АН-НУЪМАН ИБН МУКАРРИН АЛЬ-МУЗАЙНИ 6 страница
* * *
Оставив своих верблюдов в пригородах Медины, делегация поручила присматривать за ними одному их своих людей по имени Мусайлима Ибн Хабиб аль-Ханафи. Все остальные отправились к Пророку, где объявили ему о переходе их и всего своего племени в исламскую веру. Посланник Аллаха с почестями встретил их и оказал им большое гостеприимство. Он повелел одарить каждого человека в делегации, в том числе и того, кого оставили присматривать за верблюдами.
* * *
Не успела делегация вернуться к своим жилищам в Наджде, как Мусайлима Ибн Хабиб стал вероотступником. Встав перед людьми, он заявил им: — Я являюсь пророком, посланным Аллахом племени бану Ханифа подобно тому, как Аллах послал Мухаммада Ибн Абдуллу пророком к племени Курайш... Люди племени начали постепенно сплачиваться вокруг Мусайлимы, побуждаемые разными причинами, важнейшая из которых заключалась в их крайнем национализме. Один из людей племени даже сказал: — Могу засвидетельствовать, что Мухаммад является истинным Пророком, а Мусайлима лжец, но лжец племени Рабиа мне милее, чем правдивый человек из племени Мудар.
* * *
Когда Мусайлима достаточно окреп, приобретя силу и многих сторонников, он написал послание Пророку следующего содержания: “От посланника Аллаха Мусайлимы к посланнику Аллаха Мухаммаду. Мир тебе. Итак, я был приобщён к пророческой миссии наряду с тобой. Пусть же половина всей земли принадлежит нам, а другая половина курайшитам, хотя они и творят беззакония”. Затем он отправил это послание с двумя людьми. Когда Пророку прочитали его, он воскликнул, обращаясь к посланцам: “А вы что скажете на это?!” Оба они ответили: “А мы скажем так же, как он сказал”. Тогда посланник Аллаха сказал им: “Клянусь Аллахом, если бы послов можно было убивать, то я отрубил бы вам головы”. Затем он написал Мусайлиме послание следующего содержания: “Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного. От Мухаммада, посланника Аллаха, к лжецу Мусайлиме. Мир тем, кто следует истинным путём. Итак, вся земля принадлежит Аллаху, а Он оставляет её в наследство тому, кому угодно Ему из Его рабов, а победа будет за праведниками”. Затем с этими людьми он отправил послание Мусайлиме.
* * *
Зло и смута, творимые лжецом Мусайлимой, возрастали, и посланник Аллаха счёл необходимым направить ему новое послание с требованием прекратить творить зло и одуматься. Вручить это послание Мусайлиме он поручил герою нашего рассказа Хабибу Ибн Зайду. В то время это был цветущий и дышащий молодостью юноша, преисполненный верой в Аллаха от головы и до кончиков пальцев на ногах.
* * *
Без проволочек и колебаний Хабиб Ибн Зайд устремился выполнять поручение посланника Аллаха. Он преодолел немало гор и долин, пока не добрался до территории, где проживали бану Ханифа Верхнем Наджде и вручил послание Мусайлиме. Едва Мусайлима прочитал послание, как его грудь преисполнилась злобой и ненавистью, а зло и коварство исказили его некрасивое, отливающее желтизной лицо. Он приказал заковать Хабиба Ибн Зайда в кандалы и привести к нему на следующее утро. На другой день Мусайлима возглавил собрание своих приспешников. Справа и слева от него сидели главные безбожники из числа его последователей, а тем, кто был рангом пониже, было разрешено присутствовать на собрании. Затем Мусайлима повелел привести Хабиба Ибн Зайда, который вошёл к нему, тяжело передвигаясь с кандалами на ногах.
