Не буду спрашивать, где ты и когда вернешься, но хочу, чтобы ты знал, я часто думаю о тебе и очень скучаю.
С любовью, Гермиона»
Блэк заметил, как внимательно Северус читает письмо, и не смог удержаться от ядовитого комментария:
- Что, еще одно послание от любимой школьницы? Скажи, она рисует сердечки и поцелуйчики?
Северус приподнял бровь, будто спрашивая: и это все, на что ты способен?
- Знаешь, - продолжил Сириус, - мы вроде как действуем скрытно, и вести себя должны соответственно. Ты не можешь отправлять записочки своей маленькой подружке каждый день, это могут заметить.
Услышав достаточно, Римус от души врезал Сириусу.
- Ой! - воскликнул Блэк, потирая скулу. - За что?
- Он отправил ей всего одно письмо за четыре недели, - прошипел Римус едва слышно, чтобы его не услышали с другой стороны костра. - Ты написал Гарри трижды! Черт, когда ты повзрослеешь?
- Муни, я двенадцать лет провел в тюрьме. Я пытаюсь восполнить эти годы.
- Ты ведешь себя как последняя сволочь. Довольно! Ты здесь, я здесь. Тебе не кажется, что самое время простить Северуса за то, что он тоже здесь. Даже если с нами нет Джеймса.
- Блэк, как работает новая палочка? - спокойно спросил Северус. Он слышал, как эти двое тихо переругивались, предположительно по поводу него, но Северусу было все равно.
Расследуя деятельность Пожирателей Смерти, они часто находили на месте преступлений потерянные волшебные палочки. Большинство палочек принадлежало жертвам, но некоторые и самим Пожирателям, которые разочаровали своего Господина. Один из ящиков стола Дамблдора уже был переполнен палочками, и как только Гарри окончит школу, ему покажут всю коллекцию: не исключено, что одна из палочек поможет юноше в сражении с Волдемортом.
Сириус побагровел, но промолчал. Очень унизительно, когда тебе напоминают, что своей новой палочкой ты обязан привычке Северуса подбирать их.
- Видишь? - добавил Римус. - Он даже палочку тебе нашел!
- Ты говоришь как Гарри, - недовольно пробурчал Сириус.
- Отлично, - парировал Люпин. - Я не вынесу, если Гарри заговорит как ты.
- Надеюсь, ты не ждешь, что я стану его другом? Он ненавидит нас обоих.
- Ты пытался убить его, Бродяга. Если бы Гарри выкинул подобный номер, ты бы первый назвал его бессердечным.
На это Сириус не нашел что ответить. Он посмотрел на человека, сидящего напротив с письмом в руках. Последнее время, когда им приходилось работать вместе, Северус был похож на клубок нервов, и, несмотря на его попытки контролировать себя, находиться рядом с ним было тяжело. Но сейчас профессор зельеварения действительно выглядел спокойным и даже расслабленным.
- Ты понимаешь, что так и не извинился за свой ужасный розыгрыш? - спросил Римус.
- Муни, я говорил, что мне жаль, сотню раз.
- Мне. Не ему.
Сириус упрямо молчал, Римус вздохнул и оставил свои попытки разбудить в друге совесть. Повысив голос, чтобы услышал Северус, он спросил: - Как Гермиона? Не слишком загрузила себя учебой?
- Вообще то, она сделала невероятно интересное предположение, - ответил Северус, оторвавшись от письма. - Профессор Клуни как обычно сказал на уроке какую-то нелепицу, и у них разгорелся жаркий спор о том, как на некоторые зелья влияют на металлические котлы. Гермиона предполагает, что многие зелья будет сварить легче в стеклянном котле. Например, аконит, - добавил он, понизив голос.
- А есть разница, будет котел реагировать с зельем или нет? - быстро спросил Люпин.
- Не уверен, просто зелье по меньшей мере станет чуть приятнее на вкус. Требуется серьезное изучение, ведь серебро - главный элемент для приготовления зелья, но все мои бумаги в Хогвартсе. С другой стороны, котлы из стекла не будут разъедаться едкими веществами.
- Но как стекло вынесет высокую температуру?
- Очевидно, магглы разработали термоустойчивый вид стекла. Гермиона говорит, у ее матери есть набор кухонной посуды из такого стекла.
- А взрывы?
- Не опаснее, чем взрыв оловянного котла. На самом деле, стекло легче подвергается чарам прочности, и если я не ошибаюсь, порезы от стекла легче поддаются лечению, поскольку остается меньше мелких частиц. Еще один повод для исследований. Черт, мне нужны мои записи! – он решил попросить Гермиону задать несколько вопросов по медицине Помфри и спросить Флитвика о чарах прочности.
- Где мы найдем это…как ты назвал? - не сдержав любопытство, спросил Сириус.
- Пирекс, - Северус пробежал письмо глазами. - Она не уверена, сказала, что свяжется с Перси Уизли, он вроде как эксперт по ввозу котлов.
Северус отвернулся от своих спутников, прислонился к дереву и снова перечитал письмо. За недели, что он не видел Гермиону, он перестал поражаться тому, как часто он думает о ней. Спал он или бодрствовал, она всегда была рядом. Стоило закрыть глаза, и его окружали воспоминания: ее лицо, смех, гриффиндорское упрямство, которое одновременно злило и очаровывало. Он вспоминал их долгие разговоры и думал о предстоящих, представляя, как она отнесется к тому, что он хотел рассказать ей. Больше всего на свете Северус хотел просто увидеть ее снова.
Дамблдор поклялся сообщить ему, если что-то случиться с Гермионой или ребенком. Его ребенком. Он будет отцом. Эта мысль одновременно страшила и радовала. Скоро, через два месяца, Гермиона подарит жизнь его ребенку. И неожиданно Северус Снейп остро ощутил твердое намерение увидеть, что его ребенок родится и будет жить в мире, свободном от ужасного сумасшедшего чудовища, которому он сам однажды присягнул на верность.
Его хлопнули по плечу, и Северус открыл глаза.
- Пинкус вернулся, - произнес Блэк, сжимая пробку, заколдованную вспыхнуть, когда объект их слежки откроет входную дверь своего дома. Кусочек белого пластика светился в темноте.
Троица быстро заскользила между деревьями, обходя вокруг коттедж Сиднея Пинкуса, новоиспеченного Пожирателя Смерти, который проводил здесь выходные раз в месяц, сообщая жене, что занимается духовным совершенствованием. На самом деле он встречался здесь со своей любовницей в первую неделю каждого месяца, как по часам.
Но в этом месяце парочке пришлось забыть о свиданиях – его слишком часто вызывал господин. Раньше этим вечером Сириус, скорее всего, разрушив любовную жизнь Пинкуса, аппарировал в уединенный домик и сообщил его подружке, что жена ее друга намерена приехать вместе с ним. Женщина поспешно удалилась.
- Идиот, даже не установил защиту, - с отвращением прошептал Северус. Шагая впереди Блэка и Люпина, он подошел к двери коттеджа и бесцеремонно распахнул ее.
- Пинкус! - воскликнул он, указав палочкой на перепуганного мужчину. Пинкус выронил серебристую маску, которую заворачивал в серую мантию. - Как поживаешь, старина? Надеюсь, хорошо?
- Ссснейп! - запинаясь, произнес мужчина. - Я думал ты умер!
- Вовсе нет, - ответил Северус. - Позволь мне не представлять своих спутников. Не волнуйся, они хорошие собеседники, но я хочу поговорить с тобой.
- О чем? - испуганно пролепетал Пинкус, наблюдая за двумя мужчинами за спиной старого знакомого.
Опыт троицы подсказывал, что более устрашающего эффекта можно добиться, когда один говорит, а двое сзади молчаливо поддерживают его, чем когда разговаривают все трое, каждый в своей манере.
Северус растянул губы в улыбке и поставил перед собой один из стульев. - О многом, в первую очередь о Волдеморте.
Сидней Пинкус был не первым и не последним Пожирателем Смерти, выявленным Орденом, который еще мог пожалеть о том, что принял Метку. Пока Волдеморт собирал рекрутов в свою армию, он не мог следить за каждым в отдельности, хотя, возможно, и следовало бы. И каждый, кто видел Северуса Снейпа, вырвавшегося из лап своих бывших товарищей живым, здоровым и свободным, задумывался о своем возможно поспешном решении беспрекословно подчиняться Темному Лорду.
