эту разницу и понять человека иногда глубже, чем тот понимает сам себя.

Вообще, говоря об эмоциях, следует иметь в виду, что их гораздо лучше воспринимать и выражать непосредственно, чем апеллировать исключительно к словам. Слова, выражающие чувства, в гораздо большей степени вводят в заблуждение, чем помогают их понять, и то, что написано ниже, может служить иллюстрацией к последнему тезису.

Любовь

Ничто не может быть обманчивее вопроса: «Ты меня любишь?» — и ответа на него — как положительного, так и отрицательного. Что, собственно, имеется в виду? В зависимости от того, в каких модальностях звучит и понимается вопрос, а также звучит и понимается ответ, смысл того и другого может быть совершенно разным.

Глобальное понимание любви означает для человека, во-первых, нечто большее, чем эмоцию, а, во-вторых, если говорить об эмоциональном плане, то чувство любви охватывает целиком и распространяется на все проявления любимого существа. «Я люблю тебя» в глобальном понимании означает и полное принятие тебя, и полное прощение, и полное понимание, и всеобъемлющую жалость, и, возможно, тотальное самопожертвование с моей стороны — в случае, если оно понадобится. Находясь под властью глобального архетипа, человек, испытывая любовь, переживает ее именно так, но совершенно не склонен выражать свои чувства эксплицитно, то есть явными словами, так, как это делается в этом тексте. Он любит, и этим все сказано, никакие слова, с его точки зрения, здесь не нужны, и разве может быть иначе?

Локальное понимание любви, однако, не имеет ничего общего с глобальным. Оно глубоко частное. Какая-то часть меня в какие-то минуты любит какие-то проявления или какой-то аспект предмета моей любви. Через минуту этот предмет повернется другим аспектом, и моя любовь или изменит свой характер, или может вовсе исчезнуть. Или я сам могу как-то измениться, обратить внимание на что-то еще, моментально забыть об объекте любви, а через минуту снова вернуться к нему своим вниманием, и оно, может быть, окажется любовным, а может быть, и нет, а, может быть, случится что-то еще, чего я представить пока не могу, и никак себя в этом смысле не программирую и не пытаюсь предсказать.

При всем при том, локальная любовь по сравнению с глобальной может быть гораздо более внимательной к объекту любви, видеть в нем больше подробностей, находить в нем больше очарования, прелести, неповторимости. Глобальная любовь при всех своих достоинствах может быть крайне невнимательна к объекту любви и быть для влюбленного человека чем-то вроде мягкого, приятного фона, о котором он, по большей части, забывает, считая его самим собою разумеющимся. Локальный архетип делает любовь гораздо более ярким и насыщенным переживанием, меняющимся от минуты к минуте, открывающим все новые и новые черты и детали в любимом существе.

Вопросы к читателю. Считаете ли вы постоянство в любви добродетелью? Как вы понимаете это постоянство? Полагаете ли вы, что когда женщина смотрит с заинтересованным вниманием на других мужчин, она лишает чего-то своего мужа? Верите ли вы, что мимолетные ревнивые чувства укрепляют любовь? Считаете ли вы, что любовь детей к родителям должна с возрастом видоизменяться и приобретать качественно иные формы? Тождественны ли для вас понятия любви и преданности? Встречались ли вы в своей жизни с так называемым «эффектом двух собак», который гласит, что если у хозяина живут две собаки, то каждая из них получает больше любви, чем если бы она жила у хозяина одна? Верите ли вы в любовь с первого взгляда? Или же считаете, что лучше, когда любовные отношения складываются в течение существенного периода времени? Считаете ли вы, что в случае разрыва всегда виноват тот, кого бросили?

Гнев

В наше время это слово употребляется не слишком часто, реже, чем слова «возмущение» или «агрессия», но само эмоциональное состояние, естественно, более редким от этого не становится. Итак, эмоция гнева. Во многих случаях не слишком приятная, часто социально осуждаемая, но, тем не менее, объективно существующая психологическая реальность любого человека. Каким же бывает гнев?

Глобальное переживание гнева может означать две совершенно разные вещи. Первая заключается в том, что гнев целиком охватывает самого человека, как говорится, «слепит ему глаза». В этом момент человек переживает эмоцию как таковую и в принципе не может находиться в адекватном взаимодействии с окружающим миром. При этом чувство гнева может быть не слишком сильным, но охватывает человека целиком и окрашивает все остальные его эмоции, все его мировосприятие и самовыражение. Он весь есть этот гнев, или различные его модификации. Все, что с ним происходит, есть вариации на тему гнева. Он может гневно топать ногами, гневно кричать, гневно заламывать руки, гневно лить слезы, гневно молчать или дышать — суть остается гневом. Второе понимание эмоции глобального гнева заключается в том, что фокусом этой эмоции становится внешний объект, на который направляется гнев человека, и гнев окрашивает этот объект целиком — все его качества, все проявления, все его детали. Такого рода гневу нельзя пытаться угодить, перед ним нельзя оправдаться, можно лишь упросить человека полностью переменить свое состояние, как говорится, «сменить гнев на милость». На это он пойти может, но любого рода локальные извинения здесь не помогут. В качестве адекватной реакции может служить лишь глобальное признание объектом гнева своей вины, или ничтожества.