* * *
Во весь рост, с гордо поднятой головой, Хабиб Ибн Зайд встал в центре этого злобного сборища подобно стальному копью безукоризненной прямизны. Обратившись к нему, Мусайлима спросил: — Свидетельствуешь ли ты, что Мухаммад — посланник Аллаха? Хабиб ответил: — Да, я свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха. Поперхнувшись от злобы и гнева, Мусайлима спросил: — А свидетельствуешь ли ты, что я — посланник Аллаха? Хабиб язвительно ответил: — Мои уши глухи к твоему вопросу. Мусайлима изменился в лице, а губы его задрожали от гнева. Он приказал своему палачу: — Отрежь кусок его тела! Взмахнув мечом, палач отсёк кусок тела Хабиба, и он упал на землю. Мусайлима повторил вопрос: — Свидетельствуешь ли ты, что Мухаммад — посланник Аллаха? Хабиб ответил: — Да, я свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха. Мусайлима спросил: — А свидетельствуешь ли ты, что я — посланник Аллаха? Хабиб ответил: — Я же сказал тебе: “Мои уши глухи к твоему вопросу”. Мусайлима приказал отрубить ещё один кусок тела Хабиба. Палач сделал это, и второй кусок упал на землю рядом с первым. Взгляды всех присутствующих были устремлены на Хабиба, настолько они были поражены его стойкостью и мужеством. Мусайлима продолжал задавать свои вопросы, палач рубил тело Хабиба, а Хабиб продолжал отвечать: „ — Свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха. Уже почти половина его тела превратилась в куски, разбросанные по земле, но оставшийся обрубок продолжал говорить... Наконец отлетела душа Хабиба, но на его праведных губах было имя Пророка, которому он присягнул на верность ночью в аль-Акабе... имя Мухаммада, посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует.
* * *
Печальную весть о кончине Хабиба сообщили его матери Насиб аль-Мазинийе, которая сказала только: “Именно к этому подвигу я и готовила его. Я безропотно принимаю его гибель во имя Аллаха... Совсем маленьким он присягнул на верность посланнику Аллаха когда-то ночью в аль-Акабе и до конца выполнил свой долг уже будучи взрослым... Если Аллах позволит мне встретиться когда-нибудь с Мусайлимой, то я сделаю так, что его дочери будут хлопать себя по щекам в знак траура по нему...”
* * *
Недолго пришлось ждать Насибе заветного дня... Вскоре муэдзин Абу Бакра возвестил в Медине, чтобы правоверные поднимались на войну с лжепророком Мусайлимой... В рядах выступившей в поход мусульманской армии находилась Насиба аль-Мазинийа и её сын Абдулла Ибн Зайд. В славный день аль-Йамамы все видели Насибу, которая подобно свирепой львице крушила ряды врагов, восклицая: — Где же враг Аллаха? Покажите мне врага Аллаха... Наконец она пробилась к нему и обнаружила Мусайлиму распростёртым на земле, а мечи мусульман были испачканы его кровью. Насиба обрадовалась, а её душа пришла в умиротворённое состояние. А почему бы и нет?! Разве Всевышний и Всемогущий Аллах не отомстил за смерть её праведного и добросердечного сына его коварному и злобному убийце? Разумеется, да! Каждый из них ушёл к своему Владыке, но один попал в Рай, а другой — в адское пламя...
АБУ ТУЛХА АЛЬ-АНСАРИ
(Зайд Ибн Сахл)
“Мы не знаем более ценного махра, чем тот, который Абу Тулха выделил Умм Сулайм. Он одарил её на свадьбу своим переходом в Ислам”. (Мединские женщины) Когда Зайд Ибн Сахл ан-Наджари, получивший прозвище Абу Тулха, узнал, что ар-Румайса Бинт Милхан ан-Наджарийа стала вдовой после смерти её мужа, то буквально подпрыгнул от радости. Да в этом и не было ничего удивительного, поскольку ар-Румайса, прозванная Умм Сулайм, была идеально целомудренна, умна, рассудительна и обладала другими совершенными качествами. Абу Тулха решил немедленно посвататься к ней, пока его не опередил какой-нибудь другой мужчина из тех, кому нравятся такие женщины. Он был убеждён, что Умм Сулайм никогда не отдаст предпочтения никому другому из претендентов на её руку, кроме него самого. Абу Тулха был мужественным, знатным и весьма богатым человеком... Кроме того, он был искусным наездником и рыцарем племени бану ан-Наджар, а также одним из лучших лучников Йасриба.