Это была скучная и изматывающая работа, результаты которой были подчас и невидны. Но каждый сомневающийся Пожиратель - брешь в броне Волдеморта. День за днем они трое так или иначе делали все, что в их силах, что бы разрушить армию Волдеморта изнутри. Даже тех, кто сопротивлялся выверенным увещеваниям Снейпа, можно было оглушить, напоить Сывороткой Правды, а потом стереть память.
В свою очередь, Северус Снейп обнаружил, что у него есть, по крайней мере, одна общая черта с Люпином и Блэком. Они трое оказались весьма безжалостны и держали совесть на коротком поводке: она вставала и ложилась по команде и могла убедительно прикинуться мертвой.
* * *
Последний визит в Хогсмит пришелся на первые выходные июня. Сначала Гермиона не собиралась идти, подготовка к ТРИТОНам занимала все свободное время, но Рон и Гарри проявили удивительную настойчивость. Отказавшись принимать «нет» за ответ, они практически похитили ее и вытащили из замка впервые за долгое время.
Оказавшись под ярким солнцем, на свежем воздухе, Гермиона немедленно простила своих друзей. День был слишком хорош, чтобы пропустить его, а ее дремавший аппетит немедленно потребовал сладостей из «Королевства».
Они присоединились к остальным студентам, шагавшим в деревню. Легкий ветерок трепал мантии и разносил веселые звонкие голоса. Рон, не умолкая, расхваливал достоинства последней модели гоночных метел и жарко спорил с Гарри о новшествах, которые он одобрял, а Гарри нет.
- Спросим Гуджеона, когда придем в магазин, - закончил спор Рон. - Он откроет тебе глаза.
- Скорее ты будешь на обложке “Ведьминого Досуга”, - с усмешкой парировал Гарри. - Гуджеон лучше знает.
- Минутку внимания! - воскликнула Гермиона. - Если вы думаете, что я буду топтаться рядышком, пока вы спорите о метлах, то сильно ошибаетесь.
- Ох, а ты, наверное, ждала, что мы будем торчать рядом, пока ты не пройдешься по всем полкам в книжном магазине, - в тон ей ответил Рон.
- Ладно, - ответила Гермиона. - Никаких книжных, но я хочу зайти в один магазин и не желаю слышать возражений.
- Идет, - согласился Гарри. - Не волнуйся, мы недолго будем любоваться метлами. Нужно вернуться в школу до трех.
- Правда? - удивилась девушка.
- Разумеется, - вступил Рон. - Ты что, не читала объявление?
- В этом году сокращены свободные выходные, - добавил Гарри, - ну, после Хеллоуина, - закончил он сочувственно. - Дамблдор хочет, что бы именно сегодня не случилось никаких неприятностей.
Юноша качнул головой в сторону колдуна, который стоял у стены и читал «Ежедневный пророк», не обращая внимания на толпу вокруг. В свете услышанного Гермиона начала замечать большое количество просто праздно прохаживающихся туда-сюда по торговой улице колдунов и ведьм.
- Авроры, - прошептал ей на ухо Гарри. – Внештатные добровольцы. Приезжают в Хогсмит каждые выходные по просьбе Дамблдора.
Поежившись и подавляя нехарактерную для нее мысль, что уже поздно осторожничать, Гермиона смиренно согласилась на короткий визит в спортивный магазин, где пахло опилками, свежими прутьями и лаком.
Рон и владелец магазина немедленно углубились в дискуссию о метлах. К недовольству Рона, Дэйв Гуджеон занял сторону Гарри, настаивая, что дизайнеры погорячились, убрав то, что следовало бы оставить. Очень довольный, Гарри выпятил грудь, но оставил спорщиков сражаться без него и нашел стул для Гермионы. Она устроилась поудобнее, ожидая, что Гарри займется изучением товара, но юноша остался рядом, уткнувшись в стопку пергаментов.
- Что это? - спросила девушка.
- Расписание квиддичных матчей, - ответил Гарри и показал на яркие эмблемы команд в одной из таблиц. Оранжевый цвет «Пушек» Гермиона узнала безошибочно благодаря многолетнему общению с Роном, но другие эмблемы ей тоже были знакомы. Гарри в явном восхищении водил пальцем по глянцевой бумаге с датами игр. - Я получил сову от Английской ассоциации по квиддичу, - тихо признался он.
- Гарри! - радостно воскликнула Гермиона, но он поднял руку, умоляя ее замолчать.
- Не надо, я еще не сказал Рону. Они хотят, чтобы я заявил себя как свободный игрок; очевидно, профессиональные команды не могут набирать игроков, даже новичков, если их нет в списке свободных.
- Это замечательно! Ведь сезон открывается уже скоро. Думаю, многие команды захотят заполучить тебя.
Гарри снял очки. - Тренировочные базы открываются 1 октября. Но я не поеду туда, пока все не уладится.
Гермиона побледнела и пристально посмотрела на него. - Гарри, ты не должен жертвовать своими планами, ожидая нападения Волдеморта.
- Я не жду его. Как только окончу школу, сам на него нападу.
Гермиона оглянулась, проверяя не слышит ли их кто. - Ты в своем уме? Мы говорим о Волдеморте! За ним армия Пожирателей Смерти, они соберутся по первому его зову!
- Мне все равно. Гермиона, министерство сколько угодно может это отрицать, но все зашло слишком далеко. У Дамблдора есть связи в штабе Авроров, они тоже разочарованы политикой Фаджа. Как только станет известно, где скрывается ОН, мы нападем.
- Когда он поблизости, ты даже стоять прямо не можешь! - возмутилась девушка. - Шрам нещадно болит! Как ты с этим справишься? - Гарри поморщился: шрам действительно сильно горел уже несколько месяцев и являлся источником постоянной головной боли. – И не забудь, ваши палочки не могут сражаться друг против друга!
- Я не говорил, что будет легко.
Гермиона хмыкнула.
- Герми, я устал, - искренне признался юноша. - Устал слушать о нападениях Пожирателей, устал бояться. Больше никто не испытает тот кошмар, что пережила ты. Клянусь!
- Что говорит профессор Дамблдор?
Гарри снова надел очки. - Он не согласен напасть первым, но выпуск уже на следующей неделе. Конец семестра - 19 июня, и экспресс увезет всех домой 20. Вряд ли Волдеморт предпримет что-либо раньше августа, но если он захочет устроить представление в день Летнего Солнцестояния, никто из студентов не пострадает.
- А что дальше?
- Я отправлюсь на войну, - мрачно сказал Гарри.
Вот и все. Гермиона смотрела на худощавого черноволосого юношу. Детство закончилось. Горькая мысль, но это правда. Последний беззаботный день, последний поход в Хогсмит. Вернувшись в замок, студенты тут же начнут яростно готовиться к экзаменам, а семикурсники – к ТРИТОНам.
Она вспомнила старую песню о трех друзьях, которые прекрасно провели летний день. «Лето перед войной» кажется, так она называлась, и сейчас слова той песни грустным эхом отозвались в ее сердце. Гарри ждал, что она будет спорить, возражать, но Гермиона встала и неуклюже обняла юношу. Спрятав лицо на плече друга, она постаралась скрыть слезы.
- Будь осторожен, - прошептала она.
Гарри обнял ее. - Хорошо, - пообещал он.
- Что такое? - вопрос Рона заставил их отстраниться друг от друга. - Гермиона, вообще-то он уже помолвлен, но я не виню тебя за желание найти себе кого-нибудь получше.
Гермиона высвободилась из объятий Гарри и, хотя это стоило неимоверных усилий, широко улыбнулась Рону. – Завянь, - весело произнесла она.
Рон открыл рот, услышав такое из уст Гермионы. Гарри и Гермиона рассмеялись. Раз сегодня их последний беззаботный день, они должны повеселиться на славу, решила девушка в этот момент.
- Пойдемте в «Зонко».
Настала очередь Гарри удивляться. - Гермиона, с тобой все в порядке?
- Разумеется, - сказала она, взяв друзей под руки. - Просто хочу уйти отсюда, можно?
Фред и Джордж отказывались признаваться, сколько денег они вложили в магазин Зонко и где они вообще их раздобыли, но каким-то образом они уговорили старика принять их в дело, а в будущем разрешить им выкупить его. «Ужастики Умников Уизли» занимали всего несколько витрин, и близнецы постигали премудрости бизнеса под снисходительным взглядом мистера Зонко, который действительно планировал передать магазин младшему поколению шутников, как только они смогут обеспечивать достаточное количество товара. До этого момента братьям Уизли приходилось открывать, закрывать магазин и сталкиваться с другими малоприятными обязанностями, а владелец стоял за прилавком. Все трое были очень довольны таким распределением обязанностей, особенно старик, у которого появилась уйма свободного времени в разгар рыболовного сезона.