Локальный гнев, наоборот, не захватывает человека целиком. Он ощущает эту эмоцию как кратковременную, а главное, не единственную существующую в данный момент в нем, и это очень трудно понять человеку, который ведом глобальным архетипом. Тем не менее, переживая локальный гнев, человек или им управляет, то есть чувствует, что в любой момент может изменить эту эмоцию на другую, или же четко осознает, что где-то рядом, совсем близко, находится иная эмоция, которая существует параллельно с данной, то есть где-то рядом находятся и милость, и сострадание, и любовь, и они тоже существуют в пределах его психики, но в данный момент она выражает именно гнев. Поэтому при локальном гневе человек не придает такого уж принципиального значения ни своему состоянию, ни оценкам, которые он в этом состоянии дает, ни выводам, которые он в данную минуту, под горячую руку, склонен делать. Напротив того, находясь в состоянии глобального гнева, человек обычно придает абсолютное значение своим оценкам и выводам. Соответственно, локальный гнев, направленный на объект, обычно избирает в этом объекте какой-либо аспект или деталь, и человек, находящийся в таком состоянии, осознает или чувствует подсознательно, что рассмотрение другой части или другого аспекта данного объекта вызовет у него совершенно иные эмоции. Поэтому локальный гнев, так же как и локальная критика, воспринимается гораздо легче, чем глобальный, но точность попадания здесь может быть гораздо выше, и поэтому уязвимость объекта для локального гнева может быть существенно больше, чем для глобального. Если глобальный гнев можно сравнить с ливнем, который неожиданно падает вам на голову, то локальный гнев подобен стреле, которая прилетает и пронзает определенную часть вашего тела.

Стремясь овладеть своим гневом и сделать его управляемым, большинство людей склонны уменьшать амплитуду этой эмоции, в то время как значительную помощь им может оказать смена модальности. Например, испытывая глобальный гнев, неплохо спросить себя, а что же конкретно так раздражает меня, вызывает такое мое негодование в данном объекте, и есть ли у него какие-либо другие аспекты или стороны, которые вызовут у меня иные эмоции. Наоборот, пытаясь преодолеть локальный гнев, неплохо окинуть объект гнева или самого себя общим взором, посмотреть, со стороны, чуть отстраненно, и оценить ситуацию с более общих позиций, чем она видится сейчас.

Вопросы к читателю. Сравните модальности чувства гнева, которые вы испытываете внутри себя, с теми, которые вы используете, когда выражаете его вовне. Адекватны ли вы в передаче модальности своего гнева? Обрушивая свое недовольство на партнера, обращаете ли вы внимание на то, в какой модальности он вас воспринимает? Можете ли вы определить это, судя по его реакциям? Какие качества молодежи вызывают у вас наибольшее раздражение? Какие конкретные ее представители кажутся вам типичными образчиками ее прегрешений, или таких нет? Какой характер носит ваше недовольство членами семьи — локальный или глобальный? Что вызывает у вас наибольшее неприятие в политике местных властей? Умеете ли вы переводить ваш гнев из локальной модальности в глобальную и обратно? Попробуйте сделать это письменно, изложив свое недовольство домашними сначала конкретно, а затем в общем. Любите ли вы в гневе приводить примеры, ссылаться на конкретные обстоятельства или апеллируете скорее к общим категориям?

Жалость

Жалость — очень важная эмоция; она напрямую связывает человека с миром, а в некоторых случаях и с самим собой. Однако, как и все остальные эмоции, в зависимости от обстоятельств и модальностей, жалость может переживаться и проявляться совершенно различно.

Глобальная жалость переживается совершенно по-разному, в зависимости от того, где стоит ее акцент — на человеке или на объекте жалости. Если акцент стоит на самом человеке, то он чувствует, что единственное и тотальное его переживание — это чувство жалости. Других эмоций в этот момент он не ощущает, или они присутствуют в психике слабо и очень сильно окрашены основной захватившей его эмоцией. Само по себе это состояние не слишком конструктивно и свидетельствует о слабости человека, и тем не менее, оно очень распространено. Подсознательно такого рода жалость всегда есть жалость к самому себе, сопровождающаяся пассивной позицией, то есть как бы подсознательным призывом к окружающему миру, призывом о помощи, сочувствии, сострадании.