* * *
Абу Тулха направился к дому Умм Сулайм... По пути он внезапно вспомнил, как, наслушавшись речей мекканского проповедника Мусаба Ибн Умайра, Умм Сулайм уверовала в Мухаммада и приняла его религию. Однако тут же Абу Тулха сказал сам себе: “Ну и что из того? Разве её умерший муж не исповедовал религию своих предков, выступая против Мухаммада и его призыва?”
* * *
Подойдя к дому Умм Сулайм, Абу Тулха попросил разрешения войти, на что Умм Сулайм дала согласие. Кроме неё в доме находился её сын Анас. Когда Абу Тулха сделал Умм Сулайм предложение, она ответила: — Людей, подобных тебе, о Абу Тулха, не отвергают, но я не выйду за тебя замуж, так как ты неверный... Абу Тулха решил, что Умм Сулайм пытается тем самым найти отговорки и отказать ему, так как предпочла ему другого, более богатого и более знатного жениха. Он сказал ей: — Клянусь Аллахом, вовсе не это мешает тебе стать моей женой, о Умм Сулайм. —Тогда что же мне мешает? — воскликнула Умм Сулайм. Абу Тулха сказал: — Жёлтое и белое... Золото и серебро... — Золото и серебро?! — Да, — ответил Абу Тулха. Тогда Умм Сулайм сказала: — Истинно, я свидетельствую тебе, о Абу Тулха, а также свидетельствую Аллаху и Его посланнику, что если ты примешь Ислам, то я готова стать твоей женой без всякого золота и серебра. Твой переход в Ислам и будет моим махром.
* * *
Услышав слова Умм Сулайм, все помыслы Абу Тулхи обратились к идолу, которого он сделал из ценного сорта дерева и стал поклоняться ему, как своему личному богу. Так поступали вожди его племени. Однако Умм Сулайм решила ковать железо, пока оно горячо, поэтому тут же предложила: — Разве ты не знаешь, о Абу Тулха, что твоё божество, которому ты поклоняешься, не признавая Аллаха, выросло из земли? — Да, знаю, — ответил Абу Тулха. Умм Сулайм воскликнула: — И не стыдно тебе поклоняться корню дерева или пню, сделав из части его себе божество, когда другой человек использовал другую его часть в качестве дров, чтобы согреться или испечь лепёшку? Если ты, о Абу Тулха, примешь исламскую веру, то я соглашусь быть твоей женой. И никакого другого калыма мне не нужно, кроме твоего Ислама. — А кто примет меня в Ислам? — спросил он. — Я могу сделать это, — ответила Умм Сулайм. — Каким образом? — Скажи слово истины, засвидетельствуй, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — посланник Аллаха. Затем отправляйся к себе домой, разбей и выбрось своего идола. С выражением смешанных чувств на лице Абу Тулха произнёс: — Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха. Затем Абу Тулха взял себе в жёны Умм Сулайм... Мусульмане говорили по этому поводу: — Мы никогда не слышали о более ценном махре, чем тот, который получила Умм Сулайм... Она сделала Ислам своим калымом...
* * *
Начиная с этого дня, Абу Тулха встал под знамя Ислама, отдавая все свои незаурядные силы его служению. Он был одним из тех семидесяти, кто присягнул на верность посланнику Аллаха в Акабе, где с ним также была его жена Умм Сулайм. Он стал одним из двенадцати старших мусульман Йасриба, назначенных посланником Аллаха в ту же ночь. После этого Абу Тулха участвовал во всех военных походах посланника Аллаха, проявив подлинный героизм и храбрость. Однако лучшие дни, проведённые им вместе с посланником Аллаха — это битва при Ухуде. Предлагаем вашему вниманию рассказ об этих событиях.
* * *
Искренняя и пылкая любовь к посланнику Аллаха проникла в глубину сердца Абу Тулхи и вместе с кровью растеклась по всем жилам. Он никак не мог вдоволь насмотреться на Пророка и наслушаться его чистых и возвышенных речей. Преклоняя колена перед ним, Абу Тулха говорил ему: “Моя душа будет выкупом для твоей души, а моё лицо будет защитой для твоего лица”. В битве при Ухуде мусульмане отступили от посланника Аллаха, и его со всех сторон атаковали язычники, выбили ему зуб, рассекли кожу на лбу, повредили губу, и кровь залила лицо Пророка... Паникёры распустили даже слух, что Мухаммад убит. Это известие ещё больше потрясло мусульман, и они начали в беспорядке отступать перед врагами Аллаха. В этот напряжённый момент рядом с посланником Аллаха осталась горстка людей во главе с Абу Тулхой.