Близнецы оживились, увидев брата и его друзей, и немедленно забыли про набросанный на обратной стороне объявления о распродаже план переоборудования магазина. Они собирались заняться этим летом и закончить к новому учебному году.
- Подбрось это в зелье Снейпа, - жизнерадостно рассказывал Фред о новинке, показывая подозрительный брикет в яркой упаковке. - «Пена Фантазий». Действует по принципу боггарта, но с противоположным эффектом. Растворившись, эта штука превращается в того, с кем мечтает переспать человек. Это собьет спесь с летучей мыши!
- Если только это работает, - угрожающе протянула Гермиона. - Если это сработает, то лучше чтобы этот кто-то выглядел похожим на меня, - она сладко улыбнулась, заметив испуг на лице Фреда. Парень вспомнил слухи, долетавшие из школы. - Кстати, Северус больше не преподает Зельеварение. Разве ты не знаешь?
- Мы слышали, - вставил Джордж и дал подзатыльник близнецу. – Гермиона, поздравляю. Всегда знал, что у тебя достаточно мозгов, чтобы зацепить кого-нибудь получше нашего братика.
- На себя посмотри, - пробурчал Рон брату. - Вижу, ты еще не нашел Ведьму Своей Мечты. Мама начинает волноваться, что ты играешь не за ту команду.
- Глупости, - затараторил Фред. - На прошлой неделе я застукал его на лестнице с этой хорошенькой ФиМмммф!
- Он совсем сбрендил, - Джордж зажал рот брату. - Никаких подружек, правда.
- Ее зовут Филисити, - выкрикнул Фред, когда ему удалось освободиться. Джордж немедленно двинул ему локтем, и понеслось. Рон, Гарри и Гермиона, не выказывая ни малейшего беспокойства, с интересом наблюдали, как близнецы мутузят друг друга. Подобная сцена повторялась каждый раз, стоило одному из них завести подружку.
- Будь у меня деньги, я бы поставил на Фреда, - предложил Рон.
- Нет, - возразил Гарри. - Только на Джорджа.
- Интересно, как вы собираетесь их различить? – фыркнула Гермиона.
Наконец один из близнецов взвыл от боли. Другой начал многословно извиняться.
- Извинения приняты, гад, - сказал один, и драка закончилась. К несчастью, братья носили одинаковые свитера, и было невозможно определить, кто Фред, а кто Джордж. После бесплодных попыток узнать, кто есть кто, Рон попрощался с братьями.
- Извините, ребята, но мы должны скоро встречаться с Дином и остальной командой.
На прощанье близнецы передали Рону и Гарри по пакету последних новинок «ужастиков». - Сначала прочитайте инструкции, - предупредил Фред (или Джордж), когда троица подошла к двери.
К радости Рона и Гарри, Гермиона действительно отказалась от посещения книжного магазина. Но их восторг немедленно испарился, как только они, покрасневшие и смущенные, бродили за ней среди маленьких одеял, крошечных мантий и волшебных шляпок в «Крошках Колдунах и Ведьмах».
Гермиона еще не знала, какой цвет выбирать, розовый или голубой, поэтому отложила покупку детской одежды, а когда представила лицо Северуса, то смогла оторваться от россыпи сахарных уточек и плюшевых единорогов. В итоге она ограничилась покупкой пары светло-зеленых распашонок и маленького желтого одеяльца с красной каймой.
- Бедный ребенок, быть одетым и завернутым в такой кошмар, - произнес Рон. - Он сможет чувствовать себя полноценным только на Рождество.
Следующей остановкой стало «Сладкое королевство», где Гермиона накупила огромное количество нуги в надежде, что ей хватит до конца учебного года. Вряд ли, немедленно возразила она себе, прекрасно известно, сколько можно съесть, когда посреди ночи на тебя нападает голод.
Покончив с покупками, друзья зашли в «Три Метлы», где застали всю гриффиндорскую команду по квиддичу. Четверокурсница Натали Макдоналд заняла для всех большой стол. Невысокая и хрупкая для загонщика, на метле Натали была сам дьявол, и Гарри предлагал ее кандидатуру на место капитана в следующем году.
Гарри, Рон и Гермиона присоединились к остальным, смеялись над глупыми шутками, в свою очередь делая возмутительные заявления. Все заказали сливочное пиво, и Гермионе пришлось покричать, чтобы мадам Розмерта приняла ее заказ на яблочный сидр. Друзья немедленно начали дразнить ее, намекая на вес и объемы и на то, последствием чего эти перемены являлись.
- Лично я охотнее представлю сексуальную жизнь Хагрида, - выпалил Рон. – Чем тебя и Снейпа вместе!
- Тебе в любом случае придется включить воображение, - невозмутимо ответила Геримона, уверенная, что у нее самый богатый сексуальный опыт среди присутствующих. - Ты же никогда не занимался сексом!
- Гермиона! - смутился Рон. Девушка равнодушно пожала плечами. Если тебе нравится подкалывать друзей, не забывай, они тоже могут это сделать. Среди оглушающего ржания раздалось громкое фырканье Гарри, и он немедленно заработал угрюмый взгляд Рона.
- А ты чего смеешься? У вас с Джинни еще ничего не было.
- Рон, конечно, ты можешь успокаивать себя этим, если хочешь, - ответила Натали. - Гермиона, я права?
Гермиона усмехнулась, замечая, как одновременно покраснели Гарри и Рон, ожидая ее слов. Один надеялся на отрицательный ответ, другой на ее деликатность.
- Я точно не уверена, что Гарри и Джинни…. - протянула девушка, оглядывая аудиторию. - Но если мои догадки верны…
По залу пронеслось громкое “ооох”, когда Гермиона многозначительно изогнула брови и улыбнулась, намекая на то, что не хотела бы говорить в слух.
- За Джинни! - крикнула Натали, подняв бокал. Гарри первым присоединился к тосту, который в результате закончился смехом, пивом, разлитым по столу и другими глупостями.
К трем веселая компания разошлась: все отправились обратно в замок. Уставшая Гермиона не могла угнаться за остальными и отстала. Гарри и Рон шли рядом, болтали и смеялись. Само их присутствие, их шутки и разговоры наполняли душу Гермионы ощущением счастья и покоя. Она слушала друзей, вставляя случайные замечания, но в основном просто наслаждалась их компанией.
Вдалеке замаячила маленькая фигурка, которая остановилась у первой группы студентов и бурно зажестикулировала. Друзья узнали Колина Криви.
- Филч, - отдышавшись, произнес он, когда подошел ближе. – Если у вас есть что-то запрещенное, спрячьте это получше. Он в ужасном настроении и слышал о новинках ваших братьев.
Гарри и Рон испуганно переглянулись, а затем посмотрели на сумку в руке Гермионы.
- Нет, нет и нет. Все не так! - возмущалась девушка секунду спустя. - Неужели вы так ничему и не научились у близнецов? Заверните все в одеяльце!
Когда они подошли к замку, Аргус Филч стражем стоял у ворот. Он напоминал поизносившегося рыцаря давно поверженного короля, поклявшегося защищать замок до последней капли крови. Завхоз подозрительно уставился на Рона и Гарри, и мальчишки вывернули все карманы, показывая, что у них ничего нет.
Недоверчиво хмыкнув, он перевел взгляд на Гермиону. - Ходила за покупками? И что у тебя здесь?
- Кое-что для малыша, - ответила она, одарив Филча самым невинным взглядом. - Куча маленьких милых мантий, - просюсюкала девушка.
Гарри толкнул локтем Рона, который, хмыкнув, изобразил приступ рвоты.
- Мне нужно прилечь, - неожиданно заявила Гермиона. – Ужасно ломит спину, - она приложила руку к пояснице и потянулась, выставив круглый живот, а затем поморщилась. - Ой, Гарри, малыш толкается, потрогай.
От неожиданного предложения Гарри чуть не поперхнулся, но выражение на его лице не шло ни в какое сравнение с ужасом на физиономии Филча. Завхоз закашлял и резко посерел, когда ему было представлено очевидное доказательство беременности Гермионы.
- Ну… идите, - проворчал он с отвращением.
Войдя в замок, Гарри и Рон захохотали. - Кто бы мог подумать, что Филч так растеряется при виде беременной Гермионы? - недоверчиво произнес Рон. - Учитывая, сколько обнимающихся студентов он поймал за многие годы!