Совершенно иначе переживается глобальная эмоция жалости, направленная на объект. Здесь сам человек находится скорее в сильной позиции и в принципе ощущает в себе потенциал, возможность помочь объекту жалости, который выступает для него несчастным, страдающим, обездоленным, — сразу во всех аспектах, отношениях и деталях. Но главное сейчас не детали, главное это общая установка: объекту плохо, его жалко, ему нужно помочь, сейчас не до подробностей, сейчас важен сам этот факт. Так мы смотрим на плачущего потерявшегося ребенка, на бездомную собаку, замерзающую в снегу, на нищую страну, изнемогающую под игом диктатора.

Локальная жалость имеет совершенно иной вид. Локальная жалость как эмоция самого человека подразумевает неполную его включенность в данную эмоцию и существование параллельно с ней или рядом с ней иных, может быть, даже совершенно других. Например, рядом с локальной жалостью человек может чувствовать и осуждение, и негодование, и отрицание. Что касается объекта жалости, то локальный архетип выделяет в нем отдельную черту, которая и вызывает в человеке чувство жалости, а к объекту в целом при этом отношение может быть совершенно другим, и другие его части могут вызывать совсем иные эмоции.

Многие люди воспринимают жалость как унижение. Возможно, так можно иногда воспринять глобальную жалость, но воспринимать локальную жалость как унижение — это всегда недоразумение, потому что она в принципе никак не связана с глобальным переживанием объекта. Например, я могу пожалеть собаку, поранившую себе лапу, перебинтовать ее, но означает ли это, что я собаку унизил? Это может быть ведь очень крупная собака, например, сенбернар и я могу относиться к ней с большим уважением, что не противоречит локальной жалости к ней, хотя, возможно, и несовместимо с глобальной жалостью. Локальная жалость более конкретна, более информативна, иногда переживается человеком гораздо острее, чем глобальная, хотя бывает и наоборот — это зависит от психотипа человека. Вообще, есть люди, для которых локальная жалость — это не переживание, по-настоящему они переживают лишь глобальную, а есть люди, обладающие противоположным психическим устройством. Здесь многое зависит от акцентуации локального и глобального архетипа у них в психике в целом, и эмоция жалости дает существенный ключ к пониманию этой ситуации.

Вопросы к читателю. В какой модальности вы жалеете членов вашей семьи, ваших отдаленных родственников, ваших друзей, ваших коллег по работе, вашу страну? Как другому человеку легче пробудить в вас чувство жалости — рассказывая о своих неприятностях конкретно или драматизируя свою ситуацию в общем? К каким выразительным приемам вы прибегаете, пытаясь пробудить жалость у окружающих? Оцените эти приемы с точки зрения холистического архетипа. Попробуйте произвести те же действия, сменив модальность, то есть в локальной вместо глобальной и наоборот. Обратите внимание на модальность реакции вашего партнера. Какого рода жалость является для вас наиболее сильным внутренним переживанием и какая толкает к конкретным действиям?Попытайтесь ответить на тот же вопрос в отношении ваших друзей и знакомых.

Беспокойство и тревога

Состояние беспокойства, высокий уровень которого называется тревогой, свойственно человеку. По-видимому, оно необходимо для выживания в окружающей среде, изобилующей опасностями. Однако, как и другие эмоции, оно может быть сосредоточено внутри человека, а может быть направлено вовне, может восприниматься и проявляться совершенно по-разному.

Глобальное беспокойство — это эмоция, которая, как правило, сосредотачивает внимание человека на нем самом. То же относится и к тревоге. Другими словами, в это время внешнего мира как бы не существует, и состояние накрывает человека целиком, изолируя человека от внешних раздражителей, то есть от сигналов органов чувств. Меньшая рамка, охватывающая определенную область внешней или внутренней жизни человека, может дать беспокойство, относящееся к этой области, и это психологическое состояние уже менее тотально, но само по себе редко бывает конструктивным. Такого рода фоновое беспокойство за ту или иную часть жизни, за тот или иной объект в целом, по-видимому, нормальное условие функционирования психики, однако оно не должно подниматься слишком высоко, оставаясь незамеченным. Если уровень этого беспокойства превышает определенную черту, беспокойство должно сменить свою модальность, а именно человек должен обратить уже конкретное внимание на то, что именно его тревожит. Однако сменить модальность с глобальной на локальную не так-то просто, особенно когда собственное психическое состояние человеком не осознано.