* * *
Подобно несокрушимой скале перед посланником Аллаха встал Абу Тулха, и Пророк прикрылся им, как щитом. Абу Тулха подтянул тетиву своего безотказного лука и приготовил разящие без промаха стрелы. После этого, защищая посланника Аллаха, он начал одного за другим уничтожать язычников. Пророк, следя за полётом стрел, постоянно высовывался из-за Абу Тулхи, который, опасаясь за его жизнь, уговаривал его не делать этого, взывая: — Ты для меня отец и мать. Заклинаю тебя не показываться, а не то они поразят тебя. Истинно, я защищаю тебя своей грудью и телом. Да буду я твоим выкупом! Когда мимо посланника Аллаха пробегал один из отступающих мусульман с колчаном стрел, Пророк позвал его и попросил: — Рассыпь свои стрелы перед Абу Тулхой, а не убегай с ними. Абу Тулха продолжал защищать посланника Аллаха, пока не сломал три лука и не убил столько язычников, сколько было угодно Аллаху. Затем битва закончилась, и Аллах даровал Своему пророку спасение и защиту.
* * *
Подобно тому, как Абу Тулха не щадил собственной жизни в самых тяжёлых боях во имя Аллаха, точно так же он бескорыстно и щедро жертвовал свои средства. Он был владельцем, например, самого крупного в Медине сада с пальмами и виноградником, где были чистейшая вода и вкуснейшие плоды. Как-то раз Абу Тулха молился среди тенистой зелени своего сада, и его внимание привлекла красивая певчая птичка зелёного цвета с красным клювом и красивыми лапками. С приятным щебетанием птичка порхала среди деревьев и её вид привёл Абу Тулху в восхищение. Наблюдая за ней, он замечтался... Внезапно придя в себя, Абу Тулха обнаружил, что он не помнит, сколько же он молился? Два раката... Три... Он никак не мог вспомнить... Закончив Намаз, Абу Тулха немедленно отправился к посланнику Аллаха и пожаловался ему на свою душу, которую прекрасный сад, тенистые деревья и певчая птичка отвлекли от Намаза. Затем он сказал Пророку: — Будь же свидетелем, о посланник Аллаха, что я отдаю этот сад в качестве моего пожертвования Всевышнему Аллаху... Распорядись же им, как это угодно Аллаху и Его посланнику. Свою жизнь Абу Тулха провёл в непрерывном посте и Джихаде и умер постящимся муджахидом... .„ Об Абу Тулхе рассказывают, что после кончины посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, он почти тридцать лет провёл в непрерывном посте, разговляясь только в праздники, когда пост запрещён. Он прожил долгую жизнь, став стариком преклонного возраста, но его старость не помешала ему продолжать Джихад во им Аллаха, вознося над Землёй Его Слово и укрепляя Его религию. В эпоху правления халифа Усмана Ибн Аффана мусульмане приняли решение осуществить военно-морской поход. Абу Тулха начал готовиться к выступлению в поход с армией мусульман, но его сыновья сказали ему: — Да смилостивится Аллах над тобой, отец. Ты же глубокий старик. Ты участвовал в походах посланника Аллаха, Абу Бакра и Умара. Пришло время тебе отдыхать, а вместо тебя воевать будем мы. Абу Тулха ответил: — Истинно Всевышний и Всемогущий Аллах говорит: “Поднимайтесь на Джихад налегке и отягощённые”. Это означает, что все обязаны участвовать в Джихаде, в том числе старики и молодёжь, и возрастные границы нам не определены. Его решимость выступить в поход оставалась непреклонной...