- Ха, - громко произнесла Гермиона, тяжело поднимаясь по ступенькам. – Я заметила, что ни у кого не хватило смелости прикоснуться и почувствовать движения малыша. - Одноклассницы табуном ходили за ней, умоляя разрешить им потрогать ее живот, но ребят как ветром сдувало, стоило Гермионе оказаться рядом. Единственным исключением являлся Симус Финиган, но их с Лавандой интерес был вполне понятен.
- Гермиона! - воскликнул Рон. - Это же ребенок Снейпа. Неужели ты думаешь, я хочу знать, как он пихается внутри тебя?
- Ну и прекрасно! - обиженно ответил она. - Пусть так, - насупившись, как в их первый год знакомства, Гермиона развернулась на каблуках и, гордо вскинув голову, поднялась на следующий лестничный пролет.
- Гад, - прошептал Гарри Рону, медленно поднимаясь по ступенькам за Гермионой.
- Гарри, брось, ты действительно хочешь почувствовать это?
- Нет, - согласился Гарри. - Но у нее наши вещи.
Перегнувшись через перила, Гермиона крикнула: - Эй! Какое самое первое заклинание вы выучили?
Рон поморщился, но Гарри быстро вспомнил. - Wingardium Leviosa. А что?
- Думай быстрее! - рявкнула она и швырнула их пакеты вниз.
* * *
Спустя несколько недель, в пятницу в полдень, Гермиона прямиком отправилась в свою комнату и, скинув мятую форму, свалилась на постель. Экзамены, которых она так ждала и страшилась одновременно, закончились: сегодня она сдала последнего ТРИТОНа. Все страхи остались позади, а волноваться в ожидании результатов она еще не начала. Сейчас она хотела только одного: выспаться.
Она подремала совсем немного, но проснулась удивительно отдохнувшей. Потягиваясь в уютном гнезде из одеял, она почти ощущала теплое тело рядом с собой, чувствовала, что сильные руки обнимают ее, поглаживая округлый живот.
Какой хороший сон, думала Гермиона, не желая просыпаться, пока знакомые сильные настойчивые руки не обняли ее еще крепче. Северус рассмеялся, когда девушка хрипло вздохнула, полностью проснувшись. Он нежно поцеловал ее в мочку уха и заскользил губами вниз по шее.
Застонав, Гермиона быстро повернулась и прижалась губами к его губам, чувствуя невероятное облегчение оттого, что он рядом, цел и невредим.
- Когда ты вернулся? - спросила она, наконец позволяя ему снова вдохнуть.
- Сегодня утром, - ответил он.
Гермиона закрыла глаза, а затем снова поцеловала его. – Спасибо, - она не смогла бы сосредоточиться на экзамене, зная, что Северус в замке.
- Пожалуйста, - ответил он, поздравляя себя за правильное решение. Вначале он сомневался, как оказалось, зря, не захочет ли она узнать о его возвращении в замок немедленно.
Нахмурившись, Гермиона отстранилась и критически его оглядела. - Что это? - спросила она, дернув Северуса за черную щетину на подбородке.
- Пусти, - Северус убрал ее руку и лихо ухмыльнулся. Гермиона удивленно посмотрела на мужа. Очевидно, он много времени провел на открытом воздухе. Его руки и лицо загорели.
- Теперь ты выглядишь как настоящий цыган.
- Точно. И смотри, - он поднял с пола свою рубашку и положил на кровать. Рубашка выглядела как домотканая и сильно выцвела.
Гермиона не могла сдержать смех, она откинулась на подушку и, прикрыв рот рукой, попыталась приглушить хихиканье. Мужчина театрально нахмурился, но девушку это ничуть не смутило.
Поняв, что его попытки напугать ее безуспешны, он начал просто любоваться женщиной, о которой мечтал весь месяц. На ее пышные кудрявые волосы, красивое лицо, округлые плечи и остальные приятные взгляду изгибы.
С большой осторожностью он откинул одеяло, приподнял рубашку Гермионы и оглядел ее живот, нежно коснувшись рукой гладкой кожи. Толчок под ладонью напугал его. Вглядевшись пристальнее, он смог заметить движение ребенка под ее кожей.
- Какой ты большой, - прошептал он.
- Это все равно, что говорить с подушкой, - со смешком произнесла Гермиона.
- Шустрый маленький сорванец, - произнес Северус, заметив, как поднялась и опустилась кожа на животе девушки.
- Очень, особенно в полдень. Я учу Нумерологию, а он танцует! Попытайся тут сосредоточиться, когда там устроили дискотеку. А однажды, клянусь, он исполнил несколько па из «Казачка».
Северус поцеловал гладкую кожу живота, прежде чем подвинулся и страстно поцеловал Гермиону. Она охотно откликнулась, обнимая и притягивая мужа ближе к себе. Знакомый жар разлился по всему телу.
К удивлению, Северус тяжело вздохнул и отстранился. - Гермиона, извини. Понимаю, тебе не до этого.
- Кто сказал? - возразила она. - Чтобы вы знали, профессор, - заговорила она голосом лектора, - я кое-что почитала на эту тему, - она кивнула в сторону стопки книг у кровати, большинство из которых ей прислала мать, купив их в отделе здоровья в маггловских магазинах. – И чтобы вы знали, женское тело создает барьер перед шейкой матки. Ничего не попадет туда, ничего не вырвется наружу, пока не придет время рожать.
- Значит, ты считаешь, все нормально?
- Я считаю, профессор, тебе следует оставить неуместное благородство, если ты знаешь, чего хочешь.
Северус улыбнулся, но его следующие слова были адресованы непосредственно ее животу.
- Будь хорошим малышом и веди себя смирно. У меня есть планы на твою маму.
- Серьезно? - игриво прошептала Гермиона.
- Серьезно, - пробормотал он, целуя ее и нащупывая край ее рубашки. Гермиона приподнялась, позволяя стянуть с себя одежду, и застонала, когда его руки сжали полную грудь.
На секунду она испугалась, что он найдет ее тело непривлекательным или даже отталкивающим, но забыла об этом, наслаждаясь его прикосновениями. Северус лежал рядом, ласкал и целовал ее, желая ощутить вкус каждой клеточки ее кожи. Эластичное белье быстро исчезло в складках постели. В ответ на его тихую просьбу, девушка повернулась на бок, и он прижал ее спиной к своей груди.
Северус возбуждал ее, заставляя выгибаться от нетерпения. Он тихо засмеялся, чуть приподнял ее ногу и вошел в нее, сжимая ее бедра и контролируя свои движения. Гермиона прогнулась назад, позволяя ему войти глубже. Одной рукой крепко обнимая ее, он ласкал ее другой. Скоро девушка вскрикнула, Северус глухо застонал и присоединился к ней в блаженстве.
Когда она смогла пошевелиться, Гермиона повернулась и прижалась к мужу. Он поглаживал ее живот, который упирался в его собственный.
- Теперь я понимаю, о чем ты говорила, - прошептал он после третьего пинка за минуту.
- Я предупреждала, – едва слышно сказала она. - Я так и думала, что тебя вряд ли сильно испугает мысль заниматься любовью с пляжным мячом.
- Нисколько, - невозмутимо возразил Северус. - Ведь это мой пляжный мяч, - он удивленно посмотрел на ее живот, когда малыш забрыкался, словно обиделся на прозвище «пляжный мяч». Гермиона попыталась отодвинуться, но Северус не выпустил ее, и она снова расслабилась в его объятьях.
Он прижал ее еще крепче и поцеловал в кудрявую макушку. - Я скучал по тебе, - тихо сказал он. Гермиона закрыла глаза, сдерживая слезы. Она понимала, как нелегко ему было произнести эти слова. Она еще сильнее обняла мужа, невероятно счастливая оттого, что снова оказалась рядом с ним.
- Гермиона, - позвал Северус.
- Да?
Он поглаживал сапфир на ее кольце. - Ты еще не передумала встретиться с моей матерью после окончания школы?
- Разумеется, нет! Она в Италии?
- Да. В окрестностях Рима.
- Поверь, тебе не придется меня долго уговаривать, - она засмеялась. - Я мечтаю побывать в Италии. Мы сможем задержаться там на пару дней?
- Конечно. Можно на неделю или больше.
- Рим летом… - мечтательно произнесла она.
- Вероятно, мне придется оставить тебя ненадолго, придется закончить одно дело для Альбуса, - как бы между прочим предупредил он.
- Ненадолго?
- Да, конечно, - ответил он как-то слишком поспешно.
Она замерла. - Лжец.
- Нет! Зачем мне врать?
- Хороший вопрос. Почему тебе не ответить честно? - она приподнялась на локте и заглянула ему в глаза. - Скажи мне.
