Искусно замаскированная корешками книг, и появилась м-ль Матильда. Меж тем

Как Жюльен с восхищением смотрел на это остроумное изобретение, м-ль

Матильда глядела на него с крайним изумлением и, по-видимому, была весьма

Недовольна, встретив его здесь. Она была в папильотках и показалась Жюльену

Жесткой, надменной и даже похожей на мужчину. М-ль де Ла-Моль тайком брала

Книги из отцовской библиотеки, и ни одна душа в доме не подозревала об этом.

И вот из-за присутствия Жюльена она, оказывается, напрасно пожаловала сюда

Сегодня, и это было ей тем более досадно, что она пришла за вторым томом

вольтеровской "Принцессы Вавилонской" - достойным пополнением монархического

И высокорелигиозного воспитания, составляющего славу монастыря сердца

Иисусова. Бедняжке в девятнадцать лет уже требовалось нечто

Пикантно-остроумное, иначе ни один роман не интересовал ее.

Часам к трем в библиотеке появился граф Норбер, он зашел просмотреть

Газету, на случай, если вечером зайдет разговор о политике, и выразил

Удовольствие видеть Жюльена, о существовании которого он уже успел позабыть.

Он был с ним чрезвычайно любезен и предложил ему поехать кататься верхом.

- Отец отпускает нас до обеда.

Жюльен понял, что означало это "нас", и проникся восхищением.

- Ах, боже мой, господин граф, - сказал Жюльен, - если бы речь шла о

Том, чтобы свалить дерево футов восемьдесят в вышину, обтесать его и

Распилить на доски, я бы показал себя молодцом, а ездить верхом мне за всю

Мою жизнь приходилось разве что раз шесть, не больше.

- Прекрасно, это будет седьмой, - ответил Норбер.

Жюльен, вспоминая день встречи короля в Верьере, считал в глубине души,

Что он превосходно ездит верхом. Но на обратном пути из Булонского леса, на

Самом бойком месте улицы Бак, он, пытаясь увернуться от кабриолета, вылетел

Из седла и весь вывалялся в грязи Счастье, что ему сшили два костюма. За

Обедом маркиз, желая поговорить с ним, спросил, хорошо ли они прогулялись.

Норбер поспешил ответить, сказав какуюто общую фразу.

- Господин граф чрезвычайно великодушен ко мне, - возразил Жюльен. - Я

Очень признателен ему и ценю его доброту. Он распорядился дать мне самую

Смирную и самую красивую лошадку, но все же он не мог привязать меня к ней,

И из-за отсутствия этой предосторожности я свалился как раз посреди длинной

Улицы, перед самым мостом.

Мадемуазель Матильда, несмотря на все свое старание удержаться,

Прыснула со смеху, а затем без всякого стеснения стала расспрашивать о

Подробностях. Жюльен все рассказал с необычайной простотой, и у него это

Вышло очень мило, хотя он этого и не подозревал.

- Из этого аббатика будет прок, - сказал маркиз академику. -

Провинциал, который держится так просто при подобных обстоятельствах, это

что-то невиданное, и нигде этого и нельзя увидать! Мало того, он еще

рассказывает об этом своем происшествии в присутствии дам!

Жюльен так расположил к себе своих слушателей этим рассказом о своем

Злоключении, что к концу обеда, когда общий разговор шел уже на другие темы,

М-ль Матильда все еще продолжала расспрашивать брата, интересуясь

подробностями этого происшествия. Слушая ее вопросы и несколько раз поймав

На себе ее взгляд, Жюльен осмелился сам ответить ей, хотя она обращалась не

К нему, и все втроем принялись хохотать, точь-в-точь как если бы это была

Простая крестьянская молодежь в какой-нибудь глухой деревушке.

На другой день Жюльен побывал на двух лекциях по богословию, а затем

Вернулся в библиотеку, где ему предстояло переписать десятка два писем.

Здесь он застал расположившегося рядом с его столом какого-то молодого

Человека, очень тщательно одетого, но весьма ничтожного на вид и с очень

Завистливой физиономией.

Вошел маркиз.

- Что вы здесь делаете, господин Тамбо? - спросил он этого пришельца

Строгим тоном.

- Я полагал... - начал молодой человек с подобострастной улыбочкой.

- Нет, сударь, вы ничего не полагали. Вашу попытку надо считать

Неудавшейся.