* * *
Находясь на борту судна среди мусульманских воинов в открытом море, Абу Тулха серьёзно заболел и скончался. Мусульмане начали искать какой-нибудь остров, чтобы похоронить его там. Это удалось им только через семь дней, и за всё это время находившийся среди них покойник абсолютно не изменился, как будто пребывая в глубоком сне. На одном из морских островов, вдали от родной земли, своих близких и дома был похоронен Абу Тулха... Но что такое удалённость от людей по сравнению с близостью ко Всевышнему и Всемогущему Аллаху...
ВАХШИ ИБН ХАРБ
“Он убивал лучших людей после Мухаммада... Но он также убил и худших людей”. (Из высказываний историков ) Кто же этот человек, который нанёс кровавую рану в сердце посланника Аллаха, убив его дядю Хамзу Ибн Абдель Мутталиба в битве при Ухуде? Кто же он, кто впоследствии излечил сердца мусульман, убив лжепророка Мусайлиму в день аль-Йамамы? Этим человеком был Вахши Ибн Харб аль-Хабаши, получивший прозвище Абу Дасама. Его история драматична, кровава и печальна. Приготовься же, о читатель, выслушать её так, как он сам рассказывает драму своей жизни. Итак, слово самому Вахши: “В детстве я был рабом одного из вождей курайшитов по имени Джубайр Ибн Мутым. В битве при Бадре его дядя Туайма пал от руки Хамзы Ибн Абдель Мутталиба. Мой хозяин крайне тяжело переживал эту утрату, а затем поклялся своими божествами ал-Лат и аль-Уззой отомстить за смерть дяди, покончив с его убийцей, чего бы это ни стоило. После этого он стал выжидать удобного случая, чтобы убить Хамзу”.
* * *
Вахши Ибн Харб далее рассказывал: “Вскоре после этого курайшиты решили выступить в поход к Ухуду, чтобы покончить с Мухаммадом Ибн Абдуллой и отомстить за своё поражение при Бадре. Курайшиты собрали свои собственные войска, а также привлекли силы союзников, тщательно всё подготовили и назначили Абу Суфйана Ибн Харба командующим армии. Абу Суфйан счёл необходимым включить в состав выступающих в поход войск отряд знатных курайшиток, которые потеряли в битве при Бадре своих отцов, сыновей, братьев или кого-нибудь из родственников. Задача этих женщин состояла в том, чтобы вдохновлять войска в бою и не допускать бегства мужчин. Женское подразделение возглавляла жена Абу Суфйана Хинд Бинт Утаба, отец, дядя и брат которой были убиты в битве при Бадре... Перед самым выступлением армии в поход Джубайр Ибн Мутым обратился ко мне и спросил: — Не хотелось бы тебе, о Абу Дасама, избавиться от рабства? — А кто это может сделать? — спросил я. — Я могу это сделать, — сказал Джубайр. — Каким образом? — спросил я. Он ответил: “Если ты убьёшь Хамзу Ибн Абдель Мутталиба, дядю Мухаммада, отомстив тем самым за смерть моего дяди Туаймы Ибн Ади, убитого им, то ты свободен. — А кто даст мне гарантию того, что это действительно так? — спросил я. — Да кто угодно! Могу засвидетельствовать это перед всеми публично, — ответил он. — Я готов, и я сделаю это, — заявил я”. Далее Вахши продолжал: “Я был эфиопом по происхождению и был обучен искусному метанию ножей без промаха. Взяв свой кинжал, я отправился в поход со всей армией. Я находился в арьергарде рядом с женщинами и страстно стремился в бой... Всякий раз, когда я проходил мимо жены Абу Суфйана Хинд, или же она, пройдя мимо меня, замечала сияющий на солнце кинжал в моей руке, то восклицала: — О Абу Дасама! Избавь наши сердца от неукротимой ярости к Мухаммаду и его двоюродному брату... Когда мы достигли Ухуда, и две армии сошлись в яростном бою, я бросился искать Хамзу Ибн Абдель Мутталиба, которого я знал раньше. Однако Хамза не собирался ни от кого скрываться, поскольку на его голове было укреплено страусиное перо, чтобы его видели его соратники. Этот обычай был принят у храбрых и отважных воинов среди арабов. Очень скоро я заметил Хамзу, который, подобно могучему верблюду пепельной масти, отважно сражался в самой гуще схватки. Он буквально разрубал своим мечом солдат противника на части, и никто не мог устоять или противостоять этому чудовищному напору. Когда я готовился напасть на него и поджидал, прячась за деревом или камнем, пока Хамза приблизится ко мне, я увидел, как к нему подскакал курайшитский воин по имени Сибаа Ибн Абдель Узза с криком: — Выходи на поединок, о Хамза! Выходи на поединок со мной. Хамза принял вызов и крикнул: “Давай, подходи ко мне, о сын язычницы! Давай ко мне!” Хамза бросился на него и первым нанёс удар мечом. Сибаа замертво рухнул на землю перед Хамзой, обливаясь кровью... В этот момент я занял удобную позицию по отношению к Хамзе и начал взмахивать кинжалом, ожидая выгодного момента. Наконец я метнул свой кинжал, который попал Хамзе в нижнюю часть живота и вышел между ног. Он тяжело сделал пару шагов в направлении меня, а затем рухнул на землю. Кинжал наполовину торчал в его теле. Убедившись, что он мёртв, я подошёл к нему и выдернул кинжал. Затем я вернулся в палатку и уселся там. Больше мне никто не был нужен, так как я убил Хамзу ради своего освобождения...”