- Гермиона, я не могу…
Она оборвала его. - Черт возьми, разумеется, можешь, иначе я и шагу отсюда не сделаю и…
- Еще как сделаешь ВСЕ, что тебе говорят! - в свою очередь повысил голос он, сверкнув черными глазами.
- Северус, даже не смей говорить со мной в таком тоне! Я никогда не оставляла Гарри, когда была нужна, и я не оставлю тебя!
- Ты на восьмом месяце. Любая помощь от тебя не сравнима с тем, насколько ты уязвима.
Яростный блеск в ее глазах дал понять, что в этот раз он зашел слишком далеко. - Если думаешь, что из-за беременности я стала только бесполезной помехой…
- Нет, я не об этом, - он расстроено застонал, притянул ее, сопротивляющуюся, ближе к себе и, наклонившись, спрятал лицо на ее шее. - Пожалуйста, ПОЖАЛУЙСТА, послушай меня. Я не смогу ясно мыслить, зная, что тебе угрожает опасность. Я не могу пойти на такой риск, - он вздохнул и еще крепче обнял ее. - Гермиона, прошу, умоляю, мне необходимо знать, что ты и наш ребенок в безопасности.
- А что потом, после родов? - свирепо спросила она. - Что потом?
Северус поднял голову и посмотрел в ее сердитое лицо. - Вероятнее всего, к тому времени, как ты родишь, все будет так или иначе кончено. Если случиться худшее, моя мать спрячет вас обоих и защитит тебя.
Гермиона растерянно вглядывалась в его лицо. - Только не говори, что старая мышь в своей башне сделала предсказание?
- Предсказание сделала не Трелони, - ответил он, улыбнувшись. Несмотря на ее недоверие, он пересказал пророчество. Девушка не спорила, когда он сказал, что не помнит точных слов, и Северус решил не сообщать ей, что Дамблдор приводит в порядок свои дела.
- Сколько осталось времени? - наконец спросила Гермиона.
- Мы не уверены точно. До конца лета, вероятно, в августе.
- День Рождения Гарри 31 июля, - задумчиво добавила она. – А я должна родить через неделю после этого.
Северус с нежностью поцеловал жену, не желая говорить, что, скорее всего, Гарри Поттер не проживет и месяца после восемнадцатилетия. Но в эту минуту его единственным, эгоистичным и отчаянным желанием было увидеть своего ребенка: хотелось хоть единожды подержать хрупкую жизнь в своих руках прежде, чем он ринется в бой, из которого не слишком надеялся вернуться.
Гермиона успокоилась, она поглаживала его руку, но ее мысли блуждали далеко за пределами комнаты.
- Я поеду в Италию, - наконец согласилась она. - Но хочу, чтобы ты сообщал мне, как идут дела.
- Конечно, - ответил он, вовсе не собираясь выполнять обещание. Было известно слишком много случаев, когда плохие вести заставляли женщин преждевременно рожать. Правда могла подождать до рождения ребенка.
- Когда ты уезжаешь? - тихо спросила она.
Северус вздохнул. – Уже завтра, но я постараюсь приехать к выпуску, надеюсь, у всех случиться сердечный приступ.
Гермиона хмыкнула. - Но у меня есть сегодня, правильно? - она всхлипнула, когда задала вопрос.
Северус прижал девушку к себе, не в силах смотреть в ее глаза, полные слез. - Да, конечно, - мягко ответил он.
Слезинка, блеснув, заскользила по щеке Гермионы. Один день, подумала девушка, как и прежде. Единственный миг, которым нужно наслаждаться.
Северус хотел лишь успокоить ее, но, едва прикоснувшись к мокрым и солоноватым от слез губам девушки, почувствовал, как его окутало желание. Гермиона страстно откликнулась на его жадный поцелуй. Она не позволила перевернуть себя, а вместо этого прижала его к подушкам и забралась сверху.
Они занимались любовью снова. Гермиона до боли сжимала его плечи, а ее полная грудь слегка покачивалась в такт их движениям. Северус смотрел на жену, и его желание граничило почти с благоговением перед видом этой женщины, молодой, божественно красивой, с пышными волосами, струящимися по плечам и спине, когда она, откидывая голову, стонала от наслаждения.
* * *
Два часа спустя Гарри постучал в дверь старосты, собираясь позвать ее на обед, но отпрянул, услышав “Проваливай!”, сказанное приглушенным мужским голосом, и смех Гермионы.
Немного ошеломленный, юноша послушно ушел и спустился в Главный Зал, где занял место рядом с Роном.
- Что делает Гермиона? - спросил Рон.
Гарри поковырял еду вилкой. - Думаю, ты не захочешь услышать ответ.
* * *
Солнце едва показалось над горизонтом, когда громкий стук в дверь вырвал Гермиону из глубокого сладкого сна. Спотыкаясь, она перешагивала через сумки и коробки, разбросанные по полу, пока натягивала мантию, а, открыв дверь, зевнула и пробормотала: - Что надо?
- Мы идем на стадион, полетать. Пойдешь с нами? - спросил отвратительно бодрый и довольный Гарри. Прижимая «Молнию» локтем, он натягивал перчатки. Сегодня его волосы были всклокочены больше обычного и делали его похожим на ежика, застигнутого бурей.
- Вы хотя бы поспали? - поинтересовалась девушка. Она уснула в середине выпускной вечеринки, не обращая внимания на крики и смех вокруг. Никто не хотел оставлять праздник, прекрасно понимая, что это их последний день в Хогвартсе. Далеко за полночь Гарри и Рон вытащили ее из гостиной и отвели в комнату.
- Конечно, спали, - вмешался Рон, накинув красную квиддичную мантию на плечи. – Часа три, наверное.
Гермиона улыбнулась и прислонилась к двери. - Честно, вы оба хуже Хагрида. Я уже представляла, как вы, размахивая знаменем Гриффиндора, с ревом и криками баньши штурмуете поезд сегодня днем.
- Кстати, ты едешь? - неожиданно спросил Рон. - Без тебя это будет неинтересно.
- Да, конечно. Северус прислал письмо, он, вероятно, не успеет к окончанию, поэтому на станции меня встретят родители. Пару дней проведу дома, а затем Северус отвезет меня познакомиться с его матерью.
Рон содрогнулся. - Мамаша Снейпа! Кошмары тебе обеспечены.
- Ее письмо было очень милое, - возразила Гермиона. - К тому же она моя свекровь, нужно показать себя с лучшей стороны, разве нет?
- Как скажешь, - дипломатично согласился Гарри. - Так ты идешь или нет? Если поспешим, успеем к Хагриду.
- Хорошо. Оденусь и спущусь вниз.
Ребята переглянулись, и Гермиона недовольно поморщилась. – Хватит! Сегодня последний день в школе. Я в состоянии дойти до стадиона самостоятельно. Идите. Я спущусь через пять минут. И запомните, только посмотрю, как вы летаете. Сейчас мне нельзя подходить к метле.
Рон фыркнул. – Учитывая, как ты летаешь, тебе вообще нельзя к ней подходить, - Гарри оттащил Рона за плечо, не дав возможности Гермионе огрызнуться.
- Скоро буду, - крикнула она.
Мальчишки зашагали по коридору, смеясь и подшучивая друг над другом. Гермиона закрыла дверь и пошла в ванную, надеясь, что расческу она еще не упаковала.
Через пять минут, почистив зубы, причесавшись и натянув просторную мантию, она услышала стук в дверь. Гермиона недовольно крикнула, что дверь открыта. - Я еще не нашла туфли!
Девушка отскочила от двери, заметив, кто стоит на пороге.
Это был не Гарри.
Глава 19
Весь мокрый, но очень веселый, Гарри закинул метлу на плечи и смеялся, наблюдая за попытками Рона загнать бладжер обратно в ящик. Рон, грязный, взмыленный, с торчащими в разные стороны волосами, собирался сказать Гарри парочку «приятных» слов, но так и остался стоять с открытым ртом, заметив за спиной друга быстро спускающуюся с холма фигуру.
Черная мантия Северуса Снейпа развевалась на ветру, подобно крыльям летучей мыши; он стремительно приближался к ним. На мужчине был обычный костюм, в котором он вел зелья, но его суровое лицо наводило ужас, друзья почти физически ощущали ярость Снейпа, когда он остановился перед ними. Гарри выронил метлу: взгляд черных глаз словно пригвоздил его к земле.
- Где моя жена? - прозвучал ледяной голос. Шок во взглядах Рона и Гарри немедленно сменился замешательством и смятением.
Минуту спустя они уже изучали пустую комнату Гермионы. Выражение лица Снейпа стало еще мрачнее, когда он нашел волшебную палочку девушки в кармане школьной мантии, сложенной на стуле.