Локальное беспокойство обычно является эмоциональной фазой, предшествующей тому или иному действию. Оно выделяет конкретный аспект или конкретную часть в объекте, как правило, внешнюю, но иногда и внутреннюю, и существенно его акцентирует. Психологически эта нота звучит как подготовительная к разрешению в завершающий аккорд того или иного конкретного действия. Если этого не происходит, то можно говорить о том, что человек находится в невротическом состоянии. Для невротического состояния, наоборот, характерно либо беспокойство глобального порядка, относящееся к той или иной области, но не конкретизирующееся в ней, либо локальное беспокойство, которое переходит с одного элемента на другой, с одной части на другую, но не останавливается и не разрешается в каком-либо действии. Такого рода прыжки с одного элемента на другой представляют собой несовершенный способ психологической защиты, однако, это, видимо, лучше, чем ничего, чем мучительная фиксация внимания на одном и том же беспокоящем факторе, который никак и ничем не удается снять.

Вопросы к читателю. Считаете ли вы беспокойство общего порядка нормальным для себя состоянием? Стремитесь ли вы от него избавиться, конкретизируя объект беспокойства или его причину? Когда вы беспокоитесь, ваши мысли разбегаются в разные стороны, или, наоборот, сосредотачиваются? Стремитесь ли вы очертить круг ваших забот, или он у вас безграничен? Склонны ли вы тревожиться по пустякам; заранее; после того, как опасность миновала? Склонны ли вы разбирать будущее по возможным вариантам и их анализировать? Считаете ли вы, что надежда умирает последней? Что вас больше мучает — реальные неприятности, или тревога, связанная с их возможным проявлением?

Радость

Автор сомневается в том, что жизнь его читателя совершенно безоблачна. Если такие люди и существуют, то книг по психологии они не читают. Однако, у автора нет сомнений и в том, что в жизни читателя бывают и радостные моменты. Что такое радость? Разные люди переживают и воспринимают ее совершенно по-разному, и для того, чтобы их лучше понять, важно обратить внимание на модальности этого эмоционального состояния. Это не значит, что мы должны их постоянно сознательно отслеживать, но в некоторых случаях их очень важно правильно понимать.

Глобальная радость, как и другие эмоции, охватывает человека целиком, окрашивая собой все его психическое состояние и все его жизненные проявления: он радостно смеется, радостно улыбается, радостно открывает дверь, радостно идет в магазин, радостно ложится спать. Этот фон может быть сильнее или слабее, но есть некоторое количество людей, у которых радостный общий фон — нормальное состояние жизни. У них есть, чему поучиться внимательному наблюдателю. Радость как глобальное состояние не означает, что все в жизни человека хорошо, не предполагает, что решены все проблемы, что достигнуто просветление, что на земле не осталось зла или что это зло не развернуто лицом к этому человеку, но все перечисленное не мешает, тем не менее, существованию его радостного фона. Глобальная радость, обращенная на объект, означает его положительное приятие человеком в целом, но опять-таки не предполагает, что в объекте нет никаких негативных, омрачающих черт. Существуют социальные ситуации, где проявленная радость неуместна и неприемлема, но даже когда человек, находящийся в состоянии глобальной радости, просто присутствует в таких ситуациях и ничего не говорит и даже не улыбается, все равно на нем отдыхает взор присутствующих. Их тяжелое мрачное состояние и скорбь смягчаются.

Локальная радость может выглядеть гораздо более ярко. Это луч, который бьет во внутреннем мире человека или идет от него в окружающее пространство, и это может быть почти что луч лазера. На короткое время он совершенно преображает какую-то область внутреннего мира человека или внешний объект. Однако эта трансформация кратковременна, и чувство радости переходит на другую область или освещает иной объект, а старый остается без подсветки и иногда сильно по ней скучает. К локальному архетипу относится мимолетная радость. Она нередко тоньше, точнее, может быть, ярче и уж наверняка переменчивее глобальной. Она ни на что не претендует, но будучи регулярным спутником человека, украшает его жизнь, может быть, даже больше, чем глобальный радостный фон.

Вопросы к читателю. Способны ли вы оценить мимолетную радость? Обрадоваться ей, зная, что она сугубо конкретна и непродолжительна? Легко ли вы улыбаетесь незнакомым людям? Воспринимаете ли вы улыбку судьбы как подарок, или она для вас не более чем аванс, за который впоследствии придется расплачиваться, может быть, тяжело? Представьте себе колесо фортуны. Можете ли вы его увидеть, и, если да, то по какой траектории около вас оно движется? Существуют ли области жизни, в которых вам неизменно сопутствует удача? Способны ли вы радоваться чужому счастью? Насколько искренна эта ваша радость? Насколько она длительна?