* * *
Далее Вашхи продолжал: “Сражение постепенно усиливалось и, хотя шло с переменным успехом, кольцо в окружении вокруг Мухаммада становилось всё теснее, а убитых всё больше. В это время группа женщин под предводительством Хинд Бинт Утабы подошла к убитым мусульманам, и они начали творить над нами всяческие надругательства. Сама Хинд и другие вспарывали им животы, выкалывали глаза, вырезали носы и отсекали уши. Затем Хинд сделала из носов и ушей ожерелье и серьги, повесив их на себя. Свои же серьги и ожерелье она бросила мне со словами: — Это тебе, о Абу Дасама... Возьми их себе и сохрани, так как это ценные вещи. Когда битва при Ухуде завершилась, я вместе с армией вернулся в Мекку. Джубайр Ибн Мутым выполнил данное мне обещание и сбросил с меня ярмо рабства. Я стал свободным человеком...”
* * *
Вахши далее рассказывал: “Однако призыв Мухаммада и его религия крепли день ото дня. С каждым днём мусульман становилось всё больше. По мере того, как религия Мухаммада становилась всё более популярной среди людей, я впадал всё в большую тоску, и в моей душе рос страх, постепенно захватив её целиком. В таком состоянии я и продолжал пребывать, пока в Мекку не вступил Мухаммад во главе огромной освободительной армии. В такой ситуации мне пришлось бежать в Таиф, чтобы найти там убежище. Однако в скором времени и население Таифа начало склоняться к Исламу. Они выбрали делегацию, которая должна была встретиться с Мухаммадом и объявить ему о их переходе в исламскую веру. Тут уже всё начало валиться у меня из рук, и размеры земли для меня очень сузились, несмотря на её обширность, а многие дороги оказались для меня закрытыми. Я сказал себе: “Отправлюсь-ка я в аш-Шам, Йемен или ещё в какую-нибудь страну”. И вот, когда я пребывал в таком крайнем смятении, надо мною смилостивился один мудрый человек, сказав мне: — Горе тебе, о Вахши! Клянусь Аллахом, но Мухаммад никого не убивает из тех, кто принял его религию и произнёс свидетельство Божественной Истины: “Нет божества кроме Аллаха, и Мухаммад — посланник Аллаха”. Едва услышав от него эти слова, я тут же собрался и направил свои стопы к Йасрибу, стремясь встретиться с Мухаммадом. Прибыв туда, я начал расспрашивать людей о нём, пока не узнал, что он находится в мечети. Тихо и осторожно подойдя к нему, я остановился над его головой, так он стоял коленопреклоненным, и сказал: — Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Его раб и посланник Его. Услышав дважды формулу шахады, Пророк поднял на меня свой взор, и, узнав меня, воскликнул: “О Вахши, это ты? ” — Да, о посланник Аллаха, — ответил я. — Садись и расскажи мне, как ты убил Хамзу, — повелел Пророк. Сев рядом с ним, я всё ему рассказал. Когда я закончил своё повествование, Пророк, отвернувшись от меня, сказал: — Горе тебе, о Вахши! Прочь с глаз моих, чтобы я тебя больше не видел с этого дня... С того самого дня я всячески старался не попадаться на глаза Пророку. Если на собрании, например, люди садились перед ним, то я выбирал место сзади него. Всё так и продолжалось до тех пор, пока посланник Аллаха не отправился к своему Владыке”.