- Ничего не изменилось, - произнес Гарри, оглядывая книги и чемодан, сваленные на полу. - Она ничего не трогала. Вот ее ночнушка, - он указал на разобранную кровать, на которой сейчас сидел Косолапсус. Кот внимательно следил за визитерами, свирепо помахивая хвостом. - А зубная щетка еще влажная.
- Но где же она? - раздался в тишине голос Рона. Он задавал это вопрос в седьмой раз, но ему никто не ответил.
- Нужна Карта Мародеров, - решительно сказал Гарри.
- Она не поможет, мистер Поттер, - Альбус Дамблдор стоял в дверях вместе с Римусом Люпином и Сириусом Блэком. Волшебник молча показал скрученный пергамент, перевязанный черной лентой.
- Только что доставили. Северус, это адресовано тебе, - его голос был полон печали и сожаления.
Северус шагнул вперед и почти вырвал пергамент из рук директора. Небольшая печать треснула, и он нетерпеливо рванул ленту, но замер, нащупав нечто твердое. На ладонь упало обручальное кольцо Гермионы.
Северус молча положил ленту в карман, развернул пергамент и быстро прочитал короткое послание. – Я должен явиться в «Замок Красных дверей» иначе Гермиону принесут в жертву завтра, в день Летнего солнцестояния, - медленно произнес он.
- Что за «Замок Красных дверей»? - просил Рон.
- Мама бы вас туда не пустила, - ответил Сириус. - Бордель в Лютном переулке.
- И любимое место сбора Пожирателей Смерти, - добавил Северус. - Малфой водил меня туда после получения Метки. Он считал, что так можно отпраздновать.
- Это от Люциуса Малфоя? - коротко спросил Гарри.
- Подписи нет, но я не сомневаюсь, - ответил Северус.
- Не ходи, - заговорил Сириус. - Он никогда не отпустит Гермиону, это ловушка.
Северус стрельнул в него убийственным взглядом. – Блэк, не будь дураком. Так и есть!
- Вы должны знать, сегодня никто не видел Драко Малфоя, - произнес Дамблдор. - Я просил каждый портрет присматривать за ним, сейчас его ищут все привидения. Но я сомневаюсь, что он все еще находится в пределах школы.
- Как Малфой мог похитить ее из школы? Отсюда нельзя аппарировать, - Рон вспомнил, как часто об этом твердила Гермиона.
Гарри прикоснулся к болезненно жгущему шраму. - Возможно, но… портключи действуют.
- Почему День Солнцестояния? - спросил Люпин. - Это не столь значимо, как Белтайн. Почему они не схватили ее тогда?
- Не представилось возможности, - ответил Гарри. - Мы с Роном всегда были рядом.
По правде сказать, Гарри очень удивился, что Снейп не убил их за то, что они упустили девушку сейчас.
- Малфою наплевать на Солнцестояние, - обреченно произнес Северус. – Или он передаст ее Волдеморту, Темный Лорд придает значение подобным вещам, или просто запугивает нас, но он в любом случае может убить ее, если уже не сделал этого.
Гарри не понравилось, с каким спокойствием мужчина произнес эти слова, но он увидел, как тот смял письмо в кулаке так, что побелели костяшки пальцев.
- Можно найти ее с помощью магии? - спросил Рон.
Лица просветлели, но Северус покачал головой. - Нет. Прежде чем подарить ей обручальное кольцо, я наложил на него чары обнаружения, но Малфой догадался об этом. Он прекрасно умеет магически скрывать вещи.
* * *
- Мне нужно в туалет.
- Ты только что была.
Прочная деревянная дверь приглушала звук голоса Драко Малфоя, но его недовольство не знало преград.
- Это было сто лет назад.
- Это было тридцать минут назад, черт!
- Тогда бы похитил кого-нибудь, у кого мочевой пузырь побольше, чем твой мозг! - крикнула Гермиона, стукнув локтем по двери, и немедленно пожалела об этом. - Я замерзла! Ты не позволил захватить плащ. Я даже туфли не надела!
За дверью раздалось неразборчивое ругательство, и зеленая мантия Малфоя свесилась из маленького окошка на двери. Когда-то окно закрывала решетка, но прутья давно проржавели и вывалились. Комната представляла собой жалкое зрелище, но крепкие засовы делали ее надежной тюрьмой.
- Спасибо, - пробормотала девушка, накинув мантию на плечи и подоткнув ее под ноги.
- Пожалуйста, - недовольно пробурчал Драко.
- Я все еще хочу в туалет.
- Ну сколько можно!
Гермиона потерла палец, где была содрана кожа, когда Малфой сорвал кольцо. Конечно, это было глупо, но Гермиона скучала по кольцу. Она плотнее закуталась в зеленую мантию и неуклюже устроилась на грязном полу, прислонившись спиной к двери своей камеры. Она догадывалась, что Драко Малфой сидит в той же позе, только с другой стороны.
Когда он утром постучался в ее дверь, Гермиона ждала оскорблений или страшных угроз в адрес Северуса. Вместо этого юноша шагнул к ней и всунул в руку подсвечник, который оказался портключом. Прыжок через портал, казалось, выворачивал внутренности наизнанку, и когда мир перестал кружиться, содержимое ее желудка оказалось на сапогах Люциуса Малфоя. Это не слишком порадовало джентльмена.
- Драко, это и есть та сказочная жизнь Пожирателя Смерти, о которой ты мечтал? Торчать здесь в этой… Кстати, где мы?
- Заткнись.
- Хотя я и так знаю где, в полной заднице. Мы хотя бы в Англии? - Гермиона посмотрела в маленькое окошко. Вдали зеленели холмы и паслись овцы: мирная сельская картина, но абсолютно не то, что она хотела бы увидеть. Можно попытаться вытащить несколько камней и сделать лаз, но это часы работы.
- Я сказал, заткнись!
- Не сомневаюсь, ты гордишься собой! Красивая серебряная маска…ах, постой. У тебя ее нет? Полагаю, пока тебе не пришлось участвовать в серьезных делах. Очень интересно, должно быть, нападать на магглов, которые даже не верят в существование магии.
Гермиона знала, Драко был страшно недоволен приказом сторожить ее. Она слышала, как он ругался с отцом из-за того, что его не берут на настоящие дела. Но Люциус заявил, что пока он не посвящен, то понапрасну тратит его время.
- Ты свое еще получишь, - со злостью предупредил Драко.
- О, свое я уже получила. Отец не рассказал тебе всего, я права? Он не упоминал, как вместе с дружками похитил меня и собирался изнасиловать? Только они отвлеклись, пытаясь убить одного из своих. Твой драгоценный папаша не говорил, как он напал на Северуса Снейпа? Предательство есть и в твоей крови.
- Заткнись!
- Драко, открою тебе вселенскую истину. По-настоящему сильные люди боятся не тех, кто заведомо слабее их, а только тех, кто представляет реальную угрозу.
- Я знаю! - крикнул он. - Думаешь, я совсем идиот?
Парочка грубостей так и вертелась на языке, но Гермиона сдержалась, услышав нотки отчаяния в голосе юноши. Облизнув пересохшие губы, девушка попыталась говорить спокойнее.
- Драко, ты не глуп. Я никогда так не думала. Только я не понимаю, как ты можешь верить в то, что ты делаешь, - она замолчала, размышляя. - Хотя, если с детства постоянно слышать подобное, то скоро начинаешь этому верить, не задумываясь.
- Возможно, - угрюмо произнес он.
В ветхой хижине воцарилось молчание. – Что будет дальше? - произнесла Гермиона. Она была еще и до смерти напугана, но неизвестность не добавляла приятных ощущений.
- Понятия не имею, - ответил Драко.
- Твой отец убьет меня. Ты знаешь об этом?
- А это меня касается? - усмехнулся он.
- Драко, я знала, что ты сволочь, но не предполагала, что убийца.
- Грейнджер, богатство и власть - отличная штука, всегда можно найти глупца, который сделает за тебя грязную работу.
Гермиона усмехнулась. - Похоже, ты плохо знаешь своего отца. Он убежден, что все должен делать сам. Как, по-твоему, я забеременела?
- Мой отец никогда не прикасался к тебе! - возразил Драко.
- Да. Он наложил заклятие Imperius на профессора Снейпа и приказал ему изнасиловать меня, – ответила Гермиона. - Думаю, мистер Малфой планировал быть вторым, - добавила она грубо.
Бледное лицо Драко появилось в разбитом окошке. - Лжешь! Мой отец никогда бы не унизился до тебя!
