НАЦИОНАЛИЗМ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОТЕСТЫ СПОРТСМЕНОВ НА ОЛИМПИЙСКИХ ИГРАХ
Как уже отмечалось, начиная с Игр I Олимпиады (1896 г.) и до наших дней разные государства (прежде всего те из них, чьи города становились организаторами Игр) стремились использовать успехи в олимпийских соревнованиях как для национальной самоидентификации, так и для утверждения превосходства над другими нациями и странами.
В связи с этим те или иные силы, мотивируя свою позицию необходимостью противодействия проявлениям национализма в олимпийском движении и олимпийском спорте, предлагали отказаться от выступлений олимпийских делегаций стран- участниц Игр на параде во время церемонии их открытия под национальными флагами государств, не исполнять государственные гимны и не поднимать национальные флаги стран во время церемоний награждения, убрать надписи с названиями стран со спортивной формы участников Игр и т. д.
Однако и МОК (не говоря уже о национальных олимпийских комитетах), и сами спортсмены-олимпийцы негативно отнеслись к подобным предложениям о “денационализации” Олимпийских игр, соответствующим образом мотивируя неприемлемость таких идей в олимпийской системе.
Вопрос “денационализации” Олимпийских игр стал особенно острым после бойкотов Олимпийских игр в Москве (1980 г.) и в Лос-Анджелесе (1984 г.). В начале 1986 г.в американском журнале “Physical Education” была опубликована статья Н. Кристи, в которой отмечалось, что сборные команды, государственные гимны и флаги, помпезность церемоний — все это носит подчеркнуто националистический характер и тем самым противоречит официально признанной цели Игр, заключающейся в устранении межнационального антагонизма. Особенно беспокоил автора этой статьи факт “идентификации спортсменов со своей страной”.
Совершенно прав был президент Олимпийского комитета США (USOC) Р. Хелмик, который в 1981 г. в речи на XI Олимпийском конгрессе в Баден-Бадене отметил, что “наивно полагать, что, заменив национальные флаги флагом МОК, а национальные гимны — олимпийским, мы решим все политические проблемы, связанные с ростом национализма во время Игр” [96).
Да, национализм никогда не был чужд Олимпийским играм, но главное в этой проблеме, чтобы чувство гордости за свою нацию не перерастало в националистическое чувство ненависти к другим нациям, в оголтелый шовинизм, который чужд самой природе спорта и идеалам олимпизма.
Понятия “спорт”и“политика” не могут быть отделены одно от другого. Бесспорно, спорт — это политика, но она должна быть направлена на взаимопонимание, мир и дружбу между народами. Не будет преувеличением сказать, что прогрессивное человечество видит в спорте одно из самых лучших средств сближения между народами.
Тем не менее, в истории олимпийского спорта и Олимпийских игр были случаи политических протестов (как индивидуальных, так и групповых). Например, на проходивших в Мельбурне в 1956 г. Играх XVI Олимпиадывенгерские спортсмены в знак протеста против подавления советскими войсками антикоммунистического народного восстания в Венгрии отказались на церемонии открытия Игр-1956 идти под флагом Венгерской Народной Республики, а после завершения Игр некоторые спортсмены не пожелали возвращаться в свою страну, к руководству которой пришли просоветские силы, и остались за рубежом.
Выдающаяся чехословацкая спортсменка, абсолютная чемпионка Игр XVIII и XIX Олимпиад (1964 и 1968 гг.)по спортивной гимнастике Вера Чаславска резко выступила против подавления “Пражской весны”, когда в августе 1968 г. в Чехословакию вторглись войска СССР и еще нескольких поддержавших советское руководство стран-участниц Варшавского договора. Во время олимпийских соревнований в Мехико, проходивших в октябре 1968 г., Чаславска, стоя на пьедестале почета, опустила голову и демонстративно отвернулась, когда поднимался флаг СССР и исполнялся советский гимн.
Во время соревнований по дзюдо на Играх XXVIII Олимпиады 2004 г. в Афинахдвукратный чемпион мира, фаворит в весовой категории до 66 кг иранец Араш Миресмаэли, узнав, что по результатам жеребьевки ему предстоит в первом же круге соревнований встречаться с израильтянином Эхудом Ваксом, заявил, что отказывается от участия в соревнованиях (Иран на государственном уровне не признает Израиль и относится к нему с нескрываемой враждебностью). При этом Араш Миресмаэли, который на торжественной церемонии открытия Игр-2004 в Афинах нес флаг Ирана, так прокомментировал свой демонстративный поступок: “Я тренировался много месяцев, был в отличной спортивной форме, но отказался бороться с израильским соперником, тем самым выразив поддержку народу Палестины. Расстроенным я себя нисколько не чувствую”. Президент Ирана Мохаммад Хатами похвалил спортсмена за его “политический шаг”.
Хотя во многих странах поступок иранского дзюдоиста на Играх-2004 в Афинахбыл расценен как воплощение антисемитизма, в самой стране Араша Миресмаэли после его возвращения из Афин встретили с почетом, а НОК Ирана вручил ему денежную премию в сумме, эквивалентной 125 тыс. долларов США, — столько же, сколько предназначалось каждому иранскому спортсмену, ставшему в Афинах олимпийским чемпионом.