* * *
Далее Вахши продолжал: “Несмотря на то что я знал, что принятие Ислама списывает все грехи, совершённые ранее, я продолжал ощущать великую тяжесть содеянного мною и огромный ущерб, нанесённый этим Исламу и всем мусульманам. Я очень стремился воспользоваться подходящей возможностью, чтобы искупить совершённое преступление”.
* * *
Далее Вашхи рассказывал: “Когда посланник Аллаха скончался, халифатство перешло к его сподвижнику Абу Бакру. В это же время племя бану Ханифа под предводительством лжепророка Мусайлимы отказалось от Ислама и впало в ересь. Халиф посланника Аллаха снарядил армию для войны с Мусайлимой, чтобы возвратить его племя бану Ханифа в лоно религии Аллаха. Тут я сказал себе: “Клянусь Аллахом, о Вахши, это твой шанс, и ты должен его использовать. Ни в коем случае не упускай его из рук”. Я выступил в поход вместе с войсками мусульман, взяв свой кинжал, которым я убил главного мусульманского мученика Хамзу Ибн Абдель Мутталиба. Кроме того, я поклялся самому себе, что либо убью Мусайлиму, либо паду смертью героя. Когда мусульмане атаковали Мусайлиму и его армию в Акраба, он вместе со своими приверженцами пытался найти убежище на участке, огороженном стеной [хадика — араб. “сад”, “парк”; это место впоследствии стали называть “садом смерти” — Ред.], и завязалась яростная схватка с врагами Аллаха, я начал искать самого Мусайлиму. Я увидел его стоящим с мечом в руке, в то время как один из ансаров, подобно мне, наблюдал за ним. Очевидно, обоим нам хотелось убить его... Заняв выгодную позицию, я покачал кинжалом и, приноровившись, метнул его. Было видно, что он попал в цель... В тот же самый момент, когда я метнул в Мусайлиму свой кинжал, человек из ансаров подскочил к нему и нанёс удар мечом... Одному Господу известно, кто из нас двоих убил его. Если это сделал я, то значит, что я убил лучшего человека после Мухаммада... и худшего из людей также...”
ХАКИМ ИБН ХИЗАМ
“Истинно, в Мекке есть четыре человека, которых я слишком уважаю, чтобы считать их язычниками. Я очень хочу, чтобы они были в Исламе”. (Мухаммад, посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует) Известно ли тебе, о мой читатель, что-нибудь об этом сподвижнике посланника Аллаха? Исторически подтверждено, что это единственный человек, родившийся в стенах великой Каабы. История его рождения такова. Как-то его мать с группой сверстниц вошла внутрь Каабы, чтобы получше рассмотреть её... Она в тот день как раз была открыта в связи с какими-то событиями. Находясь в Каабе, его беременная мать почувствовала, что у неё внезапно начались предродовые схватки, и она уже не смогла покинуть стены святилища. Её положили на кожаную подстилку, где она и родила своего младенца. Этим ребёнком и был Хаким Ибн Хизам Ибн Хувайлид — сын брата матери правоверных госпожи Хадиджи Бинт Хувайлид.
* * *
Хаким Ибн Хизам вырос в семье, принадлежавший к старому и знатному роду, занимавшей высокое положение и владевшей большими богатствами. Наряду с этим, Хаким был умным, рассудительным и честным человеком, что побудило его соотечественников сделать Хакима своим руководителем и ответственным за оказание помощи нуждающимся и попавшим в беду паломникам... Он из своих собственных средств снабжал одиноких и отставших паломников в Священный Дом Аллаха в эпоху джахилиййи. Хаким был близким другом посланника Аллаха ещё до того, как он начал выполнять пророческую миссию. Несмотря на то что Хаким был старше благородного Пророка на пять лет, он очень любил общаться с ним, поддерживал самые добрые дружеские отношения с ним, охотно повсюду сопровождал его и проводил с ним своё время. Посланник Аллаха отвечал Хакиму взаимностью, любовью на любовь и дружбой на дружбу. Когда они стали родственниками, их отношения ещё больше окрепли. Это произошло, когда Пророк женился на тёте Хакима Хадидже Бинт Хувайлид.