Гермиона подошла к окну со своей стороны. – Той ночью ему явно не терпелось спустить штаны, - бросила она в ответ.
Его злость неожиданно утихла. - Он знал… он обещал, что ты достанешься мне, - прошептал Драко почти растерянно.
- Я нравлюсь тебе? - спросила она, но пожалела о сказанном, увидев отвращение на лице юноши.
- Конечно, нет, грязнокровка. Я просто хотел трахнуть тебя, - но грубым словам не хватало убедительности, и Драко тяжело опустился на землю.
И в эту минуту Гермиона поняла, почему именно ее похитили в ночь на Хеллоуин: то, что она являлась старостой, было не главной причиной. Люциус Малфой, очень по-слизерински, преследовал несколько целей сразу. Волшебное общество и попечительский совет были бы напуганы убийством магглорожденной старосты, для Гарри и Дамблдора это стало бы личным ударом, а возможный изменник среди Пожирателей Смерти был бы выявлен. И, наконец, решилась бы проблема с неподходящим объектом интереса собственного сына. Драко Малфой. Его преследования и постоянное присутствие там, где появлялась она, объяснялись тем, что молодой человек влюбился и не мог справиться с собой. А сейчас ее жизнь оказалась в его руках, и, возможно, Драко решал что-то для себя.
- Все нормально, - заговорила Гермиона, присев у двери. - Многие влюбляются в тех, в кого не следует. Однажды я влюбилась в Гилделроя Локхарта.
- Все девчонки влюблялись в Локхарта, - усмехнулся Драко. - Если бы он не был так занят собственным отражением в зеркале, то заполучил бы всех девчонок и педерастов начиная с третьего курса.
- Драко…
- Что? - угрюмо спросил он.
- Почему я? Я думала, у вас с Панси Паркинсон все серьезно.
- Знаешь, сколько чистокровных еще не обрученных девчонок из старинных семей мой отец считает подходящими для меня? Трех. Одна на пять лет старше. Вторая - Панси Паркинсон, с мозгами как у болонки и такой же внешностью. И последняя - это сестра Гойла, которая выглядит как Гойл от макушки до пяток, только в платье. Ей нет и десяти.
- Уф, - поморщилась Гермиона с искренним сочувствием.
Снова воцарилось молчание, но Гермиона не могла этого выносить.
- Драко?
- Что?
- Твой отец отдаст меня Волдеморту. - Это был не вопрос.
Прошло много времени, прежде чем он ответил. - Думаю, да. Наш Господин верит в старые обряды. Жертвоприношение и все такое.
- Почему? - мягко спросила он. - Ты же знаешь, Волдеморта не заботит чистота крови, как твоего отца. Он ведь сам не чистокровный.
- Знаю и думаю, мой отец не во всем прав, - допустил Драко. - Он отчаянно стремится выслужиться перед Волдемортом, но что-то упускает, - он выдохнул с досадой. - Ведь Диггори был чистокровным, но Мерлин, это ему не помогло!
Он ненадолго замолчал. - Все, чего хочет отец - забраться на самый верх, даже если придется шагать по трупам. Ты или с ним, или против него, - спокойно произнес он и с сожалением добавил. - Грейнджер, я не хочу оказаться против.
Гермиона почувствовала слабый проблеск надежды, но закусила губы, прежде чем заговорить. Разумеется, хотелось верить, что Северус спасет ее или Гарри и Рон прилетят к ней на помощь, но была реалисткой, чтобы всерьез рассчитывать на это.
Медленно проходили минуты. Сырость и холод проникли через плотную ткань мантии, и Гермиона почувствовала, что ее начинает знобить. Наконец она заговорила.
- Драко, исполнишь мою просьбу?
- Возможно. Смотря что?
Медальон был теплым, когда Гермиона сняла цепочку, надежно скрытую от глаз Люциуса под платьем. Она не расставалась с медальоном, с тех пор как получила его от Лукреции. Проглотив слезы, девушка погладила маленькую змейку.
- Можешь когда-нибудь передать это Северусу? Медальон долгие годы принадлежал его семье, и я хотела бы вернуть, - она поднялась и протянула украшение в окошко. - Пожалуйста?
Она увидела на лице Драко почти виноватое выражение, когда тот рассматривал ее руку с медальоном.
- Хорошо, - неохотно согласился он и подставил ладонь. Вздохнув, Гермиона закрыла глаза и разжала пальцы.
Она открыла глаза именно в тот момент, когда Драко исчез.
- Невероятно! - прошептала девушка растерянно. В письме Лукреция говорила, что медальон заговорен от похищения. Но она не упоминала, что это портключ.
Дверь по-прежнему была заперта.
* * *
Желая занять себя делом, Гарри и Рон решили сложить все чемоданы подруги у одной стены, потому что постоянно спотыкались о них, обыскивая комнату в поисках хоть малейшего намека на местонахождение Гермионы. Сириус Блэк и Римус Люпин что-то вполголоса обсуждали перед директором, который молчаливо стоял и слушал. Косолапсус замер на полу между дверью и камином, и его желтые глаза неотрывно следили за входом.
Северус, скинув тяжелую мантию, метался из угла в угол. Бешенство, казалось, клокотало и вспыхивало вокруг него подобно огням Святого Эльма. Злость и желание обвинить во всем Поттера и Уизли остались в прошлом. Молодые люди честно выполнили все, о чем он их просил, и были не виноваты в случайной оплошности. Северус мечтал добраться до Малфоя и всей его семьи с твердым намерением поквитаться.
Северус расхаживал, пытаясь усмирить свой гнев, и не подозревал, что его метания мешают фамильному медальону найти его. Драгоценность была заговорена всегда возвращаться к главе семьи Снейпов, но так далеко его еще никто не увозил. К тому же, за последние семьдесят лет от украшения не требовалось доставить воришку к месту суда, и заклинание слегка развеялось.
Поэтому не удивительно, что Драко Малфой вывалился из портала вверх ногами прямо на каменный пол.
Северус, как разъяренный гриппогриф, налетел на парня и схватил за горло. Драко потянулся за палочкой, когда его швырнули к стене, но Гарри перехватил его руку и, ударив о стену, заставил бросить оружие. Рон подобрал палочку и заткнул себе за пояс.
Давление на горло усилилось, Драко начал задыхаться. - Скажешь мне, где Гермиона, иначе, - угрожающе прошептал Северус. - Я сломаю тебе шею.
- Северус! - предупредил Дамблдор.
- Альбус, при всем моем почтении, не вмешивайся.
Драко с трудом вдохнул и оглядел мужчин в комнате. Он не знал высокого мужчину, стоявшего рядом с Дамблдором, но вспомнил фотографии сбежавшего узника, напечатанные в «Еженедельном Пророке», и понял, кто перед ним. Римус Люпин по-прежнему носил потертую мантию, над которой Драко смеялся четыре года назад, но сейчас, видя мрачное выражение на лице мужчины, любой бы воздержался от насмешек. Рядом с профессором по Защите стояли хмурые Гарри и Рон. Но больше всего его напугал тяжелый взгляд бывшего декана.
- Ваш отец может не верить в старые обряды, мистер Малфой, - прошипел Северус, - но Волдеморт следует им. Завтра Солнцестояние, и до заката он должен принести жертву. Если моя жена умрет, я позабочусь о том, чтобы ты пережил ночь, но обещаю, тебе это не понравится.
Драко попытался усмехнуться. - Волдеморту не нужна жертва гря… магглорожденная. Отец говорил, лорд Волдеморт требует чистокровную жертву, зачатую на Хеллоуин, но он совсем спятил. Ребенок Грейнджер еще даже не родился.
Внезапно его захлестнул страх от осознания всей правды, когда он, наконец, сложил все вместе. Вывод ужасал. - Он не сделает ... Мой отец не сделает этого, - его голос затих, когда Драко понял, его отец не задумываясь убьет Гермиону, чтобы добраться до ее не рожденного ребенка.
Снейп наклонился вплотную к лицу своего пленника. - Мальчик, сейчас тебе придется сделать выбор. Ты убийца? Драко, ты готов отправиться в Азкабан или умереть за поступки своего отца?
Драко отвернулся от Снейпа, но встретил холодный взгляд Гарри Поттера. - Гермиона умрет, если ты не остановишь это, Малфой.
Острый локоть на горле вынудил думать быстрее, Драко сглотнул. Впервые в жизни он понял, его отец не самый устрашающий волшебник в мире.