* * *
После всего этого, о мой читатель, что мы рассказали тебе о теснейших отношениях Хакима с посланником Аллаха, ты, вероятно, очень удивишься, узнав, что Хаким принял исламскую веру лишь только в день покорения Мекки, когда прошло уже более двадцати лет с тех пор, как началась миссия пророчества. Разумно было бы предположить, что такой человек, как Хаким Ибн Хизам, которого Аллах наградил рассудительностью и такой тесной связью с Пророком, должен был бы стать первым из уверовавших в посланника Аллаха, его миссию и вставших на путь истинного наставления. Но на всё есть воля Аллаха и Его предопределение. Происходит только то, что угодно Аллаху.
* * *
Подобно тому, как мы удивляемся такому позднему переходу Хакима Ибн Хизама в Ислам, точно так же он сам удивился этому. Приняв Ислам и вкусив сладость веры, Хаким ощутил острое чувство раскаяния за каждое мгновение своей прежней жизни, когда он был язычником, неверующим в Аллаха и клевещущим на Его пророка. Увидев Хакима плачущим после того, как он принял исламскую веру, его сын спросил: — Что тебя так расстраивает, отец? — Абсолютно всё в моей прошлой жизни расстраивает меня, — ответил Хаким. — Во-первых, это моё позднее принятие Ислама, из-за чего я отстал в праведных делах, в то время как многие опередили меня в этом. Даже если я потрачу всё золото Земли, то и тогда не верну упущенного. Во-вторых, Аллах спас меня в битвах при Бадре и Ухуде. Я сказал тогда самому себе: “Больше я не буду помогать курайшитам в их борьбе с посланником Аллаха и никогда не выйду из Мекки. Но тут же меня силой заставили помогать курайшитам. В-третьих, всякий раз, устремляясь к Исламу, я оглядывался на пожилых и почтенных курайшитов, которые строго придерживались обычаев эпохи джахилиййи. Мне приходилось руководствоваться их примером и подражать им... О, если бы я не сделал этого... Нас погубило слепое подражание нашим отцам и руководителям. Как же мне не расстраиваться, сынок?!
* * *
Подобно тому, как мы удивились позднему переходу Хакима Ибн Хизама в Ислам, и как он сам изумился этому, точно так же сам Пророк удивлялся человеку, обладавшему умом и сообразительностью, которые сочетались в личности Хакима, что он не принял Ислама, хотя Пророк и желал этого ему и подобным ему людям, чтобы они были в числе первых, обратившихся в религию Аллаха. В ночь, предшествовавшую покорению Мекки, посланник Аллаха сказал своим сподвижникам: — Истинно, в Мекке есть четыре человека, которых я слишком уважаю, чтобы считать их язычниками. Я очень хочу, чтобы они были в Исламе. Его спросили: “А кто эти люди, о посланник Аллаха?” Он ответил: — Это Аттаб Ибн Асйад, Джубайр Ибн Мутам, Хаким Ибн Хизам и Сухайл Ибн Амру. Аллаху принадлежит заслуга в том, что все они стали мусульманами...
* * *
Вступив покорителем в Мекку, посланник Аллаха непременно хотел благородно обойтись с Хакимом Ибн Хизамом. Поэтому он повелел своему глашатаю провозгласить следующее: “— Кто засвидетельствовал, что нет божества, кроме Аллаха Единого, у Которого нет сотоварища, и что Мухаммад — раб Его и посланник Его, тот в безопасности... — Кто сидит на территории Каабы и сложил оружие, тот в безопасности... — Кто сидит за закрытой дверью, тот в безопасности... — Кто вошёл в дом Абу Суфйана, тот в безопасности... — Кто вошёл в дом Хакима Ибн Хизама, тот в безопасности...” Дом Хакима Ибн Хизама располагался в нижней части Мекки, а дом Абу Суфйана в её верхней части.