Страх отличный мотиватор, но Драко чувствовал, что мужчин, стоявших вокруг него, связывала другая сила. Их вера и преданность друг другу были сильнее тайных интриг, козней и скрытых угроз, в которых проходила вся его жизнь. Их общая сила и уверенность ошеломляли.
Юноша наконец понял, что для этих людей ставки столь же высоки, как и для него. В эту секунду Драко раз и навсегда требовалось решить, какой дорогой идти. И впервые в жизни он сделал собственный выбор: плюнув на последствия, Драко заговорил.
- Она у маяка Брекон. Это в Уэльсе, тупица, - он усмехнулся, когда Рон непонимающе захлопал глазами.
Минуту спустя Северус уже шагал вниз к воротам Хогвартса, повторяя инструкцию Малфоя. Он не замечал ничего и никого вокруг, пока у самых ворот Блэк не схватил его за локоть. Люпин, Гарри Поттер и Рон Уизли стояли рядом.
- Какого черта вам надо? - грубо спросил Северус.
- Помочь тебе. Если позволишь мне, - ответил Сириус. Римус решительно кивнул.
- И если ты собираетесь идти без нас… - начал Гарри.
- То выжил из ума, - закончил Рон.
Северус оглядел каждого, коротко кивнул и достал палочку.
* * *
Где-то в Уэлсе, на пастбище, появились пять волшебников и немедленно приняли оборонительную позицию. Но секунду спустя поняли, что выглядят нелепо, собираясь защищаться от одиноко пасущейся овцы. Бесконечность зеленых холмов нарушала лишь полуразрушенная, скособоченная хижина.
- Гермиона! - крикнул Северус и бросился к двери.
- Вы двое, оглядитесь здесь, - сказал Сириус Рону и Гарри. - А мы обойдем вокруг.
Гарри кивнул. Сириус и Римус исчезли за хижиной. С другой стороны дома было окошко, которое явно пытались недавно расширить, но в него не пролез бы и ребенок, не то что женщина на последнем месяце беременности. Римус продолжил обход, а Сириус, подтянувшись, заглянул внутрь как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и в комнату ворвался Северус, готовый драться.
- Северус? - Гермиона не поверила своим глазам, узнав спасителя. Она стояла в углу комнаты, держа в руках приличный булыжник. Девушка сделала несколько робких шагов и наконец бросилась в объятья мужа.
Сириус Блэк с удивлением наблюдал, как Северус обнимает и долго, нежно целует жену, гладит ее округлый живот. И тысячи эмоций и огонь в глазах Снейпа зажгли и зависть, и надежду в Сириусе обрести однажды счастье.
- Ты не ранена? – требовательно спросил Северус, чувствуя, как пинается ребенок.
- Нет. Я в порядке, - ответила Гермиона. – Неужели ты пришел, - тихо прошептала она.
- Да, я пришел, - мягко повторил он, целуя ее. - Думаю, это принадлежит тебе, - сказал он, доставая из кармана кольцо и одевая ей на палец.
- Ой, - счастливо вздохнула она. - Северус… - ее губы задрожали, и Гермиона замолчала, заметив зелено-черный шелковый платок на шее мужа. - Ты купил зеленый платок, - произнесла она недоверчиво.
- Вообще-то, полосатый, - ответил он. - Не веришь, что я решился на это.
- Ох, Северус, - она закрыла рот рукой, пытаясь сдержать рыдание, но слезы вырвались наружу.
Он улыбнулся и снова прижал ее к себе, обняв так крепко, как мог. - Дорогая моя, все хорошо, - успокаивал он. – Ты в безопасности.
- Извини, не могу поверить в то, что случилось, - пробормотала она сквозь слезы.
- Гермиона, все закончилось, - он гладил ее пышные волосы, а она плакала, спрятав лицо на его плече. - Никогда больше не оставлю тебя, - прошептал Северус.
Почувствовав себя жалким вуаеристом, Сириус Блэк спрыгнул со стены. Он обошел вокруг хижины и присоединился к друзьям. - Они будут через минуту, - сообщил он, подмигнув. Все улыбнулись, а Рон поморщился.
Северус вышел из хижины, держа на руках свою жену. Он опустил ее на траву, и Гермиона ответила на радостные приветствия Гарри и Рона. Она обняла друзей, счастливо улыбнулась и стерла последние слезы.
- Предполагается, ты должен вносить ее в дом, а не наоборот, - заметил Сириус.
На удивление всем, Северус широко улыбнулся: - Не соизволишь ли ты заткнуться.
Гермиона поежилась от порыва холодного ветра, и он накинул ей на плечи свой плащ.
- О боги. Джентльмен, - чуть слышно проворчал Люпин.
Северус не ответил, но Сириус был твердо убежден, что последнее слово должно остаться за ним. - Подождите минутку. Он издевается над нами, а я должен терпеть? Это нечестно.
- Бродяга, - начал Римус.
- Нет. Я провел с этим занудой месяц, слушая его болтовню о возлюбленной…
- Один разговор трудно назвать болтовней, болван, - отрезал Северус.
- Хочу увидеть, как он ее целует! - настаивал Блэк.
- Блэк, можешь выставлять свою личную жизнь напоказ, если хочешь, - ответил Северус. - Ох, я забыл… У тебя же никого нет.
Гарри и Рон обменялись недоверчивыми усмешками, но были рады видеть, что мужчины забыли прежнюю вражду.
- Не знаю, как вы, - вступил Римус. - Но я хочу вернуться в Хогвартс и отдохнуть. Слишком тяжелый день для старика вроде меня.
- Это самое разумное предложение с твоей стороны за последние недели, - произнес Северус. - И если мы поторопимся, то, возможно, успеем привести себя в порядок перед выпускной церемонией. Нельзя допустить, чтобы Мальчик-Который-Выжил не появился на официальном мероприятии, это посеет панику.
Несмотря на суровый тон, Гарри улыбнулся бывшему учителю и поднял палочку для аппарации. Северус обнял Гермиону, готовый произнести заклинание, но неожиданно рядом раздался тихий хлопок.
Внешний вид появившегося на поляне Люциуса Малфоя шокировал. Всегда ухоженный и сияющий, сейчас он выглядел как бродяга. Дорогой костюм и мантия мятые и грязные. Светлые волосы в беспорядке свисают на изможденное небритое лицо. Только выражение лица осталось прежним: надменным и самодовольным.
Но самодовольство исчезло, когда он заметил Гермиону в окружении пяти волшебников. Малфой поднял палочку, но замер, так как все пятеро повторили его движение. Взбешенный, он был вынужден опустить палочку. - Где мой сын? Что вы с ним сделали?
Римус заговорил первым. - Драко в Хогвартсе, под надзором Дамблдора. Самое меньшее, что ему грозит - обвинение в похищении. Если он будет сотрудничать, возможно, избежит Азкабана, но думаю, все зависит от показаний миссис Снейп.
Взгляд голубых глаз Люциуса Малфоя полыхнул ненавистью, когда он посмотрел на Гермиону. - Маленькая грязнокровная потаскушка. Ты все разрушила! - закричал он.
Услышав оскорбление, Рон и Гарри шагнули вперед. Сириус поднял руку, останавливая их, но отодвинулся в сторону, чтобы они могли прицелиться.
- Поэтому, может, тебе стоило оставить меня в покое! – произнесла ровным голосом Гермиона. Она слишком много хотела высказать Малфою. Закричать, ударить того, кто пытался разрушить ее жизнь, но она сдержалась. Даже в окружении своих друзей она не чувствовала себя в безопасности рядом с Малфоем, и к сожалению, была не в состоянии отколотить его, несмотря на все желание.
- Как ты смеешь! - загрохотал он. – Люди как я правят миром! Ты должна стоять передо мной на коленях!
Сириус покачал палочкой. – Умоляя о пощаде? - насмешливо спросил он. - Не удивительно, что Гермиона сбежала от вас.
- Как они все обожают тебя, - процедил Малфой сквозь зубы. – Грязная маленькая потаскушка, запустила когти в моего сына. И теперь думаешь, что получила его. - Он повернулся к Снейпу и бросил: - Надеюсь, она была хороша, Северус. Она действительно стоит того, чтобы отказать от всего?
- Да, - спокойно ответил Снейп.
Гермиона задохнулась, услышав простые слова Северуса. Она невольно потянулась к его руке. Это было не формальное признание, которое ей хотелось бы услышать, но когда он посмотрел на нее, все, что девушка хотела узнать, отразилось в его черных глазах.
Неожиданно из горла Люциуса Малфоя вырвался крик ярости, и прежде, чем кто-нибудь разгадал его намерение, его палочка описала устрашающую дугу.